Холод
12 октября 2021 г., 21:16
– Его облезлые крылышки – ничто, по сравнению с крыльями дракона, – заявила гитиянки, кипя от праведного гнева. Судя по тому, как она потирала руки, ей не терпелось разорвать чью-нибудь глотку. – Как он посмел предлагать мне такое избавление? Когда я стану китраком, то разгромлю все круги ада, но преподнесу его голову к ногам Влаакит.
– Смотрю, у тебя уже очередь образовывается, – насмешливо заметил Астарион, а потом резко сник. – Вот только он может оказаться прав, мы так ничего полезного и не нашли. Нетти попыталась нас отравить, а гитиянки не горят желанием прийти на помощь, мало того отрезали нас от своего лагеря.
– А я вот предлагаю хотя бы рассмотреть это предложение, – задумчиво проговорил Гейл, на что получил разгневанные взгляды. – Только не спешите поднимать меня на вилы, я лишь предлагаю подойти к проблеме рационально. Рецептов избавления от проблемы у нас не так много. Этот Рафаил уж очень навязчиво предлагает свою помощь, а ещё столько слов об отчаянии… Думается мне, что в отчаянии он сам.
– Позволь напомнить, – вмешался Уилл. – Игры с дьяволом никогда ничем хорошим не заканчиваются.
– Рафаил – камбион. А значит – наполовину человек. Дьявол не ошибается, а вот человек может. Нам остаётся только понять что именно ему нужно, выясним это и сможем заключить выгодную для себя сделку.
– Ты говоришь так, будто это так легко сделать, – возмутился вампир.
– Я даже могу предположить, что именно он от нас хочет – личинки. Они очень могущественны, не превращают нас до сих пор. Но при этом дают возможность обмениваться мыслями, влезать в чужие головы и делятся способностями, пусть и стараясь сломить волю. Так что уверен, ему не души наши нужны. Иначе с чего бы вдруг он явился сам, когда его не звали.
– Ты намекаешь, что он… как бы это сказать… застолбил нас для себя? – изумилась Шэдоухарт.
– Иного объяснения, почему он явился сам, и почему именно сейчас у меня просто нет.
– В руках дьявола даже песчинка может оказаться смертоносным оружием, – заметила молчавшая Лили. – Если ему что-то так сильно нужно, то ни при каких обстоятельствах нельзя ему это отдать.
– То есть предпочтёшь рисковать своей головой? – удивилась Шэдоухарт. – И никаких сомнений? Он явно выглядел могущественным и вероятно, действительно, способен нам помочь. И да…
Шарритка в этот момент очень гадко улыбнулась, будто вспоминая что-то, и выдала:
– Надеюсь, дьявол был один, а то, как знать. С твоим-то прошлым…
Если долго дразнить даже самого доброго и терпеливого зверя, рано или поздно он укусит и эта издёвка стала последней в чаше терпения Лили.
Селунитка не стала нападать – именно на это и рассчитывала подлая шарритская тварь. Потому не выдержала и воспользовалась силой паразита. Он будто только этого и ждал, но тут же голову пронзила паника, когда её воля стала давить волю Шэдоухарт.
Полукровка сильно застонала, схватилась за голову, а эльфка стояла, давила на её разум в одном желании – растоптать его, разрушить, только чтобы больше эта гадина не смела открывать свой поганый рот. И самое страшное – она не чувствовала ничего, никаких эмоций. Личинка металась в панике, она вроде и была рада новой возможности откусить кусок от подвернувшегося мозга, но не хотела убивать носителя собрата.
Шэдоухарт тем временем корчилась на земле, из носа пошла кровь, горло её сдавило, становилось нечем дышать. Лили чувствовала в себе силы убить её одной мыслью, одним ударом и больше никто не будет докучать ей.
– Лили! – взгляд застыл на испуганном лице Гейла, а по коже под рубашкой пополз лёд. – Отпусти её!
