Трансформеры Прайм - Иная версия

– Закончила, – невысокая колесница отодвинулась от клавиатуры центрального компьютера контрольного пункта и, повернувшись на стуле, остановила прикрытую красным визором оптику на темно-фиолетовом мехе необычной конструкции. – Как всегда быстро, – сухо, шипящим шепотом уронил десептикон, продолжая смотреть в высокое окно на просторную площадку начинающегося перед ними спуска в широкий карьер. Его низкий вокалайзер тихим эхом отразился от потолка рубки, который несильно возвышался над шестью шипастыми лапами сложенными за спиной паука. С мостика наблюдательного пункта, обнесенная стенами, простиралась разрабатываемая область месторождения. Пространство просматривалось настолько хорошо, что можно было легко пересчитать все полсотни копошащихся внизу автоботов. – Твой вехикон тоже выходит за рамки программы, – начальник тюрьмы качнул подбородком, указывая на серого сикера, двинувшегося к прервавшему работу пленнику. Фем толкнувшись ногами, подкатилась на кресле к окну. Автобот развернулся к своему надзирателю и протянул ему продолговатую рукоять лазерного резака, которым он только что спиливал породу. Колесник демонстративно тряхнул устройством пару раз, и резак, вместо включения, безжизненно выплюнул пару искорок. Вехикон, державший наготове треугольный бластер, трансформировал пушку в манипулятор, взял у автобота инструмент, уверенным движением отогнул и несколько раз передернул затвор. На звук обернулось несколько инсектиконов, тоже следящих за пленниками. С щелчком захлопнув клапан на рукоятке, серый десептикон зажал клавишу активации. Вытянутое лезвие устройства вспыхнуло энергетической кромкой. Автобот аккуратно принял работающий резак и развернулся обратно к каменному спилу. – Руби, – тихо провентилировала черная, с серебристыми вставками фем, радуясь сноровке своего подчиненного, и тут же чуть заметно напряглась, чувствуя на себе взгляд фиолетовой оптики. – Есть толк давать имена вехиконам? – степенно поинтересовался паук рядом с ней. – Его предыдущий командующий дал ему это имя, – колесница виновато улыбнулась. За все время их пребывания здесь, темно-фиолетовый мех никогда ранее не обращал внимания на то, как она с Руби обращаются друг к другу. – Чудно… – мех с металлическим лязгом пошевелил длинными острыми пальцами и двинулся неспешным шагом к контрольной панели. – Впрочем, от бессмертного генерала-дезертира чего угодно можно ожидать. – Вы знаете ее? – фем порывисто повернулась вслед за ним. Ничуть не изменившись в фейслисте, десептикон внутренне усмехнулся. – Лично – нет. Но я не настолько силен и не настолько наивен, чтобы держать при себе кого-то, о ком не знаю ничего, Венесса, – он с понятным намеком посмотрел на десептиконшу, поднимающуюся с кресла. Та почтительно наклонила голову. – Я благодарна, за то, что вы не сдали нас Лорду Мегатрону, Кахций. – Было довольно забавно наткнуться на твой дезертирский кораблик в тот самый момент, когда я сам решил убраться от всего подальше. – Поэтому, вместо продолжения службы на передовой, вы сменили предыдущего начальника здесь?.. Кахций чуть приподнял надбровную дугу, глядя на обращенный к нему юный фейслист. Искорки страха в оптике фем сменились любопытством. – Я устал, – темно-фиолетовый коготь указал на толстое стекло наблюдательного пункта, внизу за которым, за работающими автоботами присматривали другие вехиконы. – Эти двое тоже были рады смыться подальше от главного штаба. Зовут друг друга Крен и Гивгрейв. Того же замеса, что и твой Руби. Немногие способны так легко сработаться с моим роем. Найдя оптикой тех, о ком говорил начальник тюрьмы, Венесса вздрогнула всем корпусом. В области искры что-то болезненно сжалось, а перед окулярами пеленой встали навечно запечатленные на жестком диске страшные кадры ее первой и последней миссии на передовой в качестве лидера отряда. Сознание фем вновь потрясло количество убитых вехиконов, когда-то доверенных ей. Кахций легко прочел по выражению колесницы уже много раз виденное им у своих подчиненных чувство ужаса из прошлого. – В самом начале разработки вехиконы, и правда, не сильно отличались от обычных мехов. Твой и эти двое тому живые примеры. Серебристый генерал хорошо поработала над их броней и подготовкой. Не удивлюсь, если у них под масками есть фейслисты. – Фейслисты у вехиконов? – Венесса округлила оптику. – Разве это не байка? Паук чуть растянул топливоприемник, показав узкую полоску острых дентопластин. – Я как-то из интереса расковырял одного и знаешь, фейслист у него был. Колесница чуть поежилась, детально представив расчлененный вехиконский корпус. Перед окулярами вновь яркими картинами встали воспоминания бойни с рекерами в ущелье. Выражение страха сменила бессильная злость. – Забавная вышла история с твоей армадой, – сухо продолжил Кахций, вбивая одним манипулятором только что отобразившиеся на главном компьютере данные в таблицу. – Это была как раз первая партия нового типа. У таких не то что лица, едва ли личности присутствовали. Повисшую в наблюдательном пункте тишину разрушил вокалайзер появившегося у входа темно-серого сикера. – Начальник, у нас гости, – громко и невесело буркнул десептикон. – Что-то есть в небе, прямо над облаками. Развернувшись полубоком, он вошел в помещение и, тяжело топая, поравнялся со своей сослуживицей и начальником. – Сукупир, ты серьезно?! – черно-серебряная фем, едва веря собственным окулярам, пораженно воззрилась на первого помощника Кахция. – Пошути так, и я посмотрю на твой эндоскелет, прибитый к стене рядом с другими, – саркастично отозвался сикер, осклабившись. Все трое замолкли, глядя в широкое окно. Плотную мутную гладь вечных облаков пронзил черный, загнутый кверху нос десептиконского корабля. Несколько инсектиконов взлетело, оценивая размеры медленно снижающегося, шипастого крейсера. Интерком, молчавший уже много лет, разразился трелью входящего вызова. Сукупир, подчиняясь кивку Кахция, зажал клавишу приема. Табло экрана над ней засветилось, передавая изображение. На нем отобразился фейслист меха внушительного размера, за плечами у которого, за слоем сложенных гусениц, поднимались два толстых ствола. «Капитан десептиконского крейсера Фарлиск, – холодно отчеканил десептикон. – Прибыл для инспекции базы. Запрашиваю разрешение на посадку». «Активацию противовоздушных пушек отставить», – приказал уже отправленным им к орудиям инсектиконам Кахций и шагнул к интеркому. – Начальник базы Кахций. Посадку разрешаю. Экран погас. – Корабль здесь?! – Венесса развернулась к мехам, опасливо сцепив пальцы в замок. – Он ведь как треть Немезиды. Не меньше. – Крупноват для инспекции, – усмехнулся Сукупир. – Больше на карательный похож, – согласно протянул Кахций. – Сукупир, организуй им заправку. Уверен, они почти пустые. – Вы сомневаетесь, что они…? – черно-серебряная фем остановилась, не зная, как договорить. – Мы уже слишком давно потеряли связь с командованием. Не то, что бы меня это не устраивало, – Кахций расслабленно пожал наплечниками и повернулся к выходу. «Надеюсь, уберутся они так же быстро».

***

Над карьером воцарилась редкая для этого места, нарушаемая лишь шумом останавливающихся двигателей космического корабля, тишина. Все внимание персонала, приостановившего свою работу, и пленных, последовавших его примеру, было приковано к посадочной полосе, на которую опустился десептиконский крейсер. Перешептывания разом стихли, когда на площади показалась высокая темная фигура паука, покинувшего контрольный пункт. Кахций медленно повернул голову в сторону инсектиконов и чуть приподнял надбровную дугу. «Как это понимать?» Предельно ясно прочитав взгляд начальника тюрьмы, несколько автоботов отшатнулось назад, спешно хватая клик назад оставленное оборудование. – Возвращайтесь к работе! – несколько запоздало выкрикнул вехикон, договаривая уже под шум сверл и лазерных резаков. Длинная панель с шипением отсоединилась от черного борта космического корабля и опустилась вниз, образуя трап. Полотно шлюза, скрывавшееся за ней, сдвинулось в сторону и из-за него вышел мех, которого темно-фиолетовый начальник только что видел через экран в наблюдательном пункте. По конструкции корпуса гостя легко угадывалась альтформа танка. Сразу за ним из шлюза выступили два сикера похожей друг на друга конструкции с бластерами на изготовке. Фарлиск на клик изменился в фейслисте, увидев перед собой крупного десептикона паукообразной конструкции с плавностью ледокола двигающегося к нему навстречу. Изогнутые в обратную сторону ноги легко переступали тонкие трещины в давно не использующейся по назначению посадочной полосе. Зелено-коричневый мех сдвинул надбровные дуги. – Я еще не сошел, но уже вижу не перезалитую полосу, – не дожидаясь, когда фиолетовый десептикон остановится рядом с ним, танк с насмешливым снисхождением окинул окружающее пространство жестом. – Похоже здесь будет много работы. – Только той, что способны покрыть наши ресурсы, – с шипящей размеренностью безэмоционально проговорил Кахций. – Я начальник этой станции… Гость прошел мимо него, направляясь к главному входу в контрольный пункт, возвышающийся бледно-серым особняком над каменной гладью карьера. Паук, видя, что его попытка представиться по уставу была проигнорирована, проводил удаляющегося десептикона краем окуляра и, не останавливаясь, стал подниматься по опущенному трапу его корабля. Фарлиск, ожидавший совершенно иной реакции от начальника тюрьмы на отшибе, резко обернулся. – Назад! – потребовал один из вооруженных сикеров, преграждая путь темно-фиолетовому меху. – Не обязан слышать тех, кто не слушает меня, – свистящим полушепотом констатировал Кахций, опуская ладонь на шлем сикера, едва доходившего ему ростом до груди. Плавным движением манипулятора начальник тюрьмы поднял десептикона, словно тот не весил ничего и вынес за предел трапа. Ничего не видящий мех, беспомощно болтая не чувствующими опоры ногами, дважды выстрелил в пустоту, вскрикнул от внезапной боли в сдавленном шлеме и вцепился в запястье паука. – Я – Фарлиск, здесь для проверки твоей работы! – прорычал капитан, большими шагами возвращаясь обратно. – Не смей угрожать моим подчинённым! – Проверка санкционирована Лордом Мегатроном? – фиолетовые окуляры встретились с вспыхнувшей гневом алой оптикой. Кахций уронил сикера на посадочную полосу. Тот, загремев броней о бетон, шлепнулся на спину и быстро вскочил на ноги. Удивленный прямотой начальника, Фарлиск легко проглотил вскипающее раздражение. – Само собой, – он осклабился, чувствуя, что нащупал правильный рычаг. Кахций скучающе глянул на открытую, ведущую на борт корабля дверь, до которой осталось не более пяти метров. «Корпус этого малого крейсера внушает. Знать бы, что внутри. Их боевых ресурсов может хватить, чтобы взять то, что им нужно силой. Безопаснее будет пока подыграть… Но не так, чтобы они захотели остаться». – Слава Искрам, – паук, подражая лидеру незваных гостей скрыл раздражение и с безмятежным выражением двинулся вниз по трапу. – Наш великий лидер ведь лично направил меня сюда. «Когда тебя разжаловали и сослали в эту дыру, ты и подумать о таком не мог, верно? – внутренне рассмеялся капитан крейсера. – Мысль, что избавившийся от тебя господин дает шанс вернуться, любому крышу снесет». – От результатов моего визита зависит многое. Надеюсь, вы больше ничем меня не разочаруете! – Фарлиск указал пальцем на своего собеседника и подался вперед, пытаясь нависнуть над кибертронцем, почти одинакового с ним размера. Кахций, ничуть не поменявшись в фейслисте, поглядел на уткнувшийся в его грудную пластинку коготь. «Зависит лишь наполненность ваших баков. Спешишь. Тебе следовало прятать свой страх лучше. Хотя, мне это даже на руку». – Конечно, – тонкие острые пальцы плавным движением отвели в сторону крупный манипулятор десептикона. – Осмотритесь, – паук щелкнул когтями, переключая внимание зелено-коричневого танка на своего подчиненного. – Сукупир, устрой нашему гостю экскурсию по базе. Если нужен ремонт или дозаправка, мои мехи все утроят. Темно-серый сикер, спустившийся сюда следом за темно-фиолетовым десептиконом и стоявший чуть поодаль, в два шага поравнялся с Кахцием и вытянулся по стойке смирно, всем своим видом демонстрируя, что готов приступить к выполнению приказа. Фарлиск широко улыбнулся. – Другое дело. Давай-ка начнем наше знакомство еще раз, Кахций, с более приятного жеста, – капитан махнул манипулятором. Сикер остававшийся рядом с опущенным трапом, бегом взлетел на него и крикнул в трюм крейсера: – Выводи! На пологую лестницу выпихнули двух колесников. Те чуть не скатились по спуску и быстро сошли на посадочную полосу, уступая место еще трем, подгоняемым в спину стволами мехам. Они впятером остановились на земле под прицелами, спустившихся следом за ними, десептиконов серийной сборки. В конструкции одного из пленных начальник тюрьмы узнал связиста. Серый бот крутился из стороны в сторону, озираясь и едва сдерживаясь, чтобы не рвануть с места во весь опор. Его колотил панический тремор. Тут красно-коричневый колесник притянул его к себе крупным манипулятором и что-то шикнул сквозь денты. Связист, тяжело вентилируя, оперся о плечо сослуживца и замер. – Автоботы… – уронил Кахций, оценивая беглым взором их существенно помятую броню. – Мой тебе подарок, – небрежно сообщил Фарлиск, с удовольствием отмечая, что в оптике паука впервые промелькнул едва уловимый интерес. Внутри корабля раздались звуки глухих ударов и возни. «Неужто это не все?» – Кахций чуть приподнял надбровную дугу, глядя на капитана. – Если нужна медпомощь, то ее мы тоже можем оказать, – проговорил темно-фиолетовый десептикон. – У нас свой медик есть, – с усмешкой отмахнулся танк. У входа звонко грохнул еще один увесистый удар, и по трапу кубарем скатился оранжево-серый, отличающийся от остальных подчиненных Фарлиска, сикер. Он рывком остановился на четвереньках и устремил полный ужаса взгляд на хозяина крейсера. – Капитан, пожалуйста! – И вот этого тоже забери, – зелено-коричневый лидер повернулся к Кахцию. – Я ни разу раньше вас не подводил! – оранжево-серый летун рывком поднялся, сделал движение к своему капитану, – Неужели из-за… – и, получив удар в фейслист от одного из его охранников, рухнул наотмашь на бетон. – Сбываешь мне некомпетентного работника? – неспешно проговорил паук, сверля сикера изучающим взглядом. – Можешь и не ровнять его со своими, – с раздражением махнул манипулятором Фарлиск. – Пусть, вон, как автоботы работает. – Что?! – пытавшийся подняться после удара мех обескураженно осел вниз. Его бессильный вскрик потонул во внезапно наступившей тишине. Остановившие работу автоботы, вместе с инсектиконами и вехиконами переглядывались, привлеченные необычной сценой. – Так и поступим, – выступая волнорезом в этом всколыхнувшимся море удивления и интереса, заключил Кахций. Он глянул в сторону работников карьера, мысленно направляя кибержуков, и аудиополе над месторождением снова наполнилось треском спиливаемой породы. Зелено-коричневый мех посмотрел на паука, умело скрывая страх. Капитан и раньше слышал, на что способен этот вид, но способность управлять целым роем, не пошевелив и пальцем, в реальности могла оказаться очень проблемной. «И как он, обладая такими силами, смог провалить ту миссию чрезвычайной важности?» Темно-фиолетовый десептикон указал когтями на двух, ближайших к нему вехиконов. – Проводите, – Кахций качнул подбородком в сторону на оранжево-серого десептикона и пятерки автоботов, – Твист их осмотрит, и пусть сразу приступают к работе, – и переключился на внутреннюю связь. – «Гивгрейв, будь настороже — как ты умеешь». «Есть», – отозвался вехикон, поднимая на ноги сидящего на бетоне сикера, когда Крен уже направлял автоботов в сторону бокового входа в главный корпус. Поглядев им вслед, начальник тюрьмы перевел взгляд на открытый шлюз крейсера. На трапе остановились еще несколько десептиконов, рассматривавших территорию базы с такой осторожностью, словно они оказались в логове врага. – Дерганые они у тебя какие-то, – иронично заметил Кахций. Гулкий звук его шипящего вокалайзера заставил крылатых кибертронцев внутренне сжаться. Фарлиск, занимавшийся тем же, что его подчиненные, не обернулся. Он сложил манипуляторы за спиной, изучая широкий рукав карьера, спускавшийся глубже под гору и перетекавший в укрепленный лаз шахты. Все это пространство заполняли работающие кучками в отдаленных друг от друга точках автоботы, снимая лазерными резаками каменные слои, руды. Вехиконов следящих за ними было меньше почти втрое. Кое-где на месторождении и на окружавших его стенах время от времени появлялись инсектиконы, не давая понять, сколько их здесь на самом деле. Капитан незаметно провентилировал, видя, что и пленники, и надзиратели время от времени поворачиваются к его кораблю и изучают их с пугающе-спокойным снисхождением. Паук с одобрением кивнул ждущему на месте Сукупиру и прошел мимо зелено-коричневого танка. Два лидера встретились взглядами. – А твои пленники подозрительно смелы, – проговорил Фарлиск в спину удаляющемуся Кахцию. Тот не ответил. Темно-серый сикер молча остановился рядом с гостем и приглашающим жестом указал ему на спуск к карьеру. Венесса, наблюдавшая эту сцену из возвышавшегося над площадкой пункта наблюдения, негромко рассмеялась.

