Предвестие беды

Вики Цитадель Гулкий звук шагов Серафимов звенел в ушах. Несколько дней они не могли успокоить переполох в городе. Все куда-то торопились и собирались убраться из столицы ангельского мира. Самые отважные остались в городе, но предусмотрительно защитили дома своими силами. Теперь некоторые строения нельзя будет снести даже огромной сверхмощной энергией. Конечно, и бессмертные немного потеряет от такой защиты, однако это будет не так критично, как множество смертей. Эрагон при каждом нашем пересечении в коридорах или в зале Босвилинга нервно отводил глаза, чтобы не выдать своё отвращение ко мне. Впрочем, я его прекрасно понимала. Иногда незнание чего-то сказывается на взаимоотношениях ещё хуже лжи. Вот и сейчас, когда Верховный Серафим отчитывался о каком-то деле перед Босвилингом, как бы унизительно это ни была, он смотрел то в стену над плечом моего брата, то прямо на него, и никуда более. Моё присутствие на приёмах кого-либо у Босвилинга было чистой формальностью и не требовало ничего сверхъестественного, поэтому я была свободна сразу после обеда. Начиная с полуденного времени и заканчивая глубокой ночью, я гуляла по городу в сменном облике. Многократно за день я посещала пещеру с предсказаньем, но ничего не менялось. Я могла по часу сидеть не подвижно перед сокрытым древностью текстами и думать о бале, о любви, о том, что происходит в моей жизни. Иногда я тихо плакала, скучая по весёлым денькам в школе. То, как я тратила всё своё свободное время на учёбу вместо того, чтобы развлекаться с ровесниками, очень меня расстраивало. А почти во всех проблемах моей жизни был виноват Босвилинг. Я до сих пор чувствовала себя слабой и, каюсь, мне очень страшно было находиться рядом с безумцем-братом. Каждый раз, когда он дотрагивался до меня, приходилось быть на стороже. Мысли о скорой смерти раз за разом всплывали в голове. Тамаки, мальчик, лишённый детской радости, наивности и родительской любви. Люцифер, лишённый спокойствия, безболезненных дней и тихих ночей без погони. Мими и Дино, Сэми и Ади, чьи отношения находились под ужасным запретом, а когда пришло время сломать стандарты, их любовь настигла страшная эра безумия. Ребекка, жизнь которой основывалась на сплошной строгости, напряжённости и холодности. Понимая, что никакие молитвы не изменят будущее, я всё равно села на колени в мокрой и тёмной пещере, положив руки на камни, опустила лоб, тихо двигая губами в такт своей внутренней мольбы. Поднимаясь с влажной поверхности булыжников, я в последний раз взглянула на иероглифы древнего языка. Уверив себя, что новых строк уже не появится, я осторожно вышла, не задевая камни своим телом. И в тот момент, когда я набрала побольше воздуха в лёгкие, раскрывая крылья, не заметила, как за спиной сами собой царапаются новые строки предсказания. Раскрыв большие крылья, я выпорхнула из пещеры и понеслась к главному острову ангельских городов. Сердце щемило от тоски по друзьям, которые сейчас под предводительством Люцифера скрывались где-то в Аду или многочисленных пещерах ангелов. Я больше склонялась к тому, что они прятались в Аду. У Люцифера там намного больше помощников, которые сделали одолжение своему полноправному правителю и укрыли у себя. Хотя мне до сих пор кажется, что кого-то из друзей я часто вижу в Цитадели. Погрузившись в свои мысли не сразу заметила, что на ровне со мной летел ещё один бессмертный. Не поворачивая головы, я ощутила жар, исходящий от него. Внутренне, изо всех сил, я надеялась увидеть Люцифера рядом с собой, но