Как Рождество встретишь...

      От волнения разыгрался аппетит. Беатрикс методично поглощала всё без разбору: пиццу, суши, булочки — и запивала шампанским. Тильда лишь грустно расчленяла закуску и размазывала рис по тарелке. Разоблачённый «Санта» голодными глазами следил за стремительно уменьшающимся количеством еды.       — Может, оставите мне кусочек? — наконец взмолился пленник, не выдержав столь безжалостной пытки.       Беатрикс так посмотрела на него, что он испуганно вжал голову в плечи. М-да, она определённо не планировала встречать Рождество в компании малознакомой принцессы и неизвестного преступника, разгромившего прихожую. Навёл тут, понимаете ли, суету, а теперь Гарри и Эггси ловят этого дурацкого араба…       — Ты испортил мне рождественский ужин, — в её голосе слышалась неприкрытая угроза. — Ещё одно слово, и, клянусь, я тебя пристрелю. Думаю, Гарри не сильно расстроится.       Хотя, пожалуй, лучше воспользоваться чем-то, не оставляющим следов, чтобы к ремонту квартиры не прибавилась ещё и уборка.       «Санта» насупился и замолчал. Беатрикс продолжила есть. Тильда отложила вилку, пригубила шампанское и, повернув голову, посмотрела в окно.       — Сегодня обещали снег… — протянула принцесса явно в попытке завязать разговор.       Их обоих с детства обучали вести светские беседы, но ни одна из них не хотела развивать подобный искусственный диалог, чтобы не и без того подпорченный праздник не превратился в совсем уж печальное мероприятие.       — У нас уже был град из пуль. С меня, пожалуй, хватит осадков. — Вышло, возможно, грубее, чем следовало бы.       — Из дроби, — поправил пленник. — Я стрелял дробью… — он осёкся, поймав убийственный взгляд Беатрикс, не обещавший, однако, лёгкой и быстрой смерти. — Молчу-молчу…       Лучше бы на допросе проявил свою эрудицию и красноречие.       — Так… Как вы с Эггси познакомились? — Вообще-то, Беата слышала эту историю несколько раз, однако сидеть в гнетущей тишине ей всё же не хотелось, так что она судорожно цеплялась за любую тему для беседы.       — Я была одной из тех, кого этот свихнувшийся Ричмонд Валентайн — слышала о нём? — похитил для своего «лучшего будущего», — Тильда с кривой усмешкой показала кавычки в воздухе. — А Эггси спас меня, — она приятно улыбнулась, предаваясь воспоминаниям.       Красивая история. Романтичная. И по-настоящему сказочная: храбрый принц спас прекрасную принцессу из лап злодея.       — А что насчёт тебя и Гарри?       — Эггси не рассказывал?       Как и любой агент, Галахад умел хранить тайны. Правда, только если дело касалось работы, чести его или его друзей или если его об этом просили. Всё остальное легко превращалось в достояние общественности. Конечно, ему было далеко до кандидатов, которые, маясь от отсутствия настоящей работы, не упускали возможности посплетничать, и излюбленной темой была личная жизнь их преподавателей и кураторов. Когда Беатрикс пригрозила исключить всех сплетников к такой-то матери, кандидат Хорн невозмутимо заметил, что тогда агентству придётся проводить новый набор.       — Он говорил, что вы с Гарри сошлись после его… — она замялась, подбивая верные слова. — После его травмы. Он знает, что вы познакомились во время какого-то дела, но без подробностей.       Вот как? Неужели Эггси с его любопытством никогда не совал нос в документацию агентства, где можно отыскать подробно расписанную жизнь Беатрикс Алисии Корелли? Хотя, учитывая его патологическую нелюбовь к бумажной работе…       Если Гарри ещё можно было усадить писать отчёты, то его коллега бегал от них как от огня, выдумывая самые нелепые оправдания, в топ которых входили: «У меня аллергия на офисную работу», «В сегодняшнем гороскопе родившимся под знаком Близнецов советуют воздержаться от письма» и «Меня ударили по голове, поэтому я забыл алфавит» — так что в основном ведение документации лежало на плечах Беаты. Kingsman не перед кем было отчитываться, но для поддержания внутреннего порядка информация обо всех делах должна быть собрана и каталогизирована.       — Ну, он пришёл убить моих родителей, а я ему помогла. Так и познакомились.       Тильда подавилась шампанским и раскашлялась. «Санта», от скуки прислушивавшийся к их разговору, поперхнулся. Беатрикс, пожалуй, тоже могла преподнести их историю как спасение, но она предпочла язык фактов языку метафор.       — Не волнуйся, они были нехорошими людьми. Это долгая история… И я бы не хотела к ней возвращаться.       Гарри принимал её прошлое, она принимала его, и этого было достаточно. Делиться с кем-то третьим девушка не собиралась.       Принцесса отставила коварное шампанское в сторону и поспешила заесть удивление печеньем. На её лице отражалась глубокая задумчивость.

