Часть 14.2
27 октября 2021 г., 10:55
Резервуар оказался не таким впечатляющим, каким ты представляла его. Пресная вода текла из реки, но быстро загрязнялась мутной грязью, которая оставалась в стоячей воде бассейна. Вход был отмечен большой плотиной, и две ветряные мельницы стояли в озере. Девочки засмеялись и полетели вперёд, преследуя друг друга через плотину, пока ты осматривалась. В водоёме определённо не было русалки, лишь болезненно выглядевший горбун, чьё лицо и грудь были ужасно искажены мутацией. Когда вы с Альсиной приблизились, ты услышала звуки из хижины. В конце концов, он вылез, и ты заметила, как он волочит левую ногу. Бледные перепончатые руки протянулись, когда он приветствовала тебя и Альсину.
— Это принцесса, о которой мисс Энджи рассказывала у Матери? — он проигнорировал Альсину, ведя тебя в зону отдыха возле своей хижины. Это жилище вряд ли подходило для кого-то с титулом «лорд». Ты поняла, что Миранда даже не делала вид, что заботилась о своих «детях» одинаково. Она действительно была ужасной, раз так обращалась с ними.
— Да, дорогой брат, это она. Она — моя новая садовница, — быстро подтвердила Альсина. — Как твоя нога? Матерь не ранила тебя слишком глубоко, да?
Моро сел на деревянную скамейку и вытянул изувеченную конечность. Альсина встала перед ним на колени, осторожно держа своё платье, чтобы оно осталось чистым, и бросила на него быстрый взгляд.
— Сильно болит, — пробормотал он. — Хотел бы я тоже улететь.
— Полагаю, меня за это накажут. Она слишком рассердилась, что я оставила вас?
— Да, но потом она устроила кровавую бойню и забыла.
Ты задумалась, что он имел в виду под кровавой бойней, но решила не спрашивать. Ты наблюдала за их взаимодействием и пыталась понять, каков лорд Моро. Предыдущие замечания Альсины о лояльности всё ещё всплывали в голове, и ты надеялась, что сможешь это понять после сегодняшнего визита.
— Я понимаю, — коротко сказала Альсина. Она встала и повернулась к тебе. — Сумку, пожалуйста.
Ты сняла сумки с плеч и протянула ей самую тяжёлую. Она пошарилась в ней, вытаскивая медикаменты.
— Бэла, дорогая, покажи нам, чему тебя научила Адела, — крикнула женщина.
— Хорошо, — ответила Бэла с отрепетированной улыбкой. — Дай мне взглянуть на твою ногу, дядя.
Он закатал штанину, обнажая совершенно нелепую, рваную, воспалённую и находящуюся на грани опасной инфекции рану. Миранда сделала это со своим ребёнком, а затем отправила его обратно на эту свалку, где никто не мог ему помочь или присмотреть. С каждой минутой становилось всё более очевидно, что материнская любовь и материнские инстинкты у Миранды просто отсутствовали.
— Будет немного больно, — предупредила Бэла. — Это особая смесь мисс Аделы.
Она полила рану домашней водкой Аделы, Моро громко застонал, крепко сжав руки на коленях. Бэла позаботилась о том, чтобы смыть все гнилостные скопления с плоти. Выглядело это так, будто Миранда порезала его куском зазубренного металла.
— Рану нельзя зашить, поэтому нужно просто содержать в чистоте. Каждую ночь перед сном промывать этим, — продолжила Бэла, держа бутылку, — а затем обернуть свежей тканью или бинтами.
Моро нетерпеливо кивнул.
— Молодец, Бэла, — похвалила Альсина, приказывая девушке вернуться к сёстрам. — Теперь всё готово, дорогой брат, — она снова порылась в сумке и продолжила: — Наша принцесса пришла к тебе с подарками. Она талантливая охотница, которая принесла свежего зайца к твоему обеду и чай с травами. Тебе понадобится её помощь сегодня? — глаза Альсины метнулись к тебе с призывом помочь ему, а также извиняясь за эту просьбу.
— Мне нужна помощь… Дрова, — задохнулся он.
Моро указал в сторону хижины. Ты последовала за ним и увидела топор, прислонённый к стене хижины рядом с несколькими брёвнами.