это было невозможно: он скрывался и должен прийти только на бал. Натянув улыбку на лицо, повернула голову и встретилась взглядами с Мефистофелем. Серьёзные глаза пробежались взглядом по моему лицу. Демон кивнул в знак приветствия. Я тоже ограничилась кивком. Язык во рту совсем не ворочался в последние дни. – На Бал соберётся много людей. И даже предупреждение о возможной опасности их не останавливает. – Мы не можем запретить им посещение такого торжественного мероприятия. – Может быть. От сильно потока ветра очки слетели с лица Мефистофеля, и я успела их поймать. Брат Люци благодарно кивнул, а весь оставшийся полёт мы молчали. Каждый погрузился в свои раздумья. И только когда мы приземлились перед самыми воротами Цитадели, демон небрежно бросил мне: – Виктория, мне нужна встреча с Люцифером. – Он в бегах. Я не знаю, где он. – Мне нужна встреча с ним. Демон продолжил настаивать, и даже в голосе появилась жёсткость, свойственная Люциферу. Всё-таки семейные узы проследить достаточно легко. – Я не могу организовать вам встречу, потому что не знаю, где он, – терпеливо повторила я. Краем глаза заметила, как кулаки Мефистофеля сжались, а по лицу начали ходить желваки. – Ты всё знаешь. Не строй из себя идиотку. Что за игры? Он, значит, сидит в тюрьме Цитадели, а ты мне откровенно лжёшь, что Люцифер где-то бегает? Лицо мужчины скривилось, а я удивлённо вздохнула, но постаралась не меняться в лице. То, что Люцифер оказался пойман, стало для меня сюрпризом. Я сжала виски от внезапной боли, а Мефистофель в это время так же стоял напротив меня, ожидая реакции. – Хорошо. Получасовая аудиенция. Не больше. Мужчина не настаивал на другом, но продолжил сжигать меня взглядом. Я, прикрыв на мгновение глаза, отвернулась и зашла внутрь огромного здания. Большинство коридоров пусты, из-за этого шаги отражались эхом от высоких потолков и плотных стен. Среди многочисленных разветвлений путей я почти потерялась, но, вовремя заметив стражника, попросила его провести нас к темницам. Его безразличное лицо на миг потеряло маску, и я заметила то, как нервно он сглотнул. Через несколько минут мы оказались в подвале. В одинокой темнице из десятка, а может и сотни комнат была занята лишь одна. Оставшись в тени, я наблюдала за резкими движениями Мефистофеля, который зашёл внутрь комнаты. Из-за спины демона я увидела Люцифера, неподвижно висящего над сырой землёй. Чем-то его поза напоминала мне распятого Иисуса по земным приданиям. И я поняла, насколько было это положение неподвижного заключённого удобно для тех, кто его избивал. Предназначенный поднял голову и посмотрел в мою сторону с какой-то животной агрессией. Наверняка Босвилинг стоял на этом же месте и следил за избиением Люци каждый раз. Я сжалась под его взглядом и ступила чуть дальше в тень, чтобы он не разглядел меня. Не разглядел мои слёзы. Зажав рукой рот, чтобы не всхлипнуть, я немного отвернулась. – В прошлый раз ты мне так и не ответил, можно ли называть тебя Босс. Босвилинг слишком длинно. Язык не успевает провертеть твоё имечко до того, как меня начинают бить твои прислужники. – Люцифер, забудь на мгновение о нём. Говори со мной. Мне показалось, что Мефистофель протянул к нему руку и, не дотронувшись, опустил. Младший брат будто и не обратил внимания на просьбу старшего брата. Люци продолжал пристально смотреть в мою сторону. Тогда я отважилась спросить через его мысли: "Как ты? Давно со мной не связывался и не отвечал. Я волнуюсь." Люцифер неожиданно застонал, и я дёрнулась в его сторону. Мефистофель