В постели с боссом

Не помню, как оказалась дома. Как только заперла дверь, так и упала на пол. А из головы всё не выходит то, как меня на выходе пытался остановить охранник. Увернувшись от его рук, я выскочила на улицу. Неужели это Ирина Сергеевна ему приказала меня задержать? Самое ужасное, что она прекрасно знает, где я живу. Просто не знаю что делать. Даже думаю позвонить Виталию, но что ему сказать? Да скажу как есть, он поймёт. Достаю мобильный и вижу кучу пропущенных вызовов с неизвестного номера. Телефон у меня обычно стоит на беззвучке, так что вполне ожидаемо, что я не слышала звонка, но двенадцать пропущенных и все с одного номера. Перезванивать я не стала, это вполне могла звонить начальница. Дрожащими руками нажимаю на вызов Соломатина. Пошли гудки, а потом абонент оказался не доступен. — Виталий, — простонала я, глядя на экран мобильного. — Да что ж ты никогда трубку не берёшь? Неизвестный номер звонил ещё пять раз. Не выдержав такого давления, я добавила его в ЧС. Тогда через полчаса мне стал названивать другой неизвестный номер. А может всё же да взять? Нет, вдруг это и правда, Ирина Сергеевна. А может это Виталий мне перезванивает, но с другого неизвестного мне номера? Я долго ломалась брать или не брать трубку и всё же решилась ответить. Как же у меня бешено колотилось сердце. Волнение било через край. — Алло? — Голос был словно чужим. Стук сердца отдавал в ушах. — Егорова, — раздался спокойный ледяной голос, и моё сердце кажется, на секунду перестало биться. Меня всю затрясло, и я уже пожалела об этом решении. — Даже не смей блокировать этот номер. Открываю рот, но сказать ничего не могу. Пальцы словно срослись с мобильным. Я была не в силах сбросить этот вызов. — И куда же интересно ты сбежала? — Она что, улыбается? Голос как-то странно звучит, словно она улыбается. — Не домой случаем? — Нервно сглатываю зачем-то оглядевшись. — Ну сиди-сиди. — Она точно улыбается. — Девочка моя, даю тебе два дня, чтоб отдохнуть. — Я… — кусаю губы и крепко до боли зажмуриваюсь. — Я не ваша девочка! — Закричала я в трубку и сбросила вызов, добавив номер в ЧС. Больше на звонки я не отвечала. Хоть и звонил опять же неизвестный номер. Звонил двадцать раз. — Сколько у неё симок? Я уже просто начинаю бояться эту женщину. Вечером мне наконец-то перезвонил Виталий. — Ты дома? Ну я тогда к тебе заеду на часик другой. — Хоть бы спросил, зачем я ему звонила. У меня не было никакого желания трахаться с ним. Просто хотелось поговорить, что бы обнял и подсказал, как быть. Виталий приехал через полчаса. Сразу же с порога поцеловал меня в губы и принялся раздеваться. — Виталий, — отстраняюсь от него. — Погоди. — Он так и завис с расстёгнутыми джинсами. — Не раздевайся. — У тебя месячные? — Хрипло сказал он не своим голосом. — Сказала бы сразу. Вздохнув, он принялся одеваться обратно. — Слушай, у меня тут кое-что случилось. — И что же? — Вздохнул он, пройдя в комнату на диван. И тут я зависла, не зная, как правильно ему обо всё рассказать. — Зая, не тяни, — он так улыбнулся, что я просто утонула в его улыбке. — Виталий, — сажусь рядом с ним и беру его тёплую руку в свою. — Знаю, это прозвучит достаточно странно, но мне кажется, что моя начальница хочет меня. — Несколько секунд Соломатин просто смотрел на меня, а потом вдруг стал громко смеяться, чем очень даже обидно задел меня. — Виталий! — Ну прости, — отсмеявшись сказал он. — Катюш, твоя начальница — женщина. — И что? По-твоему, женщина не способна изнасиловать другую женщину? — Чем? — Уже жалею, что подняла эту тему. — Ну допустим у неё будет страпон или вибратор. — Виталий, — показываю ему свои пальцы. — Пальцами! Он издал презрительный смешок. — Как? — Берет меня за руку и разглядывает мои пальцы. — Они у вас тонкие и не у всех длинные и красивые как у тебя. — Закрыв глаза, он коснулся губами моих пальцев. — Но ты у меня и правда, такая красивая. — Он стал напирать. — Что удержаться сложно. Виталий повалил меня на диване и стал целовать моё лицо и шею. Если он и правда думал, что после такого я вдруг захочу с ним переспать, то ошибся. — Нет! Виталий, нет! Бью его кулаками в грудь и всё же он прекращает. Сидит у