Смех богов

«Слияние и обилие — объединение всего»

      Парад военных впечатлял, тянулся не один час — Рейнард смотрел на него довольно спокойно, отмечая для себя лишь количество полков и гвардий, то, как поделены направления между ними, командиров и имена. Знакомые и новые. Этим днём военные выказывали почтение и преданность монарху, а тот в свою очередь с будущей женой, вступающей в официальный статус, приветствовали каждую фалангу. Вставали и провожали, когда те покидали площадь. Праздник призван продемонстрировать мощь и сплотить сильнее. Единство всего в стране. Напоминание, воззвание или же убеждение. Маркграф, вальяжно сидя на удобном сидении, поглаживал одной рукой Кирсу и чуть улыбался своему: её присутствие рядом играло искрами обожания, некого превосходства над всеми, и вдобавок ему нравилось, что зрелище её в самом деле увлекло. Девушка отчасти как ребёнок смотрела на отличающуюся форму военных, разные латы, оружие, подобранных в кавалерии лошадей одной масти. Ряды солдат выстраивались в фигуры с лёгкостью и отработанной грациозностью как одно живое существо, выкрикивали единое приветствие королю, и голоса звучали как один. На трибуне, под навесом среди негромких бесед знати, среди их общества — смешивались и голоса, и шуршание вееров и тканей, перьев на украшениях, запахи духов — лесничий подавалась вперёд, чтобы лучше рассмотреть построения, а когда вышла кавалерия и начала демонстрировать приёмы по типу левады, каприоли, баллотады, то её зеленоватые глаза вовсе вспыхнули восторгом, улыбка не просто осветила её лицо, а точно украсила всполохами волшебного света. И Гардог второй рукой взял её запястье, принялся перебирать пальцы и костяшки, сыто наклонив голову. Даже если остаток дня выдастся напряжённым и трудным, то такие прелести жизни того стоили. Её счастье и интерес. — Это высшая выездка, — коротко пояснил он ей на ухо, когда конники ровным строем уже покидали площадь. — Туда тяжело пробиться на обучение даже сынам лордов. — Это удивительно, — ответила девушка, отрывая взор от последних всадников, и прильнула к нему боком. Так по-женски. — И они, и лошади.       Маркграф улыбнулся ей в умилении и заправил её прядь орехово-русых волос, что выбилась из простой, но изящной прически. Кирса прижмурилась и легонько коснулась его запястья губами.       Смотр продолжался, солнце начинало пригревать и припекать. Время шло, и вскоре действо начинало походить больше на испытание для людей королевской крови. «Интересно, кто присматривает за его отпрыском в это время», задался вопросом Гардог, покосившись на ту часть трибуны. И Кирус и Аресели держались стойко. Являли выдержку, выучку. Что говорило о качествах принцессы. Рыщущий чуть дёрнул уголком губ и немного откинулся на спинку. Прислушался к тому, что творилось сзади. Ближайшие и доверенные слуги находились в отдельной секции. Чтобы не мешаться, чтобы охранять в чём-то покой. Незримое присутствие Гантрама оставалось осязаемым, и это добавляло спокойствия. Уж точно когда данная часть торжества завершилась: почётными и громкими горнами, что казалось оглушили весь город, и монаршья пара ритуально пригласила гостей разойтись на раздельные трапезы, Рейнард не переживал за то, что несколько часов придётся побыть отдельно от возлюбленной. Спускаясь с трибуны, придерживал Кирсу под руку, бережно и с тем сокровенно — многие дамы и мужчины бросали завистливые взоры — и она обаятельно ступала, льнула к нему, смотря на него как на единственного. — Ну вот, — подсказывал ей маркграф заботливо и с хитринкой, — у тебя будет обед с супругами, познакомишься с ними поближе как раз. Только не пугай их сразу, моё очарование. — Буду вести себя тихо, — пообещала в шутке девушка и коснулась пальцами его ключиц, когда они сошли обратно на плиты площади. — Что насчёт тебя? — Мужские разговоры, беседы, — пожал плечами он, но серые глаза азартно сверкнули — неплохие возможности для их дела. — Думаю, будет весело. — Гантрам будет с тобой? — спросила Кирса и чуть свела ровные брови в заботе об их друге. — Часть проведёт со мной, — кивнул лорд уверенно и пообещал, понизив голос: — А вторую с тобой.       