Old Addictions Die Hard

      Примерно через час вы направились в деревню. Даниэла ехала верхом на Хьюго, пока ты вела его за поводья. Бэла и Кассандра окружили вас, это был организованный Альсиной строй, чтобы занимать достаточно места. Девочки были одеты в тяжёлые чёрные плащи с капюшонами, развевающимися на летнем ветру. Ты предположила, что капюшоны должны скрывать их лица, и молилась, чтобы ничего не произошло, пока вы шли по мощёной булыжниками дорожке. Добравшись до деревни, вы плелись сквозь толпу, пытаясь найти нужный адрес. Кажется, всё шло хорошо, но вдруг ты услышала голос:       — Ещё раз здравствуй, пастушка. — Ты посмотрела вокруг, пытаясь найти источник голоса, который на мгновение отвлёк. Тебе махнула рукой дочь мясника. Похоже, твоё лечение сработало: на её плечах больше не было тяжёлой ноши. — Значит ты переехала? — спросила она, подходя к Хьюго, чтобы испортить тщательно рассчитанное Альсиной построение, поскольку девушка не капли не боялась.       — Моя ферма сгорела, я переехала в замок, — проворчала ты, пытаясь найти номер дома. — Новая работа, садовница. Направишь нас к таверне по этому адресу? — спросила ты, передавая ей бумагу.       — Я проведу тебя туда. Отец в плохом настроении, вряд ли он заметит моё отсутствие, — сказала она, благодарная за возможность уйти.       Ты посмотрела на девочек, которые напряжённо смотрели на нового члена вашей группы, но последовали твоему примеру; негласное правило между ними — доверять тому, кому доверяешь ты. Если девушка и уловила их напряжение, то не придала этому значения, любуясь косами Хьюго, пока вы шли через толпу.       — Вы довольно тихие, — сказала она через мгновение.       — Иногда они могут быть застенчивыми, — ответила ты, улавливая каждое движение вокруг. Твоё сердце вздрагивало от каждого резкого движения, и ты поняла, что не только девочки до сих пор страдают от последствий той ночи. Дочь мясника смотрела на Даниэлу, изучая её, как будто что-то подозревала, но не совсем понимала, что именно.       — Значит, вы из замка? — задалась она вопросом вслух. — Какое красивое платье вы прячете под плащом, мисс… — она протянула руку, чтобы коснуться ткани, прежде чем взглянуть вверх и увидеть рыжие волосы под плащом. — И эти волосы! О боже, вы должно быть одна из дочерей…       Даниэла замерла. На самом деле вы все замерли. Хьюго резко остановился, вы ждали, что дальше скажет и сделает эта женщина.       — Стесняешься? — спросила она с улыбкой, похоже, совершенно не беспокоясь о последствиях встречи с вами. — Или, может быть, просто тихая. Вы должны быть похожей на свою мать, мисс… Меня зовут Виктория, — она протянула руку Даниэле.       Ты вздохнула с облегчением, радуясь, что избежала неприятностей.       — Даниэла Димитреску, — представилась та и взяла Викторию за руку. Кассандра хихикнула по другую сторону от коня, и ты взглянула на Даниэлу, которая покраснела при разговоре с этой светловолосой женщиной.       — Значит, вы представители местной королевской семьи, — пробормотала Виктория, продолжая вести вас по деревне. — Неудивительно, что у вас такие красивые платья.       Никто из вас не знал, как на это ответить. Девочки явно не привыкли разговаривать с кем-либо в деревне. Они надеялись, что ты предоставишь контекст, но годы, проведённые тобой в полной изоляции, сказались на навыках общения с людьми, и ты присоединилась к девочкам в неуверенном молчании, пока Виктория продолжала говорить, не заботясь о том, что разговор односторонний.       — Андре, мой друг, ему нравится работать на винограднике. Каково это быть в окружении всех этих женщин, пастушка? Я слышала, что леди Димитреску нанимает только самых красивых женщин в деревне. — Это был интересный вопрос. И он заинтриговал не только тебя, но и девочек.       — Ну, это просто девочки и их мать, — ответила ты. — А сейчас мы собираемся забрать новую горничную.       — Вот это да. Звучит не так, как я себе представляла. Иногда я смотрю на замок, и он напоминает мне прочитанную книгу о проклятом чудовище, которое влюбилось в местную женщину. Это так мрачно и романтично, — задумчиво сказала Виктория.       — La Belle et la Bête? — робко спросила Даниэла.       Виктория нетерпеливо кивнула. Тебе в голову пришла идея.       — Эй, можешь сделать мне одолжение? — спросила ты, похлопывая Викторию по плечу, привлекая внимание. — Пообедай с нами.       — Только если вы платите, — ответила она и улыбнулась, когда ты достала мешок с лей.       Виктория повела вас в оживлённую таверну. Ты привязала Хьюго к перилам, а Даниэла соскользнула с его спины. Беглый взгляд на окружение, и ты повела девочек внутрь к пустому столику в углу, а Виктория пошла к бару. Дэни явно наблюдала за своей новой подругой у бара, Бэла хмурилась, глядя на встревоженную Кассандру, которая была чрезмерно возбуждена и пыталась глазами проделать дыры в столе.       — Поменяемся местами? — сказала ты Кассандре. Девушка повернулась спиной к углу и успокоилась. Виктория вернулась, придвигая стул, чтобы сесть рядом с Даниэлой.       — Бармен скоро придёт, как только закончит с другими заказами, — сказала она, прежде чем начать разговор с Даниэлой о книге.       Таверна начала заполняться людьми, семья с болтающим ребёнком села за стол напротив вас. Сначала ты ничего не поняла. Они казались обычной сёмьей, которая обедала в единственной таверне в деревне, вот и всё.       — Пастушка? — услышала ты удивлённый голос. — Боже мой, Майкл! Смотри, она жива!       Осознание ударило тебя, как кувалдой. Эта семейная пара из твоего прошлого. Женщина, которой твоя мать помогла родить перед тем, как умерла. Ты посмотрела на шокированную улыбку женщины, и всё, что увидела, — это труп собственной матери. Твои уши были способны слышать только звуки её кашля и удушья, перекрывая звук собственного учащённого сердцебиения. Последние дни её жизни и всё, что было после, сжалось в одну минуту, когда ты впивалась зубами в язык, отчаянно пытаясь вернуться в настоящее.       — Снова здравствуй, — мягко сказала ты, пытаясь улыбнуться, желая только, чтобы они ушли подальше и забрали с собой плохие воспоминания. К сожалению, они остались и рассказали тебе о своей дочери. Несколько раз напомнили о твоих родителях и том, что они переживали, когда подумали, что ты погибла в огне на своей ферме. Девочки и Виктория чувствовали твоё напряжение, но не знали, что делать. Боковым зрением ты заметила, что Кассандра практически вибрировала от сильных эмоций; для неё это было слишком, и ты знала, что девушка боролась с внутренним желанием устроить настоящую истерику.       — Мы ходим туда время от времени, когда не можем заставить её успокоиться, — лепетала женщина, пока её дочь ходила вокруг стола, глядя на тебя любопытными глазами, как настоящий любознательный ребёнок. — Когда мы посещаем могилы твоих родителей, она любит приносить им цветы с нашего сада. Мы позаботились о месте захоронения, когда ты переехала, это меньшее, что мы могли сделать.       В этот момент ты начала возвращаться к себе, просовывая руки под стол, чтобы впиться ногтями в ладони. Женщина наконец поняла, что тебе неудобно.       — Приятно было увидеться, мы оставим вас пообедать. Попрощайся! — сказала женщина маленькой девочке, которая пряталась у неё под ногами; девочка слегка помахала рукой, следуя за матерью в другой конец таверны.       