меня на ногах и непонимающе пялится таким взглядом, словно я его подставила. — Так у тебя есть месячные или нет? Хотя даже если есть, то я не против. — Я не хочу секса! — Вскакиваю на ноги, не понимая, что это вдруг всем захотелось меня поиметь. — Как это? — Он встал и посмотрел на меня как маньяк. — Виталий, — просто хочется взять и чем-нибудь тяжелым его стукнуть. — Я тебе говорю, что моя начальница хочет меня, а ты мне предлагаешь секс! Да меня сейчас просто выворачивает от секса. — Ладно, тогда скажи мне, с чего ты решила, что твоя начальница хочет тебя? — У нас был кооператив в сауне и когда я пошла в парилку, она пошла за мной и трогала мою ногу. — Может тебе показалось? Или она случайно её коснулась? — Нет, не случайно. — Ну захотелось ей. Что такого? — Виталий, — какой он тяжелый. — Эта женщина отшлепала меня. — Может просто шлепнула по-дружески? — Да что он её оправдывает?! — Виталий, — уже начинаю повышать голос. — Эта женщина стала приставать ко мне. Вот. — Вспоминаю о засосах и показываю ему. — Это она мне поставила. — А разве это не мои? — С сомнением сказал он. — Её это засосы, её! Виталий, эта женщина поцеловала меня в губы. Не чмокнула, а именно засосала с языком. И нет, подруги так не целуются. И вообще не представляю, в какой ты семье воспитывался, но в моей семье никто никого в губы не целовал. Когда я стала давать ей отпор, эта женщина стянула с меня джинсы с трусами и отшлепала. Да у меня зад всё ещё горит. Виталий менялся в лице постепенно. Но гнева там не было. Было какое-то другое чувство, а потом он вдруг засмеялся как какой-то идиот. Никогда не думала, что его смех настолько бесит. — А ты классно шутишь, — он стёр выступившие на глаза слёзы. — Я почти поверил. — Он подошёл ко мне желая обнять, но я отступила. Не хочу, чтоб он меня вообще трогал. — Ладно, малышка, сегодня ночью я еду в аэропорт и в командировку на неделю. Так что давай развлечемся. Неделю же всё же не увидимся. — Нет, — упираюсь рукой ему в грудь. — Я сказала, нет — значит, нет. — Но… — а он, похоже, искренне не понимал причину моего отказа. — Я же на неделю улечу. — У тебя есть руки. Мастурбацию ещё никто не отменял. — Но одно дело, когда я сам, а другое, когда ты ротиком и не только им… — Пока! — Уворачиваюсь от его рук и иду в прихожую открывать дверь. — Увидимся после командировки, Виталий. Мне кажется он обиделся. Уходил Соломатин с достаточно оскорблённым лицом. Я же осталась с каким-то неприятным чувством. Единственный кто мог меня хоть как-то поддержать даже не поверил мне. А может он поверил, но просто чувство похоти было настолько сильным? Я просто даже не знаю, как быть. На работу точно пока ходить не стану. Весь остаток дня я просто маялась. Из головы всё не выходила эта Ирина Сергеевна. — Почему я? — Не понимаю, как на меня можно было посмотреть? Может у меня просто занижена самооценка? Следующее утро я встала пораньше по привычке. Встала и, позавтракав вдруг осознала, что на работу не пойду. Вернулась обратно на диван. Так и прошёл день. Просто не знала чем себя занять. Если бы конечно не поругалась с Виталием, то с ним провела бы день. Несколько раз я просто подходила к окну и стояла у него, глядя во двор. Почему-то казалось, что начальница может приехать. Самое страшное будет, если она и правда приедет. Что мне тогда делать? Дверь не открывать? Открыв холодильник, я поняла, что стоит всё же сходить в магазин. Надеюсь что не встречу там свою начальницу. Чёрт, вообще теперь как параноик. Надо срочно выбросить из головы эту ненормальную и жить дальше. Одевшись, я вышла на улицу и пошла в ближайший магазин. Взяв корзинку, пошла набирать. Яйца, батон, молоко, сыр с колбасой и… пиво. Останавливаюсь возле пива, глядя на свою любимую марку по акции. Прикусываю губу, задумавшись и всё же решаюсь взять пару баночек. Но потом вспоминаю, что помимо расслабления я хочу ещё и забыться. Так что беру десять банок моего любимого «Миллера». Иду домой с двумя пакетами, в одном еда, а в другом бухло. Холодильник у меня пустой, так что пиво спокойно входит. Всё же холодное пиво вкусней тёплого. Жарю себе яичницу и колбасу. И когда всё это готово достаю баночку пива. Ем