Девушка улыбнулась с пониманием, приняла расстановку. Уж точно сенешаль поможет ей покинуть мероприятие пораньше, если она устанет. Но так хотя бы высидит необходимую по приличиям часть. Казалось и чудным приступать к делам после того, как парад военных закончился. Гардог поцеловал её, передавая соприкосновением, что несколько нарушало приличия, поддержку и уверенность. Любовь. Люди вокруг расходились по нужным группам, но они не спешили расставаться, пока выдавались эти минуты.       Но те истекали, покорные общему празднику и правилам. Мужчина нехотя прервался в ласке, выдохнул. Заметил приближение к их чете и вполголоса указал лесничему, пока не отстраняя лицо от её: — А вот и леди Кайс. Герцогиня, — прикрыл серые глаза, показал направление, куда смотреть. — Она приглашала тебя на отдельное знакомство, так что воспользуйся, пока не началось общение со всеми жёнами лордов и принцессой.       Девушка коротко и понятливо кивнула, улыбнулась ему глазами — уголки век точно немного приподнялись в прищуре. И Рейнард плавно перехватил её руку, чтобы они развернулись для отдельного приветствия. Самого герцога Кайса было не видно вокруг, видимо, уже спешил присоединиться к королевскому почти что молодёчнику. Они вдвоём синхронно присели в парном поклоне, распрямились, пока женщина, одетая сегодня в серебро с россыпью розоватых камней на одном плече, приседала в ответ. — Герцогиня Кайс, не устаю выражать вам почтение. Рад вас видеть и сегодня, — начал маркграф вежливо, с лёгкой улыбкой. — А вот и моя жена.       Всё же его взор исполнился пылом, когда он посмотрел на Кирсу. Парень не стеснялся этого — пускай все видят разницу того, как он видит свою женщину. Как ставит ту выше. Она же прижмурилась мимолётно ему, обозначив особую любовь и страсть, и склонила голову перед дамой, что выше неё в иерархии: — Кирса Гардог, — мягко и спокойно представилась она, пока герцогиня рассматривала её.       К этому любопытству не удавалось привыкнуть в полной мере, но хотя бы получалось его не замечать. Кайс что-то определяла за эти мгновения, вероятно, для будущих щекотливых бесед и знакомства. Кирса смотрела на неё с нейтральностью, вежливым почтением. Легко надевала маску, какую создавал Корбл, делая ставку на комбинацию сплетен, чужих интересов и того, как выглядела избранница рыщущего. — Вы очень юны, — первое, что сказала леди Кайс, скользя серо-голубыми глазами. — Но обойдёмся без лишних формальностей, Кирса. Зовите меня просто — Джиселла. — Как вам угодно, леди Джиселла, — согласилась она с лёгкостью обращения к старшей женщине. — Я очень рада, что первой со мной подошли познакомиться именно вы.       Она улыбнулась признательно, скрывая лесть. И пока герцогиня коротко обдумывала, как лучше повести дальнейшее, Гардог обнял лесничего и провёл носом по виску. Незаметно и с тем очевидно для всего окружения вдыхая запах волос. — Ну вот, моё очарование, — промурлыкал он малость игриво, и девушка бесшумно рассмеялась. — Уже нашлось приятное занятие для тебя, я рад.       Кирса положила ладонь ему на предплечье, огладив. Джиселла подавила улыбку и с тем удивлённое выражение лица. Но она быстро нашлась: — Вижу вы не против, Рейнард, что я увлеку от вас жену, — герцогиня уверенно прошла к ним на шаг. — Было бы неплохо познакомиться, пока мы едем на прощанье с незамужними днями принцессы. И мне очень любопытно послушать леди столь южного края. — Не против, — точно скрепя сердцем согласился Гардог и нежно отпустил Кирсу, она ему молча кивнула. — Развлекайся, пташка.       Осмотрелся — к ним уже подходил Гантрам, своим сдержанным видом показывая, что и в других сторонах пока всё идёт нормально.       