Венец из меди

За прошедшее время готовить для Сичэня вошло у него в привычку. Однако теперь Мэн Яо старался оставаться дома подольше, чтобы завтракать и ужинать они могли вместе. К счастью, правило семьи Лань «не говорить за едой» (о котором он, к собственному возмущению, узнал совсем недавно) не так строго соблюдалось в доме Сичэня, поэтому они часто беседовали о планах и том, как прошел день. Сичэнь щедро делился забавными историями из своего с Лань Ванцзи детства, которые всё-таки случались несмотря на то, что дядя воспитывал их в строгости. Или, по крайней мере, пытался. Представить холодного и строгого на снимках Лань Цижэня в роли любящего дядюшки было не так-то просто. Мэн Яо быстро понял, что все эти истории были рассказаны для него с целью показать бывшего директора Гусу более человечным и мягким. И это работало, но встреча с ним за семейным обедом всё ещё пугала. Возможно, он боялся, что Лань Цижэнь, проведя тринадцать лет жизни на посту директора среди лгунов и манипуляторов, легко раскусит его неумелую игру. А ещё Мэн Яо понял, что Сичэнь очень любит своего младшего брата. Это на самом деле было довольно просто заметить: стоило Лань Сичэню заговорить о нём, как его голос сразу же становился мягче и ласковее. Это чувство было Мэн Яо знакомо: точно так же он заботился о Сюаньюе и желал самого лучшего для него, стараясь защитить буквально от всего в этом мире, что могло его ранить или причинить вред. Мэн Яо выпил таблетку и открыл на компьютере заказ из цветочного магазина для госпожи Юй. Он долго и придирчиво выбирал букет, всё ещё сомневаясь, потому что его задумка была довольно рискованной, но что-то подсказывало ему — оно того стоило. Прием в доме Цзянов приближался со скоростью и неотвратимостью поезда. Мэн Яо спрятал баночку с таблетками во внутренний карман пиджака и вышел из кабинета, сказав Мянь-Мянь, чтобы ближайшие минут сорок его не беспокоили. Сообщение от Сюэ Яна на второй номер пришло пару минут назад, и Яо с нетерпением ждал этой встречи, надеясь, что Сюэ Ян узнал что-то существенное, способное ему помочь: создать стратегию, принять меры предосторожности, хоть что-то, только не оставаться таким же беззащитным, как много лет назад, когда он впервые пришёл в дом семьи Цзинь. Сюэ Ян был злым и до ужаса нервным, выяснить удалось немного. Напирать на сталкера при отсутствии хоть какой-то информации было для них опасно. — Если бы не контракт с Ланями и твоим гнилым папашей, я бы советовал рвать когти сразу же и прятаться где только можно, подальше от этой золотой семейки и их маразма. — Удалось что-то узнать? — Мэн Яо даже не притронулся к напитку, который заказал. Экстренный приём таблеток и без того вызывал у него постоянное чувство тошноты, а отнюдь не обнадёживающие новости только усугубили положение. — То, что ловить этих крыс бесполезно — их слишком много и едва ли они что-то знают. Одно можно сказать точно: вся эта слежка, снимки, которые они делают — попытка поймать тебя на чём-то горячем. Не обязательно это будет связано с компанией. Думаю, Гуаншань и так понимает, что в этом плане ты осторожен. Знаешь, просто фото, которые могут разрушить твою жизнь, если подать их под правильным соусом. От осознания у Мэн Яо, кажется, загорелась кожа даже на затылке. — Мы с Сичэнем!.. — Да успокойся ты, идиот, — Сюэ Ян схватил его за руку, удерживая, — по вам двоим и так видно, что вы спите в разных кроватях и едва ли видели друг друга без костюмов. Не только интим-фотки могут подмочить тебе репутацию, ты и сам это понимаешь. — Хорошо. Ладно, значит, это