В постели с боссом

С огромным усилием я сбросила вызов и трясясь от страха набрала полицию. Они пообещали разобраться, вот только это вообще никак не помогло мне. В страхе и паранойе я провела дня три и, не выдержав, всё же решила пойти на работу. Всё равно я интервью не беру, а просто печатаю статьи, кому какая разница, что с моим лицом? Тем более оно стало лучше. Но на работу я конечно же поехала на такси. А вот уже в самом здании, как только я попалась на глаза секретарше Оле, то тут же была вызвана начальством. Ирина Сергеевна на первый взгляд не была злой, но при виде меня нахмурилась: — Катюш, тебя не смущает своё побитое лицо? Я же разрешила тебе не ходить пока не поправишься. — Ирина Сергеевна, — подхожу к ней, меня всю трясёт, но я всё равно готова поцеловать её. — Я не могу сидеть больше дома. Хочу коснуться её, но страшно. И, похоже, начальница это поняла, она поднялась и обняла меня. Эти объятия были такими уютными и просто приятными, что я тут же обняла её в ответ, прижимаясь всем телом. Мне не хотелось, что бы это когда-то заканчивалось, пусть это странно и неправильно, но сейчас мне как никогда нужна была поддержка. Хоть чья-то. — Мне правда лучше на работе, — она гладила меня по спине, и это было так приятно. — Дома просто не могу находиться. Правда, мне тяжело там. О звонке Виталия я решила не говорить. Раз от него никаких вестей нет, то может он уже в СИЗО? — Катюш, — женщина стала гладить меня по голове, и как же это было приятно. — Я всё понимаю, но ты и правда ужасно выглядишь. Всё же лучше тебе… Не дала ей закончить, просто поцеловала в губы и всё. Чувствую, как Ирина Сергеевна усмехается и начинает отвечать мне на поцелуи. Незаметно она подталкивала меня к дивану и вот я уже лежу на нём, а моя начальница находится сверху и осторожно прикасаясь руками по моему телу продолжала жадно целовать. Вот только даже от её осторожных касаний мне было ужасно больно. Я, правда, старалась игнорировать эту боль и не подавать виду, но тело само собой вздрагивало. — Всё же тебе больно, — её пальцы коснулись моих губ. — Ласкать тебя вздрагивающую от малейшего касания не самый лучший вариант. — А тогда вас не остановило, что я вообще не хотела никакой близости, — или у неё уже всё прошло? Я сама стала лезть к ней вот она и не хочет больше меня. — Меня просить дважды не надо, — наклонившись ко мне, она поцеловала как тогда, жадно, больно и до крови. Кровь уже заливала мне рот, но я продолжала отвечать так же жадно на её поцелуи, как и она целовала меня. Я даже закричала от этой боли, мне показалось, что она хочет съесть мои губы. Но секс был приятным. Правда чертовски болезненный и практически все мои стоны были не от наслаждения, а от боли. Себя трогать Ирина Сергеевна не позволила, каждый раз, когда я хотела её приобнять, то получала по рукам. А потом к моим ссадинам и ушибам добавились хорошие такие царапины на спине и плечах. Они были настолько глубокими, что даже кровоточили, а моя начальница сломала себе два ногтя. — Такого ты хотела, Егорова? Моя фамилия уже резала слух, и просто захотелось, чтобы она продолжала называть меня и дальше по имени. — Знаешь, Катюш, — она резко сменила тон. — Мне кажется, что спину тебе обработать следует. И она велела секретарше принести аптечку. Пока Оля не пришла я успела натянуть джинсы и прикрыть грудь. Вообще хотела надеть блузку, но Ирина Сергеевна запретила, заявив, что я испачкаю одежду. А кровь тонкими струйками стекала по моей спине и плечам. Когда же в кабинете появилась Оля я тут же отвернулась. Мне было ужасно стыдно, что она видит меня в таком виде, ещё хуже было, что она прекрасно знает, чем мы тут занимались. Мысли что мои стоны слышали почти все не покидали мою голову от чего мне и в самом деле захотелось отсюда уйти. — Ну а теперь, красавица, повернись ко мне спиной, — женщина подошла ко мне и сев рядом на диван открыла аптечку. — Будет щипать, но так надо. Я крепко стиснула зубы, вытерпев ужасное щипание. Но было приятно, когда она стала стирать кровь с моего тела. — Знаешь, я кое-что заметила, — и она прижалась к моей спине и поцеловала в шею. — Может ты просто не захотела упомянуть это в своём досье или же это всё так как я и предположила. — Она развернула меня к себе. — Строка с отчеством. У тебя там стоит прочерк и когда я решила кое-что проверить то… — В смысле «проверить»? — Напряглась я, и тело тут же заныло. — У меня есть отчество. Просто по документам видимо в институте что-то напутали и… — Егорова! — Повысила она голос и резко схватила меня за челюсть, до боли