СТРЕЛА ГРИФОНА I. Аберрация

             Гаррус здорово тревожился, шагая в кабинет Бейлора. Секретарша, едва его увидев, кивнула и попросила проходить, как если бы получила особое распоряжение насчет гостя. Или будущего арестанта?        Вполне возможно. Вакариан не исключал того, что где-то мог допустить ошибку, проговориться, не так среагировать, не откликнуться на «свое» имя или попросту проштрафиться с камерами видеонаблюдения. И теперь вся диверсионная работа кламутусу под хвост.       Открыв дверь, Гаррус уже почти был готов к обвинениям и звуку сцепленных кинетических наручников на своих руках. Поэтому, застав главу конгломерата за неожиданным занятием, весьма и весьма удивился. Замер на пороге, не решаясь войти и слегка пораженный увиденным.       Бейлор ужинал. Как просто.       Посреди его кабинета был расположен небольшой круглый стол, на котором царствовали на вид весьма вкусные и, что интереснее, разделенные двумя сторонами блюда, человеческие и турианские, знакомые Гаррусу с детства! Рядом с блюдами стояли два бокала, один из которых был наполнен темной коричневой жидкостью со светлыми проблесками, второй пустовал.       Прежде чем Гаррус подумал о том, что, о духи, его хотят не арестантом сделать, а кем-то другим, Бейлор поднял голову и приветственно кивнул:       - Проходите, мой друг! Я вас заждался!       Не сказать, чтоб Вакариан расслабился, сообразив, что его не раскрыли, а так уж сложились обстоятельства. Если только чуть-чуть, и все же неприятные мысли кольнули внутри.       - Я… я только закончил дежурство.       - Да, я знаю. Не смущайтесь, друг, проходите и садитесь, - Бейлор рукой, держащей вилку, указал на противоположный стул. – Я специально просил повара приготовить ужин к восьми, чтоб вы на него успели.       Нахмурившись слегка, Гаррус принял приглашение. Уж лучше вкусный ужин, чем допрос.       - Будете «Шрая Т’Эла»? Еще одна разновидность. Это куда более дорогая.       - Пожалуй.       Пока Бейлор любезно разливал напиток в пустеющий доселе бокал, Гаррус оглянулся. Ни видимых камер, ни охраны. То ли Бейлор совсем не опасался за свою жизнь, то ли охранная система замаскирована. Жилая зона главы корпорации в зеленом секторе, где он проживал, была недоступна ни для просмотра, ни для ознакомления с охранными системами рядовому сотруднику. Но Вакариан еще не видел, чтоб начальник безопасности Трамерс кого-нибудь посылал сюда на дежурства. Значит, замаскированный охранный дрон?       - Коханис, - проговорил Бейлор, указывая на блюда в синих тарелках. – Вистоса и традиционный турианский соус кедрах. Все декстро-кислотное, подходит для вашего питания. А вот это, - он указал на блюда, что были ближе к нему, в зеленых тарелках, - то же самое, только предназначенное для человека. Как видите, я всегда внимателен к своим гостям. Попробуйте коханис, смелее же, не стесняйтесь! Мой повар, который везде путешествует со мной, уверял, что готовит турианские блюда так же хорошо, как и на Палавене, если даже не лучше. Вот мне и интересно проверить, так ли это. Мой человеческий коханис великолепен, тут уж ничего не скажу.       Запахи блюд были восхитительны. Гаррус не ел уже несколько часов и не стал долго сопротивляться этому приглашению. Взяв вилку, которой уже научился орудовать не хуже, чем человек, хотя в турианской культуре вместо вилок были немного другие разновидности столовых принадлежностей, приспособленные к трехпалой руке, Вакариан попробовал кусочек коханиса, а потом еще и еще, и немного покачал головой.       - Немного пересолён, - проговорил он со знанием дела. – Коханис должен быть слегка пресным, но с отдаленным соленым послевкусием.       - Правда? – с готовностью поверил Бейлор. – Передам повару. А что насчет вистосы и соуса кедрах?       Гаррус наложил себе в тарелку предложенные блюда и попробовал. Потом снова и снова и наконец сказал:       - Отлично. Никаких нареканий. Но моя мама все же готовила лучше.       - Это бесспорно, - улыбнулся Бейлор. – Моя мать превосходно готовила асопао, да так вкусно было, что я этот вкус до сих пор помню! И ни разу не ел ничего вкуснее! Но почему вы сказали «приготовила», Линтос? - слегка озадачился Бейлор. – В вашем же деле написано, что ваши родители живы и здоровы и проживают на Земле.       Гаррус себе чуть язык не откусил! Так опростофилился! Его настоящая мать действительно уже была с духами, не перенеся болезни и скончавшись еще до войны со Жнецами, отец жил один на Палавене, сестра где-то путешествовала, но с мамой «Линтоса Бромиса» все было в порядке! Тем более что Бромис постоянно с «ней» переписывался, и Бейлор, возможно, даже читал эти дурацкие письма!       - Я… - Гаррус слегка откашлялся, чтобы дать себе немного времени подумать и скрыть смущение от этого прокола. – Я имел в виду, что моя мать раньше это готовила, еще до войны. Потом, когда мы… - порывшись в памяти, Вакариан вспомнил, что у Линтоса «погиб брат» в битве при Палавене, - когда мы потеряли моего брата, мать закрылась и совсем перестала проявлять интерес к происходящему вокруг, и готовить это блюдо, так как оно очень нравилось брату и напоминало о нем.       - Да, печально, - совершенно искренне покачал головой Бейлор. – Но давайте не будем о грустном, - он указал на все еще не опробованный напиток в бокале, стоящий на столе. – Попробуйте. Это еще лучше, чем в прошлый раз.       Вакариан испил несколько глотков напитка, восхитившись его вкусом, но не более: если он с трезвой головой допускает такие проколы, то что он наплетет на нетрезвую? И все же он довольно ловко вывернулся, вспомнив про погибшего брата Бромиса.       - Хотел поблагодарить вас, - проговорил Бейлор, когда молчание затянулось, доставляя неудобства как гостю, так и, должно быть, хозяину. По крайней мере Вакариан ощущал себя неловко.       В ответ на удивленный взгляд Гарруса, Бейлор продолжил:       - За ваш недавний совет. Я проверил информацию, и действительно: эта мекста не стоила столько и не принадлежала никакому турианскому генералу. Я уволил мошенника, этого якобы эксперта. И менеджера по подбору персонала, который и порекомендовал мне этого проходимца.       - Стоило еще сообщить полиции о нем.       - Может. Но я не стал утруждать себя этим, так как судебные разбирательства мне сейчас не нужны. Как показывает опыт, такие дела в невыгодном свете отражаются на репутации и моей, и корпорации, и всего конгломерата в целом. Не хочу прослыть идиотом, купившим за два миллиона кредитов какую-то ерунду, - Бейлор улыбнулся.       - Логично. Мистер Бейлор… - решил спросить Гаррус. – А что случилось с моим соседом по каюте?       - То же самое. Уволили. Списали на берег.       - Он был все-таки в чем-то виноват?       - Начальник Трамерс уверен, что да, - пожал хозяин кабинета плечами. Потом подлил Гаррусу виски, и тот сделал вид, что заинтересован в этом, но глотнул совсем немного. – После допроса вашего соседа по каюте отправили на берег, в полицию. Тут я решил, что полиция не помешает. Вас беспокоит его судьба?       - Немного, - признался Гаррус. – Чувствую себя так, как будто написал донос.       «И еще хуже: как если бы подставил не самого приятного, но невиновного человека», - добавил Вакариан мысленно.       - Бросьте, - махнул Бейлор рукой. – Я всегда поощряю в сотрудниках внимательность. А если бы он задумал взорвать что-нибудь на почве своей неприязни к начальству и работе? Как бы вы чувствовали себя тогда, зная, что у вас были подозрения, но вы о них умолчали из-за нежелания чувствовать себя именно так, как вы сказали?       - Резонно.       - Но я рад, что вы настолько ответственный и совестливый человек… точнее, турианец, - поправил Бейлор. – Хотя у вашей расы эти чувства более развиты, чем у людей, чем я неизменно восхищаюсь. Но знаете, что удивляет меня и восхищает еще больше?       Так как по интонации этот вопрос не требовал ответа, Гаррус и не стал спрашивать, а глава корпорации продолжил:       - Вы очень ловко разобрались, что из себя представляет тот экспонат и что он не стоит дорого, хотя, по словам моего нового эксперта – турианца, кстати – это очень странно. Потому что в обычных турианских семьях… хм, - Бейлор сделал паузу, подыскивая нужное слово, - не самой высокой степени гражданства, знание таких тонкостей культуры встречается редко. Военное воспитание, общие понятия о культуре – безусловно, но не так досконально. Вы этому учились, мой друг?       Снова вопрос, больше похожий на прощупывание. Гаррус почувствовал, что его хотят поймать на крючок. Или это просто вопрос из любопытства?       - Мой отец… - он стал тщательнее следить за словами, - много мне дал. Он считает, что направленность воспитания турианских детей только на военщину, не приносит пользы нашему великому народу. Поэтому и старался научить меня науке, культуре и много еще чему. Всему, что знал сам. А его научил его отец.       «О духи, что я несу?» – мысленно взмолился Гаррус, но в то же время он знал, что такой ответ вполне себе правдивый. Точнее, Вакариан исходил не из теории «ложь, похожая на правду», а «ложь наоборот». Его настоящий отец как раз и воспитывал его в духе постоянной муштры, военщины и требовал от него вечной дисциплины. Поэтому, когда Гаррус бросил СБЦ, отец был крайне этим недоволен.       - Наверное, это здорово: иметь такого отца, который хочет научить тебя многому, - заметил Бейлор, поглощая ужин. – Мой отец не проявлял к моему воспитанию никакого интереса. Совсем. И даже не помнит, когда мой день рождения, - Бейлор вдруг улыбнулся уголками губ. – Кстати, он сегодня.       - Кто сегодня? – не сразу понял Гаррус, а потом сообразил и немного смутился. – День рождения?       - Да, - усмехнулся глава корпорации. – Но мой отец так и не соизволил мне позвонить.       - Но я… эээ… - Вакариан, жуя что-то, почувствовал себя крайне неловко. – Я не знал, сэр. И… поздравляю. Наверное. У людей принято, как я знаю, дарить подарки. Но я не знал, сэр.       - Да бросьте, мой друг, - отмахнулся тот, расхохотавшись. – Я что, по-вашему, маленький мальчишка, мечтающий об игрушечном дроне-спасателе, на день рождения? Я придавал этому дню значение до класса шестого, а потом просто перестал считать. У вас же не принято считать.       - У кого?       - У турианцев, - терпеливо уточнил Бейлор, а Вакариан наконец проглотил такой восхитительный кусок коханиса, который почему-то не лез в горло, несмотря на восхитительность. – В вашей культуре не принято отсчитывать, сколько лет прожила та или иная особь, не так ли? Я многое знаю о вашей культуре, но мне всегда было любопытно, почему вы игнорируете день своего рождения. Я восхищаюсь этой сдержанностью, но мне это непонятно. Люди отмечают дни рождения, как если бы вздыхали от облегчения, что прожили еще один год, и загадывают желание, чтобы прожить еще. Своеобразная традиция трусости признаться перед собой, что все мы смертны. Пустой обман, будто бы каждый прожитый год делает нас моложе, а все вокруг праздник. Шары и торты – и мы счастливы думать, что у нас еще впереди много времени. Почему у турианцев не так?       Гаррус, отодвинув вилку, какое-то время размышлял. Он никогда не задумывался над этим вопросом.       - Не могу сказать за всех. Но мои родители, - на этот раз Вакариан говорил о родителях Линтоса, - всегда поклонялись духам. А в учениях о них сказано, что тот, кто верит, бессмертен. Зачем отсчитывать годы, если твоя душа все равно бессмертна? Сейчас она здесь. Завтра или скоро окажется с духами. Жизнь вечна.       - Интересно, - хмыкнул Бейлор. – Вы тоже так думаете, мой друг?       - Нет, - искренне ответил Гаррус. – Так полагают мои родители. Но когда мой брат погиб, вера в духов стала… не такой крепкой.       - То есть, правильно я понимаю, вы не верите в Бога? Духов, если быть точнее, как принято у турианцев? Духов земли, победы и так далее?       - Нет. Я слишком много видел и через слишком многое прошел, чтобы верить, будто нас ведут какие-то духи, - озвучил Гаррус скорее свою мысль, нежели Линтоса. – Я не понимаю, как духи могли допустить столько жертв, как позволили Жнецам прийти и скосить пол галактики. Но я.. хотел бы верить в них, но не могу, поскольку ни у кого нет доказательств, что духи существуют.       -А-а-а, - со знанием протянул Бейлор. – Вы у нас, значит, агностик?       - Кто, простите? – нахмурился Гаррус. – Я не со всеми человеческими терминами знаком.       - Тот, кто хотел бы верить, но не может, потому что «нет доказательств», - последовал ответ. – Это если простыми словами.       Бейлор отпил виски и, подняв взгляд, вдруг задумался. Тишина, воцарившаяся в кабинете, Вакариану была не по душе, она придавала какую-то неловкость, неуклюжесть его попыткам вести светский и не обремененный тревожными мыслями о своем положении разговор. Гаррус просто не умел врать так бессовестно, как ему хотелось бы!       - А вы… - он прокашлялся. – Вы верите в вашего Бога?       - Разумеется, - тут же ответил Бейлор. – Я часто слышу Его голос.       - То есть?       