тоже обернулся ко мне в замешательстве. Лишь стражник стоял неподвижно. – Что с тобой? – спросил старший брат. – Любимая каждый день разговаривает со мной. Думает, я до сих пор в бегах, и не подозревает, что я попался, – не называет меня именем Люцифер. – Не люблю врать ей. И каждый раз, когда слышу её голос в голове, не могу оставаться спокойным. Она будто всегда со мной. Стоит ей со мной заговорить, мне кажется я чувствую её прикосновения. "Пожалуйста, поговори со мной." Люцифер снова дёрнулся, как от ранения, и я заметила новое пятно крови, ползущее по его животу. Мефистофель тоже заметил его и в нерешительности обернулся ко мне на несколько секунд. – О чём ты хотел... поговорить со мной? – Я нашёл книгу, о который ты однажды упомянал. На Балу, если будет время, прочтёшь. Хотя интересного там почти ничего нет. – Ты до сих пор думаешь, что я остался приглашённым на Бал? Я скорее сгнию здесь, чем попаду туда. Босс меня очень не любит. Да? – наигранно ласково обратился он ко мне. Я закрыла ладонью глаза, чтобы снова не заплакать. "Я люблю тебя." – шёпотом произнесла я в его голове. – Мефи, пожалуйста, если у меня не будет шанса с ней встретится, передай ей, что я её люблю до безумия. – Ты стал слишком сентиментальным, – появился из ниоткуда Босвилинг. Я вздрогнула и украдкой стёрла с щёк последние слёзы. Мефистофель медленно развернулся к Босвилингу, стоящему под самым факелом. Босвилинг, похоже, не заметил меня. – Что ты тут забыл Мефи? Кто тебе дал разрешение на встречу с Люцифером? – с усмешкой спросил он. В темнице воцарилось молчание. – Раз молчание не прерывается. Заковать его тоже, – деловым тоном бросил он. Люцифер смотрел на меня, наверняка не понимая, с кем он разговаривал до этого, если Босвилинг перед ним. – Нет, – жёстко ответила я. – Сегодня вечером Бал. Они оба должны присутствовать на нём. Я распоряжусь о том, чтобы им дали комнаты. Братья приведут себя в порядок, и Бал пройдёт на отлично. Я вышла из тени, неотрывно смотря на кровного родственника. Он скривился, видимо, поняв, что его планам ничего не светит. Встав рядом с ним, я наклонила голову, и резко огрызнулась: – Думаешь, я оставлю просто так тот факт, что ты мне не сообщил последние новости? Я тебе не девочка на побегушках. Я такая же полноправная правительница, как и ты. Если даже ты успел поменять свои планы, мне без разницы. Всё пройдёт так, как мы планировали изначально. Не смей делать что-либо без моего ведома. Босвилинг от чего-то развеселился и попытался меня обнять за талию, но я стряхнула руку, подбирающуюся ко мне, и сложила свои руки под грудью. В горле появился комок. Я чувствовала взгляд Люцифера, пробирающий кости насквозь. Однако посмотреть ему в лицо так и не осмелилась. – Ведите обоих ко мне в комнаты, я прослежу, чтобы оба были в подобающем виде перед Церемонией. И развернувшись, я пошагала наверх. В темнице мне стало вдруг душно и тесно. Перед тем как подняться по лестнице, я услышала звон цепей, что значило освобождение Люцифера. Незаметно около меня оказывается братец, который с неизменной улыбкой смотрит по сторонам. – Вики, ты сломала мне планы. – А ты не сказал мне об этих планах. Квиты. – Ты даже не знаешь, что я хотел сделать, – наигранно жалостливо и обиженно промычал он. – В следующий раз будешь предупреждать. Вот тебе и урок. Я развернулась и пошла в другую сторону от Босвилинга, спиной чувствовала его тяжёлый взгляд и понимала, что в какой-то мере он даже рад, что я проявляю свой характер. Когда я обернулась, его уже не было в проходе. Но