Трансформеры Прайм - Иная версия

Найра переступила порог открытого отсека. Никсандер, с головой укрывшийся плащом Лейпцига, прячась от жара цитадели, смирно лежал в ее манипуляторах, почти не шевелясь. В какой-то клик фем даже засомневалась, в сознании ли ее пленник. Холод крионского тела, просачивающийся сквозь плотный мягкий материал, неприятно знобил сопряжения. Подыскав окулярами отходящий от стены уступ достаточной ширины, серебристая фем опустила пришельца на него. Поняв, что транспортировка завершена, Никс осторожно выглянул из своего кокона. Маленькая и совершено пустая серая комната, после заставленного оборудованием отсека, где он встретился с землянами и крыланом, показалась ему пугающе огромной. Найра активировала связь. – Саундвейв, приём. В отсеке F30 нужна минимальная температура, комфортная для существования кибертронца. Вытяжки зашумели, реагируя на изменение настроек климат-контроля, и выпустили по бокам отсека клубы холодного воздуха, взявшегося белой дымкой. Никсандер сел на прямоугольном уступе и остановил взгляд на серебристой фем, понимая, что на какое-то время он останется здесь. Та тоже шумно провентилировала, адаптируя системы к быстро заполняющему помещение холоду. Крион вдохнул свободнее и чуть раскрыл полы плаща, подставляя обрубок ноги прохладному потоку. Микроскопические кристаллические осколки на конце его культи начали медленное движение, перемещаясь по ране и выращивая новые частички, чтобы встроить их на место его потерянной конечности. Атака на цитадель кибертронцев, проведенная сразу после его захвата, и посланные внутрь вражеской базы бойцы, получившие приказ о его ликвидации, дали наследнику негуса ясно понять, что для дела крионов и Гелудриса он теперь никому не нужная и весьма неприятная помеха. Это открытие не стало для Никсандера ударом и не повергло в шок. Не важно, где, как и при каких обстоятельствах, но самое эффективное командирование может проводиться лидером только тогда, когда он способен относиться к заложникам, гражданским, предметам искусства и прочим неэффективным в бою единицам так, словно они уже уничтожены. Эту истину в будущего приемника власти вдолбили, как только тот научился самостоятельно ходить. Он хорошо понимал действия своего негуса, но совершенно не понимал новый жест доброй воли, захватившей его серебристой кибертронки. Ни она, ни кто-либо из тех, кого крион встретил здесь, вопреки представлениям Никса, не стремились его мучить, хотя и могли. Со своими врагами трансформеры и их союзники расправлялись без жалости, но с ним самим до сих пор обращались достойно и даже заботливо. Никсандер с удивлением заметил, что после разговора с миниатюрными органиками и крыланом, находящимся почти в том же положении, что плененный наследник, ему стало спокойнее. «Разве нельзя было договориться?.. Если я не вижу выхода сейчас, не значит, что его нет… Ты ведь хочешь закончить эту войну?..» Их искренние голоса запечатлелись в памяти пришельца, сладко маня поверить в реальность того исхода, который все они так легко представляли. Крион понятия не имел, кто такой «Оптимус Прайм», с которым ему советовали поговорить земляне, да и в статусе пленника, ему вряд ли представится возможность выбирать собеседника или что-то просить, но имя запомнил. Температура в отсеке продолжала плавно понижаться. Ощутив, насколько свободнее ему теперь дышится, Никсандер сильнее раскрыл воротник плаща, обнажая подзатянувшийся шрам на груди и поднял взгляд на Найру. Серебристая фем с глубокой обмороженной раной, пересекавшей ее наплечник наискось, глядела на криона с усталым сочувствием, мыслями находясь где-то еще и оставаясь здесь только за тем, чтобы убедиться в его жизнеспособном состоянии. – Ваши… инопланетные друзья спрашивали, зачем крионы атакуют кибертронцев, – аккуратно подбирая слова, проговорил пленник. – Они правда верят, что мы сможем договориться... – все, что с ним делали до сих пор, не совпадало ни с личным опытом наследника негуса, ни с историями о беспричинной жестокости трансформеров, которые он слышал до сих пор. За несколько орнов они спасли его как минимум трижды. – Ты тоже так думаешь? – Вы с самого начала не пожелали говорить, – серебристая фем с горькой иронией улыбнулась краем топливоприемника. – Прилетели, начали бойню на едва вернувшейся к жизни планете, против тех, кто смертельно устал от войны, – экс-генерал бессильно развела манипуляторами, наклоняясь ближе к криону. – Как видишь, я и ты друг друга вполне понимаем. Мы могли договориться, – отступив от него назад, она повернулась, открыла дверь и шагнула за порог. Взгляд Никсандера вдруг обрел жесткость. – Нет… Теми, кто начал бойню, были вы, – едва слышно прошептал он фем вслед. Хорошо расслышавшая его Найра закрыла за собой дверь и простучала по ряду кнопок на контрольной панели, полностью блокируя выход из помещения. Она хотела бы дослушать заговорившего пришельца, узнать его версию событий, если бы не звонко саднящая в правой половине корпуса боль и кричащие уведомлениями о критической разрядке аккумуляторы. Останься полупредакон в холодном отсеке еще немного, рисковала отключиться на месте. Переговоры продолжатся, но прежде, обеим сторонам следовало хоть немного прийти в себя. Тут комлинк фем принял входящий сигнал. Знакомый вокалайзер громко и не на шутку сердито ввинтился прямо в ее аудиодатчик. – Найра! Где ты?! – строго выпалил Ретчет. – В центральном секторе. Третий уровень, – с легкой растерянностью отчеканила та в ответ. – Форсаж в подсобку у пятнадцатого отсека! Быстро! – грозно скомандовал мех. – Ты вообще считала, сколько провела на холоде?! Когда главный автоботский доктор говорил в таком тоне, мог быть только один ответ. – Принято, – бросила серебристая экс-генерал. Она развернула крылья летательного ранца и, рыкнув турбиной на спине, понеслась по коридору.