***

– Этого не может быть, – серо-оранжевый сикер схватился за шлем. – Это была просто мелкая оплошность. Я весь свой онлайн служил ему. Все ему отдал, и он вот так меня выбросил… Лучше бы просто убил! – он тяжело сел на опущенную от стены панель. В алой оптике бегали блики от света только что проведенного сканирования. – Хоакс, значит. Взрывчатки в тебе нет. Уже что-то, – пробубнил невысокий мех, окрашенный в медицинские цвета, и, вместо того, чтобы указать новоиспеченному работнику карьера направление дальнейшего следования, развернулся к двери. Вокалайзер, донёсшийся из коридора был тем, который разжалованный боец хотел сейчас услышать меньше всего. – Самое вкусное оставил напоследок? Славно… Хоакс резко развернулся в направлении звука. «Этот медик услышал, как он приблизился?!» Наклонившись в дверном проеме, в отсек совершенно бесшумно прошел Кахций. Красно-белый мех боязливо отступил в сторону от своего начальника. Угловатая паучья тень нависла над сидящим на панели сикером. – Ну здравствуй, маленький шпион. – Я не… – возразить Хоакс не успел. – Ш-ш, – начальник тюрьмы придвинулся ближе, изучая своего нового подопечного. – Вижу, или ты весьма хороший актер, или вся твоя жизнь, в самом деле, только что рухнула. – Я не шпион, – проговорил, теряя остатки надежды десептикон и вскочил, почувствовав прикосновение сзади. – Что?! – Не дергайся, – назидательно произнес темно-фиолетовый мех. Тонкая и острая паучья лапа плавным толчком усадила сикера обратно. Хоакс сцепил пальцы в замок, беспомощно наблюдая, как медик отключает его встроенный в шлем коммуникатор. – Твист, оставь ему Т-шестерню, – распорядился Кахций. – Он же не будет пытаться сбежать, – взгляд фиолетовой оптики вернулся к оранжево-серому десептикону. – Вряд ли твой капитан возьмет тебя назад. А в моем мире существуют правила. – Я буду им следовать, – выдавил из себя Хоакс, опуская голову. Острая паучья лапа подцепила его подбородок, заставив посмотреть на начальника тюрьмы в упор. – Хорошо, – сквозь почти не передающий эмоции фейслист проскользила тень одобрения. – Дам тебе совет. Запомни мои правила как следует и, ради твоего же блага, не оставайся один. В противном случае, что бы ни случилось на базе, виноват в этом будешь ты. Сикер с ужасом воззрился на паука. – Считай это посвящением, – Кахций повернулся и медленно двинулся к выходу. – Справишься, встанешь на должность надзирателя. Сделай правильный выбор, и тебе будет должно бояться только меня, потому что ото всех остальных я тебя защищу. Металлическая дверь с шелестом задвинулась за его спиной.

***

– Сэр!.. Кахций опустил голову на встревоженный вокалайзер. Остановившийся в шаге от него вехикон, коротко провентилировал под взглядом фиолетовых окуляров. – У входа на подъемник в центральный пункт… Вам нужно это увидеть! – спешно оттарабанил он, оглянувшись в направлении шахты лифта. Кахций вспомнил, что этот сикер называл себя Крен. «Этот просто так паниковать не станет». Паук двинулся плавным шагом за мехом. Кабина грузового подъемника легко вместила их обоих. Крен нажал клавишу нужного уровня и, спустя несколько кликов, дверь лифта гармошкой сдвинулась в сторону, открывая вид на просторную залу. В хорошо освещенном отсеке, разводящем широкий проход от центральных дверей корпуса на два крупных и несколько подсобных коридоров, сейчас находилось несколько вехиконов, недавно закончивших утреннюю смену. Они собрались чуть справа от центра помещения, разглядывая крупное темное пятно на сером полу. Увидев приближающегося начальника они, не сговариваясь, синхронно расступились по обе стороны и отодвинулись назад. Кахций чуть наклонился к предмету общего внимания и неслышно сжал денты, узнавая источник шершавого слоя медного цвета. – Кто-нибудь трогал это? – пронизывающий взгляд обвел полукругом собравшихся кибертронцев. – Нет, – почти хором отозвались вехиконы. – Это действительно ржавчина? – с самыми неприятными предчувствиями посмотрел на паука Крен. Начальник тюрьмы ответил ему твердым кивком. – Но откуда? – вехикон резко приподнял наплечники. – Я проверил, никто не покидал территорию базы. – Она не с поверхности этой планеты, – размеренно проговорил Кахций привычным полушепотом. – Крайне опасна. Избавьтесь от нее. Вырежьте вместе с куском пола и утилизируйте. Инсектиконы вам помогут. Приступайте.