впившись ногтями. — Я ненавижу, когда меня перебивают. — И она отшвырнула меня от себя. Хоть я упала на диван, а не на пол (тут надо отдать ей должное, она смотрела, куда меня швырять), всё равно было обидно. — Так вот, как я и думала мои догадки, подтвердились. Конечно, хотелось это всё услышать от тебя но, похоже, я не дождусь твоего признания. — Да в чём? — Прекрасно понимаю, на что она клонит, но весь этот разговор мне был неприятен и чувство было, что я на допросе. — Егорова, ещё одно слово, и я выпорю тебя ремнём, — она положила ногу на ногу и полностью расслабленно внимательно посмотрела на меня. — Почему ты не сказала, что сирота? — А стоило? — Вся сжимаюсь, боясь и правда, получить ремня. — И вообще, зачем? — Определенно да, — она вздохнула и положила руку мне на колено. — И сейчас я хочу услышать от тебя эту историю. Ну она и выдала. Мне даже как-то поплохело. — Зачем вам это знать? — Я твой босс. Ты работаешь на меня, а я очень люблю знать всё о своих сотрудниках. Об их родственниках и их жизни. — Зачем? — Хобби у меня такое всё про всех знать. — Так у вас и без меня всё отлично вышло, — я попыталась вскочить на ноги, но она со скоростью молнии поймала меня и повалила обратно. В этот раз только ещё прижала к себе, не позволяя даже дёрнуться. — Егорова! — Хорошо, хорошо, — облизываю кровоточащие губы и тяжело вздыхаю. Она же явно всё знает, зачем весь этот цирк? — Я расскажу. Мне было шесть лет, когда я с родителями возвращалась с озера. Мы туда поехали на пару дней. Ехали главное нормально. — Крепко до боли зажмуриваюсь, чувствуя, как слёзы начинают бежать по щекам. — Но потом что-то пошло не так. Я даже понять ничего не успела. Просто вдруг грохот и дикая боль. Я, кажется, потеряла тогда сознание. Помню, что очнулась в больнице со сломанными ногами и сотрясением. Всему виной оказались пьяные подростки. Они угнали чью-то машину и решили поехать искупаться на озеро. Они двигались нам на встречу, и пятнадцатилетний водитель решил «пошутить». — Как же тяжело дышать сразу стало. Губы и голос у меня задрожали. Тут же вытираю слёзы и отворачиваю голову от женщины, чтобы она не видела моих слёз. — И когда между нашими машинами оставалось пара метров, он вдруг вырулил на встречу. Отец тогда чтоб предотвратить столкновение на полном ходу впечатался в дерево. Тех подростков потом задержали, как выяснилось, они даже останавливаться не стали, чтобы посмотреть, что с нами случилось, а поехали дальше. Вот на обратном пути с озера их и задержали. Так я из-за малолетних алкашей стала сиротой и попала в детский дом. Как же там было плохо. — Перед глазами словно фильм включили, вся моя жизнь с того рокового дня. — Старшие били младших и всячески унижали. Воспитатели тоже издевались над нами и любили ударить палкой прилюдно. Я ходила в школу и просто мечтала наконец-то стать совершеннолетней. И этот день настал, мне выдали квартиру, и я была безумно счастлива. Дальше был институт и вот я тут. — Не плачь, — чёрт, всё же да заметила. — Я не плачу, — пытаюсь встать, но она не позволяет. — А всего-то дрожишь и временами всхлипываешь, — схватив мою голову она повернула к себе лицом, её лицо было непроницаемым, но я хотела хоть какой-то поддержки и просто уткнулась лицом ей в плечо тяжело зарыдав. — Тот мужик, который тебя избил, он вообще кто? — Виталий, — проговорила я ей в плечо чувствуя, как рука женщины нежно гладила меня по голове. — До избиения я думала, что… что… Я так и не договорила, расплакавшись ещё сильней. А ведь и правда нельзя подумать, что такой статный мужчина как Виталий, человек, который хорошо и дорого одевается, ездит на дорогой машине может быть таким Дьяволом. Как жестоко он меня избивал без всякого сожаления. Наверное, он был готов избить меня до смерти. Может он и ушёл, подумав, что я уже мертва? — Ирина Сергеевна, — слышу вдруг тихий голос Оли. — Ой, вы… Ирина Сергеевна, тут к вам рвутся две наши сотрудницы с готовым материалом для следующего номера. — Хорошо, пусть придут через полчаса. Я даже понять не могла как заснула, и похоже я лежала на коленях моего босса. Открыв глаза, я в этом окончательно убедилась и ещё, я была укрыта пледом. — Проснулась уже, — сажусь вся смущенная, а женщина встаёт и тут же потягивается, слышу хруст в её позвонках. — Одевайся. — Простите, — тут же начинаю одеваться. — Я не хотела. — Честно говоря, мне плевать хотела ты или нет, — она села в своё кресло за столом. — Одевайся и иди домой. — Простите, Ирина Сергеевна. — Опять мне тут заплачь и я клянусь, что выпорю тебя. Иди домой, Егорова. Сглатываю