Blends

Римус проснулся с настроением, будто это было воскресное утро. И, к счастью, не ощутил ничего, что напоминало бы о вчерашней тошноте. Хотя, можно было бы считать проблемой тот факт, что он продолжал просыпаться в опасной близости с Сириусом. Но следует признать, это было намного лучше, чем просыпаться от мигрени. Рука, которой Сириус массировал вчера висок Римуса, ночью сползла ему на шею. В животе Римуса запорхали бабочки от мысли, что Сириус продолжал это делать даже после того, как уснул. С такого близкого расстояния Римус мог рассмотреть веснушку у нижней губы Сириуса. Да, и в принципе, у него появилась возможность по-настоящему рассмотреть черты его лица вблизи, не опасаясь быть пойманным. Его следующая мысль пришла на автомате: он мог бы привыкнуть к этому. Да, Римус всё ещё удивлялся, что попал в список близких друзей Сириуса так быстро. Он явно был не из робкого десятка, он был человеком действия. И Римус осознавал, что Сириус сделал бы для Джеймса, Лили или Пита то же самое, что он сделал вчера для него. Он медленно вытащил свой телефон из кармана – до будильника оставалось ещё двадцать минут. Римус решил, что это знак, что день можно начать раньше, чем планировалось. Он медленно высвободился из-под руки Сириуса, мгновенно ощутив её утерянное тепло, и заставил себя подняться с кровати. Он тихонько подкрался к комоду, надеясь, что Сириус не будет держать на него зла, если он украдёт у него футболку, и намеренно выбрал наиболее потёртую из тех, что лежали в ящике. Надевая её, он уловил запах Сириуса. Это означало, что он будет чувствовать его весь день, чему он, несомненно, был только рад. Желая не создавать больше шуму, Римус вышел из комнаты и немного поэкспериментировал с половицами, чтобы найти наименее скрипучие из них и тихо добраться до ванной. Он принял душ, оделся и вернулся в комнату Сириуса как раз в то время, когда его будильник должен был прозвенеть. Он снова постарался вести себя бесшумно, чтобы не разбудить Сириуса. Бедняга не насладился своим выходным, в отличие от кое-кого другого в этой комнате. Но, разумеется, его планы были сорваны, когда он потянулся за одним из своих тяжеленых учебников. Он выскользнул из руки Римуса и с глухим стуком упал на пол. Римус оглянулся и увидел, что Сириус уже поднял голову и начал хлопать ресницами, пытаясь понять, что происходит. – Прости, – прошептал Римус. – Спи, я уже ухожу. Сириус сладко потянулся, перевернулся на спину и посмотрел на Римуса сквозь прикрытые веки. – Крадешь мою футболку, панк? – спросил он хриплым после сна голосом, слишком сексуальным для семи утра. – Это ничего? – решил уточнить Римус, внезапно смутившись из-за своего поступка. – Более чем. Ведь это единственная возможность увидеть тебя в футболке Деф Леппард. Никогда не думал, что мне жизненно необходимо это увидеть до сегодняшнего дня. – Она выглядела самой старой, – начал оправдываться Римус, запихивая учебники в сумку. – Знаешь, у меня есть целый ящик, полный тёплых вещей, и там, вероятно, есть пару джемперов, от которых ты будешь в восторге, – сказал Сириус, потирая глаза. – Да-да, это всё забавно… Но в каком ящике? – уточнил Римус. – Сегодня должно быть прохладно, – Сириус указал на комод. Римус потянулся к среднему ящику, но Сириус отрицательно покачал головой и указал ниже. – Да, конечно, именно сейчас у тебя атрофировался дар речи? – Так забавнее, – заявил Сириус. – Тебя легко развлечь, – заметил Римус, вытаскивая кардиган, который привлек его внимание быстрее остальной одежды в ящике. Сириус фыркнул. – Иии… он выбирает единственную вязаную вещь, которая у меня есть. – Кажется, я сказал тебе спать дальше, – с укором сказал Римус, надевая кардиган. В этот момент он был рад, что обратил внимание на то, что одежда пахнет Сириусом до того, как Сириус проснулся. Он натянул куртку поверх кардигана. – Спасибо тебе. – Всё хорошо, – сказал Сириус, ещё раз потянувшись. – Не помню, откуда он у меня, кстати. Мозг Римуса сразу же обрисовал в его голове образ бывшего Сириуса, которому мог принадлежать этот кардиган. Так что больше он не был фанатом этой вещи. Сириус подвинулся к краю кровати, которую предыдущие двадцать четыре часа Римус считал своим домом. Он забрался под одеяло, выскользнул под ним из штанов и бросил их на пол у кровати. – Голова? Римус уронил наушники, которые пытался распутать. – Прости? – Как голова? – спросил Сириус, устраиваясь поудобнее в кровати. – Лучше, – быстро ответил Римус, наклоняясь, чтобы поднять наушники, и ругая себя за поспешные выводы. – Да, спасибо, гораздо лучше. Римус выпрямился и встретился взглядом с Сириусом как раз в тот момент, когда он поднял руку, чтобы подозвать его поближе. Ему потребовалась пара секунд, чтобы, сигнал от мозга дошёл до его конечностей, прежде чем он подошел к кровати. Сириус немного наклонился вперед. Римус же на мгновение испытал благоговейный трепет от того, как он мог выглядеть так великолепно в семь, блин, утра. – Глаз выглядит лучше. Хорошо, что нам всё-таки не пришлось проводить обряд экзорцизма, да? Мозг Римуса находился в каком-то другом измерении, так что ему потребовалось некоторое время, чтобы преобразовать движения губ Сириуса в слова. – Да, хорошо, – выдавил он из себя, после того, как из него вырвался смешок. Он шагнул к своей сумке и ещё раз попытался распутать свои раздражающе запутанные наушники. – И спасибо, что позволил спрятаться здесь на весь день. – Это было не совсем так. Римус оторвал взгляд от провода наушников. – Ну, тогда за всю твою помощь, – исправился он. – Сомневаюсь, что изначально ты хотел провести свой выходной именно так. – Сделай мне одолжение? – заговорил