Бейлор, кажется, немного смутился такому поспешному ответу. Поэтому пояснил:       - Точнее, мне иногда кажется, что я ощущаю его. В своей голове. Как будто мысли извне, - на его губах вдруг пролегла немного нервная усмешка, - но не спешите приписывать меня к сумасшедшим. Это просто метафора. Когда люди верят, они ощущают в себе нечто удивительное. Неизведанное. Это вас удивляет, мой друг?       Вакариан постарался принять более хладнокровный вид. Его раздвинутые от удивления мандибулы улеглись обратно.       - Немного. Удивительно слышать такие слова от человека, главы корпорации, делового, прагматичного бизнесмена.       - А я бизнесмены, по-вашему, должны быть поголовно атеистами?       - Я не знаю значения этого слова, - признался с неловкостью Гаррус. Терминология людей всегда давалась ему с натяжкой, уж больно много слов у них, обозначающих все что только возможно.       Бейлор вдруг внимательно посмотрел на него.       - Хотите я докажу вам, что Бог существует?       Вакариан даже усмехнулся от такого предложения, решив, что это шутка. За время существования турианской расы многие мудрецы пытались доказать существование духов. И никому не удавалось. Ни ранние жертвоприношения, ни ритуалы, совершаемые дикими племенами давным-давно, ни тщетные попытки лучших ученых найти высший разум и доказать его существование – никто так и не смог дать ответ на поставленный вопрос. А глава корпорации «Да Винчи» вдруг может? Что это, если не шутка?       Но лицо Бейлора, обращенное в ожидании ответа к Гаррусу, было настолько серьезным, задумчивым, таинственным, что волей-неволей пришлось позабыть о насмешке.       - Вы это серьезно?       - Абсолютно.       - И как же вы это сделаете?       - Если вы, мой друг, поужинали, то пойдемте, я вам кое-что покажу, - предложил Бейлор, вставая.       Вакариан не отказался бы еще отведать этот вкуснейший коханис, но, конечно, отвечать глупым отказом он не стал. Возможно, это приоткроет завесу тайны над тем, что происходит на «Триесте» на самом деле?       Он тоже поднялся, слегка нервозно, поскольку мысли о проверке на вшивость все еще не отступали, а спрятанная в уборной посылка не давала спокойно вздохнуть. Ведь если дроны обнаружат посторонний объект в вентиляции, оповестят об этом охрану, начнется изъятие и расследование, восстановление по минутам каждого действиях всех сотрудников, допросы, обыски, проверки. Все, чего стоило избегать и опасаться. Легендой о «странном соседе» охрана долго сыта не будет.       Бейлор подошел к небольшой двери и стал вводить код. Судя по движению пальцев и времени ввода – шестизначный. Когда дверь отворилась, Бейлор прошел внутрь и поманил рукой Гарруса.       Тот последовал за ним, не теряя бдительности. Кто знает, что там скрывалось?       Ничего особенного. Пока.       Всего лишь освещенный лампами коридор, ведущий неизвестно куда. Новая дверь, и снова код. Тот же самый или другой, Вакариан не смог понять, так как Бейлор предусмотрительно закрывал панель спиной. То ли скрывал от «друга», как часто обращался к своему гостю, то ли просто делал так по привычке, въевшейся в кровь каждого, кто запоминал много кодов.       Дверь снова открылась, и Гаррус вслед за хозяином помещения проник внутрь большой жилой зоны, разделенной стеклянными дверями на комнаты. Кухня, спальня, игровая зона, небольшая библиотека.       Гаррус, идя следом, ничего не спрашивал, только лишь оглядывался и старался подметить какие-то детали, которые могли бы быть полезными. Но ничего особенно не замечал: обычная жилая зона, как если бы он снова попал в квартиру к адмиралу Андерсону на Цитадели, подаренную Шепарду. От той квартиры остались лишь одни воспоминания, когда Жнецы перелопатили станцию.       Здесь было то же самое: чисто, убрано, приятно, просторно. Не более. Вряд ли здесь где-то за шкафом могло прятаться какое-то божество, которое собрался найти и показать Бейлор. Да и цель у него была другая, поскольку он, не сказав ни слова, прошел мимо, направляясь к другой двери.       Она снова была закодирована, и у Гарруса промелькнула мысль, а не много ли замков в обычной жилой зоне?       Но вот замок открыт, и глава корпорации смело спустился вниз, куда-то… да, в полную темноту! Спустился, и тут же исчез внутри темного помещения, откуда через секунды две раздалось:       - Не бойтесь, мой друг. Это не темница, спускайтесь!       Гаррус не хотел, чтобы его посчитали трусом. Но и оказаться в такой примитивной ловушке не было бы его лучшим решением. Так что он все же принял решение последовать вниз, но незаметно «уронил» карту-ключ со своим доступом прямо на стык закрытия дверей. Автоматизированная система, если начнет закрывать двери, должна наткнуться на препятствие и отправить двери назад, чтобы попробовать еще раз. Этих секунд, возможно, хватит, чтобы быстро ретироваться, если внизу все же ловушка.       А еще у него была дубинка в инструментроне, полагающаяся каждому охраннику. Станнер с небольшим зарядом. И даже странный камень, который настоятельно приказал носить с собой Шепард, не верящий в талисманы. Это все - но хотя бы это могло спасти ему жизнь.       Вакариан, задержавшись у входа ненадолго, стал осторожно спускаться, и вскоре понял, что это и вправду не темница, как и говорил Бейлор. Тот, кстати, прошел внутрь большого залитого полумраком помещения и остановился в центре. Каждый его шаг сопровождался небольшой неяркой лампой, загоравшейся сверху и снизу и расчерчивающей путь. Именно это помогло Гаррусу сориентироваться в размерах помещения и местонахождении своего босса, ведь в остальном – здесь была полная тьма, не считая этих огней. И очень, очень холодно, отчего Гаррус почувствовал себя неуютно.       - Я здесь, идите сюда, - позвал Бейлор вполне дружелюбно. – Только идите вдоль указанной огнями дорожки, иначе рискуете врезаться в аквариум.       - Аквариум? – удивился Вакариан, подходя ближе к Бейлору и следуя его совету. Только тогда, когда приблизился, он заметил, что Бейлор стоит возле большого стекла, за которым находилась… вода?       Она самая. Видимо, молчание Гарруса было красноречивее слов. Поэтому Бейлор, усмехнувшись, пояснил:       - Моя личная коллекция. Очень редких и… довольно странных существ, которые обитают в Марианской впадине. Они могут жить только в темноте и при нагнетании определенного давления, создаваемого вот этими вибрационными пластинами с полями массы, - Бейлор что-то нажал на эколайте, и аквариум подсветился точечными огоньками по периметру, обозначив его и странные пластины сверху. Аквариум был довольно просторным, но за стеклом во мраке никого не было. Гаррус даже поддался слегка вперед, чтобы разглядеть поближе «странных существ».       