Когда мы были моложе

– Этот гад тоже убил твоих родителей? – пыхтел Удо, таща на себе сумку, пока их скромная компания шла вдоль дорогих заборов. – Поэтому ты хочешь отомстить? – Мои родители претендовали на патрицианский пост, причём оба. Думаю, если я буду мстить всем обидчикам, от города ничего не останется. Этот просто выбесил сильнее всего. Подсади меня, – она обратилась к Оливии. Убийца, ворча, подставила руки и помогла Витинари забраться на забор. Внизу уже начал рычать хозяйский пёс. Девушка достала сумку, привязанную к поясу, вынула оттуда небольшой кусок курицы и кинула вниз. Пёс никак не отреагировал. Пока он не продолжил лаять, она бросила ему такой же кусок говядины. Пёс довольно облизнулся. Витинари махнула красным платком. – Говядина, – сказал Удо. – Собаки этих богатеев лучше нас питаются. – он достал из одного из принесённых свёртков кусок и кинул Витинари. – Откуда ты его взял? – спросила Оливия. – От предыдущего же осталось всего ничего. – Одолжил у мадам Мизероль. Она была очень добра. – Дурак, – прошептала Оливия. – Думаешь, она одобряет такое времяпрепровождение своей любимой племянницы? И вообще, ей лучше не знать, чем мы тут занимаемся. – Да в чём дело? Ты сама не своя. – Этим богачам доверять нельзя. Некоторые из них детей своих продадут, не говоря о каких-то племянниках. – Не знал, что ты так волнуешься о Хэвлок. Она большая девочка – справится и без вечной нянечки Оливии, – Удо подошёл к яблоне, наклонившейся почти до земли, и сорвал три яблока. – Или как она тебя там зовёт? Киллерс? – Маловато сорвал, – заметила Оливия. – Думаю, нам стоит отпраздновать это дело старым добрым составом, без других членов банды. Вспомнить старые добрые, – Оливия хмыкнула и попыталась спрятать улыбку. – Хотя я, разумеется, могу оставить вас вдвоём. Голубки. – Прекрати, – огрызнулась Оливия и потёрла переносицу. – Мне тоже не нравится наш новый состав. – Ты первая начала притаскивать к нам своих смертоносных адептов. – Я не об этом. Убийцы и воры – это наше обычное окружение, но волшебники... – Киллерс поёжилась. – Думаю, они лишние, – девушка посмотрела в сторону мрачного дома. – Как думаешь, она точно справится? – Нам остаётся только ждать, – пожал плечами Удо, хрустя яблоком. *** Витинари кралась по двору, держась тени. Из дома раздавались звуки музыки и весёлой болтовни. Хэвлок казалось, что даже если она пройдёт по освещённой части поляны и войдёт через окно, разбив его перед этим, никто даже не заметит. Девушка обошла дом и хмыкнула. Многие владельцы особняков засаживали стены ядовитыми растениями, рассчитывая защитить свой дом от нежелательных посетителей, но для человека в перчатках это была настоящая находка. Хэвлок без труда залезла по стене и проникла внутрь. Позволив зрению привыкнуть к темноте, она начала пробираться к двери. Она рассчитывала проникнуть в спальню и дожидаться хозяина дома уже там, однако ещё в коридоре она почувствовала неладное. Стоило ей зайти в комнату, как кто-то попытался ударить её по голове. Девушка успела отпрыгнуть и ранить ножом руку нападающего, но он всё равно задел её канделябром, из-за чего убийца пошатнулась. Перед глазами поплыло, нападавший снова ударил её, на сей раз попал по носу и рассек ей подбородок. Хэвлок вытерла кровь и бросилась в атаку, но мужчина прыснул ей что-то в лицо. – Что это? – спросила Витинари, пошатываясь. – Лёгкое снотворное, – пожал плечами аристократ и толкнул её на кровать. *** Хэвлок не знала, сколько пролежала без сознания, но сразу после