Селунитка встряхнула головой, красная пелена бешенства ушла из глаз, и эльфка отпустила силу, личинка затихла, уняв панику.
Не успела. Хвала Селунэ, не успела совершить непоправимое!
– Зря ты её остановил, – прошипела Лаэзель, глядя на стонущую Шэдоухарт. – Из них двоих меня больше раздражает эта.
– Надо же, – Астарион выглядел донельзя довольным и смотрел на Лили с неподдельным восхищением. – У нашей благочестивой селунитки тоже есть клыки, а я всё ждал, когда же ты обнажишь их.
Она не стала к нему поворачиваться, лишь перевела взгляд, но этого хватило, чтобы вампир едва заметно дёрнулся, будто пытался сбежать.
– Второй раз я не остановлюсь, –холодно произнесла Лили, пройдя мимо него.
Она пошла к своей палатке, призывая на помощь все силы, лишь бы не потерять лицо. Да, Селунэ наверняка её простила бы за смерть этой твари, что так долго действовала Лили на нервы, и одним своим существованием оскорбляла Лунную Деву. И в то же время пугало ровно одно. Лили ничего не почувствовала в тот момент, ничего. Просто была холодная пустота, только паника паразита, не желавшего причинять боль и подвергать опасности собрата.
Властвовала ночь, завтра им предстоит долгий путь, и Лили мысленно смирилась, что проснувшись, не ощутит на себе благословления Селунэ. Она борется с почитателями Шар, но вряд ли одобрит такие действия. Перед самым сном, эльфка ощутила ноющую боль в голове, а затем странную уверенность, что всё идёт хорошо и так, как надо.
До разрушенной деревни оказалось не так далеко, вот только их предположения подтвердились. Там сновали гоблины, но их было не так уж и много, огры давно ушли, оставив после себя обглоданные кости не успевших сбежать тифлингов. Похоже, это были соплеменники Зевлора. Обманчиво тихая и заброшенная деревня оказалась для них ловушкой, и некоторым не повезло сбежать из засады.
Только судя по следам на влажной и поросшей мхом земле гоблинов здесь должно быть гораздо больше, чем сновало по широким улицам посёлка.
А вот судя по высоким каменным стенам, основательным бревенчатым домам и вымощенным улицам, когда-то это было довольно зажиточное поселение. Разрушения же были огромные, аккуратно пробираясь внутрь некогда богатого посёлка через дыры в каменных стенах, они заметили пару скелетов в обрывках рубах и брюк. И кости эти явно прочувствовали на себе все прелести непогоды, поскольку были уж очень тёмными, а половину явно растащили звери. С их смерти прошло лет десять, как минимум, интересно, что тогда тут произошло?
Ночной конфликт с Шэдоухарт принёс свои плоды, шарритка выглядела если не испуганной, то настороженной и смотрела на Лили совершенно по-другому. А вот самой эльфке было до ужаса стыдно и страшно, но боялась она не за себя, а за них. Она всё ещё помнила эту холодную пустоту в душе и желание заткнуть глотку этой твари, смеющей постоянно напоминать о болезненном переломе в её жизни.
Только Астарион не унывал, и его умения прятаться сейчас очень выручало. Гоблины чувствовали себя в этом поселении в безопасности и потому громко переругивались, ссорились, лезли в драки и ходили по расчищенным улицам свободно. Ну как расчищенным… Они просто собрали весь сор и сгребли его ближе к домам, оставляя узкие тропки, тем самым давая укрытие неприятелям.
Сетовал вампир только на то, что решились они прийти сюда днём, поскольку ночью у него было бы больше преимуществ, и он мог один весь этот посёлок перерезать, никто бы даже не пикнул. Уилл тогда сказал, что предложил бы ему это сделать на время.
