Всё куда проще

Обстановка, не иначе, обещала много шума и кровопролития. Война Архонтов с каждым днём накалялась всё больше, и Моракс в ускоренном темпе созывал все свои силы и сторонников, чтобы отстоять мир и вырвать победу из рук упоенных ненавистью и тьмой Богов. Адепты, в том числе особый отряд, именуемый Защитниками Якса — все рвались в бой, готовые отдать свою жизнь. Порождения тьмы в самых различных обликах страшным облаком кружили на территории некогда процветающего Ли Юэ, и Адептам приходилось находиться в эпицентре этих событий. Взрывы молний раскалывали землю на части, где-то лава, поднявшись высоко-высоко, глотала своих противников. В другой части региона земля содрогалась от камнепада, а дождь превращался в самую настоящую кислоту. Основной задачей Защитников Якса было зачищать территорию от демонов, поскольку против Архонтов выстоять они бы не сумели даже объединив все свои силы. И вот, пронзив копьём очередное бездыханное тело, которое стало сосудом для одного из таких, пятый — самый юный из Защитников Якса, — с едва промелькнувшим во взгляде отвращением утёр кровь со лба. Как и его товарищи, он не жалел своих сил, выкладываясь на полную. — Здравствуй. Голос прозвучал непривычно спокойным, а раздавшись за спиной — и вовсе показался миролюбивым. Это застало Защитника Якса врасплох, ведь последние столетия всё, что он слышал большую часть времени, — это крики, болезненные стоны да вопли своих жертв, использующих его имя, словно проклятие. Обернувшись с крепко зажатым в руке копьём на случай, если демон решил таким образом его обмануть, Адепт увидел перед собой Барбатоса — Архонта Ветров. В своих белых одеяниях и с такими же крыльями его образ на фоне мрачных оттенков войны выглядел… странно. Словно к своре кровожадных чёрных воронов с потрёпанными перьями внезапно присоединился красивый лебедь, да ещё и с лирой наперевес. — Здравствуй… — Адепт замешкался, пытаясь сообразить, каким образом это божество совмещало свой внешний вид с боевыми действиями, но ни одной догадки не пришло на ум. Он, вроде как, ценитель свободы? Видимо, и в одежде тоже. — Здравствуйте. Архонт заметил столь изучающий взгляд на себе, но предпочёл об этом не говорить, вместо слов лишь слегка прогнув губы в улыбке. Необычная реакция в такое-то время — улыбка. Словно вокруг не полыхало всё синим пламенем и не катилось в тартарары. Впрочем, слухи, которые до него доносились с разных источников, утверждали, что Анемо Архонт среди остальных богов выделялся своей… беспечностью и светлой аурой, с которой мало кто смог бы ужиться. А ещё несносным характером, полным отсутствием ответственности, временами бестактностью, излишней своевольностью... и, в общем, много чем. Разве Архонты не сражаются сейчас на Склоне Зимородка? Видимо, Адепт не заметил, что задал свой вопрос вслух, так как после этого Барбатос развёл руками в стороны и скучным тоном ответил: — Там Моракс, они справятся. А я тут по делу. — По делу? — с легко читаемым беспокойством уточнил Сяо и крепче сжал копьё. В метрах ста что-то сильно громыхнуло, и промелькнувшая в глазах Адепта эмоция объясняла Архонту причину такой реакции: Защитник Якса торопился на помощь к своим товарищам. Барбатос тем временем протянул небольшую стеклянную сферу, в которой сверкнул символ, обозначающий стихию Анемо. Архонт вручал Адепту Глаз Бога. — Что это? — И хоть вопрос казался риторическим и глупым, не задать его Сяо не мог. Обычно нейтральный, а порой холодный тон Адепта сместило удивление. — Это поможет тебе в сражении, — сперва серьёзным тоном ответил Барбатос, но потом загадочно улыбнулся и дополнил: — Однажды. — Стихия Ветра ведь означает стремление к свободе. Это явно не то, что подходит такому, как я… — О-о, хочешь сказать, я ошибся? — с шутливым укором протянул Архонт, чуть склонив голову набок. Его крылья метнулись вверх и вниз, словно подчёркивая действия своего