Just Like Heaven

Внезапная страсть, как и внезапный паралич, часто поражает лишь одну сторону. (Хелен Роуленд)

Гермиона плохо спала ночью, чему совсем не удивилась: вечер с Северусом отличался от остальных. Это был наиболее искренний и одновременно самый загадочный из всех проведённых вместе вечеров. Приближающийся конец эксперимента заставил Гермиону ворочаться с боку на бок, а фантазии о том, чем Снейп мог бы отплатить ей за спасение, вызывали дрожь во всем теле. Он способен ее удивить – так он сказал. Как же девушка этого ждала! Ни один мужчина не стремился делать ей сюрпризы. Все почему-то думали, что она любит предсказуемость, подготовленность ко всему. Но разве можно быть действительно покоренной и осчастливленной, когда заранее знаешь о тех приятностях, которые собирается сделать небезразличный тебе мужчина? – Стоп-стоп-стоп, – пробормотала Гермиона. – С каких пор мы называем профессора небезразличным нам мужчиной и перекладываем его отвлеченные фразы на романтический лад? Она, тяжело вздохнув, приподнялась в постели и бросила взгляд на часы. Время близилось к шести, солнце еще не думало просыпаться, но продолжать вертеться, сбивая в кучу простыни, Грейнджер не собиралась. Она потерла покрасневшие от бессонницы глаза и вылезла из-под одеяла. Утренний воздух принял ее тело недружелюбно: по ногам тут же побежали неприятные мурашки. Гермиона влезла в тапочки и накинула халат, безрезультатно пытаясь согреться. Щелчок пальцев – и дверь в ванную приветливо распахнулась, приглашая молодую колдунью внутрь. Девушка зажгла свет и начала набирать ванну. Она давненько не лежала в теплой пене, предпочитая принимать быстрый душ перед побегом в библиотеку. А ведь мисс Грейнджер любила погреться в горячей, приятно пахнущей воде, полной белоснежных, поочередно лопающихся пузырьков! На пол упал тонкий поясок, за ним последовал и халат. Сверху приземлились зеленые кружевные трусики – Гермиона игриво улыбнулась, подумав, какой была бы реакция профессора, узнай он, что принцесса Гриффиндора предпочитает белье в цветах его факультета. Она медленно опустилась в теплую воду. Прижавшись лопатками к прохладному бортику, девушка вздрогнула и слегка сдвинулась. Уже успевшая окунуться в тепло грудь, встретившись с небольшим сквозняком над поверхностью воды, напряглась, демонстрируя миру моментально возбудившиеся соски. Из головы все не шел Снейп. Видит Мерлин, Гермиона хотела расслабиться в ванне с маслами и пеной, но противный зельевар со своими двусмысленными обещаниями слишком плотно засел в мыслях! Некстати вспомнилось, как он без спроса появился в ее покоях, разбудил, повел за собой... Что бы она сделала, появись Северус перед ней сейчас? Как бы он отреагировал, если вместо того, чтобы прикрыться и испуганно закричать, мисс Грейнджер еще раз приподнялась бы над пышной пеной, привлекая взгляд черных глаз к небольшой груди, на мягкой коже которой один за другим лопались бы задорные мыльные пузырьки? Гермиона бы провела пальцами вдоль шеи, спускаясь ниже и поглаживая себя; кокетливо спрашивая: «Ну как вам, сэр? О чем вы думаете сейчас?» «Классные сиськи», – прозвучал в ее голове глубокий тембр Северуса. Девушка потрясла головой: эта фраза совсем не подходила образу зельевара. Такие слова говорил Рональд задыхающимся от возбуждения голосом, когда она впервые сняла перед ним футболку. Только Уизли ей не хватало! Гермиона крепко зажмурилась, выгоняя из мыслей бывшего парня и возвращаясь к Северусу. Она решила, что подобная встреча с коллегой уж точно помогла бы ей расслабиться, поэтому продолжила выдумывать свой личный спектакль. Она буквально видела, как брюнет подходит к ванне, не отводя взгляда от набухших розовых