Рыжий бармен

Дальше Ичиро лишь слышал от слов своего дяди, как Рико кардинально поменялся. От счастливого и любимого мальчика не осталось и следа. Младший брат превратился в жестокого юношу, который требовал внимание, любви и признания. Он хотел восполнить ту пустоту, что осталась у него после смерти матери. Поэтому он был так жесток и, к сожалению, Рико останется таким и дальше. Ичиро не мог представить, что делать с младшим братом в будущем, если он продолжит вытворять подобное дерьмо. В глубине души ему хотелось вернуть те времена, но он прекрасно осознавал, что это невозможно. И когда-нибудь придётся наведаться к младшему брату с дядей, чтобы поставить точку в отношениях. Натаниэль же внимательно слушал, не перебивал Ичиро и лишь изредка уходил в кухню за стаканом воды, чтобы Морияма смог хоть немного успокоиться. Веснински переваривал всю эту информацию и думал о том, что теперь Ичиро стал куда ближе для него, чем пару дней назад. Он видел, кем является его друг и как ему пришлось пережить ужасные вещи, мечтая лишь об одном, о нормальном детстве и счастливой семье. Возможно, именно поэтому его тянуло к семье Веснински, поэтому он по-настоящему счастлив, ведь он стал частью этой небольшой семейки. - Мне необходимо все обдумать. - Долгую и неловкую тишину прервал Нат, - Я не говорю, что наша дружба окончена, просто ты открыл мне свою душу и теперь выглядишь совершенно по-другому в моих глазах. Но наши отношения, как мне кажется, стали только крепче. Просто мне необходимо время, чтобы переварить всю информацию и понять, говорить ли об этом близнецам или нет. Ичиро не мог ничего ответить. Болезненный ком застрял у него в горле, но чужая рука слегка сжала его ладонь. На него смотрели такие родные, любимые глаза цвета утреннего неба. Смотря на них можно было понять, что настал новый день, вчерашнее не забыто, но оно не столь и важно, когда ты наслаждаешься настоящим. Они просидели так около получаса, но для них прошла лишь минута. Пора было идти в свой дом, наполненный кипой бумаг и решать дела семьи Морияма. Напоследок они обнялись, быстро, иначе это могло бы затянуться на долгие минуты. Нат закрыл за собой дверь и сразу же осознал, он один со своими мыслями. Хотелось забыться в чьём-либо голосе, лишь бы не слышать свой, внутренний зов, приказывающий выбежать на улицу и кричать так громко, чтобы все услышали. - Хэй, Рыжик, что я говорил про время? - Веснински услышал знакомый голос в телефоне. Он не помнил и не осознавал, как взял телефон и уже минуту удерживал кнопку вызова. - Прости, - тихо прошептал Натаниэль, и пытаясь совладать со своими окаменевшими от нервов и волнения пальцами нажать завершение вызова. - Раз уже позвонил, то хотя бы расскажи обо всём на свете и нассы в мои уши ненужными беседами, как ты это делаешь каждый божий день. - Натаниэль остолбенел. Он не мог себе вообразить, как Миньярд, сидя в гостиной среди своих родственников, будет произносить нечто подобное. Взвесив все "за" и "против", он решил прислушаться к словам Эндрю. И спустя минуту он вылил все свои переживания, сомнения и незначительные проблемы Миньярду, не упоминая имени и рода деятельности своего друга. Парень, казалось, внимательно слушал Веснински, хотя таблетки давали о себе знать. Иногда его внимание отвлекалось на незначительные шорохи и ругань соседей, но суть мыслей Нила он смог уловить. Рыжик, иногда путался и говорил то, что уже было произнесено им несколько минут назад, но Эндрю был не против вновь переслушивать одну и ту же часть истории. Ему, в глубине души, невъебенно нравился тембр голоса Нила. И даже если бы Джостен рассказывал лекцию по ядерной или квантовой физике, то Эндрю бы с таким же интересом слушал. Иногда он задавал вопросы во время истории Нила, но иногда он задумывался, как же рыжик смог подружиться с кем-то, кто утаивал от него важную составляющей своей жизни, однако Джостен уклонялся от расспросов о начале дружбы, явно не желая копаться в более глубоком и старом дерьме. В мыслях Миньярд сделал заметку, выяснить кто этот человек. Как только бурная история закончилась, то разом все звуки исчезли. Осталась лишь тишина и дыхание двух парней. Каждый выдох чувствовался, как нечто близкое, родное. Никто из них не желал выключать телефон, но они и не знали о чём болтать. Точнее Нил бы говорил, а Эндрю курил и внимательно слушал бы. Им пока хватала мысль друг о друге и телефоны, связывающие их каждый вечер. Возможно, кто-то из них уже жаждет нечто большего. -Эндрю, пошевеливайся. Нам пора на тренировку. - Буркнул Кевин. - Ладно, Рыжик, ещё увидимся. - Пока, Эндрю.