Blends

Римуса разбудили одновременно две вещи – звон будильника и пульсирующая боль в левом виске. Причём боль в этом соревновании побеждала – её силу можно было сравнить с силой удара кувалды. Римус попытался вслепую нащупать свой телефон, но попытка оказалась тщетной. Ему пришлось открыть глаза, о чём он сразу же пожалел. Дневной свет, уже просочившийся в комнату, практически обжёг ему сетчатку, отчего Римус крепко зажмурился, борясь с волной тошноты. Он схватил свой телефон и выключил будильник. Тут же подступила ещё одна волна тошноты, с которой у Римуса уже не было сил бороться. Он выбрался из-под одеяла и быстро направился в ванную, надеясь, что успеет вовремя. К счастью, она была удачно расположена в квартире, так что ему не пришлось далеко бежать. Римус хотел закрыть за собой дверь, но его колени коснулись земли прежде, чем его рука успела ухватиться за край двери, а из него вышла ужасная смесь пива и чипсов, которые он съел вечером. Дверь приоткрылась прежде, чем Римус успел захлопнуть её. Ванная наполнилась светом. – Не включай свет, – взмолился он. – Не включай свет, пожалуйста! В то же мгновение свет покинул комнату. – Чёрт, не повезло, приятель, – услышал он голос Джеймса. У Римуса не было времени смутиться или даже ответить, потому что новая волна тошноты уже подступила. – Бедняга... Иди, поспи ещё, – сказал Джеймс, хлопая его по спине. Этот жест Джеймса только усугубил ситуацию, и Римус выругался. Хотя, в лучшем случае, это был слабый звук, который был еле заметен хоть кому-нибудь. Римус слышал, как шаги удалялись от ванной комнаты, а затем открылась и закрылась входная дверь. Он закрыл крышку унитаза, медленно выдохнул и снова попытался открыть глаза. Он повернул голову к двери и внезапно встретился взглядом с Сириусом. – Последняя пинта и правда была лишней, – сказал он, нахмурившись. – Это не похмелье, – Римус покачал головой. Сириус издал звук неубеждения. – Все мы были на твоём месте, – сказал он. – Нет необходимости быть… таким. – Это мигрень, – ответил Римус громче, чем было безопасно для его головы. – Другими словами, похмелье. – Я выпил всего лишь три ёбаные пинты, – огрызнулся Римус. – И зачем мне скрывать похмелье? Это не то, что… Он замолчал, почувствовав приближение очередного приступа тошноты, и открыл крышку унитаза. Краем глаза он заметил, как Сириус прислонился к дверному косяку, и соскользнул по нему, чтобы очутиться на корточках. – Ты уверен, что не пытаешься сохранить своё достоинство? – Сириус потёр ему спину. – Если бы ты видел Джеймса на следующий день после его дня рождения, ты бы знал, что у нас тут такое не в новинку. – Нет, – ответил Римус, когда стал уверен, что его снова не вырвет. И вообще, он удивлялся, почему Сириус захотел остаться в комнате с кем-то, кто извергает из себя вчерашний ужин. – Это мигрень. Римус встал на колени и протянул руку к стене, стараясь не задеть его. Но сил хватило только уцепиться за колено Сириуса. Его руки сразу же помогли Римусу подняться. Они пошли обратно в спальню. Сириус усадил его на кровать. Он мог бы сделать это и сам, если бы дал себе больше времени, но в данный момент у него не было сил отстаивать свою независимость. – Мигрень, – повторил Сириус, стоя над Римусом. Римус кивнул, потирая глаза кулаками. – Значит, она просто появляется из ниоткуда? – Иногда, но не в этот раз, – вздохнул Римус. – Я чувствовал, что она подступает, но старался игнорировать это. – Ну, и зачем? – с упрёком спросил Сириус. – Потому что я хорошо проводил время и не хотел уходить? – раздраженно передразнил он. Сириус молчал. Римус же обхватил голову руками и застонал. – Это не имеет значения. И, вот, теперь расплачиваюсь. И это ужасно, мне действительно нужно на пару… – Ты на ногах еле держишься, даже не думай. – Нет, я знаю. Обычно я жду некоторое время, пока боль не исчезнет, это, блять, так не вовремя, – выпалил Римус. Для таких случаев у Римуса была справка от врача, но он опустил эту деталь. Боль редко доходила до такого