Нянька Вескер

      Поднявшись с пола, Альберт протёр спину и недовольно посмотрел на смеющуюся девочку позади. Она с невинной улыбкой продолжала смотреть на свою «сиделку», пытаясь удержать свой смех, однако все попытки были тщетны. Девочка нисколько не вздрогнула от взгляда мужчины, что немного удивило его. Альберт помнил случаи, когда, какие-то мелкие хулиганы додумались подшутить над мимо проходящими людьми. Стоило тогда ему хотя бы раз опрокинуть мелких наглецов хмурым взглядом, как те сразу пошли прочь от него. Порой даже взрослые люди и коллеги опасались его, что не скажешь о младшей Биркин, которой было абсолютно всё равно. Как показалось самому учёному, девочка ещё слишком юная и не сильно понимает, к каким последствиям могут привезти те или иные действия.       Глубоко вздохнув и выдохнув, Альберт смягчился в лице. Злиться на ребёнка было бессмысленно, поэтому мужчина снял свою промокшую куртку и положил на рядом стоящую стиральную машину. Осколки были разбросаны, но, к счастью, ни один не пропал и все были на месте, однако первым делом Вескер посчитал просмотреть за чисткой зубов, и чтобы пока он собирал их Шерри не придумала ещё, какую-либо пакость. — Что смешного? – спросил подошедший Альберт. — Нравиться смотреть на чужую боль? – от вопроса мужчины, девочка перестала смеяться и в недоумении посмотрела на него. — Нет, просто вы очень смешно упали, - похлопала глазами Шерри, не понимая смысл слов мужчины. — А что такого?       Оставаясь с невозмутимым выражением лица, Вескер решил не продолжать диалог, понимая, что это будет бесполезно. Лучше пусть она, наконец почистит свои зубы. Покачав головой, говоря этим, что ничего такого, учёный сложил руки за спиной и дёрнув головой указал на зубную пасту, расположенную в паре сантиметров от неё. Шерри, не став противоречить своей няньке приступила к чистке зубов. Альберт, не отрываясь сверлил её взглядом, заранее готовый к её выходкам. Когда утренние процедуры были окончены, Вескер, чтобы девочка не наступила на осколки на полу и не поскользнулась на мокром полу, взял маленькую озорницу на руки и потащил в её собственную комнату, приказав переодеться в обыденную одежду, а сам пошёл собирать осколки и оттирать пол. С осколками он быстро разобрался и убрал их в мусорку рядом с туалетом, а вот с мокрым полом всё не было сильно просто. — Так, - оглядевшись вокруг, Вескер не увидел, чего-то, чем смог бы протереть пол. — Не думаю, что воду будут оттирать обычной метлой, но где же тут может быть, что-то поможет? – вокруг мужчины кроме двух мётел и пары тряпок на глаза ничего не попадалось. Вспомнив, как происходила уборка в лаборатории, Вескер помнил, что у уборщиков была специальная метла с губкой, кажется она называлась шваброй, однако поблизости подобной не было. Нахмурившись, Альберт решил поинтересоваться у Шерри, нет ли у них швабры, однако перед этим повесил мокрую куртку на ближайший крючок, и направился к входу в комнату Биркин-младшей.       Очутившись у комнаты, он постучался. Ответ с обратной стороны не заставил себя долго ждать. — Открыто, - прозвучал голос Шерри.       Дёрнув за ручку, мужчина не успел ничего предпринять, как ему прямо на губу попал большой, игрушечный, белый кабриолет, сделанный из металла. От столь внезапной атаки со стороны девочки, очки с лица Альберта чуть ли не слетели, а сам их обладатель протёр губу, которую пронзила неприятная боль. Снова был слышен смех девочки, бьющий по нервам учёного. Языком проведя по ближайшему зубу и убедившись, в его сохранности, и что весь удар взяла на себя губа, Вескер гневно посмотрел на дочь его коллег. Шерри, увидев злой взгляд мужчины перестала смеяться, думая, что сейчас её могут поругать или возможно даже избить. Глаза девочки перемещались с покрасневшей губы на строгий и злой взгляд мистера Вескера. Младшая Биркин опустила голову и сложила руки за спиной, понимая, что не стоило ей этого делать и виновато посмотрела на мужчину, взгляд которого начинал пугать. — Простите пожалуйста, мистер Вескер, - жалобным тоном сказала Шерри, продолжая смотреть Альберту в лицо. — Я не хотела делать вам больно.       