Old Addictions Die Hard

      Альсина шла по рядам своего виноградника, крайне измученная женщиной, которая работала в нескольких метрах от неё. Прошли годы с тех пор, как она последний раз так чувствовала себя; женщина была убеждена, что сердце умерло давно, не выдержав бремени вины. Однако последние дни доказали обратное. Потребность Альсины быть рядом с другим человеком стремительно возрастала. Одна часть хотела взять другую женщину и заняться с ней любовью, но монстр внутри бился в своих цепях. Альсина понимала, что как только она ослабит бдительность, монстр может освободиться, и женщина не выдержит, если это произойдёт вновь.       — Прячетесь от дочерей? — Адела подошла с коричневым бумажным пакетом в руке. — Сегодня они очень напористые. Я слышала, как они доставали повара. Они чуть не превратили его в торт.       — Что привело тебя сюда, Адела? — Альсина вздохнула, отгоняя мысли и стараясь не показывать, что она увлечена женщиной на другой стороне двора.       — Ежедневная доставка обеда, — небрежно ответила служанка.       — Я сама, — объявила Альсина, прежде чем сама поняла, что сказала. Адела на мгновение сделала паузу, затем уступила и передала пакет.       — Очень хорошо. Удачи.       — Что? — брови Альсины нахмурились в замешательстве.       — Вы проявляли стойкость в последние несколько дней, со временем всё станет проще. Простите меня за мою смелость, но я думаю, что Вы достаточно искупили вину и заслуживаете немного счастья, — строго проговорила Адела.       — Спасибо, Адела.       Мысли Альсины улетучились, когда она застыла с ланчем в руке. Необходимо было придумать, что сказать, потому что она наблюдала, как другая женщина кряхтела и тяжело дышала, таща по земле огромное бревно. Сила впечатляла. Вчера потребовался самоконтроль, а теперь казалось, что её хотят проверить снова. Конечно, Альсина это заслужила — она не могла сопротивляться желаниям и поддразниваниям, но всё же самообладание истощалось. На этот раз нужно было быть очень осторожной, чтобы не повторять прошлые ошибки.

***

      Ты не удивилась, когда Альсина пропустила завтрак. Потом пошла в сад, чтобы поработать с травами, полить новые растения. Вдоль стены замка лежало огромное сломанное бревно, на которое ты постоянно бросала взгляд. Книга по ботанике, прочитанная вчера вечером, вселила в тебя уверенность, что на нём можно попробовать размножить грибы. К тому же ты могла бы сидеть на нём, пока обрезала мелкие растения. Тот факт, что бревно выглядело так, будто весило триста фунтов, не остановил тебя. В случае неудачи с перемещением его можно было привязать к Хьюго. Подойдя к бревну, ты увидела, что оно больше, чем казалось. Кора начала отслаиваться, поэтому ты оторвала несколько больших кусков, чтобы удобнее обхватить дерево. Неожиданно бревно оказалось не таким уж и тяжёлым.       Ты была примерно на полпути к саду, когда остановилась вытереть пот со лба и заметила Альсину. Она просто стояла и смотрела на тебя, приоткрыв рот. У неё в руках был твой обед, но женщина, казалось, не знала, как себя вести.       — Привет, Альсина. Дай мне закончить это, — крикнула ты, возвращаясь к бревну.       Наконец ты опустила дерево на место, завершая оформление сада. Смущение от вчерашней ночи заполняло разум. Ты беспокоилась, что ей было некомфортно. Возможно, стоило извиниться: в конце концов, она была твоим работодателем.       — Я принесла тебе обед, — сказала Альсина, подходя к беседке. Она остановилась у каменной стены и указала на тебя. — Сядь со мной.       Ты кивнула, радуясь, что женщина, вероятно, не слишком расстроилась из-за твоей ночной выходки.       — Могу ли я спросить, что ты делаешь? — спросила Альсина, когда ты села лицом к ней.       — Грибы. Вчера вечером я прочитала книгу по ботанике, хочу попробовать размножить грибы.       — Забавно. В последнее время Бэлу тоже интересовало это.       Наступило неловкое молчание, никто из вас не знал, что говорить дальше. Альсина достала сигарету, а ты занялась бутербродом.       — Я чувствую, что должна извиниться за вчерашний день, draga mea. Теперь, когда я думаю об этом, я… — она сделала длинную затяжку, пытаясь найти правильные слова. — Я зашла слишком далеко, и мне не хотелось бы думать, что я зашла так далеко без твоего согласия. Прошлой ночью то, как я смотрела на тебя, было минутой слабости. И я не хочу… не позволю этому случиться снова.       — Альсина, пожалуйста, — сказала ты, краснея от эмоциональной напряжённости. — Я тоже настаивала. Раньше никто не проявлял ко мне интереса, и мне было любопытно, какой будет твоя реакция, — произнеся эти слова, ты почувствовала себя более уязвимой, чем раньше.       — Я была очень удивлена, дорогая, — призналась она, скрестив ноги и откинувшись на перила. — Прошло много лет с тех пор, как меня интересовали люди.       — Будет слишком дерзко с моей стороны сказать, что мне понравилось, когда ты на меня так смотрела? — призналась ты, украдкой заметив, что женщина изогнула бровь. — Я думаю, мы обе знаем, насколько мне это понравилось, — добавила ты в шутку. Альсина закусила губу и закатила глаза.       — Да, маленький дьявол, мы знаем.       — Я думала, что могу уравнять правила нашей игры, — сказала ты, гордясь, что на её щеках появился румянец.       Альсина сидела около минуты, задумавшись, потом появилась скромная улыбка, словно с плеч свалилась тяжесть.       — Я наслаждаюсь той игрой, в которую мы играем, — в голосе были нотки застенчивости.       — Как и я, — ты села ровнее.       — Тогда мы можем продолжить играть в неё. Но могу сообщить тебе, что ты не выиграешь, — её зубы прикусывали губу, а глаза были прикрыты. То же выражение лица, что и вчера. Ты заметила сочетание вожделения и возбуждения, и на улице внезапно стало жарче, чем в аду.       Она снова обратилась к тебе, прежде чем ты успела ответить. Женщина посмотрела через твоё плечо, положив руку тебе на бедро.       — Я оставлю тебя. Приходи к ужину. Ходят слухи, что будет торт, и девочки не станут никого ждать.       — Тогда я приду пораньше.       Когда она ушла, ты вернулась ко второй половине бутерброда. В ушах гудело. Ты прищурилась, глядя на муху на перилах.       — Чем могу помочь? — осторожно спросила ты, подозревая, что это может быть одна из девочек.       Облако мух превратилось в Даниэлу, которая отобрала у тебя половину сэндвича.       — Спасибо, — Даниэла затолкала бутерброд в рот так, как будто не ела несколько дней, — ты вела себя смело. Думаю, маме это понравилось, молодец.       — Я старалась, — смущение вернулось теперь от того, что девушка подслушивала.       — Я скучаю по бутербродам с бараниной. Это были мои самые любимые. Ты бы хотела снова стать пастухом?       — Я не думала об этом, — это была правда. Ты думала сэкономить деньги, чтобы купить новую землю, но сейчас была Альсина, и тебе не хотелось покидать замок. Замок с удобствами начала баловать тебя.       — Мама просто обожала твоих ягнят. А нам нравилось относить их в деревню.       — Я думала ягнята были для замка, — тогда ты думала, что в замке работает больше людей, чем оказалось на самом деле.       — О, мама пила только кровь ягнят. Потом мы и резали, и доставляли в деревню.       Ты внезапно задумалась: хватает ли Альсине еды без ягнят? Несколько дней назад она так и не трогала заключённых.       — Я поняла.       — Мама говорила, что мы налаживаем взаимопонимание с деревенскими жителями. Поначалу это было ужасно, но потом оказалось не так уж и плохо. Люди были благодарны за еду, даже если ненавидели нас. Мужчины, которые работают на винодельне и помогают с конюшней, были одними из первых, кто заговорил с нами. Мама предложила им работу, когда поняла, что они не доставят нам проблем. А ещё защиту от фанатиков в деревне, — Даниэла стряхнула крошки и убрала бумагу, прежде чем продолжить. — Надеюсь, ты останешься здесь. Мне приятно видеть маму счастливой. Она улыбается, когда ты рядом. Я никогда не думала, что снова увижу эту улыбку.       С этими словами Даниэла улетела, оставив тебя наедине с мыслями о том, когда Альсина последний раз улыбалась «вот так».       Ты всегда была верна своему слову, поэтому пришла на ужин пораньше, чтобы помочь Аделе накрыть на стол. Кассандра сидела за столом и растерянно смотрела на тебя.       — Почему ты это делаешь? — спросила Кассандра. — Адела может казаться старой, но она ещё не отказалась от своих обязанностей.       — Мне нравится помогать.       — Неужели ты не боишься быть здесь? Неужели ты настолько глупа? — спросила девушка.       — Кассандра, мама оторвёт тебе голову, если услышит, — сказала Бэла, заходя в столовую. Даниэла шла позади.       — Не будь стукачом, Бэла.       — Довольно, девочки, — строго произнесла Адела. — Мне сказали подать ужин. Леди Димитреску принимает звонок от Матери Миранды и хочет, чтобы мы начали без неё.       Ужин был не таким увлекательным без Альсины. Девочки оставили еду, когда горячо спорили на старом диалекте. Твоё имя в споре упоминалось несколько раз; хоть ты и не знала подробностей, но была уверена, что Бэла и Даниэла на твоей стороне. После этого ты хотела помочь с уборкой, но Адела прогнала всех. Не зная, что с собой делать, ты вышла на улицу. Хьюго соскучился, поэтому ты дала ему спокойно пройтись по двору, пока наполняла стойло свежим сеном.       — Я бы беспокоилась, что этот зверь съест мои цветы, если бы они у меня были, — ты услышала голос Альсины. В этот момент Хьюго осторожно покусывал её руку в перчатке.       — Он предпочитает траву, — ты взяла коня, чтобы отвести его обратно в конюшню. Альсина следовала рядом, но остановилась у входа в сарай. Ты могла бы предположить, что она не хотела пачкать платье. — Ты что-то хотела?       — Я бы хотела попросить тебя об одолжении. У меня заканчивается запас крови, и я, пожалуй, воспользуюсь твоим предложением об олене. Я обычно посылаю девочек, но последние события пугают меня. Мы должны быть осторожны, чтобы деревенские жители не восстали, как в прошлый раз. Я, конечно, заплачу тебе больше за дополнительную работу.       — Альсина, охота на оленей будет легче, чем выращивание ягнят.       Она слабо улыбнулась твоему ответу. Мысль о том, чтобы несколько часов провести на природе, больше напоминала перерыв, чем рутину.       — Когда тебе нужно принести оленя? — спросила ты, подходя ближе к ней.       — Завтра. Я бы не хотела, чтобы ты гуляла ночью по лесу. Если бы ты могла ходить раз в неделю, этого было бы достаточно, — Альсина заламывала пальцы, как будто пыталась отвлечься. — Я бы пошла сама, но стараюсь не раскрывать такую сторону себя, — нервно нахмурилась она.       — Ничего страшного. Я уйду завтра до рассвета, — ты меньше всего хотела, чтобы женщина страдала от того, что не ела долгое время.       — Ты слишком добра ко мне. Пойдём, прогуляемся со мной?       — Конечно.       Альсина взяла тебя за руку. Ни одна из вас не осознавала изменений, только твоё сердце бешено колотилось в груди. Когда её пальцы переплелись с твоими, ты старалась не слишком сосредотачивать внимание на мягкости кожи.       — Я заказала несколько кустов роз сегодня. Они прибудут в ближайшее время. Я хочу приготовить вино с добавлением розы.       — Тогда я подготовлю участки.       Она вела тебя вдоль стены замка, указывая, где он был повреждён много лет назад во время войны.       — Восточное крыло было заброшено за несколько лет до того, как начались авиаудары. Стены рушились, и зимой было слишком холодно, чтобы жить там. Когда замок пострадал, я не могла его восстановить. Не ходи туда, потолок несколько раз рушился. Со временем мне придётся заняться башней. Её задело авиаударом. Она выглядит достаточно устойчивой, однако если камень с крыши упадёт, то он разобьёт стеклянный потолок бассейна.       Потом Альсина показала тебе начало своих виноградников и махнула рукой рабочим, когда вы вместе проходили мимо. Они поприветствовали вас. И ты почувствовала безопасность и дружелюбие, о котором не осмеливалась мечтать. В деревне никогда такого не было. Человека могли убить за объятия с кем-нибудь. Но здесь никто и глазом не моргнул. Было приятно открыто находиться рядом с такими людьми. Альсина обсуждала планы по сбору урожая, потом снова обратила своё внимание на тебя.       Когда вы подходили к дверям замка, она не отпустила твою руку. Вместо этого встала на колени, чтобы посмотреть тебе в глаза.       — Спасибо за компанию сегодня вечером, — сказала женщина, глядя на твою руку в своей. Ты не знала, что ответить, потому что от такой близости сердце почти выпрыгивало из груди. — Твоё сердце играет для меня такую сладкую музыку, draga mea. Мы должны позаботиться о том, чтобы она никогда не прекращалась.