уровня, так что справка была прибережена для экстренных случаев. Но сегодняшний день, похоже, был одним из таких. – Тебе лучше лечь, – предложил Сириус. Его голос звучал теперь совсем близко. Римус приложил некоторые усилия, чтобы открыть глаза, и, когда ему это удалось, он увидел Сириуса, опустившегося перед ним на колени. Римус кивнул и начал отодвигаться назад, пока не уперся спиной в изголовье кровати. – Тебе что-нибудь нужно? Тайленол? Я не знаю, есть ли у нас вообще что-нибудь, но я могу покопаться. – Римус покачал головой, но Сириус продолжил метаться. – Скажи мне, что делать. Римус буквально слышал, как обеспокоен и расстроен Сириус. Ситуация была далека от идеальной, а Сириус, вероятно, не знал, как помочь. Так что Римусу пришлось напомнить себе быть терпимее. – Прости, тайленол не поможет. У меня есть таблетки, но они в моей квартире. – Если для тебя это обычное дело, почему они у тебя не с собой? – Сириус цокнул языком. – Ты постоянно таскаешь с собой витамин С. Типа… постоянно. – Я же говорил тебе, что моя иммунная система - дерьмо, – возразил Римус. – И обычно они у меня с собой, но на прошлой неделе мне нужно было пополнить таблетницу, и я просто оставил их на кухне, как придурок. – Окей, я принесу, – молниеносно ответил Сириус. – Говори, куда идти. Боль в голове стала такой сильной, что он не стал переубеждать Сириуса. Вместо этого он на одном дыхании назвал адрес. – Ведро здесь, если понадобится. Вода здесь. – Спасибо тебе. Что идёшь. – Прекрати, конечно, я иду, – сказал Сириус, его голос был уже достаточно далеко, возможно, он был уже у двери. – Я не собираюсь стоять здесь и быть бесполезным. Римус услышал, как Сириус вышел из квартиры, после чего наступила тишина. Римус почувствовал такую сильную благодарность к Сириусу, но её быстро заглушила пульсирующая боль. Через десять минут после ухода Сириуса Римус оказался в еще одном затруднительном положении. Ему нужны были учебники для двух пар, которые у него были сегодня, чтобы не отстать по курсу. Он планировал зайти к себе домой во время двухчасового перерыва перед второй парой, но сейчас это было невозможно. Он нащупал свой телефон; один едва приоткрытый глаз и автозамена помогли ему отправить Сириусу сообщение с их названиями. Сразу после этого он послал «спасибо», отбросил телефон в сторону и натянул одеяло на голову, чтобы блокировать любой свет, способный вызвать боль. В такие моменты у Римуса всегда было неправильное представление о том, как текло время, но даже в этом случае Сириус вернулся быстрее, чем он ожидал. Он услышал приближающиеся шаги и почувствовал, как кровать опустилась прямо у его бедра. – Я принес твои прекрасные лекарства, – объявил он, гремя пузырьком с таблетками. Римус застонал в знак признательности, стянул одеяло с головы и сел. Он открыл баночку, быстро проглотил две таблетки и вздохнул. – Спасибо, – сказал он снова, всё ещё прикрывая глаза. – Ты вовремя получил моё сообщение? – Да, они в коридоре. Но я не позволю тебе даже смотреть на них, пока ты действительно не будешь готов, – сообщил ему Сириус. – Не возражаешь, если я… – Римус вслепую потянулся влево. Сириус сунул ему в руку стакан с водой. – И я нашёл ещё кое-что, – добавил он. – Мм? – Римус отпил немного воды. – Самый толстый, самый фантастический кот, которого я когда-либо видел в своей жизни. Римус слегка рассмеялся, но сразу же почувствовал боль прямо в левом виске и потёр его. – Я не уверен, что Мистофелис оценит этот комментарий. – Я сказал фантастический, ты не расслышал? Я, похоже, напугал его, так что он забрался под кровать. У меня не было времени познакомиться, пока капал счётчик, поэтому я требую второго шанса. – Она будет согласна, – сказал Римус добродушно. Он нащупал прикроватный столик и осторожно поставил на него полупустой стакан. – Она пуглива с новыми людьми. – Мистофелис – она? – удивился Сириус. – Мне было десять, когда я дал ей имя, ясно? Она показалась мне похожей на Мистофелиса. – Чёрт, она двигается слишком быстро