СТРЕЛА ГРИФОНА I. Аберрация

      

Гори, гори, моя звезда!

Божественна твоя п***а!

Там влажно так и горячо,

Раздвинь же ножки ты еще!..

      Вишнёв орал пошлятину во всю глотку уже минут тридцать, вспоминая самые похабные и матерные песенки, какие знал. Все безрезультатно: женщина, которая его стерегла, сохраняла ледяное молчание, что-то сосредоточенно читая.       Но доктор знал, что у всех есть лимит терпения, и теперь, когда он понял, что убивать его не собирались, он намеревался вывести из равновесия эту суровую, но достаточно миловидную, чтобы заинтересоваться её реакцией, женщину.       После того, как его похитили с научной станции пять дней назад, ему завязали глаза и долго везли куда-то. Кажется, сначала на летательном транспорте, в потом в ровере, пока не привезли к месту его временного пребывания.       Этим местом оказалась заброшенная тюрьма где-то в пустыне, наполовину искореженная падением обломка Жнеца. Вторая половина, содержащая склад, помещения персонала и пару камер, сохранилась, и теперь являлась для доктора местом лишения свободы.       Его нагло впихнули в одну из камер, отгородив от внешнего мира обычными стальными прутьями, но кормили исправно. Незнакомка даже дала пару книг, из которых Вишнёв не прочитал ничего, кроме заглавия. Ему совсем не хотелось читать русскую классику в таких условиях! Да и вообще он не хотел читать русскую классику в любых условиях!       Поэтому первые дни он проводил, качаясь на шатающейся кровати, распевая время от времени пошлые песни, рассуждая о смысле жизни, но куда чаще — о прекрасных телесах проститутки Мари, у которой был любимым клиентом в Сан-Франциско. Они провели столько прекрасных и страстно-сладких дней вместе!       Поскольку ни убивать, ни калечить его не собирались, Энсил решил провести неожиданно появившееся у него свободное время с пользой и достичь новую цель в жизни: вывести из себя молчаливую охранницу, которой, кажется, обязанность стеречь его совсем не нравилась. По крайней мере, Вишнёв отдаленно слышал какой-то спор в первый день между Блэквотерсом и этой женщиной, а после первый куда-то уехал с турианцем, а вторая-таки осталась. Нетрудно было догадаться о предмете спора, тем более если первое время женщина посылала на Энсила угрюмые, недовольные взгляды, как будто решала, не прирезать ли его как цыпленка.       В первый день Вишнёву хватило благоразумия не доставать её своими выходками. Он осмотрел камеру на наличие волшебного выхода в стене, но, по теории вероятности шанс найти волшебную дверь был мизерным, и дверь не нашлась. На этом его попытки к бегству и тому, чтобы как-то переломить ситуацию, закончились.              

...В джунглях родилась пальмочка

В джунглях она росла.

С кокосами и мангами

Та пальмочка спала.

Трусишка слоник серенький

      

Под пальмочкой дрочил.

А ночью там под пальмочкой

Дрочил и крокодил...