***

      Чтобы добраться до дома Ясперса, Гарри и Эггси потребовалось меньше четверти часа. Улица выглядела исключительно тихо и мирно. Ничто не предвещало беды. Сканеры подозрительных механизмов не обнаружили. Согласно расчётам, даже самый короткий путь займёт у Али Халида как минимум семь минут.       По дороге Гарри пытался дозвониться до Ясперса и предупредить, однако никто так и не поднял трубку. Можно было постучаться в дверь, сообщить о происходящем и эвакуировать всех, но агент, подумав, отверг эту идею: это займёт слишком много времени, спровоцирует панику, а Али Халид, заметив толпу на улице — помимо самого Ясперса внутри наверняка находятся ещё его семья и служащие, — заподозрит неладное и сбежит. Ищи его потом…       Нет, пусть Али Халид думает, что его сообщник успешно отвлёк агентов. Кто он, кстати? Гарри не помнил его среди членов уничтоженной группировки. Наёмник, скорее всего. В Аль-Адали предпочитали не привлекать третьих лиц, но, если Али Халиду требовалась срочная помощь, у него не было другого выбора.       Впрочем, неважно. Гарри и Эггси заняли позиции на подступах к дому Ясперса. Улица прекрасно просматривалась со всех сторон. Пройти незамеченным Али Халид не мог. Они быстро его задержат, сдадут властям и вернутся к девушкам и прерванному Рождеству…       Время шло, а искомый террорист не спешил — Гарри ощутил закипающее раздражение из-за вражеского возмутительно безответственного подхода к делу. В поле зрения городских камер Али Халид больше не появлялся. Где же он? Опаздывает? Или что-то его спугнуло? Может, «Санте» удалось вырваться и предупредить его? Что в таком случае случилось с Беатрикс и Тильдой?       «Это маловероятно», — поспешил упокоить он сам себя. Али Халид знает, что его ищут, и это вынуждает его прятаться, таиться, выбирать самые безопасные пути…       «Почему же он тогда вообще позволил себе засветиться?» — шевельнулся в голове червячок сомнения.       У него не было выбора? Или он преследует другую цель, а вовсе не Ясперса? Но тогда кого? Али Халид исчез с радаров в Гайд-парке. Что если туда он и направлялся? Но зачем? Там же ничего нет — ничего такого, что может заинтересовать последователя Аль-Адали.       А если он хотел, чтобы его заметили? Но зачем ему посылать «Санту» отвлекать агентов? Или он не посылал, а это был кто-то ещё — третий игрок, что решил захватить Али Халида собственноручно? Кому это может понадобиться? Ясин Али Халид даже не был близок к верхушке Аль-Адали — так, рядовой.       Ерунда какая-то. Не сходится. Ничего, пусть только этот террорист им попадётся — а уж Гарри из него вытрясет все ответы.       Над городом простиралось смурное облако. В воздухе разливался аромат запечённой индейки. Шуршащий ветер принёс отголоски весёлой музыки, пьяных песнопений и заливистого смеха. В соседнем доме проходила шумная вечеринка: в окнах то и дело мелькали танцующие силуэты. Гарри подавил шумный вздох. Эти неизвестные беспечные люди радуются и совершенно не подозревают, что буквально у них под носом решается судьба человека — а может быть, и целого мира.       Гарри выдохнул облачко пара, быстро растворившееся в ночи. Он давно уже бросил курить, но иногда тоска по неправильному образу жизни брала верх, и он позволял себе сигаретку-другую. Такое случалось редко — и почему-то накатило именно сейчас.       Дом Ясперса безмятежно высился в конце улицы. Ничего и никого рядом. Тишина.       …Первыми не выдержали окна. Треснули, прыснули стеклянными осколками, освобождая дорогу кубам пламени. Огненные копья пронзили здание насквозь, разрывая его на мелкие части. Пылающие камни застучали по тротуару, кустам и крышам соседних домов. Серое небо расцвело всеми оттенками алого, рыжего, жёлтого. Клочья пепла траурно осыпа́ли землю. Из домов выскакивали люди, привлечённые взрывом — удивлённые, непонимающие, испуганные…       «А вот и праздничный фейерверк», — отстранённо подумал Гарри, глядя на полыхающие останки дома дипломата.       Кажется, им с Эггси придётся повременить с возвращением.