***

Десептиконы ввалились в ангар первого уровня кучей, без построения. Протянув над взлетной полосой, кто сколько смог, сикеры попадали кто где и растянулись, расстилая на теплом полу дрожащие от холода крылья. Шумно ревя моторами, следом за ними влетели два крупных джета. Спустя наноклик через залу зашуршали перепончатыми крыльями догнавшие их предаконы. Замерзшие и крайне уставшие летуны с благодарностью глянули на Дредвинга, который, после того как последний вражеский звездолет был сбит, отдал приказ возвращаться в цитадель всем без исключения. Сохранявшее молчание командование, похоже, было согласно с его решением. От мысли, что, если сейчас враг выпустит еще кучку шаттлов, им придется развернуться и лететь обратно, авиаторов пробивал озноб. Громкий сигнальный гудок заставил всех, кто был на центральной трассе взлетной полосы, быстро сдвинуться в стороны. «Космос» вплыл в ангар, втягивая за собой на буксире звездолет Ультра Магнуса. Подбитый корабль, покачиваясь и скользя по обледенелому полу почти догнал своего ведущего и со скрежетом остановился поперек разметки. – Приехали! – Гринмен махнул в открытый иллюминатор двум автоботам, крепко стоявшим на трапе звездолета. Спуф, Умару и выглянувший из салона Блайд с благодарностью вскинули манипуляторы в ответ и осмотрелись. Легко найдя среди серых и фиолетовых летунов мощную фигуру темно-серого заместителя Кахция, колесники сошли на полосу. Сукупир, успевший после посадки оставшегося без двигателя корабля поучаствовать в уничтожении двух последних крионских шаттлов и поймать одного сбитого сикера, был рядом с Дредвингом. Темно-синий ветеран, крылья и закрылки которого в нескольких местах рассекли белые холодные росчерки от прошедших вскользь вражеских снарядов, тяжело вентилировал, уже подыскивая окулярами, на что бы опереться. Привычка командующего не позволяла опуститься на пол вместе с рядовыми, хотя ноги едва держали его. Огромный кибер-дракон, тяжело топая когтистыми лапами, подошел к меху, рыкнул и с глухим ударом опустился на пол. Он с урчанием вытянул уставшую от выпускания огненных снарядов шею. Ветеран привалился к высокому боку медно-коричневого зверя, придирчиво оглядывая сложенные на его спине перепончатые крылья, расцвеченные белыми промороженными навылет пятнами. Скайлинкс и Даркстил догнали своего лидера и, последовав его примеру, улеглись рядом с двумя мощными джетами. Состояние двух кибер-гарпий было еще хуже, чем Предакинга. – Нужно показать вас Твисту, – Сукупир сдвинул надбровные дуги, удобнее перехватывая перекинутого через плечо тихо вентилировавшего летуна с пробоиной в брюхе. – Он сейчас занят ранеными, которых забрала Найра, – напомнил подручному Кахция Дредвинг. Легким движением кисти он обвел и предаконов, и сикеров, и инсектиконов Кахция, влетевших в ангар последними. – Многовато на одного врача. Даже на двух. Хоть над ранением Скайлинкса в прошлый раз трудилась целая сборная медиков из обеих фракций, командующий и не думал рассчитывать на подобную удачу снова. Ни слова благодарности Магнуса, ни что-либо еще не могло заменить укоренившийся принцип джета рассчитывать только на себя и своих. Десептикон коснулся передатчика. – Саундвейв, закрой центральный шлюз. По виду темно-синего меха было ясно, что он не прочь просто остаться прямо здесь, лишь бы его ближайший цикл никто не трогал. Огромный ангар, плотно затворившийся створками шлюза от завывающего снаружи ветра, быстро наполняла атмосфера разочарования и досады. Предаконы недовольно перемялись, полностью разделяя настроение Дредвинга. Легкие и маневренные шаттлы, с которыми им пришлось биться в этот раз, были очень неприятными противниками. Если в предыдущих сражениях кибер-дракон и кибер-гарпии жги и ломали врагов почти что в свое удовольствие, то на этот раз, они не могли даже толком подобраться к ним, с трудом уклонялись от встречного огня на перепончатых крыльях. Вместе с типом крионских кораблей изменилась и боевая ситуация. Два оставшихся в строю летуна Кахция с завистью поглядели на Мейкшифта в режиме сикера, виртуозно управляющегося с любым режимом своей альтформы, Хоакса, успевшего пройти полную боевую подготовку, и вехиконов, раньше ходивших под командованием экс-генерала Найры. В бою те демонстрировали такое мастерство полетов и слаженность работы, что было неудивительно, что в итоге из них пострадал только один. В общем зачете, они имели пять серьезно раненых и одного убитого внутри цитадели кона. Судя по передачам из командного пункта, зачистка лазутчиков внутри Даркмаунта была почти завершена. Новая победа была совсем близко, но радости от этого было мало. Гринмен, Руби и Венесса сошли с «Космоса». Колесник с боевой косой остался на месте, в смешанных чувствах оглядывая уставших десептиконов. За свой онлайн он видел очень много составов и команд, сам являлся командиром, но вот этот странный набор из кибер-монстров, высокоранговых джетов и сводного сборища сикеров ему даже нравился. Услышав из их радио-переговоров, сперва о том, что Цуфар – мех из его команды, ранен, затем, что звездолет Магнуса подбит, кон из элитных войск, легко заводящий звездолеты без ключей, все-таки решил вмешаться. Сперва его сильно раздражали вехиконы-перебежчики, но, стоило признать, орны изоляции на отдаленной планете в компании с ними и автоботами все же взяли свое. Гринмен с улыбкой проводил оранжевыми окулярами изящный силуэт черно-серебряной фем. Венесса почти бегом устремилась к Сукупиру, желая справиться о его состоянии. Вехикон же шагом направился в противоположном направлении к своим сослуживцам. – Вы как? – упершись в наколенники он склонился над лежащими на полу сикерами. Крен хотел отпустить едкое замечание в адрес отсиживавшегося в цитадели летуна, но заметив его подрагивающие от усталости когти и темные следы хвата на кинжалах, покрытых ледяной изморозью в его ножнах, проглотил заготовленную колкость. – Нам бы всем прогреться… – сипло протянул Гивгрейв. Полностью согласный с этим предложением Джет толкнул Тьюса, заставляя его встать и двинуться вместе с ним к командующим. Заметившие их перемещение Стиф и Рейт тоже поднялись и быстро поравнялись с сослуживцами. Четыре сикера во главе с Джетом вместе выстроились в линию перед Дредвингом. – Командующий, мы четверо можем ассистировать докторам. Разрешите выдвинуться в медотсек? – отчеканил вехикон по уставу и протянул манипуляторы к Сукупиру, желая забрать поврежденного сикера вместе с собой. – Мы скажем, чтобы в медкрыле… – мех замолк на полуслове, слушая вклинившуюся его речь входящую передачу. Летун нервно улыбнулся под маской, моргнул и снова сфокусировал оптику на темно-синем мехе перед собой. – Доктор Нокаут только что потребовал, чтобы в медотсек поднялись мы все, без исключения. – Потребовал? – Дредвинг втянул воздух, приподнимая надбровные дуги. Состояние всех, находящихся в ангаре, за исключением раненого летуна, было не самым приятным, но приемлемым. Десептиконский ветеран давно знал красно-черного колесника, но не думал, что тот сам когда-либо возьмет себе дополнительную работу, да еще и в таком масштабе. Переглянувшись с не менее удивленным дерзостью доктора Сукупиром, Дредвинг повысил вокалайзер. – Выдвигайтесь в медотсек! – приказал он всем летунам и ткнул когтем в сторону стоящего поодаль колесника. – Гринмен, ты – тоже! Зелено-оранжевый мех повернулся к посмевшему командовать им летуну с видом столь негодующим, что никто не удивился бы, преврати кон из элиты свою косу в метательное оружие прямо сейчас. – Проверь, чтоб твои друзья прошли диагностику, – добавил темно-синий мех. Гринмен захлопнул гневно открытый топливоприемник и встретился оптикой с Венессой и Руби. Последнему перезарядка и прогрев точно бы не помешали. Сукупир, выпуская воздух, провел пальцами по лобной части своего шлема. – Венесса, пожалуйста, пригляди за всеми. Колесница с улыбкой коротко поклонилась своему старшему и летящим шагом направилась к центральному подъёмнику, жестом зовя за собой остальных. – Передвигайтесь строем, – несколько мягче, чем прежде, напутствовал их вслед Дредвинг. – При столкновении с крионом будет проще отбиться. Я и предаконы нагоним вас позже. Предакинг не двигаясь с места издал гулкий и протяжный рык, несколько напоминающий урчание довольного кота, демонстрируя, что его величество согласно с принятым десептиконом решением. Предаконам, как и всем обладателям крупных корпусов хотелось еще какое-то время просто не шевелиться, привыкая к температуре базы. Черно-серый кон спустил с плеча подбитого сикера. Рана летуна серийной сборки не столько причиняла боль, сколько не давала двигаться. Все еще пребывая в шоке от того, что его подхватили при падении и не оставили умирать снаружи, как бесполезную единицу, тот протянул манипуляторы к ловко принявшим его вехиконам. Наученные опытом в секретной лаборатории Нокаута и Найры мехи подняли пострадавшего на плечи, и все вместе двинулись за Венессой. Куп и Лайнтел вскочили с полосы первыми и вместе с Хоаксом бегом поравнялись с их группой. – Стиф, – оранжево-серый летун обратился к сознаковцу, с легкой опаской, – спасибо, что вмешался там. Если бы ты не встал во главе строя, нас бы всех там положили. – быстро и совершенно искренне проговорил летун, онлайн которого не раз больно швырял его на землю. В вокалайзере ефрейтора промелькнули горькие нотки досады. – Если бы нас готовили так же, как вас… В пылу сражения Хоакс видел, как серебристая экс-генерал уносила пострадавших из-под огня на себе. Она не только обучала свой состав, но и лично заботилась о сохранности каждого. Уставший летун с обмороженными крыльями смотрел на своих опытных сослуживцев с белой завистью. – Как оклемаемся, попрошу генерала провести вам тренировки, – будничным тоном процедил Джет и смешливо оскалился, видя, как фейслист оранжево-серого меха вытягивается от удивления. Одной из причин, по которой простой вехикон смог пережить больше двух миллионов ворн войны, была привычка решать проблемы при первой же возможности. – Мы тоже присоединимся. Думаю, она не откажет.

***

– Никого больше не видно, – настороженно процедила Рода, отступив на шаг от рухнувшего перед ней криона, и встретилась оптикой со своим капитаном. Зачистив окрестности кузницы, фем присоединилась к отряду Процептуса вместо ушедших на первый уровень десептиконов. – Похоже, тут у нас – все, – охотно согласился с автоботкой Стартар, трансформируя бластеры обратно в манипуляторы. Процептус, крайне довольный, что никто из его колесного состава не потерял боевой хватки, смахнул ладонью наледь с лезвия гладиуса, убрал его в ножны и подключился к общему каналу связи. – Процептус – командному пункту. Больше не видим врагов на втором уровне. Подтвердите. – Так точно, капитан, – чеканно отозвался Симулен. – Второй уровень полностью свободен от вторженцев. – Отряд рекеров на связи, – Сэндра прищелкнул глоссой в передатчик, видя, как Балкхед тяжелой булавой размозжил грудину криону, голову которого Уилджек только что снес длинным клинком. Это был последний вторженец из встреченного ими отряда. – Первый уровень зачищен. Подтвердите. – Подтверждаю, командир. На радарах больше нет врагов, – автоботский связист радостно повернулся к главнокомандующим. – Сэр, лазутчики на всех уровнях цитадели уничтожены! – Воздушный бой тоже завершен в нашу пользу, – проникающим под броню полушепотом проговорил Кахолонг, наблюдавший за летунами через оптику инсектиконов. Практика показала, что чтобы быть и наблюдателем, и эффективной боевой единицей, Хоаксу еще не доставало опыта. Серо-салатовый колесник вздрогнул, испуганный неожиданным появлением огромного кибер-паука. Саундвейв, заметивший его приближение за несколько отсеков, остался на месте недвижимой темно-фиолетовой тенью. Ультра Магнус, уже привыкший к бесшумному перемещению своего коллеги, кивнул, не отрывая взгляда от экранов. Исполняющий обязанности Прайма смотрел на развернутые перед ним данные о перемещениях радаров и личных сигналов каждой команды внутри цитадели и с трудом верил собственной оптике. Сине-красный бот в замешательстве повернулся к Кахолонгу, вошедшему в командный пункт пару кликов назад. – Выходит... за исключением тех шестерых, что попались тебе и Роде… всех крионов, которые пробрались на третий уровень, убрали Фарма и Старскрим?! – колесный командующий не знал, что и думать. – Высокий боевой потенциал этого доктора было трудно не заметить, – мягко констатировал белый паук. Магнус моргнул. То, что Фарма мог уничтожить более десятка противников крупнее него самого удивляло, но временного автоботского главу волновало сейчас совершенно не это. – Старскрим был безоружен… – он искренне не понимал, как едва не переплавившийся заживо, прячущийся ото всех в цитадели десептикон мог восстановить свою огневую мощь без поддержки в такие короткие сроки. – Мой кузнец установил ему новое оружие, – гулким низким тоном сообщил Кахолонг, с все большим интересом наблюдая за меняющимся фейслистом автобота. – Зачем?! – первый помощник Прайма осекся, поняв, что сорвался на крик. Он опустился на ближайшее сидение и провел ладонями по разболевшемуся шлему. – О-о, это очень-очень большая ошибка... Этот мех – безумная ходячая бомба! «А ведь кое-кто из твоих очень печется об этом коне, – разноцветные окуляры бывшего начальника тюрьмы жадно блеснули. – Вижу, второй в команде не был слишком избирателен в средствах, имея дело с тобой и твоими подчиненными. Очень хорошо, что мои планы и идеи бессмертного серебристого генерала совпадают». Паук пугающе улыбнулся, загадочно обнажая острые денты. – Я хочу подорвать то, что давно подлежит сносу. Не тревожьтесь, командующий. Вам понравится этот взрыв.