для её почтенных двенадцати лет. – Ты не заглядывал в её миску? – спросил Римус. – Мне следовало попросить тебя покормить её. – Обижаешь, я на два шага впереди, – сказал Сириус. – Твоя соседка сдержала слово, но это не значит, что я не наполнил миску. Может, я немного перестарался, имей в виду. Миска, ВОЗМОЖНО, чуть-чуть переполнена. Римус улыбнулся. – Она будет только благодарна, – сказал он, а затем осознал, что пропустил пару деталей. – Подожди-ка, счётчик? Ты взял такси? – Да, – медленно сказал Сириус. Римусу не нужно было видеть его лицо, чтобы понять, как на него смотрят. – Тебе не стоило тратить свои деньги, я бы подождал… – Я не собирался стоять и нервничать, пока ждал бы автобус, в то время как у тебя тут голова вот-вот взорвется, – сказал ему Сириус. Римус открыл глаза и посмотрел на Сириуса, расстроенный из-за неприятностей, в которые он попал из-за него. Сириус застыл. – Что? – Твои глаза, они… – Сириус вздрогнул, собираясь встать. – Нам нужно к врачу. – Что, нет, подожди, – сказал Римус, хватая его за запястье. – Что с ними не так? – Они, блять, краснющие, – Сириус протянул ладонь к лицу Римуса. Его нежное прикосновение сильно контрастировало с его беспокойным голосом. – Просто адское кровотечение из твоих красных глаз. Римус протянул руки. – Помоги мне подняться, мне нужно это увидеть. Сириус безоговорочно послушался. Он держал его за руку, пока они шли к зеркалу. Удивительно, но Сириус не сильно преувеличил. Это было ужасно; его правый глаз действительно был кроваво-красным, сосуды внутри, кажется, лопнули. – Что-то новенькое, – тихо сказал Римус, пытаясь сохранять спокойствие. Это было неприятное зрелище, но он не хотел, чтобы Сириус вбил себе в голову, что им нужно немедленно к врачу. Это пройдет, как только мигрень отступит. Сириус вытащил свой телефон. – Нет, правда, не надо, – настаивал Римус, кладя руку на телефон и опуская его. Сириус вздохнул. – Сейчас действительно не время выпендриваться. Ты выглядишь, будто одержим демоном. – Спасибо, это я вижу, Сириус. – Хорошо, тогда ты видишь, что нужно что-то сделать с этой одержимостью. – Помни, я не могу долго стоять... – Насколько плохо? – требовательно спросил Сириус. – По десятибальной шкале? Насколько всё плохо? – Семь, – сказал Римус. Это было больше похоже на девятку, но он не хотел ехать из-за этого в больницу. Даже стоять было трудно, а это означало, что о ходьбе не могло быть и речи, поездка в такси заставила бы его тошноту вернуться, да и что можно было сделать с этим всем прямо сейчас? – Самая ужасная ложь, которую я когда-либо слышал. Твой глаз только что взорвался. – Сириус. Я только что принял лекарства. Больше ничего с этим не сделать. Мне просто нужно подождать, пока они не начнут действовать, а потом я смогу отдохнуть, – сказал Римус, стараясь говорить спокойно и лаконично. – Я не думаю, что готов сейчас ждать шесть часов в отделении неотложной помощи с флуоресцентными больничными лампами, освещающими меня, только для того, чтобы встретиться с врачом, который, скорее всего, расскажет мне то, что я уже знаю. Мне нужен отдых и обезболивающие, и у меня здесь есть и то, и другое. – Это полный пиздец, ты зн… – Сириус, – перебил его Римус, встречаясь глазами с Сириусом. – Если мне станет хуже, я поеду, окей? Просто, боже, просто дай мне отдохнуть. Взгляд Сириуса буквально закипал, но каким-то чудесным образом он не стал спорить. Вместо этого он повёл Римуса обратно к кровати, сам обошел её с противоположной стороны и сел, прислонившись к изголовью. Он скрестил руки на груди и вытянул ноги перед собой, выглядя невероятно невозмутимым, что на мгновение встревожило Римуса. – Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи, – монотонно произнес он. Римус осторожно выдохнул, пробормотал еще благодарностей и снова зарылся под одеяло. – Римус проснулся некоторое время спустя, задыхаясь. Он стянул одеяло с головы и поднес руку к левому виску, на мгновение задумавшись, сможет ли он заглушить эту боль, ударив себя