хозяина. От этого Адепт сжал подарок в руке, словно осёкшись и стерев с лица все сомнения. — Нет, прошу прощения, — протараторил он и качнул головой. Видимо, давно не получал подобных добрых жестов. Тем более, от Архонта. — Вы просто не знаете… Я… — Если бы не перчатки, Сяо впился бы пальцами в ладонь, чтобы заставить себя вымолвить уже что-нибудь разумное и вернуться на поле боя. — Спасибо, — вспомнил он, как говорят смертные, «волшебное» слово. — Получить его лично от Архонта — большая честь. — Пожалуйста! — С хлопком в ладоши Бог Свободы расплылся в довольной улыбке. — Тогда не смею тебя больше задерживать. Отсалютовав, Барбатос сделал несколько шагов назад и исчез, словно его тут и не было, однако сияющий чистым небом Глаз Бога утверждал, что всё произошло взаправду. Пристроив его к одной из перчаток и удостоверившись, что подарок оттуда не слетит, Сяо отправился на поиски своих товарищей. Разбираться, как эта штука действовала, времени не было. Но Адепт верил, что слова Архонта о помощи в сражении — не пустой звук. Вдалеке взметнулся вверх целый вальс из водяного урагана, а вокруг него россыпью закружились огромные камни — это комбинация атак Гео и Гидро Защитников Якса. В регионе, где они сражались, количество демонов возрастало в геометрической прогрессии, поэтому, если к ним не успеть вовремя — Бездна знает, чем может всё закончиться. Интуиция кричала набатом, что нужно спешить им на помощь. Война длилась множество лет, и количеству жертв уже перестал вестись счёт. Гора трупов людей, различных существ, демонов и тех, кому не посчастливилось стать их оболочками — всё, что осталось от плодородных, цветущих земель Ли Юэ. Запах ненависти ощущался в каждом миллиметре, пропитывая деревья, дома и землю. Казалось, что войне не будет конца. Казалось, что она заберёт жизни всех до единого и не оставит ни победителей, ни проигравших. Архонты гибли от предательства, гибли от неосторожности, некоторые погибли от любви в попытке защитить тех, кто им был дорог. Адептов и Защитников Якса коснулась та же участь: хоть война и возвела огромную крепость вокруг сердца, куда они прятали все эмоции, а всё же боль находила способ туда пробраться. Она вгрызалась, как клещ, в самое уязвимое место, и эта боль, казалось, была сильнее физической. Ведь чего стоила пара смертельных ран против гибели самых близких существ, которых ты буквально недавно называл своей семьёй? Сяо не мог принять смерть Защитников Якса очень долго — в общем-то, до сих пор. Не мог смириться с тем, что не сумел защитить их, уберечь от тьмы, из которой они же его и вытащили однажды. Всё, что ему оставалось делать, это наблюдать за тем, как они атакуют друг друга, содрогаясь в агонии с тьмой, что захватила их души. К голосу Сяо они уже были глухи. Но больше всего сводила с ума мысль, что Сяо оказался единственным, кто остался в живых. Последний Защитник Якса… Он, тот, кто никогда не понимал, почему судьба вывела его на тропу, где появился Моракс, который спас его и даровал совершенно иную жизнь. Жизнь, где жертвой не становились те, кто попросту не нравился бывшему хозяину — не самому доброму Архонту, — или те, чья смерть являлась для него потехой, нет. Сяо делал всё возможное ради места и существ, что приняли его таким, каким он был. И пусть руки Адепта по-прежнему оставались в крови, но... — она больше не принадлежала невинным людям. Только врагам, как-либо угрожающих его дому. Так какого чёрта судьба распорядилась подобным образом и лишь посмеялась в лицо Адепта, на его глазах забрав жизни товарищей, вместо него? Почему из этого букета жизни она выбросила четыре красивых цветка, но оставила пятый — прогнивший и сухой? Не справедливей ли было поступить наоборот? На эти вопросы Сяо до сих пор не находил ответов. Лишь сделал для себя выводы: проще быть оружием, которое способно исполнять долг, чем тем, перед кем открыт мир, который рано или поздно