Часть 18
9 сентября 2024 г., 17:25
— Я ненавижу тебя, Том... — пыхтел Герра пока мыл полы тряпкой даже без швабры. Ее ему выдали, но вредный близнец отобрал ее, считая что тот и так слишком легко отделался. Вот и ползал Георг Уизли по полу, с тряпкой в руках и оттирал старый пыльный коридор. Чертовски длинный коридор.
— Ты повторяешься, любовь моя. Ты говорил тоже самое полчаса назад, — Том невозмутимый как каменная статуя, сидел на подоконнике и следил, чтобы этот хитрый мальчишка не халтурил.
Выходка с цербером была крайне выгодной для Герры. Он получил много ингредиентов, смог немного оторвать дьявольских силков, сбрить много шерсти с трёхголовой псины, насобирал ее слюну, даже кровушку нацедил. И все было бы совсем хорошо, если бы Том не обиделся на него и не следил за честным выполнением наказаний. Ну серьезно, как можно быть таким злыднем и наблюдать за его страданиями. У него уже отваливались руки и спина, а этот даже швабру забрал.
Сам то удобно сидит с этой своей книжонкой и переодически тыкает в разные места с фразами: "Там плохо помыл", "Здесь плохо помыл", "Плохо, заново перемывай". Сразу видно: настоящий злодей. Правильно говорят, не бывает бывших Тёмных Лордов.
— Я устал! Больше не могу! — наконец у Герры сдали нервы и он выбросил тряпку. И в тот же момент ему пришлось уворачиваться от невербальных жалящих чар Тома. Он был как всегда безжалостен. И ведь даже глаз от книги не оторвал.
И главное насколько бы не была обидной эта ситуация, Том выглядел так потрясно, так величественно и круто, что дыхание перехватывало. И вместо того, чтобы злиться и обижаться на этого гада, Герра мог только в тайне восхищаться и растекаться розовой лужицей. Он еще так уселся, на подоконнике, какой-то такой удачной стороной, скрестив ноги и с этой книгой в руках. Покажите ещё такого человека, который так изящно выглядел бы читающим?
Герра засмотрелся и пропустил коварное слабое жалящее в свое самое нежное место, которым по мнению Тома он думает. И нет это отнюдь не голова и не головка. Этот гад унизительно целился только ему в зад, намекая, что хорошей порки ему не хватает. Пошипев себе под нос ругательства Герра поспешил взять тряпку, пока этот гад не повторил. Больно и унизительно. Он обязательно стра-а-а-ашно отомстит. Вот сейчас, пока моет пол, придумает как отомстить.
Еще полтора часа стояла тишина прерываемая лишь редкими тихими фразами старшего Уизли, который указывал где нужно перемыть. Герра уже смирился на сегодня, что ему не убежать от этого надзирателя. Приходивший дважды проверить, как идет отработка, как-то очень уважительно косился на читающего Тома. Кажется, этот старик разглядел в нем свою родственную душу. Иначе как еще объяснить, что вместо того, чтобы приходить с проверкой каждые полчаса, как он это обычно делает, он лишь дважды пришел, одобрительно похмыкал и ушел.
Но все имеет свойство заканчиваться, и когда Герра готов был уже просто грохнуться на пол от усталости и пусть его хоть круциатусом пытают, Том вдруг громко захлопнул книгу и объявил о конце отработки. Подошёл и даже помог подняться.
У Герры дрожали руки и ноги и он уже был и не рад своей выходке. Чтобы он еще хоть раз ослушался Тома… Да ни в жизни. И кто-то бы сказал, что такого? Ну помыл полы… Герра бы плюнул этому кому-то в лицо. Этот человек точно никогда не мыл полы в ручную. А если и мыл то небольшой клочок. Одно дело протереть пол площадью самое большое десять-двадцать квадратных метров, а другое коридор длиной в пятьдесят метров и шириной в десять. Еще и под толщиной пыли как минимум в пять миллиметров. Если не больше. Герра даже в той жизни ни разу так не удалбывался. А ведь та жизнь была очень разнообразна на различные отработки и наказания. Он даже кровавым пером писал. И ничто не могло сломить его упрямство. Но вот одна отработка с Томом и он уже хочет никогда не делать ничего, что тот запрещал.
Герра даже задумался, что из Тома вышел бы прекрасный учитель. Помнится Дамблдор говорил, что в прошлой жизни Том подавал заявку на место учителя ЗоТИ. Правда ли это?