***

Высокий бело-синий мех, с крупными красными вставками по всему корпусу и автоботским символом на грудной пластине, переступил низкий порог трапа и двинулся по нему вниз, рассматривая посадочную площадь. Правая половина уложенного толстыми плитами поля вела к командному центру, а левая тянулась к широкому карьеру, являющемуся единственным источником шума здесь. Доктор чуть приподнял надбровные дуги, найдя среди работающих автоботов тех колесников, что его капитан выгрузил здесь менее нескольких орнов назад. Стало чуть светлее. На место разработки от возвышенности на стене, окружавшей командный пункт, длинное жилое строение и спиленную почти наполовину гору, опустилась длинная тень. Проследовав за ее движением оптикой, мех обнаружил на гладкой поверхности ограды крупные кибертронские символы, процарапанные чем-то невероятно мощным. «Это здешние правила?» – автобот беззвучно усмехнулся и резко отступил назад, покидая зону видимости двух десептиконов, стоявших на стене, прямо над собранными в столбец надписями. Фарликс наклонился, догадываясь, чьими когтями был выведен этот местный «устав». – Забавный способ доносить до пленных свою волю, – он поднял голову, и окинул взглядом площадь разработки с высоты нескольких этажей. – Эти правила распространяются на весь персонал, – пресно проговорил Сукупир, стоявший в нескольких шагах от него. – Интересно, как вы отслеживаете нарушителей, не имея камер? – зелено-коричневый мех развернулся к сикеру, складывая манипуляторы за спиной. – Кое-где имеем, – скучающе поправил его тот. – Но, по большей части, они не нужны. Сукупир встретил взгляд меха, твердо уверенного, что ему рассказывают какой-то бред. – Посмотрите в карьер, – провентилировал второй по субординации базы, демонстрируя всем своим видом, насколько ему не хотелось это объяснять, и указал манипулятором в сторону кучки автоботов работавших под присмотром кибержуков. – Вы же сразу поняли, какой у нас начальник. Считайте, каждый инсектикон – его камера. Кахций наблюдает сквозь них почти постоянно, – Почувствовав, что гость снова буравит его оптикой, Сукупир улыбнулся. – И да, исполняет наказания он тоже самостоятельно. Услышав за спиной перебирание лап, Фарлиск обернулся, обнаружив в полусотне метров на крыше соседнего подъёма на стене инсектикона. «Не удивительно, что хозяин этой дыры тот еще садист. Теперь понятно, почему его пленники так смотрят на гостей». Фарлиск раздражённо цыкнул и покачнулся, на наноклик оглушенный свистящим порывом воздуха. Крепкий манипулятор темно-серого сикера взял его за предплечье и рванул на себя, вернув накренившемуся танку равновесие. Ветер, гулявший над стеной хаотичными потоками, ощутимо усилился. – Осторожно, – уронил Сукупир. – Тут чем выше, тем сильнее дует. Заметили ж на подлете? Фарлиск расслышал в его вокалайзере плохо спрятанную насмешку и еще больше удивился, чувствуя, что мех продолжает тянуть его к центру настенной площадки. – И подальше от края, – подручный Кахция выпустил манипулятор гостя, деловито подбоченившись. – База не просто так обнесена стеной. Растительность этой планеты напитана кислотами, так что путь вниз вполне может оказаться последним. Подобная фамильярность начинала действовать капитану на нейросеть. «Ты настолько веришь в своего начальника, что думаешь, он защитит тебя от меня?! Или ты так пытаешься показать, что у вас все хорошо?» Танк передернул наплечником, сбрасывая неприятное ощущение и изобразил понимающую улыбку. – Постоянный надзор, ураганы, кислотные поля. Должно быть, вы ненавидите это место. – Отнюдь, – Сукупир развел манипуляторами, словно был готов обнять раскинувшийся перед ними карьер целиком. – Для базы-тюрьмы, специализирующейся на разработке и накоплении руд, это прекрасное место! – сикер поднял фейслист к низким и мутным облакам. – Сканером сюда не пробиться из-за скоплений газа, а значит, нас не найти тем, кто о нас не знает, – и с понятным намеком остановил оптику на Фарлиске. Капитан встретил хитро прищуренный взгляд непроницаемой маской. Сукупир глубоко провентилировал, смотря на своего, несколько озадаченного собеседника, и тоже улыбнулся. – Увы, у изоляции от мира есть и минусы. Думаю, начальник ждет не дождется, когда вы поделитесь с нами новостями с фронта. Бело-синий автобот перефокусировал оптику, еще раз перечитав видные всем на базе надписи, и перевел оптику на мехов за работой. – Похоже, Фарлиск решил поделиться со мной не всеми пленниками, – прозвучало совсем рядом ровным шипящим тоном. Доктор обернулся и, вскинув голову, наткнулся оптикой на бесшумно приближающегося к нему паука. Встретившись с его фиолетовой оптикой, тот тут же перевел взгляд на борт корабля, словно и не смотрел на автоботов в карьере. – Ты и есть его медик? – вкрадчивым тоном поинтересовался Кахций. – Да? – с наигранной рассеянностью отозвался бот, не оборачиваясь. – Имя у тебя есть? – «король инсектиконов» медленно обошел кибертронца так, что их фейслисты снова встретились, и остановился, разглядывая нестандартную крылатую альтформу автобота. Понимая, что начальник тюрьмы, к которому Фарлиск с его десептиконами почти что вломились, не настроен враждебно, а игнорировать внимание такого меха сейчас может быть куда опаснее гнева капитана, доктор развернулся и, показав узкую полоску дентопластин, произнес: – Кахций, зовите меня Фарма. «Внимателен, осторожен, но и достаточно дерзок. На знакомстве не присутствовал, но знал, куда летит держащий его на своем крейсере враг», – паук поймал себя на мысли, что этот мех начинает ему нравиться. – Ты с Фарлиском по своей воле? Бело-синий мех помедлил с ответом, еще раз найдя оптикой капитана крейсера на стене, в компании темно-серого сикера. – Выбора не было… – Однако твоя Т-шестерня не заблокирована, – темно-фиолетовый мех провел ладонью по фиолетовой обшивке корабля и с пронизывающим до эндоскелета звоном перебрал тонкими острыми пальцами. Доктор лишь пожал треугольными наплечниками. – Для чего? Я просто делаю свою работу. Тут Фарма, наблюдавший первую встречу Фарлиска и Кахция сквозь внешнюю камеру корабля, впервые увидел, как этот десептикон изменился в фейслисте. Кибертронец с шестью лапами на спине положил манипулятор на плечо бота и заговорщически прищурился. – Должно быть, капитан с тебя пылинки сдувает? Фарма, которому стоило немалого усилия, чтобы не отшатнуться от потянувшейся к нему лапы, замер на месте, с удивленным непониманием глядя на начальника тюрьмы. Доктор пару раз сморгнул, до конца понимая смысл заданного десептиконом вопроса, а потом прыснул в вокалайзер: – Да как посмотреть! – он повернулся полубоком, демонстрируя свежие следы ударов на сложенных за спиной пластинах и недавно смятое крыло.

***

Колесник среднего размера включил и выключил лазерный с резак, поражаясь смелости местных доверять пленникам такой инструмент, и повернулся туда, где ему казалось, только что заметил паукообразного меха. – Страшный он, скажи, Умару? – автобот дотронулся локтем до своего сослуживца, обращая на себя его внимание. Мех, примерявшийся непривычным ему прибором к каменному наросту, поднял манипулятор, пытаясь отгородиться от собеседника. – Тише, Блайд. Лучше глянь не на него, а на то, что на стене вокруг территории? Те куски эндоскелетов, чьи, как думаешь? – мех понизил вокалайзер, ожидая, когда мимо пройдет инсектикон. Тот явно расслышал слова пленника, но прошествовал мимо, словно сканер, озираясь вокруг себя удлиненными сложными окулярами. Умару провентилировал, в который раз поражаясь спокойствию здешних надзирателей. С самого начала его с сослуживцами просто вели куда нужно и, в отличие от многих, эти десептиконы понимали, что толчок в нужном направлении куда эффективнее удара. В процессоре мешались свод озвученных им своеобразных правил, выцарапанных на стене, инструкции по работе с резаком и непонятная атмосфера этого места. Все, с кем он столкнулся до сих пор, либо не нуждались в поощрении собственного эго путем унижения других, либо уже наигрались в палачей и делали не больше чем то, что входило в их должностные обязанности, обеспечивая стабильную работу на месторождении. – А с ним ещё колесница, – ухмыльнулся Блайд, – видел? – Венесса, – едва слышно проговорил стоящий рядом с ними автоботский связист, уже услышавший ее имя в разговоре десептиконов. Провентилировав в ожидании прекращения помех зрительных сенсоров из-за низкого заряда, он медленно повернулся обратно к камню и отшатнулся, увидев стоящего рядом и смотрящего на него серого сикера. – Верно, – Руби обогнул каменный нарост, и остановился в шаге от автоботов. – Венесса — помощница Кахция. Именно она занималась перерасчётом ресурсов здесь. Она же составляет график работ в зависимости от размера найденной жилы. – С ней легче стало, – сообщил новичкам работающий в нескольких метрах от них колесник, и с ним охотно согласились еще несколько работников неподалеку. Порядком выгоревшая краска на броне пленных, подсказывала, что они здесь уже довольно давно. – Симпатичная помощница, – отметил Блайд, видя смелость окружающих его автоботов. Руби сдержанно улыбнулся. – Начальник не против болтовни, если она не мешает работе, – вехикон оттолкнулся манипулятором от валуна, отступая назад. Два воина и связист один за другим активировали резаки и развернулись к не выкорчеванным до конца спилам. Камень затрещал под лазером, и Руби двинулся шагом дальше по карьеру, оставляя новичков под надзором инсектиконов. – Лонгшоту это понравится, – проводив десептикона оптикой, заключил Умару. – Да, Лонг? Не дождавшись ответа сослуживца, он огляделся. Его окуляры встретились с точно так же оглядывающимся Блайдом. Тот в непонимании сдвинул надбровные дуги. – Умару, Лонгшот разве не с тобой?

***

Гивгрейв расслышал болезненный вскрик и несколько сдавленных ругательств по левую сторону от себя. Не останавливая бодрый, почти строевой шаг, вехикон развернулся в направлении незнакомого вокалайзера. Его взгляд встретился с колесником под каменным навесом, сжимающим исправной рукой ушибленное предплечье. Тот не понимая, как его сдавленный стон могли услышать через сотню метров, попытался снова схватить оброненный инструмент. Прежде, чем автобот успел дотянуться до откатившегося от него резака, тень вехикона опустилась ему под ноги. Колесник резко выпрямился, вскидывая манипуляторы. – Я сейчас вернусь к работе! – отшагнув назад, от опасно приблизившегося бластера, он глухо стукнулся шлемом о выпуклый нарост в стене породы. – Ай! – Новенький, да? Колеснику показалось, что он расслышал в вокалайзере десептикона сочувствие. – Не дергайся, – Гивгрейв опустил ствол, взял меха свободным манипулятором за локоть и, движением по полукругу, вывел из-под закрученного каменного навеса. – Никто не виноват, что эта жила многослойная как коктейль, – сикер отпустил автобота и поднял брошенный резак. – Пока разберёшься, что угодно сломать можно. Привезенный Фарлиском мех понял, что вехикон смотрит на его вздернутое вверх плечо, и взялся исправным манипулятором за свое запястье, пытаясь вернуть его в стандартное положение. Что-то под наплечником колесника хрустнуло и со скрипом дернулось вниз. Рука, двигаясь по ходу сопряжения рывками, нехотя опустилась вдоль туловища. «Давил на острее резака, как на простой нож. Резак спорснул. Этот врезался и повредил плечо», – восстановил для себя события Гивгрейв. – Тебе нужно в медпункт, – сообщил десептикон и, видя отразившийся ужас на фейслисте меха, добавил. – Твист тебя просто осмотрит. Из-за стены донесся щелчок разблокировки магнитного замка. Дверь в медотсек сдвинулась в сторону, подчиняясь хозяину помещения. Твист окинул своих гостей непроницаемым взором, молча повернулся и исчез в глубине кабинета. Гивгрейв качнул головой, в том же направлении, указывая автоботу следовать за ним. Колесник переступил низкий порог, двинулся по коридору из стеллажей по обе стороны прохода и замер, всеми шестернями чувствуя чье-то присутствие рядом. Подчиняясь внутреннему инстинкту, он медленно поднял голову вверх и покачнулся, столкнувшись спиной с приведшим его сюда сикером. Всего в нескольких метрах над ним к потолку толстым слоем посеревшей паутины был приклеен десептикон. Грудную пластину, ноги и голову джета фиксировала клейкая масса. Она же залепляла его оптику и топливоприемник. Манипуляторов не было. – Что это? – проглотив подступившую волну паники, выдавил мех. – Крамвил, – ответил Гивгрейв, тактичным жестом отодвинув автобота от себя. – Так наш лидер карает непокорных. Тут Крамвил чуть повернул голову на звук. Десептиконский медик и колесник вздрогнули. Боясь отвести оптику от пленника медотсека, бот, отметил, что отверстия в плечах несчастного выглядят так, словно отсутствующие конечности просто вынули из суставов. – Кахций тогда был в хорошем настроении. Все трое повернулись на вокалайзер вошедшего через открытую дверь темно-серого сикера. Посмеиваясь над их реакцией, Сукупир подбоченился и покачал головой. – Обычно, предателей постигает куда более неприятная участь. – Те куски эндоскелетов на стене? – автобот покосился на подручного начальника тюрьмы. – Они самые. Колесник дотронулся до манипулятора Гивгрейва, понизив вокалайзер. – Можно я просто вернусь в карьер? Манипулятор уже не болит. Вехикон коротким жестом щелкнул когтем по поврежденному суставу меха. Тот ойкнул от боли. – Ай..ц… Почти не болит, – сразу же попытался реабилитироваться он. – Отдыхай и чинись, – гулко приказал Сукупир, указав боту на перезарядочную плиту и медика. – С повреждённым манипулятором ты только напортачишь. Отработаешь в течение следующих дней. Мех послушно сел на толстую панель. Его взгляд сам собой вернулся к Крамвилу. – Он там уже не меньше астроцикла, – невесело проговорил Гивгрейв. – И ведь Кахций до сих пор приказывает его заправлять и заряжать. В стазис уйти не дает, – вехикон глубоко провентилировал, разворачиваясь к выходу вслед за Сукупиром. – Может, и отпустит когда-нибудь. С потолка донёсся очень тихий стон.