пробуждения почувствовала дикую головную боль и что её руки были привязаны к кровати. Аристократ сидел в кресле напротив с бокалом вина. – О, маленькая Витинари очнулась. Я стёр краску с твоего лица, ты не против? Тебе так куда лучше. А моя служанка тебя переодела. Ничего предосудительного я не делал, не подумай. Не в моих правилах насиловать бессознательных девушек, – мужчина поднялся с кресла, и Хэвлок тут же свела ноги вместе. – Полагаю, на связанных девушек ваши правила не распространяются? – прошептала она. – Назовём это мерой предосторожности. Мне известно, что ты владеешь кое-какими приёмчиками. Не хочу окончить жизнь с перерезанным горлом. – Вы убили моих родителей? – спросила Хэвлок. – Разумеется, не напрямую. – Если ты думаешь, что я заказчик, то ты ошибаешься, – перебил её мужчина. – Я их именно убил. Сжёг заживо, можно сказать, – он зевнул. – А сейчас я изнасилую тебя и отправлю к ним. Есть какие-то вопросы? – Да. Кто вас нанял? Какая разница, если я умру? – Хэвлок старалась незаметно развязать узлы, но получалось плохо. – Тебе в алфавитном порядке? Могу написать. Витинари неожиданно улыбнулась – Да, я вас прошу. – Тянешь время. Умно. Но твоя судьба неизбежна. – Разумеется, это всем известно. От судьбы не уйдёшь. Но мне всё-таки хотелось бы знать. Так сказать, для упокоения души. Мужчина посмотрел на неё с подозрением, а потом отошёл к столу и начал что-то писать. Хэвлок же оставила всякие попытки освободиться и просто улеглась поудобнее, начав насвистывать что-то себе под нос. – У вас довольно удобно. Не считая затёкших рук. – Неужели я связался с суицидницей? Твои родители были бы разочарованы. – Я преступница, которая водит дружбу со всяким сбродом. Череда разочарований началась уже давно. Мужчина закончил со списком и поместил его прямо перед девушкой. – Довольна? – Да, – пожала плечами Витинари, – вполне. В этот же момент мужчину ударили канделябром по голове. – Рада видеть тебя, Оливия. А теперь, будь добра, развяжи меня. Киллерс спихнула мужчину на пол. – Развязать? Даже не знаю. Хэвлок хищно улыбнулась. *** Когда преступник очнулся, он обнаружил, что его руки привязаны к кровати, а две девушки сидят в его кресле. Хэвлок внимательно изучала списки, пока Килллерс сидела на подлокотнике с бокалом вина и периодически одаривала её поцелуями. – Твой ненаглядный проснулся, – наконец лениво заметила она. – Неужели? – Хэвлок встала с кресла и подошла к кровати, крутя в руках нож. – Вы оказали мне большую услугу, мистер… Может, скажете свою фамилию? Преступник лишь хмыкнул. – Ну, нет – так нет, – Хэвлок одним движением перерезала ему горло и устало села на кровать. – Кто следующий? – спросила Киллерс, просматривая список. – Овнецы? Твои родители им доверяли, считали друзьями. Сама говорила. – Миссис Овнец ждёт ребёнка, – как-то отстранённо заметила Хэвлок, – он не несёт ответственности за родителей и заслуживает шанс. – Вот как? – приподняла бровь Киллерс. – Так ты у нас теперь сама доброта. Тебе они второго шанса не давали. Если бы я тогда тебя не нашла, ты пошла бы к ним и прощай, Хэвлок Витинари. – Я больше не хочу их убивать. Это слишком просто, – Хэвлок посмотрела на Киллерс странным взглядом. – Пора исполнить их страхи и взять власть в свои руки. – Власть. Мне нравится это слово. Но, думаю, от тебя ничего не останется, а мне потом ещё твои останки по всему городу собирать. – Посмотрим, – Витинари улыбнулась. – Кстати, как думаешь, – она посмотрела на платье, в которое её вырядили, – мне идёт красный?