— Понятно, — прощебетала ты, стараясь не замечать растущую кучу, которую он извергал.
Ты быстро подошла к топору. Ты не хотела, чтобы он чувствовал себя плохо; это была не его вина, но ты также не хотела, чтобы он потерял контроль над направлением своей желчи.
— Мисс Энджи была права, она очень милая, — сказал он, восстанавливая контроль над своим желудком, затем нетерпеливо взял сумку и прошаркал с ней к хижине.
Альсина села на деревянную скамейку рядом с тобой. Она посмотрела налево, а затем направо, как будто пытаясь убедиться, что рядом никого нет.
— Не ешь и не пей ничего, что он даст, — пробормотала она. Женщина вытянула ноги перед собой, чтобы сесть поудобнее.
— Ух ты. Никаких каблуков сегодня? — пошутила ты, мельком глядя на её кожаные ботинки.
— Ой, тише, — ответила Альсина с ухмылкой, не отрывая от тебя глаз, пока ты работала.
— Эль для принцессы! — объявил лорд Моро.
Он держал две открытые бутылки, но то, как он шаркал во время ходьбы, заставляло эль проливаться.
— Спасибо! — весело сказала ты, беря одну из бутылок. — Он хорошо пахнет! — на самом деле он пах несвежей мочой, и, судя по тому, как на тебя посмотрела Альсина, она была согласна.
Ты заткнула бутылку большим пальцем, сделав вид, что пьёшь, что, кажется, ему очень понравилось.
— Как дела, дорогой брат? — Альсина и Моро болтали о водохранилище, пока ты работала.
Этот бедняк жил здесь совсем один, но то, как он говорил о Миранде звучало иначе. Он подробно рассказал о том, что его мать всегда была с ним и очень любила его. Он настаивал на том, что физический ущерб, причиненный Мирандой, не был таким ужасным, как казалось, и что её действия были вызваны тем, что она хотела быть уверенной, что её дети действительно любят её так же сильно, как она их. И что её сердце будет разбито, если она узнает, что её дети не были верны женщине, которой обязаны жизнью. Ясно, что его определение любви было искажено. Вся эта ситуация доставляла тебе дискомфорт, и ты не могла понять, как другие лорды могли оставаться нормальными после того, что Миранда сделала с ними. Этот бедняк день за днём страдал в одиночестве. Ты продолжила рубить дрова, ненадолго остановившись, чтобы пообедать с девочками, в то время как Альсина и Моро продолжали общаться.
Примерно через час Альсина встала и объявила, что уже поздно. Ты предположила, что визит подошёл к концу, и была счастлива. Мурашки ползли по коже от вида сломленного мужчины, поющего хвалебные песни человеку, ответственному за его страдания. Пока Альсина и девочки прощались с ним, ты вылила эль в кусты и пожала его руку в последний раз. Ты поблагодарила его за гостеприимство и сказала, что было бы приятно встретиться снова, зная, что тяга к положительному вниманию заставляла его принимать все твои заявления за чистую монету.
Возвращаясь к замку, ты размышляла о том, как бы узнать побольше о лорде Моро, и сделала мысленную заметку, что стоило быть аккуратней с желаниями в будущем.
— Вы, девочки, хорошо провели время сегодня? — спросила Альсина, когда вы были на тропе у реки.
— Да, мама, — трое ответили в унисон.
Альсина сделала паузу, желая, отойти подальше от резервуара, чтобы задать следующий вопрос.
— Нашли что-нибудь интересное?
— Мы патрулировали территорию и его хижину, но ничего интересного не было, — ответила Бэла.
— Что ж, стоило попробовать, — вздохнула Альсина. — И мы знаем, что он проживёт несколько дней. А теперь идите вперёд, вам троим предстоит закончить день в винодельне.
Девочки ушли прочь, споря о том, кто быстрее доберётся до замка. Альсина значительно замедлила темп, похоже, наслаждаясь временем, проведённым вне стен замка.
— Мне жаль лорда Моро, — честно сказала ты. — Миранда действительно сделала с ним худшее. Я не понимаю, как он может быть таким преданным.
— Да, действительно, — тихо согласилась Альсина. — Боюсь, это зашло слишком далеко. Его мутации бесконтрольны даже спустя все эти годы; когда-нибудь они убьют его.