***

– Да, четверо на первый уровень. Лучше шесть. И принесите с собой сварочную установку, – скомандовал Балкхед обслуживающей команде в передатчик и повернулся к своему старому другу. – Джеки, помоги. Два рекера с трудом подняли с пола тяжелую обшивочную панель, которую ремонтники так и не донесли до зоны стройки, сдернутые на задание Процептуса, и приставными шагами понесли ее к пробоине в стене. Из темной пробоины, ставшей дверью для крионских лазутчиков, в помещение поднимался холодный прозрачный пар. Глядя на труды автоботов, Сэндра вдруг понял, что подозрительно давно не слышал ничего от десептиконских тройняшек. Вторжение врага внутрь цитадели было явно не тем событием, которое Пест, Токси и Слик стали бы пропускать, не имея альтернативы поинтереснее. Рекерский командир настроился на частоту командного пункта и активировал связь. – Сэр, вы видите на радарах трех десептиконов, что прибыли со мной? – Ответ отрицательный, – сухо констатировал Симулен. – Они скрывают свои сигналы. Сэндра оборвал связь. – Такие разборки, и они нигде не показались… – он сложил манипуляторы перед собой, задумчиво притушив оптику. – Так… Будь я тремя азартными, обожающими приключения на бампер конами, куда бы меня понесло? Полуавтоматическим движением рекер повернулся в сторону первого ангара, где стояла Немезида. В окуляры высокого колесника снова бросился пролом стене, к которому Балкхед и Уилджек уже примеряли толстую металлическую панель. – Подождите!

***

Эйрахнида двигалась по темному тоннелю подземного Даркмаунта в прогулочном темпе. Ей нравилось это всеми забытое место, но судя по следам расправы над пришельцами и отдаленным вокалайзерам впереди, оно стало намного популярнее, чем было во времена завершения боевых действий на Кибертроне. Пройдя несколько коридорных секций абсолютно бесшумно, черно-фиолетовая фем аккуратно заглянула за поворот. Три десептикона тонкой изящной конструкции, весело переговариваясь, пинками и ударами перекидывали друг другу белую, порядком помятую и подернутую трещинами голову. Топливоприемник паучихи сам собой растянулся в довольном, полном предвкушения оскале. Удобный «обед» сам пришел в ее обитель, еще и избавился от несъедобных вторженцев. Планировать свое питание зараженной охотнице теперь приходилось сильно загодя. Ее первый поход на энергонный склад оказался удивительно успешным. То, что две враждовавшие стороны действительно собрали свои энергозапасы вместе, немало удивило паучиху. Она не сомневалась, что все, кто был в цитадели, имели сверх этого еще свои личные заначки топлива, но сам факт предпринятой автоботами и десептиконами попытки делиться был для нее – вечной одиночки, более чем странным. Эффективность этой затеи подтверждала до тошноты педантичная разметка всего склада и маркировка каждого топливного контейнера. Тот, кто рассчитал на гигацикл вперед расход их самого конечного ресурса по потребностям каждого вида, находящегося на базе, был действительно невероятен. Создать подобную систему и заставить ее функционировать мог только кто-то сверхответственный, имеющий определенную власть, а значит, новые лидеры Даркмаунта уже заметили пропажу. Полученного за раз топлива Эйрахниде хватило на заметный временной отрезок. Охотнице даже удалось немного понаблюдать за цитаделью изнутри. Происходящее там было интересно. Она увидела много новых фейслистов, в особенности отметив увеличившееся количество докторов, заточенных под самые разные специальности. Слабую, промелькнувшую на периферии сознания надежду на спасение быстро заглушила возвращающаяся жажда топлива. «Нанесу еще один визит на склад. Пусть думают друг на друга и ищут вора, а я пока… – окуляры паучихи остановились на трех десептиконах, – перекушу этими. Вряд ли кто-то заметит их пропажу». Она подобралась, готовясь к прыжку, чтобы занять место на потолке, поудобнее выбрать место для атаки и осталась на месте, одернутая громким вокалайзером меха. – Токси, Пест, Слик! Вы здесь?! Вся троица тут же замерла, кто как был, с приподнятыми ногами и манипуляторами, и синхронно повернула головы в сторону звука. Жёлтолинзому кону, понадобилось для этого развернуть шею на сто восемьдесят градусов, но, в отличии от большинства кибетронцев, для которых подобный трюк был бы чреват тяжелой, если не летальной, травмой, ему это не доставило никаких неудобств. ‒ Снежинка! ‒ тоннель наполнился приветливым унисоном вокалайзеров трех черно-серых мехов. Когда десептикон с ярко-зелёной оптикой наклонился, чтобы поднять с пола голову криона, не желая расставаться со своей «игрушкой», два других ‒ в припрыжку направились навстречу автоботу, совместно принятому ими в «братья». Впереди по коридору с хрустом крошкой осыпалось обветшавшее половое покрытие. Высокий белый колесник съехал по округлой стене на ногах вниз и зажег фары, установленные на его нагрудной броне. Два световых конуса залили темный тоннель теплым искусственным светом. Эйрахнида быстро сдвинулась назад, не желая попасть под прожектора врага, и раздосадовано клацнула дентами. «Ц-ц. Этих трех мусорщиков никто б не хватился, а вот отсутствие этого – сразу заметят». По движениям, осанке и светлой, неплохо сохранившейся броне, было сразу видно, что спустившийся на минусовой уровень автобот принадлежит к командирскому составу. Свежий энергон, текущий по его магистралям сладко манил сделать выпад. Черно-фиолетовая фем отстранилась еще, усилием воли останавливая звериный порыв, и прыгнула на тонких паучьих лапах вглубь тоннеля, полностью растворившись во мраке подземелья.