— Том, а ты в прошлом хотел стать преподавателем? — спросил он, пока они шли сдавать инвентарь Филчу. И что показательно все тащил сам Том, понимая насколько устал Герра. Вот такие мелкие знаки внимания давали яснее всего понять, насколько он был дорог Тому. Такая вот ненавязчивая забота проявлялась во многом. Когда Герра ночью скидывал одеяло, Том, если просыпался, всегда его укрывал, даже не подозревая, что обычно ночью они просыпаются одновременно. А Герре очень нравились эти его жесты, поэтому он не собирался рассказывать Тому, что не спит.
Вообще он во многом потакал капризам Герры. Так было с самого рождения в этой их жизни. Том читал ему и Джинни дома. Поддерживал его, когда Герра готов был сорваться. Когда он болел в детстве, то Том не отходил от него и постоянно менял полотенца на лбу, и заставлял пить лекарства. Однажды он даже чистил для него черешню от косточек. Мелкий, рыжий, сидел и со средоточенным лицом разделял ягоды пополам, чтобы выковырять косточку и сунуть ягоду Герре в рот. Конечно, после того как они стали более менее взрослыми Том так больше не делал, но сам факт. Такое тепло и внимание было непривычным, но очень приятным. Поэтому-то Герра так боялся его лишиться. В глубине души он ощущал, что недостоин этого.
— Было дело. Помню, сначала сразу после школы подавал заявление, а потом после путешествия, когда набрался опыта. И оба раза мне отказали, — прервал мысли Герры ответ Тома.
— Я думаю из тебя бы вышел крутой учитель, — эта фраза вышла полуворчливой. Потому что мышцы болели, усталость была просто адской, но зато какой воспитательный эффект!
— Возможно. Но тогда я думал больше о том, как хочу заработать больше влияния, нежели об обучении студентов. Ну во второй раз так точно. А в первый я просто не хотел оставлять Хогвартс. Он был моим единственным домом. Мне больше некуда было идти.
— А сейчас? Сейчас Хогвартс для тебя дом? — Герре правда было любопытно. Ведь он сам когда-то считал школу своим единственным домом.
— Сейчас мой дом там, где ты, — сказал Том одну из самых засахаренных и романтичных фраз, таким тоном словно говорил о погоде в тундре в прошлом месяце. То есть совершенно безразлично, бесстрастно, просто констатируя малоинтересный факт.
А Герра не смог подавить счастливой улыбки. Быть для кого-то настолько ценным и родным, чтобы дом был там, где есть ты... Это стоило того, чтобы умереть один раз и бесконечно долго ждать на Грани. Быть настолько важным для Тома стоило того, чтобы столько страдать в прошлой жизни.
— А в этой жизни? Не думаешь стать учителем? — его голос звучал очень энергично и счастливо, хоть минуту назад было ощущение, что он на месте помрет сейчас.
— Ну нет, не думаю, что я настолько терпелив, чтобы учить все это стадо баранов, — Том немного озадаченно посмотрел на Герру, который вдруг стал таким бодрым и довольным, но ответил честно.
— Ты говоришь как Снейп! — Герра даже обвиняюще тыкнул в него пальцем.
— Может, потому что он прав? — уголки губ Тома приподнялись в улыбке.
— Хм... А у вас точно ничего... — Герра подозрительно прищурил глаза, но его перебил Том, закатив глаза к потолку:
— О нет, только не начинай снова. Снейп это последний человек, который мог бы мне понравиться.
— О, так тебе мог бы понравиться кто-то кроме меня? — Герра решил шуточно повыносить ему мозг в отместку за все те мучения, через которые ему пришлось пройти.
— О, Мерлин, за что мне это наказание?
— Чего сразу наказание-то? Я дар! Дар за все хорошее.
И на этой ноте разговор пришлось прекратить потому что они подошли к каморке завхоза. Сдали наконец ведро, тряпку и швабру, которая так и не понадобилась и отправились в гостиную. Там устроившись на диване у камина, Герра закинул ноги на подлокотник и устроил голову на коленях Тома и не собирался вставать, даже если Хогвартс рухнет ему на голову.
В гостиной к подобной сцене уже все привыкли и особо не обращали внимание на наглых предателей крови. Места у каминов всегда самые почетные, там устраивались самые влиятельные лица факультета. Но все знали, что близнецы Уизли отбитые на голову и что лучше не связываться. Один диван у камина не стоил того, чтобы однажды вдруг неожиданно полететь с лестницы, переломав себе по дороге ребра и разбив бедовую голову. Или валяться несколько дней с отравлением или каким-нибудь противным трудно снимаемым проклятьем. За три года обучения случалось разное и никогда невозможно было поймать этих двоих. Но вот совпадение, больше всех страдали кто лез к этим странным пацанам. Поэтому лучше не лезть.