— Произойдёт ли это с тобой однажды? — спросила ты, новое беспокойство прокралось к разум.
Вопрос застал её врасплох, и женщина несколько секунд формулировала ответ.
— Я такая уже много лет. Мои мутации произошли довольно быстро, в течение первого месяца. Не о чем беспокоиться. Не беспокойся обо мне, draga.
— Я ничего не могу с собой поделать.
Альсина остановилась на полушаге и посмотрела на тебя, потом встала на колени.
— Ты такая милая, — сказала она. Твоё сердце бешено колотилось от похвалы, а женщина ухмыльнулась, когда услышала звук. — Всегда думаешь обо мне, не так ли? — она погладила тебя по щеке, потом залезла в карман жилета и вытащила запонки. — Где ты их нашла?
— Ирина купила их для меня, — ответила ты, пытаясь успокоить сердце.
— Это действительно реликвия, — пробормотала Альсина с тяжёлым вздохом. — Я не видела их много лет. Какая ирония в том, что ты их носишь. Моя мать купила их для меня перед балом дебютанток, который ознаменовал мой первый выход в свет. Они должны были стать подарком моему будущему мужу. Мама бы упала в оборок, увидев, что сейчас их носит женщина, — засмеялась Альсина, пытаясь расстегнуть тебе воротник. — Так лучше.
— Я не могу быть изысканной, как…
— Ш-ш-ш, ничего не говори. Мне очень нравится твоя суровость. — Альсина встала и улыбнулась. — А теперь проводи меня домой, draga, — женщина взяла тебя за руку.
Тебе хотелось быть храброй. Ты действительно влюблялась в неё и хотела находить новые способы произвести впечатление.
— Я говорила серьёзно.
— О чём?
— Когда девочки спросили об ухаживании за тобой.
— Я рада, потому что влюблена в тебя, но боюсь, что это может развиваться слишком быстро.
— Я так не думаю. Я давно интересовалась тобой.
— О, да. Я помню твой алтарь на ферме. Не хочешь рассказать мне об этом?
Альсина в восхищении слушала, как ты рассказывала о том дне много лет назад. Даниэла была права, Альсина была рада, что ты ей рассказала, и ты заслужила поцелуй.
— Какой же ты была нарушительницей спокойствия, — сказала она, когда отпустила твои губы. — Я никогда бы не приняла тебя за обычного вора.
— Когда я увидела твою фотографию в этой книге, я ничего не могла с собой поделать. Ты была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видела. Я смотрела на эту фотографию несколько дней. Конечно, я была потрясена тем, что ты умерла. Точнее, я думала, что ты мертва, но было приятно знать, что когда-то ты была человеком, как и я. Это же извращение?
Альсина засмеялась.
— Я не могу найти слов, чтобы описать это. Однако это не плохо. Иначе, прошлой ночью нам бы не было так хорошо.
Ты была в восторге. Альсина в себе и своих предпочтения в отношении женщин. Резкая разница между тобой и ею. Ты потратила долгие годы, чтобы скрыть это, смирившись, что останешься старой девой.
— Я рада, что мы смогли хорошо провести время и расслабиться, — сказала ты уверенно. — Не стесняйся, дай мне знать, когда тебе понадобится помощь в будущем.
Альсина покраснела при этих словах, но сжала твою руку в знак признательности.