***

Балкхед широко распахнул окуляры и раскрыл топливоприемник. Уилджек едва не выронил меч, которым поигрывал в ожидании у дыры. Когда командир приказал им ждать, меньше всего рекеры предполагали, что тот вернется, неся перед собой за подмышки миниатюрного черно-серого десептикона с кислотно-жёлтой оптикой. К ноге высокого колесника прицепился всеми четырьмя конечностями второй, точно такой же кон с ядовито-розовой парой линз, а следом за ними, из пролома в стене выскочил третий, с токсично-зелёными окулярами, держа дымящуюся голову крупного криона в раскаленных когтях. Белый трофей черными полосами украшали свежевыжженные ругательства на разных языках. – Ну-у… Мы еще не все там залутали! – недовольно надувшись в манипуляторах Сэндры, возмущался, широко жестикулируя, Слик, внутренне довольный, что на этот раз не только Песту достались бесплатные покатушки. – Нашли что-то интересное? – ровным вокалайзером с участием поинтересовался рекерский командующий. – Вот это пока — самое прикольное, – желтолинзый запустил длинный манипулятор в рюкзак на спине и удивительно аккуратно острыми, перепачканными грязью и странного вида жижей когтями извлек оттуда светящуюся теплом и жизнью сферу. Уилджек и Балкхед инстинктивно сделали движение к своему командиру. – Прикольное?! – Токси возмущённо отшвырнул голову пришельца в стену. Та срикошетила вбок и с грохотом покатилась по полу. – И че нам с этим делать, гений? Это ж искра! – Продать? – Пест взмахнул манипулятором, отлепив его от ноги автобота и продолжая висеть на нем, как на пальме. – Взорвать? ‒ с надеждой предложил Слик, уже мысленно прикидывая, насколько мощную взрывчатку можно собрать на основе искровой энергии. – Съесть! ‒ уже веселее предложил розоволинзый. – Ты, че, дефектный? ‒ Токси дал брату подзатыльник, и упёр манипуляторы с уже остывающими когтями в бока. ‒ Мы — не искроеды. – А жалко, ‒ с мечтательной меланхолией вставил Слик, лениво покачивая в воздухе ногами. – Да, жалко, ‒ без запинки согласился Токси. – Нет. Вообще не жалко, – Сэндра опустил Слика на пол и запустил манипулятор в свой бардачок. – Я вот, тоже кое-что интересное получил. Чуть пошарив в багажном отделении, недавно освобожденном от тумблеров погибших кораблей, белый мех разом извлек оттуда три полупрозрачных мешочка и легко встряхнул их. Тускло светящиеся изнутри спрессованные энергонные сгустки капсулообразной формы замерцали ярче сквозь тонкую материю. ‒ Вкусняшки! ‒ разноцветные окуляры тройняшек жадно блеснули. Шесть когтистых рук, почти до плеч перепачканных в неизвестной колеснику дряни, разом потянулись к сладостям, найти которые после гибели Кибертрона было столь же вероятно, сколь случайно встретить на прогулке Праймуса. Рекерский командир подцепил из занятых манипуляторов Слика искру и быстро завел ее себе за спину, пряча из поля зрения десептиконов. Мешочек сладких запасов беспрепятственно опустился в опустевшие когтистые манипуляторы желтолинзого меха, а затем и его братьев. ‒ Значит, всё-таки, продать! ‒ озвучил общую на троих мысль Пест, с восторгом принимая свою долю угощений. ‒ Это, конечно, не шаниксы, но тоже неплохо, ‒ пробормотал Слик, уже запихивая в рот сразу несколько конфет. В который раз благодаря Великую Искру за собственную удачу, Сэндра поймал двумя пальцами из оставшегося в бардачке мешочка одну конфету и тоже отправил ее себе в топливоприемник. Впечатленный представлением, недавно устроенным белым рекером на взлетной полосе Кахолонг приказал Твисту наградить актера найденными в личной каюте Фарлиска сластями. Слишком уж искренне автобот прощался с давно не существующими кораблями. Паук не понаслышке знал, какая побочка может быть у колесника с хронически низким запасом энергии и, что галлюцинации лучше всего гасятся ее равномерным восстановлением с помощью приема энергона в твердом и концентрированном виде. Еще один странный мех на базе был не слишком желанным приобретением для бывшего начальника тюрьмы. Удивление рекерского капитана было трудно описать словами, когда на пути к общим отсекам его догнал десептиконский доктор и, заметно смущаясь от собственных действий, почти в приказном порядке вручил ему мешок с энергонными конфетами для размеренного потребления. Предчувствие подсказало, что лучше сразу разделить этот подарок на несколько равных частей. «Раз уж мне это досталось от десептиконов, не думаю, что будет плохо прикормить несколько,» ‒ постановил сам для себя Сэндра, пережёвывая конфету вместе с самозабвенно лопающими сладости тройняшками. Балкхед заметил краем окуляра рядом с собой вызванных им вехиконов. Работники со сварочной установкой стояли в шаге от рекера, так же ошарашено наблюдая эту сцену и отчего-то боясь лишний раз вентилировать. – Что смотрите? Заваривайте! – зеленый мех взмахнул массивным манипулятором, указывая им на проломленную крионскими лазутчиками стену, взялся за приставленную сбоку от пробоины панель и с силой двинул ее так, что та полностью закрыла дыру. Вехиконы быстро обступили металлический пласт и активировали инструмент. – Ты нянчишься с десептиконами?! ‒ с расстановкой, делая ударение на каждое слово, Уилджек подошел к Сэндре. ‒ Вот теперь, кажется, я видел все. Что с тобой случилось?! Сварочная установка загудела, заглушая все прочие звуки вокруг. Командующий опустил оптику на дерзкого подчиненного, спрятал искру в багажный отсек и качнул головой, приглашая отойти в сторону. Такая сдержанная реакция от когда-то жесткого и весьма вспыльчивого бота еще больше заинтриговала рекерского лихача. Передвинувшись от остальных на полклика, два белых меха остановились. Высокий колесник опустил тяжелую ладонь на покатый наплечник Уилджека, отчего тот заметно напрягся. Вопреки ожиданиям рекера, второй манипулятор командира так и не коснулся гарды рапиры. – Однажды я отсек протянутый мне десептиконом манипулятор… ‒ вкрадчиво начал Сэндра, упершись пронзительным взглядом в фейслист белого меха. По оптике бойца, чуть расширившейся в удивлении, командующий убедился, что его собеседник понял, о ком именно идет речь. ‒ До того орна я никогда, ни о чем так сильно не сожалел. – высокий бот выпрямился и шумно провентилировал. – Уж что я хорошо уяснил за миллионы орн войны, ‒ он оглянулся на почти опустошивших свои мешочки серо-черных мехов, ‒ так это то, что до тех пор, пока разногласия можно решить лаской и сладостями, надо решать их лаской и сладостями. ‒ Сэндра с пугающей ловкостью вложил в ладонь белого меха две крупные энергонные конфеты, развернулся и двинулся чеканным шагом к ремонтной команде. Уилджек сглотнул вставший попрек его главной магистрали воздух, ловя себя на мысли, что теперь давно знакомый ему прославленный победами командующий стал еще более жутким и непредсказуемым. ‒ Достаточно, ‒ скомандовал Балкхед. Вехиконы оторвали раскаленную сварочную иглу шипящего от напряжения инструмента от широкого шва, соединившего толстую заплатку со стеной. ‒ Все готово, сэр, ‒ отчитался зеленый мех подошедшему к нему командиру и резко оглянулся назад, в поисках несколько отставшего от него Уилджека. Видя высокое качество спайки невооруженный окуляром, Сэндра вновь активировал передатчик. – Центр, как слышно? Крионы на подземном уровне рядом с проломом уничтожены. Дыра закрыта. Других лазов не обнаружено. Хорошо слышавший этот доклад Ультра Магнус посмотрел на Симулена. – Отчет по ситуации. Связист, сверливший оптикой локаторы и развернутую на табло карту, с готовностью отчеканил: – Изменений не было, сэр. Все вражеские шаттлы и лазутчики полностью ликвидированы. Пленный крион в отсеке F30. Сине-красный мех перевел взгляд на белого паука. Тот хранил степенное молчание, что говорило об отсутствии активности на вражеском крейсере. Заместитель Прайма глубоко провентилировал, зажал клавишу передатчика и с решимостью главнокомандующего произнес никак не желавшие выходить наружу слова: – Внимание всем кибертронцам. Все атаковавшие нас силы врага уничтожены. В этой битве мы победили.