и закивав вылетаю из её кабинета. Вообще не понимаю, что происходит с её настроением, может я что-то натворила? Впервые, наверное, с работы я решила до дома дойти пешком. Хоть и было достаточно прохладно, но мне было плевать. Некоторые прохожие косились на меня, но я старалась не замечать этих взглядов. Пошло всё на хер! Так я думала, когда услышала вой сирены. Мимо промчались несколько пожарных машин. Вот только чем ближе я подходила к своему дому, тем ярче почему-то становилось, и тут я увидела, как мой дом горит. Ноги сами собой побежали и тут я застыла, поняв, что горит именно моя квартира. Она полыхала в огне. От такой картины я просто рухнула на холодную землю и молча наблюдала, как две машины пытаются потушить мою квартиру. Вижу эвакуированных соседей. Кто-то стоял на морозе полуголый, а кто-то крепко прижимал к себе детей и животных. Пожар тушили наверное часа три-четыре. А я просто не верила в такое. У меня же всё было выключено, да и с проводкой было хорошо. Спустя, наверное, ещё час мне разрешили зайти к себе в квартиру. Слёзы так и текли, не прекращаясь, когда я смотрела на сгоревшее абсолютно всё. Огонь не пожалел абсолютно ничего. По квартире я ходила не одна. Вместе с участковым и ещё двумя пожарными. Они что-то смотрели, а после сказали, что сообщать точную причину пожара. Я же вызвала такси. — Куда едем? — Спросил хриплым голосом таксист. — В ближайший мотель или отель. Мне всё равно. После ночи в мотеле я приняла ужасно неудобное для себя решение, буду ночевать на работе. Денег чтобы отремонтировать квартиру у меня всё равно нет, а спать в пепелище, где мне и спать то негде, совсем не хотелось. На работу я пришла никакая. Глаза были опухшие от слёз и ужасно болели. Так ещё через пару часов мне позвонили и сообщили, что был установлен факт поджога. Да и входная дверь как выяснилось, была взломана. Этого я вчера просто не заметила, не до того было. На некоторых местах был обнаружен бензин. В голове тут же пришёл Виталий. Он ведь прекрасно мог взломать мою дверь и облив всю квартиру бензином поджечь. В какой-то степени мне даже повезло, Ирина Сергеевна не пришла сегодня на работу, а Оля сказала, что начальница уехала на конференцию и вернётся только завтра. Поработав или точнее пострадав бездельем, я старательно делала вид работы и просидела так до самой ночи. Уборщица решила, что меня снова напрягли, и не стала задавать вопросов. Поставив будильник, я попыталась вначале развалиться на стуле, но не вышло. Походив по коридорам, я решила рискнуть и дёрнула за ручку двери начальства. Там стоял диван, и я вполне могла на нём поспать до определенного времени, а потом просто проснуться и уйти, словно ничего и не было. Дверь, правда, оказалась закрытой, но запасные ключи были найдены в столе Оли. Отперев дверь я прошла и просто рухнула на диван. Полежав так пару минут всё же решила укрыться пледом что так и манил меня лежа на спинке дивана. Так я и заснула. На кожаном диване всё же ужасно неудобно спать. Вот правда не знаю, что будет с моими вещами после такого сна. — Кхе-кхе, — слышу чей-то грозный кашель надо мной и открыв глаза вздрагиваю при виде Ирины Сергеевны. Женщина грозно нависала надо мной скрестив руки на груди. — Я тебе не мешаю? Тут же вскакиваю, морщась от боли во всём теле. И так избили так ещё и диван неудобный. Спина прям раскалывается. — Егорова, почему ночуем не дома? — Она так строго смотрела на меня что я вся сжалась под её взглядом заодно и оценила свой внешний вид. Блузка полностью мята и без утюга её никак не разгладить. — Понимаете, — как же сложно. — У меня больше нет дома. И я разрыдалась. Честно старалась успокоиться, но не вышло. Да и похоже что своими слезами я напугала Ирину Сергеевну. Женщина как-то отодвинулась от меня на шаг назад и с какой-то брезгливостью посмотрела на меня. — Стоп, — и тут прозвенел мой будильник. Он был поставлен ровно на пять утра, а значит, она пришла гораздо раньше, но зачем? — Я хочу услышать нормальный ответ. Что случилось? — Пожар случился, — вытираю лицо и сажусь обратно на диван не в силах стоять на ногах. — Поджог. Всё сгорело. И теперь моя квартира — это просто место пепелища. — А ночевать мотелях ты не пробовала? — У меня не так много денег, чтобы позволить ночевать в мотелях каждую ночь, — тяжело вздыхаю, понимая, что сгорели и мои документы которые теперь придётся восстанавливать. Ладно, хоть паспорт всегда при мне. — Ладно, Егорова, — она подошла и положила руку на мою голову. — Вставай и поехали. — Куда? — Ко мне домой, — она оглядела свой