      — продолжал голосить Вишнёв, искоса наблюдая за реакцией охранницы.       Никакой. Женщина по-прежнему неподвижно сидела, откинувшись на стуле и читая книгу. Взгляд её зеленых глаз лениво прошелся по Энсилу и вернулся к строчкам книги, но Вишнёв все-равно ухмыльнулся. У всех бывает предел прочности! И чаша терпения этой дамы уже давала сбои, но, чтобы пробить эту стену самоконтроля, потребуется еще много-много дней. А Вишнёв не хотел проводить эти дни в камере!       — Как тебя зовут хоть, а? — спросил он, прильнув к прутьям и почти обняв их. — Что это за позывной такой— «Линкс»? Латинское что-то? Рысь что ли? Марка автомобиля? Или это твой псевдоним на порносайтах? Любишь погорячее, а?       Женщина, демонстративно медленно перевернув страницу, продолжила чтение. Вишнёв, сильно склонив голову на бок, прочитал название:       — «Горячий снег». Ничего себе чтиво на вечерок! Знаешь, заставляли нас в школе читать эту ересь, но меня больше, чем на две первые страницы не хватило! Снег, хоть и горяченький, но не в том смысле, в каком я люблю, понимаешь, а?       Взгляд снова прошелся по Вишнёву, но уже с оттенком недовольства. Энсил, предчувствуя победу, продолжал:       — Ты военная, да? Только военные так себя ведут. Вот ты, например: четкие движения, скупая мимика, из тебя слова не вытащишь. Сначала я подумал, что ты наемница, но с наемниками я пару раз пересекался, ты совсем не похожа на них, они в отличие от тебя любят веселиться. Ты не такая... свободная что ли, развязная. Сжатая, замкнутая, одеваешься так, словно тебе срочно понадобится пробежать километр или надрать кому-нибудь задницу, но при этом не получить от этого удовольствия, что как раз и отличает тебя от наемников... — Вишнёв, лениво осматривая женщину, продолжал свой психоанализ:       — На личико ты вполне симпатичная. По размерам вроде тоже ничего, хотя за бесформенной одеждой ничего и не видно. Но мой глаз, скажу я тебе, наметан на женские прелести, — он со знанием дела подмигнул, — и я-то знаю, что с бампером и задницей у тебя все в порядке... Я бы их смачно помял, и тебе бы точно понравилось!       Новая страница была перевернута, уже быстрее предыдущей. По щекам женщины забегали желваки.       — Нет, я серьезно. Тебе бы расслабиться. Мари всегда мне говорила, что мои руки и язык творят чудеса, я бы тебе помог. Прямо вот так, — Энсил приложил растопыренные указательный и средний палец к губам и заработал языком, доказывая собственные слова, трудясь, как нравилось Мари, и издавая при этом хлюпающие звуки.       Женщина с позывным «Линкс» резко закрыла книгу, но прежде чем он успел обрадоваться своему успеху, она намеренно медленным движением извлекла из-за спины спрятанный нож и, сжав его в кулаке, грозно воткнула в поверхность стола.       Эта немая угроза немного остудила пыл Вишнёва. Напомнила, что он по-прежнему не догадывается, какие намерения преследовал Блэквотерс. Что, если небольшие увечья в виде отрезанных конечностей похищенного никак не повлияют на планы этого страшного человека?       — Понял, — Вишнёв поднял руки, признавая поражение. — Никаких экспериментов. Мне вот другое еще интересно, это не про секс, — быстро добавил он, когда увидел, как женщина напряглась в ожидании новых вопросов. — Твой хозяин вообще в курсе, что ты мне тут ножиком угрожаешь? Я ведь довольно ценный пленник.       — Блэквотерс мне не хозяин, — раздалась первая на сегодня фраза от женщины с позывным Линкс.       — Блэквотерс? — удивился Вишнёв. — А я не про него говорю. То, что у вас троих извращенцев свои шуры-муры, это и так понятно. Я говорю про того, кто отдает приказы Блэквотерсу. Про его хозяина.       Вишнёв с крайним интересом отметил, что вот она, почва-то, по которой и стоило двигаться, чтобы сразу же привлечь к себе внимание! На серьезное лицо женщины сразу же легко немного озадаченное выражение. Она явно не поняла, о чем речь, хотя и постаралась скрыть чувства.       — О чем ты?       — Ты не в курсе, да? — с театральным сочувствием протянул он, ухмыльнувшись. — Думаешь, просто дружку помогаешь, да? Типа «кровь за кровь», «я за тебя горой, бро» и все такое? Даже забавно как-то, что Блэквотерс тебе ни о чем не рассказал. А вот я мог бы...       — Серьезно? — снова вернув себе равнодушное выражение лица, отозвалась Линкс. — И что ты хочешь взамен за свою сказку?       — Да хотя бы матрас помягче и жратвы побольше, с фруктами там что ли, — пошел на попятную Вишнёв, вдруг вообразив, что с ним сделает Блэквотерс, если узнает о его болтливости. Ведь если его сообщники не в курсе, то значит, на то имелась веская причина. А Вишнёву совсем не хотелось, чтобы ему оторвали голову в приступе ярости. Так что он притворился, будто все выдумал ради одного:       — Фруктов, бананчиков что ли, персиков, можно азарийского маринада... И еще кровать чтоб не шаталась, там ножка сломана, а то ведь пришлось подпереть её одной из твоих чудесных книженций.       — Да, я заметила, — проговорила бесцветно женщина, обронив неодобрительный взгляд на название книги.       — Да-да, «Преступление и наказание», — Вишнёв уселся на кровать и принялся слегка подпрыгивать, чтобы сломанная ножка сильнее впивалась в обложку книги. — Несусветная, неперевариваемая чушь. Удивительно, как кто-то может вообще написать такое, а чтоб прочитать – да как тут без пары дорожек кокаина и несколько бутылок водки обойтись?       — Знаешь, чему удивляюсь я? — вдруг задала Линкс встречный вопрос спокойным тоном. — Как такой как ты, абсолютно безответственный и крайне отвратительный человек, даже не взглянувший на научные статьи журнала, который я тебе так же дала почитать, смог стать первооткрывателем технологии Жнецов? Не вяжется никак.       Вишнёв не смог удержаться от нервного смешка, потому что сам, в минуты жалости к себе, нередко задавал себе этот вопрос. Но в отличие от него, который все-таки догадывался об ответе, женщина была крайне озадачена этим фактом.       — Я полон сюрпризов, — неопределенно проговорил он, решив вернуться к более безопасной теме. — Могу все же показать, какие сюрпризы вытворяет мой язык...       В этот момент инструментрон устаревшей модели на руке женщины запищал, и она ответила на входящий вызов.       — Это я, — раздался слегка искореженный шумами голос Блэквотерса. — У тебя все в порядке?       — Все отлично, — ответила Линкс с внезапно появившейся скупостью в тоне.       — Нашел тебе сменщика. Скоро будем.       — Жду вас, — завершила она разговор и вырубила связь. Потом посмотрела на Вишнёва и резким движением вытащила воткнутый в стол нож. — Похоже, наше свидание подходит к концу.       При этом она улыбнулась, впервые за пять дней, с искренним облегчением.       А через пару часов и вовсе исчезла. Вместо нее появился какой-то латинос, который первым делом просунул между прутьями несколько журналов. Вишнёв, увидев обложки, сразу же повеселел.       — Скоро переезжаем, pendejo*, — загадочно усмехнулся новый охранник и уселся, закинув ноги на стол.       Кажется, жизнь налаживалась. Вишнёву принесли порножурналы.              