Уж точно они никуда не опаздывали. Рейнард коротко прислушался к себе. Магии, разуму. Те не протестовали, чтобы возлюбленная перешла под некое покровительство старшей и умудрённой леди. И он добавил: — Что ж, тогда оставляю вас и желаю по-настоящему хороших часов, — быстро склонил голову и повернулся к сенешалю. Направился к нему, настраиваясь присоединиться к прочим лордам в сопровождении короля. Кирса проводила его взором и посмотрела на Кайс. Та улыбнулась и аккуратно перехватила её под локоть, как подружка, и повела в нужную сторону. — Должна признаться, что вы не просто юны, Кирса. Вы совсем ещё дитя, — откровенно указала она теперь без свидетелей. Тон беседы устанавливался ею как доверительный, искренний, даже с лёгким беспокойством. — Должно быть, порой нелегко с таким мужчиной. У вас есть поддержка семьи?       Кирса осторожно оценивала её слова, пыталась рассудить о целях. Не могло ли скрываться что-то с недобрым умыслом? И уж точно ей приходилось трижды подумать над своими словами, чтобы не испортить ничего. Это легко маскировалось под понимающую улыбку. Несколько секунд безмолвия, коротко облизнула губу и прикрыла глаза, обращаясь к той: — Он особенный, в самом деле. Но я, — важно кивнула, мягко подчёркивая и закрывая этот вопрос, — довольна, леди Джиселла. Хоть я и понимаю причины ваших мыслей. — Многих интересуют грязные подробности, — согласилась герцогиня, неспешно ведя их двоих по площади, и лесничий увидела новые кареты, куда устраивались дамы. — Но я не из таких. Свадьба Гардога разошлась такой внезапной новостью. И для меня было интересно просто познакомиться с вами, с той, кто справляется с его характером. Ещё и в таком возрасте. Хорошо что он вас… устраивает, вы понимаете.       Кирса слушала её, краем глаза поглядывая на те пёстрые кареты. Искала, потому что дело оставалось. Аресели сидела в окружении своих служанок, что как и она отличались смуглой кожей. Принцесса чинно сидела, посматривала сверху на всю процессию. Некоторым знакомо кивала с улыбкой.       Тоже наблюдала за праздничным окружением, высматривала что-то или кого-то среди подданных. И лесничий рассудительно отмечала, что ей чей-то спутницей будет удобней, безопасней. «Возможно, это очень кстати. С ней лучше», она прислушалась к старшей — к тону, к обращению. Знакомилась тоже. Как, впрочем, и сливалась на время с толпой. От леди Кайс по-прежнему не ощущалось враждебности. Даже в намёках за словами. Та вела её вперёд уверенно, с достоинством. — Порой самые хорошие решения — внезапные. Так вышло и у нас, — ответила девушка, поддерживая беседу, пока они не присоединились в карете к прочим дамам. — Мне ещё не довелось узнать, как поженились вы с герцогом Кайсом.       У самой же в памяти мелькнули вереницы образов. Не забытых ими двумя, не прощённых. Боль и насилие. Норов Рейнарда, обращённый по тому образу. Это не ужасало в прямом смысле. Потянуло невесело усмехнуться, но она удержала эту эмоцию, подумав про себя о том, что они каким-то образом всё же сумели перелистнуть прошлое. Переступить через него. И эта победа — всё, что было нужно. — Это довольно прозаичная история. Думаю, как раз для поездки до дворца. А может, в чём-то и поможет вам, — отвечала в эти моменты Джиссела и указала с большим вниманием: — К слову, мой муж не против наладить хорошие отношения между нашими родами, Кирса, — элегантно выгнула каштановую бровь: — А если это принесёт и дружбу, то что плохого? — Совершенно ничего, — обаятельно согласилась девушка, чувствуя и щепотку заботы старшей женщины.       