Драйв

Входная дверь Рена была декорирована вставками из рифлёного стекла. Поэтому Хакс, постучав, приподнял блокнот и сделал вид, что пишет в нём что-то рукой в перчатке. Именно с этой целью Хакс блокнот и захватил. Если кто-нибудь его увидит, подумает, что он просто проводит какой-то опрос. Например, выясняет, какую марку сигарет предпочитает Прайс Рен, или интересуется, работает ли его холодильник. Хакс слышал за дверью звук включённого телевизора и приближающийся топот тяжёлых шагов. Он стоял боком, так что через полупрозрачную поверхность была заметна только половина его лица. И читал раз за разом: «Тест на СПИД». Прайс Рен открыл дверь. — Чем могу помочь… Хакс повернулся к нему. Отвисшая челюсть, недоверие и шок на физиономии Рена сообщили ему всё, что он хотел знать. Хакс выхватил револьвер из кармана. — Отойди от двери. Если попытаешься её захлопнуть, я тебя застрелю. — Не посмеешь, — ответил Рен. Он не сдвинулся с места, но и дверь закрыть не пытался. — Зайди внутрь. — Заметив, как Рен раздул грудь, Хакс добавил: — Заорёшь — и я выстрелю. Ты уж поверь мне. Я не шучу. Грудь Рена вновь опала. Взгляд голубых глаз метнулся Хаксу за спину в поисках выхода. Он совершенно не походил на библиотекаря. Впрочем, на автомеханика тоже. — Если пальнёшь из этой пушки, тебя услышит весь район, — пригрозил он. — А тебе какая разница? Ты будешь мёртв. Зайди. Внутрь. — Хакс тоже не был похож на писателя. «Выходит, у нас много общего». Рен попятился. Хакс, продолжая держать его на прицеле, переступил порог и ногой захлопнул за собой дверь. На глаза ему попался маленький столик с кучкой безделушек. — Никаких резких движений. Губы Рена дёрнулись. Он и правда думал схватить что-нибудь и швырнуть в Хакса. — Понятия не имею, зачем ты пришёл, но… — Не пудри мне мозги, папочка. Ты думал, что я мёртв. У тебя это на лице написано. Как же хорошо, что Кайло не вернулся к водостоку. Если Хакс не ошибся насчёт характера отношений Рена и Кайло, Кайло не стал бы ничего скрывать от «отца». На стене в рамке висело фото — Рен и все его мальчики. Рен на фото закинул руку на Кайло. — Ты сумасшедший, — выплюнул Рен. — Как давно ты этим занимаешься? Начал задолго до Бангорского потрошителя, верно? Ты и твой маленький клуб по интересам. Днём меняете масло, ночью убиваете. Ты всегда подбираешь им жертв или только поначалу? — Не понимаю, о чём ты. Ты приехал в библиотеку, дал убогое выступление, а теперь заявился ко мне… — Я проверил твоих рыцарей Рен. Точнее, больше не твоих. Его. Настоящая банда пропащих ребят. Кайло Рен изнасиловал меня и попытался убить. И это ты направил меня к нему. Когда ты его нашёл? Ему было четырнадцать или пятнадцать, да? Рен переминался с ноги на ногу, готовясь то ли сражаться, то ли спасаться бегством. Да, похоже, драки не избежать. Хакс снова окинул взглядом безделушки на столике. Довольно необычный ассортимент: брелок из кроличьей лапки, ожерелье, членская карточка боулинг-клуба из Висконсина, выданная на имя некого По Дэмерона, и… Мерцающие в свете ламп бриллиантовые запонки Хакса. Сувениры. Подношения папочке Рену. Рен заметил, что Хакс отвлёкся, и бросился на него. Хакс врезался спиной в запертую дверь, да так, что задребезжали петли. Он выронил револьвер, и оба кинулись за ним. Рен засадил плечом в грудь Хаксу, словно игрок в американский футбол, идущий на перехват мяча. Хакс сунул руку в карман пальто и сжал рукоять прихваченного на всякий случай кухонного ножа — самого большого в наборе, лезвие которого напоминало удлинённый акулий плавник. «Нож шеф-повара? Да пофиг. Сосредоточься». Рен отпрянул от Хакса и наставил на него револьвер. Хакс поднялся на ноги и прижался к двери. Лицо Рена приняло дикое выражение, глаза его мерцали. Возможно, это именно он растерзал того двадцатитрёхлетнего парня, которого нашли в канале. О да, наверняка он. — Ты дерьмовый писатель, — буркнул Рен, но на этом не остановился и затараторил, словно желал побыстрее покончить со всем этим: — И дерьмовый оратор. Говоришь как робот, пишешь как робот и живёшь так же. Тощий, капризный, самодовольный. Для него ты был идеальным вариантом. Ему нужно было убить кого-нибудь. Если упустить момент, то они могут начать болтать — те, для кого это дикость. Я послал тебя туда, и всё сложилось как надо. Я рад, что он тебя выебал. Хотя он должен был ещё и прикончить тебя. Придётся его наказать. Не знаю, о чём ты думал, заявившись сюда, но сейчас я покажу, чего ты заслужил. Рен спустил курок, раздался сухой щелчок. Хакс никогда не держал пулю в первом патроннике, на случай, если ненароком заденет спусковой крючок. Удивлённая физиономия Рена приобрела забавное выражение, омолодившее его на несколько лет. Рен отвлёкся от Хакса и уставился на револьвер, тут-то Хакс и воткнул нож ему в брюхо по самую рукоять. Рен попытался закричать, но безуспешно. Он выронил