кабинет. — Я же не могу оставить тебя тут и дальше ночевать. — А как же ваш муж? — А думаешь, он будет против? — Она усмехнулась. — Мы уже в разводе, живёт правда со мной, но это только первое время, скоро переедет. Мы вышли на улицу где прямо у центрального входа стояла её машина на аварийке. Останавливаюсь, прекрасно понимая, что тут что-то не то. — Ирина Сергеевна, а почему вы так рано пришли на работу? — Рабочий день у нас с семи утра начинается. — Мне доложили, что кто-то шастает по моему отделу. У нас же камеры там везде стоят кроме, разумеется, моего кабинета. Вот решила приехать пораньше и проверить. Мы сели в машину и меня потянуло в сон. Я ещё некоторое время ёрзала на сидении, но после всё же да заснула. Проснулась от того, что кто-то нежно гладил меня по щеке. Открыв глаза вижу Ирину Сергеевну которая кивает на выход. Оглядываюсь и понимаю, что мы на подземной парковке. — Дом новый, ну как новый, ему может года два, — заходим в лифт, и она нажимает на тринадцатый этаж. — Комнат у меня шесть, но спать и жить ты будешь в моей комнате. — А вы где? — С тобой, — и всё внутри меня похолодело. — И да, чуть не забыла, на работу ты ходить больше не будешь. Я даже дар речи потеряла от того, как эта женщина нагло распоряжается моей жизнью. — Но, а зарплата… — Будешь её получать, но удовлетворять будешь меня в моей же постели. Мы остановились на нужном этаже и, пройдя по длинному светлому коридору, остановились у одной из дверей. Достав ключи, Ирина Сергеевна открыла дверь и пропустила меня вперёд. Захожу в большую просторную прихожую. — Разувайся и я сейчас покажу тебе, где ты будешь «работать». — Мама! — И откуда не возьмись, появилась девочка на вид лет восьми, она подлетела к Ирине Сергеевне и крепко её обняла. Женщина улыбнулась и подхватила ребёнка на руки. — Отведёшь меня в школу? — Не сегодня, у тебя тут папа всё ещё есть, вот он и отведёт. — Да одет я, одет! — Из одной комнаты появился достаточно красивый мужчина. По возрасту он был где-то как Виталий, но выглядел в разы лучше. — У нас гости? — У меня гости, а у тебя нет, — Ирина Сергеевна передала дочку в руки мужчины. — Но поскольку ты тут ещё неделю, и вы скорей всего будете пересекаться, то это Катя. Катя, мой бывший муж и отец Ксюши Игорь. Игорь протянул мне руку, и я пожала её. — Ты покормил Ксюшу? — Требовательно спросила женщина, и мужчина тут же закивал. — Почему она всё ещё в пижаме? Игорь ничего не ответил, а тут же поспешил скрыться. — Ну а ты что стоишь? — Наехала она на меня. — Идём. И я пошла за ней. Её комната было просторной и светлой. Глаза тут же остановились на большой кровати. Внутри всё сжалось, уже ясно кого будут иметь на этой самой кровати. Что-то подсказывает мне, что я первая кого она привела к себе в квартиру. — Ирина Сергеевна, а ваша дочь ничего не подумает? — Она ещё маленькая, — начальница критически оглядела меня. — И она не моя дочь. Я как-то зависла. Если это не её дочь, то… — Это дочь Игоря, — пояснила она. — От его первого брака. Я её воспитываю уже лет пять. Честно, я даже не подозревала, что такая женщина как Ирина Сергеевна может воспитывать ребёнка, тем более чужого. Пытаюсь даже представить Ирину Сергеевну в образе мамы и что-то не получается. — Ладно, можешь поспать пока что, — женщина прошла к шкафу и достала оттуда халат протянула его мне. — Надень это. А то на твой внешний вид сил нет смотреть. Беру халат, чувствуется, что он из хорошего материала. — Вечером приеду заодно тебе одежду привезу, — она оглядела меня. — Сорок четвертый у тебя размер, уже вижу. — Но мне как-то неловко… — Мне плевать, — строго сказала она. — Надевай халат и снимай всё это. Можешь и трусы снять тоже. После работы я обязательно захочу тебя поиметь. Всё же я, похоже, буду шлюхой. Если на работу не надо, а только удовлетворять эту женщину. — Дома всё равно никого не будет, Игорь вернется только ночью, а Ксению привезёт водитель и то вечером. Если она захочет есть, то прекрасно знает где тут, что лежит, и сама себе приготовит. А ты не стесняйся. Бери, что хочешь из еды и ешь. — Ирина Сергеевна, мне правда неловко. — Это теперь твоя работа, так, что заткнись и слушайся меня. Я твой босс. — И что же это? Я буду «работать» в одной постели с вами? — Да, да, да, — отмахнулась она. — Я это уже слышала кучу раз. Ты не шлюха и прочее. Но зарабатывать ты будешь через постель со мной. Так что помалкивай. И она ушла. Я слышала, как закрылся замок. Вздохнув я сняла с себя помятую и пропахшую потом одежду и накинула её халат. Ужасно неуютно. Пока в квартире никого не