стоило мне повернуть голову обратно, я чуть не споткнулась от неожиданности. Со мной почти столкнулась целая толпа друзей: Мими, Дино, Ади, Сэми и ещё несколько незнакомых демонов. – Вики, Люцифера поймали. Он не хотел, чтобы мы тебе говорили, но я так не могу. Его нужно срочно найти! – Мими слишком эмоционально кричала, что я испугалась того, что Босвилинг услышит. – Какое мне до этого дело? – безразлично спросила я и аккуратно посмотрела по сторонам, показав перед этим подруге знак, чтобы она замолчала. В это же время сзади толпы ангелов и демонов появилась стража. – Виктория, что прикажите делать с нарушителями вашего покоя? – нескольких самых опасных на вид демонов схватили за предплечья и вывернули руки. – Выгоните их, – бездумно бросила я. А Мими натурально удивилась моему решению. А когда всех друзей схватили за руки, я сменила своё решение, – хотя нет, подождите. Они, должно быть, есть в списках гостей. Сопроводите их в гостевую комнату. И осторожней с гостями. Сзади послышались шаги, и я поняла, что меня уже нагнали Люцифер и Мефистофель. Мими поменялась в лице и спокойно взглянула на меня. Сделав вид, что мне уже надоели бесконечные потоки бессмертных, я скривила лицо и помахала ладонью, чтобы их выпроводили. И, бросая последний взгляд на друзей, которые, кажется, всё поняли, ушла к себе в сопровождении двух демонов-братьев. Через несколько лестничных пролётов мы оказались в моей комнате. Перед тем как зайти к себе, я приказала нескольким женщинам принести несколько комплектов строгой одежды для гостей. Попав всё же в комнату, я подпёрла спиной дверь и смотрела за тем, как Мефистофель помогает младшему брату снять одежду, мешающую зажить ранам. Полуголый Люцифер сидел на моей кровати и безотрывно наблюдал за мной. По неизвестной для самой себя причине я боялась встретится взглядами с Предназначенным. Мефистофель в это время расположился за барной стойкой, попивая воду, и разглядывал нас по очереди. Я продолжала подпирать дверь спиной. Вскоре принесли несколько комплектов костюмов для Люцифера и Мефистофеля. Я положила их на кровать и тихо произнесла: – Переодевайтесь, я буду в ванной. Предназначенный ухватил меня за руку. Пульс тут же участился, а дыхание спёрло. – Почему ты не вышла из тени? – Почему ты меня не предупредил? – Я первый спросил. Я чувствовала строгий взгляд Мефистофеля, смотрящего прямо мне в спину. Зажмурив глаза, я попыталась выпрямиться, но Люцифер обхватил двумя ладонями моё лицо и напористо поцеловал. Я смущённо отпрянула и обернулась на второго мужчину. – Нет причины, по которой я не вышла из тени. Просто... – Люцифер, имей совесть, девушка не хотела показывать слёзы, которые ты приравниваешь к слабости. Мефистофель махнул рукой и закатил глаза. – Я уже давно не считаю их слабостью, Мефи. И она это знает. Я осторожно разжала пальцы Люцифера и ушла в ванну, как и говорила. Из-за закрытой двери я слышала, что мужчины переговариваются о чём-то. Когда оба были готовы, Предназначенный заглянул ко мне и позвал в комнату. Мефистофель, как сказал Люци, вышел прогуляться по дивным садам Цитадели. Пока я не знала, куда себя деть и что делать наедине с Люцифером, он чувствовал себя замечательно. Разглядывал меня с кровати, неподвижно сидя на ней. – Почему ты нервничаешь? Я пожала плечами и продолжила ходить из стороны в сторону. Время Бала незамедлительно приближалось. Перед глазами раз за разом появлялась картинка болезненного лица Люцифера. Арматура в его животе. Страшно большая лужа крови под ним. – Вики, иди