От света во тьму

      - У нас нет на это времени! – ворчливо прокричала Лаэзель, наблюдая, как Лили пытается открыть реликварий. – Корабль разваливается!       - Я не могу оставить её там! – возразила послушница, когда потолок пробило очередным залпом огня.       Красный дракон кружил вокруг наутилоида ястребом и постоянно плевался в него, разрывал когтями и бил в борта хвостом, пытаясь проломить очередную дыру. Чего только стоила сорванная огненным дыханием палуба. Корабль шатало, едва удавалось стоять на ногах, а ещё постоянно показывались бесы, они цеплялись в волосы и лица рабов иллитидов, иногда замечая и странную компанию – высшую эльфийку в стёганой кольчужной рубахе и гитиянки в украшенных крепких доспехах.       Реликварий никак не хотел поддаваться. Хотя замок вроде был простой и вытащенные шпильки из заплетённых кругом кос вполне могли его открыть, но долгожданного щелчка никак не слышалось или может он был, просто в окружающем хаосе разобрать не получилось. А Лили всё больше нервничала и гадала, почему не получается, её же учили… учил… Не об этом сейчас следовало думать!       Залпы пушек, безуспешно пытающихся попасть в огромную тушу дракона, перекрывали порой всё на свете. Запах серы и жаркий ветер Аверно задувал сквозь дыры в корабле, солоноватый раствор, вытекающий из вен корабля, оказался до ужаса горюч, вспыхивая, стоит ему только соприкоснуться c огнём. Руки помимо воли дрожали, хотя этот простой сундук давно должен был открыться.       Бившейся в капсуле пленнице не повезло. У неё не получалось разбить плотную мембрану тюрьмы, но хотя бы могла дозваться до проходивших мимо Лили и Лаэзель. Она молила о помощи и, похоже, была в своём уме, в отличие от встреченных заражённых, несущих бред. Одна кричала, что её боднул бык, зажимая раны от когтей демонов, другой, что горит сарай...       Лили понимала, что поступает до невозможности глупо, сила её богини угасала после каждой мелкой стычки. Света луны в темноте Аверно не было, чтобы помочь богине обратить взор на свою послушницу. Корабль трещал и готов был развалиться, осаждаемый не только вьющимся вокруг драконом, но и адскими созданиями, заметившими лакомую добычу.       - Цк-ва! Мы обе погибнем здесь, ради одного, - снова прорычала гит. – Ты хочешь разменять все наши жизни?       - Я не оставлю её там и точка!       Вместо ответа Лаэзель зарычала, схватила Лили за плечи и швырнула в сторону, заставив нелепо плюхнуться на пол. Воительница достала свой двурушник и со всего маха обрушила на запертую крышку.       - Стой! – вот только этот окрик гитиянки проигнорировала.       Шанс разломать интересующий их предмет неимоверно возрастал после такой манипуляции. Лаэзель же, практически разломав реликварий на две части, засунула внутрь руку и бросила через плечо изогнутую плитку. По счастью предмет не пострадал.       - Иди, и я очень надеюсь, что наши усилия и время потрачены не на пустоголового идиота, неспособного себя защитить.       Лили не стала спорить с раздражённой воительницей, понимая, к чему та клонит. Да, им следовало торопиться, но Селунэ не простит, если её послушница пройдёт мимо, имея хоть малейший шанс спасти невинную душу от страшной гибели. Вещь встала в углубление на пульте идеально и в тот же момент открылась капсула с пленницей.       Тут же по коже пробежала волна божественной силы. Оно было отлично от силы Селунэ, но богов на Ториле множество и не все они добрые. Сейчас у них общая беда, разбираться в богослужении будут после.       - Ты как? – Лили помогла молодой полуэльфийке с роскошной косой чёрных волос подняться и едва сдержалась, чтобы брезгливо не отдёрнуть руку.       От прикосновения пошла волна холода, ожогом тьмы она прошлось по коже, а украшение на лбу в виде чёрного шара в серебряном обрамлении навевало на невесёлые мысли. Окончательно Лили уверилась в своих подозрениях, завидев на груди бывшей пленницы символ чёрного шара с золотыми прожилками.       Понадобилась вся сила воли, чтобы не кинуться на это отродье сию секунду. Символы Шар знали все поборники Лунной Девы, и в своём стремлении помочь, выполняя догматы своей богини, она выпустила на свободу служительницу Госпожи Ночи.       - В порядке, спас…       Разум подёрнулся пеленой, и заставили окунуться в омут чужих эмоций. Вот только прежде Лили видела образы в разуме Лаэзель, здесь же были только ощущения – благодарность и подозрительность. Но последнее адресовывалось не ей, а гитиянки подошедшей ближе. Лили даже стало интересно, неужели, эта полуэльфийка не почувствовала эманации Селунэ? Или же просто решила пока проигнорировать?       - Мы закончили с любезностями? – раздражённо спросила гит, которой надоело ждать. - Нам надо в рубку, как только окажемся там, делайте, как я велю.       - А с какой это стати ты тут раскомандовалась? – возмутилась та. – Я буду делать то, что посчитаю нужным. Секунду…       Шарритка вернулась к своей капсуле и забрала странный многогранник, отливший красным, хотя это могло просто показаться. Лили тут же решила при первой же возможности или уничтожить эту вещь или забрать для исследования. Артефакты Шар не несут другим ничего хорошего: погибель, смерть, болезни или проклятия. Сила Лунной Девы с ней справится, но не здесь. Слишком много потратила Лили на адских отродий. Надо было оставить эту тварь умирать внутри!       Снова дыхнуло пожаром, лопнула мембрана, ведущая в этот странный зал, затрясся пол, когда в очередной раз проламывал стены дракон.       - Вперёд, пока у нас ещё есть время! – приказала Лаэзель и первой понеслась к ещё уцелевшей мембране.       Яркий свет после полутьмы корабля едва не ослепил, два иллитида дрались с дьяволами, видимо, желавшими наложить когтистые лапы на пленников.       - Надо соединить нервы! – гит указала на дальнюю часть рубки, перед окнами.       Там что-то извивалось, напоминая щупальца мозгоедов, подкатила тошнота, но Лили сдержалась. Не хватало ещё так опозориться перед какой-то шарриткой, да чувствовала, что гитиянки будет потом припоминать это при каждом удобном случае. Если они вообще отсюда выберутся живыми.       - Так чего ждём? – возмутилась служительница Госпожи и кинулась внутрь.       Её едва не сцапал бес, но та ловко увернулась и подожгла его вспышкой света, превратив в уголёк. Иллитиды, если и обратили на них внимание, то были слишком заняты наседающими на них дьяволами. Роящихся бесов пришлось отгонять, словно назойливых мух. Лили скалила зубы и злилась на полную сил полуэльфийку, расшвыривающую этих тварей божественной волей своей Госпожи. Лаэзель крутилась волчком, отгоняя бесов, мигом распознавших в ней опасного врага и обламывая когти об её доспехи.       Лили смогла пробежать мимо упавшего на пол иллитида и едва не вонзившего в неё пылающий меч дьявола. Не без отвращения взяв в руки склизкие наросты, она соединила их, а дальше всё утонуло в огне и гари драконьего дыхания. Корабль закачало из стороны в сторону, полетели обломки, послышались крики. Напоследок, перед тем, как в висок угодил осколок пульта управления, Лили успела пожелать смерти шарритке. Ни один из послушников Госпожи Ночи не достоин жизни.