отнимет у тебя всё самое дорогое. Ни на что другое это тело не годится, ведь так? Только уничтожать зло или быть злом уничтоженным. Последствия войны сильно повлияли на убеждения Якса и пошатнули решимость во многих вещах. Оказывается, когда нет того, кого страшно потерять, открываются невероятные возможности, а смертельный риск становится обычным делом. Прошло достаточно много лет. Большая часть последствий той страшной войны уже была устранена. Властелин Камня позаботился о том, чтобы Ли Юэ процветал, связи восстанавливались, а мелкие монстры типа хиличурлов и появившихся разбойников легко устранялись местными старожилами. Сам город тоже изменился до неузнаваемости, да и люди всё чаще появлялись совсем с иным взглядом на мир. Работа Адептов не была на этом закончена, и каждый в той или иной мере продолжал исполнять свой долг, закреплённый контрактом с Властелином Камня. Кто-то практически скрытно, как Сяо, не вступая в контакт с людьми, а кто-то, как Гань Юй — имея с ними прямую связь. Некоторых Адептов боялись до дрожи в поджилках, завидев их способности, и старались держаться на расстоянии. Историки придумывали различные легенды, писали целые книги с биографией защитников Ли Юэ, где правдой являлась лишь половина, но, тем не менее, эти легенды напоминали жителям о страшных событиях и о том, кого следовало благодарить за голубое небо над головами. Многих Адептов боялись, это факт. Но люди не забывали, что, несмотря на страшную силу, они — те, кто изо дня в день оберегали их покой. Адепт Сяо присел на край скамьи домика, где неподалёку шумела река. Он не любил находиться в обществе смертных, а потому тщательно относился к выбору места для отдыха или ночлега. Хозяин этого дома — какой-нибудь историк или археолог, судя по разбросанным книгам во дворе и куче пыльных карт. Возможно, он отправился в город, а потому вряд ли скоро вернётся. Оставалось лишь надеяться, что по пути его не застанут хиличурлы или любая другая наглая зверушка. — А ты почти не изменился. И снова этот голос. Снова застал врасплох. Правда, сейчас Сяо сдержался и не вздрогнул, вместо этого чуть развернулся боком и через плечо посмотрел на Барбатоса, приветливо махающего рукой. — Без чужой крови на лице выглядишь миролюбиво, — продолжил приветственную речь Архонт и плюхнулся рядом, едва не скинув со скамьи Адепта. Взгляд золотых глаз отмерил длину скамьи, и, хоть убей, но там ещё полно места! Зачем так близко? — Почти, — истолковав по-своему сменившуюся эмоцию на лице Якса, хихикнул Барбатос. — Ты здесь отдыхаешь? — Можно и так сказать. Обычно тут тихо. Как раз то, что нужно. — Хм… Такое ощущение, что тебе неуютно. — Сяо мужественно и неподвижно выдержал испытывающий взгляд Архонта, чувствуя, как кожи будто касаются его тонкие пальцы. Это не самое… привычное чувство. Оно не ранило, нет. Но маска невозмутимости тотчас слетела. — Я могу отсесть. — Я с уважением отношусь к воле Архонтам. Поэтому, если Вам так хочется… — Правда? — зацепившись за первую фразу, заинтригованно переспросил Барбатос и потёр ладони. По глазам видно — задумывал уже что-то. — Тогда принеси мне сто одно яблоко и отдай своё копьё. О, и хочу лучшее вино Ли Юэ! Барбатос с хитрой ухмылкой проследил за реакцией Адепта. Сперва его золотые глаза проявили удивление от такого списка «воли», но после Сяо опустил взгляд, словно о чём-то серьёзно раздумывая. Выглядел он так, как будто действительно собирался исполнять просьбу! Но стоило Архонту Ветров выдохнуть, увидев, что на лицо Адепта вернулось привычное спокойствие, как он обрушил: — А яблоки зелёные или красные? — Тьфу ты! — Барбатос с обречённым взглядом обвёл окружающие их деревья, явно выбирая, о какое из них можно удариться головой. — Я вообще-то пошутил. Единственное, чего сейчас хочется, это чтобы уютно было не только мне. — С этими словами Бог Ветров, совсем не обидевшись, отсел на другой край скамьи, растянув