Сириус уже из глубин кровати. – Разумеется, – с любопытством сказал Римус, распутывая последний узел наушников. – Позвони своему доктору. Римус перекинул сумку с книгами через плечо. – Ты об этом не забудешь теперь, да? Сириус перевернулся на живот и снова натянул на себя одеяло. – Ты такой умный парень, так что, я думаю, ты сможешь найти ответ на этот вопрос, – сказал он. – Хорошо, я понял, – сказал Римус, засовывая телефон в карман. --- Девять часов спустя Римус появился на работе. Встречу с доктором удалось назначить на январь. Римус был абсолютно уверен, что Сириус не оценит такое развитие событий, но он мало что мог с этим поделать. Он помахал в знак приветствия Джеймсу, направляясь в подсобку, где он нашёл Лили и Сириуса. В момент появления Римуса они были заняты распаковкой огромной кучи коробок. – Римус… Чёрт, началось это время года, – Лили оторвалась от коробок. – Окей, я должна внести задаток. Уже ненавижу этот день, – она выбралась из этого лабиринта, схватила куртку со спинки компьютерного кресла и направилась в коридор. – Рада тебя видеть, Римус. Сириус, я сейчас вернусь. – И это был день, когда она сбежала из города, и больше её никто не видел, – объявил Сириус откуда-то из глубины откровенно абсурдного количества коробок. – Тут… немного теснее, чем обычно, – сказал Римус, вешая сумку на крючок. – Разве? – Сириус весело подпёр подбородок рукой. – И что всё это значит? – улыбнулся Римус, снимая куртку. – Что-то из этого на рождество, что-то нет, но всё это пришло в один день. – Но сейчас октябрь, – озадаченно сказал Римус. – Не слишком ли мы торопимся? – Я понимаю, что работа в ритейле для тебя в новинку, – Сириус приподнял бровь, – но ты наверняка бывал в магазинах перед праздниками? После второго ноября здесь всё меняется, – сказал он, закрывая коробку и что-то написав на её боковой стороне маркером. – Приготовься, скоро здесь всё станет невероятно красным. – Не могу дождаться, – выдохнул Римус. – Хотя нет, знаешь, не хочу. Я не хочу думать о каникулах. Слишком много нужно сделать. Сириус встал на носочки и потянулся за коробкой на вершине этой горы. Она соскользнула слишком быстро и с громким стуком упала на пол. – Ну, если это то, что заставляет тебя жить дальше… – сказал он, опускаясь на колени перед только что упавшей коробкой. – Хэллоуин, – добавил он, доставая нож из фартука и вскрывая коробку, – уже есть какие-нибудь планы? – Нет, никаких, – на автомате ответил Римус, глядя на нож. – Да и знаешь, для этого тоже ещё рано. – Три недели? Сейчас самое время подумать об этом, – Сириус возился с ножом. – Мы с Джеймсом устраиваем вечеринку каждый год с тех пор, как переехали в нашу квартиру. И в этом году, разумеется, не будем изменять традициям! Приходи тоже? – Если бы я ещё успевал, – рассеянно сказал Римус, всё ещё заворожённый тем, как Сириус орудовал ножом. – Ой, прекрати, как будто ты не покончишь со всем этим за неделю вперёд, – он открыл коробку и цокнул языком. – О, да, ещё немного рождественских чашек в дополнение к той тысяче, которую нам, без сомнения, ещё предстоит открыть. – Сириус закрыл коробку и подписал «чёртовы чашки» неровными буквами сбоку и отложил её в сторону. – Разбились? – спросил Римус, пытаясь найти путь среди этого беспорядка, чтобы добраться до своих ботинок. – Нет, к сожалению. Очень хорошо упакованы, – Сириус провёл ножом слишком быстро и слишком близко к руке, отчего Римус инстинктивно попытался его уберечь от пореза. Сириус резко вытащил нож обратно. – Эй, ты что, хочешь потерять палец? – А ты? Осторожнее с этой штукой, не пырни себя. Нервирует, знаешь. – О, без проблем, в следующий раз буду использовать цветы, – Сириус съязвил в ответ, но засунул нож обратно в фартук. – Сколько у нас времени? – Десять минут, – Римус проверил телефон, чтобы ответить, а потом начал переобуваться. Сириус кивнул, выпрямился и перепрыгнул через две коробки. – Если я уйду и оставлю всё это здесь, ты прикроешь меня? – легкомысленно спросил он. – О, нет, извини, не могу лгать Лили. – Да, я уже понял, что солидарность здесь не в почёте, – сказал Сириус, натягивая куртку и выходя через заднюю дверь. Римус только начал планировать, как он выберется из этого лабиринта коробок, как задняя дверь снова распахнулась и в ней появилась голова Сириуса. – Ты записался на приём? Римус тихо вздохнул. – Да, но запись была только на январь. И, прежде чем ты что-нибудь скажешь, это не в моей власти, – начал объяснять он. – Я уже говорил тебе, что он занятой человек, и это лучшее, что я смог получить. И, мне повезло, что он вообще меня записал. Со всеми его пациентами. Сириус выдохнул дым, выглядя явно не впечатленным. – Тогда тебе нужен новый, – сказал он. Римус вышел к Сириусу на улицу. – Ты так говоришь, как будто я могу просто выйти на улицу и найти его, – сказал он озадаченно. – С таким же успехом я могу подождать до января. Потому что именно столько времени мне потребуется, чтобы найти нового. Сириус, казалось, понял его точку зрения. – Тогда ты можешь как-нибудь достать более сильные лекарства? – Мне понадобится рецепт, если я захочу чего-нибудь покрепче своих… – Но твои уже не работают, – перебил Сириус. – Они работают, – запротестовал Римус, скрестив руки на груди и жалея, что не захватил куртку, если Сириус собирался превращать это снова в «Большой разговор». – Едва ли. И недостаточно хорошо вчера. И особенно, если приступы становятся хуже. – Так в том-то и дело, – начал Римус. – Они никогда не были такими. Так что, вполне возможно, что это было исключение. Сириус усмехнулся. – Если они длятся двенадцать часов с интервалами по шесть, то в первую очередь им