***

– Что ты сказал? – Бамблби пораженно воззрился на Ретчета и покачнулся на месте, от только что услышанного. – Вы отправили детей за Землю?! – повторила следом за доктором Арси, полностью разделяя удивление разведчика. – Именно так я и сказал, – хмуро прохрипел Ретчет, оценивая на окуляр состояние членов «команды Прайма». Синяя фем, желто-черный мех, Смоуксрин и Клиффджампер пришли в подсобную лабораторию по вызову красно-белого меха, как только смогли. Все они знали, что названное доктором место находится совсем рядом с отсеком, где прятались дети, и ждали встречи со своими земными друзьями. Когда колесники прибыли, их окулярам предстал лишь неказистый дымящийся после применения Космический Мост. Максум, занятый отключением проводов от центрального аккумулятора и разборкой блоков питания миниатюрного Моста вместе с Шоквейвом, глянул на шокированных сознаковцев. – Не волнуйтесь. Перемещение прошло очень гладко. Они уже у себя дома. Видя, как опустились плечи двухколеницы, Клиффджампер с досадой взмахнул манипуляторами. – Обязательно было делать это сейчас?! – Да, – безапелляционно и жестко постановил Ретчет, а затем повернулся к перезарядочной плите за его спиной и лежащей на ней серебристой фем. Максум улыбнулся, краем окуляра глядя, как доктор осматривает ту, что сам срочно вызвал сюда. Рекер-медик был знаком с экс-десептиконшей давно и наблюдать, как она, появившаяся в подсобном помещении с пробоиной в плече, не позволяла Ретчету оказать ей помощь, пока сама не подлатает неглубокую рану колесника было весьма забавно. Не отрываясь от работы, подчиненный Процептуса с теплой ностальгией наблюдал, как Найра использует кольцо на своей ладони, чтобы заставить свернуться энергон внутри рваного разреза на ноге доктора, и идеально ровно запаивает прореху с помощью извлеченного из багажного отделения миниатюрного портативного сварочного аппарата. В дверях лабораторного помещения появились Балкхед и Уилджек. Опытные воины слышали часть слов своих сослуживцев еще на подходе. – Они отправились? – Балкхед встревоженно подшагнул к Арси, приобнявшему ее Клифу, Смоукскрину и Би. Синяя фем печально кивнула. Белый мех заметил в глубине отсека на медплите знакомый силуэт. – Найра, ты?.. Пока доктор водил раскаленным инструментом по ее наплечнику, прижигая очаги распространения наледи, полупредакон с улыбкой махнула целым манипулятором Уилджеку, показывая рекерам, что с ней все в порядке, и снова вслушалась во входящий сигнал своего передатчика. Сильно увеличившиеся в количестве вокалайзеры все прибывающих ботов заставили Фарму шире приоткрыть окуляры. Бело-синий мех сидел на опущенной горизонтально плите в шаге от серебристой фем, привалившись к стене с отсутствующим взглядом и кабелем перезарядки в боку. Устроенная им резня крионов, под которую до кучи попал серый десептикон, сожгла запасы аккумуляторов доктора почти в ноль. Он плавно сфокусировал оптику на автоботах, огорошенных новостью об отправлении детей. – Ничего. Это же их планета... И мой крылан за ними приглядит, – процедил медик, затем съехал вниз по стенке, растянулся в полный рост на плите и мысленно добавил, – «А вот я в ближайшее время, похоже, ни за чем не пригляжу…» Отпускать крылана ему очень не хотелось. Ретчет бросил на Фарму короткий взгляд, в котором бело-синий мех прочитал поддержку, и снова провернулся к Найре. Та все еще смотрела куда-то под потолок, слушая передачу из медкрыла. – Да, генерал. Все наши живы, – отчитывался серебристой фем Джет. – Цуфару уже оказали помощь. Теперь отогревается у аккумуляторов. – А вы? – А мы… рядом с ним. Полупредакон услышала по вокалайзеру летуна, как он растерянно улыбнулся, словно его только что поймали за отлыниванием от работы или какой-то шалостью. – Печки такие теплые и приятные… – блаженно протянул рядом Тьюс, сдавая сразу всех вехиконов со всеми шестеренками. Найра рассмеялась: – Прогрейтесь там хорошенько, и за меня тоже! Тут ее передачу перебил новый входящий сигнал. Экс-десептиконша чуть вздрогнула от его внезапности и полившегося следом за щелчком установленной связи бурного речитатива красно-черного меха. Ретчет, завершающий обработку глубокого ожога без анестезии, сурово шикнул на дернувшуюся под его инструментом фем. – Извини, – уронила та и прижала наушник ладонью. – Нокаут, я уже в медотсеке! – она быстро окинула оптикой лабораторию. – Почти… Со мной Ретчет. Не шуми так. Красно-белый мех трансформировал сварочный аппарат обратно в манипулятор и поднял со стола планшет, заполненным кривыми ее показателей. Продолжая слушать одного доктора, серебристая фем проследила за движением и приподнявшимися надбровными дугами другого и отняла пальцы от наушника. – Ну, что там? – Все… хорошо, – не скрывая удивления, Ретчет развернул планшет к полупредаконше. Обычно доктора не пугают пациентов собранными данными, но с этой кибертронкой был особый случай. – Ты почти отогрелась. Все показатели стремятся к норме. Так хорошо, что даже подозрительно. Ничего не чувствуешь? Найра отрицательно мотнула головой. После мастерской работы красно-белого бота и подзаправки она ощущала себя просто превосходно. Сине-желтые окуляры переместились с медицинских показателей на расстроенную новостями «команду Прайма», собравшуюся у входа в подсобное помещение в полном составе, за исключением Магнуса. Фем подмигнула доктору, намекая, что лучше бы он уделил внимание им. Легко понявший жест экс-десептиконши Ретчет отложил планшет обратно на стол, поднял с него экранник поменьше и повернулся к колесникам. – Рафаэль, Джек и Мико отправились на Землю, но оставили кое-что для вас, – он протянул носитель информации автоботам. Смоукскрин, оказавшийся ближе всех, быстро принял устройство, опустил его на манипуляторах так, чтобы было видно всем, активировал потушенный экран и вскинул оптику на доктора и серебристую фем, остающихся в стороне от их компании. Остальные автоботы смотрели на них с тем же безмолвным вопросом. Игнорируя чужие взгляды, Ретчет поднес заплатку подходящего размера к поврежденному наплечнику полупредаконши и снова активировал сварочный аппарат. – Все в порядке. Это же ваши напарники, – Найра широко улыбнулась, растроганная их заботой. – Мы послушаем отсюда. Посмотрите последнюю запись. Члены «команды Прайма» разом вернули свое внимание к планшету. Арси уверенным движением нажала на иконку последнего сохраненного файла. Перед автоботами развернулось окно видеозаписи с которой на них смотрели три знакомых лица. Юные земляне заговорили почти одновременно: – Балкх, Джеки! – быстрее всех выпалила Мико. – Арси, Клиф, Смоукскрин, – следом за ней перечислил Джек. – Бамблби, Найра, Ретчет, – проговорил Рафаэль на вдохе. Услышав свое имя, серебристая фем с удивлением глянула на источник звука одновременно с автоботским доктором. – Ультра Магнус, наверное, занят, но вы ему тоже передайте, – японка назидательно потрясла пальцем напротив камеры. – И когда Оптимус очнется, ему тоже покажите эту запись! – заражаясь ее задором, добавил Дарби. – Жалко, что нам пришлось уйти не попрощавшись, – Раф собрался с духом, сжимая перчатки скафандра в кулачки. – Но мы все равно вам скажем! – Мы рады, что вместе побывали на Кибертроне. И что у нас есть такие друзья как вы! Вы полностью изменили наши жизни! – Джек чуть прищурил глаза от подступающих слез. – Было круто! – Мико подпрыгнула на месте. – Когда «команда Прайма» вместе, вас никому не победить! – со строгой уверенностью заявил Рафаэль. – Вы уже одолели стольких врагов! Десептиконов, механоидов, Юникрона. – Дважды, – девочка рядом с ним вскинула кулак, едва не задев шлем скафандра Джека. – Так что даже не думайте проиграть этим крионам! – Мы верим в вас! – вторил ей подросток. – И встретимся снова, – юный гений уверенно скрестил руки на груди. – Так обещал Ретчет. Не замечая собственной широкой улыбки, Доктор прищелкнул глоссой в восхищении: – Вот хитрец! – Обязательно победите! – продолжала напутствовать рекеров Мико. – И берегите себя! – Рафаэль кивнул ей и всем смотрящим запись. – Вы самые сильные, умные, самые потрясающе друзья, какие только могут быть. – И что бы ни случилось, вы всегда будете нашими друзьями. И вы всегда можете вернуться на нашу базу, – напомнил Джек, в упор глядя сквозь экран, пространство и время, на Арси и стоящих вокруг нее мехов. – Так что разнесите там всех, и будем праздновать вместе! – японка взмахнула рукой так, словно только что взяла звучный аккорд на своей электрогитаре. В памяти слышавших ее игру кибертронцев прозвучал этот громкий и звенящий металлом звук, эхом разбегающийся по общему отсеку их земной автоботской базы. Джек обнял своих друзей за плечи, и дети прокричали в один голос: – Мы ждём вас на Земле!

***

Старскрим, устало передвигая ноги, не разбирая дороги, брел по коридору Даркмаунта. Полученные в бою мелкие царапины и следы вскользь коснувшихся брони вражеских залпов противно знобили корпус, но эта колкая боль была ничем по сравнению с обуревавшим серого меха чувством несправедливости и досады. – Угрожает мне… автоботский докторишка, – хрипло и низко протянул сикер. Его вокалайзер эхом разбежался по сторонам пустующего этажа. – Ха! А сосулька с детьми и их пернатой курицей… Да если бы не я, никто из них не выжил. Их и крионы и тот сдвинувшийся на все шестеренки доктор грохнуть могли. Я был тем, кто спас всех их! И где благодарность?! Переохлажденные двигатели отдались резкой болью в грудине и главном насосе. Серый кон пошатнулся и с глухим ударом привалился к стене. – Ох шла-ак! – внутренне жалея, что в цитадели не осталось крионов, на которых можно было бы спустить клокочущий внутри гнев, Старскрим царапнул по гладкой обшивке коридора сжимающимися в кулаки когтями. – Да только благодаря мне их всеми обожаемая Найра вернулась, еще и с трофеем. Это я показывал им путь на подземном уровне! Я отвлекал на себя командование крионов, пока она рылась в их двигателе. Меня дважды чуть не завалило оттого, что так называемое «временное командование» не устранило напавших на Даркмаунт сразу! – он резко оборвал свою тираду, поняв, что почти сорвался на крик. Где-то в моторном отсеке колким вязким комком напомнил о себе ужас, испытанный сикером без крыльев на подземном уровне крепости. – Шлаковы автоботы, шлаков паук… – Старскрим провел ладонями по перекошенному от бессильной злобы фейслисту. – Пускай половина здешних желала моей смерти, но до того, как связался с Найрой, у меня хотя бы не было перспективы быть погребенным заживо во всеми забытом подземелье! Вздрогнув всем корпусом, серый мех мотнул головой, гоня прочь страшные мысли, сдвинул перегородку багажного отсека и плавным жестом извлек оттуда две, найденные им в темных коридорах нижнего уровня, искры. Два теплых источника новой жизни, два доказательства сотворенного Великой Искрой чуда лежали в его манипуляторах и беззвучно и мерно мерцали, отливая бледно-синими и фиолетовым огоньками на подправленной броне меха и заражая само пространство вокруг всепоглощающим покоем. – Ну, вы-то двое, когда активируетесь, помните, что тот, кто спас вас оттуда – это я! – Старскрим серьезно сдвинул надбровные дуги и указал когтем на искры. – Будьте мне благодарны! – Что это? – со сдержанным удивлением вдруг прозвучало прямо за спиной сикера. Старскрим резко развернулся. Алая оптика десептикона уперлась в толстую сине-серую нагрудную броню пугающе крупного колесника. – Кто спрашивает? – серый мех вскинул подбородок, встретившись с непроницаемым светло-голубым взором, без стеснения изучающим его с него до головы. Десептикон пренебрежительно сощурил окуляры, внутренне содрогаясь крупной дрожью, не зная, сколько мог слышать внезапно возникший рядом с ним автобот. Процептус слышал все. Отпустив своих подчиненных привести себя в порядок после боя, сине-серый капитан возвращался в командный пункт, попутно разыскивая Найру. Услышав эхом донёсшийся из-за поворота страдальческий возглас, он остановился, узнавая вокалайзер того, кто был с серебристой фем на последней миссии, и двинулся на звук. Найдя источник заливистой гневной арии, колесник убедился, что является единственным зрителем и, стоя за поворотом, с интересом прослушал всю искрощипательную тираду. Он уже прикидывал, как бы помягче начать диалог с обиженным всеми десептиконом, как вдруг тот достал из своего багажника то, чего капитан совсем не ожидал. – Я надеюсь, ты не украл эти искры из хранилища, – с заметным предупреждением в вокалайзере произнес Процептус, глядя на заместителя Мегатрона сверху вниз. Старскрим приподнял одну надбровную дугу. – Знакомый вокалайзер. Ты один из прибывших командиров… – он обошел твердо вставшего не месте словно изваяние меха по кругу. – Это ты говорил с Найрой, когда мы были на подземном уровне. Процептус. – Верно, – сухо подтвердил серо-синий мех, медленно поворачивая голову следом за сикером. Видя, что автоботу его уход от темы не понравился и шутить явно превосходящий его в боевой мощи колесник не намерен, серый сикер с шипением выпустил воздух сквозь сжатые денты. Ему совершенно не хотелось отдавать свою находку, но в текущем положении это был единственный способ заработать пару очков у алозначных, не получить новых повреждений и точно сохранить свою и найденные искры в целости. «Все равно пришлось бы поместить их в инкубатор до поры до времени,» – успокоив себя этой мыслью, Старскрим развернул плечи, накидывая амплуа верховного главнокомандующего. – Отлично. Вот ты и отнеси их к остальным, – он твердым повелительным жестом вручил две светящиеся сферы колеснику, затем важно сложив манипуляторы за спиной развернулся и прогулочным шагом двинулся прочь. – Подожди, – окликнул его Процептус, заметно смягчившимся тоном. – Спасибо. Серый сикер резко встал на месте, несколько обалдев от услышанного, а затем, стряхнул с себя удивление и развернулся к боту, краешком процессора понимая, что слышал тот куда больше, чем десептикон хотел бы. – Спасибо?! – передразнивая, повторил он за капитаном, разводя манипуляторами. – Подогнал бы мне металл, чтобы починить корпус. Это было бы – спасибо! Мне твое автоботское слово – пустой звук! – с желчью выплюнул летун без крыльев. Серый мех круто развернулся на каблуках и снова двинулся по коридору. Чуть притушив окуляры, Процептус легко улыбнулся. – Подгоню. Второй раз остановленный единственным словом меха, которого встретил впервые, Старскрим медленно оглянулся, думая, что ослышался. – А? Встретившись оптикой с широко раскрытыми алыми окулярами десептикона, сине-серый мех улыбнулся шире. Он не впервые видел, как линзы самых разных теплых оттенков округляются после его слов и действий. В выражении фейслиста колесника не было победной надменности или насмешки, лишь внимание и сдержанное удовлетворение собственным верным ходом. – Приходи в главный ангар к «Космосу» через пол-орна. Я найду металл для тебя. Старскрим полностью развернулся к капитану. Серый мех и предположить не мог, получить подобное предложение от автобота. «В чем подвох?» – он прикусил глоссу, не позволив себе выпалить этот вопрос вслух, спугнув так неожиданно свалившуюся на него удачу, и вместо этого осторожно процедил: – Приду. Получив ожидаемый ответ, Процептус повернулся в направлении лаборатории и опустил взгляд на лежавшие в его ладони искры. Два светлых комочка притихли в незнакомом манипуляторе, сведя свое прежнее мерцание к едва заметному блеску. – И, да, – сине-серый мех кивнул сикеру, провожающему его настороженным взором, на найденные десептиконом новые жизни. – Думаю, они будут тебе благодарны.