Продолжая играть в гляделки с девочкой, гнев учёного постепенно начинал угасать и Альберт переменился в лице на более спокойный взгляд. Глядя прямо в глаза Шерри, Вескер не понимал лжёт она или всё-таки раскаивается за случившееся. По выражению лица можно было сказать, что девочка сожалеет о сделанном, однако учитывая её поведение утром и рассказы Уильяма и Аннетт не стоило ей доверять полностью. Больше мужчину удивляло, что он не может понять в действительности врёт она или нет. Такой ход может быть вполне объясним, она возможно не раскаивается, а просто делает вид, чтобы надавить на жалость, потом же различные пакости снова посыплются на него. Он мог понять лгут люди вокруг него или же нет за короткий промежуток времени, не может быть такого, чтобы ребёнок мог его перехитрить. Сделав ещё один глубокий вдох и выдохнув, гнев Вескера испарился, словно он вообще не злился, оглядев девочку спокойным, полным недоверия взглядом. — Ничего страшного, - протёр губу мужчина. — Я хотел спросить есть ли у вас швабра, а то кроме обычной метлы я ничего не нашёл. — Она в подвале, рядом со стиральной машиной, - сказала Шерри, невинно смотря на Альберта.       Кивнув девочке в благодарность, однако всё равно не доверяя ей, Вескер попросил Биркин последовать за ним, чтобы она была под его постоянным контролем. Дочь Уильяма и Аннетт молча кивнула и последовала за Альбертом. Открыв дверь в подвал, их сначала встретила довольно чистая лестница вниз. Спустившись в подвал, мужчина довольно быстро нащупал выключатель и свет прогнал воцарившуюся в помещении тень. Подойдя ближе к стиральной машине, располагавшейся в паре метрах от сушилки. Напоследок посмотрев на рядом стоящую Шерри и осмотревшись вокруг на наличие предмета с помощью, которого девочка могла бы подстроить ещё одну пакость. В глаза ничего не бросалось, кроме парочки вёдер в дальнем правом углу, однако за них Вескер не сильно переживал. Даже если она до них доберётся, то что сделает? Максимум кинет их на него, но он легко увернётся. Наполнить водой у неё не получится, воды поблизости нет. Да даже если бы была, то облить бы она его всё равно не успела бы. Мысленно убедив себя, что всё будет нормально, Альберт оставил Шерри и быстрым шагом направился за шваброй. Стоило только мужчине потянуться за ней, как девочка сорвалась с места, однако Альберт, готовый к подобному уже хотел добежать до вёдер, но Шерри не было рядом с ними. На долю секунды встав в ступор учёный резко повернул голову к уже закрывающейся двери в подвал. Рванув к ней, Вескер не успел схватиться за ручку, как послышался звук запирания двери. Моля у себя в голове, что ему послышалось, он предпринял несколько попыток открыть дверь, однако результат был нулевой. Недовольно проворчав себе, что-то под нос, мужчина стал стучать по двери в надежде, что Шерри всё-таки одумается. — Шерри! – громко стучал по двери Альберт. — Так мелкая это не смешно! – ответом для мужчины стал довольный смех Шерри, от которого у вирусолога начали сдавать нервы. — Прекращай! Живо! И как ты вообще закрыла дверь на ключ?! Откуда он у тебя?! – действительно, каким образом она успела раздобыть ключ от подвальной дверцы? — А я думала, что вы не попадётесь на эту уловку, мистер Вескер, - послышался ехидный голос Шерри. — Я всегда храню запасной ключ от подвала у себя, мама с папой в силу своей занятости часто забывают о нём, думая, что надёжно спрятали все ключи, но они слишком часто недооценивают меня. А жалобы нянек вроде вас уже настолько им надоели, что даже внимания на это перестали обращать совсем.       