Трон Кассиопеи

Глава 16 Драко Малфой После ухода Грейнджер прошло несколько часов, а Малфой уже начал нервничать. Беспомощность сводила с ума. Он чувствовал себя несостоявшимся, потерявшимся человеком, маленьким мальчиком на перепутье, которого бросила мама. Веки слипались после вчерашней бессонной ночи, но сознание было настолько перевозбужденным, что конечности сводило. Как он мог допустить вчерашнее недоразумение? Грейнджер тоже хороша. Она должна была оттолкнуть его, оскорбиться, наорать. Но она вжималась в него, дрожа всем телом, пока он предательски целовал ее. Мерлин, это ведь и правда было предательством по отношению к Лотте. Ты предал ее. Женщину, которую Бог послал тебе в качестве искупления. Малфой откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза и натужно простонал. Мысли в его голове бились подобно назойливым мухам. Утром Грейнджер так смущалась и старательно прятала глаза, что было смешно. Он бы поиздевался над ней на тему того, что взрослые тетеньки не стыдятся целоваться с мужчинами, но ему было противно. Нет, Грейнджер была здесь абсолютно ни причем. В любой другой ситуации он бы обвинил ее во всех смертных грехах, но сейчас Драко было тошно от самого себя. Он это сделал. Никто его ни на что не подстрекал, не провоцировал и не соблазнял. Гермиона просто хотела его пожалеть. Он слышал сквозь пелену слез, что она успокаивала его. Она, которая пережила такое, что и врагу не пожелаешь. И Малфой в который раз удивился, какое же у этой хрупкой на вид девчонки большое и храброе сердце. Настолько большое, что смогло найти место для Драко, мать его, Малфоя. Того, кто все школьные годы издевался над ней и принижал ее за магловское происхождение. И где ты сейчас, хренов расист? Ждешь ее, как собака, в ожидании того, что она сделает что-то для тебя. И ведь она помогает, абсолютно не требуя ничего взамен. Его размышления были прерваны дверным звонком. Подумав о том, что Грейнджер решила вернуться, Драко пошел открывать дверь. На заснеженном пороге стояла Нарцисса Малфой в теплой мантии, отороченной мехом. — Мама? — Удивленный возглас сына заставил женщину улыбнуться. — Здравствуй, Драко. — Да, здравствуй, — спохватился он, пропуская ее в дом, — проходи. — Благодарю, — она прошествовала мимо него, одаривая легким шлейфом духов, который Драко помнил с самого детства. Так пахли любовь и магия. Находу миссис Малфой расстегивала мантию, что свидетельствовало о том, что она пришла надолго. Драко принял ее одежду и проводил в гостиную. — Приятный сюрприз, — пробормотал парень, когда пауза слишком затянулась. — Прости, что не приходила раньше, — грустно улыбнулась Нарцисса, мягко коснувшись его руки, — твой отец бывает очень несговорчивым. — Он не знает, что ты здесь? — Спросил Драко, когда они сели на диван. — О, он знает, — от выражения лица матери ему стало немного не по себе. — Мама, что-то случилось? — нервно спросил Малфой, не в силах больше сдерживаться. — Сынок, я хотела попросить у тебя прощение за наше с отцом поведение. Я долго думала и решила, что это было чудовищным поступком с нашей стороны так поступать с тобой и с твоей избранницей, — ее голос был ровным, но глаза были немного влажными. — Ты пришла в качестве переговорщика? — сухо спросил Драко, намекая на отсутствие отца. — Понимаешь, — замялась Нарцисса, с преувеличенным интересом рассматривая свои идеальный маникюр, — он пока не в состоянии покинуть дом. — Что ты сделала, мама? — его брови взлетели вверх. — С ним все будет в порядке, — отмахнулась она, — переживет. — Ты иногда меня пугаешь. В ответ на это Нарцисса неуверенно придвинулась к сыну и протянула руки, чтобы