Смех богов

«Смотри внимательно на тропу, ведущую в выбранную даль»

      Эта невысокая девчонка, едва получив согласие нанимателей, во всеуслышание объявила, что лошадей придётся оставить. «Они лишь притянут хищников, без них быстрее и надёжнее», спокойно ответила она на вполне резонные, пусть и грубые, вопросы, не заставившие себя долго ждать. Не стала задерживаться, чтобы выслушать придирки, ругань и сомнения уже не только Гантрама, но и остальных мужчин, возможно попросту недовольных тем, что такая мелочь будет ими командовать. Не то, чтобы Гардогу такое тоже приходилось по душе. Необходимость положиться в таком важном деле на подростка, ещё и девушку, нервировала, казалась нелепой. Само такое стечение обстоятельств могло бы забавлять, если бы не один факт: им кровь из носу нужен был хоть какой-то проводник. Поэтому он сказал всем, прерывая гомон, что раз так нужно для лучшего броска через загадочный лес, то так тому и быть, и все должны это исполнить. Ведь всё нужно для достижения цели. Пока из домишки, где скрылась смотрительница, доносился какой-то грохот и возня, а подчинённые на скорую руку перепаковывались для пешего похода, сенешаль отвёл хозяина чуть в сторону в тень деревьев на краю поляны. — Рейнард, не стоит ей сразу потакать лишь потому, что она женщина, — начал мужчина тихо говорить, прекрасно зная об отношении своего господина к слабому полу и его частых потребностях. — Она не так проста, как могла показаться. — Да ну? Соплячка, живущая, по всей видимости, одна на отшибе волшебного леса. Я что-то упустил? — язвительно хмыкнул парень и продолжил. — Поэтому-то я почти уверен в том, что она хоть как-то, но разбирается в своём деле. Нам нужны её знания и опыт. — Я просто напоминаю тебе быть сосредоточенным на деле, Ардо, — Гантрам потрепал его по плечу. — Она сейчас почти точно такая же слуга, как и все. Требуй от неё выполнения работы, а не сразу иди на поводу на глазах у остальных. — Сам знаю, — Гардог ответил с небольшим ворчанием, впрочем вполне мирного характера. — Пока просто не вижу причин не следовать её указаниям. Пойдём, обсудим со всеми, кто поведёт лошадей в замок. — На своих двоих, конечно, утомительней, зато трупы с собой не повезём, — согласился старший мужчина, и они направились к остальным.       Без особых проблем вернув всем бодрый настрой словами о том, что через два дня они обгонят принцессу, Рейнард подвёл своих друзей к тому, что кому-то одному придётся коней вместе с телами и теперь излишней поклажей отвезти домой.       Так как никто не хотел покидать погоню в одном из самых непростых её моментов и оставлять сотоварищей перед лицом опасного леса, пришлось проводить жеребьёвку. Наспех собрали с поляны двенадцать тёмных камушков, один светло-серый, закинули в небольшой кожаный мешочек. И пока один из слуг постарше, Кифер, деловито встряхивал содержимое, остальные шутили, что будет очень смешно, если жребий вытянет сам Гардог или его «сиделка». Предводитель, чья рыжая макушка выделялась на фоне русых и тёмных, хохотал вместе со всеми, стоило ему только такое представить. Зато Гантрам этого веселья не разделил, насупился и под смех, пользуясь отвлечением, первым полез рукой в мешок. Конечно, выудил тёмный кусочек породы. Следом Рейнард наобум вытащил почти такой же. Затем самый молодой Ортвин — тоже чёрный камушек. Потом Тито присоединился к отправляющимся. И высоченный Хаган, метко стрелявший из лука. Велтен, который приходился хорошим другом правой руке лорда. А вот Видару не повезло. «А может, и повезло», подумал Гардог, когда в руках подчинённого показался светлый камушек. Хотя бы один из вернётся в родной оплот, если в дороге с ним не приключится чего плохого. И пока пятеро, освободившихся от игр с судьбой, наполовину подтрунивая, наполовину утешая, благодарили раздосадованного, настроение их хозяина становилось лучше и уравновешенней. В воздухе начинала витать атмосфера скорого возвращения в дорогу. Оставались считанные минуты, а о чём ещё при сложившихся обстоятельствах можно было мечтать? Всё было решено, всё было готово. Ну почти. Не хватало ключевой фигуры. Однако не успел Видар, провожаемый двумя лучшими друзьями: Оскэром и Хернэном; сцепить поводья лошадей специальным поводом да погрузить излишки вещей, как Рейнард краем серого глаза заметил движение со стороны убогой избы.       