Мужчина мысленно выругался, пытаясь найти у себя карманах, что-нибудь, что может помочь, однако успехов поиски не дали. Телефон остался в куртке, которую он оставил на верху. Сильно нахмурившись, Вескер сердито зарычал. Он просто не мог поверить в то, что его смогла одурачить маленькая девочка, так ещё и загнать его в «ловушку». Каким образом это вообще произошло? Как? Он всегда был на шаг впереди, часто выходя из сложных ситуаций, так каким это образом его одурачил ребёнок? Однако Альберта больше злило, то, что он сам не мог дать ответа, почему же так произошло. Попытавшись успокоиться свои нервы и гордость, учёный стал размышлять, как ему выбраться отсюда. Вариантов было немного. Самый нелогичный это просто попытаться выбить дверь. Вескер не желал портить чужое имущество, достаточно было одной чашки, да и просто сама идея была не лучшей. Второй вариант гласил, что можно, как-то отговорить Шерри, попытаться задобрить. И это была вполне неплохая мысль, поэтому Альберт принялся за дело. — Шерри, - подозвал её Вескер. Ответ не заставил себя долго ждать. Судя по смеху девочки и её ехидному тону ей было интересно, что он предпримет. — Будь хорошей девочкой и отпусти дядю Альберта и тогда… - на этом моменте мужчина стал затягивать с ответом, не зная, что предложить. «Проклятье! Что там детям нравиться?», - в мыслях спросил себя вирусолог. — Тогда что, мистер Вескер? — Тогда… - продолжал оттягивать Альберт. Вариантов в голову приходило мало, так что оставалось только предлагать первое, что придёт в голову: — Тогда я куплю тебе… мороженое! Много мороженого! – выдал первую пришедшую к нему мысль он. — Ой, я думала, что сможете меня удивить. Я уже столько мороженного переела, что уже тошнит от него. Да и в принципе от сладкого уже. Папа часто покупал много сладостей, чтобы я не обижалась на отсутствие внимания, - сказала Биркин. — Попробуйте ещё раз, может повезёт, - более ехидным тоном проговорила Шерри.       «Чтоб тебя! Вы взгляните на неё, она тут ещё торговаться со мной вздумала! Ладно, что там ещё любят дети?», - Альберт перепробовал различные варианты, однако ни один из них не заинтересовал девочку. Ни сладости, ни игрушки, ни шарики, предложения сходить в цирк, парк развлечений или зоопарк также были отвергнуты. Сложившаяся ситуация начинала сильно злить Вескера, потихоньку желавшего просто выбить дверь от злости и поругать девочку, но сам мужчина не позволял себе это сделать. Нужно было выйти из ситуации, но как? — Ей абсолютно не интересны обычные детские забавы, что странно. Не уж то ей так часто компенсировали этим малое обращение внимания? – тихо сказал себе Альберт, пока Шерри отошла, куда-то судя по отдаляющимся шагам. — Если это правда, то нужно придумать, что-нибудь ещё. Только что? Я как будто похож на человека, который разбирается в детях? – перебирая у себя в голове мысли, Вескеру на ум ничего не приходило, что сильно раздражало его, но сдаваться он не был намерен. В этот момент, пока учёный-вирусолог погрузился в мысли подошла сама Шерри, державшая у себя в руках тарелку с хлопьями и молоком. — Ну что? Есть ещё, какие-либо предложения? – спросила девочка, поедающая хлопья. Однако ответа от «няньки» ей не предстояло услышать. Подождав ещё несколько минут, девочка пошла в гостиную и взяла пульт от телевизора, оставив Альберта одного. — Молчанкой меня не заставить открыть дверь, мистер Вескер. Жаль, я ожидала, что вы не будете таким предсказуемым. Мне не впервой оставаться одной, я могу, и сама себе составить компанию.       Прежде чем звуки телевизора разрушили настоявшуюся тишину, Вескер смог услышать в голосе девочки немного грусти и разочарования, что дало мужчине большую подсказку.       «Вот оно что! Ей просто хочется, какого-нибудь внимания. Уильям, как-то рассказывал, что в школе у его дочери не так много друзей. Обделение внимания со стороны родителей, практически нет друзей, да и есть ли они вообще? Любопытно, какие у неё вообще сиделки до меня были? Тоже что ли немного взаимодействовали с ней и всё? Судя по её поведению похоже, что так и было. Ладно, кажется у меня есть идея!», - довольно улыбнувшись себе самому, Вескер снова начал стучать по двери, подзывая Шерри к двери.       Младшая Биркин отреагировала сразу, и выключила звук на телевизоре. — Что ещё, мистер Вескер? Очередная попытка заставить меня открыть дверь? – уже не выражая никаких эмоций спросила Шерри. — Нет. Слушай, Шерри, я не собираюсь тебе ещё, что-то предлагать. Ты, как я понял уже сыта по горло подобными предложениями, да и я вижу, что тебя уже тошнит от этого всего, - начал дискуссию Альберт. — Мне хочется немного поговорить с тобой.       От услышанного дочь гениальных учёных слегка удивилась. Обычно все сиделки, которые у неё были редко с ней разговаривали. Круг её общения состоял из занимающихся с ней репетиторов, и пары школьных друзей, которых Шерри и не могла назвать лучшими друзьями. Судьба была довольно строга с ней. Абсолютно все няни, с которыми она оставалась были либо подростками, которые и вовсе не интересовались ей, просто выполняя самые базовые обязанности и потом просто не обращая нужного внимания. Или же это были пожилые люди, которые уже не могли за ней угнаться. Шерри всегда это раздражало, особенно, когда подростки многого себя позволяли, особенно поднимать на неё голос. — О чём же вы хотите поговорить? — У тебя есть друзья, Шерри? – первый же вопрос был неприятен для девочки, но она всё же ответила ему. — Да… не прям много, но есть… - нехотя ответила Биркин. — Какие отношения у тебя с родителями вообще? – продолжил свой опрос Вескер. — Никакие, - холодно ответила Шерри, уже желая поскорей закончить разговор. — Правда зачем вам это знать? — Мне хочется узнать тебя подробней. Всё-таки я с твоими родителями знаком уже давно, а тебя видел всего один раз, когда ты забежала в лабораторию по случайности, и твоя мать потом тебя выводила, - спокойно и уверенно ответил ей Альберт.       Девочка на несколько секунд задумалась. Как предполагала Шерри мужчина скорее всего просто хочет разговорить её, чтобы она в конечном случае выпустила его из «клетки» или что-то в этом роде. Постояв в раздумьях приблизительно минуту, девочка всё же решила дать Альберту последний шанс, всё равно в любом случае даже если он выйдет оттуда, то максимум поругает или одарит её хмурым взглядом предварительно сказав, что-то в роде «взрослых нужно слушаться». На удивление для Биркин, Вескер оказался таким же неинтересным человеком, как и многие другие няни. Одно порадовало, что он хотя бы старался выполнять свои обязанности, а то люди до него и вовсе отказывались, что-то делать и разве что только подавали еду, сделанную на отвали. — Ну хорошо, - выдала она. — Что же вам так хочется узнать обо мне, мистер Вескер?       Облегчённо выдохнув, Альберт прижался спиной к стене и продолжил их беседу — Какие у тебя отношения с друзьями, Шерри? – вопрос на тему родителей Альберт предпочёл оставить на потом, понимая, что данная тема неприятна для младшей Биркин. — Ну… обычные, я бы так сказала, - немного неуверенно произнесла Шерри. — Просто… да я с ними хорошо общаюсь, мы можем помочь друг другу в случай, чего-то, но… я честно не знаю, мистер Вескер, - в голосе девочки мужчина отчётливо расслышал неуверенность в словах дочери его коллег. Однако Альберта также не слабо удивило насколько чётко и как можно грамотней она отвечает на вопрос. — Просто… мне порой начинает казаться, что наша дружба вообще не крепкая. В последнее время со мной всё меньше начинают общаться и избегают, хотя… я просто не понимаю почему… — А ты