И когда они дошли до золочённой открытой кареты, зашла туда следом и села, чувствуя себя довольно спокойно. Однако заметила, с каким превосходством леди Кайс посмотрела на безрадостную жену Лузайса и как продемонстрировала то, что именно она — герцогиня севера — взяла чужую подопечную к себе в спутницы. «Это будет долгий день», хмыкнула девушка, пока к ним подсаживалась и маркграфиня Нерихейр. Последняя пришла и надменная жена Хорбуна, леди Бренна. С ней Кирса вежливо и нейтрально поздоровалась. Разговор между ними всеми занимался будничный, подходящий окружению, о свадьбах. Между ними четырьмя, потому что герцогиня Лузайс больше молчала и равнодушно посматривала на дома столицы. И кареты с дамами тронулись первыми. Их повозка ехала следом за той, где сидела принцесса Аресели со своими служанками. За ними же ехали графини, баронессы, а уже после отдельные, украшенный атласными лентами кареты с незамужними дамами. Дочери, сёстры. Там расположилась и Милдрет, дочь короля, какую Кирса определила по словам спутниц. Ей хватало простого взора: — принцесса тоже не особо весёлая. Праздник определённо выходил неоднозначный.       Меж тем демонстративный провоз женской части благородных кровей передвигался по столице ко дворцу, и девушки обитательницы города бросали манну, белые цветы. Тоже участвовали в этом обычае, хоть ни одна во дворец на торжество и не попадёт. Но этим днём в городе открывались купальни бесплатно, раздавались подарки: дорогие масла, те же ленты для волос. Всё после жёсткой военной части начинало тонуть в иной. «Наверняка, король поедет другим маршрутом, там будет и своё», лесничий отмечала всё это, пока дамы толковали и то и дело пытались разведать у неё подробности знакомства с Гардогом. От которых она всё же уходила легко и ненавязчиво. Во всяком случае, пока её не спрашивали в лоб. Кирса выдохнула украдкой, в очередной раз окинула взором всё действо, что уже приближалось ко дворцу, и внезапно, впервые, наткнулась на взор фиалковых глаз. На долю секунды тот казался более пристальным, что мигом всколыхнуло охотничьи привычки, а потом всё рассеялось. Аресели улыбнулась ей точно так же как и множеству других, увела взор к своим спутницам, продолжая свой разговор. Девушка сама чуть улыбнулась, скрывая отозвавшуюся готовность, знание и навострённость, и вернулась к осмотру. Дворец приближался, и ей оставалось лишь прокручивать возможные действия и фразы. «Не пропустить возможность пощупать всё на предмет магии. Если она маг. Или же кто-то из её служанок, то я смогу разобрать вблизи. Ближе будет некуда, нужно пользоваться. Она тоже будет проверять меня, потому что так сможет подобраться к Рейнарду», прикрыла зеленоватые глаза, пока леди Хорбун, как самая старшая среди них, толковала о важности соблюдения брачного обряда. Особенно для благородных дам, в чём скользил намёк на весьма спорное появление самой Кирсы. А дворец приближался. Уже виднелся праздничный конвой, готовый приветствовать. И приближались часы общения.       Началось всё с лёгкой трапезы. Самой примечательной деталью были не изысканные и редкие яства, а фигурный стол, напоминавший собой соцветие цветка. Разные части занимались согласно ранее обозначенному делению. Всё же незамужних дам держали подальше. Как «непосвящённых в таинство». Аресели это не касалось — она восседала по центру, где собрались жёны лордов. Направляла беседу за столом, и Кирса наблюдала за тем, как спутницы себя ведут. Знакомые с принцессой уже раньше и только сегодня. Одни откровенно потакали, некоторые держались более независимо. Но одинаково все поддерживали лёгкое и непринуждённое настроение. И лесничий тихонько, внешне скромно вторила и показывала своим видом, что просто рада провести так время. — Что ж, леди Бренна, — с мягким, иностранным выговором говорила будущая королева, — я не забуду ваши советы на первые месяцы замужества. — Мужья нуждаются в нашей поддержке, — качнула головой герцогиня Хорбун, а взор синих глаз сделался более задумчивым, приглушённым. — У них столько дел, столько забот. Нам остаётся вложить нашу веру в благое в ваши руки, госпожа Аресели.       