— Тогда чем бы ты хотел заняться? Ты много читаешь, много знаешь и всё такое, что бы ты хотел делать в будущем ? — Герра продолжил разговор глядя на Тома снизу вверх.
Тот вздохнул и закрыл книгу которую держал в правой руке, в стороне от Герры. Он посмотрел на него и запустил левую руку в медного отлива волосы. Тому и правда нравилось касаться его волос. Они были мягкие, приятные на ощупь, хорошо пахли. Это его и правда успокаивало. И со временем превращалось в привычку. Только поэтому он позволял использовать свои колени в качестве подушки. Конечно же только поэтому, да…
— Я читаю, потому что в Хогвартсе самая полная и богатая библиотека в мире. Некоторые знания можно найти только здесь. У меня хорошая память, поэтому я запоминаю все, что хоть раз прочитал. Было бы глупо не пользоваться возможностью и не добыть бесплатных знаний.
— На что это ты намекаешь?
— Не намекаю, говорю прямо. Тебе нужно меньше тратить времени на глупости. Не разбазаривай свой талант на шалости.
— У, строгая мамочка Том, — насмешливо протянул Герра и ойкнул когда Том легонько дёрнул его за волосы, как бы говоря не паясничать.
— Ну, а всё-таки, чем бы ты хотел заняться после окончания Хогвартса?
— Даже не знаю. Ритуалистика мне кажется интересной. После того, как мы с тобой посмотрим мир, я думаю получить по ней мастерство. И по ряду других дисциплин. Конечно, после того, как мы с тобой сковырнем печать Предателей Крови. Она дико меня раздражает и с каждым днем всё больше.
— О, у тебя уже есть идеи как это сделать? — Герре правда было интересно.
— Есть. Но это пока не окончательный вариант. Ничего не скажу.
— Вот же… Начал и не продолжил. Кто так делает, вообще?
— Я? — самодовольство Тома было почти физически ощутимо, и Герра только фыркнул.
***
— А есть ли разница между просто шерстью и шерстью с живота цербера? — спросил Ли Джордан когда они в своем тайном классе наконец разбирали добычу Герры. Отработки наконец-то подошли к концу, школа в общем и Герра в частности пережили нашествия мамы Молли и бабушки Цири, наконец прошла обида Тома, на то что Герра проигнорировал его слова и самое важное — больше не нужно было ползать на карачках и драить пол. Хотя Том как-то сказал, что вид сзади был очень не плох. Точно гормоны просыпаются. И похоже у них обоих. — Понятия не имею. Том? — Герра тоже не знал есть ли разница, но на всякий случай настриг и той и этой шерсти в разные мешочки. Даже слюну из разных голов в разные колбы собрал. Нет, а вдруг это тоже важно? — А он-то откуда знает? — Ли не понимал веры своего друга в его близнеца. Откуда их ровесник, который всегда на виду знал то, что не знали они? Ну и что, что он постоянно книжки читает? Что-то Ли не видел в его руке книгу под названием "Церберы и их ценность в зельеварении". Фред, или Том, как звал его Георг, поднял на них взгляд от книги и как-то странно посмотрел на Джордана. Тому даже показалось, что как-то страшно, по звериному. Но это ощущение длилось всего пару мгновений, потому что Фред доброжелательно улыбнулся, как бы спрашивая, чего им надо. — Да ты чего, Том все знает, — ответил Джордану Герра и обратился уже к Тому. — Есть ли разница между шерстью остриженной с живота и с другого места у цербера? — Есть. Шерсть с живота имеет более высокую магическую ценность и более мягкую энергетику, что почти на два процента уменьшает возможность взрыва котла. К тому же оказывает куда более мягкое воздействие, чем шерсть с хохолка или с боков, — как по учебнику процитировал Том. И Герра самодовольно посмотрел на Ли, будто произнося, ну я же говорил, Том знает все. Джордан почти наяву услышал это, поэтому слегка встряхнул головой, чтобы согнать наваждение. Нет, все-таки друг заучка это очень круто и полезно. Сами они с Геррой Мордред знает сколько бы ковырялись в книжках, чтобы это выяснить. И не факт, что выяснили бы. А так спросил — и вот тебе ответ. Очень удобно и полезно, однако. — Круто! Это чего ж мы теперь намешать-то можем! — воодушевился Ли. Близнецы были странными парнями, к которым нужно привыкнуть, но с ними, пожалуй, было интереснее всего. — Ух, сейчас как наварим зелий! — Герра тоже был полон решимости чего-нибудь сотворить. Его бунтарский дух был угнетен во время таких жестких отработок. Они уже два часа стояли над котлом и Ли