шантаж или, как ты сказал, попытка меня утопить. Но ради чего? Я и так в компании тень, большинство коллег отца, которые ежемесячно приходят в компанию и видятся со мной, даже лица моего не вспомнят. — А вот это нам предстоит выяснить. Ты же сам говорил, что перед отъездом Гуаншань делал запросы в городской суд и банк? Мэн Яо кивнул. — Есть у меня пара идей… — задумчиво пробормотал Сюэ Ян. — Ты запрашивал записи с камер? Я имею в виду, после того, как в твоём кабинете пошарились. — Я здесь на птичьих правах, и эта компания целиком и полностью принадлежит моему отцу, как думаешь, насколько разумно проявлять излишнюю активность? — вяло огрызнулся Мэн Яо, — Я сменил пароль на компьютере, но вряд ли это поможет. — А на прослушку проверил? — О, да, получил незабываемые воспоминания о том, как Мянь-Мянь увидела меня двигающим шкаф и диван в своем кабинете, спасибо большое, всегда мечтал опозориться перед своим сотрудником. — А ты опозорился? — с премерзкой ухмылкой поинтересовался Сюэ ян. Иногда Мэн Яо казалось, что того ничего в жизни не радует так, как чужие неудачи и страдания. — Сказал ей, что хочу переставить мебель в кабинете. — Угу, наладить потоки силы и богатства, чтоб всё по фэншую. Мэн Яо закатил глаза. Этот человек был совершенно невыносим. — У тебя есть что-то ещё? Моё время заканчивается, я не могу с тобой целый час сидеть. — Какие мы важные. Я хотел у тебя спросить вот что, — Сюэ Ян внезапно посерьёзнел, — Ты собираешься перевести Сюаньюя за границу? Просто, судя по тому, что ты ещё до отъезда начал что-то подозревать, план у тебя был. Ты чувствовал, что он что-то выкинет, верно? — Я просто знал, что он может это сделать. — С Гуаншанем ни в чем нельзя быть уверенным, — понимающе кивнул Сюэ Ян. — Моя командировка в Америку — очень удобная возможность, не так ли? Я сначала думал, что именно это способ, который он выбрал, чтобы избавиться от меня. — А разве не…? — Сюэ Ян поднял на него недоумённый взгляд. — Я неправильно выразился: это один из способов. Но ведь всегда нужно иметь и запасной план, верно? Зачем стрелять из лука по одиночным целям, если можно бить по площади? — Стоп, подожди, ты думаешь, он собирается шантажировать тебя госпожой Мэн и Сюаньюем?! — Если фотографиями не получится, то да, — кивнул Мэн Яо. — Вот же мразь! — не сдержался Сюэ Ян. Компания подростков со скейтами за соседним столиком испуганно оглянулась на них. — Успокойся. — Я не понимаю, почему ты такой спокойный! — вызверился Сюэ Ян. — Я? О, поверь мне, ты ошибаешься, А-Ян, — Мэн Яо наклонился ближе и прошипел: — Мне страшно гораздо больше, чем тебе, потому что мой собственный отец пытается навредить моей семье и я ничего не могу с этим поделать. Сюэ Ян отвёл взгляд в сторону, отпил кофе и попытался неловко сменить тему: — И что? Правда переведёшь его? Мэн Яо кивнул. — Думаю, подальше от Китая. Япония кажется хорошим вариантом, верно? Сюда я не осмелюсь его перевести и Англия не вариант: слишком много коллег и друзей Гуаншаня училось там. — Серьезно спрашиваешь у меня совета? — с ухмылкой протянул Сюэ Ян, — Я старшую школу с горем пополам закончил, а ты мне про ваши элитные колледжи и университеты для богатеньких. — Верно, прости. Я просто не знаю, как сказать ему об этом. Ему там нравится, у него появились друзья и он выглядит счастливым, понимаешь? — Я понимаю, что тебе надо подумать о себе, идиот. Сколько лет ты уже работаешь на этого старого п…кхм, чтобы покупать лекарства госпоже Мэн и оплачивать учебу своему балбесу? — Перевести маму будет сложнее, — словно не услышал его слов Мэн