обнять его. Драко принял теплое объятие, вдыхая запах мамы. Он так скучал по этому. Он снова чувствовал себя одиннадцатилетним мальчиком, которого родители провожают в Хогвартс. Он вспомнил, что в первые недели обучения в волшебной школе не мог спать в незнакомом месте и попросил Нуки — своего домового эльфа принести в Хогвартс мамину подушку, которая пахла ее духами. После этого Драко впервые проспал всю ночь. — Я так скучал, мам, — прошептал он в ее волосы, получилось немного сдавленно. — Я тоже, сынок, — она взяла его лицо в свои ладони и вгляделась в него своими голубыми глазами, — я готова помогать тебе с поисками твоей жены. И мне стыдно за то, что я не пришла раньше и не откликнулась на твой зов. — Кстати об этом, — Драко мягко отстранился, — есть кое-что с чем ты можешь помочь. Он думал о том, что книг и дневников могло не оказаться в доме Поттера, поэтому помощь матери могла оказаться весьма кстати. — Конечно, — с готовностью кивнула она. — Тебе что-нибудь известно о семейных дневниках или книгах Блэков или Малфоев? — мысленно скрестив пальцы на удачу, спросил Драко. — Что касается Малфоев, у меня нет такой информации, — задумалась женщина, — я могу поискать в библиотеке. Наверняка там что-то есть. — А что на счет Блэков? — нетерпеливо спросил Малфой. — Такие дневники есть, — нахмурилась Нарцисса, — их три тома, и они принадлежали Ликорусу Блэку. Он был первым в династии. — Где они хранятся? В доме на Гриммо? — дыхание Драко сперло. — Конечно нет, — возмутилась она подобной нелепице, — они находятся у меня. Это было частью моего приданного. — Мама, мне нужны эти дневники. Срочно, — он вскочил, нервно запуская пятерню в волосы. — Драко, там описаны ужасные заклятия, — с сомнением сказала Нарцисса, — Ликорус был очень темным волшебником, и его жена Магента умерла при загадочных обстоятельствах. — Ты читала эти дневники? — Нет, — покачала она головой, — книги пропитаны темной магией. Я пыталась начать читать, но они высасывали из меня волшебство, поэтому я не стала. — Это темный артефакт? — убито спросил Малфой. — Не думаю. Вряд ли они будут действовать на того, у кого нет магии. — Она подняла на него виноватый взгляд, — прости. — Принеси их мне, пожалуйста, — попросил он, — это очень важно. — Только пообещай, что не будешь их использовать. — Ты сама сказала, они бесполезны для маглов, — устало сказал Драко. — У тебя есть Теодор Нотт, — упрямилась Нарцисса. — Я обещаю, что никто не будет использовать их. Нарцисса покинула дом Драко, уверив его, что скоро вернется с книгами. — Ликорус, значит, — бормотал он себе под нос, крутя телефон в руках. Несколько минут он что-то решал для себя. Наконец, придя к какому-то общему знаменателю, Малфой набрал знакомый, но давно ненужный номер. Громкие гудки оглушали его. К телефону так никто и не подошел — гудки сменились автоответчиком. Драко не стал оставлять сообщение бездушному автомату и просто отключился, скрипнув зубами от досады. Он не знал, что говорить. В замочной скважине скрипнул ключ и раздался звук открываемой двери. Только у Тео были ключи от этого дома, поэтому Малфой даже не стал смотреть кто пришел. — Кто-нибудь есть? — пропел Теодор, раздеваясь. Драко слышал, как шелестит его одежда. — Я здесь, — чуть повысил он голос, чтобы друг смог его услышать. — А где Грейнджер? — спросил молодой человек, заходя в гостиную. Его щеки были красными от холода, а волосы взъерошены от ветра. — Должна уже быть у Поттеров, — взглянув на часы, ответил Драко, — как день? — Неплохо, — кивнул Тео, отворяя холодильник, — я так хочу есть, ужас просто. Я водил ее на свидание, а она выбрала вегетарианский ресторан. Чтобы