ко мне, – попросил он, при этом каким-то немного нахальным тоном бабника. Я мотнула головой и закрыла глаза, остановившись на месте. – Да что с тобой? – вспылил Люцифер. – Неважно, – я махнула рукой. – А мне, знаешь ли, важно. Очень важно. Сядь и поговори со мной. От его слов внутри поселилась какая-то напряжённость, и я никак не могла понять, что со мной происходит. Люцифер дёрнул меня за руку, уронив к себе на колени. Не поняв даже, как это произошло, я схватилась за его чёрную рубашку двумя руками. – Поцелуй меня, пожалуйста, – мягко попросил он. Я коснулась губами его шеи, пытаясь навсегда вобрать в себя его запах. – Поцелуй меня в тот момент, когда ты найдёшь меня перед смертью. Это будет моё предсмертное желание. – Нет, пожалуйста, не говори этого. – Ты сама знаешь, что это правда. Я всхлипнула, а Люцифер запустил пальцы в мои распущённые волосы, погладил затылок, чуть приподнял мою голову и сам коснулся губами сначала носа, потом щеки, а потом тихонько губ. – Если мне будет очень больно, помоги мне, ладно? Я всхлипнула, поняв, что он имеет ввиду. Убить. Убить своими руками. – Я не смогу. – Я прошу тебя. И, знай, я буду ждать тебя там, в пустоте и тишине. Слышишь? Сколько угодно буду ждать, главное, приходи. Я обняла его за шею, коснулась своим лбом его лба. Потёрлась носом о его нос. Внимательно глядя в его глаза, я увидела, как они покраснели, а из одного глаза потекла скупая мужская слеза. Обхватив его скулы руками, я поцеловала его, глубоко, по-настоящему, с любовью. На губах чувствовались солёные слёзы. Некоторое время мы неистово обнимали друг друга, изредка сталкиваясь зубами. – Ты не уйдёшь от меня, – тихо и неуверенно сказала я. А затем уже настойчиво повторила, – Не уйдёшь. Не допущу. Будешь самым независимым и лучшим правителем Ада. На этом мы решили. Он не спорил: либо боялся меня расстроить, либо просто молча согласился. – Иди в тронный зал. Там уже начался праздник. Я скоро подойду. Люцифер кивнул и в последний раз за следующие несколько часов провёл рукой по моему лицу, грубо поцеловал, пытаясь выдавить из себя боль. Я в ответ провела рукой по его жёсткой щетине и ненароком заметила: – Когда-то в Школе у тебя были совсем мягкие усики, а борода не появлялась. Мужчина поморщился и всё-таки ушёл. Я собралась за довольно быстрый срок. Платье у меня уже было давно готово и ждало своего часа. Макияж был почти незаметен. А волосы я не стала собирать, потому что не осталось ни сил, ни желания. Когда я спустилась в праздничный зал, внутри уже было много народу. В толпе я разглядела Люцифера в Мефистофеля. Рядом с ними вилась Ости, которая никак не могла обратить на себя внимание Люци. С другой стороны зала были распределены друзья. Каждый следил за распределёнными заранее зонами. Я неспешным шагом шла к центру, где велись светские разговоры. Однако атмосфера стояла вовсе не праздничная. Кто-то чуть ли не трясся, ожидая появления Босвилинга. Кто-то напряжённо поглядывал по сторонам. А кто-то и вовсе жался к стенам, предпочитая отстраниться от лицемерства. С подноса официанта я схватила стакан с безалкогольным напитком. Сегодня почти не будет алкоголя. И это немного печально, потому что Босвилинг будет в трезвом уме при перевороте во дворце. Брата не было, из-за чего я позволила себе немного расслабиться. Я пригубила напиток и поднялась на балкончик второго этажа. Оттуда было прекрасно видно происходящее в главном зале, поэтому я могла спокойно следить за обстановкой, не приближаясь к ней. На противоположном балкончике стояло