Яо. — Я не уверен, что до этого момента Гуаншань вообще помнил о Сюаньюе, но мама… Я согласился приехать сюда ещё и потому, что он обещал оплатить полный курс лечения. — Она у них под наблюдением. Пиздец, Мэн Яо, почему вокруг тебя вечно происходит столько дерьма. Ненавижу вашу семейку, — простонал Сюэ Ян. В кои-то веки Мэн Яо склонен был с ним согласиться. *** — Ты ещё не спишь? Сичэнь стоял в дверях с чашкой чая, разглядывая его. Мэн Яо уже в пижаме сидел в постели с ноутбуком на коленях. — Работаешь, — в его голосе скользнули осуждающие нотки. Привычка Мэн Яо работать допоздна даже после ужина (если они не проводили вечер совместно, за разговорами и кино) ему не нравилась. Сичэнь всеми силами старался его увлечь и заставить отложить работу, чтобы отдохнуть, хотя сам был тем ещё трудоголиком. Мэн Яо незаметно закрыл вкладку скайпа и оставил на рабочем столе какие-то бумаги из бухгалтерии. — Уже заканчиваю, — извиняюще улыбнулся он. Сичэнь кивнул и оставил чай рядом, на столике. — Цзысюн, я знаю, как много ты работаешь и стараешься вписаться в непривычный темп работы, но я бы хотел, чтобы ты больше отдыхал. — Сичэнь-гэ очень заботливый. Я выпью твой чай и лягу спать. Ты собирался в душ? — Мэн Яо скользнул взглядом по растянутому вороту футболки. Однажды он увидел Сичэня без нее и желание коснуться пальцами подтянутой спины и мышц живота настолько его ошеломило, что он сперва не услышал адресованного ему вопроса. Это была очень опасная ситуация. Сичэнь понял его намёк, но, кажется, не обиделся. Пожелал ему спокойной ночи и ушёл в душ. Это было надолго, поэтому Мэн Яо, дождавшись, пока в ванной зашумит вода, вновь открыл скайп и позвонил. Спустя полминуты на экране появилось широко улыбающееся лицо младшего брата. — Привет, шисюн! Он только сейчас понял, как, оказывается, скучал. Глядя на светящееся радостью и восторгом лицо А-Сюя, он не понимал, как сказать, что ему придётся оставить школу, друзей и понравившихся учителей, потому что из-за него, Мэн Яо, им с матерью теперь угрожает опасность. — А ты как, шисюн? У тебя всё в порядке? — Всё хорошо. Усердно работаю, надеюсь скоро смогу к вам вернуться, ужасно скучаю по вам, — улыбнулся Мэн Яо. — Это отец тебя послал, да? Он заставил тебя? — возмущённо спросил младший брат. — Ничего подобного, А-Сюй. Это была моя инициатива. Здесь я смогу получить новый опыт, он очень ценен, ты должен понимать. — Не ври! Ты ни за что бы не оставил госпожу Мэн одну! — Она не одна, А-Сюй, конечно, мама скучает по нам, но за ней есть кому присмотреть. Было бы хорошо, если бы ты чаще звонил ей, она ведь волнуется. — Прости, шисюн. Я совсем забыл. Я обязательно позвоню завтра! — Позвони. Так тебе нравится в школе, верно? Он так и не смог сказать А-Сюю о переводе. Мэн Яо нахмурился и ещё раз посмотрел на часы на запястье. Нет, всё правильно, в это время Сичэнь обычно присылал ему сообщение о том, что приехал и ждёт его. — Директор Цзинь? — Мянь-Мянь осторожно окликнула его. В её взгляде сквозило беспокойство. — Всё в порядке, Мянь-Мянь. Почему ты ещё здесь? Уже так поздно. — Как я могу уйти раньше начальства? — хмыкнула девушка, а после драматично положила руку на сердце и проговорила: — Я ваш верный слуга и помощник, ваша опора. Мэн Яо рассмеялся. — Верно, только благодаря тебе моё пребывание здесь такое легкое. — Вы преувеличиваете, — наигранно скромно сказала Мянь-Мянь, надевая туфли и принимая у него пальто, — Директор Лань сегодня не заберёт вас? — увидев, как нахмурился Мэн Яо она тут же исправилась: — Простите, я не подумала. Просто вы всегда