ты знал, ростки пшеницы и спаржа ни хрена не питательные. — Кто она? — спросил Малфой скорее из вежливости, глядя как Теодор располагается за столом, расставляя перед собой несколько тарелок. — Хелен, я тебе говорил о ней, — он жевал, поэтому разобрать что-то было сложно, но Драко старался, — она милая и все такое, но со странностями. — Мать приходила, — сказал Малфой, когда ему надоело слушать лязг челюстей Теодора. — Чья? — разинул полный рот Тео. — Моя, — закатил глаза Драко, — она, по-моему, что-то сделала с отцом. Создалось впечатление, что он теперь не ходячий. — Она всегда меня немного пугала, — поежился Нотт. — Она просила прощения и обещала помочь. Дневники Блэков у нее. — Получается, Грейнджер просто так потащилась в берлогу к Поттеру. Она ничего там не найдет, — говорил Теодор, засовывая очередной кусок мяса в рот. — Когда я смотрю как ты ешь, у меня проскальзывают подозрения, что ты в родстве с Уизли, — поморщился Драко. — Ой, — отмахнулся от него Нотт, — кстати, что это вы ночью устроили? Я слышал, как что-то грохотало. — Ничего, — отрезал Малфой таким тоном, что Тео больше ничего не спрашивал. В любом случае их перепалку прервал оживший телефон Малфоя. Он взял его в руки и повернул дисплеем к Теодору. — Гриффиндор на связи, — объявил Драко ему, нажимая кнопку вызова. — Малфой, я тут кое-что нашла, — без предисловий начала тараторить Грейнджер, тяжело дыша в трубку. Она куда-то быстро шла. — Дай угадаю: это не дневники, — усмехнулся Тео, когда Драко поставил звонок на громкую связь. — Привет, Тео. Да, это не совсем то, что я ожидала найти, но тоже очень важно. Драко, я уверена, что это связано с Блэками, — так же быстро говорила девушка. — У меня тоже такое ощущение, — протянул Малфой. — Почему это? Что вы выяснили? — вскинулся Тео. Он терпеть не мог находиться «за бортом». — Я скоро буду у вас, — вместо ответа сказала Гермиона. Буквально через несколько минут дверной звонок оповестил о том, что кто-то пришел. Малфой гадал кто будет первым: Нарцисса или Грейнджер. Тео побежал открывать дверь, отодвинув от себя недоеденный стейк. — Это Гриффиндор, — оповестил он Малфоя, хотя он и сам это понял по скомканному лепетанию девушки в коридоре. — Что ты узнала? — Драко нетерпеливо спросил ее, выходя навстречу. Ее волосы были растрепаны больше, чем обычно, а в руках был какой-то сверток. — Кто был первым в династии Блэк? — немного отдышавшись, ответила вопросом на его вопрос Грейнджер. — Ликорус Блэк, — ответил Драко, не понимая, как она вышла на имя его предка. — Его жена Магента — вылитая я и твоя жена, Малфой, — изрекла Гермиона, внимательно следя за его реакцией. Малфоя будто облили кипятком. Внутренности жгло, а тело горело. Он тупо смотрел на девушку перед ним, потеряв дар речи. Он не понимал, как соединить все фрагменты картины, хотя чувствовал, что большая половина частей у него на руках. Не доставало только дневников, но их скоро принесет мать. Грейнджер смотрела на него со странной смесью эмоций на лице. Драко чувствовал, что должен что-то сказать, но язык будто прирос к небу. Ликорус жил хрен знает когда. Не могло же его злобное привидение летать по Англии и похищать женщин, в самом деле. — Тебе бы в Аврорате работать, Грейнджер, — восхитился Тео, тут же обращая внимание на сверток у нее в руках, — а что это у тебя? — Возле Гарри есть восхитительная кофейня, — смутилась девушка, — здесь круассаны. — Дневники Ликоруса у моей матери, она должна принести их, — растерянно проговорил Малфой, не глядя на Теодора, который отобрав у Грейнджер сверток, прошмыгнул на кухню. — Ты помирился с матерью? — улыбнулась Гермиона так искренне, что