***

Фарма разлепил сомкнутые окуляры. После полной перезарядки, которой не было уже давно, доктор чувствовал себя заметно лучше, однако выводить корпус из состояния покоя ему совершенно не хотелось. С заметным усилием он повернул голову в сторону кибертронцев, обступивших выдвинутый в центр подсобной лаборатории стол. Знакомые ему медики и ученые склонились над снятым с одного из трупов прямоугольным крионским устройством. Переговаривались в пол вокалайзера, звеня инструментами и с тихим стуком клавиш фиксируя полученные данные на портативный носитель, они вместе точными аккуратными движениями собирали обратно вражеский климат-контролер. Взгляд бело-синего меха остановился на резко выбивающимся из общего ряда крепком рекерском бойце. Приподняв манипулятор, Фарма ткнул пальцем в направлении подчиненного Процептуса. – Ты-то чего все еще тут? С Мостом ты хорошо помог, но генераторы и контролеры – явно не твоя специализация. Ретчет, Шоквейв и Максум коротко оглянулись на очнувшегося коллегу. Поняв, что доктор обращается к нему, красный колесник с невинным видом пожал плечами. – Люблю учиться, – озвучил он заготовленную заранее фразу, а потом чуть понизив вокалайзер, добавил, – и надеюсь, что подобное дело в будущем будет куда нужнее, чем кулаки и бластеры. – Вполне логичное заключение, учитывая текущие обстоятельства, – сухо констатировал Шоквейв. Внутренне уважая и поддерживая желание бойца-самоучки, с весьма заурядными навыками пережившего войну и спасшего не одну искру, Ретчет вернул окуляры к крионскому устройству, сконструированному под удержание минусовых значений. Теперь, когда стало трудно сражаться с врагом в небе, а температура на поверхности Кибертрона стала еще ниже, вопрос сохранения тепла встал еще более остро. Через открытую дверь в отсек бодром шагом вошел Смоукскрин с молотом Солус Прайм на плече. Видео-сообщение от Мико, Джека и Рафа здорово подняло настроение всей «команде Прайма». Пока остальные помогали Балкхеду справляться с последствиями последнего сражения и восстанавливались, сине-желтый мех был послан за подарком Праймуса. Завидев древний артефакт из другого конца отсека, Фарма все же приподнялся на локтях и сполз с плиты. Предвкушая интересное зрелище, бело-синий бот занял место поближе к рабочему столу и привалился к ребру стены. Заметив, что окуляры всех четырех мехов сосредоточены на нем, Смоукскрин выпятил грудную пластину и с важным видом констатировал: – Ну вот, я снова в тылу, помогаю важным ученым. – Стукни его, – Ретчет показал автоботу на лежащее на столе устройство. От настолько прямого подхода доктора юный колёсник чуть не споткнулся на месте. – Стукнуть? – Нужно, чтобы он работал, как грелка, – коротко внес пояснение Максум. – Понял, – Смоукскрим перехватил древко двумя руками. – Посторонись! Бот занес увесистый артефакт по дуге и с размаху грохнул им по плоскому контролеру. Залитая вспышкой света столешница чуть подскочила от удара вместе со столом, но выдержала. В месте, где лежал боевой трофей, раздалось шипение и металлические щелчки смещающихся деталей. Вверх поднялось плотное белое облачко пара, которое было тут же безжалостно развеяно коротким взмахом манипулятора десептиконского ученного. Свечение прекратилось. Смоукскрин, Ретчет, Максум, Фарма и Шоквейв склонились над преобразившимся устройством. – Получилось? – красный рекер коротко глянул на своих старших коллег. Бело-синий и красно-белый доктора почти одновременно сдвинув щитки на наручах просканировали прибор перед собой лазерными лучами. – Да. – Вполне, – выдали они один за другим, сверля оптикой строки полученных данных. Рядом раздался глухой щелчок датапада, завершившего трёхмерный анализ конструкции. Шоквейв опустил его на приборную панель, выводя полученные данные на экран компьютера. Максум занял место рядом с ученым и быстро застучал по клавишам. Ретчет поднял трапециевидное устройство, зажал одну за другой несколько клавиш и прислушался. Климат-контролер едва слышно заурчал, разгоняя роторы. Манипуляторов меха коснулось нежное тепло только что установленной им в настройках температуры. – Он работает, – тихо уронил доктор. До сих пор заряженный в Колодце Всех Искр Молот использовался для восстановления крупных объектов. В этот раз, им нужно было расширение функционала довольно мелкого устройства, и артефакт Солус в манипуляторах Смоукскрина снова справился. – Готово, – громко отчитался красный колесник, уже разделивший прибор на плоскостные панели подробного чертежа, и повернулся к остальным. – Испытать бы его снаружи, на улице. – Можно я это сделаю? – быстро отчеканил Смоукскрин. – Если контролер выдержит, останется только поставить его на поток, – Максум переглянулся с ним в предвкушении, – и тогда проблема с холодом будет решена. – Легко сказать, «поставить на поток», – хмуро осадил энтузиазм распалившихся ботов Ретчет. – Не забыли, что после сборки силового генератора для цитадели и Моста наши ресурсы весьма ограничены? – Нестабильный для транспортировки кибертронцев Космический Мост можно полностью демонтировать и переплавить, – механическим тоном постановил Шоквейв. Максум шумно втянул воздух, с жалостью глянув на менее орна назад собственноручно собранное им и десептиконским ученым устройство. – Сохранение стабильного функционирования боевых единиц при сейчас в приоритете, – фиолетово-черный мех прошелся пальцами по клавиатуре, быстро производя расчеты. – Оставшихся материалов хватит на десять образцов. Тут передатчик красного рекера ожил. Мех хлопнул ладонью по вмонтированному в шлем наушнику, внимательно вслушиваясь в передачу, а затем вскинул серьезный взгляд на Фарму и Ретчета. – Твист и Нокаут запрашивают помощь с диагностикой вернувшихся из боя летунов и строителей с работы, – Максум провентилировал, с легкой хитрецой прищурив окуляры. – Пойду. Прихвачу с собой Стартара за компанию, – он вытащил одну из карт памяти, ровным рядом вставленных в разъемы под контрольной панелью еще до начала работы, и двинулся к дверям. – Покажу им образец. Проводив уходящего бота светло-голубой оптикой, Смоукскрин потянулся за созданным им образцом климат-контролера. – Успеется, – Ретчет остановил его твердым жестом. – Ты нам еще пригодишься тут. Сине-желтый мех с удивлением воззрился на доктора. – Возможно, с помощью Молота мы могли бы сделать еще кое-что… – проговорил красно-белый бот. Верно угадав мысли своего старого друга, Фарма подступил ближе к Ретчету, странно осклабившись. – Хочешь стянуть у меня пациента? Он получил легкий толчок в наплечник и приподнял надбровные дуги, исправляя оговорку: – Пациентов? – Я хочу использовать дар Солус Прайм, чтобы восстановить Кахция и Лонгшота, – колесник оперся двумя ладонями в стол. – В их прежнем или модифицированном виде. Главное, чтобы эти два меха снова могли существовать автономно друг от друга. Смоукскрин распахнул окуляры, вспоминая клик, когда он впервые использовал силу Молота. – Умару – подчиненный Лонгшота. Он тоже хотел попросить меня об этом! – Полагаю, использование Молота напрямую на таком нестандартном объекте как Кахолонг может иметь для него фатальные последствия, – серьезно проговорил Шоквейв. – Это не так рискованно, как вы думаете, – Фарма постучал пальцем по только что созданному устройству. – Но, насколько я понял принцип работы артефакта, результат будет совсем не тем, что вы хотите. Две сосуществующих личности в одном корпусе, это не дефект, а, скорее, модификация. Стукнув его молотком, вы, вероятнее всего, просто вернете моему гештальту недостающие лапы. Бело-синий доктор действительно гордился своим творением, но, в тоже время, прекрасно понимал, что этот успешный гештальт – не венец его мастерства, а ловко изобретенный выход из фатальной ситуации. Выход профессиональный, несравненно успешный, но, при всем при этом, временный. Удачное завершение начатой им операции по спасению двух индивидов от ржавого вируса в условиях крайне ограниченных ресурсов, путем соединения и последующего разделения корпусов не просто тянуло на научный труд мирового уровня, а могло стать крупнейшим медицинским прорывом за последние сотни ворн. Фарма сложил манипуляторы за спиной и двинулся вокруг своих коллег мерным шагом. – Чтобы разделить этих двоих не нужна сила Праймуса. Моей – вполне достаточно, – без лишнего самодовольства констатировал он. – Нужны лишь подходящий корпус для Лонгшота и качественные детали для Кахция, – через фейслист доктора пролегла жесткая мрачная тень. – А еще нужно избавиться от крионов. Сейчас Кахолонг боеспособен потому, что каждый из процессоров управляет привычными ему деталями. Эти двое чутко слушают друг друга, поэтому не происходит рассинхрона. Но убери один из процессоров из этой системы, и пауку придется учиться ходить на своих костылях самостоятельно с нуля. Ему нужны запчасти его масти. В лаборатории повисло молчание. Помимо общей сложности предстоящей операции, большая часть присутствующих на базе десептиконов беспрекословно подчинялась именно Кахолонгу. Лишить обитателей цитадели одного из временных командиров, когда перемирие только-только устоялось, могло стать фатальной ошибкой для всех. – Может быть, попробовать превратить имеющиеся детали в запчасти, которые им подойдут? – Смоукскрин встретился окулярами с Фармой. – Как они выглядели до того, как стали гештальтом? Бело-синий мех запустил манипулятор в багажный отсек, извлек оттуда миниатюрную карту памяти, ставил ее в разъем компьютера и несколько раз тюкнул по клавишам, пролистывая развернувшиеся перед ним веером на табло файлы. На ромбовидном экране возникли рентгены корпусов колесника и арахно-меха, сопровождаемые длинными столбцами упорядоченных по протоколы данных. – Ты им медкарточки завел? – обдав своего принципиального коллегу крайне удивленным взором, уронил Ретчет.