***

             На планете Зоря было необычайно душно.       Это несмотря на все старания вентиляционной системы, охватывающей большую часть горнодобывающего предприятия, где временно разместился штаб «Да Винчи Креэйтинг».       Консорциум Тенкарры, чьи акции также выкупил конгломерат «Винчи», получил официальное разрешение у Альянса и неофициальное — у криминальной ячейки «Черепов» и криптов, главенствующих в этом секторе космоса, на горнодобывающие работы на планете вот уже как полтора года назад. Они постарались превратить заброшенную станцию «Синих светил» в нечто, похожее на научно-промышленное предприятие, и, надо заметить, у них это здорово получилось.       По крайней мере, Бейлор как глава конгломерата, прибывший сюда накануне, мысленно отметил успехи персонала, решив по возвращению в свой офис на Земле вознаградить старания людей весомыми премиями и тем самым еще больше мотивировать их к работе. В отличие от конкурентов, проявляющих экономию там, где этого не стоило делать — в мотивации персонала, Винсент Бейлор не позволял допускать себе этой ошибки, прославившись как один из самых заботливых и справедливых руководителей. Вместе с тем в бизнесе не выживали неженки и транжиры, поэтому слава справедливого руководителя закрывала собой и другую славу, менее возвышенную. Например, про него ходили слухи, как об умном, и дальновидном, а временами и очень жестком человеке, но широкой общественности эта часть биографии была недоступна и, проще говоря, абсолютна не нужна. Конкуренты распускали про него и сплетни, догадываясь об его специфических вкусах, но эта часть его личной жизни не сказывалась на бизнесе. Кредиты не пахли.       С вентиляционной системой все же наблюдались проблемы. Но не в персонале, а в изношенном оборудовании. Стоит, пожалуй, выделить часть средств на модернизацию старой станции, ведь даже стараниями сотрудников выделенный «самый лучший офис» на станции не отличался тем размахом, к которому Бейлор уже привык.       Пребывание в столь скромных условиях его не слишком страшило. Человек быстро привыкает к комфорту, а Бейлор не хотел забывать, чего ему стоило взобраться на самый верх. Сложно не потерять бдительности в окружении роскоши и избытка.       — Кристел, — связался он с секретарем по эколайту уникальной модели, которую разработали специально для него и подарили директоры «Эколайт Системс» в надежде увеличить объем финансирования на развитие бизнеса, — напомни мне по прибытию домой, чтобы я выделил бюджет на модернизацию оборудования на станции Зори.       — Обязательно, мистер Бейлор. Я хотела вам сообщить, что ваш гость прибыл.       — Отлично. Сопроводи его ко мне. Но предупреди о визите заранее.       — Мне все ясно, мистер Бейлор.       Бейлор быстро извлек из кармана костюма платок и протер им виски и лоб. Он не хотел, чтобы его гость видел последствия мелких неудобств, сопровождающих поездку главы конгломерата сюда, поэтому стер излишек пота на лице, сменил костюм в личной гардеробной, уселся за стол как ни в чем не бывало.       Нельзя было демонстрировать свои слабости, даже физические. Первое впечатление — это основа будущего диалога, а, судя по данным, полученным от информаторов, глава «Криптос», с кем и была запланирована встреча, являлся приверженцем военно-полевого стиля жизни, так что отсутствие в офисе особых излишеств даже пойдет на пользу запланированной встрече.       Бросив мимолетный взгляд на свежекупленную специально по случаю приезда руководителя стол и прочую мебель, Бейлор криво усмехнулся.       Мебель можно было заменить, стены — отремонтировать и задрапировать, но вот поверхность пола всегда напоминала о прошлом. Усилия работников, старавшихся привести офис в презентабельный вид, были похвальны, всю центральную часть офиса покрывал новехонький ковер, но внимательный взгляд все равно различал в углах и небольших неприкрытых участках пола следы старости, даже дряхлости, а кое-где вообще оставались следы «славного» прошлого. Когда-то «Синие светила» здесь убивали и торговали смертью, предавались разврату и вольному образу жизни.       