следовало прописывать тебе более сильные препараты, – отрезал он. – Это всё чертовски нелепо. Почему ты просто не позволил мне отвезти тебя вчера? Мы могли бы показать им твой глаз. И они бы посадили тебя на грёбаный морфий так же быстро, как мы туда приехали. – Я не хотел, – повторил Римус. Сириус пристально посмотрел на него. – Я не заставлял тебя записываться к врачу, – отметил он. – Ты мог бы отложить это, или отмахнуться от меня, но ты этого не сделал. Так что же? Римус оторвал взгляд от Сириуса. Возражения закончились, так что он просто уставился куда-то на парковку. – Просто… всегда что-то случается, – сказал он. – Моя иммунная система – полное дерьмо. Я провёл слишком много времени в залах ожидания, или с торчащими из меня трубками, и достаточно людей беспокоилось обо мне, желая мне поскорее справиться с этим. И вчера я справился. Он ожидал, что Сириус скажет ещё одно язвительное «едва ли», но когда этого не произошло, он заставил себя снова встретиться с ним взглядом. – Если это не мигрень, а это что-то другое, я не уверен, что хочу знать, что это. Сириус опустил свои напряжённые до этого плечи, и впервые на памяти Римуса прервал зрительный контакт. Он посмотрел на кончик своей сигареты, прежде чем бросить её на землю и наступить на неё, чтобы потушить. – Внезапно твой витамин С перестал казаться излишеством, – сказал он, явно стараясь говорить легко. – Многие держат их при себе на всякий случай, – ответил Римус. Хотя он был благодарен за любое изменение темы и надеялся, что это означало, что Сириус не будет давить на него сильнее. – Никогда не встречал ни одного человека, который бы это делал, но ладно, – сказал Сириус с кривой улыбкой. Римус вздохнул. – Да, хорошо, – начал он, потянувшись к ручке двери, - если ты закончил, я уверен, что Джеймс разыскивает нас. Сириус кивнул и последовал за Римусом. Лили уже стояла в подсобке среди множества коробок. – Сириус, что мне со всем этим делать? – спросила она. Римус ещё никогда не видел Лили такой раздражённой, поэтому решил, что лучше держаться от неё подальше и тихонько встал у двери. – У нас нет места для этого. И мы не можем спотыкаться обо всё это. И у меня заказан столик на шесть. Я ничего не успеваю. – Ты везде успеешь, – легко сказал Сириус, делая шаг вперед. – Дай мне выпить кофе, я вернусь, и мы приберёмся здесь. А всё вот это мы отложим в сторону и притворимся, что этого тут нет. Скажи «к чёрту рождественскую суету». – К чёрту рождественскую суету, – Лили кивнула и неохотно повторила. – С чувством, дорогая. – К чёрту рождественскую суету, – Лили повторила громче, а на её лице промелькнула улыбка. – Так-то лучше, – одобрил Сириус, поворачиваясь к Римусу. – Бедная Лили, – вполголоса сказал он. Сириус прижал руку к пояснице Римуса и повел его по коридору. – Уходи, пока можешь, – настойчиво сказал он. – Быстрее. В ужасе Римус посмотрел на Сириуса, выражение лица которого было совершенно спокойным. – Ладно, я прикалываюсь, – сказал он. – Скоро с ней все будет в порядке. Римус закатил глаза и толкнул Сириуса плечом как раз перед тем, как они вышли в зал. Сириус принялся за приготовление своего кофе, после чего исчез примерно на час, лишь иногда появляясь в зале с коробками продуктов, которые они с Джеймсом распаковывали, когда не было клиентов. Спустя какое-то время Лили тоже пришла в зал, выглядя гораздо менее подавленной. Сириус выгнал её из подсобки примерно к тому времени, когда Джеймс заканчивал свою смену. – Большой ужин? – спросил Римус под жужжание кофемашин. – Два года, – сказал Сириус с интонацией отца, который очень гордится своим ребёнком. Римус улыбнулся. – Значит, всё уладилось? – По большей части. Кое-что осталось, но я смог её остановить. Может, позже я там всё разберу, но пока что предпочитаю игнорировать этот хаос. – Справедливо, – ответил Римус, прежде чем отдать только что приготовленный напиток клиенту. Ещё примерно час они проработали в относительной тишине, прежде чем Римус вспомнил, что они обсуждали Хэллоуин. – Итак, что за вечеринку вы устраиваете? Не могу представить, что это будет всего лишь несколько гостей и чаша пунша. – Он снова применял дедукцию, – сказал Сириус, передавая чашку. – Друзья из школы, друзья с учёбы Джеймса, некоторые отсюда, и так далее. И мы всегда приглашаем соседей. Но это только потому, что у нас есть тот уговор насчёт патио. Плюс все эти «плюс один». У нас, вообще-то, политика открытых дверей. Ну, пока люди следуют правилам. Римус наполнил чашку горячей водой, поставил ее на поднос и нажал несколько кнопок на кофеварке. – Честно говоря, не ожидал, что у вас есть правила. – Мы не животные, Римус. Итак, правило номер один: каждый сам следит за тем, сколько он пьёт, – продекламировал Сириус. – Верно, – Римус кивнул. – Самое важное правило. – Не подлежит обсуждению, – поддержал Сириус. Римус с улыбкой передал напиток клиенту и повернулся обратно. – Ну, а если кто-то уже слишком пьян, чтобы контролировать себя? Что тогда? – Ты задаёшь правильные вопросы, молодец! В таком случае, ответственность ложится на того, кто привел этого человека. – Совершенно разумно, – похвалил Римус. – Правило номер два, – продолжил Сириус, выставляя стаканчики с только что принятыми заказами. – Костюмы обязательны. Римус ожидал этого. – Чисто гипотетически, – начал он, наливая молоко в первый стаканчик. – Какое наказание грозит тому, кто придёт без него? А я так понимаю, оно есть. – Чисто гипотетически, – многозначительно глядя на Римуса, ответил Сириус, – оно есть. Но я не могу сказать, что это. Правило номер три. Или две целых четыре десятых, если хочешь. – О, конечно, ты не можешь сказать, – покорно