***

– Что это такое?! Расставшись в подсобным коридоре с Гивгрейвом, Сукупир двинулся к главному выходу из центрального корпуса, в окрестностях которого прервал экскурсию Фарлиска, чтобы выяснить, почему один из свежепривезенных автоботов не в карьере. Услышав донельзя возмущенный вокалайзер капитана крейсера из-за поворота, темно-серый сикер сделал над собой усилие, расслабляя напряженную нейросеть, и двинулся ему навстречу. Сложивший манипуляторы на груди, в компании двух своих сикеров, танк стоял рядом с широкой дырой в полу, оставленной после утилизации неизвестно откуда взявшейся ржавчины. – Что это, по-твоему?! – повторил вопрос зелено-коричневый мех, буря приближающегося сикера полными раздражения окулярами. «Этот мех что, и правда в инспекции работал?» – Сукупир остановился с другой стороны от ямы. – Это, определенно, отверстие. Без усилий выдержав гневный взгляд Фарлиска, мех демонстративно обогнул дырку в полу шагом. – Не мешает. Автоботы займутся им, когда закончится время их работы в карьере. «Оставили эту яму намеренно, – капитан сжал и разжал кулак. – Испытать меня хотите. Зря» – Плевать, – Фарлиск брезгливым жестом толкнул подручного начальника тюрьмы в грудную пластину, нависая над ним. – Повреждение должно быть удалено сейчас же, – гость посмотрел на темно-серого сикера сверху вниз так, словно тот был пустым местом. – Не могут они – сделаешь ты, со своими жуками. Немедленно. – Я и «мои жуки» – профессиональные воины, – Сукупир, порядком уставший от того, что кто-то продолжает наступать на его гордость, сжал денты, удерживая готовую разорваться бомбу негодования. – Повреждение не критично и не мешает работе карьера. С чего бы это нам этим заниматься? Не ожидавший подобного отпора, Фарлиск с шумом втянул воздух. – С того, что это приказ!!! – прокричал он, увеличив громкость вокалайзера настолько, что в аудиодатчиках у сикера затрещало. – Воу! Тут что драка будет?! – вдруг в предвкушении прозвучало сбоку. Десептиконы разом повернулись к стоящему рядом с ними красно-коричневому автоботу. Мех глядел на них с открытой насмешливостью, с которой лидер банды смотрит на своих не шибко умных подручных, готовых его повеселить. «Думал найти здешнего начальника сам, но так, похоже, будет быстрее». Фарлиск чуть расширил оптику, узнав привезенного им колесника. Два алых огня его окуляров вновь уперлись в Сукупира. – Ты смеешь мне лгать, что все пленные заняты в шахте?! – он поднял манипулятор, желая отвесить сикеру размашистую оплеуху. – Что тут за дела? – леденящим шелестом раздалось позади кибертронцев. Все мехи развернулись на звук знакомого полушипящего вокалайзера. «Как по заказу», – Лонгшот расплылся в победной улыбке. Двери опустившегося подъёмника до конца задвинулись в пазы стены, и Кахций направился к организовавшемуся в его фойе собранию. – Похоже, твои мехи ничего не стоят, раз позволяют себе такое, – Фарлиск оскалился и трансформировал манипулятор в длинную круглую пушку. – Избавишься от парочки, никто и не заметит! – Дыру заделают в любом случае, – примирительно проговорил Кахций своим привычным тоном, протягивая к капитану манипулятор. Длинный острый коготь подцепил дуло бластера, мешая танку направить его на Сукупира. – Это должно быть сделано немедленно! – вспылил Фарлиск и, одним движением сложив пушку, впечатал тяжелый кулак пауку в фейслист. Темно-фиолетовый мех, пролетев комнату, врезался в стену боком. Шесть лап развернулись из-за его спины и мягко самортизировали столкновение, зрительно увеличив размер своего хозяина почти втрое. Сикеры, молча и отрешенно стоявшие за спиной капитана до боли сжали рукояти лежащих в кобурах бластеров, едва сдерживаясь, чтобы не вскинуть оружие. Кахций, зависший в метре от пола, плавно встал на ноги и остановил на гостях пустые огни фиолетовой оптики. За его спиной с тихим хрустом обсыпалась настенная штукатурка. Длинные серые пальцы коснулись оставшейся после полученного удара трещины у виска. «Ему должно было сорвать полфейслиста. Прочный гад. Впрочем, что нужно я сделал», – Фарлиск выдавил улыбку, разжал кулак и указал на Сукупира. – Хе, экскурсия была неплохой. Дам тебе шанс исправиться, на этот раз, – танк развернулся к открытым воротам главного входа. Сикеры молча и спешно двинулись за ним. – Кахций, вы… – Сукупир замолк, прерванный жестом приближающегося начальника. Паук, чуть наклонил к нему голову. – Проверь. Серый сикер быстро и ловко извлек из багажного отсека тонкий прямоугольной сканер. Алый луч пробежал по темному фейслисту меха. – Чисто, – отчитался Сукупир, глядя на показатели прибора. «Как и думал. Не похоже, что ржавчину разносят они». Кахций повернулся к красно-коричневому колеснику, стоявшему в нескольких шагах от них и не сводящему с паука изучающий взгляд. Глава десептиконской базы отметил, что у этого меха вместо голубой автоботской оптики, когда-то чем-то выжженной, судя по плохо отполированным следам вокруг глазниц, установлена желтая. Подобная участь постигла и все его габаритные огни. – Лонгшот, кто тебе позволил покинуть карьер? «Мое имя знает?» – бот поднял надбровные дуги и тут же вернул себе невозмутимое выражение. – Захотел и покинул. В тыльную сторону его шлема звонко врезалась ладонь Сукупира. – Тебе крышу обратно поставить?! – Не бей его, – сухо приказал темно-фиолетовый мех. Сикер остановил занесенный над ботом манипулятор. Лонгшот, уже вскинувший кулаки для защиты, еще раз удивленно воззрился на начальника тюрьмы. – Не забывайтесь. У нас не принято портить хорошие детали, – предупреждающе проговорил Кахций. – Кто сегодня ответственный? Скукпир ощутил, как его по спине прошиб холод. – Я и Умару, – нехотя процедил он сквозь денты. – Умару? – Лонгшот перевел непонимающий взгляд с одного десептикона на другого. Паук ответил на просительное выражение его подчинённого и вопрос пленника кивком. Первый помощник хозяина базы развернулся и двинулся твердым шагом в сторону карьера. Когтистый манипулятор опустился на наплечник автобота. – Иди за мной.

***

Венесса развернулась на кресле и устремила оптику на вошедших в наблюдательный пункт. Догадаться о случившемся по фейслисту красно-коричневого колесника, приведенным сюда ее начальником, фем не составило труда. – Кахций, это ведь не обязательно делать… – черно-серебряная фем подняла на десептикона умоляющий взгляд. – Если я не буду следовать установленным мной правилам, то кто будет? – начальник тюрьмы встал рядом с ней и с непреклонным безразличием нажал несколько кнопок на контрольной панели командного пункта. – Мои мехи им не забавы ради все разъясняли. Из глубокого паза на уровень клавиатуры выдвинулся оранжевый, стертый почти до основания переключатель. Одновременно с ним снаружи раздался металлический скрежет. Лонгшот прильнул к окну. Под балконом наблюдательного пункта сдвинулись облицовывающие плоскую площадку плиты. Бетонные пласты разъехались в стороны и из образовавшейся щели поднялись две толстые, прошитые проводами колодки. Обращенные на них, полные страха взгляды работников карьера переместились к Сукупиру, ведущему к наблюдательному пункту через зону добычи недавно прибывшего автобота. – Что происходит?! – выпалил Лонгшот, узнав сослуживца, и отшагнул от толстого стекла. Темно-серый десептикон, крепче перехватил предплечье пленника, замедлившего шаг, что-то выкрикнул и рывком поставил меха перед колодкой. Колесник задрожал всем корпусом и, подчиняясь тюремщику, наклонился к тискам. Сукупир нажал ему на спину, ускоряя движение. Тиски защелкнулись на шее и запястьях Умару. Лонгшот, понимая, что сейчас произойдет, развернулся к пауку. – С-стой! Это из-за меня?! – надбровные дуги бота сошлись домиком у переносицы. – Так я же не сбежать пытался! Я искал тебя! Проследив краем оптики за полным сочувствия взглядом Венессы, он вновь оглянулся на площадку под ними и сглотнул, едва веря собственным окулярам. Сукупир опустился на одно колено перед второй колодкой и вложил манипуляторы и голову в тиски. – Искал меня? – Кахций чуть приподнял надбровную дугу. – Да! – Лонгшот взмахнул манипуляторами, шагнув к нему. – Я хотел попросить заряда. Но не такого! – Попросишь, когда твой будет ниже моего, – паук тряхнул запястьем. Накладка на металлическом наруче сдвинулась, открывая ряд датчиков и полосу, демонстрирующую, что аккумуляторы ее хозяина заряжены едва ли на одну третью. Венесса развернулась к клавиатуре. По центральному экрану поплыли ряды символов, активирующих прописанный протокол. – Не для меня… Да стойте же! – красно-коричневый колесник бросился к пауку, пытаясь втиснуться между ним и клавиатурой. – Почему наказываешь их?! Это ведь я покинул пост. Это нечестно! На его наплечник вновь опустилась когтистая ладонь, не позволяя двинуться с места. – Дай им по кубу на каждого, – распорядился Кахций, глядя на свою помощницу. – С новичка этого будет более чем довольно на первый раз. Лонгшот увидел вполоборота, как Венесса сдвинула оранжевый тумблер. Все звуки снаружи заглушили треск электричества и крик автобота. – За тобой не усмотрели ни десептиконский охранник, ни твой союзник, – Кахций опустил пустые фиолетовые окуляры на меха перед собой. – Они оба понесут наказание. Я не просто так назначаю двух ответственных за ситуацию в шахте, – он развернул пленника к окну. – Скажи ты любому из надзирателей о желании встретиться со мной, этого бы не случилось. Фейслист Лонгшота, в котором мешались злость, презрение, непонимание и ужас, помертвел. Видя, как корпуса его врага и союзника дергаются в колодках под электрическим напряжением, он содрогался внутренне не меньше, незаметно для себя все сильнее вжимаясь спиной в корпус темно-фиолетового десептикона. Эти несколько бриймов показались красно-коричневому колеснику вечностью. Треск стих. Тиски с глухим щелчком разжались, выпуская кибертронцев. Умару повис на них, продолжая дрожать. Сукупир, с ловкостью меха, проходившего через подобное не раз, качнулся назад, перекатился и распластался на спине, хватая воздух топливоприемником. – Возвращайся к работе, Лонгшот, – с легким раздражением уронил Кахций. Лонгшот ощутил неожиданно сильный толчок в плечо и едва удержался на ногах, моментально оказавшись за порогом отсека. Он ошарашенно воззрился туда, откуда только что был выпихнут и наткнулся на проедающую насквозь фиолетовую оптику паука. – Бегом. И больше не покидай рабочее место без разрешения, – начальник тюрьмы закрыл дверь отсека перед его фейслистом. Автобот, едва помнящий себя от шока, качнулся в сторону, найдя спиной опору в холодном бетоне, и сполз по стене на пол. Всю жизнь знавший более чем точно, когда отвечает за всех, а когда рискует только собой, сотни раз принимавший наказания за своих подчиненных, он и подумать не мог, что все может настолько кардинально перевернуться. Подрагивающие пальцы нащупали на грудной пластине автоботский символ. – Какого шлака… Не так давно уверявший своих напуганных союзников в том, что найдет способ выжить здесь, успокоивший своего связиста с расшатанной нейросетью и собиравшийся сцепиться с местным главой, но выбить для подопечного возможность перезарядиться, Лонгшот запрокинул голову и громко усмехнулся над собой в потолок. «Уже когда нас схватили, знал, что живым никому не выбраться. Теперь мы так далеко от остального мира, что неизвестно, существует ли этот мир. Сохранять лицо, достоинство автоботского командира, успокаивать остальных. Тут все работает не так. Какого шлака я все еще цепляюсь за это? – мех уперся двумя манипуляторами в пол, помогая себе подняться на ноги. Его желтая оптика вспыхнула безумными огоньками азарта. – Мы все уже трупы. Какого шлака я все еще чего-то боюсь?!»

***

Фем, наблюдавшая, как только что покинувший контрольный пункт колесник пытается растормошить своего отключившегося от болевого шока сослуживца, чуть вздрогнула и повернулась к приблизившемуся к ней Кахцию. Паук негромко хмыкнул, видя, что сидящий на земле рядом с автоботами Сукупир объясняет, как безопасно снять повисшего на колодке меха. Лонгшот, довольно неловко следуя его инструкциям, опустил Умару в шаге от десептикона. Сикер продолжил что-то говорить, а колесник внимательно слушал, время от времени виновато кивая. – Вен? – Не похоже, что ржавчину принес кто-то из мехов Фарлиска, – отрешенно проговорила десептиконша. – Будь то автоботы, Твист бы заметил. За все время кроме самого Фарлиска и двух его сикеров… – И одного автоботского доктора никто крейсер не покидал, – закончил за нее паук. – Я осмотрел корпус звездолета, но — тоже ничего, – он чуть повернул голову, внимательнее вглядываясь в открытую на боковом табло карту и развернутые под ней данные энергонной шахты. – У нас заканчивается топливо? – Есть еще половина астроцикла до полного истощения этой жилы, – подтвердила его открытие помощница. – Я хотела сообщить в сегодняшнем рапорте. Если за это время не найдем новую… Тишину отсека нарушил писк тревожного сигнала. Венесса жестом передвинула карту окрестностей на главный экран, и десептиконы вдвоем склонились над ней. Кахций с сипом выпустил поток воздуха, чувствуя, что количество входящих новостей стремительно движется к раздражающему порогу. – Это еще что? – Спасательная капсула, – констатировала полученные планетарным сканером данные колесница, отлично понимая настроение своего начальника. Датчики показывали, что круглое устройство без знаков отличия упало на открытой местности в десятке километров от их базы. Кахций притушил оптику. – Четверо, разведать сейчас же. Снаружи из пещеры эхом донесся инсектиконский клекот. Из спускавшегося в шахту лаза в небо поднялись четыре инсектикона.