по другой части тела; сможет ли такой удар отвлечь от раскаленного кинжала, который вот-вот расколет его голову надвое. – Римус? – раздался голос Сириуса совсем рядом. – Что мне сделать для тебя? Римус вдохнул. Он слегка дрожал, но пытался контролировать это, чтобы Сириус, который был настороже, не заметил этого. – Блять, давай я просто позвоню… – Потри здесь, – попросил он, указывая на свой висок. Всё было бы лучше, чем лежать и страдать от боли или ехать в больницу. Мгновение спустя кровать прогнулась под тяжестью Сириуса совсем рядом с Римусом, а затем кончики его пальцев оказались у виска. – Римус, ты пугаешь меня до чертиков. – Прости. Сириус цокнул. – Не извиняйся, просто… так нормально? – спросил он, массируя висок Римуса. Римус покачал головой. – Сильнее, – попросил он, еле сдержавшись от того, чтобы сказать, что Сириус даже мог ударить его по голове, если бы захотел. С каждым движением Сириуса Римус всё более и более отчётливо ощущал тяжесть руки Сириуса, лежащей у него на груди. Но, к сожалению, боль не позволяла ему наслаждаться такой близостью к нему. – Это хоть как-то помогает? – неуверенно спросил Сириус. – Помогает кровотоку, – кивнул Римус. Он сосредоточился на вращательных движениях Сириуса, но одна внезапная мысль разрушила это подобие умиротворения. – Я же работаю сегодня вечером. – Успокойся. Сегодня понедельник. – Я знаю, но я обещал Мэри подменить её, – он снова пошарил вокруг себя в поисках телефона, собираясь сесть. – Она очень просила прикрыть её, и я хотел помочь... – Однако, – Сириус перекатился на кровати так, чтобы Римус не смог полностью сесть. – Ты не можешь идти на работу в таком состоянии. – Сириус, я должен, – настаивал Римус. – Я уже согласился. – Сириус навалился всем своим весом на Римуса и опустил подбородок ему на грудь. Римус перестал ерзать, но глубоко вздохнул. – Я должен позвонить Лили. – Нет, не должен, – возразил Сириус. – Уверяю тебя, Лили даже не знает, что Мэри попросила тебя подменить её. Лили всегда говорит, чтобы мы сами разбирались с этим, а уже если не можем – приходили к ней. – Но я обещал Мэри. – Я найду кого-нибудь, – сказал Сириус. – А ты просто лежишь здесь, и всё. Это все, что тебе нужно делать сегодня. Римус застонал, поднимая ладони над рукой Сириуса, чтобы закрыть лицо. – Она узнает, что я не пришёл, и подумает, что я слишком много выпил вчера и не потрудился явиться на смену. – Лили не святая, – понимающе сказал Сириус. – Кроме того, мы говорим о тебе. – Ну, ты же подумал о похмелье, – упрямо возразил Римус, опуская руки. – И Джеймс. – Это было раньше, – сказал Сириус. – Я могу подтвердить что, у тебя определенно нет похмелья. А моё слово что-то да значит. Сириус понял, что Римус не особо ему верит, поэтому продолжил. – Я сфотографирую твой глаз, если ей нужны доказательства. В самом деле, не заходи; нам придётся проводить обряд экзорцизма, а это распугает всех посетителей. Римус неохотно рассмеялся, но скривился от боли. – Это ужасно. – Похоже на то, – искренне сказал Сириус. – Я имею в виду время, – поспешил оправдаться он, хотя и не был уверен, почему чувствовал, что должен притворяться, что боль не была такой уж проблемой, когда Сириус буквально видел, что это вовсе не так. Сириус ничего не сказал, вместо этого отодвинулся от Римуса, но продолжил массировать его висок. Римус, в свою очередь, заскучал по телу Сириуса больше, чем ему следовало, поэтому поспешил сосредоточился на том, чтобы поддерживать ровное дыхание. – Я не должен был забивать на это. – Я разберусь с этим, – тихо сказал Сириус. После таких слов у Римуса не хватило духу продолжить спорить. В третий раз Римус проснулся уже в пустой кровати, занавески в комнате были плотно задернуты и сдерживали опасный свет. О том, чтобы выйти искать Сириуса, не могло быть и речи; он видел полоску света под дверью и не хотел раздражать глаза. Римус повернул голову налево и обнаружил, что его стакан с водой снова наполнен. Он сел прямо, чтобы выпить его. Словно почувствовав, что