Из рук в руки

— Почем тебе знать вообще, что такое любовь, — произнесла она таким до ужаса отстранённым тоном, но сердце — чёртово, ещё живое сердце — резануло настолько, что я на секунду забыл, как дышать. Эх, знала бы ты, глупая Селия, насколько основательно можно углубить свои познания в этой сфере за почти две тысячи лет. Тебе и не снилось такое. И не приведи… узнать об этом. В сознание мягко проникли её осторожные слова: что-то о том, как ей не пришёлся по душе Ад, спрашивала, почему я до сих пор здесь. Но я никак всё не мог сосредоточиться на её голосе, поэтому отвечал, не сильно задумываясь. Её слова всё никак не выходили из головы, не спеша отпускать полуживое сердце — а я уже и забыл о нём совсем, — цепляясь мёртвой хваткой за его края и не давая вдохнуть. Я взглянул на Селину краем глаза. Она выглядела до боли уставшей и загнанной. И такой искренней, каких я не видел в этих стенах уже давно. Плечи её были опущены, а взгляд метался по выступам одеяла, будто бы в поисках ответов, которых ей никто никогда не даст. Ведь этот «никто» вряд ли уже когда-то обратит внимание на человеческие страдания вообще. Почему-то стало стыдно. Князя я понимал прекрасно и уважал глубоко, но себя простить уже не смогу, если… — Я знаю, что делать, — как-то получилось у меня не особо уверенно. — Но придётся непросто. В следующую секунду произошло то, после чего я глубоко пожалел о своих словах. Она мигом вскинула на меня свои заплаканные глаза, но взор был таким чистым и… теперь полным надежды. Да уж, это то, что здесь — в Преисподней — принято игнорировать, то, чем разбрасываться не пристало, а принимать в дар — и подавно. Я совсем уже с ума сошёл, кажется. И теперь, глядя на неё — обнадёжённую и такую уязвимую от того, то есть больше прежнего, — я отчётливо понимал, что отступать уже некуда. Решение остаётся за ней. Не я за них ответственный — уж точно. Моё дело — предупредить. Что я и сделал в следующий момент. Ведь я далеко не так силён, как князь, и её душу вернуть вместе с телом, а не по отдельности, без косяков — задачка не из простых. Но всё упростится хоть на толику, если доставить её в место на Земле, которое последним запомнила её душа. И к которому привязывают сильные чувства… Я притянул Лию к себе, мягко обнимая, и велел закрыть глаза. Для неё это процедура не из приятных — я-то знаю. Мне пришлось здорово сосредоточиться, чтобы связать её душу со своей. Дело странное: я её почти не ощущаю. Что-то нечисто. Или она здесь слишком долго? На секунду я даже подумал оборвать связь и закончить на том сразу. Князь не будет в восторге, раз она таким частым гостем у него заделалась. Видимо, не последнее звено в его планах. Ровно как и в том случае, собственно говоря, если она исчезнет прямо у меня из-под носа по моей милости. Но, наверное, дороги назад уже нет. Очутились мы посреди до жути знакомой мне комнаты. Я всё никак не мог вспомнить, откуда я помню это место. Либо это дежавю. В любом случае задерживаться мне здесь не стоило, так как в Преисподней меня ждала ещё кипа бумаг, а подозрений вызывать не хотелось. В голове роилось множество ненужных мыслей. И я правда попытался подбодрить Селию, но вышло, кажется, как-то слишком скомкано. Единственное, что я мог сейчас сделать, — это связать наши души, чтобы легко было отследить её. Но это было чревато последствиями: нелицеприятными высказываниями со стороны Князя и, возможно, даже наказаниями неизвестной пока степени. Очутившись в приёмной Белиара - моего покровителя уже, поменьше мере, лет 100 – я выдохнул — в помещении никого не было, а это означало, что я избежал лишних расспросов. Но это только пока. Перекладывая документы с места на место, я всё никак не мог сосредоточиться на работе. В голову лезли дурные мысли: о Селине, обо мне, о сказанных ею тогда словах, которые до сих пор не давали моей душе покоя. Чёрт возьми, Селина, как же вы с ней похожи. Этой