***
Той ночью Альсина ушла рано. Она направилась в свою комнату сразу после ужина, заявив, что нужно сделать несколько звонков перед сном. Она пожелала девочкам спокойной ночи, а затем наклонилась и поцеловала тебя в щёку, пока ты помогала Аделе с посудой. Как только ты вернулась в столовую, тебя окружило облако мух. — Ого! Привет! — воскликнула ты, отступая, чтобы они ненароком не залетели в рот. — Ты можешь научить нас стрелять из пистолетов? — нетерпеливо спросила Кассандра. Она не дала тебе возможности ответить, мухи настигли тебя, отрывая ноги от земли. — А как насчёт Альсины? Тебя внезапно бросили в оружейную, прежде чем ты успела возразить. — Она согласилась? — взволнованно спросила Даниэла из-за угла, в который забилась. — Ну, я ещё не спрашивала, — призналась Кассандра. — Но однажды вечером она сказала, что это — хорошая идея, и мне легче просить прощения, чем просить разрешения. — Кассандра… — сказала ты, беспокоясь о том, что не только Альсина рассердится, но и Адела тоже. Ты всё ещё помнила, как недавно она хлестала тебя полотенцем. — Я скажу, что это была моя идея! — умоляла Кассандра. — Ты присутствовала только для того, чтобы учить и руководить, о, всезнающий садовод. Ты не знала, было ли это твоё собственное желание или Кассандра умела так хорошо подбадривать, но ты смягчилась. — Отлично, — сказала ты, указывая на Кассандру. — Но если у нас возникнут проблемы, то это будет на тебе. Опыт оказался более нервным, чем ты ожидала. Ты думала, что они поделятся одним пистолетом, но Кассандра взяла целую коробку и тонну патронов. Честно говоря, они сдерживали своё обещание не целиться в живых существ, особенно в тебя, когда ты стояла позади и перезаряжала пистолеты, пока девочки стреляли по найденному пыльному манекену. Они неуклонно сокращали запас боеприпасов в арсенале, и ты заметила, что в прицеливании они лучше владеют винтовками, чем пистолетами. — Почему так сложно? — пожаловалась Кассандра, возвращаясь с боеприпасами. — Ты слишком сильно сосредотачиваешься на цели, — сказала ты, забирая у неё пистолет. — Сначала нужно выстроить прицел. Вот, смотри, — ты зарядила пистолет и сменила стойку. Поскольку ты находилась в нескольких ярдах от того места, где стояли девушки, ты прицелилась и попала в грудь манекену. — Хороший выстрел, draga, — услышала ты крик Альсины. Ты повернулась к ней лицом, когда женщина наклонилась через перила балкона с бокалом вина в руке. Ты продолжала помогать девочкам, работая над их прицелом, иногда поглядывая на Альсину, пока та наблюдала за вами несколько минут. Чуть позже начало темнеть. Скоро наступит летнее солнцестояние и придут более короткие дни. — Приведите её ко мне, девочки, — сказала Альсина с балкона. — Вау! Нет, нет, нет! — закричала ты, когда девочки подняли тебя в своём облаке мух и понесли наверх по стене замка. Как только перила оказались в пределах досягаемости, ты, напуганная до смерти, вскарабкалась по ним. — Ты в порядке, draga. Успокойся, — засмеялась Альсина, утаскивая тебя в другую сторону, прежде чем снова обратится к дочерям. — Девочки, идите убираться; на сегодня достаточно практики. Я ожидаю, что завтра вы придёте вовремя, чтобы мы обсудили новую горничную. — Да, мама! — счастливые от того, что мать не рассердилась, сказали они. — Что до тебя, я надеялась на поцелуй на ночь, — ты не могла не оценить её лукавую улыбку, но ты всё ещё не оправилась от своего маленького приключения. — Дай мне минутку, — проговорила ты, пытаясь отдышаться. — Впервые летала? — ухмыльнулась Альсина. — Раньше я поднималась только на крышу моего дома, — объяснила ты. — И в последний раз, когда я была на ней, потерпела неудачу. Женщина улыбнулась и нежно погладила твою спину, прежде чем войти в комнату. Как только твои ноги стабилизировались, ты последовала за ней. Она снимала макияж за туалетным столиком, а ты была шокирована, увидев, что отметина не прошла. — Я думала, что это уже исчезло, — ты немного нахмурилась. — Я видела это вчера вечером и решила оставить. Ты была сбита с толку. Неужели она