Обыкновенная история

И все-таки Оливеру ужасно хотелось кончить. Флинт обломщик — сбежал в самый сладкий момент! Придется завершать начатое самому. Оливер вновь направился в душевую. В этот раз он не стал включать слишком горячую воду. Если встать лицом к стене, можно представить, что сейчас сюда войдет Флинт и прижмется к его спине голой грудью, обовьет руками, поцелует в шею. А потом спустится одной рукой вниз, коснется налитого члена, обхватит его ладонью, приласкает головку большим пальцем, проведет рукой пару раз по всей длине. Потом дотронется до яичек, слегка сожмет их в кулаке и немного оттянет вниз. По телу прошла волна удовольствия, сладкой судороги. Он должен, должен был разделить ее с Флинтом! Потом Оливер развернется, обхватит рукой оба их члена, а Флинт… Ну, пусть Флинт пристроит свои ладони ему на задницу, например, там тоже есть чем их занять. Картинка в воображении Оливера получилась такой яркой, что он в голос застонал, двигая рукой по члену вверх-вниз. В прошлый раз, когда он дрочил на Флинта, в его голове был только образ того, выходящего из душа. Сейчас этот образ усилился свежими воспоминаниями о его губах, руках, ласкающем пальце, о его жарком и бесстыдном шепоте. Вся эта ситуация, происходившая пять минут назад, была такой новой, волнующей, запретной, что Оливер продержался всего с минуту и со стоном кончил в кулак. Разжал руку, сперма смешалась с потоками воды и убежала куда-то вниз, унося с собой напряжение. Оливер прислонился к холодной мокрой стенке, откинул голову назад, чуток ударился затылком, но не больно. Сейчас ощущения от оргазма затмили даже горечь поражения. Он выравнивал дыхание и слушал, как бьется его сердце. Да, воспоминание было очень будоражащим. Оливер готов был поклясться, что оно станет одним из самых жарких, и он еще не раз вернется к нему. Пора было идти. Нужно навестить Гарри, если он уже очнулся, сказать, чтоб не винил себя в проигрыше. Долбанные дементоры, кто же знал, что Поттер так на них реагирует! Но ничего, Гриффиндор еще отыграется! Пусть на кону сейчас и целых сто очков, но Оливер готов был зубами выгрызать победу. Он оделся, раскрыл зонт и вышел. И тут же чуть не упал от неожиданности: перед самой дверью стоял Джейсон Сэмюэлс, семикурсник, загонщик равенкловской команды, тот самый, с которым Оливер в первые дни учебного года поцапался из-за графика тренировок. — А ты чего здесь забыл? — получилось грубовато, но Джейсон сам виноват — нечего под дверью стоять и людей пугать. — Поддержать пришел. Хреновые вам условия достались: и погода, и дементоры. Слизеринцы еще слились вчера, как специально подгадали, ублюдки. Пари держу, что Флинт это нарочно. У Малфоя-то рука давно зажила — использует его как отмазку, говнюк, — Сэмюэлс замолчал и уставился на Оливера, ожидая реакции. — Может и так, но ничего уже не поделаешь. Или ты знаешь, как в прошлое вернуться? — Нет, конечно, — хихикнул Сэмюэлс, — но ты только представь, каков сукин сын, а? За день до матча так все обставил! — Мне плевать. Если хочешь, можешь выразить свое сочувствие Флинту — нам все равно придется играть, и тогда мы сделаем Слизерин, как младенцев. — Я думал, ты уже сам ему все сказал: Флинт ведь приходил сейчас в вашу раздевалку. Сначала прятался там, под трибунами, — Джейсон указал на гриффиндорские трибуны, сейчас пустые и мокрые, с облезшей кое-где краской, — а потом к вам прошмыгнул. — А ты следил, выходит? — ехидно спросил Оливер. — Очень нужно. Меня Флитвик