Потом война со Жнецами смела с планеты Зоря всех наемников. На какое-то время. Но свято место пусто не бывает, и вскоре новая организованная группировка, воскресшая на останках старой — «Черепа», прозвавшая себя «последователями успешных дел «Синих светил» и «Затмения», пришла на планету и незаконно завладела ей, по крайней мере, частью. С криптами было связано несколько ожесточенных боев, побед и поражений, и в итоге стороны, так и не сумевшие полностью захватить власть в Пределе Исмара, объявили сектор Файа, где и располагалась Зоря, нейтральной территорией. А той скорости, с какой на «нейтральной» территории выросли всевозможные бары, бордели и незаконные предприятия, расположенные в более комфортной части Зори, могли позавидовать самые успешные промышленные корпорации. С тех пор и крипты, и наемники, тихо презирая друг друга, все же избегали новых кровопролитных стычек.       «Винчи» лишь увидела возможность заработать там, где другие опасались. Это и сделало некогда обычную компанию одним из главенствующих в центральных системах конгломератов. Хотя, чего таить, не только в этом заключалась причина успеха компании Бейлора.       Когда-то, еще задолго до войны со Жнецами, его компания с другим названием переживала трудные времена. Ориентированная поначалу лишь на строительные заказы, она полностью зависела от заключенных сделок, но подавить более сильных конкурентов не могла, поскольку не обладала грантами от государства, не являлось чьим-то протеже и никак не могла заполучить военные заказы Альянса — их быстро вырывали более крупные хищники. Помнится, был такой период, когда Винсент даже хотел заявить о банкротстве.       Но потом все изменилось.       — Мистер Бейлор, ваш гость прибыл, — раздался голос секретаря.       — Пропусти его.       Бейлор тут же встал, когда дверь с тихим шипением открылась и вошел гость. Он ненадолго замер, как будто оценив помещение, куда предстояло зайти, потом быстрым, по-военному четким шагом прошел внутрь, дав знак двум сопровождающим его солдатам оставаться за дверью.       Итак, первое впечатление — основа будущего диалога.       Пока гость приближался к столу, Бейлор занялся тем, что, очевидно, делал и мужчина напротив. Оценивал.       Главой криптов, одним из Основателей, оказался не очень высокий, но довольно крепкий мужчина на четвертом десятке жизни. Судя по той краткой сводке, что сумели раздобывать информаторы, ему было около тридцати восьми-тридцати девяти лет — сущий пустяк по сегодняшним меркам. Но, глядя на оболочку уверенности, овевающую гостя, Бейлор не стал бы судить по возрасту. Иногда опыт — ценнейшая и коварнейшая вещь в мире — наслаивается на совсем юных многократно, а отдельных стариков, всю жизнь мочащихся против ветра, порой и вовсе обходит стороной.       Бейлор интуитивно почувствовал, что имеет дело с человеком, за плечами которого опыт многих пережитых сражений, ранений и скитаний. Об этом говорила и познавшая пыль и царапины броня военного образца со знаками отличия и символом «Криптоса», и грубая шершавая кожа на загорелом лице, и быстрые движения без лишних офисных прикрас, и этот шрам на правой щеке, кажется, от ожога, навевающий мысли о суровых днях. Короткая, почти под «ноль», стрижка; двухдневная щетина, придающая владельцу еще больше серьезности.       Очень похоже на того, кого «Криптос» и возвел в ранг святых, чье дело и проповедует в космосе.       — Коммандер Кендалл, — Бейлор протянул руку для приветствия, выйдя из-за стола. Законы бизнеса диктовали и законы гостеприимства.       Гость же, либо совершенно не знакомый с этими законами, либо умышленно их игнорирующий, руки в ответ не протянул, а просто уселся в кресло, явно что без приглашения.       — Коммодор Кендалл,— сдержанно поправил он. – Это разные звания.       — Разумеется, — кивнул Бейлор, усаживаясь в кресло и демонстрируя, что признал свою маленькую оплошность.       На самом деле, это не было оплошностью. Всего лишь способом «прощупать» гостя, чтобы понять, с кем имеешь дело. Здесь так называемый кулуарный подход с распитием бренди и долгими разговорами о бизнесе явно не подходил. Возможно, это сработало бы с тем, кого в прессе называют еще одним Основателем криптов, неким Конрадом Вернером, человеком публичным и ораторствующем из каждого утюга о том, как много дал им Коммандер Шепард, святой из святых.       Но управлял криптами совсем не он, так, кукла для отвода глаз от тех, кто действительно основал и управлял криптами. И с одним из них действовать нужно было по-другому.       Ясно, что глава криптов привык говорить напрямик, без излишеств. В добытых информаторами сводках о нем также говорилось, что Кендалл, скорее всего, родился и проживал в колонии в небогатой семье, пережил нападение батарианских пиратов на Элизиум, но вся информация о его прошлом была слишком разрозненной и на удивление краткой, как будто кто-то намеренно удалял её из баз.       