сказал Римус, готовя порции эспрессо. Сириус начал наливать молоко для трех других напитков на стойке, продолжая рассуждать. – Сам подумай, если мы всех посвятим в то, какое наказание их ждёт, то некоторые просто смирятся с ним и придут без костюма, – объяснил он. – И что в этом весёлого? Римус передал стаканчик Сириусу и принялся за следующий. – У меня никогда нет идей для костюма, поэтому я просто забиваю на это, – сказал он, пожимая плечами. – Ну, об этом можем позаботиться мы, – сказал Сириус, наклоняясь над стойкой. – Дай нам с Джеймсом пять минут, чтобы собраться с мыслями, и мы что-нибудь придумаем. – О нет, я бы предпочел не оставлять это на ваше усмотрение, – откровенно сказал ему Римус. – Я приму любое наказание, которое вы двое припасли, вместо того, чтобы застрять на весь вечер в какой-нибудь ростовой кукле животного, спасибо. Сириус усмехнулся. – Ну же, тебе следует доверять нам больше, – ответил он, выглядя слегка оскорбленным. Когда новый клиент подошёл к кассе, Сириус сменил выражение лица на своё «профессионально веселое», а то время, как Римус доделывал третий напиток. – А у тебя какой? – спросил он после того, как Сириус передал некой даме её чай. – Тебя бы удивило, если бы я сказал, что не могу решить? – лицо Сириуса расплылось в несколько болезненной улыбке. – Ты? Нерешительный? – переспросил Римус, начиная готовить очередной кофе. – Ммм, – промурлыкал Сириус, пополняя запасы стаканчиков у кассы. – Слишком много вариантов, и ничего достаточно хорошего, чтобы я мог быть уверен на сто процентов. Римус многозначительно кивнул, после чего взглянул на Сириуса, который в это время смотрел в окно, просто держа упаковку стаканчиков. – Конечно, я всегда могу найти отвратительный, но фантастический шерстяной свитер, взять где-нибудь шапку-бини и пойти в костюме одного очень начитанного бариста, которого я знаю. – Хорошая идея, – сухо сказал Римус, прежде чем отдать последний заказ. Он повернулся и увидел Сириуса, счастливо улыбающегося ему. – Ты ведь шутишь, да? Сириус покачал головой, улыбка на его лице стала шире. Римусу пришлось подождать, пока Сириус закончит с другим клиентом, прежде чем он смог продолжить обсуждение этой идеи. И, чтобы его яростное несогласие не привело к неприятным последствиям, он решил изменить тактику. – Да, это хорошая идея, – мягко сказал он, когда Сириус появился рядом с ним с новым заказом. – Только я бы не сказал, что самая лучшая, какие ещё были варианты? – Слишком поздно, я уже привязался к этой идее. Хотя, очень хорошая попытка, ты почти подловил меня, – сказал Сириус, игнорируя выражение лица Римуса. – Я могу быть таким уютным-уютным весь вечер. И смогу рассказать столько литературных фактов, сколько сочту нужным. – Я не рассказываю литературные факты, – возразил Римус, потянувшись за пакетиком чая, чтобы заварить его для себя. – Это что же, однажды я рассказал тебе одну интересную вещь, и теперь внезапно это мой крест, который я должен нести..? – Ты же понимаешь, что мне понадобится один из твоих джемперов? Самый нелепый из всех, что у тебя есть. – У тебя есть один... – сказал Римус, выставляя руку, демонстрируя темный вязаный кардиган, который он позаимствовал. – Ну, уж нет, – Сириус покачал головой. – Я стремлюсь к подлинному Римусу Люпину, никакие дешевые подделки не подойдут. – Сириус, они все дешевые подделки, – начал Римус, но Сириус промурлыкал невнятную мелодию, демонстративно поворачиваясь, чтобы сделать ещё одну порцию кофе. Римус понял, что битва проиграна, и отпил немного чая, прежде чем притвориться задумчивым. – Полагаю, мне пора искать парик и приличное количество кожи... Губы Сириуса изогнулись в улыбке, его глаза заблестели. Римусу следовало предугадать, что Сириус будет в восторге от этой идеи. – Ну, у тебя могут возникнуть проблемы с поиском того, что соответствует ЭТОМУ качеству, – сказал он, указывая на свои прекрасные волосы. – Но пусть это тебя не обескураживает. Мы найдем тебе что-нибудь хорошее. – Невероятно мило с твоей стороны, спасибо, – сказал Римус перед очередным глотком чая. – Подлинность, как ты и сказал. Сириус нажал кнопку «пуск» на кофеварке. Римус загадочно улыбнулся и пнул ногу Сириуса, который был обут в свои любимые мартинсы. – И мне понадобится вот это. Сириус взглянул вниз и снова поднял глаза. – Ты абсолютно прав, – согласился он. – Без них образ был бы неполным. Новый клиент подошел к кассе и задал миллион вопросов об их коктейлях. Римус с огромным удовольствием наблюдал, как Сириус отвечает на каждый в мельчайших подробностях только для того, чтобы в конце клиент заказал латте. Невозмутимое выражение лица Сириуса, когда он передавал стаканчик, было, возможно, самым ярким событием этого дня. – Нет, я уже не могу, – сказал Сириус, проходя позади Римуса. – Я буду в подсобке. Позови, если будет завал. --- Октябрь пронёсся с ошеломляющей скоростью, хотя Римус этого даже не почувствовал. Пары, экзамены и сильная простуда – всё это создавало впечатление, что месяц пролетел незаметно. И вот, наступило тридцать первое число. Римус снова пытался доказать себе, что заслужил выходной, так что заранее выложился на работе по полной. Кроме этой причины пойти на вечеринку, был ещё Сириус, который никогда бы не позволил ему пропустить её, иначе его костюм не имел бы абсолютно никакого смысла. И Римусу пришлось согласиться с этим. Сириус сказал, что Римус может прийти в любое время после четырех, поэтому около половины пятого он отправил сообщение с вопросом, нужна ли какая-либо помощь. В ответ он получил комментарий о том, что его пристальное внимание к деталям жизненно важно. Римус не был уверен, шутка ли