Когда же из глубины на него выпрыгнул какой-то уродливый монстр, Вакариан инстинктивно отпрянул назад, а Бейлор тихо засмеялся.       - Осторожнее, это опасная тварь.       - Духи, что это за тварь?! – протянул Вакариан, а Бейлор, включив небольшой фонарик в эколайте, подсветил монстра в аквариуме так, чтобы его можно было лучше разглядеть. Смотреть там было на что: таких отвратительных тварей еще поискать надо! Огромные зубы, длинный вытянутый нос, мощная челюсть.       - Акула-домовой, обитает на глубине от двухсот метров. Эта особь – еще малыш. Взрослые особи достигают свыше пяти метров, - проговорил Бейлор со знанием дела. – Очень интересный экземпляр. Я потратил двести тысяч кредитов, чтобы её поймали. И еще триста сорок три – чтобы соорудить аквариум, который будет поддерживать необходимые условия для выживания этого вида. А там, - Бейлор, выключив фонарь, прошел немного дальше, и огни на полу осветили его путь, а потом осветили и другой аквариум. - Бочкоглаз. Обитает куда глубже. Этот обошелся мне еще дороже. Потому что две попытки достать этот экземпляр с глубины без повреждений заканчивались печально: голова просто взрывалась или деформировалась. Видите, как она подсвечивается?       - Это что, я вижу его мозги?       - Точно. Самые что ни есть мозги. Ну и глаза. Голова ведь прозрачная. А как вам такое… - Бейлор, подойдя к другому аквариуму, подсветил несколько очень уж знакомых по форме тварей, которые безмятежно и почти угрожающе «парили» в воде.       У Гарруса по спине пробежал неприятный холодок, когда он узнал их.       - Не понимаю… - прошептал он.       - Специальные тихоокеанские кальмары, выведенные именно в форме маленьких «жнецов», - то ли с гордостью, то ли с усмешкой пояснил Бейлор. – Венец человеческого тщеславия: сделать из тех, кто внушал благоговейный трепет и ужас, домашних зверюшек. Один такой экземпляр стоит около четырехсот тысяч кредитов.       - Все это, конечно, замечательно, - признался Гаррус несколько озадаченно. – Но вы говорили, что докажете мне, будто Бог существует.       - Говорил. А разве я еще не доказал вам, показав свою коллекцию?       - Не совсем понял, - нахмурился Гаррус, и Бейлор снисходительно улыбнулся.       - Взгляните на этих тварей. Эти выведены человеком, но те – самой жизнью. И они ужасны, уродливы и неказисты. У кого еще, кроме Бога, есть такое извращённое чувство юмора? Посмотрите на себя, друг мой. На меня. Турианцы, люди, азари, вспомните ханаров, элкоров. Если не Бог создал нас такими разными, то кто? Чтобы доказать существование Бога, необязательно увидеть, как он сидит на облаке и лепит очередную тварь. Достаточно просто спросить себя: если не Бог, то кто? Разве вы не слышите иногда Его в своей голове? Ну или ваших духов?       - Ага. Сначала заинтриговать, потом проповедовать.       Бейлор засмеялся.       - Вы меня раскусили. Но проповедовать ничего не буду. Я просто хотел похвастаться своей коллекцией. Вывозить её отсюда довольно затратно, да и не стоит того, а гостей на «Триесте» у меня бывает немного. К тому же, вас скепсис насчет Бога меня задел. Захотелось пофилософствовать.       - Я не мастак философствовать.       - Уже понял. Но ответьте на один вопрос, Линтос: когда вы сражались со Жнецами, видели все эти ужасы, что творились вокруг, знали, что завтра или через час, возможно умрете – разве не посещало вас ни разу чувство, что Бог с вами? Разве не взмолились вы ни разу своим духам, прося у них чего-либо? Победы? Защиты? Еще раз увидеть Палавен?       - Постоянно, - как-то мрачно ответил Гаррус, снова став самим собой. Он вспомнил, как сражался бок о бок с Шепардом, как переживал даже не за свою, за его жизнь, потому что это означало бы потерю Символа, на котором держалось абсолютно все. Вспомнил, как, еще не успев стереть следы крови или слизи со своих рук после убийства врагов, он уже мчался за своим другом убивать снова – и посреди этого хаоса он постоянно даже не молился, а просто мысленно взывал к духам предков, чтобы они не просто были на их стороне, а хотя бы существовали! Видимо, эти воспоминания слишком хорошо отразились на лице Гарруса, так как Бейлор, внимательно глядя на него, проговорил:       - Вот видите. На войне не бывает атеистов. Тех, кто ни во что не верит.       - Вы правы, - признал Гаррус, и, глядя на мелких кальмаров, медленно орудующих щупальцами, и так похожих на тех, кто еще недавно грозил геноцидом всей галактике, ощутил легкий трепет. Даже Шепард, отрицая Бога и религию, тоже во что-то верил, когда сражался со Жнецами. Он верил в Победу. Во что сейчас верил тот, кто назвался Блэквотерсом?       - Видите, мой друг, - проговорил Бейлор. – Бог существует. Просто у него слишком много обличий. Так много, что мы иногда даже не понимаем, что имеем с Ним дело.       В этот момент Вакариан почувствовал ладонь на своем плече. Она была теплой, а само прикосновение было осторожным, как если бы Бейлор проверял реакцию гостя на то, чтобы перейти к более смелым действиям. Прикосновение было почти безобидным, но настолько неожиданным, даже интимным, что Гаррус ощутил крайнюю неловкость!       Он мягко отстранился и, заикнувшись, проговорил:       - Прост… простите, мистер Бейлор. Но мне нужно идти. Я… я хочу спать.       Было видно, что Бейлор разочарован. Но он все же заставил себя кивнуть и улыбнулся.       - Конечно, мой друг. Можете идти.       Гаррус пулей вылетел из помещения, не забыв прихватить свою ключ-карту. Потом, убедившись, что за ним не следят, направился в туалет и, закрывшись, достал спрятанную посылку.       Открыл её и принялся мельком изучать содержимое.       Два чипа идентификаторов с именами ученых, поддельными фотографиями и биометрическими данными.       Все, что нужно, чтобы проникнуть на нижние уровни станции. Туда, где Бейлор что-то скрывает. Важно выяснить, что именно.       Теперь идентификаторы надо донести до каюты и изучить подробнее.       В этот момент Гарус с ужасом понял, что в туалетную комнату кто-то зашел. Но как? Он же запер её изнутри! Может, Вега?       Вакариан принялся быстро сворачивать посылку обратно, но спрятать под формой все же не успел. Внезапно появился какой-то человек и, одной рукой выставив небольшой пистолет вперед и направив его на Гаруса, второй приложил палец к губам и зашипел. Вакариан уже знал, что этот жест призывает к молчанию и тишине у людей.       - Ну привет, - улыбнулся человеческий мужчина с ехидцей. – Поговорим?       