заставил хлопушки с трибун убирать. Это под проливным-то дождем! Вот и задержался, — начал возмущаться Сэмюэлс. Ха! Собирать хлопушки. Так Оливер ему и поверил. Не мог получше отговорку придумать, что ли? А Джейсон продолжал, чуть понизив голос, будто какую-то страшную тайну Оливеру открывал: — Я смотрю, Уизли вышли, потом девчонки ваши, а тебя все нет. Ну, а потом гляжу — Флинт. Со стороны знаешь, на что похоже? — Понятия не имею, — отозвался Оливер, без особого интереса. Сейчас его главным образом занимала тропинка: надо было ухитриться выбирать участки, где было поменьше луж. — На тайное свидание, — заржал Сэмюэлс. — Да ты ясновидец, знаешь об этом? — сердито буркнул Оливер. А Джейсон все не унимался: — Флинт же того… гей. Ты не знал? — Это его проблемы. При чем здесь я? — пронырливого Сэмюэлса захотелось придушить. — Так я подумал, у вас там свидание. Что Флинт там тебя утешает, — Сэмюэлс похабно усмехнулся и толкнул Оливера в бок. — Правильно подумал. Джейсон. Сначала я всплакнул у него на плече, а потом мы занялись диким животным сексом, даже скамейки переломали. Доволен? — психанул Оливер. — Не кипятись, это же шутка всего лишь. Про свидание. Но, между нами, Флинт и правда гей, — он наклонился и доверительно зашептал Оливеру в самое ухо, — ходят слухи, что у него роман с кем-то из игроков в квиддич. Из школьных команд. И тут Оливера осенило. Это же Сэмюэлс тогда шептался с Флинтом в нише и предлагал отсосать! Вот гаденыш! А теперь тут что-то вынюхивает. С деланным равнодушием Оливер спросил: — И ты решил, что со мной? Ну, ты и болван. — Вуд, вся школа знает о вашей горячей ненависти. Может, это игра на публику, а? — хитро подмигнул ему Сэмюэлс. — Я даже не гей, сдался мне твой Флинт. Иди сам к нему клинья подбивай, меня он в этом смысле не интересует. Оливер плотнее запахнул мантию, выставил чуть вперед зонт и быстро зашагал к замку, давая Сэмюэлсу понять, что разговор окончен. — Клинья, значит, к Флинту подбивать? Ну, как скажешь, Вуд, — прищурившись, негромко произнес ему вслед Сэмюэлс и тоже поспешил в замок. В школе Оливер первым делом решил навестить Гарри, но мадам Помфри не пустила: совсем недавно вся команда уже нанесла ему визит, да к тому же расстроила обломками любимой метлы, а теперь Гарри спит, будить его нельзя, все встречи завтра. Попутно мадам Помфри высказала Оливеру все, что думает о проведении матчей в такую мерзкую погоду и о его одержимости игрой: удивительно, что Гарри сегодня один здесь — обычно пациентов после матча куда больше. Сконфуженный, Оливер ушел. Но спокойно дойти до гостиной ему было не суждено: возле лестницы его поджидал Флинт. То, что он ждал именно Оливера и никого другого, было ясно как день: едва его заметив. Флинт перестал подпирать подоконник, засунул руки в карманы и, пристально глядя Оливеру в глаза, перегородил ему дорогу. — Вуд, поговорим сегодня в коридоре, который ведет к Астрономической башне. Прояснить кое-что хочу. — Почему не сейчас? — Оливер был озадачен. Он догадался, что именно собирался прояснить Флинт, и не понимал, почему нельзя сделать этого сейчас. — Чтоб ты помучился подольше, — оскалился Флинт и добавил уже серьезнее, — сейчас у меня дополнительные занятия с Флитвиком — планирую в этом году все же закончить школу. — Договорились, — только и смог выдавить из себя Оливер. Значит, получается, что Флинт ему назначил такое своеобразное свидание. Заманчиво! Дошло, видать, что зря из раздевалки убежал. — Ну, тогда до