было, я решила походить и изучить. Кухня была напротив входной двери, а все остальные комнаты располагались в глубине квартиры. Я даже, кажется, нашла комнату Игоря, она была дальше всех и там было немного его вещей. Комната Ксюши располагалась напротив его комнаты. Просторная и яркая с кучей игрушек. В гостиной у них стоял камин и огромная плазма. Так же там было два дивана и два кресла, а вдоль стены стоял огромный длинный книжный шкаф. Фотографий на стенах у них не было. Кухня была большой и тоже с плазмой, но уже поменьше. Открываю холодильник и понимаю, что хочу есть. Беру миску с салатом из курицы и брынзы с помидорами и кастрюлю грибного супа. Даже интересно кто это всё приготовил? Поев и вымыв за собой посуду, я потерянно бродила по всей квартире. Тут я всё же надеялась, что Виталий меня не найдёт. Всё ещё поверить не могу, как можно было так поступить? Плевать, что он избил меня, он сжег мою квартиру. Прекрасно же знал, что мне пойти некуда, а на улице не май месяц. В семь вечера привезли Ксюшу. Она, тут же сбросив с себя рюкзак, отправилась на кухню и сделала себе хлопья с молоком. Я в это время сидела и пила кофе. Никогда такой кофе ещё не пила, оно было с оттенком горького шоколада. — А вы работаете на мою маму? — Да. — Вы первая кого мама сюда привела, — девочка была достаточно вежливой. — Но это неудивительно. Она с папой уже давно в разводе. — Давно? — Они год назад развелись, — Ксюша встала и, подойдя к холодильнику, достала пачку апельсинового сока. — Скоро папа переедет. Он квартиру купил и там сейчас ремонт заканчивают. И вот когда он переедет я буду жить то у папы, то у мамы. — Мама, наверное, строгая? — Очень, — кивнула Ксюша. — Иногда она наказывает меня ремнем. Но там я и правда сама виновата. А мама не любит повторять дважды. Если один раз я её не услышала, то второй раз она уже берётся за ремень. — Сильно бьёт? — Два раза было, что до крови. Холод потянул по спине и меня передёрнуло. — Но я всё равно её люблю хоть она мне и не родная. Так она значит знает. — Вообще она мне мачеха. Но в сказках они все злые, а она нет. — А откуда ты знаешь, что она тебе не родная? — Она сама мне об этом сказала. Мама считает, что такое скрывать не надо и что лучше мне знать правду. С одной стороны, это правильно, но я всё равно не могу представить, что если Ксюшу били до крови, то она так радостно бежит встречать того, кто это делал. Может приукрашивает? — А так мама дарит мне дорогие подарки. Если я что-то у неё попрошу, то она это купит. Папа такой же. Только папа меня не бьёт и ругается на маму, если она поднимает на меня руку. Кажется, что из-за этого они и разошлись, а не из-за их измен. — Оба что ли изменяли? — Папа водил меня в кинотеатр со своей любовницей. Я сидела смотрела мультик, а они целовались. Мама водила меня в парк развлечений вместе со своим любовником, и пока я каталась на каруселях, они сидели на скамейке и целовались. — И долго они так жили? — Два года. Это нормально, я привыкла. Раньше они скрывали это, а потом перестали. Мы даже новый год праздновали все вместе. Папа со своей любовницей, а мама с любовником и тоже с любовницей. Было весело. Они только меня после боя курантов уложили спать, а сами по своим комнатам разошлись. Странная семейка. — А ты где будешь спать? — В комнате твоей мамы. — Значит ты очередная любовница. Капец сколько у них ребёнок знает. А самое ужасное, что она это воспринимает нормально. — Конечно, вести себя так же когда вырасту я не стану. Я видела, как папа реагировал на любовников мамы. Ему было больно. — А маме? — Ей, наверное, всё равно. Она же вышла замуж за папу только для того чтоб меня не забрали. Я не знаю причину, но мама говорила, что меня хотели у него забрать и чтоб этого не произошло, они срочно поженились. — Ксюша встала и положила грязную посуду в посудомоечную машинку. — Пойду, сделаю уроки. Тётя… — Катя. — Тётя Катя, — Ксюша вышла и тут же вошла со своим рюкзаком. — Я сейчас буду делать уроки, вы бы не могли после проверить? — Хорошо, — математику я знала достаточно хорошо, как и половину школьной программы. Мы сидели на кухне. Мне было нечем заняться, и я просто листала учебник математики за второй класс пока Ксюша делала русский. Почерк у неё был просто красив для второго класса. Всё понятно, и я бы даже сказала, что это каллиграфия. — А ты красиво пишешь. — Мама научила, — с гордостью сказала Ксюша. — Она сама так пишет. Ксюша домашнее задание сделала часа за полтора. Всё сначала написала в черновик и когда я проверила и указала на некоторые ошибки то исправила