***

Оранжево-серый сикер устало навалился на заметно уменьшенный им в высоту каменный нарост. Его ведущий манипулятор подрагивал в ритм вибрации резака, а в висках продолжал барабанить страх от увиденного мехом местного «наказания». Брошенный своим лидером воин поднял алую оптику на продолжавших работу и негромко обсуждающих случившееся автоботов. «Я не должен быть здесь! Отличись я, капитан бы дал мне второй шанс, но из карьера это невозможно… Все слишком странно…» – Хоакс! Десептикон резко вскочил и обернулся на беззаботно окликнувший его по имени незнакомый вокалайзер. Из полумрака коридора, вырубленного в каменном навесе, на сикера смотрела черная с серебряными вставками десептиконша. – Иди сюда, нужна помощь, – она взмахнула манипулятором, подзывая меха к себе. – Я – Венесса. Оранжево-серый мех с подозрением покосился на колесницу. – Наслышан. Хочешь, чтобы я тоже в тех колодках побывал? – Не бойся, – мягко улыбнулась фем. – На этой базе по субординации я третья в команде. Хоакс, видя, что его манипулятор с инструментом не перестает дрожать, отключил и отложил резак. – Идем, – наблюдая краем оптики, как новичок направился в ее сторону, Венесса прошла глубже под пещерный навес и указала на увесистого вида контейнер, чуть сдвинутый в сторону от таких же, выстроенных в два уровня у стены. – Возьми-ка это. Разглядев на утоптанной в каменную корку земле свежие следы возни вокруг нужного брикета серо-оранжевый мех остановился, смерив свою новую знакомую, едва доходившую ему до груди, изучающим взглядом. «Она пыталась сдвинуть его сама?» Хоакс сжал бока контейнера манипуляторами, с усилием поднял его и опустил на пустую тачку. Колесница с улыбкой указала в сторону тоннеля, уходящего к командному пункту и продолжила движение. Серо-оранжевый сикер провентилировал и, взявшись за ручку тачки, зашагал за ней. – Кому я здесь еще должен подчинятся? – из последних сил сохраняя спокойствие, поинтересовался десептикон, поравнявшись с помощницей начальника тюрьмы. Венесса усмехнулась: – Всем инсектиконам. – Издеваешься?! – раздраженно сплюнул Хоакс. – Не волнуйся. Сами они редко с кем-то говорят. У них ведь общий разум, – поспешила погасить его возмущение колесница, ожидавшая именно этой реакции. – Кахций — их король. Инсектиконы иногда передают его приказы. Карьер остался позади. Неосвещенная секция тоннеля завершилась, свернув к левому крылу главного корпуса. Коротко оглянувшись, Хоакс понял, что они уже внутри здания. Под ярким светом потолочных ламп Венесса остановилась и коснулась контрольной панели, встроенной в серые бетонные пластины настенной обшивки. Плита по правый манипулятор от нее с шипением сдвинулась в сторону. Оранжево-серый сикер заглянул в открывшееся помещение. Алая оптика меха с вопросом опустилась к его проводнице. – Это то, что я вижу? Венесса с улыбкой переступила порог отсека и двинулась вдоль ряда крупных чаш продолговатой формы, пристроенных к стене одним бортом. – Это секция для принятия ванн, – она остановилась у полупрозрачных шкафов и включила извлеченный из багажного отсека планшет. – Сгружай контейнер здесь, – оптика за красным визором забегала по коробкам, сложенным на стеллажах ровными рядами. Хоакс со скрипом стащил привезенный им ящик на пол, толчком ноги придвинул его к шкафу и тяжело сел на пустую тачку. Усталый взгляд десептикона сам собой вернулся к рядам ванн, которые, судя по чистоте и подведенным к ним кабелям и трубам, находились в рабочем состоянии. Следом за ними высились плотно подогнанные друг к другу прозрачные герметичные цилиндры для обеззараживания. – Я такие последний раз видел на Кибертроне, – проговорил мех, ощущая, что его глосса начинает заплетаться так же неуклюже, как роящиеся в процессоре мысли. – Залезть хочешь? – будничным тоном поинтересовалась Венесса. Ответа не последовало. Выдержав короткую паузу, колесница обернулась, встретившись оптикой с совершенно ошарашенным фейслистом сикера. – Давай. Тебе пойдет на пользу, – хихикнула черно-серебряная фем и подцепила когтем короткий тумблер на панели у шкафа. Внутри трубы, установленной над ванной в центре стены, забурлило, и в чашу блестящим, чуть вязким потоком полилось масло. Хоакс встал, сморгнул, сбив нервно подрагивающий окуляр с ритма и еще раз перефокусировав оптику, провел ладонью по своему шлему. – Территория за бетонными стенами, странные наказания, запасы руды и топлива на года, теперь еще и ванны! Откуда здесь все это?! – Кахций распорядился доставить их, когда занял пост начальника здесь, – Венесса снова повернулась к сикеру спиной и продолжила счет. – Земля планеты пропитана кислотами, так что без обеззараживающих камер было не обойтись. Масляные ванны установили вместе с ними. До этого персонал и рабочие здесь просто гнили живьем, – фем дошла до конца полки и вписала острым стилусом свои подсчеты в планшет. Труба над чашей для купания довольно хлюпнула, возвещая, что резервуар наполнен. Фем, щелкнув по тому же переключателю, перекрыла поток масла. Оранжево-серый сикер с осторожностью чуть не попавшегося на месте преступления вора приблизился, переступил край ванны и медленно сел в теплую жидкость. Уставшие манипуляторы бессильно погрузились на дно чаши. Увидев в успокоившейся глади свое отражение, Хоакс притушил оптику и отвернулся. – Знаю, как это больно, когда тебя бросают, – вкрадчиво и мягко произнесла Венесса, наклоняясь к следующей полке. – Не пугайся собственной растерянности, – конец стилуса с тихим стуком пробежал по торцам запечатанных коробок. – Кахций протянул мне манипулятор, когда я уже была готова к худшему. Сам он эмоций не показывает, но хорошо чувствует искры окружающих. Большинство прибывавших сюда за топливом и рудой десептиконов совершенно не хотели этого путешествия, однако, улетали они отдохнувшими. Сила этого места в том, что тут почти ничего не меняется, – колесница чиркнула в планшете очередную пометку и, повернувшись к своему собеседнику, привалилась колесами на спине к шкафу. – Хотя, с подарком от твоего бывшего капитана, стало чуть более шумно… – фем указала стилусом на слушающего ее вполоборота сикера. – Пауза, которую дает это месторождение и эти ванны многим вернули нейросеть в норму. Хоакс бесшумно сглотнул, собирая все, что видел и слышал ранее, во все еще мутную, но вполне цельную картину. – Кахций сказал, что если я выберу верно, то он меня защитит, – с трудом выдавил преданный своим лидером сикер. Венесса тепло улыбнулась, радуясь оказанному ей доверию, а потом вдруг заговорщически осклабилась: – Предлагаю Фарлиску про ванны не говорить. Сам виноват. Оранжево-серый мех на клик застыл, сидя по пояс в масле, медленно осознавая смысл сказанного фем, а потом медленно кивнул. – Ха-а… Ха.. Давай! – и рассмеялся. Впервые после посадки на эту проклятую планету, он смеялся, понимая, что возможно, все не так уж плохо, а эта маленькая и, в общем, безобидная месть, только начало.

***

Дверь, ведущая из отсека для принятия ванн к центральному корпусу, послушно закрылась на черно-серебристой фем. Венесса нажала несколько клавиш, блокируя ее магнитным замком. «Непросто ему. Отмокнет немного и пойдет обратно к карьеру тем же путем. Заодно на жилые секции поглядит, – помощница Кахция посмотрела сквозь прозрачную стену на медленно тускнеющее небо. – Рабочий день уже почти кончился». Фем крутанула между пальцев стилус, вложила его в боковые лапки планшета и пошла по поднимающемуся вверх тоннелю-мосту, глядя вниз, на работников месторождения. – Ты, должно быть, Венесса? – вдруг прозвучало совсем рядом. Колесница повернула голову. К ней навстречу, спускаясь от командного центра, двигался массивный десептикон зелено-коричневого цвета. – Здравствуйте, капитан, – Венесса чуть наклонилась вперед, приветствуя старшего по званию. – Рада встретить вас лично. – И где Кахций нашел такую кроху? – хозяин крейсера, поддев пальцем подбородок фем, поднял ее взгляд на себя. – Не страшно тебе здесь с ним? Колесница отточенным движением подняла между ней и ее собеседником толстый планшет. – Мне будет очень страшно, если сейчас же не отчитаюсь вам, – в алом визоре фем ярким бликом отразился включившийся экран. – Аккумуляторы вашего корабля полностью перезаряжены. Мы поменяли масло в левом двигателе. Топливные баки прочищены и заполнены новым горючим. Поврежденная обшивка на левом борте заменена. Фарлиск медленно поднял надбровные дуги. – Кахций не шутил, когда говорил о починке и дозаправке? – десептикон кинул подозрительный взгляд в сторону взлетной полосы. – Когда? Не помню, чтобы видел кого-то из вехиконов рядом с кораблем. – Инсектиконы выполнили работу, во время вашего общения с Сукупиром. – Эти твари?! – мех удивленно воззрился на фем. – Кахций многому их обучил, – с учтивой улыбкой ответила Венесса, умело сдерживая смех. Фарлиск еще раз смерил хрупкую десептиконшу перед собой изучающим взором. – Тебе, как ведущей учеты, должно быть жалко затраченных средств на все это. Колесница, негромко усмехнувшись, помотала головой. – Эта база существует для того, чтобы снабжать десептиконов. По начальнику не скажешь, но он тоже рад, что вы дали нам эту возможность снова, – Венесса вдруг схватилась за наушник. Радостный, бетский блеск в окулярах мгновенно пропал. – Простите, меня ждут в наблюдательном пункте. Пожалуйста, отдохните как следует перед отбытием, капитан, – черно-серебристая колесница круто развернулась, обойдя меха и быстрым шагом скрылась за поворотом. Фарлиск задумчиво посмотрел ей вслед. «Один лидер выглядит так, словно готов вцепиться мне в главную магистраль, второй держит скучающий нейтралитет, а третья светится от счастья? – алая оптика десептикона медленно проследовала в том направлении, куда смотрела фем до их встречи. – Каким образом эта база все еще стоит?! Они втроем сговорились и издеваются надо мной? Не важно. То, что нужно, мы уже получили, – танк шумно провентилировал, глядя на полностью отремонтированный корабль. – Было бы нам еще куда лететь…»