действительно решила просто не лечить? — Что с лицом, draga, тебе не нравится? — Нет, нет. Я не знаю, просто… ты можешь решать, когда раны заживут? — Нет, я не настолько продвинута. Это уйдёт вместе с этим, — Альсина приоткрыла халат, чтобы показать красно-фиолетовый шрам на груди, который больше не скрывался под платьем. — С ещё одним-двумя бокалами крови. — Почему тогда ты не берёшь больше крови? Тебя весь день мучили боли? — Чтобы чувствовать себя более человечной, draga. Даже если это ненадолго. Если бы я оставила на тебе такой след, ты бы хвасталась им в течение нескольких дней. Для меня, ну, я была бы счастлива, — Альсина стиснула челюсти, перебирая вещи в ящике туалетного столика. — Мне жаль, что я не подумала… — Ш-ш-ш, ты не знала. Иди сюда, я мало тебе рассказывала, что движет девочками и мной. Ты подошла к ней. Альсина взяла тебя за руки и сняла запонки. Когда она сидела вот так, то была почти такого же роста, как ты. Она просто великолепна и, должно быть, была такой же поразительной, когда была человеком. Ты посмотрела, как женщина приступила к полировке запонок, осторожно протирая металл тканью. — Дай мне ещё одну ночь, боль того стоит. Это казалось такой дорогой ценой, чтобы получить момент нормальной жизни. — Альсина, я могу оставить тебе ещё один след, когда захочешь, — предложила ты. Кажется, это подбодрило её, когда на губах появилась улыбка. Ты передвинулась назад, кладя руки на плечи женщины. Провела пальцем по напряжённым мышцам под халатом. Она словно расслабилась от твоих прикосновений. — Хочешь ещё один в твою коллекцию? — спросила ты. Альсина подняла бровь, словно бросая тебе вызов, а потом продолжила полировку. Ты убрала мягкие кудри и медленно поцеловала плечи. Когда ты приблизилась к шее, её дыхание участилось, а мягкий стон сорвался с губ, когда ты поцеловала её над отметиной. Ты нашла другое чувствительное место, и Альсина наклонилась к тебе, вытягивая шею, чтобы дать больше доступа к нежной коже. Мягкий укус вызвал ещё один тихий стон, её рука потянулась к твоей, всё ещё лежащей на плече. Сжимая твою руку, женщина прошептала: — Сильнее, draga, — слова пронзили тебя, как разряд электричества. Ты посмотрела в зеркало, и прикрытые глаза встретились с твоими, когда ты сильно укусила и пососала. Её губы приоткрылись, обнажая клыки, а в груди появились тихое мурчание. Убедившись, что оставила след, ты отпустила её и успокоила покрасневшую кожу языком. Твои зубы были не такими острыми, как её, но отметина более чем удовлетворила. Альсина, кажется, испытала такое же удовлетворение, когда повернулась лицом к тебе и притянула в объятия. Губы женщины встретились с твоими, и ты была рада, что не испортила ночь глупым комментарием. Ты крепко сжала её плечи, прижимаясь к губам, задерживаясь на мгновение, прежде чем появился язык. Твой язык нежно, но твёрдо вошёл в её рот и заскользил по губам. Ты почувствовала, как руки задвигались вокруг талии и сжались, как будто она боялась, что ты отстранишься в любой момент. Альсина целовала с такой силой, которую никогда раньше не проявляла, как будто её губы пытались передать то, что она боялась прямо сказать. Её руки прижимали тебя, а губы скользили вниз по шее, где она оставила след с явным собственническим рычанием. Альсина держала тебя так близко, что ты чувствовала вибрации в её груди, и когда мурлыканье прекратилось, прохладный язык успокоил отметину. Ты почти дрожала и крепко держалась. — Должна сказать, я впечатлена. Твои поцелуи становятся всё лучше и лучше. — Альсина облизала губы, чтобы ещё больше подчеркнуть эти слова. — Представь, если бы у меня было больше практики, — поддразнила ты, за что получила ухмылку и быстрый поцелуй. — Я иду в постель, дьявол, мне ещё нужно закончить работу. Увидимся завтра за завтраком. Ты понимающе кивнула и вышла из комнаты. Однако, открывая дверь, повернулась в последний раз. — Спокойной ночи, Альсина. — Спокойной ночи, draga.***