вместе, вот я и… — Всё в порядке, Мянь-Мянь, ты не сказала ничего такого. Но ловить такси в такой час уже бесполезно, верно? — вздохнул Мэн Яо. Мянь-Мянь сочувствующе посмотрела на него. Ему пришлось добираться на автобусе, который ко всему прочему ещё и попал в пробку (что было ожидаемо), а у самого здания его нагнал внезапно начавшийся дождь, и поэтому в компанию он влетел злой как чёрт и до ужаса мокрый. — Где директор Лань? Бедный паренёк на входе был ни в чем не виноват, но побледнел и запинающимся голосом сообщил, на каком этаже находится кабинет директора. Только у дверей в кабинет Мэн Яо глубоко вдохнул и успокоился. «Контроль. Не забывай о контроле». В тот момент, когда он проговорил эту фразу ещё раз, для успокоения, дверь распахнулась. — Привет, — улыбнулся Сичэнь, буквально вынуждая Мэн Яо улыбнуться в ответ. Скользнул взглядом по его взлохмаченным мокрым волосам, по такому же мокрому пиджаку и охнул, тут же втягивая его в кабинет. — Ты весь промок, пока добрался, нужно было сразу ехать домой. Прости, что не написал тебе, у нас тут совсем завал… Он всё продолжал говорить, накинув на Мэн Яо полотенце и пытаясь высушить ему волосы (откуда у этого невозможного человека полотенце в офисе, боже). — Тебе придётся снять пиджак и рубашку, они совсем мокрые. Я дам тебе своё, — сказал Сичэнь, копаясь в шкафу, пока Мэн Яо сидел на диване, пытаясь согреться чашкой чая. — Брюки у меня тоже мокрые, — шутя произнес Мэн Яо, и тут же прикусил язык. Не было ли это слишком? Но Сичэнь фыркнул, глядя на него через плечо, вручил стопку одежды и совершенно бесстыдно подмигнул. — Думаю, брюки мы пока можем оставить. Туфли тоже снимай. Он быстро надел рубашку и накинул вязаный жакет на плечи, затем снял туфли и промокшие носки и спрятал ноги под себя. Почему-то ему всё ещё было ужасно неловко переодеваться перед Лань Сичэнем, который упорно делал вид, что не смотрит на него, но Мэн Яо чувствовал его взгляд буквально кожей. — Теперь ты видел меня голым, так что просто обязан жениться, — сказал Мэн Яо пытаясь справиться с неловкостью. — Не искушай меня, — фыркнул Сичэнь, расчищая место на столе от кучи бумаг. Объёмы работы Мэн Яо не пугали — в годы стажёрства в компании он делал и больше, но тот факт, что Сичэнь, будучи наследником, справлялся с этой кучей сам, не перекладывая и не разделяя работу между помощниками… — Кхм, кстати, я принёс тебе… Сичэнь сразу же совершенно не аристократично заглянул в пакет, который Мэн Яо принёс с собой, и широко улыбнулся. — Ты золото, — и нежно погладил его по влажным волосам. Сделал это так естественно, будто они и правда обручены, как влюблённые, а не просто контракт подписали. Будто степень близости между ними дозволяла… такое. Мэн Яо совершенно ничего не понимал, просто замерев под его ладонью, а хотелось наоборот — прижаться ближе, крепче, возможно, обнять. — Прекрати, мы на людях, это неприлично, — с шутливой чопорностью сказал Мэн Яо, отпихивая его руку. — Самый лучший, — продолжил Сичэнь. — Я совершенно точно уверен, что это нарушает кучу ваших правил. — Что именно? — Сичэнь сел рядом, на диван, раскладывая на кофейном столике еду быстрого приготовления из пакета, — ужинать со своим женихом? Оставаться наедине вместе? Наши правила не настолько старомодны, Цзысюн, вытяни ноги, тебе так совсем неудобно, я вижу. — Сичэнь… Мэн Яо поколебался, подчиняясь, но всё ещё выглядел зажатым, забившись в угол дивана, хотя сам едва ли об этом подозревал. — Цзысюн, тебе некомфортно со мной? Мэн Яо посмотрел на него недоумённо. Сичэнь сидел нахмурившись, пытливо