***      

             Винсент чувствовал себя разочарованным. Обычно ему не отказывали, особенно если знали, кто он и что из себя представляет. Оттого-то этот отказ воспринимался довольно остро, но в то же время подогревал интерес.       После того, как турианец ушел, Бейлор еще какое-то время потратил на ужин в одиночестве, пока секретарь не сообщила, что его вызывают. И тот, кто вызывал, был крайне нетерпелив.       - Советница Риос сообщает, что у нее мало времени. Требует срочно ответить, - взволнованно запинаясь, проговорила секретарь. – Что ей ответить?       - Что я буду на связи через пол минуты, - Бейлор, вытерев рот салфеткой, убедился, что его костюм не пострадал от приема пищи и, встав, направился в комнату переговоров – специальное небольшое помещение, оборудованное для использования квантового передатчика. Чтобы установить здесь этот передатчик, потребовалось вложить уйму денег, но оно того стоило: теперь Винсент был уверен, что его разговор с советницей останется приватным. А это было крайне важно, учитывая количество шпионов на квадратный метр, как от Альянса, так теперь еще и от криптов.       - Советница Риос, - поприветствовал он, коротко кивнув, когда впереди отразилась голограмма красивой пятидесятилетней женщины. По-прежнему миловидная, без единой видимой на голопроекции морщинки, несмотря на свою хрупкую внешность держалась она так прямо и немного холодно, что хотелось после разговора с ней немедленно выпить, дабы согреться.       Колумбия была известной во всей галактике персоной. Некогда бывшая посредственная актриса, Риос оказалась на удивление совсем не посредственным политическим деятелем, неся бремя ответственности на посту Советника от людей уже почти десять лет. Когда-то раньше она помогала беженцам, нищим, будучи активистом фонда «Помоги мечте», рьяно защищая слабых и обездоленных, даже приютила целую семью беженцев в уже далеком 2185-ом году после событий Валлумского взрыва. Носилась с ними так, словно они все были её очень близкими родственниками.       Но Бейлор подозревал, что это была лишь ширма, поскольку тогда это стало модным – помогать обездоленным. Риос хотела исполнить лишь свои мечты, получить чуть больше финансирования и заодно добиться власти. Она жаждала власти, и после войны получила её, не забывая поддерживать уже прилипшую к ней репутацию доброй самаритянки. Пуская пыль в глаза с помощью благотворительности, постоянных пожертвований и выступлений, она тем не менее отличалась жесткой хваткой. Именно она помогала «Да Винчи» расцвести еще до войны со Жнецами, и Бейлор тогда не знал почему.       Сейчас все было понятно. Она тоже слышала того, кого Бейлор считал Богом. Но её вера не была столь крепка, куда больше её интересовала власть.       - Как идет строительство? – без приветствий спросила Риос, подтверждая крутой нрав и крайнюю прямоту.       - По плану, - ответил он, не стушевавшись под таким напором. – Все будет закончено в срок через три месяца.       - Хорошо. Единственные хорошие новости за день.       - Все так плохо?       Риос проигнорировала вопрос, тем более что Бейлор и не надеялся услышать ответ.       - Вопрос с криптами и доставкой товара в скором времени будет улажен, - проговорила Риос. – Скоро вся добыча нулевого элемента из Предела Исмар будет под нашим контролем. Вы уже нашли криптского шпиона?       - Можно и так сказать.       - Этот процесс необходимо ускорить. Нам не нужна огласка раньше времени, а Кендалл представляет угрозу.       - Все под контролем, - уверенно заявил Бейлор. – Мне ясно дали это понять.       - Может, да. А может, все идет не совсем так, как планировалось раньше. Я слышала, что на Кендалла было совершено покушение, но он выжил. И скрылся где-то в Терминусе. Мы не можем и не должны допустить ошибки, - Колумбия сделала жест рукой, прислонив ладонь к лицу и покачала головой. – У нас нет права на ошибку, Бейлор. Тем более сейчас. Протектор скоро отправится на место назначения. Так мне было сказано. Пока мне еще неизвестно точно, кто это, но это ненадолго. Он сделает все так, как нужно. Нужно предоставить ему все условия для выполнения. Нужно быть готовыми.       - Все будет готово, - уточнил Бейлор. – Шпион будет найден. Строительство закончено.       - Ваша уверенность мне по нраву, - смягчилась Риос, - но мы с вами взрослые люди и понимаем, что без надлежащего контроля и упорства ничего не выйдет. Не для того я дала «Да Винчи» карт-бланш на все государственные заказы, чтобы сейчас вы налажали с самым главным, для чего все и было устроено. Не подведите меня, Бейлор. И Его. До скорой связи.       Кивнув ей вослед, Винсент отключил передачу.       Риос при всех своих достоинствах, из-за которых, несомненно, и была выбрана, имела большой недостаток – она все еще сомневалась в том, что все под контролем. Её вера в Дело была не абсолютна.       А вот Бейлор не сомневался.       Вернувшись в кабинет, Винсент немедленно вызвал к себе начальника безопасности станции Трамерса. Тот был у него в кабинете уже через три с лишним минуты.       - Как обстоят дела с поиском шпиона? – так же прямолинейно спросил Бейлор у своего подчиненного, как недавно Риос спрашивала у него. – Есть результаты?       - Пока нет, сэр, но я делаю все, что в моих силах, - отчитался тот. – Мы мониторим всю исходящую и входящую информацию, уже дважды проверили всех сотрудников.       - Проверьте еще раз.       - Сделаем, сэр. Я повысил уровень безопасности, мы следим за камерами и персоналом. Если вы позволите, сэр, мы встроим жучки в пропуски всех сотрудников.       - Позволяю. Только молча и чтоб никто не знал. Не хватало мне еще исков от профсоюзов. Придумайте какую-нибудь причину, якобы чтобы обновить пропуски.       - Сделаем, - повторил Трамерс. – Еще предлагаю повысить уровень охраны в туристической зоне и разместить прослушивающие устройства в отдельных помещениях. Это будет стоить определенную сумму – нам еще нужно заказать с материка столько оборудования – но так мы будем уверены, что слепые зоны отсутствуют. Сейчас же этих зон довольно много, включая уборные.       Бейлор какое-то время молчал. Ему не нравилось шпионить за своими сотрудниками. Он предпочитал делать так, чтобы сотрудники были настолько довольны работой и положением, чтобы их не посещала мысль о предательстве. Но всегда мог найтись кто-то, кто заплатит больше. Пора было повышать ставки.       - Разместите везде. Деньги вы получите. Закупите оборудование. Только тихо, чтоб не вызвать шумиху среди персонала. Удвойте охрану на постах. Но не в туристическом центре, там все должно быть по-прежнему. Никто не должен знать, что мы начали охоту на ведьм. Тем более журналисты.       - Ясно.       - Что насчет моего поручения? Вы все сделали, как я велел?       - Да, сэр. Тело уже кремировано. Семья уведомлена и получит вашу щедрую компенсацию. Заключение медэксперта соответствует требованиям. Если вопросы и возникнут, то ничего доказать уже невозможно. Но вопросы вряд ли возникнут – родственники не особо любили этого странного ненадежного парня. А компенсация заставит их и вовсе позабыть о вопросах.       - Хорошо, - кивнул Бейлор, которому эта тема была неприятна. Такие дела он предпочитал поручать людям, вроде Трамерса.       Поскольку Трамерс явно хотел что-то еще сказать, но не решался, Винсент подогнал его:       - Что-то еще?       Начальник безопасности собрался с силами и спросил:       - Сэр, я могу выдвинуть предположение, которое вам явно не понравится?       - Если это связано с вашей работой, то вы должны выдвигать такие предположения, это ваша обязанность. Так что говорите.       - Хорошо, мистер Бейлор. Скажу вам начистоту: я не особо разбираюсь в бизнесе, к примеру, но двадцатилетний опыт в сфере охраны и безопасности позволяет мне кое-что подмечать. Так вот, интуиция говорит мне, что нам дали козла отпущения.       - Поясните.       - Вы говорили, что у криптов есть шпион. И наверняка это достаточно хитрый и проворный человек или кто-то другой. Такой, который сразу поймет, что мы начали искать шпиона, даже если мы и слишком не светились. А прятать в своей каюте записывающее устройство будет только дебил. Или тот, кому нужно, чтобы мы подумали на дебила. Все, что нужно такому шпиону – это дать нам наживку, которую мы заглотим. Того, на кого отвлечемся. Я провел допрос «нашего» дебила и понял, что он психованный асоциальный дебил, но никак не шпион криптов. Вы понимаете, к чему я клоню?       Бейлор нахмурился.       - Я понимаю, что вы читали слишком мало книг, чтобы выражаться более изысканно, Трамерс. Но я плачу вам не за эпитеты. К чему вы ведете?       - Про книги – это точно, читал мало, сэр, - ничуть не обиделся Трамерс. – Но у меня нюх на подставу. А это она и есть. Тот, кого мы арестовали – не шпион. Просто идиот. А шпион криптов, возможно, у вас на виду.       Трамерс кивком головы указал на еще не убранный стол.       Бейлору такое предположение не пришлось по душе, особенно не понравился тот факт, что он позабыл об этом свидетельстве недавнего времяпрепровождения. И все же пронять его было куда сложнее.       - Аргументы?       - Турианец указал нам на дебила. Подсунуть дебилу устройство было легче некуда, они проживали в одной каюте.       - Именно поэтому турианец и подметил странности поведения, разве нет?       - Возможно. А, возможно, ваш турианец просто дилетант, а у вас шоры на глазах, чтобы видеть очевидное.       - Вы забываетесь, Трамерс, - резко отрезал Бейлор, которому снисходительный тон подчиненного показался уже крайностью.       - Извините, сэр, - поправился тот вовремя, чтобы его не уволили за неуважение к работодателю. – Я просто имел в виду, что нужно смотреть фактам в глаза: турианец мог подбросить устройство. Турианец сам выдал вам так называемого шпиона…       - Неправда, - покачал головой Бейлор. – Он просто сказал, что его сосед по каюте странный.       - Так бы и сказал настоящий шпион, зная, что мы ищем шпиона. Может, он и не дилетант, раз поступил так. Но в то же время он подбросил соседу устройство. Профессионал придумал бы что-нибудь поумнее.       - Либо профессионал, решив выбрать «дебила», как вы выразились, выбрал среди персонала самого странного и асоциального, подбросил ему устройство, а турианец просто вовремя заметил, что с его соседом что-то не так.       - Хм, - Трамерс слегка пожал плечами. – Возможно, и так. Но все же я бы проверил.       - Что вы предлагаете?       - Установим жучок в пропуск, начнем наблюдение, установим прослушку. А вы, мистер Бейлор, держите ухо востро: не отвечайте на неудобные вопросы, да и на удобные тоже советую не отвечать. А если я прав, турианец будет задавать и те, и другие.       - Уж не считаете ли вы меня очередным дебилом? – холодно усмехнулся Бейлор. – Но я услышал вас, Трамерс. Сделайте так, как считаете нужным. Но никаких прослушивающих устройств. И это не обсуждается. Иначе я вас вышвырну отсюда.       - Понял, - начальник безопасности изобразил полнейшую серьезность, но в уголках его губ засела ехидная усмешка.       - Не забывайте, Трамерс, - с нажимом и угрозой повторил Бейлор, - что, если вы допустите ошибку, ваши родственники тоже могут не слишком горевать.       - Я все прекрасно понял, мистер Бейлор, - ответил тот уже без какой-либо насмешки. – Все необходимые меры будут предприняты. Считайте, шпион уже у нас в кармане.       - Хотелось бы в это верить, - отозвался Винсент и отпустил подчиненного.       Потом долго всматривался в окно кабинета, уже омраченное сумерками. И спрашивал себя, могло ли так случиться, что его решили взять в оборот вполне предсказуемым, но настолько низким способом?       Это было интересно. И любопытно.              

