Обратная сторона принцессы в башне

      Вэй Усянь оказался прав. Королю было настолько безразлично дело семьи Цзинь, что он просто пригрозил им забыть об этом и не наводить лишний шум перед праздником. Возможно, Лань Цижэню уже поскорее хотелось уйти на покой и передать все дела и проблемы своему старшему племяннику. Лань Сичэнь всё больше занимался приготовлениями и погружался в политические дела Королевства. Всё чаще Лань Чжань находил его в кабинете, заснувшего за столом, и уводил в спальню. В конце концов младший из братьев каждый вечер приходил к брату и, отодвигая бумаги и книги в сторону, отправлял спать. Сичэнь отмахивался, мол, не маленький, разберусь, но упрямый Ванцзи не слушал отговорок.       Наконец наступил день коронации. С самого утра в богато украшенный замок приезжали многочисленные гости — представители знатных семей и соседних королевств.       Лань Чжань помогал Лань Сичэню с последними приготовлениями. Тот вертелся перед мутным зеркалом, пытаясь разглядеть себя в тёмной комнате.       — Ванцзи, зажги, пожалуйста, ещё пару свечей, — попросил он, расправляя складку на белоснежном одеянии.       — Как девчонка! — фыркнул младший брат, но свечи всё-таки зажёг       — Ванцзи, — вздохнул Лань Сичэнь, — ну ты же понимаешь…       — Понимаю, — ответил Лань Чжань, помогая брату расчесать длинные волосы. — Когда была церемония в честь моего совершеннолетия, я три дня выбирал мантию.       — Правда что ли?       — Мгм.       — Ха-ха! Кто бы мог подумать!.. Эх, если бы вынести зеркало на улицу, может, было бы светлее.       — По правилам тебя не должны увидеть.       — Да. Точно. Не должны.       Ванцзи вплетал в косы драгоценные бусины и тёмно-синие нити. Он думал не о коронации и гостях, он думал о Вэй Ине. Хоть бы семья Цзинь не добралась до него…       — Так непривычно без обруча, — Сичэнь отвлёк брата от размышлений.       — А где он?       — Его забрали вчера утром, чтобы перековать. Дядя говорит, что перед коронацией обруч надо обновлять. Я попросил не менять камень, они только переделают подвеску и усложнят узор… Ванцзи, они же ничего не испортят!       — Нет, конечно не испортят.       — Ваше Высочество! Начинается! — воскликнул слуга за дверью.       — Уже? — вскочил Сичэнь, но Ванцзи усадил его, доплетая косу.       — Не волнуйся, всё будет хорошо. Ты станешь лучшим королем в истории нашего Королевства, — сказал Ванцзи перед уходом. Ему ещё нужно было вернуться в тронный зал.       «Ты так думаешь? — подумал Лань Сичэнь, — Ванцзи, боюсь, я не смогу оправдать твои ожидания.»       Все приглашённые собрались в тронном зале, озарённым сотнями свечей. Тяжёлые гобелены с плывущими облаками украшали каменные стены. По разные стороны от трона стояли Лань Цижэнь и Лань Ванцзи, держащий футляр с перекованным обручем. Маленькая жемчужина поблёскивала среди серебряных узоров облаков.       — Приветствую всех собравшихся! — торжественно начал Лань Цижэнь. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы передать корону и власть новому наследнику, а именно первому принцу, Лань Сичэню!       В зал вошёл Лань Хуань. Он не менее торжественно прошёл мимо рядов гостей, с любопытством рассматривающих его. И, действительно, было что рассматривать! Братья не зря постарались: белые одежды сияли ярче снега под тяжёлой синей мантией с горностаевым мехом, а тонкая вышивка облаков на одеждах и серебряные бусины в искусно заплетённых волосах подчёркивали цвет глаз молодого лорда.       Дойдя до трона, Сичень встал на одно колено, приложив руку к сердцу.       «Всё, как учил дядя!» — думали оба брата.       — Клянёшься ли ты, — начал Цижэнь, — сохранить богатство, достоинство и гордость нашего Королевства?       — Клянусь.       — Клянёшься ли ты защищать и отстаивать наше Королевство и его интересы?       — Клянусь.       — И, наконец, клянёшься ли ты защищать народ Королевства и прислушиваться к нему?       — Клянусь, — ответил Лань Сичэнь, тепло глянув на младшего брата. Тот смотрел на старшего одновременно с гордостью и грустью. Всё-таки Сичэнь был его единственным близким человеком и Лань Чжаню не хотелось делить его внимание с народом, но в то же время он понимал, что другого выхода нет и его мнения никто не спрашивает.       Цижэнь незаметно махнул Ванцзи, и тот подошёл ближе к дяде, заметив, что пара девушек в ближних рядах перешептываются, улыбаясь и глядя на него.       — Тогда, — Лань Цижэнь открыл ящик и вынул перекованный обруч. Лань Сичэнь тут же замер. — Я, Лань Цижэнь, нарекаю тебя новым королём!       Обруч опустился на голову молодого короля, и жемчужина словно засияла изнутри. Лань Сичэнь поднялся с колен и взглянул на дядю. Тот одобрительно кивнул и, впервые после смерти лорда Цинхэна, улыбнулся ему.       — Он сейчас радуется, глядя на тебя, — едва слышно сказал Цижэнь, отходя в сторону гостей. Стоявший за его спиной Ванцзи шёпотом поправил: «Они! Они радуются за тебя, брат.»