глядя на него. — Ты уходишь от моих прикосновений, либо напрягаешься, когда я тебя трогаю. Вот как сейчас. Тебе стоило сказать мне, если мои прикосновения неприятны. — Ничего подобного, просто это... — Мэн Яо запнулся, не зная, как продолжить. Этот разговор был чересчур смущающим. Ну, правда, им уже за двадцать, разве можно смущаться и вздрагивать от простых прикосновений? Смешно просто. — Ох, я не знаю, это просто слишком быстро и, ну… смущающе. Когда я прилетел в Штаты, то думал, что мы в лучшем случае будем просто сотрудничать на людях, потом расходиться по разным комнатам и не пересекаться в доме, а теперь ты делаешь подобные вещи и это…смущает. Я знаю, как глупо это выглядит! Но ничего не могу поделать с этим. — Цзысюн, — Сичэнь прервал его бессвязный поток речи, — Это не глупо. Просто ты ещё не привык ко мне, это нормально. Если ты не хочешь, чтобы я продолжал — просто скажи. Поэтому я спрашиваю: я могу тебя трогать? — Думаю, да, можешь, — проворчал Мэн Яо, старательно глядя в сторону. Шея и уши у него, очевидно, полыхали. — Значит, помимо твоей стеснительности, всё в порядке? — спросил Сичэнь и получив ответ в виде осторожного кивка, аккуратно взял и переложил ноги Мэн Яо себе на колени. Мэн Яо дёрнулся. — Сичэнь! «Не так быстро!» — М? — совершенно спокойно спросил он, притягивая к себе стопку бумаг. Он осторожно, но крепко удержал его, хотя Мэн Яо чувствовал — приложи он немного больше силы, воспротивься всерьез и покажи, что ему не приятны подобные прикосновения, руки бы Сичэнь разжал сразу же. Он и сейчас сидел будто бы расслабленно, но на деле в позе сквозило напряжение. Сичэнь пытался понять его реакцию на свои действия. Когда-нибудь он совершенно точно погубит его. Мэн Яо, недовольно пыхтя, выдернул у него из рук часть бумаг и уселся обратно, всем своим видом давая понять, как он недоволен и как ему всё равно, что Сичэнь машинально поглаживал выступающую косточку на его ноге пальцем. Внутри все переворачивалось. Сичэнь сеял хаос. Мэн Яо устраивали их отношения — дружественные, завязанные на взаимоуважении и ненавязчивой заботе. Возможно, они смогли бы стать хорошими друзьями, если бы не Лань Сичэнь со своими случайными касаниями, фразочками и действиями, которые приводили Мэн Яо в состояние постоянного напряжения. Он просто не мог понять, что происходит. Мэн Яо думал, что это влияние предстоящего приёма Цзянов, но эта теория не выдерживала критики — Сичэнь был не зелёным юнцом, только вступающим в мир бизнеса, чтобы волноваться и проецировать своё беспокойство на окружающих. Это даже звучало глупо! Нет. Дело было в самом Мэн Яо. Он чувствовал это и был склонен доверять своей интуиции. Они работали до поздней ночи; к этому времени еда, которую он принёс, была уже съедена, и Мэн Яо почти полностью перестал обращать внимание на приличия и пытаться соблюдать хотя бы их подобие. О каких приличиях вообще может идти речь, когда Лань Сичэнь в расстёгнутой на две верхние пуговицы рубашке и с распущенными волосами всё еще держал его ноги на своих коленях, потому что в кабинете холодный пол, одновременно при этом решая вопросы с французским филиалом. Мэн Яо буквально в метре от него звонил в Японию, разница с которой составляла тринадцать часов и не понимал, каким образом всё ещё нормально функционирует и не путается в языках. Это навевало воспоминания о его стажёрстве, с той лишь разницей, что тогда ему было семнадцать и бессонная ночь не могла свалить его с ног на утро. Мэн Яо отдышался, потирая уставшие глаза и поймал наполненный то ли благодарностью, то ли