***

– Не выходит… – тяжело вентилируя, Смоукскрин отступил назад от наруча и наколенника стандартной конструкции, закреплённых на верстаке. – Я не понимаю… – манипуляторы меха устало опустились. Навершие молота глухо стукнулось об пол кузницы. – Почему так?.. – колесник медленно осел на ближайший к нему стул, понурив голову. Артефакт Солус Прайм мерно светился привычным, светло-голубым светом. Сине-желтый мех точно, как раньше ясно представлял, что он хочет, заносил Молот и бил по заготовленным деталям. Но не было ни вспышки света, ни шипения, ни движения воздуха и механических деталей. Не происходило ровным счетом ничего. Фарма, в какой-то момент действительно поверивший, что идея его коллеги может сработать, с досадой фыркнул, складывая манипуляторы на груди. Ретчет коснулся согнувшейся спины ученика Альфа Триона. – То, что должно стать телом трансформера куда сложнее, чем серийный корабль или даже Космический Мост, – успокаивающе проговорил доктор. – Оно должно сосуществовать с искрой, – красно-белый мех протянул манипулятор, помогая меху встать. – Все-таки ты не Прайм… – и, чуть понизив вокалайзер, добавил. – Пока. Крамвил, стоя в стороне от неожиданно нагрянувших в его мастерскую автоботов, около цикла с интересом наблюдал за манипуляциями колесника с древним артефактом первого кузнеца и несколькими расходниками, взятыми здесь же из подсобки. Сикер был не прочь снова поглядеть на чудо-молот в деле. Видя, что их старания так ни к чему и не привели, зелено-бордовый мех по-хозяйски прошествовал мимо незваных гостей и открыл перед ними дверь. Выпроводив всех троих, он по привычке затворил вход наполовину и в полной тишине опустился в рабочее кресло перед столом, в центре которого все так же лежал крупный сверток с высококачественным, тугоплавким металлом. Он откинул мягкий край материи и, пользуясь столь редкой тишиной, погрузился в размышления. Алые окуляры мастера блуждали по гладкой поверхности сплава, как и прежде совершенно не представляя, какую именно форму захочет принять нечто столь тяжёлое и упорное. Его прежним хозяином был мех уникальной конструкции, обладавший такими показателями всех характеристик, что в сравнении с ними у трансформера средней сборки не было и шанса. Глядя на него, кузнец все больше уверялся в том, что металл перед ним не потерпит заурядного носителя. Крамвил подумал о лидерах своей фракции и поморщился. Радовать обновкой Мегатрона или Кахция десептиконский мастер совершенно не хотел. Их Лорд был и без того силен и слишком вспыльчив для подобного шедевра. Кахолонг же привык действовать скрытно, из-за кулис. Остатки щитов Шайн Армора выглядели так, словно на этом мехе держался целый мир. Для бывших членов его команды так оно и было. Зелено-бордовый сикер глубоко провентилировал, проводя ладонью по сплавленным межу собой пластам металла. Не Шайн Армор довел свои щиты до такого состояния. Они продолжали защищать его команду даже после того, как их носитель воссоединился с Великой Искрой. Кузнец по своей специальности знал многих мехов и фем, но не был знаком с кем-либо с такой же несгибаемой волей. И даже не вполне представлял, как такой кибертронец может выглядеть. Тут в коридоре у его отсека раздалась возня. Легко узнав приближающиеся тяжелые шаги с поскрипывающим цоканьем каблуков Крамвил криво улыбнулся. Он быстро поднялся из-за стола, одним порывистым движением пересек мастерскую и раскрыл дверь прямо перед подошедшим к ней серым сикером. Не здороваясь, почти не видя, что находится прямо перед ним и чуть покачиваясь от тяжелой ноши, Старскрим вошел в кузницу. Улыбка слетела с фейслиста Крамвила. Серый сикер крепко прижимал к себе четыре загораживавших ему обзор, чуть оплавленных по краям толстых пласта кибертронского металла. Громко топая, он дошел до середины отсека и со звоном опустил свое драгоценное приобретение на опущенную горизонтально плиту. Зелено-бордовый летун поравнялся с ним с легкой оторопью сканируя окулярами серый, кое-где подкрашенный синим, весьма качественный сплав. Чуть сжав пальцами край верхнего из пластов, кузнец прикинул, что подобного тугоплавкого набора хватило бы на два, а то и на три комплекта сикерских крыльев. Не зная, удивлен он больше тому, что его бескрылый знакомый и правда сам нашел металл для своего восстановления, или тому, что кон донес настолько тяжелый груз на одних манипуляторах, Крамвил, наконец, выдавил: – Нашел материал на крылья… Два ярко горящих алых окуляра острыми шпильками впились в фейслист мастера. – Проверь, есть ли в них ржавчина, бомба, маячок или еще что, – в смешанных чувствах процедил заместитель Мегатрона. Крамвил, страшно довольный тем, что сейчас в его кузнице были только они вдвоем, снова приземлился на стул, подпер кулаком подбородок и легко улыбнулся, как улыбается тот, кто и пальцем не пошевелит, пока не услышит причину такого странного запроса. – Я не понимаю, в чем подвох! – выпалил серый мех, со свистом рассекая воздух перед собой когтистыми манипуляторами. – И последнее время, это с тобой все чаще, да? – хитро предположил кузнец. По сдвинутым надбровным дугами серого летуна он понял, что попал точно в цель. Видя, что его собеседник совершенно не понимает масштаба так взволновавшей его проблемы, Старскрим сжал денты, оскалившись. – Этот металл дал мне Процептус! По своему желанию! – Автобот, близкий к званию Магнуса, – вместо ожидаемого удивления, в полвокалайзера подметил зелено-бордовый сикер. Фейслист серого меха вытянулся от удивления. «Неудивительно, что из двух зол, он выбрал довериться именно моей диагностике. А этот Процептус не прост,» – Крамвил встал и с видом эксперта снова провел когтями по подаренному десептикону материалу. – Этот металл от брони, который прошел через сильную переплавку. Возможно, тем же способом, что и твой корпус… Ну, или очень похожим. Старскрим поморщился, но порыв передернуться сдержал. Алая оптика кузнеца вспыхнула ярче. Ему понравился этот широкий жест от Процептуса. Тем более, что металл, предоставленный колесником, до этого приносившим в этот отсек лишь новые рабочие задачи, был весьма хорош. Мастер сперва предположил, что автобот снял его со своего звездолета или взял из числа трофеев, оставшихся от побежденного врага или поверженного союзника, но, разглядев приобретение бескрылого сикера поподробнее, Крамвил понял, что перед ним броня, владельца которой сожгли заживо взрывом сверх высокой температуры. Такими подробностями с и так взбудораженным летуном зелено-бордовый кон решил не делиться. – Он подойдет для изготовления крыльев. Возможно, лучше варианта ты не отыщешь, – уверенно заключил кузнец и подался вперед так, что его окуляры оказались ровно напротив оптики заместителя десептиконского лорда. – Вопрос только, примешь ли ты эту автоботскую подачку? Фейслист серого авиатора перекосило от неприязни. Оскал медленно сменился задумчивостью. – Я не знаю, что он задумал, – процедил, словно пробуя каждое слово на вкус Старскрим. – Но это не похоже на подачку… – Тогда, это награда? – с той же лёгкостью выдал новую версию Крамвил, не давая своему занятному гостю утонуть в собственных глубоких размышлениях. – Твоя безумная вылазка на вражеский крейсер прошла успешно, не так ли? – он довольно осклабился, звонко простучав когтями по поверхности принесенного металла какой-то затейливый ритм. – Ты даже помог вернуться в цитадель той, кто ему не безразличен, верно? Старскрим поежился на месте. Сикеру показалось, что кузнец, своими осведомленностью, вселенским спокойствием и вальяжным тоном вокалайзера, вдруг чем-то напомнил ему Шайн Армора. Спустя мгновение поняв смысл его слов, серый смех удивленно вскинул надбровные дуги. Десептиконскому стратегу и в голову не приходило взять в расчет личные чувства бота, в разговоре с ним ничем не выдавшего себя. Старскрим сел на плиту рядом с полученным от Процептуса металлом и сцепил острые когти в замок перед собой. Неясное представление об оказавшем ему услугу капитане начинало приобретать четкость. «Он точно знает, кто я... Предлагает смелые идеи и нестандартные планы. Близко водится с Найрой, которая имеет связи в обеих фракциях. Ему не удалось стать Магнусом. Сейчас он подчиняется Ультра Магнусу и пауку… Это, предложение союза?» – взгляд серого сикера переменился.