Когда они ушли, ты судорожно вздохнула. Какая-то часть просто хотела убежать из этой таверны и этих возрождающихся воспоминаний. Только мысль о том, что Альсина будет в ярости за то, что ты ушла и оставила её дочерей одних в деревне, заставила остаться.       — Всё в порядке? — спросила Бэла, пытаясь отвлечься от мыслей, пока Кассандра тёрла твою руку. Они явно уловили твою печаль, услышав, как молодая пара говорила о твоей семье. Ты вытащила руку из-под стола, пока она не начала кровоточить.       — Я в порядке, — сказала ты, сдерживая слёзы, когда наконец приблизился бармен.       — Привет, пастушка, — сказала пожилая женщина, и ты её узнала. Она навещала твою мать много лет назад. В то время ты только выросла, и мать решила, что тебе пора узнать, чему её научили в детстве. Казалось, сегодняшние пытки не закончатся.       Она поставила большую кружку холодного эля.       — Что для вас? — К счастью, она вела себя профессионально.       — Виктория, что здесь хорошего? — спросила ты, не желая думать ни о чём, кроме бороздок дерева на столе.       — Закажи тушеное мясо и ежедневный пирог, — ответила Виктория с грустной улыбкой, увидев, как молодая семья испортила твой день.       — Тогда мы возьмём это.       Ты пила эль, не отрывая глаз от стола и не желая узнать никого из своего прошлого.       — Ты хочешь, чтобы я разобралась с вещами? — спросила Бэла.       — Нет, я просто… это слишком.       Кассандра держала тебя за руку, заземляя тебя и не давая потеряться в голове.       — Это скоро закончится, и ты вернёшься к маме, — успокаивала тебя Бэла.       Ты неуверенно улыбнулась, когда доставили обед. Девочки демонстрировали максимальный контроль во время еды, который ты когда-либо видела. Ясно, что все они были обучены этикету, но просто не беспокоились об этом в замке. Ты настроилась на разговор Даниэлы и Виктории, а они всё ещё возбуждённо обсуждали свою книгу — это было что-то французское, о говорящем льве и человеке-мебели. Ты почувствовала себя намного лучше после еды; всё, что нужно было сделать, — это поймать Эльзу и уйти.       — Что-нибудь ещё, пастушка? — спросила бармен, когда вернулась за тарелками.       — Я ищу Эльзу, она сегодня работает? — спросила ты, оглядывая стойку.       — Эльза не может развлекать друзей, — ответила бармен, прищурившись. — Сегодня она работает с клиентами.       — Мы подождём.       — Пастушка, я знаю, зачем ты здесь, и это не моё дело. Её не отпустят, пока она не выплатит свой долг, — тихо проговорила бармен.       — Что ж, у меня есть деньги, чтобы помочь с этим, и она тоже у меня в долгу. — Ты вручила ей лей за обед и подготовилась к трудному разговору.       — Я понимаю. Я пойду наведу справки, — сказала она, поднимаясь наверх. Толпа обедающих расходилась, остались лишь несколько пожилых женщин и мужчин. Ты решила, что сейчас самое подходящее время, чтобы предупредить Викторию.       — Итак, Виктория, — сказала ты, поворачиваясь к ней, — это была отличная встреча, и я очень не хочу прерывать её, но наше дело идёт не так гладко, как планировалось. — Ты не хотела, чтобы женщина оказалась в центре перекрёстного огня.       — Да, я заметила. Я ухожу. Было приятно познакомиться с вами, — она встала и задержалась рядом с Даниэлой, желая что-то сказать, но нервно посмеялась и ушла.       Кассандра заметно занервничала.       — Успокойся, мы её достанем. Всё будет хорошо, — проговорила ты, пытаясь убедить и себя. Ты заметила, что несколько мух покинули рукава и с жужжанием пронеслись по комнате вверх по лестнице.       — В какой комнате она находится?       — Наверху, последняя комната слева, — ответила Бэла. — Она борется с мужчиной, он злится, что мы здесь. Она знает, кто мы такие и что она хочет уйти с нами. Он её бьёт.       Когти Кассандры впились в деревянный стол. Она явно наблюдала и слушала, и ты могла сказать, что её самообладание висело на волоске.       — Он сейчас идёт вниз, — продолжила Бэла.       Вы с девочками притворились, что говорите о пироге. К вам подошёл крупный мужчина, от которого пахло потом и несвежим пивом, он пристально посмотрел тебе в глаза.       — Мы не обслуживаем здесь шлюх Димитреску, — проворчал мужчина, скрестив руки на груди.       — Хорошо, что я не шлюха Димитреску. Но здесь, чтобы увидеть одну из твоих, — пошутила ты, допивая залпом свой эль. — Мой мешок лей так же хорош, как и любой мужчина. Я удовлетворю свои потребности и пойду обратно.       — Она сегодня не работает, — мужчина практически прорычал тебе в ответ.       Ты положила на стол три здоровенных мешка лей.       — А теперь работает? — ты ухмыльнулась, когда его глаза расширились.       — Полчаса, только для тебя. А как насчёт того, чтобы посмотреть? Похоже, вы часто посещаете бордели, чтобы устроить хорошее шоу, — сказал он, имея в виду следы Альсины на твоей шее. В баре наступила тишина, остальные посетители наблюдали за вашим разговором.       Раньше ты была довольно невысокой, но кровь Альсины принесла свои плоды. Ты позволила себе встать и посмотреть мужчине в глаза.       — Как насчёт того, что я просто заплачу тебе её долги, и ты избавишься от неё? Я могу придумать для её рта гораздо лучшее применение, чем отвечать тебе, — сказала ты, не позволяя себе отводить взгляд первой.       Он посмеялся над этим и назвал цену:       — Тридцать тысяч лей за проститутку-идиотку.       — Идёт, — ответила ты.       Мужчина был шокирован, когда девочки достали из плащей огромные мешки денег, чтобы добавить их к твоему. Это явно его раздражало.       — Она наверху, последняя дверь слева. У тебя есть десять минут, прежде чем я передумаю, — с этими словами он вылетел за дверь.       Как только ты попала в зал, тебя встретили потрясённые пары глаз, выглядывающие из-за дверей. Ты опустила голову, узнав некоторых посетителей фермы, когда быстро шла по коридору в комнату Эльзы. Дверь была открыта, и Эльза сидела на полу, лицо её было окровавлено и избито.       — Пастушка? — простонала она, дрожащей рукой вытирая кровь с носа.       — Леди Димитреску приняла твоё предложение. Ну вроде как. Ты будешь служанкой. Послушай, мы должны уйти сейчас, — поспешно проговорила ты, желая поскорее убраться отсюда; человек внизу тебя беспокоил.       Эльза поднялась на ноги немного медленно, потому что каждое движение было для неё болезненным. Она, шатаясь, подошла к комоду. Ты сорвала наволочки с подушек на кровати, и вместе вы просто набили их её вещами.       — Эльза, что происходит? — раздался голос из зала. Ты увидела группу женщин, собравшихся в дверном проёме. Эльза вытерла кровь с лица перед зеркалом, прежде чем повернуться к ним.       — Госпожа Димитреску выплатила мои долги! Я должна уйти, — сказала Эльза со смехом.       — Эльза, она тебя убьёт! — крикнула одна из женщин. Ты не видела, кто, но у тебя всё равно не было времени с ней спорить.       — Это не так. Она на неё работает, и она даже девушка, — сказала Эльза, указывая на тебя.       — Привет! — Ты не понимала, как она могла это узнать.       Казалось, все говорили о твоей девственности, как о каком-то весомом аргументе, и ты почти задалась вопросом, не размещала ли Альсина объявления об этом в местной газете.       — Это, очевидно, пастушка, — женщина из холла фыркнула от смеха, а ты закатила глаза.       — Эти местные легенды — чушь собачья! Я больше не шлюха, я буду служанкой, — взволнованно воскликнула Эльза, прислонившись к комоду, едва способная стоять, но оставаясь решительно в вертикальном положении.       Раздалось жужжание, а затем голос в ухе:       — Нам нужно уйти. Виктория вернулась и сказала, что мужчины собираются снаружи. Она потащила Хьюго в переулок, а бармен сказала, что мы можем улизнуть через чёрный ход.       — Я нашла её, уходим, — сказала ты слишком громко.       — Пастушка? С кем ты разговариваешь? — спросила Эльза. Все женщины посмотрели на тебя.       — Снаружи собираются мужчины. Нам нужно добраться до чёрного хода. — Ты не теряла времени, передавая ей наволочки с вещами и двигаясь, чтобы поднять её.       — Вау, пастушка. Выносить шлюху в свадебном стиле из публичного дома? Может, и мне стоит попросить леди о должности? — пошутила одна из женщин, и группа громко засмеялась, когда ты выносила Эльзу из комнаты в коридор. Группа женщин шла за вами вниз, туда, где ждали девочки и Виктория.       — Она не может идти… — начала ты, спускаясь по последним ступенькам.       Тебя прервали, когда дверь таверны слетела с петель, а шум заполнил пространство.       Вошёл крупный мужчина с пистолетом на поясе, а за ним ещё двое мужчин с ножами в руках. Снаружи ждало ещё несколько. В баре стало тихо, когда ты передала Эльзу девочкам.       — Я передумал, сука останется здесь, — прорычал мужчина.       Ты сделала шаг вперёд, оценивая его. Ты знала, что сможешь его обезоружить, но люди с ножами стали бы проблемой. Ты решила попытаться договориться: Альсина сказала никакого насилия.       — Я заплатила за неё долг. И если вы потрудились пересчитать, это даже больше, чем согласованная сумма, за ваши хлопоты и сотрудничество.       Женщины позади перешептывались.       — Думаю, я сохраню деньги и вместо этого сделаю тебя своей новой шлюхой. Никому не нужна шлюха Димитреску, но я уверен, кто-то щедро заплатит, чтобы ворваться в тебя, — сказал он, хватаясь за пах, а мужчины позади него смеялись.       — Вы совершаете большую ошибку, — сказала ты. Девочки выбрали момент, чтобы показать себя, откидывая капюшоны, открывая свои золотые глаза и татуировки. По бару прошлись вздохи, и большинство посетителей предпочло сбежать. Осталась только пожилая пара, вероятно, муж и жена. Затем девушки использовали мух, чтобы расширить плащи и выглядеть крупнее. Это отпугнуло двоих мужчин с ножами, которые поняли, что опасность находится рядом с ними.       — Девочки, отведите её в замок, возьмите Хьюго, — прошептала ты, зная, что они услышат.       — Это плохая идея, — ответила Бэла в образе мухи тебе прямо в ухо.       — Я умею бегать. Вернись за мной, как только доставишь её.       Крупный мужчина не испугался. Он был переполнен яростью.       — Отпусти их. Нам не нужны проблемы, — сказала бармен. Она двинулась к мужчине, но тот взмахнул кулаком, повалив её на землю.       — Заткнись, женщина! — закричал он и ударил её ногой в живот.       Возможно, Альсина не разозлится, если ты поставишь этого человека на место. Ты решила, что пора проверить возможности крови Альсины. Но тут из-за угла вышла старуха.       — Что случилось с ягнятами, дорогая? — Она явно пыталась смягчить ситуацию, помогая женщине-бармену подползти к своему мужу.       Это сработало — здоровенный мужчина был сбит с толку и перестал двигаться, смотря с недоумением.       — Несколько недель назад на её ферму напали, — спокойно пробормотала Бэла, — она сгорела. Ягнята… их нет.       Старуха узнала Бэлу, и ты поняла, что тоже сбита с толку.       — Адела здорова? — спросила она, как дополнительное отвлечение внимания, в то время как Кассандра кралась с Эльзой через чёрный ход вместе с Викторией.       — Она, как всегда, упряма. Не знаю, когда снова появятся ягнята, но я поговорю с леди Димитреску, чтобы узнать, что мы можем предоставить на данный момент, — продолжала отвечать Бэла. По какой-то причине это вывело мужчину из замешательства.       — Глупая старуха, зачем ты с ними разговариваешь? — он закричал и двинулся к ней с поднятым кулаком. Даниэла и Бэла вышли вперёд, останавливая его.       — Оставь их в покое. Сделка была честной, — старуха спорила, подходя к бару.       Ты случайно взглянула через заднюю дверь и увидела, что Кассандра находилась на Хьюго, Эльза — у неё на руках, а Виктория вела коня. Старуха протолкнулась мимо вас и взглянула в лицо мужчине.       — А теперь послушай, ублюдок…       — Девочки, уходите, сейчас же! — крикнула ты, когда мужчина отвлёкся. Ты услышала, как конь поднялся на дыбы, а его копыта столкнулись с землёй, когда они убегали. Ты двинулась за ними, но мужчина схватил тебя за косу и потянул назад. Ты полетела к дверям, опрокидывая вёдра с мутной водой и чистящими средствами. Он тут же наклонился над тобой, несколько раз пиная по бокам и животу. Ты кричала и задыхалась, переворачиваясь от боли. Как только он приблизился с поднятым кулаком, твоя рука ударилась о ручку металлического ведра, ты схватила ведро и метнула ему в голову. Мужчина закричал, а кровь из его виска полилась на тебя. Он пошатнулся в сторону, поскользнувшись на мутной воде, которая покрывала пол. Ты пнула его изо всех сил в пах, и он упал на спину. Ты вскочила и выскользнула за дверь, крича своим людям за пределами бара.       Твои первые несколько шагов к свободе — это шок, пока ты шла по переулку. Всё, что нужно было сделать, — это вернуться домой, чтобы тебя не поймали, а если поймают, ну, ты была уверена, что Альсина сделает из них бочки с вином. Внезапно открылась дверь, и тебя втянули внутрь. Это была Виктория. Она быстро закрыла дверь, когда мимо пробежали мужчины, явно ищущие тебя.       — Ты в порядке? — спросила она, беспокоясь о крови и твоей сгорбленной спине.       — Он ударил меня в живот ногой, ах… — зашипела ты, когда жгучая боль пронзила бок. — Я просто запыхалась, — это была ложь. Вы обе знали. Ты столкнулась с серьёзной проблемой, и план действительно не был продуман до конца. План Альсины, на случай непредвиденных ситуаций, не работал. Ты не знала, где живут Ирина и Флорин и куда обратиться за помощью. — Виктория, ты можешь мне помочь выбраться из деревни? — практически умоляла ты, прислоняясь к стене.       — Конечно, — ответила она. — Ты помогла мне, пастушка, теперь позволь помочь тебе.       Виктория взяла тебя за руку и перекинула через спину, практически вытаскивая через другую дверь на оживлённую улицу. Затем она провела тебя через деревню, проскользнув по переулкам через двери случайных магазинов, чтобы не попасться мужчинам. Благодаря ей вы обе благополучно добрались до окраины деревни за считанные минуты. Осталось пройти через лес, и ты окажешься на пути домой.       — Ты сможешь добраться отсюда? — спросила она, глядя на тебя, когда ты схватилась за бок.       Ты кивнула и отступила в лес, стараясь не думать о криках людей вдалеке.       — Удачи, пастушка! — услышала ты зов Виктории, скользя глубже в лес. Ты пролезла сквозь густые заросли и выскочила на мощёную дорожку, ведущую к замку. Ты не торопилась домой, не желая усугублять боль в рёбрах.       