Римус проснулся, Сириус появился в дверях. Римус опустил голову, и Сириус потянулся обратно в коридор, чтобы выключить свет. Он подошел ближе. – Чувствуешь себя лучше? – Немного. Римус подтянул колени, и Сириус сел там, где только что были его ноги. – Я не... Мне никогда раньше не было так больно, – сказал он, потирая глаза пальцами; это ослабило напряжение, но он знал, боль вернется в тот момент, когда он уберет руки. Он убрал руку и увидел, что Сириус смерил его суровым взглядом. – Сейчас всё не так плохо, – настаивал он, желая, чтобы на него больше не смотрели ТАКИМ взглядом. – Мы возвращаемся к семи баллам. Сириус медленно кивнул. – Если ты помнишь, на семи баллах я хотел везти тебя в больницу, но ты всё равно солгал мне о них, так что я не уверен, что верю тебе. – Говорю тебе, мне уже лучше, – слабо сказал он. – Сейчас семь, почему ты ругаешься со мной из-за этого? – Почему я ругаюсь с тобой из-за этого? – переспросил Сириус. – Сириус, с этим ничего нельзя было сделать. Мне бы сказали переждать это. И я бы точно также ждал, пока подействует лекарство. И сейчас оно начало действовать. Мне просто нужно ещё немного отдохнуть. Сириус бросил взгляд на часы. – Мне нужно идти, – сказал он. Римус подавил охватившее его разочарование – он даже не подумал о том, были ли у Сириуса другие дела. – Хорошо, – Римус кивнул. – Ты хочешь, чтобы я... – Ушёл? – Сириус закончил вопрос за него. – Нет, оставайся здесь. Сириус казался настолько уверенным, что в тот момент было трудно противиться ему. – Оу, спасибо. – Прекрати, всё окей, – сказал Сириус, подходя к комоду. – Если ты предпочитаешь выглядеть в стиле гранж… Во всех смыслах… Продолжай делать то, что делаешь. Но если тебе нужно что-то удобное, у меня есть это. Сириус вытащил кучу одежды из ящика и бросил её Римусу. – А что со сменой? – Я как раз туда иду, – сказал Сириус уже в дверном проёме. – Но у тебя выходной, – желудок Римуса сжался. Сириус обернулся и оперся о дверной косяк. – Мы можем просто не..? Просто добавь это в список вещей, которые меня не беспокоят, если это поможет. – Я про то, что тебе не следовало выходить в мою смену, – запротестовал Римус. – Что ж, очень жаль, я как раз с нетерпением ждал возможности обвинить тебя, – язвительно сказал Сириус. Римус нахмурился. – Мне жаль, вот и все, – сказал он, пожав плечами. – Я знал, что тебе будет жаль. Но я без проблем выйду. Тебе нужно что-нибудь? – Римус покачал головой. – Тебе бы, на самом деле, чего-нибудь поесть. – Меня тошнит от одной мысли об этом, – Римус снова покачал головой. – Ну, если передумаешь, угощайся, – предложил он. – Джеймс будет позже, он проведает тебя. Римус почувствовал, что краснеет, смутившись от мысли о том, что Сириус напряг Джеймса из-за всего этого. Так что он просто пробормотал «спасибо» вместо того, чтобы спорить. – Во второй половине дня Римус успел ещё разок поспать, немного почитать, написать своим преподавателям и однокурснику. К тому времени, как вернулся Сириус, Джеймс уже целый час сидел с Римусом. И в целом Римус считал этот день продуктивным, несмотря на его мрачное начало. Сириус как раз снимал ботинки, когда Джеймс окликнул его. – Теперь мне всё понятно. Когда обычно я прошу тебя прийти пораньше, тебя не дождёшься. Но сегодня ты вернулся быстро, – он ухмыльнулся, даже не потрудившись посмотреть на Сириуса. – Очаровательно, на самом деле. Сириус закатил глаза, пересёк комнату и обхватил Джеймса сзади за шею, прежде чем громко поцеловать в макушку. – Я тоже скучал по тебе, – сказал он, уклоняясь от попытки Джеймса ответить на этот захват. Взгляд Сириуса переместился на Римуса. – Лучше? – Лучше, – Римус кивнул, улыбнувшись. – Сколько сейчас баллов? – Пять. Честно, – добавил он последнее, чтобы убедить недоверчивого Сириуса. – Это всё может затягиваться часов на двенадцать, но, думаю, я уже в безопасности. – Но твой глаз, знаешь… – Самая крутая вещь на свете, да? – Вмешался Джеймс. – Да, наверное… Надеюсь, за ночь пройдёт, – сказал