не замечала, с какого момента это началось? – спросил её вирусолог. — Не предполагала почему такое могло произойти? Может у вас были, какие-то разногласия или споры в последнее время? — Я не помню ничего такого, - честно призналась Шерри, присев на пол рядом с дверью. — Меня и так до этих событий не сильно любили одноклассники в школе. Когда всем классом мы собирались, чтобы поиграть, меня либо не звали, либо просто отгоняли, словно со мной, что-то не так! – небольшая вспышка гнева промелькнула в голосе девочки, однако отрицательная эмоция быстро исчезла. — Я, конечно, понимаю, что тут дело скорее всего в простой зависти. Я всегда была любимицей среди учителей, меньше всех хулиганила. Это закрепило мне статус, который мне дали одноклассники «паиньки-девочки» идеальной во всём. Постоянно меня называли, как пример для подражания. У меня всегда были дорогие игрушки, подаренные родителями, одежда, ну знаете, такая приличная, ну материал не дешёвый. Мама с папой всегда оставляли мне самую приличную одежду… в общем вы поняли, - с явной грустью в голосе произнесла Шерри. — Мне просто… просто очень обидно. Они думают будто я, какая-то избалованная, ставящая себя выше, говорю намного грамотней и поумней остальных… считают меня, какой-то королевой… и это просто обижает. Я ведь… просто хочу общаться с другими детьми и всё, - голос Шерри замолк, после чего повисло молчание.       Услышав рассказ девочки, Вескер ненадолго впал в недоумение. Мужчина и предполагать не мог, что девочке просто прикрепили статус идеального ребёнка, которому общаться лишь бы с такими же идеальными людьми. В этот момент Альберт нахмурился и протяжно вздохнул. Повторно проиграв рассказ девочки у себя в голове, мужчина для себя осознал, что образ, который закрепили ей был очень сильно схож с ним самим. Однако в отличие от неё, мужчине ни разу не закрепляли, какой-то статус несмотря на то, что он был самым выдающимся среди остальных своих коллег и знакомых. Наоборот, его больше уважали и чтили. Даже если его и кто-то презирал, то в лицо или на виду никогда не говорили, возможно только при себе. Но самому Альберту на это было абсолютно всё равно. У него всегда были свои идеи и мнение сверстников и коллег его нисколько не интересовало, ровно так же, как и пытаться заводить с ними, какое-либо общение. Если к чему мнению он мог прислушаться, так это были люди, которых он ставил на ровне с собой, коих было не так много. — Ну может оно и к лучшему, - ровным тоном произнёс мужчина, вызвав недоумение у его собеседницы. — Возможно это даже и хорошо, ведь зачем тебе общаться с теми, кто глупее и ниже тебя. Зачем пытаться привлечь их внимание и втискиваться в их компании. Ты намного умнее и выше них всех. Учитывая, насколько хорошо ты говоришь для своего небольшого возраста тебе было бы лучше общаться с теми, кто с тобой на ровне. Разве нет? — А зачем мне общаться с теми, кто на ровне? – скорчив угрюмое лицо, сказала Биркин. — В моём окружении таких нет и вовсе. Они во всяких кружках и прочих местах, я там бывала, и как бы я не пыталась завести, хоть какой-то разговор, он всё время становился скукотищей. С ними можно поговорить в основном таких темах, о которых я могу поговорить с репетиторами у себя дома! Понимаете? – слегка повысила она свой голос. — Мне надоел этот противный образ девочки «паиньки-отличницы» во всём, который мне навязали. Надоело общаться с теми, с кем я не хочу! Достало, что все избегают меня и порой чуть ли пальцем не тычут, когда меня видят, как будто я сделала, что-то плохое. Но больше всего, мне надоело абсолютное игнорирование моего существования собственными родителями! – не выдержав, девочка закричала последнее слово, после чего вновь замолчала.       