Повернув туда голову, он увидел их проводника, и её образ заметно отличался от того, в коем она предстала минут десять назад. Рубашка и штаны сменились на менее свободные, лучше обозначавшие фигуру с плавными изгибами. Чёрная, плотная ткань была крепко примотана на голенях и предплечьях неуместными ярко-синими лоскутами. Ворот окаймляла оторочка из жёлтого, колючего меха странного вида. Ноги закрывали теперь более поношенные ботинки, выше прежних. Убрался и грязный головной убор, открыв вид на немытые волосы, по которым понять их цвет не представлялось возможным. Светлые? Русые? Просто грязные и свалявшиеся. Зато их собрали в хитрую причёску, которая как бы венчала голову над лбом «рогом», нацеленным вперёд. И на лице появилась маска из красок. Сплетение синих тонов, белых узких полос у глаз, висков и отчётливых жёлтых пятен у губ. Девушка положила свою торбу, набитую чем-то, себе под ноги, перегнулась через порог и взяла в руки миску с каким-то скрученным пучком травы, начала рисовать на двери узор. Гардог узнал его сразу же: перед глазами всплыл образ, тогда высокого для него Гуидо, который так же малевал знак и что-то говорил о том, что это то ли охранная метка, то ли руна на удачу. Сейчас же на его глазах это точь-в-точь проделывала его преемница, и это в очередной раз грубо напоминало о том, что прошлому никогда не дано пересечься с реальностью. Добрый и надёжный старик сменился девчачьим недоразумением. — Ну? Как там тебя звать, быстрее! — поторопил её Рейанрд, подправляя ремень на поясе. — Мы не можем ждать долго! — Суетливый идёт дольше, — ответила девушка, отложила краску и встала на колени перед дверью, достала из-за пазухи какую-то ветвь. — Ещё минуту, люди благородного дома.       Она выудила из сумки кусок кремня и нож, принялась высекать искру. Не в силах как-то повлиять на ритуальные обычаи, Гардог закатил глаза, выдохнул и повернулся к Видару. Тот уже сидел верхом и будто бы не решался покинуть своих. — Хорошей дороги тебе, Видар, — пожелал Гантрам. — Встретимся уж на своей земле, расскажи всё констеблю. — Доведи их в целостности, ладно? — попросил Алгар на прощание, а потом потрепал своего коня по гриве. — И троих тоже, — добавил угрюмый Дрейвн, потерявший утром брата Тилля. — Конечно, — всадник кивнул и ещё раз оглядел всех. — Удачи, Видар. Езжай, — подвёл черту их общий хозяин.       И слуга тронул лошадь, выводя свой конвой к той тропе, по которой они меньше чем полчаса назад приехали сюда. Животные буквально растворялись в зелёной листве и коричневых ветвях, хотя шуршание всё равно выдавало их. Не успела цепь скрыться из виду окончательно, как девушка бесшумно подошла к оставшимся, оглядывая их. Их так и осталось тринадцать.       Рейнард не считал это число несчастливым, но учитывая то, как всё непонятно и криво складывается, мысли закрадывались соответствующие. Не ошибка ли это безумное доверие неизвестному человеку, этот бросок через неведомые угрозы? Впрочем, узнать это можно лишь одним способом: пройдя этот путь. И как же он рвался вперёд. Душа ликовала от возвращения в гонку. — Как тебя тебя зовут хоть? — меж тем спросил главный весельчак Скилар, улыбнувшись на порядок мрачнее обычного. — Не важно, я не спрашиваю ваших имён, — нахмурилась лесничий и указала на чащу, противоположную той, откуда прекратило слышится шебуршание кустов. — Там это не будет иметь ровно никакого значения. — Не спрашивай — дело твоё, — пожал плечами седовласый Велтен. — Но мы-то хотим знать, кто будет вести нас.       «И какое имя писать на твоём надгробии, если ты подведёшь нас. Ох, лучше тебе не проверять этого», добавил про себя Гардог. Пока думать о расправе за возможный проступок не хотелось, ведь всё шло так, как он хотел. С такого расстояния он мог ощутить странный, ускользающий запах, идущий теперь от невысокой девушки. Наверняка, втирание каких-то трав или, чёрт знает, чего было частью традиций и правил. Уныло скривившись, будто ей не нравилось всё это, проводник сдалась. — Кирса. А теперь: ведите себя тихо — не разговаривайте. Следуйте за мной колонной по одному, постарайтесь ступать след в след. Не ломайте ветви и не срывайте растения. Слушайте и делайте то, что я вам говорю, — она обвела ещё раз всех взглядом светло-зелёных глаз. — Да, да. Мы уже всё поняли — не мешаем тебе делать свою работу, — нетерпеливо помахал рукой Рейнард. — Веди уже быстрее.       Девушка на секунду покосилась на него, затем повернулась и пошла в чащу пружинящей походкой, выдававшей в ней человека, которому приходится много ходить. Обученные и привычные ко всему люди тут же направились за ней, безмолвно выстраивались в цепь, знакомую им по всем прежним делам и походам. Командующий отрядом шёл третьим по счёту, пропустив перед собой старшего Кифера, и чувствовал почти что облегчение от того, что они начали двигаться вперёд.       На опытный взгляд Гардога — никакой тропы в этих зарослях не было и в помине. Тем не менее Кирса вела их вперёд, и они каким-то образом не встречали затруднений на своём пути. Ветви нависали над головой, листва мягко тыкалась в лица, а не хлестала. На земле не таились корни, которые только и ждали того момента, чтобы зацепить человека за ступню. То ли дело было в самом лесе, то ли в том, что мужчина впереди чётко следовал за девушкой. Парень не знал, просто продолжал идти и зорко наблюдать за всем вокруг, периодически оглядываясь, дабы убедиться, что и позади всё в порядке. Шли достаточно быстро, и что-то вокруг стало потихоньку меняться уже через минут десять. Об этом всё чаще давало знать внутренне чутьё. Собственная магия, текущая в венах, осторожно осязала всё вокруг и как-то сжималась, подобно мышцам, словно реагируя на нечто незримое. Контролировать это не получалось, поэтому единственный чародей в этой компании пытался извлечь хоть толику пользы, тщательно разбирая то непонятное, что чувствует. Правда, вскоре оно стало заметно и глазу простых людей. Растительность вокруг стала выглядеть иначе. Вот они шли по вполне себе обычному, знакомому всем и каждому лесу, а вот теперь их окружает странное. Листья деревьев изменили форму на более вытянутую, напоминая теперь лезвия ножей, на них появились фиолетовые прожилки. Ещё пара минут, и чаща сделалась несколько свободнее и темнее. Ветви кустов стали стремиться не в ширь, а в верх, похищая солнечные лучи. К фиолетовому цвету на листьях прибавился синий, жёлтый, а на коре встречались пятна красного мха. Все шли и рассматривали такое диво — многие из пришедших впервые в жизни оказались в зачарованной чаще. Рейнард же, скорее, узнавал местность, отмечая все странности уже разумом взрослого. Он впервые за несколько дней позволил себе не думать о цели — ему нужно было пока просто идти. Никаких хитростей, все уловки позже, когда они прибудут в северный город-порт. И несмотря на обманчивую безмятежность первых километров причудливых зарослей, парень знал, чувствовал, что опасности уже окружают их.       