По крайней мере, миссия была успешной. Ты думала, что Альсина будет довольна, Кассандра тоже, даже если не признает этого. Ты шла несколько минут, опираясь на старый деревянный забор. В конце концов, тебе пришлось остановиться; ты хрипела от боли, как старуха, и думала, что потеряешь сознание, пока не услышала знакомый голос.       — Мама! Она здесь! Я нашла её! — это Даниэла. Ты увидела периферийным зрением, что окружена мухами.       Ты заметила, что Альсина остановилась в нескольких ярдах от тебя, вытащив когти, и выглядела так, будто отправлялась на войну в деревню. Она была действительно рассержена, и ты надеялась, что это не твоя вина.       — Это не её кровь, — закричала Даниэла.       Альсина быстро приблизилась к тебе и обняла, проверяя наличие травм.       — Draga? — прошептала Альсина, пытаясь заглянуть под рубашку.       — Я в порядке, Альсина, — прохрипела ты, пытаясь пройти вверх по холму.       — Что случилось? Почему ты бросила её? — Альсина накинулась на дочь.       — Я сказала им уходить, — объяснила ты. — Я не хотела, чтобы эти мужчины причинили вред девочкам, и я знала, что ты придёшь за мной, если они меня поймают. Я не боялась, — ты упала на забор, проклиная свои раны и человека, который их нанёс.       — Возможно, ты не испугалась, draga, но испугалась я, — ответила Альсина; её беспокойство проявлялось в дрожащем голосе, когда женщина пыталась осторожно поднять тебя на руки и отнести домой. Её руки мягкие, но сильные; ты не очень хорошо помнила первую ночь в замке, но помнила, как она несла тебя вот так.       Альсина старалась не трогать тебя сильно, когда маневрировала через дверные проёмы. Ты попала в свою комнату, где уже ждала Адела.       — В последнее время ты постоянно нарушаешь спокойствие, — отчитала Адела, когда Альсина медленно опустила тебя. Служанка взяла тебя за руку и отвела в ванную. Она усадила тебя на табурет и помогла снять рубашку. Движение руками привело к новому хрипу, и ты увидела большие синяки внизу: на рёбрах и животе.       Ты услышала, как щёлкнули каблуки Альсины, когда она шагнула прямо за дверь, бормоча что-то на старом диалекте.       — Всё хорошо, — прокричала Адела. — Она только поранила рёбра в драке. Эльза пострадала гораздо больше, — служанка пыталась успокоить Альсину, и ты услышала, как та остановилась и вздохнула с облегчением. — Бэла и Кассандра всё ещё лечат её. — Адела повернулась к тебе и спросила: — Тебе удалось ударить этого ублюдка? Он довольно сильно избил Эльзу.       — Мне тоже досталось, — это всё, что ты могла сказать, когда на синяки наносилась мазь, а затем туловище обернули длинной толстой повязкой. Адела помогла тебе убраться и переодеться в новую одежду. Ты не стала застёгивать рубашку, поскольку повязки покрывали большую часть груди и было больно.       Альсина поприветствовала тебя, когда ты вышла из ванной.       — Prințul meu feroce, — вздохнула она.       — Я в порядке, — ответила ты, нежно двигаясь вокруг неё и медленно опускаясь в кресло. Альсину это не убедило. Она возилась с бинтами, покрывающими твоё тело, и положила подушку тебе под спину, потом убрала волосы с твоего лица и поправила испорченную косу.       — Ты пахнешь этим человеком, — женщина практически рычала.       — Он хорошо бьёт, но я буду жить, — ты надеялась, что она воспримет это, как знак того, что всё в порядке.       — Я собираюсь убить его. — Альсина двинулась к тебе и посмотрела в глаза. Её обычно изящные черты лица стали резкими, и женщина сердито хмурилась. Ты знала, что она не злится на тебя, но чувствовала, что надо сгладить углы.       — Альсина…       — Тише. Я поговорю с Гейзенбергом. Он должен мне после того, как сбежал с Дэни.       Подошла Адела с чаем.       — Пей, дорогая, тебе это поможет.       