Вескер не слабо удивился от услышанного, особенно с какой злостью она говорила насчёт всей ситуации, сложившийся вокруг, однако всё равно одновременно он не понимал её. Почему она так сильно привязалась к тем, кто явно не её уровня развития? Зачем ей это всё? Это было загадкой для него, но то, что девочке стало просто противно на протяжении всех дней общаться с одними и теми же людьми на одни и те же темы. Возможно, это было связано с тем, что она пока всего на всего ребёнок, который многого не понимает. У неё даже, как таковой цели ещё нет в жизни. Вероятней всего из-за этого она и так стремиться к обычной людской жизни.       В данном случае Вескеру было тяжело разобраться, ведь она ещё всего лишь маленькая девочка, не понимающая своего назначения и не ставящая перед собой, какие-то цели. У неё только желание играть и общаться со сверстниками, и чтобы родители её, наконец заметили. Альберт не мог вспомнить, каким он был в её годы, чтобы провести, какие-то параллели с собой. Он помнил себя только уже ближе в подростковых годах. — И поэтому ты так хулиганишь, - резко прервал тишину Альберт. — Чтобы показать всем, что ты такая же, как и они, а также, чтобы родители обратили на тебя внимание.       Несколько секунд ответом для учёного было затяжное молчание, а позже тихий всхлип и короткий ответ: «Да», и снова тишина, которую Вескер не знал, как прервать. Однако младшая Биркин видимо не желала, чтобы эта противная тишина продолжала царствовать. Сделав глубокий вздох-выдох, ещё раз тихо всхлипнув и стерев мелкие слезинки, Шерри неожиданно задала вопрос. — А что насчёт вас, мистер Вескер? — Чего насчёт меня? — Ну, помните ли вы, что-нибудь из своего детства? Были ли у вас подобные случаи? Какие отношения у вас были с родителями – поинтересовалась у коллеги родителей Шерри. — Ну… честно тебе признаюсь, я практически не помню себя в твои годы, - не ожидавший такой вопрос к себе, Альберт на пару секунд замешкался, но быстро опомнился и продолжил: — Я помню себя уже ближе к подростковым годам, и ты можешь мне верить или не верить, но то описание, которое дали тебе, как раз идеально характеризует меня самого. Я сколько себя не помню, но всегда был намного более перспективней, чем остальные. — А как с окружением? Как вы общались с остальными вашими сверстниками? — Никак, - коротко ответил Альберт. — Я никогда не ставил себе цель найти с ними общий язык. Я всегда был одним из таких людей, который, как раз и общался с теми, кто на ровне. А что думали обо остальные меня не волновало, но никто так и не показал, какого-то презрения ко мне. Возможно, это всё было у них при себе, но мне было без разницы. — Понятно, - немного разочарованным тоном произнесла Шерри. — А… как вы познакомились с моими родителями? Просто… я часто слышала о вас от них. — С твоим отцом я познакомился, когда мне, как и ему было по семнадцать. Он также был одним из таких более одарённых учеников, поэтому меня перевели в специальный комплекс, где он был. Среди всех, кто там был, твой отец показался мне самым интересным. Мы быстро сдружились, практически сразу став друзьями и коллегами, - на лице Вескера в этот момент возникла ухмылка от воспоминаний. — Через несколько лет, я начал замечать, что твой отец очень часто стал засматриваться на его новую ассистентку и в конечном случае влюбился в неё. И честно тебе признаюсь, слушать изо дня в день «Альберт, я влюбился по самые уши», особенно смотреть, как он тренировался, чтобы привлечь её внимание было сущим кошмаром. Твой папаша мне все уши прожужжал своими стихами для твоей матери.       Девочка тихо захихикала, услышав про своих родителей. — А можете рассказать об этом подробней? – спросила Шерри. — Ну я про родителей. — Я попробую вспомнить самые запоминающиеся моменты, - еле видная улыбка вырисовалась на лице мужчины, и он принялся рассказывать о тех невыносимых днях влюбленного Уильяма, капающего на нервы.