А после войны со Жнецами все РХД были уничтожены или повреждены, приходилось заново по крупицам собирать информацию, и именно в это время нечистым на руку личностям, желающим скрыть свои корни, было проще всего или стать кем-то другим, или «стереть» из своего прошлого большущие любопытные главы.       — Коммодор, я вижу, что вы человек дела и не любите терять время зря, — начал Бейлор, жестом предложив гостю выбрать один из напитков в небольшом баре и, как и ожидалось, получив короткий отказ. — Я тоже не люблю ходить вокруг да около, так что сразу о деле. За последние два месяца я получил свыше дюжины жалоб от капитанов о том, что поставки нулевого элемента и гелия-3, так необходимые моей компании, были задержаны в Траверсе из-за того, что суда были вынуждены проходить многочасовой досмотр представителями вашей Меритократии. При этом, как процесс описывали мои подчиненные, крипты не стеснялись ни в угрозах, ни в допросах членов экипажа, ни в том, чтобы намеренно затягивать отбытие судов. В одном даже частном случае не обошлось без побоев и двух трупов. Печально это констатировать, учитывая, что наши дипломаты ранее в переговорах с представителями Меритократии «Криптос» достигли определенных успешных соглашений, по которым нам было позволено беспрепятственно осуществлять добычу полезных минералов в обговоренных точках без обязательства предупреждения об этом сил «Криптоса», и уж тем более — без проведения унизительной процедуры досмотров. Я полагал, это было взаимовыгодное сотрудничество, так как несло выгоду как нам в виде новых полей для добычи, так и вам в виде ежемесячной доли от наших разработок. Теперь же я не могу быть уверенным в том, что мои поставки окажутся бесперебойными, а прибыль — стабильной. Что вы на это скажете, коммодор?       Кендалл какое-то время молчал, глядя в окно и как будто не слушая вовсе. Потом, когда тишина слегка затянулась, нагло произнес:       — Я скажу, что проблемы вашего бизнеса меня совершенно не касаются, мистер Бейлор. И честно говоря, мне на них абсолютно плевать. Территория Траверса — территория «Криптоса», и вы ведете там свой бизнес только потому, что мы вам позволяем. Ваши дипломаты заключили сделку, мы и вы получали результат от этой сделки. Но время проходит, условия постоянно меняются. Знаете, почему мы стали досматривать ваши суда? Потому что до нас стали доходить слухи о том, что Альянс и НГА используют их для перевозки шпионов и для добычи разведданных на территориях, навсегда потерянных. А еще мне лично самому не очень нравится, что компания, спонсируемая Альянсом, действует в Траверсе в интересах нашего врага. Так что все соглашения, мистер Бейлор, будут расторгнуты, пока вы не предложите нам новые. И кстати, мы ныне не компания на службе Альянса, больше не ручные псы, а Военная Меритократия «Криптос», где каждый может проявить себя и доказать, на что он способен. Можете доказать и вы. По крайней мере, об этом всегда говорит Вернер, — Кендалл нагло улыбнулся, а Винсент почувствовал вскипающую внутри ярость, но призвал все доступное ему самообладание, чтобы ни единый мускул на лице не дрогнул перед таким беспринципным шантажом.       — Смею вас заверить, коммодор, что ни на одном моем судне не было и не будет представителя Альянса или уж тем более шпиона.       — Вы можете об этом и сами не знать. Альянс — бесхребетная продажная сука, но ума этой суке не занимать. Уверен, они были в курсе наших прежних соглашений и им так же не нравится, что косвенно вы спонсируете врага, как не нравится и мне.       — Я — бизнесмен, коммодор, не политик или военный, — не растерялся Бейлор, поскольку его догадки по причине столь резких изменений в договоренности были частично подтверждены.       Он и раньше полагал, что Альянс закрывает глаза на эту сделку лишь потому, что увидел для себя неплохую возможность сунуть нос туда, куда доступ был закрыт, а очень хотелось.       — Поэтому руководствуюсь только тем, что диктует мне бизнес. Да, Альянс слегка давит на нас, периодически намекая, что мы якшаемся с врагом. Но вы ошибаетесь в одном: не Альянс спонсирует нас, а, скорее, наоборот. Большую часть их проектов и заказов спонсируют мои компании, и даже такое легкое давление свыше не помешает моему бизнесу процветать. Мне мешают ненадежные партнеры, которые по своему усмотрению меняют условия сделки и начинают ставить ультиматумы. Не скрою, нам гораздо выгоднее добывать ресурсы в Траверсе, где это дешево и где нет конкурентов. Но если нам перекрывают воздух, мне удобнее оплачивать бесчисленные разрешения НГА на скупку территорий, чем брыкаться за освоение таковых с ненадежным партнером. Траверс, безусловно, ваша вотчина, коммодор, но без экономического развития это лишь скалы и камни. Посмотрите на Зарю: за полтора года, что здесь работает «Винчи», планета зацвела новыми красками. Раньше это был притон для разбойников, а сейчас здесь порядок, бизнес, начинания. И крипты, и «черепа» съезжаются сюда, как к себе домой. На Зорю начинает засматриваться Гильдия Свободной Торговли. Уйдем мы — и снова начнется бойня за каждый оставшийся кусок, все придет в упадок. Такого будущего вы хотите для своих колоний?       