это. Он заварил себе чай, собрал вещи и вышел из дома. Автобус был жутко переполнен, что было неудивительно в вечер Хэллоуина, который ещё и пришёлся на субботу. Римус решил выйти на несколько остановок раньше и пройти остаток пути пешком и немного подумать. Но, пройдя пару кварталов, голос Лили вернул Римуса на землю. Он оглянулся, увидев, что она только что вышла из магазина позади него, держа в руках две большие сумки с покупками. – Я только что забрала свой костюм! – торжествующе сказала она. – Ты даже не представляешь, сколько мне пришлось пройти кругов ада, чтобы надеть его. Но оно того стоит. Поравнявшись с ней, Римус спросил, что у неё за костюм. Но Лили не стала отвечать и сказала лишь, что ему придется подождать и увидеть его на вечеринке. Совсем недалеко от квартиры она достала свой телефон и взглянула на экран. – У нас есть ещё немного времени в запасе, – сказала она, убирая его обратно в карман джинсов. – Ты не возражаешь, если мы заскочим куда-нибудь быстро перекусить? Я так и не успела за весь день. – Да, без проблем, – Римус покачал головой. – Супер, дальше по улице есть одно классное место. Кафе находилось в трёх кварталах от места, где они встретились. Ребята нашли столик и устроились поудобнее. – Хм, наверное, я всё же возьму что-нибудь навынос. Просмотрев меню, Лили кивнула и передала меню Римусу, который сидел напротив. Он лишь покачал головой – ему не хотелось объяснять, что в данный момент у него нет денег на спонтанные ужины вне дома. – О, нет, я не буду, – сказал он. – Ты ничего не хочешь? – Нет, нет, – настаивал он. – Ты уверен? Джеймс не простит мне, если я ничего не захвачу ему отсюда, он влюблен в это место. И, конечно, мне нужно подумать ещё и о Сириусе. И ещё Пит. Ты точно уверен, что ничего не хочешь? – Лили многозначительно улыбнулась, когда Римус заколебался. – Я собираюсь заказать тонну еды, и у тебя есть разрешение всё это съесть. Так лучше? Признав свое поражение, Римус поблагодарил её, прежде чем в кармане зазвонил телефон. Он вытащил его, и, увидев на экране имя Сириуса, его сердцебиение участилось. – Извини, я… Я отвечу? – Лили отмахнулась от него и достала свой собственный телефон. – Алло? – Ты сидишь? Римус моргнул. – Да. – Отлично, а то тебе пришлось бы присесть! У меня отличные новости! Я нашёл тебе парик. Точь-в-точь! Он у меня. И он даже ничего, красивый! – уточнил он. – Я знаю, ты невероятно беспокоился о том, чтобы найти его. – О, так теперь я могу спать спокойно? – спросил Римус. – Знаю, знаю, – понимающе сказал Сириус, – да, теперь ты можешь быть спокоен. – Я так рад это слышать. – Ты не забыл о свитере? Если да, то срочно возвращайся за ним. – Разумеется, я не забыл, – заверил его Римус. – И шапку тоже, ты ведь так настаивал на ней. – Никогда не подводишь, – задумчиво сказал Сириус. – Ты скоро приедешь? – Мм, да, скоро, – сказал Римус, подумав о том, что надо поскорее закончить разговор, чтобы не задерживать Лили. – Отлично, – сказал Сириус. – Джеймс уже запутался в гирляндах, здесь царит хаос, ты нам нужен. – Окей, посади его в угол и не давай ему ни к чему прикасаться, – сказал ему Римус, прежде чем поднять глаза и увидеть, что Лили убирает свой телефон. – Я должен идти. – О, ладно, – сказал Сириус. – Скоро увидимся. Римус повесил трубку, сунул телефон обратно в карман и посмотрел на Лили. – Извини, о чем мы говорили? Лили облокотилась на стол и наклонила голову, одарив его многозначительной улыбкой. – Посмотрите-ка, как он улыбается, – сказала она, пожимая плечами. – Кто это был? – Сириус, – сказал он с легкостью. – Мы решили нарядиться друг другом, это немного странно, да? Я даже не думал насколько это странно до этого момента. Но уже поздно искать другой костюм, да? В этот момент к их столику подошел официант с двумя стаканами воды в руках. Он тепло поприветствовал Лили, и они перекинулись парой слов. У Римуса же появилось время, чтобы обдумать слова Лили. Неужели он правда так улыбался во время разговора с Сириусом? Его разум вернулся в реальность пару мгновений спустя, когда Лили уже заказала самосы на целую армию, а не на пять человек. – Я так понимаю, ты тут частый гость? – спросил Римус, когда официант ушел с заказом. – Слишком частый за все эти годы, – сказала Лили, подперев подбородок рукой. – Имей в виду, я не знаю остальной персонал так хорошо. Сириус встречался с этим парнем примерно МИНУТУ, и он мне действительно нравится, поэтому я захожу сюда время от времени, чтобы узнать, как он поживает. Римус пытался сохранять невозмутимое выражение лица. – Мм? Лили кивнула, отпивая немного воды. – Один из его лучших выборов, такой милый, – рассеянно сказала она, отвлекаясь на что-то на своей левой руке. Она цокнула языком и показала Римусу ранку на безымянном пальце. – Клянусь, я даже не помню, как она появилась, – сказала Лили. Римус отпил воды и поставил свой стакан на стол. – Так… Почему у них не сработало? Лили с любопытством посмотрела на него. – Хм? – С, ээ… – Римус быстро кивнул в сторону официанта, который теперь болтал с клиентами за другим столиком. Лили оглянулась через плечо, чуть более очевидно, чем хотелось бы Римусу, и повернулась обратно. – Как будто с другими у него получается, – вяло сказала она. – Я… Немного не понимаю, – сказал он, стараясь сохранять как можно более невозмутимую интонацию. – Ну, я имела в виду, что это классический Сириус, – сказала Лили, пожимая плечами. – Классический Сириус? – переспросил Римус менее терпеливо, чем он хотел. Лили, похоже, тоже это заметила, потому что выглядела озадаченной, так что Римус почувствовал необходимость быстро сменить тему. – Хотя знаешь, это не моё дело, забудь, что