***

      Альберт даже и не мог предположить, что его настолько сильно затянет разговор с маленькой девочкой, которая казалось вот-вот заплачет от смеха, да и самому Вескеру было хоть немного, но чуть-чуть смешно вспоминать глупые и нелепые моменты с её родителями. На удивление, но ему действительно было приятно общаться с ней не только на темы, касающиеся её родителей, но и другие. Для своих лет Шерри была слишком умной и общительной в отличие от других детей. Разговор затянулся на достаточно долгий промежуток, из-за чего Альберт забыл сколько времени, однако чувство нарастающего голода заставило его отвлечься.       Посмотрев на часы, показывавшие уже четырнадцать ноль-ноль, учёный поднялся со ступеньки и постучался в дверь. — Шерри, не хотелось бы прерывать наш диалог, но уже два часа дня, а я даже не завтракал. Можешь меня выпустить? – вполне дружелюбно попросил Альберт. — Ой, даже не знаю, - саркастическим тоном произнесла Биркин-младшая. — Надо бы подумать. — Шерри, - устало протянул обречённый Альберт. — Пожалуйста, открой дверь, - всё-таки смог выдавить из себя эти три слова вирусолог. — Ну хорошо, - достав ключ из кармана, Шерри открыла замок, после чего и саму дверь. Как только дверь полностью распахнулась из прохода показался крупный мужчина. На долю секунды ей стало немного страшно, ведь она заперла его в подвале и долго не выпускала, и мужчина мог злиться и поругать её, но, к счастью, этого не случилось. Вескер выйдя из своего заточения одарил девочку вполне искренней улыбкой. — Так, у вас дома есть, что-то поесть? – спросил Альберт направляясь на кухню. — Ну… не очень. Максимум самые обычные хлопья или яйца, и покупная колбаса, кажется всё, - ответила Шерри.       К сожалению для Альберта девочка была права из еды ничего не было, а также нужно было убраться наверху. Ведь изначально он пошёл в этот подвал за шваброй. Из еды же ничего ему не нравилось, единственный вариант пойти в магазин или куда-то ещё, чтобы купить себе еду. Но оставлять Шерри одну не хотелось. — Слушай, Шерри, - услышав своё имя, Биркин сразу среагировала и посмотрела в сторону своей «няни». — Еды в вашем холодильнике маловато, не будешь прочь сходить в магазин? — Ну-у-у, а вы купить мне, что-нибудь? – ехидно улыбнулась девочка. — Хорошо, - устало выдохнул Альберт. — Тогда да, - спрыгнув со стула, Биркин-младшая побежала к себе в комнату. — Пойду собираться! — Да-да, я тоже, - последовав за девочкой на второй этаж сказал Альберт. Напоследок прежде, чем выйти из дома, учёный всё-таки быстро провёл шваброй по уже сырому полу и взяв куртку, закрыл все проходы в дом и вместе с девочкой направился на поиски, чего-то, чем можно было забить живот.