Пригрел на груди змею

На улицах Бирмингема уже вечерело. Субботний тёплый день подходил к концу. Прохожих, что так боязненно приветствовали братьев Шелби, становилось все меньше. Возле входа в логово острых козырьков стояла машина, а рядом с ней две дымящие фигуры, облокотившиеся на капот автомобиля. Одна чуть пониже, но шире в плечах, другая повыше и поуже. То стояли Джон и Артур Шелби. -Опаздывает…- протянул Старший, выпуская клуб дыма. -Ты хоть приблизительно представляешь, что будет на этом вечере обоссаном?- Джон плюнул окурком в сторону. -Нет, но говорят этот тип странный. Джон посмотрел на брата, у него на лице было выражение немого вопроса. -На книжках помешан, пальца у него одного нет.-отвечал Артур. -Я ещё слышал, что... Джон не успел договорить, он был прерван появлением Томаса. -Сплетничаете, дамы? — эту фразу сопровождала ехидная ухмылка, но при этом беззлобная. И вот перед машиной стояла троица Шелби в превосходных костюмах тройках, все в чёрных цветах. -Ой иди ты! — сказал младший, хохотнув Братья полезли в авто. Том за руль, а Артур и Джон начали шутливо бороться за переднее сидение. На этот раз победил Джонни-бой. Путь предстоял неблизкий. Господин Брукс жил в некотором отдалении от Города, ехать от Бирмингема до поместья где-то часа 2. Всю дорогу Артур и Джон спорили кто победит из местных боксёров. -А я говорю- Большой Бо согнёт твоего Генри пополам! -горланил старший -Да хер там плавал! Генри хоть и меньше, но он быстрее! -И что блять с этого? Если Бо за два удара его уложит! -Да черта с два этот верзила по нему вообще попадёт! Том ну скажи, что на Генри ставить надо! -Не впутывайте меня в это- Томми нравилось наблюдать за бойким, но все же безобидным и по-семейному уютным спором. Такие, вроде обычные моменты, и впечатываются в подсознание, словно самые едкие чернила по тонкой бумаге. А после вылезают в памяти, как самые тёплые и дорогие сердцу воспоминания. Но все же самому лезть в обсуждение бойцов, как-то не хотелось. Спор утих только на подъезде к особняку Брукса. И то благодаря Томми. -Хотите чтобы люди запомнили нас базарными цыганами? Два спорщика притихли. Машина плавно остановилась возле больших кованных ворот и небольшой будки-пропускной. Из неё вылез охранник больше похожий на гориллу, чем на человека. Глядя на него, казалось, что маленькая будка откуда он выбрался была ему в обтяжку. Он подошёл к авто со стороны водителя. Томас молча протянул ему приглашение. Верзила взял его и ознакомился. С заднего сиденья донёсся шепоток -ты глянь, Джонни-бой, оно ещё и читать умеет. Джон прыснул смехом, еле сдерживаясь. Охранник не удостоил вниманием это язвительное замечание. Видимо гости хозяина часто одаривали его подобным вниманием. Все так же в молчании исполин отдал приглашение и уходя махнул рукой куда-то в темноту прохладного вечера. Ворота открылись и автомобиль зашелестел шинами по ровной брусчатке. Дом Брукса был окружён густыми зелёными насаждениями. Создавалось впечатление, что особняк стоит посередине леса. Через минут 10 братья Шелби доехали до места встречи. Скромным жилище Джордана Брукса никак нельзя было назвать. Белый фасад огромного здания, состоящего из двух больших корпусов, соединённого галереями, был украшен декоративными колонами и лепниной. Заезд к нему был круговой, а посередине зеленого центра стоял фонтан. Рядом со входом в особняк стоял человек в красной униформе. Авто подъехало к самому входу в дом. Первым вылез Томас, неторопливо и вальяжно. За ним последовали его братья, с абсолютно серьезным и спокойным видом. Так и не скажешь, что ещё двадцать минут назад спорили как подростки. Человек в униформе протянул руку