***

Кахций вышел из лифта и остановился. Бьющий сквозь прозрачную полосу под потолком утренний свет ярким прожектором выхватывал из серости входного помещения две фигуры, склонившиеся над напольной плитой, где вчера вечером была дыра. – Возня вокруг этого места когда-нибудь закончится? – проговорил паук вокалайзером, едва ли выражавшим интерес. Лонгшот, сидящий на полу, и Сукупир, стоящий в нескольких шагах от него, повернулись на вокалайзер начальника тюрьмы. – Что не так? – возмущенно хмыкнул автобот, передвигая крупный металлический пласт поверх залитого бетоном отверстия. Заметив, что фиолетовый десептикон внимательно следит за его действиями, колесник развел манипуляторами и саркастично ухмыльнулся. – Чиню дыру, Фарлиску на радость. Кахций перевел пронизывающие фиолетовые огни оптики с красно-коричневого меха на своего подчиненного. – Сукупир, не боишься, что что-то случится на месторождении в твое отсутствие? – неспешно поинтересовался паук. Темно-серый сикер перемялся на месте, избавляясь от неприятного ощущения в конечностях, оставшегося после пытки электричеством и, сложив манипуляторы на грудной пластине, ответил уверенным вопросом на вопрос: – Что может случиться там, когда главный источник проблем здесь? – Хм, – Кахций продолжил движение мимо мехов к центральному входу. «Они додумались снять верхний слой пробитой мною стены и использовать его как напольное покрытие. Смешная экономия, учитывая, сколько у нас на складе руды... Но автобот об этом не знает. Значит это целиком его инициатива?..» – Кахций остановился, еще раз посмотрев, на красно-коричневого меха, уже активирующего полученный от Сукупира сварочный аппарат. – Неплохо… Тут виски начальника тюрьмы сдавили переданные по эмпатическим каналам боль и страх. Сложенные за его спиной паучьи лапы опустились вниз, подняв своего владельца. Цокая их острыми наконечниками о гладкий пол, фиолетовый мех выскочил из командного пункта и бегом бросился через зону добычи к стене. «Что значит, двое погибли?!» Кахций остановился у взлетной полосы, левым краем примыкавшей к дуге стены, и активировал передатчик. – Вен, открой ворота! Высокие створки, вырубленные в бетонной толще, стали со скрежетом раздвигаться в стороны. Темно-фиолетовый мех шагнул в открывшуюся брешь, глядя далеко перед собой и теперь весьма отчетливо чувствуя панику, охватившую посланных им инсектиконов. Два кибержука летели к нему на максимально возможной скорости. Спустя клик, Кахций разглядел, что один из них тащит второго, отчего-то не сменившего альтформу. – Твист, сюда! – скомандовал начальник тюрьмы. Красно-белый десептикон появился из бокового крыла корпуса почти мгновенно и бегом подлетел к пауку. Спросить, в чем дело, он не успел. Два инсектикона рухнули в десятке метров от своего хозяина и, по инерции проехвашись по земле, остановились почти у его ног. Твист в ужасе распахнул окуляры. – Какого шлака?… Откуда?... – медик застыл на месте видя, как вверх по массивному манипулятору кибержука поднимается ржавая пленка. Второй инсектикон откатился от своего сородича и поднялся на ноги. Кахций коротко оглянулся на звук спешно приближающихся со спины шагов. Подбежавший к ним Лонгшот обалдело присвистнул: – Не зря ты стены из бетона поставил. – Ко… роль… – с болезненным скрежетом выдавил инсектикон, протягивая к нему меняющую на глазах цвет лапу. – Твист, ампутируй зараженную конечность, – распорядился паук. Доктор трансформировал манипулятор в резак. Крупная, звякающая ходящими от боли жвалами голова повернулась в его сторону. Десептикон вдруг с животным ужасом шарахнулся назад от поврежденного ржавчиной инсектикона. Кахций с шипением выпустил струйку воздуха между острых дентопластин. Две тонкие паучьи лапы метнулись вперед. Один коготь впился в плечо падальщика, а второй – прошил ржавую лапу насквозь. Темно-фиолетовый мех рванул мощной ногой вбок. Манипулятор инсектикона неестественно вывернулся наружу и с щелчком вырвался из сопряжения сустава. Кибержук взвыл от боли. Оборванные провода и трубки задергались внутри обрубка его плеча, рассыпая искры и капли энергона. – Лучше так, чем заживо проржаветь, верно?.. – проговорил хозяин базы, стряхнув с паучьей лапы оторванный манипулятор, и ударил жука в бок. Выпад срезал часть борюшной брони, и на землю, рядом с его оторванной конечностью со звоном упала проеденная коричневой пылью пластина. Позади раздался радостный клекот собравшегося вокруг роя. Кахций плавно опустился на одно колено, вытянув перед не сводившим с него оптики автоботом лапу, которой только что избавил жука от ржавчины. – Лонгшот, отруби. Колесник непонимающе сморгнул, его взгляд передвинулся на крайнюю секцию фиолетовой ноги паука. По темной броне, грязными пятнами начинала расползаться зараза. Красно-коричневый мех зажал клавишу унесенного им из карьера лазерного резака и с размаху ударил по лапе. Острый фиолетовой обрубок звякнул о землю. Начальник тюрьмы выпрямился и убрал укороченную конечность за спину так, словно ничего не случилось. У ворот повисло молчание. Все взгляды были прикованы к темно-фиолетовому пауку. Никто не смел двинуться с места без его команды. – Кто-нибудь, остановите уже ему энергон! – раздраженный общим оцепенением, выпалил Лонгшот, указывая на инсектикона без манипулятора работающим резаком. Автобот отключил инструмент и коснулся предплечья Кахция. – Или твой медик даже на это не способен?! – Другого у меня нет, – с безразличием сообщил ему паук. – Тогда придется мне, – учтиво заключил Фарма и остановился в шаге от пострадавшего, ожидая разрешения. Лонгшот с подозрением покосился на доктора с десептиконского крейсера, до сих пор наблюдавшего за происходящим со стороны. «Он пришел на шум?» – Кахций кивнул автоботу, заметив, что отодвинувшийся еще дальше Твист старательно не смотрит в сторону бело-синего гостя. Фарма поднял крышку продолговатого ящика аптечки, принесенной им с корабля, и извлек паяльный аппарат. «Зараженный шлак утилизировать, – приказал паук инсектиконам. – Осторожно. Судя по концентрации ржавчины, у сброшенной капсулы и ржавого пятна у главного входа один источник», – и активировал передатчик. – Венесса, после нашего возвращения заблокируй ворота. Никого не выпускать с территории базы, – фиолетовые визоры переместились на тяжело вентилирующего, но не решающегося уйти без дозволения, красно-белого десептикона. – Твист, возьми помощников, в срочном порядке проверь всех новоприбывших и работающих в шахте, а также рабочие объекты под стеной на наличие ржавчины. – Есть, – доктор едва не подскочил на месте, и быстрым шагом направился к карьеру. – Как это вообще случилось? – Лонгшот, так и не донёсший инструменты до склада, впихнул все в свой багажный отсек и, уперев манипуляторы в бока, воззрился на начальника тюрьмы. – Вы же здесь давно живете. Кахций не видел смысла, что-либо скрывать от этого импульсивного, но смышлёного автобота и так уже видевшего достаточно. – Спасательная капсула, обнаруженная нашими сканерами, оказалась вирусной бомбой. Повезло, что, взрыв кислоты такой концентрации прикончил на месте только двоих, – хозяин роя притушил оптику, прокручивая последние воспоминания убитых инсектиконов. – Внутри капсулы кто-то был. Переносчик этой ржавчины — живой организм… Если это можно назвать жизнью. – Удивительно… – колесник присел на корточки, рассматривая оторванный манипулятор инсектикона. – Но, похоже, это не автоботского манипулятора дело… Даже самый отбитый не полез бы сам в ржавчину, чтобы вот так мелко нагадить… – Лонгшот нахмурился, мысленно перебирая своих автоботских знакомых. – Командующий Симулена мог и своих макнуть, но нас сейчас слишком мало, чтобы размениваться таким образом ради небольшой диверсии. Голубая и фиолетовая оптика сошлись, в молчании изучая друг друга. – Не уж-то у меня появились толковые мехи? – с необычным для него посвистыванием прошелестел Кахций. Лонгшоту показалось, что он улыбнулся. Красно-коричневый бот беззаботно сцепил пальцы в замок и закинул манипуляторы за гладкий шлем. – Ха! Если бы ты мне свою голову отхватить предложил, у меня даже лучше бы получилось. – Этого ты не дождешься, – отсек десептикон и повернулся обратно, к карьеру. – Но, я оставлю за тобой право один раз что-нибудь у меня попросить. Взгляд начальника тюрьмы зацепился за автоботского доктора, уже заканчивающего работу над плечом инсектикона. «Фарма!» Бело-синий мех замер, опустил инструмент и медленно повернулся к Кахцию. К нему уже слишком давно не обращались по внутренней связи, когда можно было просто поговорить. Ответить пленник не мог из-за сломанного передатчика, но его собеседнику было более чем достаточно взгляда. «Ты знал, о ржавчине?» Фейслист автобота отразил испуг. Он дернул головой из стороны в сторону и с облегчением отметил, что отразившийся на фейслисте паука гнев чуть смягчился. «Твист не настолько храбр, чтобы не выполнить мой приказ моментально. Я вижу, что он боится тебя. Твое желание я услышал. Не смей больше запугивать моего медика или кого-то еще». «Он действительно понял?» – Фарма пораженно округлил голубую оптику. Крики и побои Фарлиска не казались ему настолько убедительными, как ровный, словно водная гладь, шипящий полушепот этого темно-фиолетового десептикона. – Я знаю, что попросить! – вдруг громко заявил Лонгшот. Кахций перевел оптику на окрыленного собственной идеей меха. – День активирования! У Умару скоро, – автобот закусил край топливоприемника, отведя окуляры, – Вышло нехорошо, что я подставил его тогда... – и повернулся обратно, взмахнув манипуляторами. – И-и, может дашь нам отпраздновать? Полный надежды порыв столкнулся с непроницаемым равнодушием. Паук развернулся и степенным шагом двинулся к зоне карьера, оставляя автоботов, поврежденного жука и инсектиконов, собирающийся, чтобы перенести и утилизировать ржавчину, одних. Красно-коричневый мех догнал в его в несколько прыжков. – Почему?! Твои правила этого не запрещают! – То есть, вы хотите свободный от работы вечер, с напитками и без надзирателей? – с медленной задумчивостью проговорил Кахций. – Да! – радостно улыбнулся Лонгшот. – Не будет такого, – сухо постановил начальник тюрьмы. – Я разрешу пропустить пол дня, при условии, что предыдущие три вы будете работать сверхурочно. Мои десептиконы тоже захотят отдохнуть. Наэнергониваться я никому не позволю, но по стакану на всех найдется. – Темно-фиолетовый десептикон продолжал говорить, забавляясь тем, как стремительно меняется фейслист следующего за ним автобота. – Поспрашивай. Если твои соратники согласны, – попробуем. – Идёт! – с запалом согласился колёсник. – Что это за авантюра со смертью?! – воскликнула Венесса, слышавшая их диалог, сквозь непогашенную ее начальником передачу. Фем, никогда раньше не смевшая повышать вокалайзер в присутствии Кахция, осеклась, но, не услышав ожидаемого упрека, продолжила. – Вы же знаете, что жила истощается. Мы не знаем, как долго… – Именно так, – согласился с ней хозяин базы. – Возможно, гости на боевом крейсере не помеха, а благословение Праймуса для нас, – паук окинул взглядом раскинувшееся перед ним месторождение. – Около пятнадцати гостей, три десятка инсектиконов, семь вехиконов и пятьдесят четыре автобота. – Если нам придется прыгать в неизвестность, лучше, чтобы все они сделали это разом, по моей команде.

***

– Сэр, Твист обнаружил: ржавчина пошла по креплениям ворот! – Спилите их и вставьте новые, – распорядился Кахций, не глядя на подбежавшего к нему вехикона. – Сплав берите со склада. Подножие стены обработайте составом и усильте наблюдение по периметру вокруг базы. – Есть, – десептикон бросился бегом выполнять. Лонгшот поглядел ему вслед. – Дыру ты починил хорошо, – Кахций закончил короткий диалог через передатчик с Сукупиром и опустил на автобота тяжелый взгляд. – Теперь возвращайся в карьер. Колесник поглядел на мехов, склонившихся над наростами горной породы, впереди. – Снова камни резать? – Лонгшот с досадой поджал топливоприемник. – Нет другой работы? Откровенность этого красно-коричневого бота, каким-то чудом продолжавшая балансировать на грани той черты, которую, нельзя пересекать, заставила паука внутренне рассмеяться. – Видишь гору? – он указал когтем перед собой. – Когда от нее останется треть, я подыщу тебе другую работу. – Да на это вечность уйдет! – возмутился колесник. – Хе… Ищу я быстро... – И что, меня ждет только работа и совсем никаких развлечений? – Ха-ха-ха! Какие мы смелые, – звонко усмехнулся шагающий навстречу им фиолетовый вехикон. – Начальник, Венесса передала опись материалов с четвертого сектора и отчет за сегодня, – Крен протянул планшет. Кахций принял уже включенное устройство из его манипуляторов. – Я не виноват, что десептиконы не знают, как веселиться, – пробурчал Лонгшот, отвечая на замечание сикера. Рядом с ними раздался звон оброненного резака. Умару, работавший под надзором Крена здесь же, спешно подхватил с земли и на ходу отключил инструмент. – Лонгшот, что ты творишь?! – он почти бегом подлетел к сослуживцу. – Я едва успокоил Симулена. Ты снова начинаешь. Хочешь, чтобы все закончилось как в тот раз?! В оптике красно-коричневого колесника на мгновение отразилась боль, и он тут же снова скрыл ее за маской беспечного возмущения. – Что? – он казал пальцем на изучающего отчет паука. – Если б он хотя бы знал, что такое лобинг! – Я знаю, – пугающим контрастом к звучному и громкому вокалайзеру автобота, густым полушепотом, совершенно спокойно отозвался Кахций. Умару в ужасе схватил и опустил вытянутый манипулятор автобота, едва веря, в то, что они двое еще живы. Крен, давно привыкший к флегматичности своего начальника, но впервые наблюдавший ее проявление в такой ситуации, закрыл ладонью низ фейслиста, чтобы не расхохотаться в вокалайзер. – Не-а, – более чем уверенно обрубил Лонгшот. – Знал бы – давно разрешил бы тут игр... Умару закрыл топливоприемник автобота наручем и одновременно отвесил ему другим манипулятором подзатыльник. – Пожалуйста, простите! Он… Лонгшот, бывший по комплекции куда крепче своего сослуживца, оттолкнул его от себя, не дав закончить. Кахций поднял оптику от светящегося экрана планшета на автоботов. – Не возражаю. Оба меха замерли на месте. – Правда?! – красно-коричневый бот воззрился на начальника тюрьмы еще более пораженно чем Умару и Крен. – Умару, – фиолетовые окуляры паука переместились на перепуганного колесника. – Понравились электрические колодки и хочешь, чтобы другие попробовали? Отдаю должное, не всякий осмелится начать драку прямо передо мной. – П-простите, – автобот виновато наклонил голову. Кахций повернулся к Крену и кивнул ему на автоботов. – На взлетной полосе, с другой стороны от крейсера достаточно свободного места. – вехикон жестом подозвал к себе все еще не верившего в услышанное Лонгшота. – Игроков искать тебе. Тут не много живчиков, как ты. После работы все обычно отдыхают, – Крен посмотрел на Кахция, чуть понизив громкость вокалайзера. – Я и сам бы сыграл... – Потратите чуть больше топлива, но, если это увеличит ваш КПД, я разрешаю, – без интереса проговорил Кахций, пролистывая отчетную таблицу на планшете. Крен чуть не подпрыгнул от радости. Фиолетовый сикер взял обоих колесников за наплечники и развернул к начинающемуся спуску в шахту. – Там есть яма, куда сваливают всякий шлак, – он посмотрел на Умару. – Найдешь из чего мяч сделать? – Правда?.. – главный инициатор происходящего оглянулся на оставшегося одного Кахция и обошел вехикона, возвращаясь к начальнику тюрьмы. – И пальбой не будете разгонять, если мы соберёмся? Этот странный автобот, изображающий из себя ничего не понимающего шалопая, намеренно просил у врага того, в чем был абсолютно уверен получить отказ и вызвать гнев. А сейчас, получив, именно то, что просил, а не чего ожидал, он не поверил и даже запаниковал. Такой смешной и несуразный исход заставил темно-фиолетового меха негромко прыснуть. – Ты знаешь мои правила, – с едва заметной улыбкой произнес паук. – Если это не помешает стабильной выработке ресурсов, не повредит шахте и ее работникам — вперёд. Лонгшот еще с полклика глядел в пустоту перед собой удивленными окулярами так, словно не мог понять на кого смотрит, а потом весело рассмеялся: – Ты сказал, прямо как мой бывший командующий! Кахций никогда не любил сравнений, но то, с какой искренней радостью это заявил этот забавный пленник, так и подмывало подразнить его еще немного. – А ты уверен, что я это не он? – паук чуть приподнял надбровные дуги с вопросом. – Хахах.. Это… – Лонгшот резко потерял всю веселость, чуть притушив оптику. – Это было бы здорово... Но мертвые не возвращаются. – Ты уверен в его смерти? – Кахций погасил светящийся планшет. – Может он, пересобранный, скрывается у всех на виду. – Пересобранный? – не понял красно-коричневый мех. – При желании, хорошей лаборатории и запчастях можно почти любой кусок металла вернуть к онлайн, – привычным полушепотом объяснил темно-фиолетовый десептикон. – Проживи достаточно долго и тоже не раз через такое пройдешь. Колесник перед ним нахмурился. – Сколько пересобрали тебя? – Не считал.