Римус, отмахиваясь. Сириус забрался на кровать, развалился на ней и вздохнул. Римус нахмурился, глядя на него, сожалея, что позволил ему подменить его в свой выходной. Пару мгновений спустя Сириус снова глубоко вздохнул, перевернулся на бок и подпер голову рукой, глядя на Римуса. – Когда-нибудь слышал о кластерной головной боли? – спросил он. – Слышал, да, – мягко ответил Римус, хотя знал, куда Сириус клонит. – Может, это была она? – Нет, я не думаю, – вот и оно, подумал Римус. – Как человек, который не сталкивался с мигренью и не штурмовал сегодня Википедию…, – вмешался Джеймс. – Не хотите меня просветить? – Это тяжелая форма мигрени, гораздо более тяжелая, чем то, что было у меня, – ответил Римус, затем снова посмотрел на Сириуса. – Я не думаю, что это она. Люди, у которых такой диагноз всегда держатся подальше от света, их предупреждающие знаки перед приступами намного очевиднее. Они строят свою жизнь вокруг этого, они всегда готовы к ним... – Ну, сегодня ты поставил деся… – Правда, Сириус, – Римус настаивал. – Это другое. Это было исключение, обычно они не бывают такими плохими, как сегодня. И с глазом, это впервые. Всё не так… – Но ранее ты сказал… – перебил его Сириус. – Джеймс, скажи ему? – теперь перебил его Римус. – У тебя есть лечащий врач в городе? – сменил тему Сириус прежде, чем Джеймс смог вставить хоть что-то. – Да, – спокойно ответил Римус. – Занятой человек, кстати говоря. Записаться к нему на приём – тоже головная боль. – В ход пошли каламбуры, – вклинился Джеймс с усмешкой. – Вот где мы теперь! – Ну, если они становятся всё хуже, лучше записаться на приём сейчас, нет? – не обратил внимания на Джеймса Сириус. Для Римуса это означало огромную мороку – подбить своё расписание под расписание врача. Но Сириус был прав, нравилось это Римусу или нет. – Я знаю, что это так, – сказал он, смирившись. Когда стало очевидно, что Сириус ждёт чего-то ещё, он добавил, – я сделаю это, Сириус. Сириус выглядел удовлетворенным, поэтому быстро переключился на задирание Джеймса – он пихнул его ногой и чуть не сбросил с кровати. – Придурок, – сказал Джеймс, его рефлексы сработали вовремя, чтобы спастись от падения. – Извини, Джеймс, не смог удержаться, – сказал Сириус, потягиваясь. – Здесь царит жестокая любовь, – подметил Римус, глядя на парней. – Да, здесь её целая куча, – сказал Джеймс, доставая телефон из кармана. – Кстати говоря, там ждёт леди. Так что хорошо, что Казанова уже здесь, чтобы взять всё на себя. – Сделай мне одолжение и заблудись на обратном пути? – съязвил Сириус, когда Джеймс поднимался с кровати. Джеймс фыркнул, прежде чем взглянуть на Римуса. – Поправляйся. Римус поблагодарил Джеймса, пока тот выходил из комнаты. Сириус же рассматривал книги и ноутбук Римуса, лежавшие вокруг него. – Я думал, кое-кто должен сегодня только отдыхать? – спросил он с упрёком. – Я не могу отставать, Сириус, – сказал Римус. – Я и так пропустил две пары сегодня. – Готов поспорить, что это случилось впервые за целую вечность. – У меня есть справка на случай, если что-то пойдёт не так, но я не люблю её использовать, только если это совершенно неизбежно, – объяснил Римус. – Я не представляю, как ты читаешь в таком состоянии. Римус потянулся к своему ноутбуку и в ответ провел указательным пальцем по сенсорной панели; компьютер едва засветился. – Помогает, что свет здесь очень тусклый. – Я бы даже не потрудился поменять его. Если кто-нибудь скажет мне, что моя лень – мой порок, тогда я просто расскажу эту историю, – сказал Сириус, ухмыляясь. – Хоть какие-то плюсы, – сказал Римус с улыбкой, собирая свои вещи в кучу. Он передвинул их в угол кровати и повернулся, чтобы лечь на бок и подложить руку как подушку. – В школе, когда я был хоть немного болен, то всегда говорил: «Нет, я слишком слаб, продолжайте без меня», – сказал Сириус, изящно поднося руку ко лбу. – Ну, я ни капельки не удивлен, – ответил Римус. – Но, видишь ли, это, было в средней школе, тогда как в универе такие вещи не проходят бесследно. Я бы