нежностью взгляд Сичэня. Чтобы это ни было, от него внутри было очень тепло и приятно. — Что такое? — Я просто смотрю на тебя. — И? — прищурился Мэн Яо, всем своим видом выражая недоверие. — И восхищаюсь, — признался Сичэнь, осторожно трогая его пальцы, забирая из рук телефон. «Он только сегодня такой тактильный? Или я просто раньше не замечал?» — сонно подумал Мэн Яо, пытаясь уловить смысл того, что сейчас говорил Сичэнь. — Хватит меня хвалить, Сичэнь, а то я зазнаюсь, — пробормотал Мэн Яо, готовый отрубиться на этом божественном диване прямо сейчас, пытаясь игнорировать то, как приятно ощущалась чужая похвала. Сичэнь рассмеялся и спустил его ноги со своих колен, аккуратно взял его за плечи, помогая подняться. — Я вызвал нам такси, накинь моё пальто. Мэн Яо упал в кресло и устало прикрыл глаза. У него ужасно ныло тело и болела голова, и он пообещал себе, что всего на минуточку (совсем чуть-чуть!) закроет глаза, пока Сичэнь ушёл на кухню готовить чай. В машине он сонно тыкался носом в теплое пальто Сичэня, после чего совершенно неподобающе уснул на его плече. К счастью, на подьезде к дому он проснулся и Сичэню не пришлось нести его на руках. Этого позора он бы точно не пережил. Мэн Яо проснулся от того, что Сичэнь стоял над ним и бережно отводил пряди с его лица, насмешливо улыбаясь. — Кажется, чай тебе уже не понадобится. Мэн Яо согласно промычал, слишком уставший для полноценного разговора. Ему ужасно хотелось спать. Казалось, он был не в силах даже поднять руки, чтобы раздеться. Сон практически слетел с него, когда Сичэнь внезапно опустился перед креслом на колени. — Что ты делаешь? — испуганно спросил он. — Сиди уже и не двигайся, — фыркнул Сичэнь, вытягивая его ноги и развязывая шнурки на туфлях, — Ты слишком много работаешь, я позвоню твоей секретарше и скажу, чтобы она контролировала время твоей работы и не позволяла перерабатывать. — Это моя секретарша. Я устал, потому что помогал тебе. Сичэнь, встань с колен, мне неловко. — О да, именно поэтому ей выгодно, чтобы ты оставался в хорошем состоянии, а не как сейчас, — проигнорировал вторую часть фразы Сичэнь. «Я хочу его стукнуть». — Ты ужасен. — Я прямо сейчас стою перед тобой на коленях и помогаю тебе разуться, душа моя. — Пенял мне в офисе, что я слишком дотошный и тебе приходится перепроверять отчёт. — Я люблю твою дотошность, — серьёзно кивнул Сичэнь, — Признаю мудрость моего жениха, подними ногу, пожалуйста. — Какой ты рыцарь, Сичэнь, не бросил меня в беде, — хмыкнул он. Сичэнь улыбнулся, развязывая шнурки на обуви, вслушиваясь в эту милую болтовню. Придержал ногу, снимая туфлю и случайно скользнул рукой выше — под штанину. Мэн Яо ничего не заметив, продолжал говорить что-то, не видя, как Сичэнь нахмурился и пальцы его дрогнули. Он двинулся выше, скользя кончиками пальцев по коже, и его плечи закаменели. — Сичэнь? Он опустил ногу и улыбнулся сонному Мэн Яо. — Кажется, кому-то пора в кровать. Он помог ему встать, придерживая за спину, поражаясь тому, каким хрупким сейчас казался человек рядом с ним. Цзинь Цзысюн едва доставал ему до носа, хотя при первой встрече казался немного выше и за почти две недели совсем не набрал веса. Мэн Яо вывернулся из его рук, сонно моргая, чертовски милый (Сичэнь едва удержался, чтобы не сказать ему об этом). — Дальше я сам. Спасибо, Сичэнь-гэ. — Спокойной ночи, Цзысюн. — Спокойной. Лань Сичэнь остался в гостиной, ещё с минуту разглядывая свои пальцы так, словно видел их впервые. Ему не могло показаться — на внутренней стороне ног Цзинь Цзысюна тонкими полосками лежали шрамы от розог.