На следующее утро ты проснулась рано, оделась и отправилась в конюшню. Кассандра заплетала Хьюго замысловатый узор на гриве. — Ты рано, — удивлённо сказала ты, когда начала убирать стойло и пополнять запасы свежего сена. — Не могу заснуть, — пожала плечами Кассандра. — Хьюго составляет отличную компанию для таких вечеров. — Как ты спросила маму, хочет ли она, чтобы за ней ухаживали? Ещё один из странных вопросов. Часть тебя не могла не восхищаться её прямотой; ориентировать в начале вашей многообещающей связи было намного легче, потому что Кассандра всегда говорила прямо. Ты ценила отсутствие необходимости угадывать, о чём она думает. С другой стороны, такие непредвиденные вопросы, как эти, заставали врасплох. — Ну, я не спрашивала, — заикнулась ты. — Это просто как-то всплыло в разговоре, и я сказала, что собираюсь ухаживать за ней. А она не возражала. — Те цветы были подарком? — Я хотела дать понять, что думаю на самом деле. Я почувствовала себя плохо, увидев, что она страдает от кошмаров, и подумала, что от этого ей станет немного легче. — Я рада, что ты была с нами в ту ночь. — Я тоже. Так где же ты научилась так заплетать косы? — Донна научила меня. Она сказала, что незанятые руки — это дьявольская игровая площадка и что я должна стараться быть занятой, когда не могу уснуть ночью. Ты читала между строк и не хотела проявлять любопытство, но оно всё же взяло верх. — Тебе снятся кошмары, как твоей матери? — спросила ты. Она кивнула, но не уточняла. — Ну, если Хьюго когда-нибудь будет недоступен, ты всегда можешь заплести косу мне, — мягко продолжила ты. Она не сводила глаз с коня, но на губах появилась улыбка. Кассандра задержалась в конюшне, пока ты заканчивала работу, довольствуясь тем, что заплетаешь косы Хьюго вместо того, чтобы идти на завтрак. Ты была голодна, поэтому решила оставить девушку заниматься делами. Когда ты вошла в столовую, на столе царил хаос бухгалтерских книг и бумаг. — А теперь, моя дорогая дочь, убеди меня, что мы можем позволить себе эту горничную, — сказала Альсина, жестом показывая, чтобы ты села на своё место, и переместила бумаги, чтобы освободить пространство. — Я могу позавтракать на кухне, раз вы так заняты, — предложила ты, не желая прерывать предстоящую финансовую дискуссию. — Нет, нет, сядь, — Альсина настаивала. — Кассандра будет продолжать прятаться в конюшне? — Ты кивнула, удобно устроившись в кресле. — Тогда давайте продолжим. Бэла, убеди её, пожалуйста — Ну, я проверила финансы замка, — начала Бэла. — И, мама, почему ты вообще спрашиваешь? Ты знаешь положение вещей. — Я знаю, Бэла, я знаю. Ты отлично поработала, но ты — моя преемница, и однажды тебе, возможно, понадобится убедить не только меня в гораздо более серьёзных вопросах. Ты задалась вопросом, что она могла иметь в виду. Одна часть что-то подозревала, а другая считала, что не стоит вообще предполагать такие вещи. Семья Димитреску владела астрономическим состоянием; дошло до того, что ты просто перестала пытаться жонглировать числами. — Я действительно полагаю, что наши финансы могут содержать другую горничную, — засмеялась Альсина. — Но зачем она тебе нужна? — Помощь Аделе, — сказала Бэла, понижая голос. — Мама, она угасает. Особенно в этом году, ты же говорила с ней о повторном взятии крови? — Нет, — торжественно заявила Альсина. — Это скоро произойдёт. Я расскажу об этом позже. Должна быть другая причина, по которой ты так настаиваешь на этой… Эльзе. — Долговое рабство? — спросила ты. — Эльза предложила матери выплатить долги, а затем проработать здесь всю оставшуюся жизнь, — сообщила Бэла. — Хорошее предложение, — пробормотала ты в шоке. Тебе приходила в голову мысль о том, что в её нынешних обстоятельствах можно было считать подневольное состояние по договору более чем предпочтительным вариантом. — И я этого не приму, — строго ответила Альсина. — Я плачу своему персоналу, у меня нет ни слуг, ни рабов. Дэни, а ты как думаешь, нам нужна эта горничная? — Она повернулась к младшей дочери, которая обдумывала слова, прежде чем ответить. — Было бы неплохо, — осторожно ответила Даниэла. — Но сделай это для Кэсс, мама, она строит сердечные планы с тех пор, как