никогда не наверстал упущенный материал, если бы не ходил на пары из-за небольшой боли. – Нет, универ тоже, – сказал Сириус, улыбаясь от того, как нахмурился Римус. – Разумеется, я просто не хотел там быть, так что любое оправдание было хорошим оправданием. Передашь мне? – он указал на столик справа от кровати, и Римус подвинулся, чтобы передать пепельницу. – Почему ты так сильно его ненавидел? – Римус колебался, прежде чем всё же снова поднять эту тему. Сириус закурил сигарету. – Хитро, – сухо сказал он. Римус перевел взгляд на дальнюю стену, разочарованный тем, что его так легко раскусили. Возможно, ощутив дискомфорт Римуса, он добавил, – я тебе уже говорил. – Не совсем, – сказал Римус, но, уже осознал, что эта тема только заставит Сириуса быть уклончивым и раздражённым. И что для них обоих будет лучше, если он перестанет пытать Сириуса. – Не вижу ничего хорошего в том, чтобы говорить об этом, – сказал он, перекатываясь на спину. – Кроме того, что это просто докажет, что ты прав. – И что мне ответить на это? Ты продолжаешь отпускать расплывчатые комментарии, которые я понятия не имею, как расшифровать. А потом говоришь вот это. – Ты хочешь, чтобы я сказал, что я имел вс... – Сириус, мы уже проходили через это... – И ты прав, так и было, – продолжил Сириус, его глаза были устремлены в потолок. – Блэки богаты, семье уже много веков, им не нужно работать, всё свое богатство они наследуют. Они выкупают другие компании и играют в короля замка. И да, мне не пришлось бы работать, пока я бы не выпустился, и да, для меня была приготовлена хорошо оплачиваемая работа. Это то, что ты хочешь услышать? – Сириус, – сказал Римус, немного обиженный. – Это не то, что я хотел услышать. Я не испытываю неприязни к людям с деньгами, потому что у меня их нет. Пожалуйста, не думай, что... – И дело в том, что это было бы так охуительно легко, – продолжил Сириус, не слыша его. – Я был лучшим в классе на протяжении всей средней школы, в универе тоже. Я мог выполнить ёбаный минимум и все равно закончить семестр с отличием, и я знаю, что это тебе тоже, блять, неприятно слышать, – он оторвал взгляд от потолка, чтобы посмотреть на Римуса. Его взгляд был обвиняющим и жестким. В горле у Римуса застрял комок, который, как бы он ни пытался проглотить, не исчезал. И его голосовые связки подвели его, как бы сильно он ни хотел возразить. – Я мог бы продолжать в том же духе, но это высасывало из меня грёбаную жизнь. И да, я мог бы остаться и жить на широкую ногу в том доме, но я, блять, больше не мог этого делать. Куча расистов, фанатиков, ведущих себя так, как будто я тот, кто поступает неправильно? – Сириус нахмурился, и Римус понял, что у него проступили слёзы, хотя старается это скрыть. – Я не мог этого выносить, и мне следовало уйти раньше... Я бы сошел с ума, слушая всё то ядовитое дерьмо, которое они извергали ежедневно. Поэтому я ушел, с тех пор их не видел. И я им ничего не должен. Римус, наконец, обрёл голос. – Ты их совсем не видишь? – спросил он. Эта идея была ему совершенно чужда – если он не находил времени сообщить своим родителям как у него дела, они нервничали. Очевидно, что их ситуации были совершенно разными. И это всё ещё было трудно для понимания. Сириус нервно рассмеялся. – Ни разу за четыре года. И, поверь мне, они тоже не хотят меня видеть. – Это не может быть правдой, – искренне сказал Римус. – Кто бы не хотел такого сына? Я не могу в это поверить. Ты аномальный. – Ох, ну, что ж, это правда, – прямо сказал Сириус, пропустив мимо ушей истинный смысл слов Римуса, к его огромному облегчению. – Скажем так, мой отец умер в прошлом году, и я даже не получил приглашения на похороны. Они даже не сообщили мне, я узнал это из чёртовой газеты. И это к лучшему, я бы не пошёл, даже если бы они попросили меня об этом. Какие ещё доказательства нужны? Сириус, наконец, понял, что Римус был ошеломлен. – Римус, им скорее нравится притворяться, что меня не существует. Я даже не могу сказать, что был удивлен, что они не