Поскольку Кендалл молчал, просто глядя в окно, Бейлор понял, что этот вопрос останется без ответа, приобретя статус риторического.       — Я пригласил вас сюда, на нейтральную территорию, не для того, чтобы спорить, а чтобы урегулировать наше небольшое разногласие, — примирительно продолжал Винсент. — Думаю, «Винчи» сможет увеличить вашу долю скажем... до двадцати пяти процентов при соблюдении прежних условий соглашения. Мы добываем, вы нам позволяете, мы платим. Довольно простая схема.       Кендалл вдруг усмехнулся, чем вызвал в Бейлоре волну негодования. Но что больше всего взбесило: по лицу гостя пробежала тень легкого презрения, как будто все происходящее здесь его забавило. Мужчина, сидящий напротив в видавшей виды броне, явно не чищенной специально, вел себя нагло и высокомерно, даже если это проскальзывало лишь в выражении его глаз или лица. Он не принадлежал к тому кругу, в котором привык вращаться Бейлор, что тут же подтвердил своими же словами:       — В отличие от вас, мистер Бейлор, я не бизнесмен. Всего лишь вояка, помогающий людям строить новый мир на руинах старого. Сейчас не те времена, чтобы быть бизнесменом. Надо охранять территорию от чужих посягательств, ловить шпионов и поддерживать дисциплину в рядах. Поэтому ваши почти нежные угрозы свернуть свой бизнес, что якобы повлечет за собой новую бойню — немного не ко времени. Да, ваша корпорация здорово помогла в установлении мира на Заре, но, будь я проклят, если меня устраивает такое положение дел. «Черепа» суют свой нос так же активно, как и НГА, и рано или поздно мне придется вышибать их из системы. На мой взгляд, лучше уж пораньше. Так что если свернете бизнес здесь, это лишь ускорит процесс, который и так наступит с вами или без вас, — Кендалл, просверлив насмешливыми глазами Бейлора, слегка поддался вперед.       — Хотите остаться в системе, мы готовы вам это предоставить. Но на наших условиях. Будете сообщать нам обо всех транспортниках и маршрутах поставки, прикладывая и списки экипажей. Мы оставляем за собой право в любой момент задержать ваше судно на досмотр, но при этом гарантируем безопасность перевозок и экипажа, если, конечно, никто не окажет сопротивления. Траверс — опасное место, особенно система Файа. Знаю, что с «Черепами» у вас такая же договоренность, они вас не трогают, но криминальные шайки полны сюрпризов и не любят подчиняться. Поэтому, сообщая нам о своих маршрутах, вы убиваете сразу двух зайцев: обеспечиваете судам безопасность под нашей протекцией и получаете свой груз в целости и сохранности. За это вам нужно лишь слегка подкорректировать графики и убедить капитанов полностью подчиняться нашим приказам. Ну и, разумеется, мы будем взимать оплату за охранные услуги в размере тридцати пяти процентов с каждой поставки. Как вам такие условия, мистер Бейлор?       Винсент почувствовал, как его лицо багровеет от злости. С этим он уже ничего поделать не мог. Ему пришлось приложить максимум усилий, чтобы не вызвать охрану и не приказать им избить этого наглого клоуна до полусмерти. Но благоразумие всегда побеждало, слишком уж долго он боролся за свой бизнес, чтобы позволить мимолетной вспышке ярости разрушить задуманное.       — Меня предупреждали, что с вами будет трудно договориться, — выдохнул Бейлор и даже улыбнулся, полностью взяв себя в руки. — Я пригласил вас сюда не для того, чтобы спорить. Умный бизнесмен всегда знает, когда лучше отступить. Уверен, знает это и умный «вояка», как вы себя смели величать. Но в то же время умный бизнесмен знает, когда нужно нажать. Мне совсем не хотелось разыгрывать последнюю карту, но раз вы, коммодор, явились сюда ставить мне ультиматумы, придется и мне подхватить этот бесперспективный, но крайне быстрый способ вести дела.       По губам Кендалла растянулась осторожная ухмылка.       — Неужели?       