Мог ощущать какое-то движение магии то с одной стороны, то с другой. Большое, весомое и другое меньше, более активное. Понимал, что каким-то образом именно девушка выбирает такой маршрут, что позволяет разминуться с теми силами, не привлекая их внимания или интереса к людям. То, что нельзя было увидеть, понять логически малость раздражало Гардога — приходилось рассчитывать на чужого человека. «Игра», правила которых оставались неизвестными, началась. «Мы как слепые котята, хоть так и не кажется. Пока что», покачал головой парень и прошёлся рукой по рыжим волосам, проверяя, насколько те высохли. В самом деле, на данном этапе их странствия необходимость лесничего могла выглядеть непосвящённому необоснованной. Лес тянулся, превращался в совсем необычный по облику. Прибавлялось теней, новых запахов. Порой едких и кислых, порой мягко-цветочных и приятных. Однако ничего угрожающего на первый взгляд не было, да и не встречались пока никакие местные обитатели. В целом, всё оставалось достаточно спокойным, и через какое-то время молчаливого пути мужчины несколько расслабились. Неуместные цвета выглядели даже в чём-то красиво, а темнота чащи таинственно. Незаметно, сверху стали литься голоса птиц. Не такие, как обычно, просто другие. Более протяжные, низкие В чём-то даже похожие на человеческие, звучащие то единой песней, то вразнобой. Однако как путники не разглядывали путаницу ветвей и листьев различный форм — не смогли разглядеть пташек или расслышать порхание крыльев. Могла создаваться иллюзия того, что поёт сам лес. Несколько раз раздавалось громкое, высокое, визгливое стрекотание, напоминавшее цикаду или кузнечика. Разве что очень странных.       Примерно тогда же начались первые странности, ежели их так можно было назвать. Рейнард обратил внимание на то, что весь этот звуковой фон усыпляет всю бдительность. Уже не хотелось быстрее идти вперёд, хотелось гулять. А попробовав сконцентрироваться на счёте секунд, он обнаружил, что сбивается всегда после четырнадцатой. Глупо и абсурдно, но так и было. Ощущение времени стало ускользать. Оглядел своих спутников, увидел, что их тоже подразморило. Затуманенные глаза у некоторых, периодически слышались зевки. Главное, что все, наученные опытом, продолжали по привычке идти в темпе за девушкой, которая в отличии от них двигалась уверено, как ни в чём ни бывало. Гардог собрал волю и заставил себя собраться. Это кое-как удалось и теперь сквозь первое очарование места проступила его прикрытая чужеродность, опасность. На периферии зрения парень заметил какое-то движение, а резко повернув голову, почти уверился в том, что это было не животное, а изогнувшаяся по-новому ветвь. Лес вокруг двигался. Не слишком очевидно, но однозначно не только по воле ветра. Воздух тоже гулял, как ему вздумается, дуя иногда с двух, трёх сторон. За шелестом порой будто бы слышались шаги лап. Молодой мужчина бывал на охоте не раз, поэтому почти уверился в том, что слух не подводит. Впрочем, всё продолжало быть каким-то не таким, как обычно. Непонятным. Об этом настойчиво сообщало теперь не только чутьё, но и разум.       Действительное осознание того, что прямо сейчас их окружает иная природа с иными законами, с коими придётся соседствовать ещё два дня, не страшило. Рейнард оставался уверенным в себе, внутренне готовясь ко всему, что могло случиться. Да, такой заход во владения магии не шуточки. Но ведь никто не полагал, что всё будет легко. Он знал, на что шёл и подписал своих людей. Вопросом оставалось: сумеют ли они без жертв пройти? Терять соратников не хотелось, однако умалять весь риск, в который они уже вступили по самые уши, не стоило. И вскоре они получили первое тому подтверждение. Кирса внезапно остановилась, поднимая вверх правую руку, видимо желая дать всем знак, поступить так же. Не все успели среагировать, Гардог ощутил, как ему в спину ткнулся Ортвин, но не повернулся к нему. Его взгляд был прикован к девушке, что принюхивалась, водила головой. «Почти что как животное», подумал он, скользя глазами по зарослям, подсознательно ожидая всего. Пара секунд, и многих охватило молчаливое недоумение, как вдруг впереди и слева раздался вой: «Вар-рак-хоу-кхоу-у!». И Рейнард, с его богатым опытом ловли животных, сразу же уяснил: этого зверя он определённо ещё не видел ранее.