***

             - Ну привет, - сказал незнакомец с пистолетом и ухмыльнулся. – Подарочек получил?       Гаррус не двинулся с места, раз уж его и так застали с поличным. Дергаться не имело смысла. Если с ним начали диалог, пусть и под дулом пистолета, значит, еще не все потеряно.       - Дай угадаю, - проговорил Вакариан. – Не любишь ксеносов?       - Хорошая попытка, - усмехнулся тот. – Но нет. Мне плевать, какая у тебя рожа. Но я знаю, кто ты такой.       - А кто ты такой?       - Такой же шпион, как и ты, - легко ответил тот, пожав плечами. – Но куда более умелый.       - Настолько умелый, что только что себя выдал? – засомневался Гаррус, на что мужчина, совсем молодой, с чистым лицом и большими голубыми глазами, довольно засмеялся.       - Бинго, - ответил он загадочным словом. – Мне больше не за чем скрываться от тебя. А сдать меня ты не сможешь – иначе я сдам тебя.       - Тогда подозреваю, что ты хочешь мне что-то предложить?       - Голова все-таки у тебя шарит, - самодовольно улыбнулся тот. - Хотя я в этом уже засомневался, когда понял, что контрабанду ты прячешь в шахте. Завтра утром дроны тебя бы спалили, гений.       - Поэтому я забираю «подарок» сегодня, - возразил Гаррус и посмотрел на пистолет. - Может, поговорим без оружия?       - Чтобы ты меня прихлопнул раньше, чем услышишь мое предложение? – усмехнулся тот.       Резонно. Гаррус присмотрелся к своему «коллеге» повнимательнее. Это был человек, мужчина. Вполне молодой, может, лет двадцати или чуть больше – Гаррус не слишком сильно разбирался в человеческих критериях возраста. Крепкого телосложения, молодой мужчина не мог похвастаться сильными руками, как у Веги, например, но небольшие мускулы проглядывались сквозь обычную ткань работника станции.       - И в чем предложение?       - Для начала лучше расскажи, ньюша, - проговорил крипт, используя снисходительное разговорное прозвище ньюкомеров, - зачем ты и твой дружок латинос тут рыщете? Да, про него я тоже в курсе. Я наблюдал за вами. Я вас вычислил быстрее, чем этот напыщенный Трамерс может сам, хотя он до вас доберется уже скоро. Что вам нужно? Кого вы представляете?       - А ты? На кого работаешь сам?       Шпион хитро улыбнулся. Разумеется, ничего отвечать он не стал, но и с вопросами отстал.       - Я могу вас сдать, - проговорил он. – Вы можете сдать меня. Можем сдать друг друга и надеяться, что выживем. В чем резон? Мы нужны друг другу. У нас общая цель.       - Что ты знаешь о моей цели?       - Ты и твой дружок хотите выяснить, что происходит внизу, на нижних уровнях. Я знаю чуть больше вас, но не все. Там творится что-то странное.       - Это я и сам понял, - хмыкнул Гаррус. – Но ты прав: мы хотим это выяснить. Поделишься информацией, раз уж предлагаешь новую дружбу?       Человек какое-то время раздумывал, взвешивая слова и последствия. Потом кивнул и опустил пистолет, но на совсем не убрал.       - Только по-быстрому, времени мало. У меня был свой человек внизу, один научный сотрудник среднего пошиба. Я завербовал его еще до того, как его приняли в штат и направили вниз. Три недели он поддерживал со мной связь, докладывая, что пока у него не было доступа к основным лабораториям. Но он полагал, что там что-то строят. Нечто большое. Очень мощное.       - Оружие?       - Нет. Нечто, что излучает огромную энергию, но это не оружие. Выглядит как… типа вроде капсулы, огромной капсулы, вокруг которой выстроен нижний уровень, но что это и для чего – мой человек не понял. Три недели он исправно докладывал мне о ситуации наверх.       - Как?       - А это уже мой секрет, - ухмыльнулся мужчина.       - Что потом?       - Потом связь оборвалась. Сначала я думал, что его раскрыли. Или убили. Но произошло нечто странное, и я не могу понять, что с ним случилось.       - Что «странное»? – нахмурился Гаррус, разведя жвалы в стороны.       - Слушай, турианец, у нас нет столько времени на прелюдию, - отрицательно покачал головой шпион. – Поговорим позже. Если, конечно, захочешь сотрудничать. Если нет, можешь меня сдать. Но я исчезну со станции быстрее, чем успеешь дойти до Трамерса. Но все же мне не хотелось бы терять плоды моей работы из-за тупицы, вроде тебя. Ты и твой дружок в деле?       - Хотелось бы для начала узнать, что за дело, - проговорил Гаррус.       - У меня есть план. Ты и я спустимся вниз и разведаем, что там происходит. Твой друг нас вытащит.       - Как спустимся?       - Не все сразу, я же сказал, что времени мало да и место не подходящее, вдруг кому приспичит. Короче, мне нужен ответ, в деле вы или нет.       - В деле, - без особых раздумий заявил Гаррус. – Что дальше?       - Дальше я жду тебя и твоего друга на месте встречи, чтобы обсудить детали. Встреча будет сегодня. После ужина, в десять. На уровне, где располагаются каюты уборщиков, есть небольшая третья душевая со скошенной дверью…       - Да, я знаю.       - Приходите туда. Там нет камер и прослушки, я проверил. Туда никто не сунется поздно. Но в коридорах камеры есть. Смена охраны происходит в 21.50, минут десять на то, чтобы прошмыгнуть в душевую, есть.       - Смена начинается в 21.45 и длится примерно минут десять, - проговорил Гаррус. – В это время они пьют кофе и разговаривают, на камеры почти никто не смотрит. Мы возьмем с собой полотенца, так что, если кто-то взглянет: я всего лишь охранник, который пошел в душ и прихватил с собой друга.       - Хоть и идиоты, зато способные, - одобрительно кивнул шпион. – В десять жду вас в душе. Детали плана обсудим там.       - Если это какая-то хитрость…       - Не хитрость, турианец, - оборвал тот. – Слушай: вам нужна помощь. Мне нужна помощь. Цель у нас одна. Так что либо действуем вместе, либо каждый обосрется по –своему и никто ничего не добьется. Мне не за чем хитрить.       - Ясно. Тогда до встречи.       Тот кивнул и, спрятав пистолет под халат, разблокировал дверь и быстро ушел. Пока Гаррус прятал посылку под одеждой, прошло чуть меньше минуты. Но за это время шпион успел скрыться в коридоре: Гаррус, выйдя из туалета, никого не увидел, поэтому определить, кто это и откуда, не смог бы. Пока.       Ну ничего. Теперь они все в одной лодке.              