непоколебимой — и оттого более нелепой — верой. Я шумно втянул воздух полными лёгкими, зарываясь пальцами в непослушные волосы, путаясь в них острыми окончаниями когтей. Верой в будущее, которого может и не быть. Виски сдавило с немыслимой силой. А моё самобичевание в следующую же секунду оборвал громкий хлопок тяжёлой двери — седовласый Белиар. - Что-то не сходится? – безучастно произнес он, намекая на мой измученный вид. - Да так, по мелочи, - мне пришлось тут же собраться, изображая крайнюю заинтересованность бумагами. Он молча прошел в конец кабинета, усаживаясь за стол и медленно натягивая очки на переносицу. Шелест бумаг в его руках, скрежет пера по толстой бумаге и его негромкое медленное дыхание заставляли меня собраться. Эта белиаровскя магия просто душила иногда, она творила немыслимые и оттого страшные вещи. Шел второй час молчаливого соседства, которое разбавляло лишь шуршание местами выжженного временем мельштофа и ритмичное потрескивание свечи с деревянным фитилем. Но все изменил стук в двери. Учтивый и размеренный. Я тут же разнервничался, пытаясь собрать себя в кучу в следующую же секунду – киснуть мне сейчас не с руки. Пока получалось исправно. Я уже знал, кого ожидать в проеме в следующую секунду, но оттого легче не стало. Дьявол вошел спешно – совершенно не похоже на его обычное поведение. Что ж, мою ложь обдумывать стоило бы начать раньше. Но сейчас тоже неплохо. Они с Белиаром обменялись молчаливым приветствием, я тоже кивнул ему в ответ. - И чего же это Князь к нам пожаловал? – протянул я, подпирая голову вспотевшей ладонью – нервы сдают. В ответ Люцифер усмехнулся, переводя взгляд на Белиара. - Как там отчет? – осведомился он. - Все сходится. К вечеру будет готов, - деловито произнес Белиар, не отнимая взгляда от бумаг еще пару секунд, прежде чем снять очки и потереть переносицу. Дьявол прошел к его столу, увлеченно глядя в один из документов и опуская палец куда-то в пучину хитросплетенных строчек. - Должно быть на тысячу меньше к завтрашнему утру. Белиар что-то начеркал на клочке бумаги наскорую, подзывая меня и вручая мне тот самый листок. Я мысленно выдохнул, еле сдерживаясь, чтобы не вылететь из кабинета как можно скорее. - Как там Селина? – а это было уже в мою сторону. - Все бредит возвращением домой и паскудностью Преисподней, - сощурившись, произнес я. – Переживаете? - расплываясь в улыбке, я заглянул ему прямо в лицо, попытки избежать лишних подозрений. - И как давно ты у нее был? – пропуская шпильку мимо ушей, осведомился он. - Все время был со мной и занимался делом уже как часа два с лишним. Пусть идет – работы немерено, - немного раздраженно произнес Белиар, откидываясь в кресле и зарываясь пальцами в густые седые волосы. - Да как бы не угодила обратно к архангелу. Азраэль расстроился в тот раз, - скучающим тоном заметил Князь. Я тут же поспешил скрыться за дверью, пока не посыпались вопросы в догнку – Князь любитель у нас. Выдохнул я только в кабинете у Баала. Он пустовал, отчего было легче морально. Хотя его редко когда застанешь, он ведь у нас не последний здесь из демонов, а большая фигура, посему и уровень восстребованности высок. Оставив ему короткое послание, я нехотя поплёлся назад. По пути обратно я все думал, каким же вопросом меня встретит Белиар – не просто так же он Князя самого язык-то проглотить заставил. Но ничего я так и не надумал. Мысленно попытался прокрутить их с Люцифером диалог в голове, пытаясь уловить, сколько же деталей ему удалось из него выудить. Но на последней фразе Князя, брошенной не в воздух, как могло показаться, а именно мне в спину - острым клинком куда-то под лопатки, - я осекся. Архангел. Азраэль. И я тут же вспомнил откуда я помню эту чертову комнату... Я вспомнил вмиг все, что связывало Князя с этим чертовым предателем. И понял свою ошибку мгновенно. О его похождениях даже в Пандемониуме поговаривали, а такой жестокости