Сквозь Серые Равнины

Столица – город Бирн, не поразила Фокса ни размерами, ни многолюдностью, ни чистотой. По сравнению с Рейвенхорном, Бирн выглядел как замарашка на фоне красавицы: узкие грязные улочки, низкие дома бедноты, мало фонтанов, люди выглядели какими-то забитыми и озлобленными. Город подготовился к празднику. Как мог. Улицы были подметены – отчего в переулках скопились горы мусора, которые источали жуткое зловоние. Закопченные фасады зданий были украшены лентами и флагами. В пустые прежде клумбы наспех повтыкали кусты роз, которые точно не приживутся, а сразу по завершении торжеств, скорее всего, будут безжалостно вырваны из земли и проданы в ближайшей лавке. – Королевский бал по традиции длится три дня, – рассказывала глазеющему по сторонам Фоксу леди Виена. – Традиция эта появилась ещё когда нашему королю исполнилось шестнадцать. Первый день – это вручение подарков. Прибывают гости и привозят дары, поздравляют и выражают восхищение правителю и виновнику торжества. – Первый день самый скучный, – кивнул Слейд. – Зато можно увидеть столько разряженных в пух и прах дураков, что хватит на весь следующий год. – Второй день – сам бал. Пир и танцы. В главном зале королевского замка соберутся лорды, придворные, сановники, представители церкви и богатейших семей королевства, – Виена задумчиво посмотрела в окно. – Танцы длятся обычно до самого рассвета. – А третий день? – спросил Фокс. – Он называется днем королевской охоты, но обычно это просто день отдыха. Уставшие от предыдущей ночи гости собираются снова в большом зале и снова пируют! – усмехнулся Слейд. – Правда теперь уже без танцев, – заулыбалась Виена. – Ну да, какие уж тут танцы! – Слейд посмотрел на жену, и они расхохотались. Фокс посмотрел на родителей и тоже рассмеялся. – А подарок-то у нас есть? – Фокс посмотрел на отца. – Да, его отправили сюда другим путем, – Слейд потрепал сына по волосам. – Скоро сам все увидишь. Герцога с семьей разместили в восточном крыле королевского замка. Воины во главе с Селиком разместились в казармах неподалеку. И вот наступил первый день бала. Фокс с родителями стоял неподалеку от королевского трона. Король Гарольд сидел, развалившись в кресле. Ясно было, что вся эта церемония ему в тягость. Глашатаи провозглашали пышные титулы гостей, и гости низко кланяясь королю вручали ему свои дары: золото, серебро, кубки, меха, оружие. Рядом с троном высилась уже гора сокровищ. Наконец был провозглашен титул герцога Рейвенхорна. Слейд вышел в центр зала, преклонил перед королем колено, а затем выпрямился. – Герцогство Рейвенхорн выражает свое восхищение сегодняшнему празднику. Желает его величеству долгих лет здравия и правления! От жителей герцогства позвольте вручить вам наш дар. Слейд театрально взмахнул рукой, и двери зала распахнулись. Десять рослых мужчин внесли нечто укрытое золотой тканью и поставили сооружение рядом с герцогом. Слейд одним движением сдернул ткань, и на общий взор предстала золоченая статуя короля. Гарольд был изображен на поле брани, у ног его лежал сраженный им рыцарь. Король вздымал в руке обоюдоострый клинок, готовый в любую секунду опустить его и решить участь врага. Гости ахнули, король подался вперед на троне. Затем вновь напустил на лицо скучающее выражение. – Наше величество благодарит герцога за столь ценный дар. Еще одна статуя в нашу коллекцию, – с зевком закончил монарх. – Это еще не все, ваше величество! – Слейд дотронулся до статуи, и рука с мечом резко опустилась. Там, где клинок рассек воздух, открылась арка портала. Вот теперь король не просто подался вперед, а вскочил со своего места и подбежал к статуе. Слейд, довольный эффектом, низко поклонился монарху. –Вот это я понимаю подарок так подарок! – король восхищенно цокал языком. – Признаться, дорогой герцог, я думал, что слухи лживы и никаких порталов вы не изобрели! – Хранили тайну как могли, хотелось сделать сюрприз вашему величеству, – с очередным