сосков Грейнджер. «О чем я думаю? О том, что наше зелье должно настаиваться еще тринадцать часов...» Гермиона уже хотела поругать саму себя за очередную глупость, когда воображаемый профессор продолжил: «... и это значит, что я могу ласкать вашу прелестную грудь, не боясь, что котел взорвется к чертям собачьим». Ругательства из уст Снейпа были настолько прекрасны, что ведьма прерывисто задышала и наконец скользнула рукой между бедер. Клитор пульсировал, моля о разрядке, и Гермиона не могла и не хотела останавливаться. Однако остывающая вода ей мешала, поэтому, на мгновение приоткрывая глаза, Гермиона осторожно приподнялась со своего места и тут же опустилась на широкий бортик. Расставив ноги по краям ванны и держась одной рукой за стену, она продолжила прикасаться к себе. «Не очень удобно, но очень эротично», – заметил Снейп в ее голове. Ничего не ответив, Грейнджер издала горловой стон и активнее задвигала бедрами. Мир вокруг нее исчез. Оставался только Северус с голодным, горящим от страсти взглядом, прохладные пальцы на влажной коже и жесткий бортик ванны, впивающийся в ягодицы. Секунды удовольствия быстро сменились чувством стыда. Северус, как живой, стоял перед глазами Гермионы и недовольно на нее смотрел. От выражения страсти на его угрюмом лице не осталось и следа. Девушке даже сначала показалось, что профессор и правда заглянул на огонек, но, прикрыв веки, она смогла объяснить себе, что в здравом уме мужчина никогда бы так не поступил. Она была в ванной одна, и Снейп никогда не узнал бы ее маленький секрет. Но неловкость все равно оставалась, словно ее выдумка могла бы над ней насмехаться. – Ну нравитесь вы мне, и что? Не могу с собой поделать ничего, ну не мешаю же я вам, профессор! К тому же, у меня давно не было мужчины. Не смотрите на меня осуждающим взглядом, вас здесь даже нет, а значит, ничего ужасного я вам не сделала! Из крана упала запоздалая капелька, громко булькнув по водной глади. Расслабленная, но и разозленная на саму себя и выдуманного Снейпа Гермиона опустилась в ванну и поежилась от холода. От лопающихся пузырьков не осталось и следа. Девушка со вздохом спустила воду и перебралась в душ, чтобы ополоснуться.

***

Школьные коридоры встретили мисс Грейнджер тишиной, прерываемой лишь шептаниями портретов. Дамы в нарядных платьях и господа в начищенных доспехах бодрствовали, несмотря на ранний час. До общего подъема еще было немного времени, и Гермиона решила прогуляться до совятни. Ее волновал один вопрос, с которым девушка не готова была разбираться сама. Совы и филины ещё дремали на жердочках, когда Гермиона тихонько пробралась к окну, расчистила от перьев и мышиных хвостов деревянный подоконник и расправила на нем лист пергамента. «Дорогая Джинни», – вывела она модной перьевой ручкой, которую ей подарила на прошлое Рождество рыжая колдунья. – «Если я не спрошу сейчас, я не спрошу никогда. Как ты поняла, что и правда влюблена в Гарри? Я хочу сказать, он просто стал тебе близким и дорогим или ты сначала испытала влечение? Мне интересно, как ты думаешь, если один человек испытывает сильное влечение к другому, не думая о серьезности своих намерений, это нормально? Разумеется, спрашиваю из интереса, чисто гипотетически. С любовью, Гермиона». Девушка быстро, чтобы не передумать, убрала письмо в конверт и, растолкав ближайшую сову, отправила ее на Гриммо. Взъерошенная птица была явно недовольна, но Гермиона только удовлетворенно потерла ладони и, услышав бой часов, приглашающих всех к завтраку, направилась к выходу из совятни. За обеденным столом уже сидела Агнесс. Она уплетала омлет с крайне счастливым видом. – Доброе утро. Тебя так обрадовали яйца с молоком? – Утро! – улыбнулась