вечера, — и Флинт как-то судорожно вытащил правую руку из кармана, приподнял ее вверх, то ли собираясь отсалютовать ею Оливеру, то ли дать пять, но на полпути удержал и просто махнул, — увидимся! Глядя на его удаляющуюся спину, Оливер счастливо подумал, что это ему в утешение за сегодняшний проигрыш. Он подошел к портрету, скрывавшему вход в гостиную. Наверное, видок у Оливера из-за всех этих переживания (игры и Флинта) был так себе, потому что даже воинственный сэр Кэдоган в этот раз обошелся без грозных и пафосных речей, а только почтительно склонился и изрек древнюю мудрость: — Опыт — лучший учитель. — Спасибо, сэр Кэдоган. Это комплимент? — Это надежда, сэр! — произнес портрет и отошел в сторону, чтобы Оливер смог пройти в гостиную. В словах нарисованного рыцаря был резон. Более того, их можно было даже счесть предзнаменованием, хоть Оливер и не сильно верил во всяческие пророчества. В гостиную он влетел, как на крыльях, надеясь только, что на лице не отражается все слишком откровенно: команда такого счастья не поймет и не оценит. Обстановка в гостиной была траурной, учеников было немного, да и те, что предпочли не прятаться в спальнях, библиотеке или еще где, небольшими группками сидели в креслах в разных углах. Команда собралась недалеко от камина. В круге, склонив головы, они что-то негромко обсуждали. Там же был Ли Джордан. Остальные ученики не трогали игроков, понимая, что им сейчас итак несладко, да еще и Гарри попал в Больничное крыло. Заметив Оливера, все уставились на него в полном молчании, на лицах читалось сожаление. Оливер нацепил на себя такое же расстроенное выражение лица: Флинт Флинтом, но борьба за Кубок школы выше всяческих влюбленностей. Оливер подошел к ребятам. Девочки подвинулись, давая ему сесть. Все ждали, что скажет Оливер: понимали, что он-то сейчас расстроен больше всех. — Главное, что никто не погиб, так ведь? А Кубок мы еще завоюем, год длинный, — Оливер попытался выдавить из себя подобие улыбки. — Слава Мерлину, Оливер, ты вернулся! Мы думали, ты всерьез утонул в душе, — хлопнул его по плечу Фред. — Я передумал, ведь тогда фактически я бы сам преподнес Флинту Кубок. А это выше моих сил. Поэтому, господа и дамы, подведем итог, — теперь его голос звучал деловито: слова сэра Кэдогана и предстоящая встреча с Флинтом настраивали на рабочий лад, — первую игру мы слили. — Все так, Олли, но, согласись, это не наша вина, — мягко возразила Анджелина. — Из дементоров получились не самые хорошие зрители, кэп, — поддержал подругу Фред. — Не спорю. Именно поэтому, друзья: проиграна битва, но не война! — Оливер назидательно поднял указательный палец. — Нас ждут еще две игры: жестокие, напряженные, возможно, не совсем честные. МЫ должны быть во всеоружии. — Узнаю старину Оливера, — сидевший рядом Джордж хлопнул его по плечу. Напряжение понемногу рассеивалось, на лицах ребят появились улыбки. — Мы даже готовы продумать вместе с тобой стратегию, Оливер, — улыбнулась Алисия. — Отлично! Следующая игра с Ревенкло. Что скажете насчет их загонщика, Сэмюэлса? Какие у него слабые места? А их ловец, Чанг, она же ваша сокурсница, Кэти? Где ее ахиллесова пята? Оливер забрасывал команду вопросами еще добрых полтора часа, заставлял сравнивать себя с игроками Ревенкло, искать плюсы и минусы в их поведении на поле, анализировал погоду всех прошлых февралей, сколько себя помнил и, наверное, дошел бы до предсказаний на кофейной гуще, если бы девочки не взмолились и не напомнили о