я спрашивал. Он перевёл взгляд вниз, на стол, а затем в окно, желая не чувствовать на себе взгляд Бемби-Лили. Идея провалиться сквозь землю казалось самой лучшей. Он прикусил губу; пауза в разговоре заняла не более пары секунд, но для Римуса они показались вечностью. Ему пришлось снова посмотреть на Лили. – Лили, со мной что-то не так, – Римус тяжело вздохнул. – Что ты имеешь в виду? – спросила она, наклоняясь вперед. – Ты в порядке? – Я… Я знаю, для этого слишком рано, и я не... мои последние отношения закончились просто отвратительно, знаешь… И после того, как я оставил всё это позади и сосредоточился на учебе… И это, по большей части, работало… Он вздохнул, не совсем веря, что вообще говорит об этом. Его руки на автомате вертели стакан с водой. Ещё месяц назад это не было его манерой поведения, и он знал почему. Из-за осознания всего этого, его желудок сделал кульбит, намекавший рассказать уже обо всём Лили. – А потом… потом Сириус просто вошёл тогда в подсобку… и… в мою жизнь. И теперь я… – он сделал паузу, потёр затылок. – Это нелепо. Я не должен хотеть его, я знаю, что не должен. И я пытался, Лили, я пытался справиться с этим. Но это не работает. Я жалок. Я постоянно ловлю себя на мысли о том, что хочу, чтобы пары скорее заканчивались, чтобы я скорее поехал на работу и пробыл с ним те жалкие несколько часов… Я откладываю или трачу меньше времени на учебу, потому что я предпочел бы провести это время с ним. Но это не имеет никакого смысла, потому что я люблю то, что я делаю. Но недавно я провел с ним семьдесят два часа и даже тогда не хотел уходить. И это тоже не имеет никакого смысла, потому что я никогда не хочу быть рядом с кем-либо так долго. Так что, поверь, со мной правда что-то не так. Он поднял глаза, и мгновенно застыл, потому что обрушил на Лили все свои чувства. И сразу же захотел извиниться. У нее было страдальческое выражение лица, её брови озабоченно сошлись вместе. – О, Римус, с тобой все в порядке, – сказала она несчастно. Римус опустил плечи. – Дело не в этом... – сказал он, вздохнув. – Это совсем другое... Дело не в том, что он парень, а в том, что он Сириус. Лили тяжело вздохнула. – В этом тоже нет ничего плохого, – её лицо всё ещё выражало беспокойство. Официант появился у их столика с двумя сумками и широкой улыбкой. Пока Лили забирала заказ и благодарила его, Римус отвернулся и уставился в окно. Лили встала, и Римус потянулся за сумками – своей и Лили, чтобы она не тащила с собой и покупки, и еду. Они прошли квартал, прежде чем Лили снова заговорила. – Ты не жалок, – заявила она, поправляя сумки с едой. Римус недоверчиво покосился на нее. – Нет, правда. – Ты сама видела, – прямо сказал он. – Я выглядел как влюбленный придурок, но всё, что он сделал, это сказал, что нашел парик, похожий на его волосы. Лили фыркнула и спрятала лицо за одним из бумажных пакетов. Снова посмотрев на Римуса, она увидела его испуганный взгляд и покачала головой. – Прости, – сказала она. – Ты забавный, прости. И я бы не использовала слово «придурок». Она вздохнула, отбросив несколько прядей волос с лица. – Знаешь, в идеальном мире мы все могли бы выбрать, в кого влюбляться, но это не так, верно? Ты ничего не можешь с этим поделать. Римус издал недовольный звук. – Нет, я не могу, – тупо согласился он. – Почему бы нам не присесть? – предложила Лили после нескольких минут молчания, кивнув головой в сторону парка на площади через дорогу. Римус кивнул; вечер был не очень холодным, и он должен был признать, что чем дольше он будет держаться подальше от Сириуса, тем лучше. Они остановились у скамейки, Римус положил сумки с покупками с одной стороны, а Лили села с другой, пристроив сумки с едой позади себя. Она повернулась к Римусу лицом, но Римус сидел, уставившись прямо перед собой, едва замечая каменную статую в центре площади. Но взгляд Лили он не мог не почувствовать на себе. Она закинула ногу на ногу и провела рукой по волосам. – У нас у всех раньше был пунктик на Сириусе, так что я не думаю, что тебе нужно винить себя за это, – сказала она спокойно. – В этом нет ничего постыдного. – На Сириусе? – повторил Римус, взглянув на неё. Лили наклонила голову, глядя на Римуса так, как будто он знал, на что она намекает. – И такие парни, как Сириус, всегда кажутся отличной идеей, и они действительно… – она сделала паузу, словно подбирая слова. – Не думаю, что с моей стороны было бы справедливо утешать тебя так… Или убеждать покончить с этим, не зная, чем всё это может кончится…. – Хорошо, – сказал Римус. Он не хотел, чтобы это прозвучало резко, но это определенно прозвучало именно так. – Я, конечно, понимаю притяжение, – быстро продолжила она. – Он больше, чем просто приятен на вид; в нем много чего есть… Но идти на компромиссы – не его сильная сторона. А это небольшая проблема, когда два человека пытаются встречаться – на них всегда приходится идти. – О, да, он очень упрям. – Мм, – продолжила Лили, по-видимому, пытаясь выразить словами свои мысли. – На самом деле трудно сказать. Как будто в тот момент, когда в нём пробуждается желание пойти на уступку, он словно отбрасывает это. Иногда это может быть в самый неподходящий момент, а иногда это может быть просто разница во мнениях. Однажды он порвал с одним парнем, просто потому что он был веганом – но ведь это не то, с чем нельзя смириться. Понимаешь, о чём я? Римус боролся с улыбкой, появившейся на его губах. – Ну, Лили, вот ЭТИ отношения никогда бы не сработали, – тихо сказал он. – Ему пришлось бы расстаться со своей курткой. А я думаю, что он любит её больше, чем воздух. Лили внезапно рассмеялась, что разрядило обстановку. – Ладно, я