поклоном сказал Слейд. – Надеюсь, ваше величество простит нам такую дерзость? – О чем речь, дорогой герцог! Всем дарую прощение! – Король расхохотался и принялся с увлечением осматривать подарок. Церемония продолжилась спустя продолжительное время. Король ерзал на троне, желая поскорее закончить нудную церемонию, но обычай требовал принять всех гостей и их дары, пусть даже они не идут ни в какое сравнение с даром герцога Рейвенхорна. Прием закончился спустя несколько часов, показавшихся Фоксу вечностью. Он успел рассмотреть всех вельмож в зале, изучить их гербы, рассмотреть оружие. Наконец король встал с трона и поблагодарил лордов за дары. С зевком он сообщил, что завтрашний прием начнется на закате. Присутствующие поклонились королю и почтительно, дождавшись пока его Величество покинет зал, потянулись к выходу, перебрасываясь короткими фразами. В толпе Слейд увидел графа Гайне беседующего с ярлом Сигурдом. – Приятная встреча, лорды, – поклонился Слейд. Гайне и Сигурд ответили поклонами. – Позвольте представить моего сына Фокса, – Герцог жестом попросил сына приблизиться. – Приветствую, юный герцог, – граф Фризский поклонился Фоксу, который ростом был почти на голову выше. – Для меня честь познакомиться с вами, граф, – учтиво ответил юноша. – Доброй погоды и спокойного моря вам, юный граф, – сказал Сигурд, склонив голову. – Приветствую вас, доблестный ярл, – ответил на приветствие Фокс. – О, юноша не только учтив, но и умен! – граф Гайне добродушно улыбнулся Фоксу. – Немногие наследники знают титулы морских лордов. Слейд перебросился несколькими фразами с нобилями и направился к выходу. Уже у самых дверей он кивком поприветствовал барона Дракнейта. Далеко за полночь, когда леди Виена и Фокс глубоко спали, Слейд стоял у окна и смотрел на огни города. Напряжение, которое он чувствовал по пути в столицу, только усилилось, словно город пульсировал, готовясь взорваться. На улицах по случаю праздника стоял неумолчный шум: работали трактиры и таверны, уличные артисты и музыканты не заканчивали свои представления. Город бурлил, словно кипяток в кастрюле. Слейд вздохнул – первый день прошел без эксцессов. Осталось еще два. Герцог очень надеялся, что их путешествие пройдет тихо и мирно, и единственной неприятностью окажутся лишь докучливые разговоры придворных. Фокс проснулся с первыми лучами солнца. Так как во дворец предстояло прийти только вечером, юноша предвкушал насыщенный день. Ему не терпелось пройтись по городу, осмотреть его улицы, может быть поучаствовать в праздновании. Скучные приемы во дворце не прельщали юношу, а вот кипучая жизнь города манила неизвестностью, дразнила обоняние запахом жаренного мяса, сладостей, пряных специй и чего-то неизвестного, что заставляло голову слегка кружиться, а ноги подпрыгивать в нетерпении. – Ты уверен, что это необходимо? – Виена снова тревожилась. – Город – опасное место. Тем более в такое время! – Я возьму с нами Селика, – сказал Слейд. – Он уже бывал прежде в столице, отлично знает расположение улиц и знаком не понаслышке с местными жителями. Да вечера еще далеко. Фокс изведется, если оставить его ждать вечера в четырех стенах. Герцогиня в конце концов согласилась с мужем. Слейд надел простой камзол, штаны тонкой овечьей шерсти и простые походные сапоги. В руках он сжимал неизменную трость. Фокс тоже оделся просто – со стороны и не скажешь, что это сын герцога – обычный мальчишка, каких в городе тысячи. У казарм их встретил Селик, попыхивающий неизменной своей трубкой. Без лат старый воин чувствовал себя немного неуютно. Движения его казались скованными. – Как обстановка? – спросил Слейд. – Все вроде тихо, – ответил Селик, – но что-то мне не спалось ночью, старые шрамы видимо беспокоят… – Или предчувствие новых, – пробормотал Слейд себе под нос. Фокс быстро шагал впереди. Двое мужчин позади него еле успевали за юношей. – Фокс, не убегай слишком далеко! – окликнул сына герцог. – Я не