Ты сделала глоток, он был ужасно горький с противовоспалительными травами. Ты пила его, пока Альсина садилась рядом. Раздалось гудение, и Бэла присоединилась к Дэни, которая сидела на твоей кровати и смотрела с беспокойством. Вдалеке доносились грохоты и удары из подвала — достаточно громкие, поэтому ты знала, что это Кассандра.       — Она сдержалась. Я была удивлена, — простонала ты, когда все слушали, как что-то из металла разрушается в подвале.       — С ней всё будет в порядке. Ей просто нужно выпустить этого монстра, — ответила Альсина, потирая висок. — Бэла, пожалуйста, полный отчёт. — Альсина не сводила с тебя глаз.       — Это была хорошая поездка. Мы встретили одну из её подруг — дочь мясника Викторию. Приятно было видеть, что она не испугалась, когда поняла, кто мы такие.       — Подруга? — спросила Альсина, приподняв бровь.       — Предыдущая пациентка, — ответила ты, шаркая подушкой за спиной и ища удобную позу.       — Она провела нас в таверну, а затем пообедала с нами. Она была очень грамотной; они с Дэни обсудили книгу, которую обе читали. Затем мы познакомились с другими её друзьями — барменом и парой с маленьким ребёнком.       Боль и адреналин затуманили твой разум от этих печальных воспоминаний, а теперь они хлынули обратно. В памяти всплыли последние дни родителей. Они отвлекли тебя от разговора, но резкая боль в рёбрах заставила сделать глубокий вздох, который вернул в настоящее.       — …Как только женщина постарше выяснила, кто мы такие, она спросила о ягнятах, чтобы отвлечь его, пока мы выводили Эльзу через заднюю дверь. Старуха расстроилась, что ягнят больше нет.       — Мне нужно придумать что-то, если мы хотим рассчитывать на их благосклонность, — размышляла Альсина.       — Заключи сделку с местным мясником, мама. Виктория показалась дружелюбной, я думаю, что они переехали сюда после войны.       — Интересная идея, Бэла. Я подумаю об отправке письма одному из работников виноградника…       Ты снова отключилась и почувствовала, что хочешь присоединиться к Кассандре, крушить вещи в подвале.       — Дорогая? Дорогая! Тебе тоже ударили по голове? — обеспокоенно спросила Альсина. — Что случилось после того, как девочки ушли?       Ты показала на рёбра, не желая вдаваться в подробности.       — Как ты ушла, draga? — Альсина отчаянно нуждалась в подробностях, которые не могла дать.       — Виктория помогла мне, — простонала ты, когда бросила попытки устроиться поудобнее.       — Что ж, этот человек определённо заслуживает нашей справедливости. Я свяжусь с Гейзенбергом сегодня вечером. А эта твоя подруга… Похоже, теперь я у неё в долгу.       — Она очень помогла, мама, — добавила Даниэла.       Наступила неловкая тишина, и все взгляды были обращены на тебя, пока ты сидела и стонала от боли.       — Адела, я хочу, чтобы ты осталась с Эльзой, — проинструктировала Альсина. — Присматривай за ней. Она выглядела полуживой, когда Кассандра вынесла её через двери, принесите ей немного опиума, если понадобится.       — Я думала о том же, — с этими словами Адела ушла, а вслед за ней Бэла и Даниэла решили проверить сестру.       Когда вы остались одни, Альсина соскочила со стула и встала на колени перед тобой.       — Ты сберегла их, — прошептала она, кладя руки тебе на ноги, явно желая прикоснуться. Похоже, она не могла поверить, что ты это сделала.       — Я сдерживаю свои обещания, — ты попыталась ободряюще улыбнуться.       — Но какой ценой, draga? — Альсина взяла твои руки и посмотрела в глаза.       — Я сделаю для них всё, Альсина, и для тебя.       Женщина неуверенно улыбнулась, а затем наклонилась и поцеловала тебя в щёку.