и в неё незамедлительно опустились ключи от машины. У всех троих в голове уже был план отступления, если что-то на ужине пойдёт не так. Он был обговорён ещё вчера. В доме аптечного воротилы, уже месяц как, работали люди острых козырьков. А сколько именно их- одному Томми известно. Парадные двери открылись перед братьями, впуская их внутрь дома. Тут же их и встретил хозяин. Приятной наружности мужчина, на вид лет 40-45, среднего роста, с чёрными уложенными набок волосами, крепкого телосложения. Мизинца на левой руке и впрямь не было. Лицо было привлекательно мужественным: массивная нижняя челюсть, губы не тонкие и не пухлые, выраженные скулы, аккуратный прямой нос. Вид портили морщинки у глаз, рта и лба, да на удивление жиденькие брови. Глаза были светло-карие, читалось в них что-то надменное, помимо того они были какие-то по-поросячьи маленькие. Над верхней губой красовались тонко подстриженные усы, цвета дёгтя. Одет он был в дорогой костюм темно-синего цвета с блекло-красным галстуком-бабочкой. -Добро пожаловать, господа- голос красивый, бархатный баритон.- Чувствуйте себя как дома, ни в чем себе не отказывайте, можете отдать верхнюю одежду, включая ваши замечательные козырьки, любому дворецкому. Он сделал четкий акцент на слове козырьки, видимо он уже навёл справки, что из себя представляют Шелби и вообще острые козырьки. Значит и про ситуацию с Кимбером он скорее всего знает и будет предельно недоверчив, а значит будет туго. — мысли роились в голове Артура. Он не сомневался, что Том тоже это заметил, а значит сделает вывод. Отдав пальто и головные уборы, братья последовали за хозяином. Он шёл впереди с Томми и болтал что-то о книгах. Старшему Шелби Джордан сразу не понравился, скорее всего из-за его светских ужимок. Пройдя вестибюль и свернув у огромной лестницы направо, все четверо вышли в просторную залу. На противоположной стороне от входной двери стоял постамент с музыкантами, вдоль стен были расставлены длинные столы с закусками и разнообразным алкоголем. Все вокруг имело дух непозволительной роскоши и томного самолюбования. Здесь и там стояли вазы почтенного возраста со сложными икебанами, гипсовые бюсты, картины, постаменты, статуи на греческий манер. Приглашённых было человек 100 и все с комфортом проводили время в зале, ни в коей мере не стесненные. Все были разодеты в пух и прах, но такая пестрая масса в сумме своей все равно представляет всего лишь единую, однородную и довольно пресную смесь. Артур с Джоном оставили Тома с Бруксом, а сами пошли проводить разведку: всматриваться незаметно в лица, искать глазами нужные выходы. Музыка все играла, убаюкивая собранность и всякую опаску. Обычный вечер с обычными жирными толстосумами, симпатичными пустышками и смазливыми актеришками. Похоже все пройдёт гладко. Вокруг приличное общество, никаких более ли менее значимых людей из поля деятельности козырьков нет. Однако, беглый взгляд Артура выцепил в толпе некую шероховатость, что-то совсем необычное, то чего здесь быть не должно. Вернув взгляд в приблизительную область удивительной находки, Шелби нашёл причину диссонанса. -Ебучая китаёза…- от удивления, Артур даже проговорил это вслух. Старший Шелби не любил китайцев (мягко сказано не любил), и часто повторял слова деда и отца: «не связываться с китайцами» или «с полицией и китайцами дел не ведём» Да и что уж говорить, почти все Англичане с неприязнью относились к китайским иммигрантам. А тут… на приличном вечере, сливки общества и вот… она. Одета, конечно, прилично, со вкусом. Но все равно смотрелась инородно, ей бы на рынке рыбой, травами торговать или в публичном доме ноги раздвигать, мордашка-то что