Агнесс. – Это тоже, но поздно вечером муж все-таки надумал прислать мне подписанное прошение о расторжении брака! Я полночи не спала, а к утру так проголодалась, что чуть ли не летела на завтрак! – Понимаю вашу радость, но бессонница может быть вызвана и вашей беременностью, – заявила подошедшая к столу мадам Помфри. – Загляните ко мне после занятий, я могу провести диагностику и порекомендовать мягкое зелье для хорошего сна. Кстати, на вашем месте я бы не налегала на чай. Агнесс, наливающая уже третью чашку горячего напитка, в ту же минуту отставила от себя заварник и поблагодарила медсестру. – И правда, туалет далековат от класса по Защите, – шепнула она Гермионе. Молодая учительница хихикнула в ответ. Большой зал потихоньку заполнялся учениками и учителями. Справа от себя Гермиона почувствовала движение. Она удивилась: сидящая рядом с ней профессор МакГонагалл обычно проходила к столу незаметно, по-кошачьи; сидела чуть отстраненно, создавая на своем участке простор. Стул, до этого незамеченный мисс Грейнджер, отодвинулся всего в десятке сантиметров от нее, и девушка услышала аромат мужского парфюма. – Доброе утро, – пробасил отдаленно знакомый голос. Гермиона обернулась на звук и увидела улыбающееся лицо Оливера Вуда. Молодой мужчина был облачен в строгую синюю мантию, из-под нее показался белоснежный воротник рубашки. Сложно было поверить, что такого аккуратного и ухоженного мужчину пригласили вести уроки полетов: квиддич всегда ассоциировался у Гермионы с потом, грязью и ссадинами. Однако замены на другие предметы пока не требовалось, а мистер Вуд некогда был капитаном сборной Гриффиндора по квиддичу. – Оливер! Приятно тебя видеть, – радушно поприветствовала она нового коллегу. Они мало общались в школе: Грейнджер мало интересовал спорт, а Вуд был слишком взлелеян толпами окруживших его поклонниц, чтобы обращать внимание на невзрачную подружку Поттера. Они иногда пересекались на праздничных вечерах или в библиотеке, но разговаривали от силы пару раз. Несмотря на это, Гермиона действительно была рада видеть Оливера среди учителей Хогвартса, потому что считала его хорошим парнем и профессионалом в своем деле. – Благодарю! Я тоже рад видеть, что в Хогвартсе есть молодые, знакомые мне учителя, – подмигнул гриффиндорец. Гермиона засмеялась и потянулась за кофе. Ее новый сосед отвернулся и помахал рукой студентам, услышав, как Дамблдор представляет его Хогвартсу. Завтрак близился к концу, и Гермиона, пожелав Агнесс хорошего дня, уже собиралась уходить, когда все та же взъерошенная сова влетела в зал и бросила в лицо девушке измятый конверт. «Обиделась все-таки», – ухмыльнулась Грейнджер. Открывать ответ Джинни у всех на глазах она не хотела, да и побаивалась узнать вердикт подруги. Только добравшись до пустого класса зелий – в холодное время года студенты не торопились спускаться в подземелья, – Гермиона наконец распечатала конверт и стала разбирать каракули миссис Поттер. «Гермиона! Вот только не надо мне сказки рассказывать, неужели ты кого-то нашла? Нет, мне, конечно, интересно, кто он, но из тебя же клещами не вытянуть... Поэтому скажу так: да, черт возьми! Это нормально – хотеть кого-то, особенно в твоём возрасте, дорогуша. Если это перерастет в нечто большее, будет отлично. Если ты просто получишь пару приятных ночей и разойдешься с объектом своего вожделения, Гермиона, это тоже будет неплохо! Так что дерзай! Увидимся, Джинни» Поджав губы, Гермиона подумала о том, чтобы попросить у Северуса уроки скрытности и загадочности. Потом она решила, что лучше Снейпа ни о чем не просить, и убрала письмо, чтобы начинающие входить в класс ученики не вычитали из него пару занимательных строчек.