несколько стульев, предназначенных для музыкантов, которые вот-вот должны были появиться. Мимо меня прошло несколько ребятишек, шумно галдящих. Среди них я заметила Тамаки. Вокруг него кружили братья и сёстры по несчастью. Я удивлённо на них взглянула. Рядом с детишками появилась воспитательница. На ней было поношенное платье, кое-где были заплатки. А дети были в новенькой одёжке. – Что вы здесь делаете? Я же вас предупреждала, что произойдёт. Женщина вздрогнула и вдруг увидела меня. Губы искривились в страхе. – Я не хотела приходить. Но... Всех музыкантов призвали. Это был приказ, я не могла ослушаться. И детей не могла просто так оставить одних. Я тяжело вздохнула и провела ладонью по лбу. – Идите одна. Я их уведу в безопасное место. Женщина несмело улыбнулась и ухватившись за чехол с музыкальным инструментов умчалась. Я же, собрав всех детишек вместе, увела их в свою комнату. Закрыв шторы и найдя детскую книжку, я предупредила Тамаки о том, что делать в чрезвычайных ситуациях. Он послушно выслушал и покивал головой, сказав, что всё понял. Мальчик сел читать всем ребятам книжку, а я побежала в зал. Не успев вернуться в зал, я услышала несколько взрывов и жуткий грохот. Я вбежала внутрь, когда послышались множественные крики страха и боли. Балкончик с музыкантами повалился вниз, придавив нескольких бессмертных обломками камня. Некоторые из музыкантов оказались тоже погреблены с обвалах здания. Я с застывшим ужасом смотрела за тем, что происходит внутри. Рядом встал Босвилинг. Он был весь в пыли и грязи, но довольный и расслабленный. – Что происходит? – крикнула я. – Твой саботаж, Вики. И, естественно, твоих друзей. Этого ты хотела? Всё ведь ради этого сделала. Наслаждаешься смертями ангелов и демонов, невиновных ни в чём? – Ты... – Нет, ты. Я здесь вовсе не причём. Думала, я не узнаю, что ты и была Кьярой? Думала, я не узнаю твои планы? У меня всегда и везде есть уши и глаза. И мне всё докладывают. В детстве говорили, что ум – твоя сильная черта. А моя – магия, сила, энергия. А на самом деле, всё это принадлежало мне с самого начала. Взрослые не учли, что я могу поддаваться сестрёнке в играх. Или подобной чепухе. Я должен был появиться на свет. Только я. И я был бы победителем. Мной бы гордились родители. Жизни всех людей были бы намного легче, если бы не было тебя, половинка зла. Ты приносишь несчастья. А я сглаживаю неприятности. Ты глупая девочка, застрявшая в себе, своих проблемах и не видящая того, что происходит вокруг. Подумай вот над чем, есть ли хоть кто-то, кому ты по-настоящему нужна. Я тоской наблюдала как здание по кусочкам разваливается и засыпает бессмертных живьём. – Нет, я виновата, – дрожащим голосом ответила я. – Да, Вики. Ты – зло. Ты – причина хаоса и боли. – Нет, – более уверенным голосом ответила я. – Если бы ты хоть чуть-чуть проявлял ангельские черты, которые есть в тебе, ты бы прямо сейчас всеми силами останавливал то, что происходит. Ты бы помогал бессмертным. Но тебе на них плевать. – А тебе не плевать? Если нет – беги, спасай. Внутри закипела агрессия. Причём она была какой-то нечеловеческой, животной. Мне хотелось раз и на всегда закончить всё, что происходит. Убить Босвилинга. Убить брата. Убить предателей или наказать их. Тяжёло вздохнув, я кинулась на кровного родственника, который, кажется, без особых усилий уворачивался от моих атак. – Где же твои друзья и помощники? Где они? Никакой поддержки, – брат издевательски захохотал. Я хотела схватить его за горло, но в этот момент кто-то сбил меня с ног. Я