Прежде чем начать, Бейлор встал и подошел к окну. Какое-то время глядел на кипевшие вдалеке горнодобывающие работы, пока, когда молчание должно было вызвать в госте каплю нетерпения, проговорил:       — Примечательная у вас история, коммодор. У вашей Милитократии*… то есть, простите, Меритократии. Сейчас вы контролируете большую часть Траверса, осваиваете новые для себя территории, строите колонии, высокопарно называете себя Меритократией, где каждый может доказать, на что он способен, и такая надменность, осмелюсь заметить, частично заслужена. У вас есть флот, армия, преданные вам люди. У вас есть Идея, которая объединяет всех. А сейчас появился и тот, кого вы боготворите… Но стоит ли забывать свои истоки?       Бейлор повернулся и вперил в гостя острый взгляд.       — Десять лет назад вы были всего лишь некоммерческим объединением идеалистов, решивших приложить все усилия ради восстановления галактики. Созданы с одобрения Альянса. Спонсировались Альянсом. Но вы когда-нибудь задумывались, откуда Альянс берет средства для снабжения идеалистов ресурсами, а главное — зачем? За полгода маленькое объединение под руководством правильных людей, в числе которых оказались и вы, превратилось в небольшую частную армию наемников на цепи у Альянса, по факту вы были всего лишь армией чистильщиков и разведчиков, которых не жалко отправлять в неизвестные регионы. Альянс давал вам оружие, снабжал транспортом, добровольцами, давал вам цели. Но откуда все это брал Альянс? Кто спонсировал все их новые разработки? Кто финансировал стремительное освоение прежней галактики после столь сокрушительной для всех войны?.. — Бейлор демонстративно пожал плечами. — Это явно не из кошелька правительства. И уж тем более не из нищих запасов так называемого Нового Галактического Альянса, тогда оторванного от своих золотоносных жил и полностью зависящего от Солнечной системы. Вы улавливаете мою мысль, коммодор?       — Вполне, — не смутился Кендалл. — Вы всего лишь хотите сказать, что «Винчи» приложил руку к созданию «Криптоса». Сейчас наверняка нет ни одного бревна на Земле и маяка в космосе, к созданию которого ваш конгломерат не имел бы отношения. «Винчи» довольно успешно воспользовалась ситуацией после войны, чтобы грести деньги лопатой, как то уж слишком вовремя предоставив остаткам Альянса свои услуги. Так что ваше участие в спонсировании «Криптоса» не было для меня секретом, мистер Бейлор. Но времена нынче другие.       — Разумеется, — согласился Винсент, снова усаживаясь за стол. — И все же ваша маленькая шайка идеалистов, превратившаяся в некую Меритократию с собственным флотом и посмевшая заявить о независимости, держится на одном — той идеологии, которую вы поставили во главу угла. Как там говорится в вашем Манифесте? — Бейлор прикинул в уме: — «Мы здесь для того, чтобы восстановить утраченное. Вернуть утерянное. Помочь нуждающимся», и самая главная часть: «Мы несем Идею великого человека, сумевшего объединить нас. Коммандера Шепарда. Мы здесь, чтобы нести его слова и дело всей жизни». Кажется, так?       — Память у вас хорошая. Но к чему вы ведете?       — К тому, что все в вашем новом государстве основано на идеализации, на культе личности Джона Шепарда. Вы скармливаете это добровольцам, пихая в них добавки ежедневно, пока они не превратятся в фанатиков-вояк, несущих «идею» Шепарда, и пока полностью не проникнутся вашей новой «верой». Раньше у землян был Иисус, сейчас у них есть Шепард, да и кому нужен ходящий по воде плотник, когда у них есть вполне реально существовавший человек, сумевший не просто крест пронести, а одолеть могучую расу машин и воскреснуть как минимум два раза? На этой идеологии вы сумели вселить в сердце каждого подростка жажду поклонения Коммандеру, и за десять лет ваши ряды из мелкой частной армии возросли до целой Военной Меритократии, объединенной общей идеей и возомнившей себя новым государством. И сейчас, когда ваш мессия вернулся к вам, вам как никогда кстати нужно проповедовать о том, что вы это заранее предсказывали.       — Я все еще не улавливаю суть, — развел, ни капли не смущенный, руками Кендалл.       — Суть в том, коммодор, что то, что вас объединяет, может вас и разрушить, — приступил Бейлор к главному. — Что, если вдруг окажется, что я обладаю такой информацией, которая в силах разрушить ваше единение? Высмеять все ваши устои? Продемонстрировать галактике, что все это время вы поклоняетесь не новому богу, а всего лишь жалкой марионетке НГА?       Наконец-то Бейлор добился, чего мысленно так желал! На лицо Кендалла опустилась тень непонимания и настороженности, наглая усмешка на губах исчезла. Но лишь на мгновение. Уже в следующее он снова растянулся в ухмылке.       — Довольно любопытная теория. И весьма смутная угроза. Может, разъясните подробнее?       — Вас никогда не смущало, что Шепарду все давалось удивительно легко? Что за ним шли, не спрашивая куда? Особенно при вторжении Жнецов и войне с ними? Он добился победы, ужасной ценой, которую платим все мы до сих пор. А потом появился из ниоткуда, воскреснув как ни в чем не бывало, и сразу же возглавил вас? А теперь заявил, что намерен объединить криптов и НГА, в то время как вы столько лет боролись за свою независимость? Неужели вас никогда не посещала странная мысль, что Шепард появился не просто так?       Кендалл все же выдал назревающую обеспокоенность: сцепил челюсть, отчего по щекам скользнули желваки, но снова замаскировал это усмешкой.       — Суть вашей призрачной угрозы мне ясна, даже если вы ходите вокруг да около, — сказал он. – Вы, как и многие, полагаете, что единство криптов основано только на Шепарде. Вы, как и многие, ошибаетесь. Знаете, что говорил Призрак в таких случаях? О «Цербере»? Что «Цербер — это не люди. Это идея». Несмотря на то, что Призрак был ублюдком и садистом, мысль он выдал верную. Так вот я вам заявляю о том же. «Криптос — это Идея», она объединяла нас и до появления Шепарда, будет объединять и после, даже если вдруг окажется, что коммандер — всего лишь иллюзия, эффект массовой галлюцинации, притча, легенда, в которую просто все поверили, чем многие считают и Иисуса. Поэтому, что бы вы ни задумали, мистер Бейлор, это не станет концом наше единения. Всего лишь вашей жалкой попыткой урвать себе кусок побольше. Но даже если вы попытаетесь, знайте, что у меня тоже есть козырь в рукаве, и я не побрезгаю им воспользоваться.       Прежде чем Бейлор успел удивиться, Кендалл поднялся и активировал инструментрон, и над столом появилась голограмма с изображением довольно большого объекта. Бейлор сразу же узнал, что это. Нервно сглотнул.       — Мы еще не знаем, что вы строите, — удовлетворенный этой реакцией, заговорил Кендалл. — Но это явно не просто научная станция по изучению Марианской впадины, как об этом заявлено на всех ресурсах. «Триест»— новая возможность заглянуть в тайны Земли...» — кажется, так у вас написано? Мы знаем, что это намного больше, чем просто станция. Это некое устройство, о предназначении которого нам остается лишь догадываться. Но шпионы свое дело знают, и очень скоро мы будем в курсе насчет ваших незаконных разработок. И тогда, если вы вынудите меня, замахнувшись на «Криптос», мы нанесем ответный удар, в чем бы он ни выражался. Возможно, взорвем результаты вашей многолетней работы ко всем чертям. А, может быть, просто оповестим Альянс и НГА о вашем таинственном строительстве. Что это такое, мистер Бейлор? Нечто, вроде Горна? Тот смогли построить меньше чем за полгода. Это устройство вы строите уже около трех лет. Но и то, и другое — всего лишь металл и пластик. При необходимости и то, и другое можно уничтожить за доли секунды. Как и репутацию «Да Винчи Креэйтинг», если НГА и Альянсу станет известно, что ради строительства этого объекта вы подворовываете у остальных проектов, тихо, незаметно. Но мы это заметили, — последняя фраза прозвучала с явной угрозой, и Кендалл резко свернул изображение. Потом быстро встал.       — Так что либо вы принимаете озвученные мной условия сотрудничества в Траверсе, либо начнем мериться членами. Поверьте, мой больше,— вульгарно усмехнулся напоследок гость и, развернувшись, зашагал прочь.       Лишь когда дверь за ним закрылась, а звук шагов стих, Бейлор позволил себе выругаться и ударить кулаком по столу. Не на такой исход беседы он рассчитывал! Все должно быть по-другому! Откуда крипты узнали?!       Бейлор подошел к окну, усмиряя бессильную злобу. Ему это не понравится. Конфликт с криптами сейчас ой как не нужен, но что еще поделать? Задержка в поставках нулевого элемента может негативно сказаться на строительстве, а Устройство требует очень значительных ресурсов! Что, если Он признает это фиаско в разговоре доказательством некомпетентности Бейлора?       На какой-то момент Винсента охватила настоящая паника, но он быстро привел себя в чувство. И тут... тут почувствовал смертельный холод и одновременно — поразительное спокойствие, как будто кто-то вложил это качество в разум намеренно.       «Не волнуйся, Винсент, — прозвучал в голове собственный голос, но Винсент знал, что это голос самого Бога. Бог всегда говорил с ним в минуты тревог. — Все под контролем…»