сомневаюсь в твоей храбрости, но, если ты потеряешься, твоя мать оторвет мне голову! Фокс улыбнулся, но все-таки поумерил свой пыл и теперь шагал лишь немного впереди отца. Выйдя из ворот дворца, Слейд со спутниками углубился в лабиринт кривых и узких улочек города. – Куда мы идем? – спросил Фокс. – Мы в столице, а значит первым делом необходимо посетить усыпальницу королей – таков обычай, – ответил Слейд и уверенно повернул направо на перекрестке. Необходимо было добраться до восточной торговой площади, затем спуститься по улице каменщиков и найти вход в усыпальницу. Слейд бывал здесь лишь однажды, со своим отцом, но дорогу запомнил твердо. Восточная торговая площадь утопала в аромате специй и благовоний. Густой аромат растекался в воздухе, заставляя головы кружиться. По все площади были расставлены палатки торговцев. Нельзя было ступить и шага, чтобы очередной продавец не попытался бы вручить вам товар. Слейд, Селик и Фокс как могли быстро миновали суетливых торговцев и вышли к улице каменщиков. Дома здесь были получше и почище, чем во всем остальном городе. – Это потому что строители ценят свою работу и ухаживают за своими домами, – ответил Селик на вопрос Фокса. – Ну и дорога к усыпальнице, конечно, должна выглядеть презентабельно. Слейд вел свой небольшой отряд по улице. Вскоре они подошли к усыпальнице королей. В скальной породе был прорублен тоннель высотой в два человеческих роста и настолько широкий, что в нем могли спокойно разъехаться две кареты. Фокс присвистнул – сооружение и впрямь поражало воображение. Слейд вошел под своды тоннеля. Его шаги гулко отдавались в тишине тоннеля. За Слейдом последовал Фокс, а потом уже вошел Селик. В стенах тоннеля были сделаны держатели для факелов. Сами факелы в избытке лежали у входа в усыпальницу. Слейд зажег один, и Селик взял с собой вязанку запасных факелов. Герцог шел впереди, за ним следом Фокс, замыкал шествие Селик. Тоннель вел вглубь горы. Около ста шагов тоннеля были освещены факелами. Оканчивался тоннель просторной овальной комнатой, в стенах которой были сделаны ниши для останков королей. Фокс стоял посреди комнаты и внимательно изучал имена, похороненных здесь королей. – Достойнейшие из достойных получили право оставаться здесь после смерти. Они принимают священный долг по охране родного рода. Усыпальница представляла собой овальный колодец. От верхней площадки вниз вилась лестница. Сотнями кругов она уходила глубоко в недра скальной породы. Страшно было даже представить, скольких трудов стоило прорубить такой колодец в неподатливом камне. – Самые древние захоронения находятся внизу, – сказал Слейд, подойдя к сыну. – Однако на самое дно никто не спускался уже очень давно. По преданию, когда бушевало всесжигающее пламя, положившее конец последней войне, на дне усыпальницы смогли спастись предки нынешнего короля. Духи предков не дали прерваться роду. Фокс подошел к краю колодца и заглянул вниз. Из недр скалы на него смотрела тьма. Ни одного проблеска света не было в этих стенах, даже пламя факелов, казалось, поугасло, задавленное темнотой и тишиной этого места. Селик и Слейд преклонили колени и склонили головы в знак почтения к древним королям. Фокс последовал их примеру. Хотя юноша понятия не имел, что нужно говорить или думать в этот момент. Слова пришли в голову словно из ниоткуда: «Великие короли и защитники прошлого. Склоняюсь перед вашей доблестью. Прошу дать мне сил быть столь же храбрым. Чтобы во тьме беспросветной ночи дарить огонь надежды нуждающимся…» Трое одновременно подняли головы и поднялись на ноги, будто проговорили про себя одни и те же слова. Выйдя на свет, Фокс почувствовал себя полным сил и бодрости, словно встреча с духами королей придала ему сил, наполнила решимостью и верой в себя. Слейд и Селик тоже выглядели посвежевшими. В обратный путь герцог повел сын другой дорогой. Выйдя на улицу каменщиков, они прошли ее до самого конца и, свернув пару