В постели с боссом

Есть ли у Страховой оружие? Наверное, есть. Должно быть. Вообще надо поговорить с Ксюшей. Она точно должна знать. Она же не маленькая, явно догадывается, что я тут против своей воли. Но я не знаю, что ей наговорила Страхова. Может она ей что-то такое рассказала про меня или предупредила, Ксюше тоже нельзя доверять на все сто. Она спокойно может всё доложить Страховой и тогда мой план погибнет. Но я всё равно искала тот самый момент, когда смогу оказаться с девочкой наедине. И он как назло не наступал целую неделю. Мой день был похож на предыдущий: секс, еда, секс. И так по кругу. Меня уже тошнило от секса, хоть он был шикарен. Я смогла подстраиваться под Страхову и ко мне вообще никаких претензий не было. Но как же я обрадовалась, когда она сообщила, что оставляет нас одних и едет на работу. — Следите друг за другом, — строго говорила женщина, глядя то на меня, то на Ксюшу. — Я не хочу приехать и вас обеих наказывать. Ясно? — Да, — хором словно мы были её детьми отвечаем. — Ну хорошо, — если Ксюшу на прощанье она крепко-крепко обняла, то меня так засосала, что я чуть сознание не потеряла от нехватки кислорода, и это всё на глазах у ребёнка. Но больше всего меня удивило равнодушие Ксюши, словно такое она видела не впервой. Я что-то не припоминаю чтоб мы два года назад как-то при ней целовались. Если только Страхова не врала мне и за эти два года секс у неё всё же да был и целовалась она со своей изуродованной физиономией с кем-то и при ребёнке. — Ксюша, — с трудом дождалась, когда Страхова уйдёт. — Мы толком и не пообщались за это время. — Это да. — Скажи, — и пытаюсь сформулировать в голове вопрос чтоб не выглядеть подозрительно. — А у Ирины кто-то за эти два года был? — Нет, — спокойно отвечает Ксюша. — Но ты так спокойно отреагировала на наш поцелуй. — Если мама счастлива с тобой, то почему бы мне не радоваться за неё? Она так её любит? Мне, правда, сложно представить, как такого человека как Страхова можно любить. Ну, наверное, она и правда хорошо относилась к Ксюше. — А что все эти два года было? — Мы переехали сюда, — Ксюша запрыгнула на подоконник. — Я пыталась привыкнуть к её лицу. Это было очень сложно. Ночью я боялась встать в туалет, боялась, что в тёмном коридоре увижу её без маски. — Она что-нибудь говорила обо мне? — Нет, — Ксюша болтала ногами то и дело поглядывая в окно. — Я лично не помню. — А ты можешь мне сказать, у Ирины в доме есть оружие? — А зачем тебе? — Наверное я спросила слишком резко. — Дом просто стоит в каком-то лесу. Я имею ввиду, что мало ли, вдруг дикие звери выйдут, отбиваться надо. Или от тех же грабителей. — Наверное, — пожимает она плечами. — Я не знаю. — Она как-то странно посмотрела на меня. — Мама очень обрадовалась, когда ей сообщили что нашли тебя. Я даже думала спросить у неё можно ли мне начать ходить в школу. Но ей было некогда, а после, когда я всё же попыталась спросить то она не стала слушать. — Почему ты на домашнем обучении? — Я не знаю, — и такая грустная. Мне за время моего бегства не хватало сверстников, а тут ребёнок. — Она не говорит. Но я очень хочу в школу. Мне надоело торчать целыми днями дома. Тут скучно. — Ксюша вздохнула. — Я к себе. И она скрылась. Я же решила найти кабинет Страховой. У неё почему-то мне казалось, что что-то такое да должно быть. А может мне пока, что никуда не деваться и уговорить Ирину чтоб помогла мне восстановить документы и диплом? Хоть кажется мне, что на работу она меня не отпустит. Вот со Страховой так тяжело, никогда точно нельзя быть уверенной когда её можно выбесить. Конечно, ещё был неприятный вариант связанный с Ксюшей. Взять её в заложники и шантажировать Страхову. Но я сама себе такого потом не прощу. Надо всё равно найти какое-то оружие. Да и Ксюша не маленькая, может догадаться что к чему. Может ей вообще сказать как на самом деле и попросить помощи? Но с другой стороны она может настучать на меня Страховой и не ясно что потом со мной будет. Я сидела в гостиной и смотрела телек, когда ко мне подлетела Ксюша: — Мама задержится на работе, — она посмотрела на телек. — Сказала, что пару дней её не будет. Велела передать что на улицу тебе нельзя выходить и что мне гулять тоже нельзя. — Она грустно вздохнула. — Но дома скучно. — Её лицо так быстро менялось. — Но мама может не узнать. Пошли гулять? — У меня одежды нет. — Сейчас, — Ксюша вылетела из комнаты и вернулась с какой-то курткой и ботинками. — Пошли в снежки играть. Одежда и обувь оказались как по мне. На секунду даже мысль возникла сбежать бросив Ксюшу. Но по свежему воздуху я соскучилась. Как же было приятно, когда снег под ногами хрустел. Снег ещё был таким хорошим, снежки лепились хорошо. Мы играли несколько часов и не смотря на минусовую погоду нам было жарко. Ксюша даже расстегнула куртку. — Застегнись, — говорю. — Ещё заболеешь и Ирина всё поймёт. — Но мне жарко. — Раз так, пошли тогда в дом, — уже мысленно представляю какой меня ждёт пиздец, если Ксюша заболеет. — Но я не нагулялась! — И смотрит на меня с вызовом во