Омут.

Дилюк вновь чувствует удар в самое сердце. «Поговорить»? После столького времени молчания сейчас он хочет просто поговорить? Красноволосый даже не понимает, стоит ли радоваться этому событию или вовсе возненавидеть этот момент. Он не знает, что ожидать от Кэйи. Теперь не знает. Он боится довериться ему снова, боится, что он его предаст. Хотя, предавал ли его капитан на самом деле?..

Нет. Таковым было лишь решение судьбы. Никто не виноват.

–… Поговорить? О чём же? — резко спрашивает Рагнвиндр. В его голосе чувствуется злость. И обида. Винодел явно не хочет реагировать на всё это так агрессивно и он прекрасно знает это. Знает, что в этот раз Альберих не врёт ему. Иначе бы он этого не почувствовал. Он знает этого человека достаточно долго, чтобы понять и увидеть, что у того сейчас в душе бушует самый настоящий ураган, состоящий из тревоги и переживаний. Дилюк очень хорошо понимает это, однако он слишком обижен на Кэйю. — О нас. — кратко, что странно, отвечает синеволосый, смотря прямо в алые глаза напротив. Несмотря на весьма весёлый вечер, проведённый в компании с прекрасной монахиней, капитан сейчас выглядел точно не весело. Был ли этому виной алкоголь? Вероятно. А ведь Дилюк всегда знал, что только он способен привести человека к такому состоянию, что все его мысли, все его чувства и эмоции выходят наружу независимо от того, хочет ли этого сам человек или нет. Это не так уж важно. Либо он не вспомнит об этом, либо же будет помнить всю оставшуюся жизнь. От ответа Дилюк несколько опешил. Парень точно не ожидал такой прямолинейности от того, кто так любит запутывать чуть ли не каждого своими сладкими речами. Теперь во взгляде, полном усталости, замечается лёгкий шок. С недавних пор красноволосый не любил показывать свои эмоции при ком-то, но сейчас, кажется, винодел стал сдавать свои позиции.

«Прошу, давай всё выясним. Нельзя вот так вечно прикидываться чужими друг для друга. Это ведь совсем не так, правда?..»

Рагнвиндр слишком хочет сказать капитану кавалерии всё это… Но пока что старается сдержать себя от такого порыва. Красноволосый делает глубокий вздох перед тем, как ответить: –… Я слушаю тебя. Надеюсь, в этот раз я не пожалею о том, что не выгнал тебя из таверны. — Ты ведь тоже не хочешь, чтобы всё оставалось именно так. — капитан напрочь игнорирует замечание Дилюка. Альберих надеется, что винодел поймёт смысл его фразы. Однако, стоило признать, сейчас даже сам Кэйа посчитал удивительным тот факт, что он всё ещё находится здесь, в таверне, один на один с Дилюком… Бывали дни, когда красноволосому приходилось насильно выгонять капитана из заведения. — Не хочу. — чуть более тихо ответил винодел. Он и не знал, что ещё можно сказать, но даже если бы и решился добавить что-то, то попросту бы не успел, ведь сразу же услышал голос Альбериха: — Тогда давай всё решим. Здесь и сейчас. В алых глазах промелькнула радость, она была практически незаметной, но кажется, от Кэйи она бы не скрылась в любом случае. Он знал, что как бы сильно Дилюк не старался выглядеть серьёзным и в какой-то степени даже безэмоциональным, характер его был совсем не таким… Капитан знал его столько лет, поэтому сейчас читал его как открытую книгу. Теперь Рагнвиндр понимал, что точно готов выслушать Кэйю. Душу всё ещё терзали некоторые сомнения, но алоглазый пытался унять их, чтобы дать ещё один шанс близкому человеку. Отчасти было больно и страшно, Дилюк тревожился о том, что что-то может пойти не так… Отступать алоглазый не хотел, уже было слишком поздно… К тому же, что-то подсказывало ему довериться. Это чувство брало верх над неуверенностью. Никто не знал, сколько времени прошло, пока оба парня вели разговоры… Впрочем, это останется только между Кэйей и Дилюком. В самом начале переговоров их голоса время от времени повышались, возмущались… Даже звучали встревоженно. Но затем… Затем речь стала совсем тихой. В этот переломный момент беседа наконец приобрела спокойный оттенок. Ни винодел, ни капитан давно не общались в такой мирной атмосфере, если это можно было так назвать. В любом случае этот разговор давал лишь положительный результат. Что уж там, уже было хорошо то, что Рагнвиндр вообще согласился на эту беседу. С момента ссоры прошло уже много времени и никто не решался на эту беседу. Обоим было больно. Кэйа боялся, что красноволосый отвергнет его. Дилюк боялся предательства. Но оба знали, что являются друг для друга единственными близкими людьми.

–… Я ещё во многом не уверен. Даже не уверен в том, правильно ли поступаю, но… Я хочу верить тебе и надеюсь, что с этого момента ты будешь честен со мной. — Обещаю, с этого момента всё изменится.