***

      На следующее утро ты проснулась до рассвета, наслаждаясь запахом свежего кофе. Ты повернулась к столу у кровати и увидела поднос с чашкой, а также маленькое блюдо с тостами с джемом. Рядом с тарелкой лежал кусок пергамента, пропитанный ароматом её духов. Ты увидела простую записку, состоящую из одного слова «спасибо».       Хьюго был не в восторге от того, что пришлось встать так рано. Ты повела его на запад вдоль реки, прежде чем нырнуть в лес. Это заняло больше времени, чем ожидалось, но в конце концов у тебя была приличного размера лань. Конечно, были олени и побольше, но самый точный выстрел пришёлся на эту лань. Нельзя было возвращаться домой с пустыми руками.       Девочки ждали тебя в конюшне. Они обрадовались Хьюго и угостили его кусочками яблока.       — Ты продолжаешь производить впечатление, — заявила Бэла. — Мама передала, что дала тебе выходной в качестве особой благодарности.       — Может, мы сможем убедить маму позволить нам пойти с тобой на охоту, — взволнованно вскрикнула Даниэла.       — Было бы неплохо, — согласилась Бэла. — Я спрошу через несколько дней, — она повернулась к тебе и спросила: — Когда ты поедешь в следующий раз?       — На следующей неделе, если будет хорошая погода. Что нужно Альсине?       — Мы заберём оленя. Не хочу, чтобы ты видела это, — прямо сказала Кассандра, схватив оленя. Сёстры последовали за ней.       Наоборот, тебя бы это не испугало. Идея увидеть её в таком уязвимом состоянии — ты думала об этом. На самом деле было непросто делить одно пространство с тем, кто мог слышать сквозь стены. Это лишало возможности проводить время с собой. Решив пропустить обед, ты направилась в изолированные душевые в бассейне. Адела была занята на кухне с поваром, а девочки были с матерью. Это означало, что у тебя есть время.       Ты позволила себе расслабиться, когда душевая наполнилась паром. Мысли вернулись к Альсине. К её взволнованному лицу в гримёрной, когда вы остались одни. Ты работала несколько дней и только сейчас смогла остаться одна, поэтому позволила своему воображению разыграться. Тебе хотелось, чтобы она прижала тебя к стене и поцеловала, затаив дыхание, прежде чем упасть на колени. Эта мысль заставила тебе прислониться к стенке душа, и твои пальцы медленно задвигались по клитору. Ты представляла, что она снимает с тебя брюки, проводит длинным языком по складкам, держа за бёдра. Как она сосредотачивается на твоём клиторе и сосёт его. С этой мыслью ты кончила с громким стоном, напрягая ноги, чтобы удержаться в вертикальном положении. Ты попыталась отдышаться. Хотелось, чтобы этот вид расслабления добавил самоконтроля.       Когда ты вернулась в свою комнату, на прикроватной тумбочке стоял новый поднос с едой: свежие фрукты и бокал вина. Это было обычное вино. Ты легла в постель, перекусив, стараясь дочитать книгу по ботанике. Ранний подъём сказался на том, что твои веки стали тяжёлыми, и ты заснула спокойным сном.