***

Наслаждаясь вновь воцарившейся в кузнице тишиной, Крамвил притушил оптику и в полный рост растянулся на перезарядочной плите, опустевшей после ухода Старскрима. Работы было проделано много. Сделать приличного вида гнезда для будущего монтажа недостающих крыльев в оплавившейся спине серого кона оказалось не самой простой задачей. Недовольный результатом зелено-бордовый мех дважды спиливал крепежи, выходившие слишком грубо и угловато для изящной конструкции летуна. После очередного высверливания и прорезания новых отверстий Старскрим даже начал побаиваться, не зная, оставит ли кузнец хоть что-то от его спинной брони. Крамвил думал, что хорошо понял характер и личность серого летуна, но упорствующий в своем несовершенстве внешний вид получающихся креплений говорил об обратном. Что-то неуловимо, неминуемо и безвозвратно изменилось в нем с момента их последней встречи. Что именно, мастер пока не знал, но, доверившись чутью, в третий раз перековал и приварил основу для будущих крыльев. Результат устроил обоих десептиконов. Прикрыв обнаженные участки серой спины тонкими пластинами, Крамвил отпустил своего гостя дожидаться, когда его новые детали приживутся как следует. Напутствовав, чтобы тот не слишком увлекался дерганьем коротких крепежей, кузнец проводил Старскрима и, довольный проделанной работой, наконец, решил и себе предоставить заслуженный отдых. Тут прикрытая дверь мастерской с громким шорохом распахнулась. – Крамвил! У меня есть идея! ‒ в порывистом восторге прогремело у входа. Окуляры красно-черного меха горели увлеченным блеском. Уставший после работы в мед отсеке, но чем-то крайне воодушевленный и взбудораженный Нокаут почти в припрыжку прошел через отсек и с громким хлопком положил на стол перед кузнецом карту памяти, что недавно получил от Максума. Зелено-бордовый сикер медленно повернулся на бок, подперев светлую щеку кулаком, смерил колесника изучающим взором и приподнял надбровные дуги. – Она мне не понравится? – Ни капли! ‒ ни на мгновение не задумываясь, широко улыбнулся десептиконский доктор.

***

В сдержанном освещении лабораторного отсека высокий стеллаж инкубатора сиял приятными теплыми лучами длинных, установленных внутри него ламп. Сэндра и Процептус вошли в помещение где в тишине и безопасности хранилось новое поколение кибертронцев почти одновременно. Автоботы коротко переглянулись и не сговариваясь застыли, зачарованно глядя на ряды ячеек, почти в каждой из которых теплилась новая жизнь, подаренная им Праймусом после возрождения планеты. Ни один из командующих не видел момент искрения, но здешние могли рассказывать об этом и предшествующим ему событиях циклами. Каждый особенно выделял и подмечал что-то свое. Впрочем, мало кто мог остаться равнодушным, даже просто смотря на инкубатор с новыми мехами и фем, которые однажды наполнят эту цитадель и другие места частым топаньем коротких ножек и бетскими вокалайзерами. Автоботский капитан и рекерский командир еще помнили довоенное время. Оба могли с теплотой на искре представить, как это будет. Белый мех аккуратно извлек из багажного отсека нежный комочек света и поднял его на ладони, решая, в какую из нескольких пустующих ячеек его лучше опустить. – Ты нашел искру? – мягким вкрадчивым тоном Процептус нарушил затянувшееся молчание. – На подземном уровне ее нашли мои… – Сэндра прервался, не зная, как лучше назвать мехов нестандартной конструкции, недавно радостно окрестивших его своим «братом». – Тройняшки, с которыми я прибыл сюда. – окуляры рекера инстинктивно опустились к манипуляторам сине-серого колёсника, в которых с приветливой радостью ярко вспыхнули две только что вытащенные им из бардачка искры. – А ты где нашел? – Их нашел Старскрим во время экспедиции с Найрой, – легко поделился капитан. – Полагаю, что тоже в подземелье. – И у тебя десептикон… ‒ в смешанных чувствах констатировал белый мех. Колесники уложили трех будущих кибертронцев в ячейки неподалеку друг от друга на предпоследнем ряду инкубатора. Довольные получившимся соседством, сферы жизни ответили заразительно веселым мерцанием. Эта реакция искр отразилась в фейслисте рекерского командира тенью хорошо скрываемого внутри страха. Примерно представляя, что за мысли сейчас тревожат его сослуживца, Процептус с иронией приподнял надбровные дуги. ‒ Как думаешь, совет бы сейчас признал нас предателями, за сотрудничество с врагом? ‒ Мне все это тоже не слишком нравится, – чуть нахмурился белый колесник. Перед вторичным зрением автобота калейдоскопом заиграли картины прожитых им сражений, поражений и побед. – Но полагаю, мы оба выжили потому, что одним из наших принципов стала гибкость. ‒ А совет – не выжил, ‒ прямолинейно и жестко подвел итог сине-серый мех. Капитан и командир со странным злорадством усмехнулись. Сэндра поднял окуляры на светящиеся перед ними ряды новых искр, упирая освободившиеся манипуляторы в бока. – Боюсь, битва, которая ждет Кибертрон после победы над крионами будет труднее, чем все, что мы видели на этой войне. – Весьма вероятно… – согласно уронил Процептус. Командующие очень хорошо понимали: в глобальном масштабе, крионы, несмотря на все трудности и жертвы, были удачей для только что заключивших перемирие трансформеров. У абсолютного большинства дотянувших до конца войны кибертронцев в самой прошивке нейросети была выжжена привычка к опасности и риску. Каждый, кто смог пережить последние четыре миллиона ворн, адаптировался и к потерям, и к постоянной опасности, и к жестокости, и к самой войне. Им всем жизненно необходимо подвергать свою жизнь серьезному риску. Иной, тихий и ровный темп существования в безопасности будет казаться им едва ли выносимой пыткой. Чтобы снова почувствовать старый азарт, они пойдут на что угодно. Для вспышки нового противостояния подойдет любой, самый незначительных повод. И лидерам, не слишком отличавшихся в плане проф деформации от своих подчиненных, придется решать эту проблему. – Будет сложно, – сине-серый бот полностью повернулся к Сэндре и с легкомысленной улыбкой добавил, – но не слишком. – он протянул манипулятор белому меху, сумевшему привести домой на Кибертрон и своих, и чужих. – Уверен, с такими союзниками, у нас есть шансы. Высокий рекер, давно мечтавший и едва ли надевшийся услышать именно эти слова, с удивленной благодарностью смотрел на автобота перед собой. Тот глядел открыто с блеском в окулярах настолько живым и ярким, что казалось и не попадал под каток войны, однажды уничтожившей все. Командир знал – этот несостоявшийся Магнус попадал побольше многих. Несмотря на это, Процептус говорил с такой устойчивой и подкупающей уверенностью, что не поверить в это желанное, представляемое им будущее было просто невозможно. Сэндра с радостью принял вновь предложенную ему сине-серым колесником руку, и они крепко пожали манипуляторы друг друга.