решил спросить, интересующий не только его, но и весь факультет Гриффиндора вопрос: — Слушайте, ребят, а Гарри Поттер, типа, с вами тусуется? — Всмысле? — Герра аккуратно отсыпал честно надерганную у дома Хагрида и высушенную сон-траву в котел. — Ну, он постоянно за вами ходит, Рон, брательник ваш, жалуется, что Поттер только и трындит, как подружится с вами, а Перси постоянно жалуется, что если национальный герой с вами свяжется, то вполне может стать новым Темным Лордом. По крайней мере закошмарить свой факультет он точно сможет. Так что, он с вами? Рука Герры дрогнула и слишком много сон-травы просыпалось в зелье, то забурлило, стало резко менять цвет, никто ничего сделать не успел, как оно вскипело и мощной струей поднялось к потолку. Герра едва успел отпрыгнуть, но все равно обжёг руку. Джордану повезло больше, лишь пара капель попала на волосы и они в тот же миг превратились в цветы. Теперь вместо дред у него на голове был настоящий букет из разных цветов. — Однако, вот это тебя накрыло, — выговорил Том, после того как окутал защитным куполом котел, чтобы тот больше не бурлил, и выключил горелку. — Какой неожиданный результат, — кивнул Герра, капая нейтрализатор на рану. Кроме ожога, у него на коже ничего не появилось. Но рану нужно было обработать общим нейтрализующим составом, чтоб помазать рябиновым отваром. — Ха-ха-ха, парни, гляньте, я теперь не просто шоколадный мальчик. Я теперь мечта любой девушки на свидании. Шоколад и букет, а? Поняли шутку? Том только закатил глаза, пока Герра пару раз хихикнул над глупой шуткой друга. Вот поэтому Джордан прижился в их компашке. Этот парень реально был неунываемым оптимистом. Сколько всего у них случалось с Геррой и не вспомнить, а он на все выдавал только вот такую тупую шутку. — Как думаете, придется все сбривать или все таки к Помфри идти? — Ли смотрел в зеркальце, которое достал из сумки, и клумба на голове ему особо не понравилась. — Зелье экспериментальное. Надо, наверное, к Помфри, — неуверенно проговорил Герра, которому вдруг тоже захотелось цветник на голове. А что? Прикольно. — Не наверное, а точно к Помфри. Быстро, а то вдруг корни прорастут в мозг и ты прямо тут помрешь или дурачком останешься, — Том присек на корню продвижки своего близнеца к зелью и направил обоих к медиведьме. Даже сам провожать пошел. А то с этих двоих сталось бы, свернуть куда-нибудь не туда по пути, похвастаться, так сказать. В Медкрыле все быстро проверили, никакие корни в мозг не прорастали, но стричь Ли пришлось налысо. Да ещё и зелья быстрого роста волос использовать было нельзя. Потому что при его применении начинала расти трава на голове, а потом снова бутоны с цветочками. В итоге Помфри сказала, что придется ждать, пока волосы отрастут естественным путем. После этого Ли стал снова шутить про голову-яйцо. Он буквально зашёл в гостиную со словами: "Леди и джентльмены, ваш несравненный парень-голова-как-яйцо вернулся! Соскучились? ". А потом ещё полтора часа рассказывал всем желающим историю про голову-клумбу. Отпуская глупые шутки про неоценимую помощь на свиданиях с девчонкой. Надо цветок подарить, с головы сорвал и подарил. Так сказать и цветы, и красиво, и почти своими руками выращенное. Герре ожог осмотрели, похвалили за правильную первую помощь и поинтересовались не занимались ли они зельями, что было стражайше запрещено. Пришлось выкручиваться и врать, что это вот вообще не так. Герре совсем не хотелось снова на отработку. Уже вечером, после этого дня, Герра записывал примерный рецепт зелья-цветочной головы в свой блокнот и как-то нервно сопел. Он больше не хотел ссориться из-за Гарри Поттера с Томом. Было бы хорошо, если бы этот мелкий гаденыш вообще исчез из их жизни как утренний туман. И больше никогда не возвращался. Но Герра слишком хорошо знал Гарри Поттера. Буквально как самого себя. Он не отстанет. С ним нужно было что-то делать. Поттер добьется своего, не мытьём, так катанием. Знаменитое Поттерское упрямство впервые обратилось против самого Герры. И нужно было что-то решать. Нужно ли было начинать полномасштабную войну с мальчишкой, чтобы все в итоге свелось к тому, кто кого переупрямит? Или стоит возглавить будущее безобразие? В конце концов, чтобы меньше волноваться, нужно просто взять ситуацию в свои руки...