привела ужасный пример, – признала она. – Я не говорю, что Сириус не имеет права выбирать, или у него не бывает серьёзных причин, или что все его бывшие были честными джентльменами, которых он выгнал. Но когда дело доходит до такого рода вещей, он может дойти до абсурда. – И ты говоришь мне это, потому что думаешь, что он сделает то же самое со мной, если у него будет шанс? – предположил Римус, не сводя глаз со статуи перед ними. – Это звучит чертовски мрачно, когда ты так говоришь, – неловко сказала Лили. – Но я полагаю, да. И больше всего я не хочу, чтобы это произошло. И я беспокоюсь, что это может произойти. Римус глубоко вздохнул. – Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но позволь мне уточнить, – сказал он, наконец, взглянув на неё, – из того, что я видел, он всё же не против найти золотую середину. Да, наша первая смена прошла ужасно, Лили, мы буквально столкнулись лбами, и я был груб с ним… Но он был готов пойти мне навстречу, несмотря на всё это. И, по большей части, мы хорошо ладим. Даже вне работы. Мы не всегда соглашаемся, я бы даже сказал, довольно часто, но мы уже научились это преодолевать. Это, это правда работает, я думаю. Лили внимательно посмотрела на него. – Римус, я уверена, что он пытается с тобой, – сказала она. – Ты очень понравился и ему, и Джеймсу, а друзья очень важны для него. Римус сжал губы в твердую линию, и Лили прочитала его, как открытую книгу. – Я понимаю, как это звучит, но его чувство преданности... Джеймс обожает его, и на то есть веская причина. И Сириус сделает для него всё, что угодно, и наоборот. Эти двое связаны. И я люблю Сириуса. Я знала его ещё в школе, у нас было много общих уроков, но он был просто приятелем, мы не были близки. И он был невероятно мил со мной, когда мы с Джеймсом начали встречаться, хотя он не был обязан, – лёгкая улыбка показалась на её губах. – Он относился ко мне так, будто я была одной из них. И… это было невероятно любезно. У меня никогда не было старшего брата, но Сириус… он вполне мог бы им быть. Ты можешь бесконечно любить своего брата или сестру, но также можешь легко увидеть то, чего не могут видеть другие, увидеть, когда они портят что-то грандиозное. Я думаю, что если бы он перенес хотя бы часть этой преданности из дружбы в отношения… Он был бы самым замечательным. Но этого не произошло . Римус снова тихо вздохнул. – Я уже видел его с этой стороны, и это не оттолкнуло меня. Возможно, так и должно было быть, и я действительно задавался вопросом, не слишком ли мы разные, но, в конце концов, это просто... – он пытался выразить словами то, что узнал за два месяца знакомства с Сириусом. – Он как один гигантский кожаный кубик Рубика. Звучит нелепо, но так оно и есть. И я хочу разобраться с ним, подбирая комбинации. И когда я их подбираю… Это не просто любопытство. Он очарователен для меня, – он громко вздохнул, облокотившись на колени. – Да, если раньше ты не думала, что я унылый придурок, то теперь, после того как я сказал это, конечно, будешь. – Нет, неправда, – голос Лили звучал искренне. – Я думаю, ты милый. И поразительный, – она опустила голову на руки. – И если тебе всё ещё интересно моё мнение, Сириус действительно может быть занозой в заднице. Он не видит всего того, что открывается перед ним. И если бы он просто открыл глаза и действительно поработал над этим... – Ну, он всё ещё может, не так ли? – Римус не был уверен, кого он спрашивает – Лили, себя или кого-то ещё. – Римус, последнее, что я хотела, чтобы ты сделал такие выводы… Конечно, он мог бы, ничто его не останавливает. Ты большая находка, независимо от того, дошло до него это или нет. Но… он не ищет ничего серьезного, и прости меня за то, что я так говорю, но я думаю, что ты надеешься на обратное. Римус избегал её взгляда. – Ему двадцать два, – возразил он. – Мы все такие. Не все уже хотят остепениться, и если он тоже... – Ты прав, он не обязан. Он сам себе хозяин, он может делать то, что ему нравится. Если ты готов к чему-то непринужденному, тогда, конечно, Римус, дерзай. Но если ты ищешь большего, то имей в виду, возможно, он не сможет тебе этого дать. Я просто хотела, чтобы ты это знал. Римус опустил глаза на бордюр, задаваясь вопросом, сможет ли он сделать это снова. Два месяца назад он бы сказал, что нет абсолютно никакого шанса, чтобы он снова нырнул с головой в отношения. Но Сириус… Он поднял глаза и сделал глубокий вдох. Неужели шесть лет ничему его не научили? Что с ним сделали эти два месяца и шикарный парень из Лондона? Он напоминал себе о своей никчёмности, что у него нет шансов. – Я ценю это, Лили, правда. Но тебе не нужно беспокоиться о том, что я во что-то вляпаюсь. Он всё равно не обратит на меня внимания в таком свете. И я не могу ожидать от него этого. – Римус, – пробормотала Лили. – Я говорю правду, – сказал Римус, пожимая плечами. – Я честно не думаю, что у меня есть шанс… – он остановился, чтобы посмотреть на Лили. – Ты его вообще видела? – Оу, да, пару раз, знаешь. Чертовски привлекателен, отрицать не буду. – Нет смысла делать это, – выдохнул Римус. Лили огляделась по сторонам, шумно вздохнула и немного нахмурилась. – Это всегда плохие парни, да? – Я бы назвал это необычным поворотом событий для меня, – сказал Римус. Пару секунд спустя он скептически посмотрел на Лили, и на его лице появилась лёгкая ухмылка. – А ты в них разбираешься, нет? У Джеймса есть какое-то пристрастие к коже, о котором я не знаю? – Боже, нет, – ответила Лили сквозь смех. – Нет, но я уже попадалась на это раньше. Ты ловишь себя на том, что оправдываешь их поступки, потому что они относятся к тебе иначе, чем к кому-либо другому. Ну, и