***

– Кахций! Что это была за суета у ворот?! Темно-фиолетовый десептикон повернулся на чуть хрипящий от сдерживаемого гнева вокалайзер, и двинулся шагом на встречу к почти бегущему к нему танку. – Почему твой медик пристает к моим мехам для какого-то сканирования?! – коричневый коготь врезался в нагрудную пластину паука. – Попытайся объяснить, – оскалился Фарлиск. – Возникла угроза заражения ржавчиной, – Кахций, ничуть не изменив своего пустого выражения, провел пальцем вверх по манипулятору капитана крейсера. Тот с отвращением отдернул руку. – Мы должны быть уверены, что никто из них не является переносчиком, – закончил начальник тюрьмы. – Не является! – сплюнул зелено-коричневый десептикон. – Не вам осматривать мой персонал. Мой медик сам прекрасно с этим справится. – Тогда я спокоен. «У этого паука вообще есть нейросеть?» – Фарлиск передернул наплечниками и развернулся к своему кораблю. – Еще одна подобная выходка, и Мегатрон не услышит о тебе и твоей шахте ничего, что позволило бы оправдать ваше существование и пользу для дела десептиконов. Танк двинулся от паука большими шагами, все ускоряя ход. Его алые окуляры пробежали по отремонтированному борту крейсера. Мех остановился у трапа, чувствуя пытливый взгляд на своем затылке. – Касательно «пользы». Могу я узнать результаты проверки? Зелено-коричневого десептикона передернуло изнутри от спокойно-пресного, ничего не выражающего вокалайзера темно-фиолетового меха. Поняв, что хозяин базы бесшумно следовал за ним до сих пор, Фарлиск провентилировал и повернулся к нему. – Что ж, я осмотрелся и, все не так уж плохо, – танк шагнул назад, поднимаясь по трапу. – Да? – Кахций двинулся за ним. – Само собой, есть над чем работать, – капитан переступил порог в салон своего корабля. – Особенно над дисциплиной. – Прекрасно, – острая лапа паука вонзилась в шпалу в полу, заблокировав ход закрывавшегося перед ним шлюза. Кахций поднялся на корабль мгновением позже Фарлиска. Длинная и колючая тень пересекла коридор, ведущий к главному мостику. Три похожих друг на друга сикера, вышедших для встречи своего капитана, замерли, при виде названного гостя. – Раз дела теперь позади, уж, пожалуйста, поделитесь новостями, – Кахций приблизился к капитану, обводя остальных десептиконов пронизывающим взором. – За все время моей службы, вы мои первые посетители, что оставались на корабле в течении всего пребывания здесь. Что же сейчас происходит на фронте, раз вы так осторожничаете? – Фронта нет, – уронил Фарлиск, понимая, что вытолкать паука из узкого помещения силой прямо сейчас будет весьма проблематично. – Обе фракции разделились и сталкиваются теперь в точечных стачках. Темно-фиолетовый мех чуть приподнял надбровные дуги. – Известно где сейчас Прайм?.. – Тебе какое дело? – с подозрением покосился на него танк. – Хочу знать, откуда держаться подальше, – тут же пояснил паук. Фарлиск рассмотрел на темном фейслисте своего нежелательного собеседника легкую полуулыбку. – Давно ты видел Лорда Мегатрона? – тем же тоном продолжил Кахций. Этот вопрос стал последней каплей для хозяина крейсера. – Пытаешься устроить мне допрос?! – выкрик эхом пробежал по длинному округлому коридору. В стену, рядом с головой паука, кувалдой впечатался массивный кулак. Почудившаяся Фарлиску улыбка исчезла с фейслиста темно-фиолетового меха. – Я воспользуюсь твоим передатчиком, – начальник базы обошел капитана. – Я не давал разрешения! – развернулся по ходу его движения танк. Один из его сикеров шагнул из подсобного помещения к вторженцу, преграждая путь к главному мостику. Паук поднял сложенные на спине лапы и, цепляясь за швы плотной настенной обшивки, прошел мимо него по вертикальной поверхности, практически перешагнув подчиненного Фарлиска. Кахций уверенным шагом поднялся через открытый шлюз на пустой мостик, огляделся и, поняв что конструкция этого типа контрольной панели ему знакома, зажал клавишу, отвечавшую за передачу сигналов. Фарлиск влетел в помещение сразу за темно-фиолетовым мехом. Негодование капитана перемешивалось со страхом начинать резню, сокращая и без того малое количество подчиненных, и желанием понять, что задумал этот странный десептикон. – Твой подручный рассказывал, что сквозь эти облака сигналам не пробиться, – зелено-коричневый мех встал рядом с пауком, который глядя на экран показателей теплового сканирования то отключал, то включал встроенный в панель передатчик. – Что ты пытаешься найти?! – танк развернул Кахция к себе за наплечник. – Я был прав, – чуть расфокусированный взгляд темно-фиолетового меха переключился на десептикона перед ним. – Запросы в главный штаб не доходят даже до атмосферы. Их глушат. Фарлиск спинным каркасом ощутил, что происходящее начинает его пугать. Сначала остаткам его команды поднесли все, что было нужно на блюде, но прямо сейчас происходило то, чего десептиконскому ветерану хотелось меньше всего. Убраться с планеты как можно скорее стало бы верным ходом, но взлетать теперь было слишком рискованно, а значит, начатое им представление придется продолжать. – Не увидишь ничего с твоей шлаковой планеты! – Фарлиск подтолкнул паука, направляя его к выходу. Тот, к удивлению, без сопротивления сам передвинулся в коридор. – Если думаешь, что мы под прицелом врага, так разберись с ним! – танк взмахнул манипуляторами, вслед направляющемуся к выходу начальнику тюрьмы. – И сделай это до моего вылета! Гнев капитана, клокочущий в его вокалайзере, нашел отражение в фиолетовых окулярах. Кахций остановился на пороге и коротко обернулся на Фарлиска. – Ты абсолютно прав. Это моя планета. Оскал острых светлых дент в полумраке заставил сикеров, провожавших темно-фиолетового меха взглядами, отшатнуться. Угловатый силуэт скрылся за дверью шлюза корабля. Кахций неспешно спустился по трапу крейсера. Скучающе-безразличный фейслист начальника тюрьмы встретился с обращенной к нему алой оптикой темно-серого меха. Сукупир приблизился к пауку и пошел в его темпе вдоль карьера. – Скажи что-нибудь… – уронил устало сикер, за годы службы научившийся различать настроения темно-фиолетового десептикона, несмотря на его низкую эмоциональность. То, что Сукупир видел сейчас, не предвещало ничего хорошего. – Враг, скинувший сюда ржавчину, хорошо осведомлен о системе работы десептиконских коммуникаций, но не об атмосфере планеты, – начал Кахций. В спокойном, глухом вокалайзере отразилась сталь. – Они не стали бы глушить сигналы врага, будучи уверенными, что нас отсюда и так никто не услышит. Я и сам почти уверен в этом, но… – Мы обязаны выяснить наверняка, – понял его мысль сикер. – Хах, похоже, тебе придется полетать. Возьми мой шаттл. Сукупир остановился на месте, пораженно глядя на своего лидера. – Это единственное, на чем можно покинуть планету. Вы уверены? – Я в тебе никогда не сомневался, а этим мало кто может похвастаться, – паук вполоборота показал ему ряд острых дентопластин. – Прихвати для компании пару вехиконов старой сборки — пригодятся. – Вы хотите, чтобы я нашел помощь?.. Это наивное предположение бывалого война разбудило в темно-фиолетовом десептиконе теплое чувство из далекого прошлого, когда такой исход и правда был возможен. – Никто не поможет, – усмехнулся Кахций. – Узнай, с чем мы имеем дело, – он поднял манипулятор, указывая когтем в затянутое облаками небо. – Я оставил на спутнике планеты несколько аккумуляторов и хороший передатчик. Оттуда сигнал дойдет. Пусть это будет наша последняя попытка найти своих. – Вас понял, – Сукупир коротко поклонился и твердым шагом спустился в карьер, на ходу включая передатчик. «Гивгрейв, Руби, ко мне!» Кахций проводил его задумчивым взглядом. Внизу, совсем рядом, раздался грохот и звон рассыпающихся металлических деталей. Кто-то коротко и негромко выругался. Паук плавно обогнул каменный нарост, скрывавший от него происходящее. Умару в компании Спуфа, Блайда и еще нескольких автоботов сидел на земле, пытаясь собрать подобие мяча для лобинга. Каждая попытка скрепить найденные винты, обрезки и прочий железный шлак воедино заканчивалась звоном деталей, рассыпающихся прямо у него в ладонях. Следящий за этим занимательным процессом Крен повернул голову в сторону шагавшего к ним колесника. – Ну что? Готово? – на ходу спросил Лонгшот и, рассмотрев содержимое манипуляторов своего сослуживца, с досадой покосился на безучастно маячивших рядом кибертронцев. – Сюда бы паяльник, – хмыкнул Умару. Красно-коричневый мех звонко приложил ладонь к выступающей части своего шлема. – Шла-ак, я только что его сдал на склад, – он сморгнул, видя, что все настороженно смотрят в другую сторону, и, повернувшись, встретился оптикой с фиолетовыми окулярами начальника тюрьмы. Кахций чуть наклонил голову на бок, рассматривая представшую перед ним компанию. К его удивлению, несколько желающих «поиграть» нашлось даже среди мехов, работающих на этом месторождении уже очень давно. Поняв, что десептикон смотрит на него, Умару медленно разжал манипуляторы, роняя то, что должно было стать мячом, и выпрямился. Темно-фиолетовый мех раскрыл когтистую ладонь. Сгусток паутины пулей вылетел из ее центра и прокатился по земле, собирая выпущенные автоботом детали. Вехикон и шестеро колесников синхронно повернулись, глядя на остановившийся в нескольких метрах от них комок грязного цвета. – Вот спасибо! – Лонгшот моментально сократил созданное расстояние и, подобрав собранный из обрезков металла и паутины шар, пару раз хлопнул по нему манипулятором. – Этим можно играть. Под испуганными и удивленным взглядами Кахций развернулся и выпустил сложенные на спине лапы. Две, гнущиеся в обратную сторону ноги поднялись от земли и сложились в брюшко. Темно-фиолетовый мех двинулся к стене. Дойдя до ее подножия, он перенес острые лапы на спайку шва между двух бетонных плит и, не останавливаясь, стал подниматься вверх по вертикальной поверхности. Видя это, Лонгшот хохотнул в вокалайзер: – Пха-хах! Он, реально, паук! – Тише, – одернул его один из старожилов базы. – Этот «паук» своими лапами и паутиной вырезал половину работников здесь, после своего прихода. – Серьезно? – красно-коричневый мех перевел вопросительный взгляд на вехикона. – Они отказались подчиняться новому лидеру, – пожал наплечниками Крен, который сам видел эту расправу. – Послушных работников и смирных пленников Кахций не трогал, а остальные — вон. – Десептикон указал большим пальцем в сторону стены, где были подвешены изрядно побитые коррозией куски эндоскелетов. Умару глубоко и шумно провентилировал. Собрав всю имеющуюся решимость в кулак, он повернулся к своему надзирателю. – Я могу с ним поговорить? – С начальником? – переспросил Крен, удивляясь смелости колесника. – Давай, – вехикон сложил манипуляторы на грудной пластине и качнул головой в сторону ближайшего настенного подъёмника.