револьвер, и тот с грохотом упал на паркет. Сложившись пополам, Рен отшатнулся и недоверчиво посмотрел на Хакса. Тёмная кровь просочилась через ткань и теперь капала с края рубахи, брызгая на босые стопы и пол. Хакс заметил, что ноги у Рена тоже обожжены. Хакс всегда понимал, что убийства — неизбежная часть земных мытарств, но убийство убийству рознь. Никто не будет оплакивать прихлопнутого комара. А сам Хакс, осев по эту сторону Атлантики, слопал довольно много гамбургеров и не испытывал по этому поводу ни угрызений совести, ни сожалений. Впрочем, он не испытывал их и сейчас, в прихожей Рена. Возможно, лишь потому, что это была самозащита, но опять же, он не станет терзаться этим оправданием всю ночь. — Рен, должен сознаться, что в данный момент чувствую некое родство с тобой. Теперь можешь кувыркаться с ножом в кишках, сколько заблагорассудится… Рен, будто по команде, завалился на бок и, ударившись о стену, съехал вниз. Изо рта у него вырвалось хриплое, протяжное «ох». — Или я могу всё прекратить. Но ты должен сказать мне, как далеко всё зашло. Твои мальчики невинны? Рен снова застонал. — Ты совершил… ошибку… звони в больницу… — пропыхтел он, задыхаясь. — Это ты ошибся. Если думаешь, что это сработает, ты идиот, — спокойно ответил Хакс. — Твои мальчики, Рен. Скольких из них я прикончу сегодня ночью? — добавил он и дважды щёлкнул пальцами, чтобы поторопить старика с ответом. Но Рен просто смотрел на него, прерывисто дыша и кипя от ярости. Хакс сходил на кухню и принёс прихватку. Засунул в неё револьвер, приставил дуло к виску Прайса Рена и спустил курок. Раздался приглушённый звук, будто кто-то резко кашлянул, и мозги Рена украсили интерьер. Хакс взял со столика запонки. Остальные подношения пусть найдёт полиция, когда соседи Рена заявят о его исчезновении или учуют запах. Пусть найдут членскую карточку боулинг-клуба из Висконсина. Впрочем, Хакс не сомневался, что без лопаты её не вернуть мистеру Дэмерону. И он всё ещё не решил проблему со своим пиджаком (где на воротнике было вышито его имя) и своим бумажником. Если они где-то здесь, необходимо их отыскать. Он не мог оставить улик, которые связали бы его с этим делом. Кабинет Рена находился на втором этаже, и Хакс сперва заглянул туда. Ему ведь вдобавок нужны были адреса остальных рыцарей. Он не потрудился узнать их заранее, полагая, что рыцари избежали внесения в официальные источники информации. По примеру Рена. Хакс надеялся, что Рен заявит о невиновности остальных членов команды, скажет, что издевался и принуждал их, что Кайло сделал то, что сделал, чтобы избежать той же участи. Это была бы неправда, не вся правда, но Хакс бы принял её и вернулся домой. Во всяком случае, так он себя убеждал. Стены кабинета были увешаны фотографиями писателей, приезжавших выступать в публичную библиотеку Бангора с тех пор, как Рен занял свою должность. Некоторые из них были подписаны. Хакс посмотрел на собственное лицо — обновлённый фотопортрет, снятый два года назад. У него там был суровый вид, как у военного. Рен не попросил подписать его. «Ну конечно, зачем ему автограф дерьмового писателя? Я был мясом для мясорубки его приёмного сынка, смазав её ходовой вал кровью. Повезло же Рену, что я согласился заполнить окно в его расписании». Ну хоть ящики письменного стола были не заперты. А ведь у серийного убийцы хватало причин, чтобы закрыть свои бумаги на ключ. Хакс запирал свой стол, хотя ему нечего было прятать. По крайней мере, до сих пор. Записная книжка Рена обнаружилась в правом верхнем ящике, под квитанцией с парома. Похоже, двое из бригады проживали в автомастерской, по адресу «Рыцарский крест», 82. Ещё парочка жила по той же дороге, №23, и Кайло — один, в доме №101. Просто, как два пальца. Хакс проследует вдоль «Креста» и начнёт с двух господ под номером двадцать три. Проверив шкафчик в кабинете и не найдя ничего примечательного, Хакс переместился в спальню. Там, в гардеробе, тоже ничего не нашлось. И только Хакс подумал, что у рыцарей нет причин хранить его пиджак (всё равно он ни на кого не налезет; хотя запонки прихватили не для того, чтобы носить, а чтобы любоваться), как решил заглянуть под матрас. — Вот ты где. Там было много предметов одежды, но Хакс забрал только пиджак. Впрочем, по-прежнему никаких следов бумажника. Но Хакс и не надеялся его отыскать, пока не совершит свой последний визит вежливости. По пути к выходу Хакс мельком взглянул на тело Рена. Он увидел собственное отражение в зеркале в прихожей, лицо его было безжалостным. Он выглядел как человек, который выполнил неприятное поручение, но впереди его ожидало ещё много дел. «Генерал Первого Порядка. КРАСНЫЙ, БЕЛЫЙ И ТЫ». Хакс вернулся к припаркованной за углом ауди и швырнул пиджак на заднее сиденье. Навигатор лишь на мгновение задумался над адресом «Рыцарский крест», 23, а потом проложил маршрут.