прямо со сковороды. Так вкусней. Потом просто смотрю телек и пью снова. Завтра надо на работу, но я не хочу. Эта начальница. Открываю следующую банку и всё же я забыла о закуси. Главное что я опьянела, это самое главное. На пятой банке пива наступила такая лёгкость и безрассудство. А вот уже на последней десятой банке я зачем-то взяла мобильный. Решив, что ничего не вспомню на следующий день, я решила набрать один из ЧС номер. Сделала я это ради шутки и по пьяни и то чтоб казаться смелее. Сколько сейчас было на часах мне было плевать. Наверное, я даже в глубине души надеялась, что трубку никто не возьмёт, но, к сожалению, я ошиблась, трубку взяли почти сразу: — Да, Катюша, — в миг протрезвела и меня всю затрясло. Ну зачем я вообще стала это делать? Чёрт! — Ну что молчишь? А я кусаю себя за губы и в панике смотрю в телек, не зная, что вообще делать. — Катюш, у тебя что-то случилось? — И голос какой-то мягкий. Совсем другой, она тоже пьяна? — Мне приехать к тебе? Сердце так колотится, что мне кажется, я сейчас просто умру. Хочу хоть что-то сказать, но не могу. — Ладно, Кать, — вздыхает начальница, и я роняю телефон. Он падает на пол экраном вниз. Опомнившись, хватаю мобильный и смотрю на разбитый экран. Начальница же явно что-то ещё говорила. Что она сказала? Надеюсь, что не приедет. Нет, я не готова к такому. Просто ложусь спать. Вот только сон не идёт. Просто бухая, лежу на диване пялясь в потолок и вздрагивая при каждом звуке. Слышу, как хлопнула подъездная дверь. Напряженно пытаюсь вслушаться в происходящее в подъезде и слышу стук в дверь. Это точно не Виталий. И всё же я встала и пошла открывать. Была бы трезвая так не пустила бы. — Вижу, что время ты нашла, как провести, — сказала Ирина Сергеевна, как только я открыла дверь. — Я вас ненавижу, — всё же опьянение никуда не делось. — Пока. Закрываю дверь, но женщина не позволяет этого сделать, она схватила рукой за дверь и, отпихнув меня в сторону, зашла в квартиру. Закрыв за собой дверь, она оглядела прихожую, а потом её убийственный взгляд остановился на мне. — И сколько же ты выпила? А в голове белый шум. Вообще ничего сказать не могу. — Ну-ка, пойдём, — схватив меня за локоть, она повела меня в одну единственную комнату в моей квартире и уставилась на пустые банки, стоящие на полу. — Девять. Или их больше было? — Отпустите, — пытаюсь разжать её пальцы, но не выходит. — Хорошо, — сказала она больше себе, чем мне. — Я уже поняла, что ты у нас любишь выпить пива. — Я не… — Тебе надо лечь спать. — Уйдите из моей квартиры. — Зачем? — Ещё так придирчиво мой интерьер разглядывает. — Я вас не звала. — Но ты мне позвонила, — и улыбается так нагло, словно даже тут её должность имеет какое-то значение. — И я, бросив все свои дела в час ночи, приехала к тебе. Неужели и правда думаешь, что я уйду? — Её взгляд падает на мою футболку, и я тяжело сглатываю, понимая, что она заметила отсутствующий на мне лифчик. — Так просто? — Ирина Сергеевна, — стараюсь держаться от неё на безопасном расстоянии. — Держите себя в руках. — Не тебе мне об этом говорить, — да у неё взгляд как у хищника. — А теперь подойди ко мне. — Нет, — меня всю трясёт, и я вообще жалею, что открыла ей дверь. — И… и вообще, уйдите. Это моя квартира и видеть я вас в ней не хочу. — А мне показалось, что ты даже очень хочешь видеть меня, — отступать больше некуда, это становится понятно, когда я утыкаюсь спиной об стену, а начальница уже в опасной близости и через секунду прижимает меня своим телом к стене. — Ведь так? Последние слова она прошептала мне в губы и, усмехнувшись, поцеловала, закрыв глаза. Я же в ужасе смотрела на неё, а колени уже так тряслись, что я готова была свалиться на пол. Чувствую её язык на своих губах, она водит им вправо влево, намекая чтоб я разжала зубы. Сглатываю противный ком в горле и к своему удивлению приоткрываю рот, впуская её язык к себе в рот. Вздрагиваю, когда наши языки соприкасаются и крепко до боли зажмурившись, чувствуя, как медленно миллиметр за миллиметром начинаю сползать по стене вниз, Ирина Сергеевна тут же хватает меня за плечи, крепко удерживая на месте. Я же больше не жмурюсь, а расслабляю лицо и