Прочие дамы согласились вслух, принялись сетовать на то, что мужья бывают и заняты, и трудностей хватает, и что зима ударила по тому или иному. В другой стороне стола вспыхнул девичий смех — там продолжались свои беседы. Аресели на пару секунд перевела туда взор необычных глаз, а потом остановила его на юной жене Гардога, что на этот раз ничего к общим словам не добавила. — А что вы скажете, леди Кирса? — спросила принцесса и пересела в необычной манере, подогнув ноги в бело-золотом подоле. Опёрлась локтем и боком о бархатные подушки, которые принесли специально для неё. — Вы тихи, как и положено юным особам. И уже слишком тихи, когда речь зашла о заботах мужей. Это немного пугает.       Чужой интерес прошёлся щупающей гранью — та явно хотела что-то уяснить для себя. Возможно, степень отношения между девушкой и рыщущим. Это могло бы сказать больше о самом Рейнарде, дать больше деталей для чужих действий.       Кирса это понимала без прикрас — любая фраза могла давать разные подходы. «А тут ещё разговор зашёл именно о делах», девушка внутренне усмехнулась, пока собирала руки на коленях, изящно складывая пальца на платье. — Дела моего мужа, — аккуратно начала лесничий и чуть прищурилась с улыбкой, — должны пугать. Я не хочу омрачать сегодняшний день, — она, изобразив смущение, прикрыла глаза: — И не привыкла их обсуждать, но раз лорд Гардог справляется со своей ношей, то будьте уверены, что я поддерживаю его как надо. — Это важно, это вопросы безопасности, — прокомментировала сухо жена Лузайса, потянулась к кубку с винным нектаром. Опустошила уже не один. — Мерл тоже занят подобным, и это сказывается на их манеры. — Если смотреть на это с такой стороны, — Аресели сделала жест своим служанкам, и одна из них подлила той герцогине ещё напитка, а вторая поднесла самой принцессе и поднос с несладким лакомством, и та выбирала секунды три. — То у нашего короля тоже выпадают дни, когда приходится делать тяжкую работу. Вершить судьбы — большая ответственность.       Все просто покивали. Спорить с этим глупо. И лишний раз это подчеркнуло важность грядущего венчания. В конце концов, они все в каком-то смысле… опоры своей будущей королевы. — Найдутся ли у вас советы для меня на этот случай? — спросила Аресели, уделяя и им двоим внимание как и остальным. Таким образом все оставались равными, и её любопытство относительно Гардогов не выглядело странным. — Я внемлю всем. Так же как и поддержу вас всех, если придут беды.        Герцогиня Лузайс подавила кривую улыбку, её веко дёрнулось, и она просто продолжила пить. Таким образом… всё неудобно сводилось вновь к Кирсе, что она легко читала в этой игре. Как и то, что леди Кайс предпочитала тоже понаблюдать за всем. — Тут нету ничего хитрого, — ответила она за двоих и кивнула, — это просто не забывать о любви, госпожа Аресели. — Ну вас-то, леди Кирса, ваш муж явно обожает, — откровенно заметила жена одного из северных графов. — Многим бы хотелось такого же внимания от своих мужей, а для этого надо понять разгадку.       Аресели снисходительно посмотрела на ту, в чём промелькнуло и умудрённое сочувствие, и разговор потёк дальше. Уже о том, как мужья обращаются с жёнами, не обижает ли кто. Трапеза подходила к концу, и принцесса подвела итог: — Что ж, радостно, что этот день собрал всех вас вместе. Приятно познакомится с теми, кому я могу доверить благосостояние. Я не останусь в долгу за вашу преданность, — улыбнулась им и начала вставать. — А теперь время для игр. Я хотела бы начать со жмурок.       Все начали вставать следом, и Кирса мельком задумалась о том, что игры займут ещё часа полтора, а потом церемониальное купание и обмывание. Время, которое ей лучше провести так же собранной. Аресели должна была в эти минуты принять решение, как использовать её для удара по Рейнарду. «Ничего страшного, осторожно. Тоже будьте осторожны», мысленно пожелала она Рейнарду и Гантраму.