В какой-то момент они добрались до границы поселения, расправившись со всеми праздношатающимися и пьяными гоблинами, правда, один раз едва не угодили в засаду. Однако дальше им предстала ещё одна расселина, более глубокая и вот неподалёку стояли двое мужчин-дроу и переругивались с гоблином, лицо которого было разрисовано голубой краской, остальные четверо в этот момент делили вещи. Хотя это можно было назвать скорее сварой, нежели дележом имущества, поскольку они постоянно отбирали друг у друга деньги, драгоценности, даже дорогие тряпки путём удара кулаком в нос или по макушке.
– Вы должны были просто отвлечь Кулаков, –прошипел один из дроу. – Какого дьявола вы потащились в здание?
– Потому что мы условились, остроухий! Вы выманиваете этого герцога и сдаёте своим, а мы золотишко забираем.
– Мы должны были всё сделать тихо, а теперь сюда прибудут войска.
– Да чего ты-то нервничаешь? Уползёшь обратно в своё Подземье, тебя оттуда никто не вытащит. Герцога вы сцапали, мы золотишко получили, все при наваре! Пока сюда доползут эти силы, ваш приятель уже в Лунных Башнях будет.
– За нами следят адепты культа Лолт.
– Сомневаешься в силе Абсолют?
– Я не идиот, чтобы не принимать их силы во внимание. Наш разведчик не вернулся, его наверняка убили или пытают, рано или поздно он выдаст наше местоположение.
– Так пускай приходят, мы в этом старом храме до конца времён можем обороняться. Или ты хочешь, чтобы Минтара тебе ухи отрезала?
Они продолжали обвинять друг друга, совершенно не замечая ничего вокруг. Но сцена эта была странной, до невозможности и неверия. Конечно, об обществе дроу известно довольно скупо на поверхности. Но чтобы они вот так стояли и просто бранились с каким-то гоблином, вместо того, чтобы просто вскрыть ему горло и сбросить со скалы?! Это не укладывалось в голове.
– Надо этого гоблина взять в плен, – зашипел Уилл. Он прикрывал бледный глаз, и смотрел сквозь них, будто разговаривал с кем-то другим. – Я этого ублюдка знаю. Труслив, как крыса.
– Согласен, – отметил Астарион. – Дроу вряд ли дадутся живыми. Да и пытать их надо будет довольно долго, а нам это ни к чему.
– Тогда я пойду вперёд, – вызвался их народный герой и прежде, чем ему смогли помешать, пошёл по дорожке.
– Ой, смотрите-ка кто нам на огонёк решил заглянуть, – заметил предводитель гоблинов. – Капитанчик-нежданьчик собственной персоной!
Остальная четвёрка ненадолго прервала делёж награбленного, переглянулась и радостно продолжила дальше мутузить друг друга и отбирать безделушки, решая, кто из них больше достоин той или иной.
Вот только дроу не разделяли радости от появления Уилла и отошли чуть назад, хватаясь за клинки. Да, они не любили сюрпризы и знали, что ничего хорошего те не сулят.
– И как это ты через все посты прошёл?
– Да вот услышал знакомый голос, и так захотелось посмотреть тебе в глаза.
– Хех, второй-то глазик небось чисто для красоты у тебя в черепушке теперь? Ничего, я могу помочь и второй Шипу выцарапать.
– Так он здесь, –Уилл сжал зубы лишь бы не показать бешенства.
– А ты как думал? Сам вот глядишь пришёл. Ничему тебя, придурка, жизнь не учит. Или забыл, как в прошлый раз вот так же попёр на нас один.
– Ошибаешься, меня тот опыт многому научил.
Свистнул арбалетный болт. Вот только вместо того, чтобы угодить дроу в шею или глаз, оцарапал плечо, чёртов эльф был неплохо подготовлен и заметил вверху движение и успел отклониться. Астарион выругался на чём свет стоит и тут же спрятался, поскольку в него едва не угодил дротик. Таким же усыпили Лаэзель, и вампир не собрался проверять подействует на него яд или нет.