раз, очутились на центральной площади столицы королевства. Вот уж где праздник чувствовался на полную мощь! Запахи разнообразной снеди перемешивались с запахами вина и пива. Торговцы кричали, музыканты играли. Акробаты и фокусники кто во что горазд развлекали зевак. На дальнем краю был поставлен небольшой помост, на котором любой желающий мог проявить свою воинскую доблесть, поразив всех умением стрелять из лука, владением мечом, либо сойдясь в кулачном бою с местным чемпионом. У помоста шумела толпа, делались ставки, и сыпалось золото и серебро. Фокс потянул родителя в сторону помоста, где как раз проходил кулачный поединок. Городской чемпион – огромного роста, заросший от бровей до пупка волосами мужчина сражался с коренастым, но юрким бойцом. Великан, рассчитывая на свою мощь, старался вложить все силы в один удар и решить им исход поединка. Его соперник же, напротив, понимая свое превосходство в скорости и ловкости, словно пчела кружил вокруг исполина, нанося по корпусу серии коротких и точных ударов. Слейд и Селик протолкались поближе к помосту. Фокс не отставал от старших. – Ставлю золотой на претендента, – сказал Слейд с улыбкой. – Принимаю ставку, – ответил Селик. – Коротышка, конечно, хорош, но явно неопытен. У чемпиона осталось гораздо больше сил! Претендент скоро выдохнется и пропустит хотя бы один удар, а при такой разнице в весе этот удар будет решающим! – Это только если маленький боец не найдет слабое место в защите великана! – воскликнул Слейд. Между мужчинами разгорелся жаркий спор. Мало по малу к нему присоединились и другие зрители. Ставки потекли с новой силой. Толпа разделилась на два, возглавляемые Слейдом и Селиком, лагеря: одна часть подбадривала чемпиона, вторые кричали приветствия претенденту. Фокс завороженно смотрел на помост. Вдруг что-то заставило его повернуться направо. Он словно услышал призыв о помощи. Забыв о поединке и об отце, Фокс протискивался сквозь толпу, следуя на зов о помощи. Выбравшись на более-менее свободное пространство, юноша огляделся. Площадь была полна веселыми людьми. Все улыбались, никто не звал на помощь, но Фокс отчетливо слышал плачь и мольбы! Вдруг жалобный визг привлек его внимание. На самом краю площади, возле небольшого домика, прижавшись к стене сидел щенок. Одна лапа его была поджата. Щенок дрожал всем телом. Трое уличных мальчишек, примерно на год-два старше Фокса, забавлялись тем, что швыряли в беззащитное животное камнями. Фокс, позабыв обо всем, направился в их сторону. Очередной булыжник ударил щенка в живот, и у Фокса в голове снова раздался отчаянный крик боли и призыв о помощи. Юноша перешел на бег. Спустя несколько мгновений он оказался между собакой и ее мучителями. – Вам что, делать больше нечего? – голос Фокса дрожал. – Зачем вы его мучаете? – О, смотрите-ка, защитничек нашелся! – ощерив щербатый рот, рассмеялся самый рослый из мальчишек. На его щеках уже пробивалась щетина. Уже не юноша, а почти мужчина. Впрочем, у Фокса бы никогда не повернулся язык назвать мужчиной того, кто мучает беззащитное животное. – Это ж сколько швали приехало в наш любимы город! – продолжал издеваться предводитель хулиганов. – Хватит уже с ним церемониться, Джери! – крикнул другой мальчишка. – Оставьте щенка! – сказал Фокс и, забывшись, потянулся к за мечом. – Ой, не могу! Он и правда думал, что у него меч на поясе! – хулиганы расхохотались. Фокс смутился, но жалобный плач щенка не давал ему права уйти. – Отвали, дурачок! И тогда мы тебя не поколотим! – Джери угрожающе надвинулся на Фокса. Наследник герцога никогда не сталкивался с такой жестокостью и прямыми угрозами. В его воображении он сражался на турнирах по всем рыцарским правилам, где перед началом поединка соперники приветствуют друг друга взмахами меча, а поединки никогда не заканчиваются смертью. Реальность была куда страшнее и опаснее. Фокс вдруг почувствовал слабость в коленях, голос его дрожал еще больше, но он не