расстояние между ними на целый метр. Облегчённый выдох Адепта, который ему не удалось скрыть от внимательного Архонта, был встречен закатившимися к небу бирюзовыми глазами и звонким смехом. — Красные, кстати. Затем он устремил взгляд к небу, залитому белоснежными облаками, вместе с которыми стремительно утекало время. Время… сколько времени прошло с их последней встречи? — Тебе удалось подружиться с ветром? Сяо заломил бровь, не совсем поняв вопрос. — Ну, освоил Анемо стихию? — пояснил Архонт. — А, нет. — Судя по голосу, этот факт Адепта немного огорчал. Он кивнул в сторону своей перчатки, где находился Глаз Бога, и вполголоса произнёс: — Он не помогает в сражении. Сколько пытался — всё время чувствовал, что сила будто отталкивает меня. Удивлённое лицо Барбатоса быстро сменилось озадаченностью. Он вцепился в ладонь Сяо и начал пристально осматривать врученный артефакт, словно целитель, который пытался определить масштабы проблемы и найти её решение. Архонт проследил, как энергия, хранящаяся внутри сферы, ласково потянулась к его пальцам и прижалась к стеклянной поверхности, словно соскучившись по своему создателю. Барбатос сделал какие-то умозаключения, а после приложил палец к своим губам, словно решая, стоит делиться догадками или нет. В итоге не стал. Вместо этого лишь утешающе улыбнулся и повторил злополучную фразу: — Да. В сражении он точно тебе поможет. Всему своё время! Главное, сам прими эту помощь. Но о чём может идти речь, если за плечами Сяо пережито уже немало сражений, где обещанной помощи так ни разу и не появилось? Адепт черпал надежду и пытался заставить себя поверить, что полученная от Бога сила поможет ему защитить тех немногочисленных существ, что были ему дороги. Но нет. Вопреки всему Сяо продолжал беспомощно наблюдать за тем, как смерть забирает его товарищей. Защитник Якса не стал произносить эти мысли вслух, а все эмоции, которые Архонт почему-то легко считывал с его лица, в этот раз он тщательно спрятал от его глаз. Сяо достаточно хорошо знал о том, насколько могущественны Боги. Их сила рядом не стояла с тем, на что способны те же Адепты. Глупо ведь полагать, что Глаз Бога не помог Сяо потому, что он получил его от Анемо Архонта? По заверению многих, самого слабого из Семерых. — Адепт Сяо… Он вздрогнул, услышав своё имя. Имя, которое снова произнесли совсем не так, как он привык его слышать. Обычно оно звучало, как проклятие, как кара, спускающаяся вихрем с небес, что делала то, на что у многих не хватало духу. Убить, поглотить, завершить дело… но уж точно не так, как произнёс его Барбатос. С интересом, с… теплом? — Красивое имя. Но кажется, словно не настоящее, я прав? То есть не то, что было даровано при рождении. — То есть не то, — коротко кивнул Адепт, не видя смысла в том, чтобы это скрывать. Всё ещё интересно, каким образом Барбатос узнавал всю эту информацию. Мысли Архонты читать умеют, что ли? — А как звали? — Алатус. — А-ла-тус, — словно пробуя на вкус, повторил Барбатос и чуть наклонил голову вбок, прищурившись. — Судя по твоему выражению лица, это имя ты не очень любишь. — С ним связано слишком много плохих воспоминаний. Впрочем, — о чём-то задумался Адепт, но грустно хмыкнул и покачал головой, давая понять, что договаривать не станет. К счастью, Бог Свободы настаивать не пытался. — Ну, сколько имена ни меняй, а сущность твоя от этого другой не станет, — просто сказал он, однако произнесённые слова ударили Сяо сильнее пощёчины. — Прошлому всё равно, как тебя зовут, если это твоё прошлое. Воспоминания об этом самом прошлом заставляли Сяо вновь почувствовать себя уязвимым, слабым, тем, кто не в состоянии защитить то, что дорого, а чувство вины каскадом падало на его сердце. Впрочем, заслуживал ли он чего-то другого? Разве дано Адепту сбежать из этого кошмара однажды? Конечно, нет. Судьба не настолько щедра и благосклонна, чтобы отпускать из кольца своих