их и стала всё переписывать в чистовик. — Не было желания сразу всё в чистовик написать? — Мама тогда ругается. Первый раз меня выпороли как раз из-за чистовика. Когда Ксюша закончила всё переписывать, то послышался щелчок двери и в прихожей появилась Ирина Сергеевна. Женщина прошла на кухню и посмотрела на тетради Ксюши. — Всё проверено? — Да, мам, — Ксюша тут же схватила женщину за руку. — Тётя Катя хорошо разбирается в математике. Показала мне мои ошибки и объяснила, почему так. — Да? — Ирина Сергеевна села рядом с Ксюшей напротив меня и взяла одну из тетрадей и пролистала. — Хорошо. Кстати, Катюш, там в прихожей стоят два пакета. Возьми их и иди в нашу комнату и примерь. Я сейчас подойду к тебе. Встаю и выхожу. Пакеты из какого-то фирменного магазина и достаточно тяжелые. Иду в комнату начальницы и начинаю смотреть, что она купила. Красное обтягивающее платье с большим вырезом на спине. Были зауженные джинсы и несколько маек. Куртка и пижама с поцелуями. Так же комплект трусов и лифчиков. Я как-то зависла, не зная, что надеть. — Пока дома находится моя дочь и бывший муж то ходи в нижнем белье, — оборачиваюсь, глядя на начальницу. — Но, когда мы одни я хочу видеть тебя без него. Она подошла ко мне и потянула за пояс халата. Я попыталась закрыться, но она не дала мне. Сорвала с меня халат и толкнула на кровать. — А как же ваша дочь? — Испугалась я. — Ксения прекрасно знает, когда дверь в комнату мамы закрыта, то лучше не заходить, — и она начала меня целовать. — А если раздаются какие-то стоны, вообще стороной обходить. Она вообще не давала мне что-то сказать. Грубо и жадно целовала, а после вошла в меня пальцами. Дёргаюсь, а после закрываю глаза и начинаю тяжело дышать. Ирина Сергеевна глубоко проникает в меня пальцами и, не переставая целует. Кусаю себя за губы, а после, не выдержав начинаю стонать. Пытаюсь зажать себе рот, но Ирина Сергеевна отнимает от моего лица руку. — Я хочу слышать, как ты стонешь, — прошипела она. Кончив я устала, развалилась на кровати, а мой босс усмехнувшись, стала водить рукой по моему телу специально задевая пальцами затвердевшие соски. — Ирина Сергеевна, — смотрю на женщину. — Сколько я у вас буду? — А ты уже хочешь от меня сбежать? — Её рука легла на мою шею. — Я ведь тебе одолжение сделала, оставляя у себя. Мысленно всё же думаю, у кого из моих знакомых можно остаться. И, похоже, что что-то подобное отразилось на моём лице. Женщина нахмурилась и в ту же секунду стала нависать надо мной осторожно целуя в губы. — Выкинь всё из головы, я уже тебе всё сказала. Живёшь у меня. Получаешь зарплату и радуешься жизни. — Как птица в клетке? — Не совсем, но схоже, — она села на колени и задумчиво посмотрела на часы будильника на тумбочке возле кровати. — Ладно, тебе лучше принять душ и спать. Дом думаю изучила за время моего отсутствия. Она встала и стала раздеваться. Я же накинув на себя халат, побрела в ванную. По дороге слыша из детской, как Ксюша играет. Стоя под горячей струёй пытаюсь собраться с мыслями. Я же точно долго так не проживу тут. Надо думать, как быть с квартирой. Ладно, пожар не затронул соседей иначе, наверное, мне бы пришлось им ещё возмещать ущерб. Вот только что делать с Виталием? Просто взял и поджог мне квартиру. Конечно закладывались ещё мысли, что это мог быть и не он, но не Ирине Сергеевне же это делать? А что если это и правда она? Наняла кого-то кто всё это провернуть. Полиция же допрашивала соседей, и никто никого подозрительного или незнакомого не видел. Завернувшись в халат, я вернулась в спальню и просто стояла, глядя на эту кровать. И всё же это неправильно. Жить и работать своим телом. Хотя Виталия я боюсь куда сильней. Не ясно на что он ещё способен. Если бы у меня были друзья и родственники, то я бы боялась за них. В этом плане мне даже хорошо. Почему-то казалось, что он не полезет на семью Ирины Сергеевны. Было такое чувство, испугается. Она всё же не из простых, да и денег у неё много, захочет и заплатит кому надо и с ним будет покончено. — Я уложила Ксению спать, — женщина с усмешкой посмотрела на меня и покачав головой подошла и обняла. Эти объятия были такими приятными, что мне просто захотелось проваляться в них всю ночь. — И нам надо. Мне тем более рано вставать, а тебе набираться сил для своей «работы». — Между нами будет только секс? — Прижимаюсь к ней всем телом и нерешительно тоже обнимаю. Почему-то кажется, что если обниму, то она меня возможно ударит. — А ты хочешь большего? Молчу, не зная, что ответить. Наверное, я хочу всё же больше защиты. Чтобы рядом