взгляде. — Ксюша! — Повышаю голос подходя к ней. — Давай ещё погуляем. — Не подставляй меня, — я уже и злиться начала. Ясно же если бы на моём месте была бы Страхова, то Ксюша без колебаний слушалась. — Идём. Я уже собиралась взять её за руку и повести в дом как Ксюша вдруг увернулась от моей руки, и смеясь побежала. — Ксюша! — Закричала я, побежав за ней. — А ну остановись! Хоть она и была мелкой, но поймать её никак не получалось. Ксюша петляла как заяц уворачивалась от моих рук. Смеясь, она скинула с головы шапку. Я же не обладала прям очень хорошей физической подготовкой, так что достаточно быстро запыхалась. Пытаясь привести дыхание в норму смотрю, как Ксюша наворачивает вокруг меня круги. — Хватит! — Терпение подходит к концу и от очередного моего выпада в её сторону ребёнок просто смеясь уворачивается и словно пытаясь мне что-то доказать скидывает с себя куртку. — Оденься. — А ты заставь. — Это не смешно, — меня всю трясло от мысли, что от Страховой мне только так и достанется. — Хватит! — Заставь меня! — Я конечно намного мягче чем Ирина и, похоже, Ксюша это поняла раз решила, что со мной так себя вести можно. Борюсь с огромным желанием оставить её на улице и запереть все двери в доме. — Ксюша, я всё Ире расскажу. — И тебе достанется, что послушала ребёнка. Я уже начинаю испытывать страстное желание схватиться за ремень. — Ксения! Немедленно в дом! — Я чуть не перешла на фальцет. — Быстро! — Так не интересно, — капризно заявила она, топнув ногой. — Знаешь, я готова выслушать нотации и получить наказание от Страховой за то, что решила пойти тебе навстречу. А ты готова ответить перед ней? На миг её лицо стало задумчивым. — Она мне ничего не сделает. — Вот и увидим, — сил никаких уже не было, и я просто пошла к дому. Нагуляется вернётся. Ксюша и вернулась спустя полчаса. Вернулась вся довольная и мокрая от снега. А уже вечером у неё поднялась температура. Я даже говорить ничего не стала глядя на ртутный градусник. Где в этом доме таблетки лежат я не знала, да и просто, что делать не представляла. Детей у меня никогда не было и после выходки Ксюши я их даже не хочу. — Где у вас тут жаропонижающее? — Я не знаю. — Дай номер Ирины тогда. Стою слушая гудки и меня всю трясёт от страха. Я не знаю чего ожидать. Я даже надеялась, что она не ответит, но она как назло ответила: — Что случилось, Катя? — Я же звоню с телефона Ксюши, как узнали, что я? — Она бы не стала мне звонить. Так что случилось? — У Ксюши температура. Повисло такое молчание, что я даже попрощаться со всем живым успела. — И как же интересно она её получила? — И голос такой подозрительный и зловещий. Меня даже затрясло от страха. — М, Егорова? Сказать правду или солгать? Да она скорей всего и так узнает всё и мне достанется ещё сильней. И я рассказала, как всё было. Тишина в трубке убивала. Я даже села на диван не в силах больше стоять на ногах. — Я скоро приеду, — сказала, как убила. — Жди. Меня трясло все эти шесть часов. Я вздрагивала от каждого шороха. И когда Страхова приехала я уже перегорела эмоционально. Страхова держала пакет, в котором виднелись коробки препаратов. Бросив мимолётный взгляд на меня, она пошла к Ксюше. Спустя полчаса спустилась ко мне и села рядом со мной на диван. — Ну и? — Сказала она, глядя на меня. — Даже ответить мне нечего? — Нечего, — осмеливаюсь сказать. — Я должна тебя наказать, — и сказала таким тоном словно и не хочет наказывать вовсе. — У тебя даже есть выбор. — Её рука легла на моё колено и крепко сжала. — Я могу избить тебя или же я изобью Ксению. Выбирай. — Ясно же, что я выберу себя. — Ну а вдруг передумаешь и решишь, что лучше уж пусть ребёнок ответит? Ладно, пошли в комнату. Я не хочу, чтоб Ксюша видела, как я тебя наказываю. Спокойно поднимаюсь и иду следом. Сама не понимаю, зачем я решила так сделать. Но я так сделала и даже не боялась. Может со мной что-то не то? А может мне нужен какой-то толчок чтоб наконец-то совершить побег? — Хотя нет, — она резко остановилась, и я печаталась ей в спину. — Пусть лучше видит. Видит и понимает, что мы в ответе за каждый наш поступок. И она ударила меня неожиданно и с локтя. Не удержавшись на ногах, падаю на пол. Лицо горит от боли, а Страхова что-то сжимает в руке. Я не успела увидеть, что она сжимала, но через секунду этим предметом мне прилетает по лицу. Боль ещё сильнее и я даже не в силах кричать. Окончательно падаю на спину и чувствую, что ещё один подобный удар, и я больше не встану. Она рассекла мне бровь, кровь залила полностью один глаз. Смотрю вторым и вижу, что это кастет. — И даже не кричишь, — она усмехнулась. — Растёшь. Она ещё раз ударила меня попав в скулу. Я не потеряла сознание и она продолжила наносить мне удары. В голове возникла мысль, что она хочет меня изуродовать в отместку за то, что случилось два года назад. — Ты у меня закричишь или нет? Кровь залила уже всё моё лицо, и я её просто не видела. От этого даже было чуточку легче. Но сознание я всё же да потеряла. Может быть после двадцатого удара. Как же я была благодарна своему организму за это.