***

                    - Итак, вот как мы поступим, - приглушенно проговорил шпион, когда они позже встретились в душевой.       Веге такая идея вообще не понравилась – встречаться с кем-то в душевой. Поэтому когда Гаррус в той же столовой быстро посвятил его в курс дела, Вега был однозначно против. Даже предложил сдать шпиона Бейлору, чтобы заслужить еще больше доверия, но потом отказался от этой идеи.       - А вдруг это ловушка, - озвучил Вега тихо тревожную мысль, которая крутилась и в голове Гарруса. – Проверка какая-нибудь.       - Я думаю, нет. Он видел мою посылку, но я до сих пор на свободе, - уверил его Вакариан, хотя некоторые опасения имелись и у него. – Надо действовать.       Когда пробило время пересменки, Вега и Гаррус, каждый по отдельности, но со всеми душевыми принадлежностями, якобы для совершения важных ежедневных процедур, прошмыгнули мимо камер с небольшим интервалом и зашли в нужную душевую комнату с перекошенной дверью.       Внутри их уже ждали. И хвала духам, это были не охранники, а их новый знакомый. Или сообщник. Не говоря ни слова, он повесил на дверь с обратной стороны табличку «занято» и быстро включил две душевые.       - Ты говорил, здесь нет прослушки, - напомнил Гаррус, оценивая действия нового знакомого.       - Я проверял. Здесь ничего не было, но подстраховаться не мешает, - громко ответил тот, так как шум от воды стал перекрывать тихую речь. – Вижу, дружка привел.       - А я вижу, что у тебя молоко на губах еще не обсохло, амиго, - скептически протянул Вега, оглядев худощавое и молодое тело, не тронутое не единым шрамом, и, видимо, не удовлетворившись увиденным, недовольно сложил руки на мощной груди. – Тебе сколько лет-то?       - Достаточно, чтобы распознать в двух идиотах любителей, - не дрогнув бровью, отпарировал тот.       - Ты кого это идиотом назвал, а?       - Спокойно, - Гаррус положил руку на плечо друга. – Мы здесь не для этого.       - Верно, турианец, - кивнул шпион. – Вот, - он бросил каждому по чипу. – Здесь все детали операции. Все очень подробно. Пароль: «Бейлорп*дор».       - Хм, - издал Вега звук, а на его губах скривилась усмешка. – Может, ты и не такой зануда, как я сначала подумал.       - Совсем не зануда, - пожал плечами тот. – Итак, вот как мы поступим. Все детали указаны на чипах. Изучите их. Если же вкратце: послезавтра сюда прибудет транспорт с двумя учеными, но это вы и так явно знаете, раз вам пришла контрабанда. Их спуск на нижний уровень по расписанию через два часа после приезда. Ты, турианец, проберешься в гидрозал накануне и спрячешься, где указано. Как только придет время, я посажу тебя в батискаф, и мы спускаемся. А там уже по обстоятельствам, потому что я не могу сказать, что там, внизу, происходит. Но мы зайдем, сделаем снимки и записи, вскроем пару компьютеров, возможно, - а потом сваливаем.       - Как все просто, - хмыкнул Вега. – А с какой стати нас вообще пустят на нижний уровень?       - В чипах все детали описаны, - не стал пояснять шпион. – Время у вас еще есть, чтобы запомнить все. Там есть и код доступа для небольшого коммуникатора, который связан с моим. Если будут вопросы или дополнения, пишите мне. Передача идет короткими сообщениями, её трудно отследить, но лучше не злоупотреблять.       - А что твой человек? – спросил Гаррус. – Это он поможет нам войти внутрь?       - Нет, он недоступен для связи.       - Что это значит?       - Понятия не имею, - отрезал тот. – Но это сообщение приходит от него уже почти три недели. «Недоступен для связи», через тот же коммуникатор, только по другому коду.       - Его убили?       - Нет. Он исправно присылает мне код опознавания.       - Тогда его раскрыли и заставляют это делать, чтобы ты не понял, что его раскрыли, - предположил Вега.       - Как я и говорил: вы любители, - усмехнулся тот. – Такое было бы возможно, но есть одно «но»: он отправляет мне сообщения по всей форме, без зашифрованных предупреждений, называет так, как мы условились.       - То есть твой человек по-прежнему отправляет сообщения? – скептические протянул Вега. – Но ты уверен, что его не переманили и теперь не пытаются вытащить всех шпионов? И это еще мы любители?       - Ага, - нисколько не смутился крипт. – Потому что вы любители. Этот факт не изменить. Если бы моего человека раскрыли, он подал бы мне знак. Меня бы уже арестовали. Но он отправляет мне сообщения каждый день, с опознавательным кодом, и эти сообщения… - Шпион слегка запнулся, нахмурившись. – Они странные. Опознавательный код меняется каждый день, как я его и научил. Но самое сообщение… какое-то безжизненное, как будто его писал робот. Так бы меня не выманивали, да?       - Например?       - «Все в норме. Погода благоволит. Здесь ничего нет», - процитировал мужчина. – И это еще самое понятное. Остальные смыслом не хвастаются. Если бы моего человека раскрыли, он бы скармливал мне дезуху, но со смыслом…       - Дезуха? – не понял Гаррус.       - Дезинформация. Черт, а мой папаша говорил, что это я еще не шпион! Да по сравнению с вами я настоящий Штирлиц.       - Понятия не имею, кто это, но лучше объясняй толково!       - Хорошо. Эти его сообщения – даже не дезинформация. А просто… просто сообщения. И я не понимаю, что с ним случилось.       - Тогда это надо выяснить, - задумчиво заиграл жвалами Гаррус.       - У вас целый день, чтобы выучить план от корки до корки. Там все есть. И да, турианец, тебе придется поработать, - при этих словах мужчина как-то пошло ухмыльнулся.       - Что именно мне сделать?       - Сам прочтешь, - снова ухмыльнулся шпион, а потом, приложив палец к губам и требуя молчания, подкрался к двери и резко её открыл.       Снаружи никого не было.       - Послезавтра, - напомнил он. – Если будут вопросы, пишите. Если будут возражения, засуньте их себе в задницу, другого плана нет. И другой возможности не представится, так что, турианская ньюша, ты уж не подведи… - проговорив это и снова растянувшись в наглой ухмылке, шпион вышел в коридор и быстро исчез.       Гаррус с Вегой переглянулись, но ничего не сказали, перед выходом сделав вид, что приняли душ, потом вышли в коридор.       Обсуждать они встречу не стали – слишком уж будет заметно, поэтому оставили это на утро.       Утром Вега как обычно подсел за столик Гарруса в столовой, оглядываясь. Но знакомое лицо шпиона никто так и не увидел.       - Еще не поздно отказаться, - первыми были его слова, но Вакариан покачал головой.       - Другого плана нет.       - Действуем по-своему.       - И потерпим поражение, - Гаррус заставил себя пережевать декстро-бутерброд, пахнущий целлофановым пакетом, в который он был завернут большую часть его жизни. Но сегодня кусок в горло не лез. – План хороший.       - Ага, особенно у меня.       - Отход – это тоже важная часть плана, друг, - тихо прошептал Гаррус. – А вот у меня… Я готов трижды погрузиться и трижды залезть в пасть к кламутусу, лишь бы не делать то, что нужно сделать в первую очередь…       Вакариан ощутил, как крепкая теплая ладонь друга упала на его руку и подбадривающе надавила.       - Можно отказаться.       - И потерпим поражение, потому что план действительно хороший, - отрицательно покачал головой Гаррус, разделавшись наконец с бутербродом и запивая его большим стаканом турианского кофе. – Я справлюсь. Или мы можем еще год жевать сопли, так и не узнав, что же там, внизу.       - Ну, тебе решать, - пожал Вега плечами, приветливо и как-то заговорщицки кивнув, когда неподалеку прошла миссис Сандра. – Уверен, что справишься?       - Справлюсь, - ухмыльнулся Вакариан. – Если справилась кошка Планета, то и я справлюсь.       - У кошки Планеты есть два прекрасных достоинства, - скептически протянул Джеймс. – И еще одно пониже, которое со спины виднее. Не зря же кое-кто купился, как последний балбес.       - Только последнему балбесу этого не говори, - хмыкнул Гаррус. – Кстати, ты тоже купился.       - Красивые кошки – это моя слабость, но я люблю шерсть побогаче и пышнее. Как у миссис Сандры.       - Я справлюсь, - повторил Вакариан и, взяв поднос, встал. – А если нет, мы с тобой будем самыми незадачливыми дивер… кхм, кхм, - откашлялся Вакариан, чтобы заглушить последнее слово и быстро исправился:       - Самыми незадачливыми игроками во всей Вселенной. Я пошел.