отступил. Загнав страх поглубже, он твердо посмотрел в глаза противника. – Нет! Я не уйду! Если больше некому защитить беззащитного, то я буду защищать его! – Фокс поднял кулаки приготовившись к драке. – О, ну если так, то мы конечно же уйдем! – Джери опустил руки и повернулся. Фокс расслабился и опустил руки. В этот самый момент Джери резко развернулся и ударил кулаком Фокса в лицо. Если бы не врожденная молниеносная реакция, кулак Джери угодил бы Фоксу в челюсть и, скорее всего, сломал бы ее. К счастью, Фокс успел мотнуть головой и получил удар в глаз, и то по касательной. Но даже такого удара хватило, чтобы Фокс отлетел на пару шагов и проломил спиной небольшой плетеный заборчик, ограждавший сад возле домика на краю площади. Прутья под Фоксом затрещали, в голове гудел колокол, а перед глазами плыли разноцветные круги. Хуже всего был издевательский хохот обидчика и его прихвостней. Фокс барахтался среди обломков заборчика, стараясь привести мысли в порядок и остановить вращающийся мир. Снова раздался хохот, а потом жалобный собачий визг. Этот звук вмиг привел Фокса в сознание. Юноша поднялся и снова вышел на площадь. Фокс второй раз встал между щенком и малолетними извергами. – Я вижу ты нашел меч по твоей руке? – глумливо спросил Джери. Фокс посмотрел на свою правую руку. Он сжимал небольшой, очищенный от колючек, прут можжевельника. Прут приятно лежал в ладони. – Если придется, я буду сражаться и этим! – Фокс поднял палку и перехватил ее поудобнее. – Ну у нас тоже есть мечи, пусть и не такие грозные! – Джери вытащил из-за пояса нож, двое его дружков проделали тоже самое. Фокс посмотрел на блеск стали и жаждущие развлечения озлобленные лица. Как ни странно, страха он не испытывал. Можжевеловый прут вселил в него странное спокойствие. Фокс крутнул быструю восьмерку. Воздух застонал, рассекаемый палкой. Джери презрительно плюнул под ноги Фоксу и ринулся в атаку, неуклюже размахивая ножом. Джери, конечно, казалось, что он очень быстро и умело пырнул непрошенного защитника ножом в живот, но для Фокса движения соперника были медленными, словно муха, застрявшая в сиропе, пыталась выбраться, медленно шевеля лапками. Фокс видел, как нож медленно приближается. Юноша отступил в сторону и ударил прутом по коленям Джери. Хулиган покатился кубарем и впечатался спиной в стену домика. С крыши посыпалась труха. Двое других хулиганов, увидев неудачу главаря, проявили похвальную смекалку и кинулись на Фокса с двух сторон. Фокс завертел палкой, не подпуская врагов близко. Одного из противников Фокс достал концом прута по правому запястью. Нож звякнул о камни площади. Хулиган вскрикнул и схватился за запястье, на котором явственно проступал синяк. Воспользовавшись моментом, второй попытался напасть на Фокса со спины, но юноша стремительно развернулся на носках, и конец прута уперся хулигану в горло. –Если не дурак, то бросишь нож и убежишь! – тихо сказал Фокс, глядя в глаза врага. Парень оказался умен, увидев в зрачках странного юноши огонь смерти, он отбросил клинок и со всех ног побежал прочь. Спустя мгновение он растворился в толпе. Хулиган со сломанным запястьем сидел, прижимая болевшую руку к груди. По щекам его катились слезы. – Поразительно, как легко вы жалеете себя! – мрачно сказал Фокс. – Те, кто только что издевался над щенком, теперь плачут над собственной болью! – Я больше так не буду, – совсем по-детски расплакался хулиган. – Не будешь! – кивнул Фокс. – У тебя вряд ли получится – кости не срастутся ровно, если не поторопишься к костоправу или лекарю. Соперник Фокса всхлипнул и помчался в сторону дома лекарей на противоположном конце площади. –Ну все, мозгляк! – произнес Джери. – Шутки кончились! Джери не выпустил нож при ударе и вновь кинулся на Фокса. Молодой наследник Рейвенхорн пропустил Джери мимо себя и финтом, что научил его дядя Деймонд, ударил палкой по пальцам Джери. Нож выпал из рук хулигана. Джери непонимающе смотрел на разжатые