стараюсь дышать через нос, чувствуя едва различимый в воздухе запах духов начальницы. Тело потихоньку всё же расслабилось и мне кажется, что всё дело в пиве. Разорвав поцелуй, я просто облокачиваюсь на женщину и зеваю. В это мгновение мне даже всё равно кто она такая. — Так, — женщина, похоже, не ожидала такого поворота событий и, крепко удерживая меня, поволокла к дивану. — Ты что же, уже спать? — Угу, — и я просто отвернулась от неё. — Ладно, это мне всё равно никак не помешает, — и она, наклонившись, поцеловала меня в шею. Не знаю но, похоже, алкоголь всё же дал о себе знать. Иначе как ещё объяснить, что я врезала своей начальнице рукой резко обернувшись. Ойкнув от неожиданности, начальница свалилась на пол держась за голову. — Егорова! — Поднявшись на ноги, Ирина Сергеевна недовольно посмотрела на меня. — Я всё конечно понимаю, ты выпила, но поднимать руку на меня. — Простите, Ирина Сергеевна, — я даже сесть не успела как она накинулась на меня и схватив швырнула на пол. Падаю, больно ударившись локтем, а женщина садится на меня, крепко сжав бёдрами мои ноги, а мои руки засунула себе под колени. Я оказалась полностью обездвижена. — Я случайно. Я не хотела вас бить. — А в голове так стучит, что мне кажется ещё немного, и я потеряю сознание. — Простите. Она не ответила и стала целовать меня. Дёргаюсь, пытаясь вырваться, но ничего не выходит. — Тебе же приятно, — Она держала мою голову и властно с жадностью целовала меня. — Сама же ротик открываешь навстречу моему язычку. — Нет, — и краснею, вспомнив как минуту назад сама же запустила её язык себе в рот. Да и всё же поцелуй был приятен. — Сама же не веришь, — она грубовато повернула мою голову на бок и, смеясь, засунула язык мне в ухо. Закрываю глаза и незаметно для себя начинаю тяжело дышать. Язык достаточно умело ласкал моё ухо и особенно было приятно, когда она стала посасывать мочку. Рука запустилась мне под одежду и стала сжимать грудь. Всё это вместе было так приятно, что я стала стонать. Трусы от влаги уже стали прилипать ко мне, а я просто извивалась под ней. Радовало, что женщина хоть не комментировала мои действия. — Знаешь, Катюш. — Она ласково провела пальцами по моей щеке. — А ведь если бы ты не противилась, мы ведь прекрасно могли бы быть вместе. Закрываю глаза. Просто хочу заснуть и проснуться в другом месте. На другой работе и с другим начальником. — И разве у тебя плохой выбор? — Она касается пальцами моих губ. — Будешь работать у меня, будет качественный секс и высокая зарплата. Разве это плохо? Открываю глаза глядя на неё. — Вы почему-то считаете меня шлюхой, — делаю глубокий вдох хоть это и нелегко, всё же Ирина Сергеевна не пушинка. — Ну, милая моя, — она хохотнула и, наклонившись, поцеловала в лоб. — Шлюхам столько не платят, даже элитным. Так что ты не шлюха. — А кто же? — Меня потряхивает под ней. — Ты моя любовница, — она снова наклонилась и поцеловала меня в нос. — А любовницы живут куда лучше шлюх. — Ирина Сергеевна, — облизываю губы, чувствуя языком привкус губ женщины. — Я хочу взять тебя тут и мне плевать, пьяная ты или нет, и что ты вообще обо мне думаешь, — она высвободила мои руки и сняла с меня футболку. Её руки стали гладить мою грудь и это было так приятно. — Я буду ласкать тебя всю ночь. Тебе никогда так хорошо, как со мной не будет. — Ирина Сергеевна, — нервно сглатываю. — Я всё же… у меня есть парень. — И что? — Она улыбается. — А у меня муж. У всех свои проблемы. У неё есть муж! Бросаю взгляд на её руки и не вижу обручального кольца. Женщина целовала меня в шею, лаская грудь. Поцелуи спускались ниже на ключицы и грудь. Её язык ласкал мои соски и это было так приятно. Кусаю себя за губы, а начальница уже ведёт дорожку из поцелуев к моему животу. Как же было приятно, когда она ласкала языком и губами мой пупок. Это было так приятно. С меня стягивают джинсы вместе с трусами, и я умоляюще смотрю на неё. — Ну не смотри ты так, — она улыбнулась. — Я пока тебя просто ласкаю. — Она посмотрела на диван. — Но думаю, что на диване нам всё же будет куда удобней. Женщина встала и, схватив меня за руку, поставила на ноги и тут же толкнула на диван. Падаю на диван, а