жадных рук такой ценный образец. — Я, кстати, Венти. — Загадочно улыбнувшись, Архонт, видимо, захотел удостовериться, что его услышат, поэтому он вновь прижался к Сяо боком. Совесть что-то пробурчала нудным голосом в голове, напоминая про дискомфорт, вызываемый такой близостью, но Венти мысленно показал ей язык и отправил в угол. — Вен-ти? Почему? — Думаю, для барда это самое подходящее имя! — Барда? — Сяо словно по новой оглядел Архонта и лишь сейчас осознал, насколько сильно изменился Барбатос с последней их встречи. Уже нет тех одеяний, едва скрывающих тело, и крылья тоже куда-то пропали. Вместо них на плечах появилась зелёная мантия, которую подхватывал ветер. Единственное, что не поддалось влиянию времени, это волосы, вплетённые в косички, лира и беззаботное отношение к миру. — Ага! После всех случившихся бед уверен, что Мондштадт не нуждается в покровителе-Боге, так что я решил, что не буду совершать ошибок предыдущего Архонта и попробую приглядывать за городом в образе обычного юноши, который удивительно талантлив и способен вдохновлять жителей своей музыкой. — Наверное, Архонты могут и такое себе позволить… — почти с открытой завистью пробормотал Адепт. — Нет, вообще-то стать тем, кем ты хочешь стать сам, может любой. Свобода… это не то, за что мы должны бороться. Точнее, не то, что у нас имеет право кто-либо отнять. Понимаешь? — А если кто-то убеждён, что не достоин её? — Хм-м… — Венти по-хитрому улыбнулся и изобразил задумчивость, для пущего эффекта накручивая на палец локон волос. — Обычно в такие моменты прихожу я и даю автору этих слов по голове. — Не без намёка, Венти провёл ладонью по лире, отметив, что у неё очень прочный корпус, и вообще она волшебная и не сломается от обычных ударов. — Я понял. — Вот и славненько, — довольно мурлыкнул Архонт. Потом, поднявшись, положил руку на плечо Адепта, чуть нахмурился и добавил: — Не пытайся делать всё в одиночку, прикрывшись долгом и чувством вины — так ты не обретёшь покоя. Откройся… для тех, кто готов разделить твою боль со своей собственной. И тогда ты поймёшь, что такое свобода. Подмигнув на прощание, Архонт вновь исчез, и воцарилась тишина. Лишь спустя минуту после его ухода Сяо не сдержал грустной ухмылки, после которой последовало тихое: — Именно потому что открывшись — я всех и потерял. Шли года. Глаз Бога по-прежнему не соизволил проявить себя должным образом, а Барбатос больше не появлялся, чтобы задать ему на этот счёт несколько вопросов, попросить объяснить, о каком таком «нужном моменте» он говорил. В конце концов Сяо решил вовсе не обращать на него внимания во время сражений, чтобы не отвлекаться на попытки пустить в ход дарованную силу. Он бы и рад убрать его куда-нибудь в дальний ящик, однако что-то внутри, называемое совестью или внутренним голосом, было категорически против. Всё-таки подарок… и от Архонта. Да и не мешает — лишь иногда покалывает, так почему не оставить в качестве аксессуара? Который, к слову, сможет, если что, отвести подозрения. Всё же Сяо не горел желанием, чтобы среди смертных поднялся вопрос о том, откуда Адепт черпал свои силы. Пусть думают, что это заслуга мерцающего в перчатке Глаза Бога. — Помогите! Помогите! Охотник на демонов отреагировал моментально и устремился в сторону голоса, который принадлежал маленькой девочке, на вид так восьми лет. Вокруг неё плясали недружелюбный танец хиличурлы, один из которых сжимал игрушечного дракона, чем-то напоминающего истинную форму Моракса. Хиличурл грозился откусить несчастной игрушке голову, но реакция Сяо оказалась быстрее: миг — и все трое монстров были повержены, а спасённая игрушка выпала из сжатой руки на землю. Сяо поднял её и медленно повернулся к девочке, чтобы не спугнуть, однако увиденная сцена произвела на ребёнка не самое приятное впечатление. Она стояла как вкопанная, неотрывно глядя в глаза Адепта, словно он загипнотизировал её взгляд, и если