***

Умару шагнул с платформы лифта на открытую террасу. Свистящий штормовой ветер, скрывавшийся за стеной, ударил в корпус колесника, лишая его равновесия. Автобот пригнулся и, прикрыв запястьем фейслист, разглядел смотревшего вдаль со стены паука. Его крупный корпус, держащийся так ровно, словно ветра для него не существовало, поддерживало пять впившихся в шершавую обшивку лап. Умару аккуратно шагнул на встречу монстру, который отчего-то был подозрительно снисходителен к его громкому сослуживцу. – Кахций… Сэр, можно обратиться?! Порыв воздуха заставил меха покачнулся, и снова присесть. Расслышав его сорвавшийся вокалайзер, начальник базы повернулся к автоботу. – Попробуй, – вкрадчиво предложил Кахций. Он остановился перед колесником среднего размера, заслоняя того от ветра, и сделал шаг вперед. Умару инстинктивно отступил назад, в крытую зону подъемника. – П-пожалуйста, не держите зла на Лонгшота. Знаю, он очень назойливый и… Кахций трансформировал брюшко обратно в ноги и чуть наклонился к боту. – Ты серьезно? – Простите… – колесник вздрогнул, сцепив пальцы перед собой. – Я просто не до конца понимаю… Уголок топливоприемника десептикона чуть приподнялся. – Ты и твой шумный друг — военнопленные, работаете на моей базе. Что вам еще понимать? «Что понимать? – слова начальника тюрьмы приводили Умару во все больший ужас. – Своим участием и снисхождением он оказывает услугу, за которую рано или поздно придется заплатить. Вряд ли цена будет совместима с жизнью Лонгшота. Я должен понять, чего этот паук хочет раньше». Он устремил на Кахция изучающий взгляд, с филигранной осторожностью подбирая слово за словом: – Обычно, когда Лонгшот начинал свои глупости, это всегда заканчивалось плохо, даже среди автоботов. Поведение командира в критических ситуациях многих раздражает и, я ожидал… – колесник споткнулся на полуслове и закрыл топливоприемник ладонью, в подступающей панике понимая, что сказал «командира» вслух. Кахций почувствовал, что ему хочется рассмеяться. «Этот мех боится, что я решу избавиться от его сослуживца, узнав, что он из командующего состава. Как будто положение Лонгшота не было очевидно по его привычке просить сразу за всех». Длинный коготь постучал по наплечнику автобота, возвращая его из ужасающих предположений к реальности. – Подобное Лонгшоту поведение раздражает тех, кто сам бы хотел вести себя так же, но им запретили, – проговорил темно-фиолетовый десептикон густым обволакивающим полушепотом. – А если мне что-то действительно не нравится, я избавляюсь от него моментально. Вам двоим нечего бояться. Тут шум воздушных потоков и доносящихся снизу работающих резаков перекрыл вой сирены. – Что это?! – Умару порывисто развернулся к краю стены, пытаясь найти оптикой своих сослуживцев. – Опасность с неба, – уронил Кахций. – Этот сигнал тебе и твоим друзьям лучше запомнить. Вся база разом пришла в движение. Инсектиконы и автоботы сорвались с рабочих мест вместе с оборудованием и ринулись к командному центру и входу в шахту, отработанными переходами на бегу делясь на небольшие группы. Умару почувствовал манипулятор паука на своем плече. Начальник базы плавным движением задвинул пленника обратно под навес над подъемником. По крыше застучало. – К-кислота, – понял автобот по поднимающейся прозрачной дымке от падающих на торец стены крупных капель. Осознав, от чего он только что был спасен, мех поднял на десептикона взгляд в которым мешались страх и благодарность. – Твой командир делает, что хочет, несмотря ни на что, – довольно констатировал Кахций, завершая ответ на его вопрос. – До тех пор, пока это не несёт ущерба мне и месторождению, я это уважаю.

***

– Что это за дрянь?! – Фарлиск, находившийся на момент активации тревожного сигнала ближе к командному центру, чем к кораблю, влетел под навес входа в боковое крыло. Кахций, спустивший со стены Умару и перешедший с ним в левую секцию корпуса через пещерный ход, известный лишь инсектиконам, встретил его напор непонимающего негодования привычным спокойствием. – Кислотный дождь. Давно его не было. Длинный будет. Капитан шумно втянул воздух, понимая, что, отчитывая здешнего лидера за погоду, вызовет лишь смех. Паук, уже пересчитавший автоботов и кибержуков, скрывшихся от катаклизма здесь же, чуть сдвинулся вбок, позволяя вбежать в коридор двум сикерам танка, едва поспевшим за своим лидером. Дослушав отчет от инсектиконов об успешной эвакуации, Кахций внимательно осмотрел опустевшую взлетную полосу перед десептиконским крейсером и повернулся к Фарлиску. – Чего вы ждёте? Поднимите щиты корабля. – Щитов нет, – цыкнул сквозь денты зелено-коричневый мех. – Мои соболезнования, – Кахций, внутренне усмехнулся, видя как сикеры капитана жмутся к его инсектиконам и автоботам под навесом напротив, наклонился и вытащил из углубления в стене металлическую коробку яркого цвета с двумя ручками по бокам и клавишей на крышке. – И удачи, – он протянул устройство Фарлиску. – Что это? – уже не зная, что думать, спросил десептикон. – Стационарный купол, – просто ответил начальник тюрьмы. – Что застыли? Бегите спасать свой корабль. В противном случае, когда дождь закончится… – Он что?! Не взлетит?! – перебил его капитан. – От него едва ли останется нижняя половина, – договорил паук. Гнев и раздражение на фейслисте зелено-коричневого меха на клик вытеснила паника. Он посмотрел на двух своих сикеров серийного производства. Те, догадываясь какой будет приказ, попятились назад, стараясь как можно скорее скрыться из поля зрения капитана. – П-пусть твои мехи это сделают! – выпалил Фарлиск, сканируя алой оптикой оставшихся в коридоре мехов. Два вехикона с готовностью шагнули к Кахцию и остановились, подчиняясь жесту начальника тюрьмы. – С чего бы мне рисковать своими подчиненными? – без ехидства или бахвальства спросил у танка темно-фиолетовый мех. «Поскорее бы тебе решиться. Оставшийся на корабле персонал тоже в опасности, – Кахций чуть нахмурился. – Фарма сейчас тоже там». Позади паука об пол глухо ударился самодельный мяч для лобинга. – Дайте, я сделаю! – Лонгшот, пришедший в это крыло в поисках Умару, обошел Кахция и взялся двумя манипуляторами за ручки ящика. – Ты? – одновременно уронили два десептиконских командующих, непонимающе воззрившись на колесника. – Все равно сегодня уже не поиграть! – мех с запалом дернул сложенный реактор энергетического купола на себя и сорвался с места. В полуметре от черты завершения навеса в спину автобота влетела лента паутины, и его рвануло назад. Лонгшот отлетел в точку, откуда стартовал, едва устояв на ногах, и, вскинув голову, встретил фейслист паука, через который пролегла недобрая тень. Сильный когтистый манипулятор развернул колесника по кругу, вешая на его грудную и спинную пластины бахрому из светло-серой, чуть липкой массы. – На бегу наклоняйся вперёд, – скомандовал темно-фиолетовый десептикон и жестом, напоминающим подзатыльник, опустил на шлем автобота шапку из паутины. – Марш. Лонгшот стремглав вылетел под ливень, прижимая к себе одним манипулятором короб. Кахций глубоко провентилировал, глядя на быстро удаляющуюся красно-коричневую фигурку. «И как они с Умару умудрились разминуться?..»

***

– Похоже, задержаться нам все-таки придется… – проговорил Фарлиск, глядя на побитую дождем крышу крейсера, накрытого полупрозрачным энергетическим покрывалом активированного купола. – Радуйся, у тебя теперь есть чуть больше времени разобраться с источником проблемы с ржавчиной, чем бы он ни был. – Вы абсолютно правы, – ступая по высохшим бетонным плитам впереди него, Кахций остановился у продырявленного каплями насквозь в нескольких местах трапа. Полупрозрачное полотно подняло перед ним полог от земли вверх и растворилось в пространстве, световым лучом скрывшись внутри корабля. – И… Нам снова понадобится ремонт, – нехотя произнес капитан. – Конечно. Щиты тоже установить не помешает. Я посмотрю, как лучше произвести их внедрение. Паук поднялся на борт, уже зная, в каком направлении двигаться.

***

– О, гляди, наши десептиконы, – Лонгшот, облепленный дезинфицирующей пеной, сидя на операционной плите, указал доктору на экран компьютера. На табло были выведены данные с чудом уцелевших внешних камер корабля. – «Наши»? – Фарма, щипцами снимавший с него слой за слоем залитую нейтрализующим раствором паутину, с пренебрежением скривился. – Ага, – беззаботно кивнул красно-коричневый мех. – Раз так скоро пришли, значит, эта дождевая кислота быстро испаряется на улице… Желтая оптика меха остановилась на работающем аккумуляторе, установленном им наспех прямо на полу. Из короба, полученного у Кахция, выдвинулась часть цилиндрической формы, прожектором выпускавшая вверх светлый луч, считывающий данные об окружении и регулирующий размер и плотность щита. – Слушай, а мы ведь под куполом. Может не пустим их? – воин заговорщически покосился на доктора. – Боюсь, твои мыслительные процессы необратимо повреждены, – насмешливо заявил Фарма, вложив в это язвительное замечание больше горечи, чем ожидал. – Ты забыл, что нас двое, а на корабле сейчас по меньшей мере семь верных Фарлиску десептиконов? Сам сможешь со всеми разобраться? – он бросил щипцы в ванночку для использованных инструментов. – Да даже не будь их, паук скорее собьет этот корабль, чем даст его увести. «Кахций явно окуляр положил на крейсер. Еще этот неизвестный вирус ржавчины, которая проникает вовнутрь не сразу, а открыто ползет по деталям…» – доктор вытащил чистый длинный пинцет из дезинфицирующего раствора. – Ладно. Тогда пускаем, – Лонгшот встал с плиты и повернул ручку устройства. Генератор, щелкая клапанами, сложился обратно в короб, а колесник сел обратно на плиту. «Увести корабль было бы чудно, – беззвучно провентилировал автоботский командующий. – Но отбить его у Фарлиска без помощи или согласия Кахция невозможно. А Кахций вряд ли отпустит кого бы то ни было с планеты. Ему точно, не понравится, если сюда заявятся автоботы, или еще кто. А еще неизвестно, кто в нас запустил ржавчиной…» Фарма поддел острием пинцета край паутинного слоя, потянул его в сторону и остановился, глядя в открытый дверной проем медотсека. Кахций, бесшумно приблизившийся к дери рубки, чуть наклонившись на входе, заглянул в маленькое помещение. – Вижу, вы оба в порядке, – степенно и мягко произнес паук. – Лонгшот, когда Фарма тебя отпустит, возвращайся в жилой сектор. Несколько зависший от такого обращения, бело-синий мех на автомате опустил манипулятор с пинцетом, сдернув со спины колесника разъеденный кислотой слой паутины. – Ц-ц, ай! – мех вскрикнул, хватаясь за задетую острым инструментом деталь. – Кахций, твоя паутина жжется! – возмущенно бросил красно-коричневый бот и тут же получил грубый толчок в область поясницы. Лонгшот повернулся и удивленно уставился на пихнувшего его автоботского доктора. – Без его паутины ты бы на полпути сюда расплавился! – гневно процедил Фарма, сбрасывая щипцами в котел, ведущий к топке, снятую с колесника бахрому серой массы. Тот, разительно изменившись в фейслите, перевел на уходящего темно-фиолетового десептикона донельзя удивленный взгляд. «Почему ты?.. Да кто же ты такой?!..»