женщина, ухмыльнувшись, развела мои ноги, в сторону опустившись на колени. — Погодите… Женщина уткнулась лицом мне в промежность и стала ласкать. Сложно признаться, но она это делала куда лучше Виталия. Пытаюсь свести ноги вместе, но Ирина Сергеевна держала крепко. Она больно ногтями вонзилась в мои бёдра и стала языком водить по моему клитору. Всё же из-за алкоголя все мои ощущения были притуплены. Но это не отменяло того факта, что Ирина Сергеевна действительно умеет ублажать. Может если бы это было в другом месте и с другой женщиной, то я даже была бы рада, но не сейчас. — Знаешь, Катюш, — она перестала ублажать меня языком и тут же проникла пальцами. Дёргаюсь, но только на мгновение. Женщина же, ухмыльнувшись, просто начинает меня иметь и всё же это было приятно, особенно когда я почти дошла до кульминации и, чувствуя это, она ускорилась, стараясь проникать как можно глубже. — Я ведь всё же да злопамятная. — И она резко всё остановила, вытащим из меня пальцы и не дав мне кончить. — И отлично помню, что ты мне на работе сказала. Так же это тебе наказание. И она стала собираться. Я же как-то даже ошарашенно смотрю на неё. Впервые так обидно что, я не кончила. А ведь мне к моему глубочайшему сожалению понравилось. Нелегко признаваться, но с Виталием я такого не испытывала. — В пятницу жду тебя на работе, — она стояла в прихожей. — И только попробуй не прийти, сама к тебе приеду и за руку на работу отведу. Она ушла, хлопнув дверью, а я, немного полежав на диване и подумав, встала и заперла дверь на замок, задумавшись, а не согласиться ли? Я не помню, как я легла спать. Помню, что проснулась всё такая же пьяная. Вообще не протрезвела, хотя надеялась на это. Отпаивая себя чаем, я с ужасом вспоминала, как меня тут ублажала начальница. Хватаюсь за голову, представляя как это выглядело с её стороны. Я же совсем бухая была. Боже, и зачем я ей вообще позвонила? Ещё ведь и приехала. Лучше бы не приезжала. И как я вообще пойду в пятницу на работу? Её угроза, что она меня насильно на работу притащит звучало вполне реально. До какого там Виталий в командировке будет? Утро пятницы выдалось для меня очень мрачным. На метро под дождём на работу. Я старалась делать вид, что ничего не было, но всё напоминало об обратном. Ладно, хоть в холле другой охранник был. Тот, наверное, решил, что я что-то своровала. — Кать, — вздрагиваю, обернувшись и вижу Олю. Она как-то странно на меня смотрит. Может всё поняла? Она же явно видела, как за мной гналась Ирина Сергеевна. — Тебя к себе в кабинет зовёт Ирина Сергеевна. Почему-то после этой фразы мир словно рухнул. Не чувствуя ног, я всё равно встала и пошла к ней. правда казалось что я всё ещё пьяная. Идти было слишком легко, да и голова как в тумане. Я очень боялась неизвестности. С одной стороны, ясно было, что ко мне опять будут приставать, но с другой я даже хотела этого. Ужасно стыдно, но мне, правда, понравились её манипуляции с моим телом. Стучусь и захожу в кабинет, испытывая лёгкое волнение. Ирина Сергеевна сидела в чёрной блузке и белых брюках. При виде меня она ухмыльнулась и поманила к себе рукой. Нерешительно подхожу к ней и останавливаюсь только в нескольких сантиметрах от её кресла. — Вижу, что у нас прогресс, — она повернулась ко мне и, взяла за руки, потянула к себе. — Ну не противься, сядь ко мне на колени. — Да не… — Не противься, — и всё же пришлось сесть. Чувствую себя крайне неловко. — Вижу, что уже окончательно протрезвела. Она сжала моё бедро рукой, а я стараюсь делать вид, что ничего такого не происходит нервно сглатывая. В памяти всплывает то что между нами было, это было, правда, прекрасно, но она же женщина. Это неправильно, да у меня есть Виталий. — Хорошая девочка, — рука идёт к ширинке джинсов, и я тут же пытаюсь прикрыть её руками, но не выходит. Женщина только посмеивается и решительно убирает мои руки в сторону. — Я только похвалила тебя, а ты тут начинаешь закрываться. — Что вы хотите сделать? — Почему-то мне стыдно. Я сгораю вся со стыда от всего происходящего и вообще жалею, что решила прийти на работу. — Хочу? Я уже делаю. И только не говори что ты против и всё в том же духе. Тебе это понравилось, мы обе