со мной был такой человек, который защитит меня при любых обстоятельствах и никому не позволит меня обижать. Я так и не ответила ей. Поняв, что ответа от меня она всё равно не дождётся, женщина просто взяла меня за руку и подвела к кровати. Мы легли спать. Кровать была настолько широкой что Ирина Сергеевна была достаточно далеко. И всё же я хотела, чтоб она снова меня обняла, но пододвигаться к ней мне было как-то страшновато. Поэтому полночи я просто не спала, а страдала в своей нерешительности. Ирина Сергеевна же похоже заснула сразу как тока легла на кровать. Повезло ей, мне бы так. Заснула я ближе к пяти и практически сразу же проснулась от звона будильника. — Ты можешь спать дальше, — она встала и стала одеваться. — Приду вечером. Сонно сажусь и смотрю на неё. Глаза слипаются, а тело всё ломит. Женщина же полностью одевшись подходит ко мне и целует в лоб. Я же словно отключилась. Но этот поцелуй был очень приятен. Проснулась ближе к двум. Надев джинсы и майку выхожу и на кухне сталкиваюсь с Игорем. Мужчина стоял у плиты и варил в турке кофе. — Привет, — обернулся он и улыбнулся. — Ты просто соня. — Здравствуйте, — открываю холодильник и беру колбасу с сыром начиная делать бутерброд. — Игорь, будете? — Официально так ко мне можно и не обращаться, я всё же не Ира. Она требует, чтоб к ней так обращались. — Он налил себе кофе в кружку и сел за сто на диван. — У тебя какие-то серьезные проблемы? — Что? — Я не поняла его. — Ира никого просто так к себе в дом не приводит. Вот и спрашиваю: у тебя проблемы? — Да, — сажусь напротив. — У меня квартира сгорела. И пришлось ночевать на работе. Но Ирине Сергеевне доложили обо мне, и она в пять утра приехала на работу и забрала меня. — Короткое замыкание? — Поджог. Больше он ничего не спрашивал. Мы посидели в тишине, каждый думал о своём. И вот Игорь вдруг решил заговорить: — Ты Иру не бойся. Она хорошая. Конечно с ней тяжело бывает. Характер у неё непростой, но мне она очень сильно помогла. — Я знаю. — Ира рассказала? — Ксюша. — Узнаю свою дочь, — он усмехнулся. — Всё всем расскажет, даже если её и не спрашивали. Ладно, я на работу. Он встал, убрал чашку в посудомоечную машинку и ушёл. Оставшись одна в большой квартире я так и осталась на кухне. Включаю телек и тут же вижу по новостям репортаж о моей горящей квартире. Судя по съёмке это кто-то снимал на мобильный. Взяли интервью у нескольких моих соседей, которые толком ничего и не сказали. А когда стали спрашивать про хозяйку квартиры, так соседи стали говорить всякие гадости: не здороваюсь, сирота, наверное, наркоманка и алкоголичка, ничего удивительного, что квартира загорелась. Там же упомянули, что всё же это был поджог. Квартиру же вскрыли. Переключаю канал. Не в силах смотреть на это. Надо что-то придумать, я не могу вечно жить в квартире своей начальницы. Вздрагиваю, когда мой мобильник зазвенел. Отвечаю слыша голос Ирины Сергеевны: — Как дела? — Она похоже улыбается. — Хорошо. — Чем занимаешься? — Сижу на кухне и смотрю новости. — Я тоже сижу только смотрю не новости, — она заигрывает или что? Просто не понимаю к чему этот звонок. — Я тебе что звоню, тут твой бывший объявился. — Виталий? — И сердце так заколотилось. — А у тебя их много? В общем, он пытался пройти мимо охранника. Когда тот его не пустил, то твой хахаль ударил его и проник к нам на этаж. После носился по всему этажу и искал тебя. Ко мне тут вломился и стал требовать, чтобы я тебя выдала. Конечно же мы вызвали полицию и его задержали. Но твой хахаль всё же успел перевернуть несколько столов и разбить три монитора. Ещё разумеется мне тут угрожал. Хахаль у тебя конечно симпатичный, но женатый. — Он не женат, — очень неуверенно сказала я. — Да? А обручальное кольцо на правой руке говорит об обратном. Я что тебе звоню, если вдруг этот придурок найдёт тебя, не открывай. Дверь у меня нормальная, он не проникнет в квартиру. Но если что-то случится, звони сразу же мне. Сама ничего не предпринимай. — Хорошо, — меня всю трясло. Виталий пришел ко мне на работу и устроил разгром. Это впечатлило больше, чем то, что он женат. Я и раньше догадывалась, что он женатый. Дальше был звонок от участкового. Виталий не признался ни в поджоге, ни в угрозах и даже отрицает избиение. А задержание на работе он объяснил, как то, что я его обворовала, и он решил прийти ко мне и вернуть украденное. — Но я у него ничего не крала. — Тогда будьте осторожны, — сказал участковый. — Соломатина выпустят через пару часов. — А вы его задержать не можете? — Нет, не можем. Против него кроме ваших показаний