рухнула на пол, и от удара у меня спёрло дыхание. Схватившись за солнечное сплетение, я попыталась встать, но было безуспешно. Моё плечо придавила чья-то тяжёлая нога. Послышались сатирические замечания, и я сразу поняла, кто удерживал меня. Джек. Мой Земной друг, возлюбленный, которому не повезло со мной встретится. Он наступил мне сапогом на горло, и дыхание окончательно перекрыло. Я дёргалась под ним, а он смеялся, наблюдая за моими муками. Отчаявшись, я выпустила из руки импульс. Но его почему-то хватило. Босвилинг безразлично наблюдал, как Джек отпрыгивает от меня и падает. Как же быстро иногда бессмертные становились смертными. Через силу я встала, лёгкие жгло от каждого вдоха. Внутри как будто образовалась пустыня. Из темноты коридора появился Люцифер. Всего одним движением Босвилинг откинул его к стене и скучающе посмотрел, какой вред нанёс ему его удар. – Что ты хочешь, Босвилинг? – спросила я. – Много чего хочу. Но в данный момент того, чтобы ты не появилась на свет. Сплошное несчастье. И ты его прародитель. – Вики, не слушай его, – крикнул Люцифер, снова приближаясь к Босвилингу. Брат снова попытался откинуть моего Предназначенного, но я сжала пальцы, ставя блок на Люцифера. Демон налетел на Босвилинга и тому пришлось защищаться. То и дело я пыталась сбить с ног брата, но ничего не получалось. В итоге Люцифер всё равно был откинут к стене. Светловолосый полудемон полуангел пустил в него тёмную сферу, которая, казалось, должна поглотить его и сжечь изнутри. Босвилинг не дал мне помочь Предназначенному и повалил на пол. В руке его сверкнул нож, и в этот момент я подумала, что всё закончится для меня прямо сейчас. Уже без страха перед смертью я смотрела на лезвие, которое вот-вот проткнёт меня. Родственник замахнулся и всадил в грудь нож, но слишком сильно надавить не успел. Через слипшиеся ресницы и пелену я увидела Люцифера. Он открыл вторую ипостась. Она была грозной и рогатой. Я даже немного усмехнулась. От этого действия меня начало тошнить, и, судя по всему, лёгкие наполнялись кровью, потому что дышать стало снова сложно. Скользкими пальцами я пыталась вытащить нож, но всё безрезультатно. – Вики, тихо-тихо. Не двигайся. Я сейчас вытащу. Всё будет хорошо, доченька. Маму я уже не рассмотрела: закрыла глаза. Мне казалось, что сознание медленно покидает меня, но боли не было. Зато по щекам потекли слёзы. Руки соскользнули с ручки ножа и безвольно упали. – Вики, слышишь меня? – потерянно шептала Ребекка. – Вики, нет-нет-нет-нет, ты не можешь покинуть меня снова. Лезвие с трудом вышло из моей груди. Воздуха критически не хватало, но я старалась прислушаться к её голосу. – Папа бы гордился тобой. И он точно любил тебя. Будь уверенна. Ты ведь мне веришь? Она прижала мою ладонь к своей щеке. Мама целовала моё кровавое запястье, ни чуть не кривясь от крови. Неподалёку послышался новый грохот. Похоже, кто-то из борющихся бессмертных влетел в стену. Послышался стон. Рядом оказался кто-то большой. Басистый и чуть искажённый голос Люцифера раздался над моей головой. – Она ведь не умрёт? Мама ничего не ответила, поцеловала моё запястье. Я смогла вздохнуть и резко распахнула глаза. За секунду я смогла рассмотреть новое лицо Люцифера, а потом мои глаза расшились от безысходности. – Сзади, – шепнула я, коснувшись ослабленной рукой серой кожи Предназначенного. Она была очень горячей. Можно было получить ожог, но мне вовсе не было больно. Люцифер успел увернуться и повалить Босвилинга снова на землю. Я осторожно опёрлась на маму и встала на