это прекрасно поняли. — Я была пьяна. — И что? Алкоголь притупляет всё удовольствие. Вот если бы ты была трезвой, тогда по полной ощутила всё удовольствие. Как например сейчас. И она вдруг повалила меня на стол. Я даже понять ничего не успела, как с её колен оказалась лежа спиной на столе и с меня уже срывают джинсы. Испугалась я не слабо и похоже мой испуг очень сильно отразился на лице, иначе как ещё объяснить, что моя начальница вдруг прекратила свои махинации и стала гладить меня по голове что-то утешающе шепча? Я вообще не помню, что она мне шептала, помню, что после этого стала меня целовать. И я отвечала ей на поцелуи. Ирина Сергеевна стала раздевать меня, не забывая целовать. И вот я уже полностью обнаженная на её столе и до меня доходит что дверь-то не заперта. Кто угодно может зайти и увидеть происходящее. Бросаю взгляд на дверь. — Боишься, что войдут? — Она жадно сжала мою грудь, и я застонала. — Оля никого не пустит. Она знает, что я на «совещании». Она провела языком по моей шее. — Не смей замазывать мои подарки, — закрываю глаза, а между ног всё горит. Пусть она войдёт. Я хочу почувствовать это удовольствие. — Иначе накажу. — Но… — Никаких «но», — её пальцы погрузилось в меня. — Ты настолько хочешь. Такая мокрая, пальцы прям, проскользнули в тебя. — Похоть берёт вверх над стыдом, и я просто киваю. — Такая горячая. Мне приятно, когда ты сжимаешь мои пальцы. Дышу тяжело и начинаю уже прогибаться в спине. Совершенно плевать, как я сейчас выгляжу, явно не лучше, чем в постели с Виталием. Приятная волна пробегает по всему телу, и я наконец-то кончаю. — Приятно, не правда ли? — Приоткрываю глаза и вижу, как она слизывает с пальцем мою смазку. — А ты достаточно вкусная. Даже не знаю, что делать дальше. Уйти? — Ты можешь пойти домой, — её холодные глаза внимательно следили за мной. — А если хочешь, можем продолжить, но уже вечером. Сейчас у меня куча дел, которые надо решить. — А я могу работать? — А надо тебе? — Она привела себя в порядок и села за стол. — Как по мне, ты выполнила свои обязанности. Мне даже как-то обидно стало. Правда, как какая-то шлюха. — Ирина Сергеевна, — поднимаю на неё глаза и крепко стискиваю зубы. — Я журналист. Я не какая-то там шлюха или подстилка для начальства. — Нашла когда вспомнить. Хоть секс с этой женщиной был просто прекрасен, меня переполняла обида за то, что во мне она видит лишь кусок мяса. Я блин закончила школу с мечтой о журналистике и с огромным трудом поступила на эту специальность в вуз и вот, спустя пять лет работы я вышла с красным дипломом и надеждой на воплощение своей мечты, а попала в какой-то бордель. — Если это всё что вы можете мне дать, тогда мне не нужна эта работа. — Я разошлась, чувствуя, как внутри меня всё разрывается. — Я пять лет работала на красный диплом не для того чтоб меня ебали в кабинете начальника. — Всё? — И смотрит на меня так словно ожидала чего-то подобного. — Можешь идти. — И это всё?! — Захотелось чем-нибудь в неё кинуть. Ну как можно оставаться такой? — Ирина Сергеевна, я… Она вдруг встала из-за стола и направилась ко мне. Не ожидая такого, я как-то запнулась и даже забыла, что вообще хотела ей сказать. А начальница, остановившись напротив меня, только улыбнулась и коснулась моей щеки пальцами, от её прикосновения я вздрогнула и затаила дыхание. — Катюш, — она так посмотрела на меня, что мне тут же захотелось извиниться за все сказанные мною ранее слова. — Я не считаю тебя шлюхой или подстилкой. Так что не переживай. — Она подалась вперёд и поцеловала меня в губы настойчивым долгим и очень приятным до мурашек поцелуем. — Просто выполняй свою работу и живи дальше. — Кивнув как под гипнозом я пошла к двери. — Катюш. — Окликнула она меня, и я обернулась. — Жизнь такая штука. Хочешь, не хочешь, а заставит играть по своим правилам и придётся тебе делать то, что думала, что никогда этого делать не станешь. А сейчас отправляйся домой, я прослежу, чтоб тебя тут не было, так что не рискуй и не смей оставаться. Мне кажется, я была под гипнозом, но очнулась я уже в метро, когда заходила в вагон. Что это было? Сажусь на свободное место и тяжело вздыхаю. Просто обидно за себя. Ведь я же