потрудились сказать мне о похоронах. Я перестал быть их сыном в тот момент, когда вышел за дверь дома. – Сириус, ты не можешь знать наверняка… Сириус сделал затяжку и покачал головой. – Я действительно это знаю, так было сказано в последнем письме, которое они мне прислали. Сказали мне, что вычеркнули меня из завещания, забрали мой трастовый фонд. Сказали, что я никогда не увижу ни цента из своего наследства. Как будто мне нужны их ёбаные деньги, – сказал он, бросив мрачный взгляд на кончик своей сигареты, а затем его лицо расплылось в мрачной улыбке. – Так что вот. Сказали, что я не их сын. Наконец-то, после стольких лет, мы сошлись хоть в чём-то. – И куда ты пошёл? – у Римуса побежали мурашки. – К Джеймсу, – ответил Сириус. – Поттеры всегда были для меня лучшей семьей, чем моя собственная. Я бы провел гораздо больше времени взаперти в том доме, если бы они не позволяли мне прятаться у них, как только дела шли хуже. Сириус стряхнул пепел. – Конечно, прятаться у них в шестнадцать лет – немного другое, чем в восемнадцать, но Поттеры тогда только купили это здание, и Джеймс собирался переехать, так что все сложилось, – добавил он. – У меня было не так много вещей с собой, так что мне пришлось начинать с нуля. Но Джеймс и его родители... – он остановился и покачал головой, возможно, у него не было подходящих слов для этого. – Они сказали, что они только хотели, чтобы я был в безопасности. Счастливый. Я знаю, ты думаешь, что этого недостаточно, но сейчас так оно и есть. Так и должно быть. Его тон был гораздо менее обвиняющим, чем раньше. – Сириус... – Я знаю, я выхожу из себя, когда разговор касается этого, но я ничего не могу с собой поделать, – сказал Сириус. Его глаза значительно смягчились. – Всё ещё кажется, что это всё прямо здесь, – он ухватил свою шею ладонью. – Хотя, прошло довольно много времени. Мне кажется, что это так и будет бурлить во мне, независимо от того, как много лет пройдёт. – Нет, всё в порядке, – мягко сказал Римус, слегка придвигаясь ближе. – Прости, я только хотел... Сириус, ты должен знать, что я тоже желаю тебе счастья. Я рад, что тебе было к кому пойти, что ты стал счастливее. Ты заслуживаешь этого. Римус внимательно наблюдал за Сириусом, когда тот стряхивал пепел с сигареты гораздо менее злобно. Сириус же внезапно посмотрел на Римуса так, как не смотрел раньше, и кивнул. Римус почувствовал тяжесть в голове, по двум причинам. Он потянулся за таблетками и проглотил ещё одну дозу. Глаза Сириуса теперь были прикованы к нему. – Просто проходит действие тех, – сказал он в качестве объяснения. – Всё в порядке, не волнуйся... Сириус цокнул языком, затушил сигарету и поставил пепельницу на столик с левой стороны кровати. – Ты не можешь просить ни о чем прямо, не так ли? – он придвинулся и снова начал массировать висок Римуса. Вообще-то, Римус вовсе не намекал на это, но оценил этот жест. – Извини, к завтрашнему дню это должно пройти, – сказал он, закрывая глаза, лишь бы не поддаться искушению и не наклониться, чтобы сократить небольшое расстояние между ними. – Надеюсь, раньше. – Поспи ещё, – мягко попросил Сириус. – Выглядишь измученным. Римус что-то промычал в знак согласия, но внутренне не был уверен в этом. – Я не должен оставаться ещё на одну ночь, – сказал он, подбирая громкость. – Я и так уже достаточно достал тебя. – Ну, теперь ты точно никуда не пойдешь, – сказал Сириус. – Это не проблема, правда. – Уверен? – переспросил Римус пару секунд спустя. – Мне завтра рано вставать. Не хочу будить тебя. – Я даже не замечу, – заверил его Сириус. Римус ожидал, что в какой-то момент Сириус прекратит массировать его висок, потому что это, как минимум, странно. Но когда через минуту этого не произошло, он бесстыдно стал надеяться, что Сириус не остановится, пока он не заснёт. Теперь он был не так уж и далёк от того, чтобы хотя бы на недолго забыть об этой тупой боли. – Спасибо тебе за всё, – сонно сказал он. – Всё в порядке, – сказал Сириус, как будто ему это ничего не стоило.