вдруг она моргнёт — тотчас же последует наказание. — Держи, — попытался сказать Защитник Якса своим самым мягким голосом, но получилось лишь слегка теплее, чем обычно — вряд ли восьмилетнему ребёнку, увидевшего убийство монстров, этого было достаточно, чтобы перестать бояться. Сяо протянул ей игрушку. Понятно, что подходить ближе не стоило — испугается ещё сильнее. А о том, что перед ней — тот, кто клялся защищать Ли Юэ и всех его жителей, — девочка, кажется, не знала. Всё, что она сейчас видела — это существо, убившее копьём трёх хиличурлов. И откуда ей быть уверенной, что он не нападёт на неё? Отступив на несколько шагов назад, Адепт хмыкнул и с тоской обвёл окружающую поляну, выбирая, куда можно положить игрушку. Чужой страх Сяо чувствовал отчётливо. — Не думал, что напугаю тебя сильнее, чем хиличурлы, — виновато произнёс он и опустил игрушку на один из камней в паре метров от девочки. — Прости, не хотел. Будь осторожней и ступай лучше домой. Вечереет, — Сяо указал на небо, — монстры любят в это время бродить по долине. Интересно, как бы прокомментировал эту сцену Анемо Архонт? На секунду Сяо подумал, что он сейчас подкрадётся как обычно сзади и ответит на мысленный вопрос, однако в этот раз Барбатос не появился. К лучшему это или нет — Адепт пока не определился. С одной стороны, давило любопытство, с другой стороны — нежелание слушать про свободу и про всё то, что априори не могло стать частью жизни Охотника на демонов. Уже давно в его душе подавлены подобные мысли. Будто в подтверждение собственных мыслей одной ночью Адепт едва не погиб. Треклятый Фестиваль Морских Фонарей! Ночь кровопролития и жестоких сражений для одних, и ночь веселья, пиршества и безмерного счастья — для других. Таков удел, и никаким волшебным пером этот закон не подправишь. Всю ночь Защитник Якса истреблял зло, отнимая жизнь тех, к кому закралась в голову мысль вредить Ли Юэ. Кармический долг оглушающим криком сотрясал голову Адепта, а боль от этого напоминания и мыслей постепенно сводила с ума. — Слишком… много… Адепт оставил убитое тело очередного демона и побрёл к воде, чтобы смыть с рук кровь, надеясь вместе с ней избавиться и от голоса в голове. Но с каждым шагом он становился только сильнее, словно слух стал оружием, которое собиралось пойти против Сяо. Не выдержав давления, Адепт схватился за голову обеими руками и упал на колени, сотрясаясь в глухой агонии. Перед глазами темнело, дыхание превратилось в тяжёлый хрип, пока он вовсе не начал задыхаться. В голове поплыли воспоминания, все отнятые им жизни, в том числе жизни товарищей, что смотрели на Адепта с презрением и говорили в один голос лишь о том, что, если бы не он, — они сейчас могли жить. И пусть обстоятельства тех событий были совершенно иными, но… какая… сейчас… разница? Они мертвы, а он — жив. Жив и сейчас на грани потери рассудка, что могло привести его к той же участи, что и их. Сяо не мог снять с лица маску и брёл, сжимая копьё, куда-то вперёд, чувствуя, как внутри гремят все органы, словно он надышался ядовитым газом. Вода кусала его за ноги, что-то шептала и брызгала в лицо водой, словно стараясь привести в чувство, но всё бесполезно. Тьма знала его как облупленного, а потому применяла самые страшные методы, чтобы вынудить Адепта сдаться и склонить перед ней голову. Как Сяо пережил эту ночь — он не помнил. Очнулся весь мокрый среди камней на берегу одного из островов Каменного Леса Гуюнь, а все, казалось, смертельные раны — исчезли, словно вчерашний вечер был лишь кошмаром. Может, потерял сознание, когда закончились силы? Единственное, что хорошо отложилось в памяти, это звучание флейты, которое до сих пор пыталось успокоить взбудоражившую душу Охотника на демонов. Кто бы или что бы ни стало причиной его спасения — Сяо жив. А значит, сама судьба не готова делать одолжение и отпускать Якса по своей воле — он обязан продолжать исполнять свой долг.