надо. Невысокая, с хорошей фигурой, подчеркнутой красным платьем на азиатский манер, с вырезом до бедра. А сами бёдра, просто роскошные: объемистые с плавными чертами, и жопа просто загляденье. У неё были длинные чёрные волосы. Все остальные девушки, кстати, были подстрижены коротко, по моде, но не она. Кожа цвета дорогого фарфора, с которого должны пить только императоры. Настолько бледная, что выглядела даже немного болезненно. Подобная красота по вкусу пришлась бы далеко не всем. Особа что-то сдержанно рассказывала, стоя в полуоборота к Старшему. Лицо ее было необычно для Светской Англии: высокие, довольно широкие скулы, аккуратный нос, чуть курносый, пухлые губы в красной помаде, без ярко выраженной дуги Купидона, глаза было не рассмотреть, слишком далеко она стоит, да и разве такие щелки разглядишь с десяти метров. Из недостатков можно было выделить: скромных размеров грудь, узкие глаза и скудную мимику, как будто не лицо, а маска. Такую внешность можно было обозвать книжной или картинной, то есть понравится она далеко не всем, но многим запомнится надолго. Вдруг, словно почувствовав на себе взгляд, узкоглазая повернулась и посмотрела прямо на Артура. Она что-то сказала группке, с которой ранее беседовала, и подошла к Шелби старшему. -Добрый вечер, вы должно быть мистер Артур Шелби? — шелковистый, немного отдающий японскими колокольчиками голос. Он только утвердительно промычал, отхлебывая из стакана с виски, который поспешно схватил у проходящего мимо официанта. -многоуважаемый мистер Брукс попросил меня сопроводить вас в особую гостевую зону. -Сама не хочешь представиться? А глаза то… Цвет их был, как крепко заваренный чай, темно-карие, почти чёрные, точно бездна. Зловещая, но от того ещё более притягательная. Раскосые глаза, с длинными пушистыми ресничками. Фарфоровый Ангелок на азиатский манер, не иначе. -Прошу прощения за такую бестактность, можете обращаться ко мне Ен. «Ну конечно, Ен… как же иначе, всех узкоглазок зовут либо Мэй, либо Ен. Другого не дано» В ее речи не было ни малейшего намёка на акцент. Это озадачивало ещё больше. Артур слегка повернул голову, взглядом ища фигуру Тома, уходить друг от друга далеко не лучшая затея. -Мистер Томас Шелби уже удалился с мистером Бруксом. -с чего ты взяла, что я ищу его? -буркнул Шелби, раздражённый такой догадливостью. -меня просто попросили это передать -она простодушно улыбнулась, но вышло немного натянуто… «Паршивенькая ты актриска, не уж то другие верят?» -пошли. Девушка вывела мужчину из зала через относительно небольшую дверь за помостом музыкантов, скрытую занавесом и небольшим закулисьем. Пара вышла в узкий коридор, стены которого были облицованы темными деревянными панелями, проход освещали редкие вычурные бра из розового муранского стекла. Коридор был коротким, метра 4-5 в длину. В конце ещё дверь. Пройдя его, они попали в холл с множеством дверей, из него в просторную гостиную, с кожаными диванами и креслами-исполинами. Возле стен стояли огромные стеллажи с колоссальным количеством книг. А в стене слева от входа была большая арка с темно-зелёным занавесом, обитым золотыми нитями и кисточками. В комнате было человек 8, если считать вместе с братьями. «Бля как в ебучем музее, как тут вообще жить можно? И стены как-то давят.» — такая обстановка Артуру совсем не нравилась. «локтем лишний раз боишься дернуть». Даже для цыган обустройство особняка Брукса казалась явным перебором. Артуру почему-то захотелось посмотреть как ведёт себя китаяночка в этой неуютной обстановке. Волнуется ли или наоборот чувствует себя в музейной гостиной, как рыба в воде. Шелби повернул голову к тому месту, где должна была стоять Ен, но ее уже там не оказалось. Ускользнула. От колючего и изучающего взгляда. -Артур, мы вас заждались! Но я рад, что вы наконец присоединились! — Все фразы слетающие с уст Джордана лились на слушателя медовой рекой, обволакивая в иллюзию значимости и важности собственной персоны, обтекая каждую частичку тела жертвы мнимой доброжелательностью. -Думаю можно уже переместится к самой сцене, ведь все уже вкусили хлеба, осталось дело за зрелищем.