Четверка гоблинов быстро похвасталась за тесаки, вот только им это мало помогло. Гитиянки с ночи так желавшая порвать кому-нибудь глотку, вихрем понеслась на них, размахивая новеньким клинком. Двое не успели даже понять, что с ними случилось, а уже лежали на земле разрубленные надвое.
– Да ну к херам, я сваливаю! – предводитель гоблинов попытался сбежать, но ему в спину попал болт.
Рана смертельная, но умирать в мучениях этот уродец будет долго.
Тёмные эльфы тоже не горели желанием сражаться до смерти и попытались скрыться. В спину одного из них попало несколько волшебных стрел, и тот кубарем покатился вперёд, сваливаясь в расселину, но надо отдать должное. Несмотря на боль и ожог на спине, дроу схватился за выступ, не желая умирать, разбившись о скалы.
Второй же оказался довольно проворным и быстро переключил внимание Лаэзель с гоблинов на себя, а те, будучи ниже неё ростом, пытались ранить воительницу в ноги.
Лили зажгла божественный свет, но тут на неё напала слабость, чужая воля накрыла удавкой отчаяния и безысходности, казалось, даже небо потемнело на миг. Пытавшийся выкарабкаться дроу на секунду ослабил хватку и с криком полетел вниз. Второй на секунду замедлился, чем дал возможность Лаэзель его заколоть, а затем и отмахнуться от назойливых гоблинов.
Последние правда тоже хотели сбежать, напуганные неизвестной силой, но им это не помогло. Одного заколол Уилл, второго сбросил с обрыва его магический заряд.
Лили едва скинула с себя наваждение и заметила рядом довольную собой Шэдоухарт. Она победно улыбалась селунитке и, вскинув тёмную бровь, высокомерно спросила:
– Что? Не ожидала от меня такого? Внезапно послушница Шар тоже оказалась полезна, да?
– Да я всё скажу, только не убивай! – послышался голос гоблина.
Уилл не стал с ними долго церемониться, а лишь задавал вопросы о том, где находится Шип. Гоблин был готов ответить на всё что угодно, похоже, он даже не осознавал, что в любом случае умрёт, не от их рук, так от глубокой раны в спине. Клинок Фронтира не стал с ним церемониться и, после того, как всё выяснил, свернул шею.
– Гляжу, очередной шкаф приоткрывает нам своё кладбище, – заметил Астарион, вполне удовлетворённый учинённым побоищем.
– Нам надо идти, она может быть там! – всполошился Уилл.
– Кто? – не понимала Лили.
В этот момент перед мысленным взором вновь встала та демоница – кожистые крылья, синяя кожа и горящие огнём глаза.
– Слушайте, вам нужны ответы и вы их получите, но сначала нам надо найти Шипа.
– Пока что нам в принципе надо понять, куда двигаться дальше, – уверенно заявила Лаэзель. – Хотя и не прочь порубить гоблинов.
– А я-то думал, ты не будешь размениваться на подобную мелочь, – саркастически заметил вампир.
– К твоему счастью, они меня раздражают гораздо больше, чем ты, но не стану скрывать, твои клыки я бы с удовольствием вырвала щипцами и сделала себе украшение.
– Я бы хотел посмотреть, как ты попытаешься.
– Хватит, – приказала им Лили, пуская в голос несвойственный ей холод.
Перепалка тут же прекратилась и эльфка почувствовала легкий налёт страха. Похоже, из-за случившегося с Шэдоухарт, они просто не знали чего от неё ожидать. Всегда такая предсказуемая селунитка продемонстрировала, что может быть жестокой.
И, храни её Селунэ, Лили очень нравилось это чувство, когда твои слова начали восприниматься с должной долей трепета. До чего же это было приятно.
– Нам надо разведать местность, и определить сколько гоблинов дальше, – спокойно сказала она и пошла к Уиллу, нетерпеливо переминавшемуся возле хлипкого деревянного мостика.
Перечить никто не стал, отпускать колкости – тоже.
И это было потрясающе!