ноги, покачнувшись в сторону. На другой стороне разрушенного зала дрались друзья, несколько Верховных Серафимов и Мефистофель. Набравшись сил, Босвилинг откинул Люцифера в стену. Пробив её спиной, демон оказался на улице. Я неожиданно для самой себя крикнула от ярости и кинулась на брата. Мама была рядом и тоже старалась помогать атаками. Предсказание сбылось. Люцифер наткнулся на арматуру на улице. Всё это глупое стечение обстоятельств. Я схватила с пола окровавленный кинжал и тут же с остервенением воткнула Босвилингу его в грудь. По его подбородку через несколько секунд потекла струйка крови. Почему-то в этот момент брат больше не сопротивлялся. Крепко схватившись за моё плечо, он прошептал: – Такой я и видел свою смерть. Меня это окончательно разозлило, и я приблизилась к его лицу, начав шептать ужасное заклинание, которое надеялась не использовать никогда в жизни. Внутри со всего тела собирался плотный клубок обиды, злости, ярости, ядовитой отравы, которая была пущена самим Босвилингом в моё сердце. Весь этот клубок яда, сплетённый во мне, перешёл к брату. Он сразу начал бледнеть, а глаза его сделались ласковыми и нежно смотрели на меня. – Будь я обычным человеком с Земли, будь я в других обстоятельствах, сестра, я бы с умопомрачительной силой любил тебя, защищал от плохих ребят и лелеял. Но мы не на Земле, и мы не люди. Другие обстоятельства заставляют нас действовать так. Ненавидеть друг друга. На секунду меня одолевает жалость к нему. Но всего на секунду. Я вспоминаю, что он натворил. Вспоминаю, сколько жизней он унёс своим желание власти. Я небрежно отпустила его тело и отвернулась. Было противно и горько. В последний раз развернувшись и проверив состояние Босвилинга – по его коже расходились тёмные трещинки и незамедлительно уничтожали его, – я, что есть мочи, полетела к Люциферу. Вторая ипостась пропала. Мёртвенно бледная кожа охватывала тело мужчины. Его глаза были закрыты, но я видела как дёрнулся кадык. Железная арматура торчала из его живота, и его руки судорожно хватались за неё. К этому времени моё тело стало ослабевать от притока сил Босвилинга, который к этому времени, видимо, скончался. – Ты не уйдёшь от меня, – шепнула я. Не удержавшись на ногах, я упала рядом с ним на колени. Мужчина открыл глаза, кошачьим взглядом наблюдая за мной. Его зрачки расширились при виде меня, почти полностью перекрывая красную радужку. – Я люблю тебя, Непризнанная. – Дай мне руку, – попросила его я. Но он всё так же цеплялся за арматуру. – Дай руку, я помогу тебе. Люцифер, пожалуйста, хватит упрямится. – Ты похожа на воздушную принцессу в этом платье. – Люцифер, – уже со слезами на глазах попросила я. – Дай я помогу. Ты не можешь уйти. Внутри я почувствовала, как натягиваются множество ниточек, а одна из них больше всех, будто готовая разорваться в ближайшее время. – Поцелуй меня, Вики. Исполни моё предсмертное желание. Ну же. Я заметила, как начало обмякать его тело. Ноги уже давно не двигались. А руки потихоньку скатывались по животу к земле. Голова начала запрокидываться. – Нет, – неверяще откликнулась я. – Ты не можешь меня оставить, Люцифер. Я же... Я же люблю тебя. Я взяла в руки наклоняющуюся голову и подула демону в лицо. Но всё-таки выполнила желание. Наклонилась, дотронулась губами до синеватых и уже прохладных губ Предназначенного. На языке появился вкус железа, а на губах осталась кровь. Вот и всё. Его больше нет. Нитка, которая натянулась внутри меня не рвалась, но, кажется, была готова это сделать, когда я отпущу бездыханное тело.