Драко поморщился. — Вроде того, она приходила днем. Ты видела ее портрет? — вернулся к сути их разговора парень. — Да, Гарри сохранил много вещей на чердаке, — кивнула она. — А портрет Ликоруса ты видела? — Да, их портреты были парными, — ответила Грейнджер, — ты же не думаешь, что это он? — Я уже ничему не удивлюсь, — пожал плечами Малфой, — мать сказала, что в дневниках очень темная магия. — Мерлин, это все просто ужасно, — закрыла она глаза и прислонилась к стене. Они вдвоем так и стояли в коридоре, не в силах двинуться с места. На ее лице была отпечатана такая усталость, что Малфой буквально мог физически ее почувствовать. Он понимал ее. Он также был без сил, но продолжал бороться, как и она. Их мотивы были разными, но цель была одна. И это их сближало. — Грейнджер, я… — Драко собирался что-то сказать, но был прерван трелью дверного звонка. Гермиона шарахнулась от двери, как от огня и прошла в гостиную к Тео, дав Драко возможность поговорить с матерью с глазу на глаз. Малфой отметил, что она все еще боится громких звуков. Открыв дверь, он одарил Нарциссу улыбкой, похожей на гримасу и пустил ее внутрь. — Драко, — в ответ она улыбнулась со всей теплотой, — я все принесла. С твоим отцом возникли некоторые проблемы, поэтому я задержалась. — С ним все в порядке? — не очень обеспокоенно спросил Малфой, понимая, что мать не причинит вреда отцу. — Я подумала, что некоторое время пожить в темницах Мэнора будет для него полезно, — невинно взмахнув ресницами, изрекла она. — Мама! — потрясенно воскликнул Драко, наблюдая, как его мать проходит в гостиную, где сидели Нотт и Грейнджер. — О Драко, я не знала, что у тебя гости, — спохватилась Нарцисса, — добрый вечер, Теодор, мисс Грейнджер. — Это не гости, — отмахнулся Драко, — мама, дневники. Женщина достала из небольшой сумки три довольно увесистых журнала, улыбнувшись на ответные приветствия этих двоих. Драко обратил внимание на Грейнджер — она явно чувствовала себя не в своей тарелке, глядя на Нарциссу. — Чаю, миссис Малфой? — поборов стеснительность, спросила Гермиона. — Да, пожалуй, — изящно взмахнула рукой его мать и прошла вслед за девушкой в сторону кухонного стола, — я не знала, что вы дружите с Драко. До Малфоя нечетко долетали обрывки разговора Грейнджер и его матери, поскольку он был полностью поглощен материалами, которые оказались у него в руках. Он уловил только то, что Гермиона сказала, что помогает ему с поисками Лотте. Малфой не отрывался от своего занятия уже больше часа, забыв обо всем на свете, пытаясь побороть тошноту, которая подкатывала к горлу от прочитанного. Он не мог поверить, что все написанное правда, а не воспаленное воображение вышедшего из ума человека. Когда он наконец поднял взгляд от пожелтевших листов, на него смотрели три пары глаз. — Ну что там, Драко? — нарушил тишину Тео, неуверенно прокашлявшись. Драко опустил глаза на свои руки — они тряслись, впиваясь в толстую бумагу. Он не мог произнести это вслух. Язык отказывался повиноваться. Ведь если он произнесет это — оно вмиг обрастет мясом. Это был его самый главный страх. Страх, к которому, несмотря ни на что, он был готов. И не был одновременно. Поэтому, он замотал головой, съезжая вниз по стене. — Драко, милый, — Нарцисса подскочила со своего стула и бросилась к нему. — Если у него все получилось — Лотте мертва, и в ее теле Магента Блэк. Help me to carry the fire Помоги мне поддерживать огонь, We will keep it alight together Мы вместе будем следить, чтобы он горел. Help me to carry the fire Помоги мне поддерживать огонь, It will light our way forever Он всегда будет освещать наш путь. Editors - No Sound but the Wind