пальцы. Фокс ударил палкой под колени. Джери бухнулся в пыль мостовой, Фокс же от души съездил Джери пониже спины. Здоровый хулиган запищал, как маленькая девочка, схватился руками за зад и вскочил, начав метаться по площади и изрядно веселя собравшийся вокруг народ. – Уходи, и кроме гордости ничего больше не пострадает! – выкрикнул Фокс. Джери не слушал. Глаза его налились кровью, и он ринулся на обидчика. Фокс встретил противника прямым ударов в грудь. Джери не остановился и налетел на Фокса. Так ему показалось. Фокс же просто отступил на шаг и, когда Джери проносился мимо, догнал его ударом палки в область затылка. Джери охнул, осел на землю. Фокс подошел к Джери, посмотрел в его глаза. Джери помотал головой, словно бык на бойне, и плавно осел на каменный мостовую. Фокс подошел к щенку. Серый и лохматый кобелек перестал дрожать и теперь храбро пытался защищаться, скалил маленькие белые зубки и пытался укусить Фокса. – Спокойно, глупый, – Фокс осторожно погладил щенка, почесал его за ухом. Маленький пес ткнулся носом в ладонь юноши. Фокс снял камзол и укутал щенка. Тот звонко тявкнул. – Я буду звать тебя Раур! – заулыбался Фокс. – Отличное имя для собаки! – рядом с Фоксом появились Слейд и Селик. – Ну что, как спор? – осведомился Фокс. – Отлично, – усмехнулся Селик, пряча в голенище сапога золотые монеты. – Как я и говорил, претендент не сумел распределить силы и в итоге пропустил один удар. Этот удар все и решил. – В любом случае поединок был хорош! Даже чемпион согласился, что коротышка дрался отменно! Вон сейчас на пару в трактире хлещут пиво, – Слейд кивнул головой в сторону ближайшего трактира. – Что у тебя произошло? – герцог разглядывал лицо сына. – Да ничего необычного, просто поспорил с местными, – Фокс потрогал рукой подбитый глаз. – Давай маме не будем ничего говорить? – Давай, только для нее нужно придумать естественную причину, – кивнул Слейд. – К примеру, ты вытаскивал щенка из воды, разумеется, под присмотром моим и Селика. – Хорошо, так и поступим! – кивнул Слейд. Двое мужчин, юноша и собака направились в сторону дворца. Бал начинался через несколько часов, и им следовало поторопиться. Подходя ко дворцу, Слейд обратил внимание на небольшую толпу людей, собравшихся вокруг человека в лохмотьях. Герцог замедлил шаг. Проповедник вещал о скором возвращении монстров и предостерегал слышавших о праздности и беспечности. Слейд с удивлением услышал фразы о том, что кара постигнет правителей, закрывших разрывы и лишивших народ возможности очистить свои души, преодолевая тяготы борьбы с чудовищами. Встревоженный герцог поспешил в отведенные ему покои. Фокс спешил за отцом. Селик направился в казарму, также раздумывая над услышанным. – Что случилось? – леди Виена негодующе взмахнула руками. – Двое взрослых мужчин не смогли уследить за одним ребенком! – Я уже не ребенок, мам! – возмутился Фокс. – Он провалился в яму! Скулил так жалобно! Его нужно было спасти! А когда я выбирался, то не заметил каменный уступ и ударился. Все по моей глупости! – Ну ладно, предположим, я вам поверила, – герцогиня открыла дверь и прокричала: – Быстро принесите мне настойку бадьяна и свинцовую примочку! Слейд в очередной раз поразился, насколько быстро его жена может организовать людей и как легко она располагает к себе людей. Спустя несколько минут все необходимое было доставлено, и леди Виена занялась синяками сына. Слейд переоделся в парадный камзол и ожидал, пока к балу соберутся жена и сын. Герцог стоял у окна и размышлял. Странное напряжение, витавшее над городом… Проповедник у стен дворца… Все это тревожило Слейда, заставляя сжимать кулаки. Мысли роились в голове. Предчувствие беды стало почти осязаемым. Слейд очень жалел, что с ним рядом нет сейчас Деймонда и Джейд. Втроем они смогли бы определить источник опасности и подготовиться. Но брат и сестра были далеко, а опасность близко. Беда в том, что было непонятно, откуда эта беда придет!