больше ничего нет. — А показание коллег? — Только в хулиганстве и нанесении легких телесных. — А мои показания? Он же избил меня. — К сожалению, подтвердить ваши слова никто не может, а Соломатин утверждает, что не бил вас. И у него нашлись свидетели, которые подтвердили, что в тот день в указанное время он был с друзьями на квартире у одного из них. Отключаюсь. Настроение окончательно испорчено. Да и больше кажется что Виталий просто заплатил. Даже если он убьёт меня, то просто откупится. И почему-то мне казалось, что он найдёт меня. В таком волнении я просидела до самого вечера. Даже когда проверяла домашнее задание Ксюши, из головы всё равно не вылетал страх. Ещё через час пришёл Игорь. — Что-то случилось? — Спросил он, глядя на меня. — Поняла, — Ксюша оглядела нас и взяв свои тетради вышла. Её место занял Игорь. — Мой бывший вломился на работу, — и я рассказала ему обо всё, об звонке Ирины Сергеевны и участкового. — И теперь мне страшно. — М-да уж, — протянул Игорь. — Хахаль у тебя ещё тот. Ну я тебя в обиду не дам и Ира тоже. Но то, что тебе надо быть осторожной так это точно. Старайся одной не оставаться. Конечно в этой квартире ты в безопасности. Но на улице тебе надо быть с кем-то. Мне почему-то кажется, что он попытается найти тебя. Кофе будешь? Я сделаю тебе. Пока Игорь готовил мне кофе пришла Ирина Сергеевна. Вымыв руки в кухонной раковине, она села рядом со мной и под столом взяла за руку крепко сжав. — Ир, ты тоже будешь кофе? — Ну конечно же, Игорь, — вздохнула женщина уже двумя руками сжимая мою. — Катюш, надеюсь ты понимаешь, что с таким хахалем как у тебя, одной тебе шататься нельзя. — Я ей уже об этом говорил, — Игорь поставил перед нами две кружки с кофе. Прятаться постоянно я тоже не смогу. И какая может быть жизнь в вечном страхе? — Не расстраивайся, — прошептала женщина, приобняв меня за талию и коснувшись губами моего уха. — Всё будет хорошо, а теперь пошли в кровать. Мне неловко смотреть на Игоря и даже стыдно. Я чувствую его взгляд на себе, Ирина Сергеевна вообще похоже издевается в первую очередь над ним. — Идём, — она встала и потянула меня за руку. — Я утешу тебя, моя красотка. Прикусываю губу. Не хочу. При Игоре я не хочу такого. Бросаю взгляд на него, Игорь сидит весь красный и мрачный. Он тут же отвернулся к окну и мне стало его очень жаль. — Ирина Сергеевна, — не хочу идти с ней. — Можешь называть меня просто по имени, — она ухмыльнулась и уставилась на своего бывшего. — Всё же после всего что между нами было. Был только секс. И зачем она так говорит? Судя по всему, у неё не такие уж и плохие отношения с Игорем, но зачем она делает ему больно так унижая? — Ирина, — очень неудобно всё же она старше меня. — Я… — Скажешь всё мне в кровати. И тут раздался звонок. Ирина нахмурилась и вытащив мобильный ответила: — Что? — Её глаза полыхнули огнём. — Хорошо, вызывайте тогда полицию. — Отключившись она мрачно посмотрела на меня. — Твой бывший узнал где ты прячешься. Он в холле сейчас ругается с охранной. — Пойду прослежу, — Игорь тут же подорвался и вылетел из квартиры. Я его даже понимаю, ему не хотелось видеть весь этот спектакль. Это и правда походило всё на спектакль. Ирина делала всё назло ему. — Вас не волнует, что ваш бывший муж побежал туда? — А должно? — Она провела языком по своим губам, а после просто стала меня целовать. — Катюш, он мой бывший. Мне всё равно на него. — А на Ксюшу? — На Ксюшу мне… — её снова прервал телефонный звонок. Вздохнув, она взяла трубку. — Что? — И тут её взгляд поменялся. — Хорошо, сейчас спущусь. — Что случилось? — Твой бывший пырнул ножом моего бывшего, — голос был ледяным. — Охрана вызвала «скорую». Я пойду вниз, а ты сиди тут и никому не открывай. Ксюше пока ничего не говори. Она вылетела из квартиры, а меня всю затрясло. Виталий ударил ножом Игоря. Я так и села на диванчике. Меня продолжало трясти даже когда вернулась Ира. Она была вся бледная. — Твой Виталий сбежал. — Что с Игорем? — Его увезла «реанимация». Сказали, что он в тяжелом состоянии. — Куда попал нож? — В грудь. — А где папа? — Последовал голос Ксюши. — Ксения, — Ира тут же взяла себя в руки. — Всё хорошо, иди к себе в комнату. И не дав ничего сказать Ксюше Ира тут же увела её обратно, а затем вернулась ко мне. — Я поеду в больницу, — она стала собираться. — Игоря сейчас будут оперировать, ты сидишь в квартире и вообще не подходишь к двери. Всё ясно? — Д-да, — как же в этот момент мне хотелось напиться и вообще забыть о таком человеке как Виталий. Не знать его и не видеть. Никогда не быть с ним знакомым.