увидела женщину в деревне. — Это подводит нас к самой необычной части, — продолжила Альсина. — Кассандра разделяет нашу симпатию к женщинам, но никогда не признавала и не действовала в соответствии с каким-либо влечением, — она потягивала чай, выдыхая. — Вы двое думаете, что она когда-нибудь причинит вред этой женщине? — в голосе не было эмоций, когда спрашивала, даже беспокойства. Альсина старалась не говорить о своих чувствах. Ей нужен был честный и объективный ответ. — Ну, Кассандра может иногда сходить с ума, — сказала Даниэла. — Но ей лучше, мама. Она даже была нежна с ней, и она девушка. Тебя это сбило с толку. Да, давайте обсудим девственность за завтраком, когда женщина пытается ухаживать за тобой, это очень уместно. Альсина поняла твоё смущение и засмеялась, а затем наклонилась к тебе. — Draga, — сказала она, — ты познакомилась с этой женщиной и видела, как мои дочери взаимодействуют. По твоему мнению, она бы подошла? Ты не могла поверить, что она действительно спросила твоё мнение об этой женщине. Ты ожидала, что тебя будут дразнить. Тот факт, что твоё мнение принималось во внимание, значило ли то, что ты была на своём месте? — Ну, она определённо не местная, — сказала ты. Альсина приподняла бровь. — Это кое-что объясняет, а что ещё? — Она была откровенна со мной, но она знала о травах больше, чем среднестатистическая женщина. Я не уверена, что она просто работница таверны. — В деревне есть бордель; я подозреваю, что он находится по адресу, который я указала. Я презираю его, но это не моё дело, как женщина решает заработать свою монету в наши дни. — Я думаю, что она подошла бы, Альсина. Она казалась бесстрашной и хорошо отреагировала на девочек, даже когда Кассандра поприветствовала её в облаке мух у ворот. Это может быть небольшим изменением для неё, но я думаю, она подошла бы, короче говоря. — А если бы она захотела ухаживать за моей дочерью? Бэла и Даниэла смотрели на тебя, ловя каждое слово. Ясно, что они столь же удивлены, что тебе давали право голоса в этом вопросе. — Что ж, она, похоже, интересовалась ею, но я не уверена. Она знала все эти причудливые этикеты, когда пила чай с Бэлой, поэтому, вероятно, ожидала, что за ней будут ухаживать. Кассандра могла бы подстроить это. Даниэла фыркнула при этой мысли, и Бэла запихнула ей в рот еду, чтобы не смеяться. Их смех был заразителен, и ты начала пить воду, чтобы не засмеяться тоже. Ты думала о том, какие отношения могут быть у Кассандры с этой женщиной. Она была самой устрашающей из троих девочек, но за полудикой позицией, за той индивидуальностью, которую она проявляла Кассандра казалась довольно робкой. — Понятно. Дай ей несколько советов, если она спросит, ты уже потрясающе разбираешься в этом. От этих слов ты захлебнулась водой, а Бэла и Даниэла громко засмеялись. Альсина позвала Кассандру, которая материализовалась возле двери. — Иди сюда, моя прекрасная дочь. — Альсина приблизила девушку и откинула капюшон. — Я хочу сказать последнее слово. Кассандра попыталась ответить, но ничего не вышло. Её пальцы тревожно постукивали по бокам, а голова дёрнулась набок, пытаясь скрыть лицо от сестёр. — Ты чувствуешь притяжение, дорогая? — Ты едва могла различить шёпот Альсины, когда она убрала волосы с глаз дочери и посмотрела, как девушка кивнула. — Понятно. Это хорошо, нечего бояться, — она успокоила её, подталкивая к стулу. Кассандра начала завтракать, а сёстры радостно прижимались к ней. Никто не смеялся, просто семья поддерживала друг друга. Это ещё один момент, который ты себе никогда не представляла. На твоей ноге снова появилась чужая пятка. Альсина взяла твою руку в свою. — Что ж, тогда всё решено. Завтра я отправлю вас, девочки, с поручением в деревню, чтобы забрать нашу новую горничную. Бэла казалась довольной, что ей удалось убедить мать, в то время как Даниэла была полна возбуждённой энергии, а Кассандра застенчиво смотрела на завтрак. Альсина смотрела тебе в глаза, и ты почувствовала, как будто что-то начинается. — Ты отведёшь их, draga mea? — спросила она. — Конечно, Альсина.