разумеется, это заставляет тебя чувствовать, что ты можешь их изменить, – она посмотрела на Римуса более серьезным взглядом. – Но иногда ты не можешь. В определенный момент вы не можете продолжать оправдывать их. И я не хочу, чтобы ты попадал в эту ситуацию, Римус. Я бы предостерегла от этого любого. Её слова попали точно в цель, и Римус несколько мгновений не мог пошевелить ни единым мускулом. Он искренне удивлялся, почему у него не было Лили или кого-либо ещё, если уж на то пошло, чтобы сказать ему эти слова, когда ему было восемнадцать, и он хватался за воздух в поисках причин продолжать делать то, что он делал. Это показалось слишком знакомым, это заставило его задуматься, нет ли у него этого типажа. Тёплая рука Лили внезапно обняла его. – Мне жаль. Я знаю, это непросто осознать. Но, если это вдруг исправит ситуацию… Я правда считаю, что ему нужен кто-то вроде тебя. Неважно, осознаёт он это, или нет. Он взглянул на Лили, радуясь, что она была рядом. И что она говорила эти слова ему, что кто-то правда мог думать, что он будет хорош для кого-либо. – Спасибо, – сказал он, одарив её своей лучшей улыбкой, на которую был способен сейчас, после мыслей о прошлом. – Мне действительно нужно было это услышать. Всё это. Лили кивнула, но промолчала, снова проведя рукой по волосам. Когда она заговорила снова, это было немного неуверенно. – Римус, это был первый раз, когда ты заговорил об этом? – О Сириусе? Или... – Или. Он кивнул. – Более-менее. – Если… – начала Лили, ободряюще улыбаясь, – если тебе нужно будет с кем-то поговорить, знай, что я рядом, хорошо? – Хорошо, – ответил он, кивнув. – Спасибо тебе, но, я думаю, по одному кризису за раз. Лили снова приобняла Римуса. – Ты замерз, – заметила она. – Мм, как и всегда, – подтвердил Римус. – Самосы тоже, я думаю. – Эти мальчики знают, как включить духовку, – сказала она беззаботно, – но нам, наверное, лучше вернуться. Не хочешь поменяться? Я знаю, я накупила довольно много, и не совсем честно заставлять тебя нести всё это. – Лили, – Римус напрягся после упоминания парней, – пожалуйста, не говори ничего Сириусу. – Конечно, нет. Это только между нами. – Спасибо. И надеюсь, само собой разумеется, что Джеймс... – О, Боже милостивый, нет, – сказала она, снова рассмеявшись. – Нет, это фиаско, которое нам не нужно. Римус кивнул, и они направились в сторону квартиры, каждый думая о своём. Но, когда они дошли до дома, Лили остановила его. – Знаешь, Римус, если чувствуешь, что тебе нужен перерыв… Внезапно их окликнул Питер, который появился в нескольких десятках метров от них. Лили и Римус обменялись быстрыми взглядами прежде, чем поздороваться в ответ. – Это то, что я думаю? – поинтересовался Питер. – О да, – ответила Лили, открывая дверь в здание. Они поднялись по лестнице, вошли в квартиру, и прошло примерно две целых четыре десятых секунды, прежде чем по квартире разнёсся аромат еды. – Боги снизошли до нас! – воскликнул Джеймс. – Мы поставим памятник в твою честь! – добавил Сириус. – Пару секунд, богам нужно снять верхнюю одежду, окей? – сказала Лили. Пакеты с едой были разорваны через несколько секунд после того, как их положили на стол. Лили вошла в кухню, и окинула эту картину придирчивым взглядом. – О, нет, пожалуйста. Питеру и Джеймсу хватило ума выглядеть слегка застенчивыми, но Сириус фыркнул. – Мы строим тебе памятник, Лили, – надменно напомнил он ей. Лили отмахнулась от него, стащила несколько самос и исчезла в комнате Джеймса. Джеймс и Питер начали спорить о футбольных матчах. Римус не проявлял к этому особого интереса, а его разум всё ещё был занят разговором с Лили, из-за чего он снова погрузился в собственные мысли. Он не был уверен, что должен чувствовать, но в тот момент это было сродни кислотному рефлюксу. Были и положительные моменты – он больше не скрывал этот секрет и имел возможность рассказать о своих разочарованиях кому-то, кто не считал его пьяным от любви идиотом. Но в целом увлечение парнем, которое стало проблемой в первый же рабочий день, нельзя было назвать чем-то классным. Он не знал, почему это было так трудно осознать. Лили судила его ситуацию по собственному опыту, и было бы разумно принять её советы. Он на мгновение задумался. Если то, о чем предупреждала Лили, было правдой… То есть, буквально, если Сириус встречал на своём пути конфликт, который заставит его сбежать в горы, у Римуса определённо были проблемы. Его желудок сжался от мысли о том, что возможно, это было к лучшему. Но, с одной стороны, они ругались постоянно. А с другой – Сириус мог найти к нему подход. Это было невозможно, но казалось, Сириус почувствовал, что голова Римуса забита мыслями о нём и толкнул его колено под столом. Римус поднял взгляд от стола на Сириуса, который постучал пальцем по виску с немым вопросом. Римус моргнул и покачал головой, внезапно осознав, что он так и не притронулся к еде. Сириус скептически уставился на него, из-за чего Римус чуть сильнее покачал головой и постарался улыбнуться. Хотя даже ему самому эта улыбка показалась натянутой. Раздался стук в парадную дверь, и Лили крикнула, что у нее всё готово. Питер и Джеймс как раз заканчивали со своими тарелками, в то время как Римус пытался понять, куда зашел их разговор. Сириус воткнул вилку в одну из булочек и положил на тарелку Римуса, и повторил это действие ещё раз, прежде чем поднять взгляд. – Ты должен заявить на них права сейчас, иначе они исчезнут до того, как ты перестанешь витать в облаках, – сказал он достаточно тихо, чтобы это услышал только Римус. Сириус выгнул бровь, а затем быстро поднялся из-за стола и выскользнул через заднюю дверь. Теперь Римус запутался ещё больше.