не для этого столько училась. Надо было поступить как Светка, моя одноклассница и бывшая лучшая подруга, о которой я даже слышать ничего уже не хочу, вон, после школы подалась в элитные проститутки. Самое ужасное, что у меня до самого вечера из головы не вылетал наш секс. Как мне было приятно и эти её поцелуи. Боже, да мне с Виталием никогда так хорошо не было как с этой женщиной. На секунду я поймала себя на мысли что даже корю себя за то, как от неё бегала. А стала бы я так её избегать, зная, что мне понравится? Наверное, нет. Но как по мне это не правильно по отношению к Виталию. Я с ним уже столько лет и пусть мы не женаты, и он намного старше меня, он же меня всегда поддерживал. Или нет? Очень часто было так, что он заставлял заниматься с ним сексом, когда я не хотела. Практически всегда не берёт трубку, если я ему набираю. Но он же меня отвозил на работу и с неё. Но первый наш раз, а точнее именно мой случился с ним в этой квартире на этом самом диване, и я вроде как не давала ему своего согласия. Из размышлений меня вырвал телефонный звонок. Глянув на экран, я слегка даже расстроилась, звонил Виталий. Это было так странно, я должна была наоборот обрадоваться, но почему-то радости вообще не было. Мне просто казалось, что все мною пользуются. Виталий трахает меня и считает, что я ему чуть ли не должна это, так ещё и моя начальница такого же мнения. Начинаю уже задумываться, а не к Светке ли мне пойти работать? — Привет, — отвечаю и почему-то вся дрожу. — Зая, — и голос у него такой довольный. — А я вернулся с командировки. К тебе сейчас заеду. — Виталий, — вот вообще не было никакого желания его видеть. — Я… — Жди, — и он бросил трубку. Мне нравились решительные мужчины, но не такие наглые. Соломатин уже был на пороге моей квартиры спустя шесть минут после звонка. Как только я открыла дверь, он тут же налетел на меня и стал везде целовать и мять мою грудь. Вот только его прикосновения были не совсем приятны даже. А если судить с Ириной Сергеевной, пусть она тоже была наглой и делала так ей хотелось, но там мне всё же понравилось больше. — Виталий, — пытаюсь отцепить его руки со своей груди и тут же встречаюсь с его озадаченным взглядом. — Остановись. — Что такое? У тебя опять месячные? — Их пока нет… — Так чего же мы ждём? — И он скинул пальто на пол. — Давай тогда быстренько сделаем всё, и я поеду. — Куда ты поедешь? — По делам, — он избегал со мной зрительного контакта. — Так что раздевайся и… Он резко замолчал, а потом резко изменился в лице. Его взгляд остановился на моей шее и тут я поняла, что он увидел засосы. Их было штуки три. Я как-то даже о них успела позабыть. — Это свежие, — его глаза налились кровью, и зубы он сжал так сильно, что его голова задрожала. — Вот оно что. — Виталий! — Я вскрикнула, когда его рука сжала мои волосы. Мрачнее некуда он потащил меня в комнату и грубо швырнул на пол. — Виталий! — Ну ты и шлюха! — Он грозно наступал и, не дав мне встать, тут же ударил кулаком по лицу. В ушах зазвенело, а лицо пронзила боль. — Я значит в командировку, а она уже с кем-то поебаться успела. Он схватил меня за волосы и, намотав на кулак, ещё раз ударил. Слёзы текли у меня по лицу, перемешиваясь с кровью. Мне было страшно, и я была в смятении. Все это время я оказывается и не знала настоящего Виталия. — Шлюха! — Всё ещё держа меня за волосы, он стал бить меня лицом об пол. Я не знаю сколько это продолжалось, но после он несколько раз пнул меня по животу, а после снова стал бить по лицу, пока я не потеряла сознание. Не знаю остановило ли это его от нанесения побоев, но очнулась я в пустой квартире вся в крови. Меня трясло, и я не понимала что происходит. Слёзы всё ещё текли по моим щекам, а я пыталась встать и понимала, что не могу. Всё тело болело, а меня поглощало это болото боли. Может только часа через два я и смогла встать. Каждое движение отдавалось во мне болью. Я просто не знала что делать. Наверное, следует вызвать «скорую». Так я и сделала. — Скорая помощь слушает, что у вас? — Раздался на том конце провода спокойный женский голос. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, тут же морщась от боли. — Девушка, — как же больно говорить. — Меня избили. Я нахожусь у себя в квартире и мне очень плохо. Меня спросили мои данные и адрес. Всё им, ответив я стала ждать. «Скорая» приехала спустя пятнадцать минут и не одни. Они вызвали наряд полиции, которому я и объясняла, что произошло пока меня осматривали и перебинтовывали. Меня госпитализировали в больницу в три часа ночи. В приёмном покое взяли мои документы и меня осмотрел дежурный врач. После был рентген. У меня было множество ушибов и гематом. Особенно на лице. Как только я увидела себя в зеркале, так тут же потеряла дар речи. От лица почти ничего не осталось. Правый глаз не открывался и ещё сломанный передний зуб и выбитый боковой. Бровь мне пришлось зашивать, наложили четыре шва. А после я полежала дня два в отделении и решила выписаться. Ко мне снова приходили из полиции, на этот раз участковый, который подробно меня допросил о случившемся. Я дала ему номер Виталия. Это всё что смогла, где он работал или жил я не знала. С работы мне никто не звонил, хотя я их даже не предупреждала. Но вот когда я вышла из такси во дворе моего дома увидела знакомую машину, из которой тут же вышла Ирина Сергеевна. Испугавшись её, я тут же поспешила скрыться в подъезде, но она меня догнала и, удерживая за руку, спокойно без каких-либо эмоций посмотрела на моё побитое лицо. — Бедная моя, — вдруг сказала она и притянула меня к себе, обняв. — Ты даже не представляешь, как я беспокоилась за тебя. Ко мне тем более приходили из полиции и доложили, что с тобой случилось. Это так ужасно. Надеюсь, этого ублюдка найдут и накажут. — Ирина Сергеевна, — подавленно сказала я, уткнувшись лицом в мех её шубы. — Я могу уже дойти до квартиры? — Я провожу тебя, — и, взяв меня под руку, она повела меня на мой седьмой этаж. В зеркало я вообще старалась не смотреть. Казалось, что спустя пару дней моё лицо стало только хуже. Да и к стоматологу надо срочно. — За что он тебя так избил? — Мы сидели на моём диване, и рука моей начальнице всё лежала на моём бедре и успокаивающе поглаживала. Я не одёргивала ногу, мне были приятны эти прикосновения, вот только осадок всё равно был горьким. — Засосы увидел и решил, что я ему изменила, — говорить было и больно, и трудно. Язык то и дело касался сломанного переднего зуба и от этого мне было просто омерзительно. — Я уверена, что его найдут и накажут, — закрываю глаза чувствуя, что её рука легла на мою ширинку. — Ирина Сергеевна, — тяжело вздыхаю. — У меня всё тело болит. Мне правда хочется этого, но очень больно. — Хорошо, — она тут же убрала свою руку, но приблизила лицо к моему и осторожно, я бы сказала, что с нежностью поцеловала. — Оставайся на больничном сколько понадобится. Я тебя никуда не тороплю. Тем более думаю, что тебе самой не особо охота светить таким лицом. Меня слегка задели её слова, а после в голове предстала картина где моя начальница, трахает кого-то другого. От этого стало ещё обидней. — Тебя ведь можно оставлять одну? — Она стала наматывать на палец мой локон волос с милой жестокостью, улыбаясь мне. — Конечно, — закрыв глаза, кладу голову женщине на плечо. — Иначе бы меня не выписали из больницы. — Тогда я уезжаю, — мимолётное касание губ моего лба и женщина встала. — Катюш, если тебе что-то понадобится, то позвони. Женщина уехала, а я села на диване и, потянувшись, тут же пожалела об этом. Морщась от боли, ложусь на диван, чувствуя, как каждая клеточка моего тела просто разрывается от боли. Только я решила расслабиться как подскакиваю на месте от мобильного звонка. Взяв телефон, я содрогнулась, увидев кто именно мне звонит. Всё внутри сжалось и стало так нехорошо. И всё же я решила ответить. Наверное, это было зря, я всё ещё не понимаю, что мною двигало, но я не сбросила звонок. — Ты ахуела тварь! — Голос такой родной и в тоже время чужой. — Шлюха! Как ты посмела написать на меня заявление?! Его слова больно ранили и я заплакала. Меня всю затрясло. Виталий, человек, который казалось всегда меня поддерживал и готов был прийти на помощь вёл себя как чужой человек. — Ты хоть понимаешь, какие у меня теперь из-за тебя проблемы! Где ты сейчас? Скажи, тварь. Я приеду и проломлю тогда тебе голову, сука!