необходимости готовить домашнее задание. — Вот лодыри, — в шутку пригрозил им кулаком Оливер, — тогда я все придумаю без вас. Только потом не просите поделиться с вами гонорарами. Ответом ему был дружный громкий стон. Но все равно игроки были рады: к капитану вернулась энергия, страсть к игре, что он сожалеет о проигрыше, но не опускает рук. Гарри поправится, и они обязательно возьмут в конце года Кубок школы. Ученики в гостиной тоже как будто заразились этим энтузиазмом, принялись обсуждать игру, вспоминать остроумные комментарии Ли. Хоть видимость и была плохая, но некоторые ухитрились разглядеть какие-то маневры, которые и разбирали сейчас с видом матерых специалистов по квиддичу. Наплевав на уроки и бубнеж Перси, Оливер снова побежал в Больничное крыло навестить Гарри, но бдительность мадам Помфри было не усыпить никакими доводами и комплиментами. Как раз подошло время ужина. В Большом зале Оливер сразу нашел Флинта и принялся буравить взглядом его спину. Тот, словно почувствовав, обернулся и едва заметно кивнул на вопросительный взгляд Оливера. Значит, встреча все-таки состоится! Внутри все сладко заныло от предвкушения. Что бы там Флинт не собирался прояснять, Оливер уж постарается сделать так, чтобы дневная ситуация повторилась, но в этот раз уже дошла до логического конца. Надо четко сказать этому придурку, что произошедшее сегодня в раздевалке его полностью устраивает. Ну, то есть не совсем полностью. Зря Флинт сбежал, они могли бы завершить процесс вдвоем, так во сто крат приятнее. Но в целом, Оливеру понравилось. Почему бы не повторять на постоянной основе и все такое. В общем и целом, надо дать Флинту понять, что он Оливеру тоже нравится. А то вдруг в раздевалке Флинт этого не понял. Кто их, этих слизеринцев, знает? Но на Кубок пусть не рассчитывает. Как там сэр Кэдоган говорил, опыт — лучший учитель? Вот пусть Флинт и приобретет опыт поражения. Но от любимого человека. Это тоже приятно. Да, именно так Оливер ему и сообщит. Ужин прошел, а до встречи с Флинтом оставалось еще часа два. Оливер вернулся в гриффиндорскую башню, рассчитывая быстро проскользнуть в спальню, и там в одиночестве, за пологом, предаться мечтам о Флинте, почертить схемы, полистать «Квиддичное обозрение» или, на худой конец, немного вздремнуть. Ничего из задуманного проделать не удалось. Прямо за портретом его караулил Перси, который сначала для порядка немного посочувствовал другу насчет игры, а потом все же потащил делать домашнее задание. Они даже пару раз поспорили из-за необходимости хорошего образования для квиддичного игрока. Оливер считал, что школьного курса ему с лихвой хватит на поле. Перси был не согласен. Оказывается, он вычитал где-то, что может пригодиться и продвинутая трансфигурация. И даже предложил Оливеру записаться на дополнительные занятия к профессору Макгонагалл. Тогда Оливер вспомнил, что Флинт ходит к Флитвику, и огорошил Перси новостью о том, что ему скорее понадобятся заклинания, и если уж Перси так жаждет, чтоб Оливер был образованным вратарем, то он будет ходить к Флитвику на продвинутый курс заклинаний. А что, может, и правда, ходить? Так он сможет видеться с Флинтом чаще. Если сегодняшняя встреча пройдет удачно, разумеется. Черт бы побрал этого Перси и его страсть к учебе! Оливер смог вырваться из плена науки ровно в восемь. А ведь ему еще предстояло добежать почти до самой Астрономической башни. Если Флинт уйдет, не дождавшись, это будет просто катастрофа! Только бы успеть!