- тонкий рот расплылся в самодовольной улыбке. Всем понравилась острота. Пара работников открыли занавес, приглашая гостей в заманчивый полумрак. Первым пошел хозяин, затем двое толстых служителей народа, после какой-то прилизанный бизнесмен, затем возрастной джентельмен с тростью, процессию завершали братья Шелби. Томас шёл чуть впереди, Артур и Джон держались сзади. Мужчины вошли в небольшой домашний театр. Строением он был схож с амфитеатром. По бокам от входа возвышались сиденья для зрителей, поднимаясь над уровнем пола в высшей точке метра на два с половиной. Вместо привычных театральных сидений- уступы по типу лестницы. Каждое место зрителя на нише было густо усыпано подушками. В среднем на одном ряду было отведено по три места для слушателей. Братья заняли предпоследние ряды, но все равно были недалеко от сцены. Том сидел на ряд выше братьев. Остальные гости расселись в произвольном порядке. Пожилой господин сел как можно ближе к сцене, Артуру было его прекрасно видно. Мужчина лет 60, довольно подтянут, лысоват, лицо покрыто старческими пигментными пятнами, но все равно в нем было что-то весомое, грозное и гордое. На сцене были большая плоская подушка и низкий японский стол с резным пюпитром. -У Брукса явно есть какой-то пунктик на тему Азии. -Заметил Джон вслух, чтобы услышали только братья. -Ага, сидит и на фрески столетние надрачивает- Артур ухмыльнулся одним уголком рта. Ещё минут через пять на сцену вышла девушка. Это была никто иная как Ен. Старший явно такого не ожидал. «Бля да какого черта она тут?!... в каждой дырке затычка» Одета она была во что-то отдаленно напоминающее кимоно. Атласная темно-синяя накидка с вышитыми золотым цветами у подола. Чёрные прядки у лица заколоты назад. Маленький пухлый рот по-прежнему подведён красным. Девушка проследовала к пюпитру и аккуратно села, поджав под себя ноги. Прислуга внесла книгу. Поставила чтиво на пюпитр, закрепила. Такое внешнее спокойствие, граничащее с безразличием, будто она проделывала такие выступления много раз. Но взгляд у неё… до такой степени грустный что ли, полный какой-то безнадеги и смирения. Подобное выражение бывает у зверей в зоопарках. Сидит себе, допустим, медведь, вроде накормленный, чистый. А в глазах такая тоска… задумавшись Артур и не заметил, что смотрит на неё в упор уже порядка минут трёх, не отрываясь, все то время пока длилась тишина перед перформансом. Джон пихнул его локтем. -эй ты чего так уставился? -а?..-Артур не сразу понял сути вопроса- да…в порядке все. Тем временем Джордан, сидевший во втором ряду в самом краю, коротко кивнул Ен и она начала читать вслух. Старший совсем не вдумывался в смысл того, что читает девушка. Он думал о странном чувстве, раздражении смешанном с презрением и ещё с чем-то, что пока невозможно идентифицировать. Шелби прекрасно понимал, что именно его бесит в этой особе «Наверняка та ещё шлюха, актриска. Улыбается ещё. Не зря дед говорил с китайцами не связываться. И эта точно такая же падаль. Надо успокоится, иначе спутаю Томми все карты, в конце концов она нам ещё ничего плохого не сделала. Да и не сделает, смазливое личико с мозгами не бывает…а фигурка у неё что надо. Интересно, за сколько она отсосет... ТАК