даже в Аду не наблюдалось. Сердце забилось – те самые заветные шестьдесят в минуту, - но для нечисти слишком уж часто и живо. Зайдя в кабинет, я безучастно умостился на свое место, погружаясь в работу. Ну, или делая вид. Но Белиар не заставил ждать своей реакции. - Так что же там у тебя не сошлось? – с намеком, но до чертиков прямо. - На один меньше вышло, чем в отчете, - я помедлил, после чего продолжая уже более уверенно. – Из-за одной незначительной цифры же кипиш не поднимут? – я спросил с надеждой – не в голосе, но в душе, ведь он умел между строк читать. - Дело конечно твое, но когда речь идет про Люцифера, я бы эту цифру досчитал, вернул на место и не лез в глупые перепалки из-за «незначительной цифры», - отрезал он, возвращаясь к документам. Это значило только одно – поддержки мне не ждать. И как же он все-таки догадался ловко. Проницательный до чертиков, а уже который век то и дело бумажки перекладывает. Эх, чтобы его. Но слова Белиара таки задели. Высидеть еще пол часа – настоящая пытка. Но для галочки нужно было. Белиар и так обо всем догадался, поэтому я удалился уже без объяснений. Пытаясь сосредоточиться на душе Селины, я понял, что отсюда ничего не получится. Времени прошло порядочно, но связь уже "не ловило". Мысленно чертыхнувшись, я поспешил переместиться в уже знакомую мне эвергарденовкую комнату. Ей здесь и не пахло. При чем в прямом смысле. Я попытался еще раз почувствовать ее душу, но здесь тоже радары были пусты. Если бы у Азраэля была душа, я бы нашел его прямо сейчас и заставил бы рассказать все о ней, а может и не пришлось бы. Может он не отпустит ее от себя больше. Черт, что же делать. Вариантов было мало. Как и надежды на то, что она все еще жива, так как душу ее как ни старался – не почуял. Я вернулся в кабинет, когда Белиара уже не было и близко. Я знал, что князь вернется. И не сложно было догадаться когда, ведь в отсутствие Белиара его руки были бы развязаны, а я часто задерживался здесь допоздна. Долго себя ждать Люцифер не заставил. Я сидел за столом, безучастно разглядывая бумаги, тонущие в мягком желтом свете настольной лампы, когда он вошел без стука. - И как там Селина поживает? – он опустил на меня холодный взгляд, медленно ступая в моем направлении. - Не знаю. Надоела своим нытьем, - мои слова были пропитаны безразличием, но в глубине я надеялся, что Князь все поймет, что он не бросит ее там умирать – а это было именно так, если она уже не… - И что же, решил избавить ее от мучений? - Ну, можно и так сказать – вернул где взяли, - скучающим тоном произнес я. Я не решался поднять взгляд, хотя с каждой секундой этой звенящей тишины становилось все интереснее. Наконец, не выдержав я откинулся в кресле назад, встречая его свинцовый взгляд – до мурашек – холодно, ужасно. - С тобой разберемся потом, - отрезал он. – Помоги мне с кругом. И тут я понял все. Понял, как только щелчок его пальцев породил искрящийся огонек на его указательном пальце, как только он начал вычерчивать символы на шоколадном кафеле. Не может… До меня дошло, почему он не может без круга на землю попасть. Как только я почувствовал его силу, энергию - за всем этим я незамедлительно почувствовал отсутствие его души и… Селина. Я в миг почувствовал ее душу так ярко, будто она прямо рядом – на расстоянии вытянутой руки. И здесь меня накрыло новой волной. Волной осознания, после чего - кажется, секунды не прошло – меня накрыла следующая волна, переживаний, душевной боли, терзаний и вины – проще говоря, всеми чувствами, не присущими демону. Так вот почему он не мог спускаться туда… Всемогущий - ему под силу было буквально всё, а тут... Как же мог сразу не догадаться, что не просто так он в последнее время не мог перемещаться между номерами сам. Князь… У меня не было к нему жалости, не было сочувствия, было только отчетливое понимание того, что я душу свою отдам за то, чтобы сохранить его честь и вернуть ее.