Цветок распустившийся в несбыточной мечте...

Хеён не уснула. Тепло постели не спасло от ночного кошмара. Пот стекал по шее, волосы прилипли к вискам. За окном продолжал стучать дождь — бесконечный, как эхо из её прошлого. Она поднялась медленно. Как тень. Руки дрожали не от холода — от вспышек воспоминаний: холодный коридор, стерильный запах крови и браслет с синим бисером на безжизненной детской руке. То была её подруга. Та, чье имя давно стерлось, но образ — нет. Из глаз не стереть такие сны. 3:52 AM. Пальцы легли на экран телефона: — Что насчёт ужина? Ответ последовал почти сразу: — Ты же хотела домой? Она скривила губы в еле заметной полуулыбке и написала: — Вечером. Flavors. Каннам. Восемь. — Хорошо. До встречи. Пальцы её в это мгновение не дрожали. Она уже знала, что убьёт сегодня. И не его. Но... почему-то, мысль о Техене так легко не отпускала. В бутике пахло свежестью кожи, дорогими тканями и чувственным женским парфюмом. Она провела пальцами по платьям, выбирая не стиль — оружие. Наконец, чёрное. Французская длина, обхват талии. Чистая линия. Элегантность как прикрытие для клинка. Идеально. В ванной пенилось тепло. Влажный пар клубился по зеркалам. Хеён погрузилась под воду с головой, будто хотела смыть из себя не воспоминания — саму себя. Тихо. Без музыки. Без мыслей. Выбор оружия был осознанным. Нож — слишком демонстративно. Огнестрел — риск. Верёвка — нелепо. Яд. Тонко. Без следов. Беззвучно. Именно это она спрятала под подол платья, когда вышла из квартиры. Техен ждал внизу. Новая машина. Новый костюм. Он выглядел так, будто не спал, но глаза — чёрные, спокойные, тёмные, как кофе без сахара. Как ночь без фонарей. Он вышел первым, открыл ей дверь, провёл ладонью по стеклу, обернулся. — Ты сегодня... — он замолчал, будто слова утонули в горле. — Великолепна. — Ты тоже. — без эмоций, почти холодно. Машина мчала сквозь серый вечер. Внутри звучал джаз. Дождь шёл и по стеклам, и по спинам их мыслей. — Это место ты часто посещаешь? — он взглянул на неё. — Нет. Не люблю рестораны. — Она повернула голову к окну. — Просто говорят, оттуда красивый вид на ночной Сеул. Он усмехнулся. — Вид, да. Но не такой красивый, как ты. Она промолчала. Впереди — ресторан Flavors, 32-й этаж. Там будет цель. И ужин. И он. — Добро пожаловать в Flavors. Бронь? — Кан Хеён. — Прошу. Столик у окна. Панорама Сеула открывалась как из кинокадра: бесконечное море огней, пульсирующее жизнью, не подозревающей, как близко смерть. — Выбирай. — сказала Хеён, протянув меню. — Тогда стейк. Средняя прожарка. Красное вино 2014-го года. Тебе понравится. Она смотрела на него, как хищник — на что-то слишком прекрасное, чтобы просто проглотить. Он говорил, шутил, улыбался. Этот его свет — раздражал. Она не понимала, почему. Не позволяла себе понять. Pov Хеён: Ты слишком добрый. Слишком чистый. Или слишком хорошо играешь. Я должна тебя убить. Не сегодня. Не сейчас. Но должна. И всё-таки я не могу не смотреть в твои глаза… Чёрт, зачем ты такой красивый? Цель вошёл в ресторан в сопровождении троих. Он сел за стол у колонны. Заказал. Улыбался. Хеён узнала его по досье. — Он пьян. — Это хорошо. — Попудрю носик. — бросила она Техену и пошла, как кошка, легко, почти скользя. В коридоре она изменила табличку «Туалет не работает». Он зашёл. Один. Идеально. Внутри — блеск зеркал и приглушённый свет. Он умывал руки. Повернулся. Сначала удивлён. Потом — расплывчатая пьяная ухмылка. — О, леди в чёрном? Слишком рано для соблазна, но я не против. Она подошла ближе. Почти вплотную. Он положил руки на её талию — и тут же получил острый укол в шею. Легкий шепот сквозь дыхание: — Привет от господина Ким Ынсока, малыш. Пена на губах. Падение. Тишина. Она вернулась к столику, словно ничего не произошло. Они смеялись. Болтали. Обменивались взглядами. Она говорила о книгах. Он — о старом доме своего отца. Медленно, неспешно. За окном — дождь, за бокалом — кровь. Когда они вышли из ресторана и вошли в лифт, позади остались крики. Кто-то нашёл тело. Техен дернулся, было, но она схватила его за руку. — Не выходи. — Что?.. — Замолчи. Она впилась в его губы, как будто этим поцелуем могла стереть прошлое. Его глаза расширились, но он поддался. Прижал к себе. Губы, шея, дыхание. Всё было в этом поцелуе — гнев, страх, желание, кровь. Лифт остановился. Люди стояли, не в силах отвести взгляда. Техен даже не обратил на них внимания. Держал её за запястья, прижимал к стенке лифта. Губы — в шею. Пальцы — на её бёдрах. Это было грязно. Красиво. И, чёрт побери, слишком живо. Когда двери вновь закрылись, они тяжело дышали. — Продолжим у меня? — спросил он. Она не сказала ничего. Просто кивнула. Очень медленно.