СОБИРИСЬ» Артур слегка тряхнул головой, отгоняя нежеланные мысли. И стал вникать в суть повести. Вслушиваясь, Старший стал понимать, что содержимое рассказа описывали далеко не нечто возвышенное. Текст книги повествовал о юноше, который овладел девушкой силой, причём с особой жестокостью. Джон уже было повернулся к Тому чтобы выразить все своё предельное удивление в емкой фразе: «это что ещё за хуйня?» Но Томми опередил его -Спокойно, Джонни-бой, у Брукса такие причуды. Главное, не критикуй книгу, если он спросит твоего мнения. «Господь всемогущий, да этот Брукс двинутый на всю голову! Раз устраивает из собственного дома бордель. Тут все двинутые! И особенно девка, раз согласилась участвовать в подобном.» Томас делал вид, что вникает в потаенный смысл книги. Джон по наставлению брата тоже пытался сохранять спокойный вид, но абсурд всего происходящего его смешил, поэтому и его напускная сосредоточенность выглядела комично. А вот Артуру было совсем не смешно, такой досуг он совсем не понимал. Его все вокруг бесило и выводило из себя: «чертов вычурный дом, гребанный Джордан со своими светскими ужимками и эта сраная Китаеза… ух бля… она вообще одним своим существом раздражает.» Старший Шелби решил хоть как-то отвлечься от бесявой девчонки- Начал рассматривать всех остальных зрителей. Первым на глаза попался дед. Он явно был взбудоражен таким зрелищем. Лицо его покраснело, челюсть беспрестанно шамкала, а руки стали бешено трястись. Жалкое и мерзкое зрелище. Из гордого и почтенного старика за секунду превратится в дрожащую тварь. Остальные же приглашённые сохраняли относительное спокойствие. Перфоманс был окончен. Книгу забрали торопливые слуги, Ен встала и сделав реверанс удалилась в закулисье. -Ну а теперь неплохо было бы выпить и обсудить выступление моей дражайшей супруги! — выкрикнул Брукс, поправляя лацкан пиджака. «Все, сука, чудесатей и чудесатей… она, оказывается, его жена. Да что у него в голове за тараканы такие бешеные?» Брукс, встав в проходе, жестом пригласил гостей в уже знакомую гостиную для дальнейшего диспута. Мужчины переместились в зал. Шелби приняли тоже приглашение и развалились на широком диване. Старший достал из внутреннего кармана портсигар, вытащил сигару любимой марки. Джордан услужливо протянул небольшое лезвие для кончика сигары. Не сразу и не с большой охотой, но Артур принял его. После нужных манипуляций легкие наконец заполнил живительный дым табака. Все вокруг стало немного терпимее. «Сложновато все-таки без лекарства. Но все же лучше, чем такую дрянь глотать» Первым тишину перекура нарушил чертов Брукс. -Томас, вы говорили про интересное предложение, думаю, более подходящего момента для обсуждения просто не существует. -Боюсь то, что я хотел с вами обсудить, вы бы сами предпочли не рассказывать своим товарищам, мистер Брукс. -Почему же? Все кто находится в этой комнате мои ближайшие приятели, кроме вас троих, разумеется. -Настолько близкие, чтобы знать подробности дел с семьей Ченг? У Джордана медленно сползла улыбка с лица, что не могло не порадовать Артура. После недолгой паузы Брукс ответил: -Что ж, раз разговор приобретает такие обороты… то я вынужден попросить моих дорогих гостей удалится. Вас проводят к банкету. -Но… а как же аудиенция с вашей прекрасной…- начал было джентельмен в возрасте. -А ну пошли все вон отсюда! ЖИВО! — Джордан взревел совершенно неожиданно и с какой-то неприятной визгливостью. Все джентельмены посрывались с мест и поспешили выйти из зала. В комнате остались только Братья и Джордан. Брукс плеснул себе в стакан рома. -к делу, говорите все что хотели. -Мистер Брукс, давайте начнём с того чего вы хотите?..