***

      — Понимаю, мы не так хорошо знакомы, но… можно личный вопрос? — Пусть и не сразу, но разговор всё-таки завязался, и спустя время девушки уже болтали как старые приятельницы, прыгая от тем вроде «наступил ли конец глобализации, или всё ещё впереди» к более приземлённым вопросам о шляпках, мужчинах и алкоголе.       Беатрикс пожала плечами. Конечно, можно. Только вопрос ещё не гарантирует ответ. Шведская принцесса как никто другой должна понимать ценность правильных формулировок.       — Почему вы не поженились?       — Да, почему? — поддержал принцессу пленный «Санта». Да он прямо-таки напрашивается, чтобы ему пустили пулю в висок! И в чём его проблема?       — А почему ты разодет как клоун? — огрызнулась Беата, свирепо повернувшись в его сторону.       — Не клоун, а Санта, — нравоучительно поправил пленник. — И это маскировка. Кто подумает плохо о человеке в костюме Санты в Рождество?       Беатрикс скептически хмыкнула. Вот она, например, думала. И очень, очень много.       Тильда ждала ответа, прожигая Беату любопытным взглядом. Девушка отвела глаза и уставилась в окно. И действительно, где же снег? Зима не так часто радовала британцев осадками, но в этом году синоптики радостно вещали о снегопаде в рождественскую ночь…       — Это… сложно.       Как минимум потому, что она и сама не знала. Они с Гарри никогда не говорили об этом, хотя не исключено, что он пытался. А Беатрикс и не собиралась ворошить эту тему. Её всё устраивало и так. Они с Гарри вместе, они любят друг друга, а брак — лишь заверенная на бумаге формальность, которая ничего не изменит. Беате была непонятна повсеместная общественная обсессия бракозаводным процессом.       А ещё они ведь только начали жить, чёрт возьми, и ещё не совсем понимали, что с этим делать. Но они честно старались.       Неловкое молчание прервала мелодия входящего звонка. Тильда извинилась, достала телефон из сумочки и, встав из-за стола и отойдя к окну, приняла вызов. Беата не стала подслушивать — разлила поровну остатки шампанского и взяла с тарелки последнюю булочку — сладости у принцессы получились превосходные.       Вскоре вернулась Тильда. С тяжёлым вздохом она опустилась на стул, постучала пальцами по столу, не спеша возвращаться к прерванной звонком беседе. Заметила наполненные бокалы и одним глотком осушила свой.       — Что-то случилось? — Сердце Беатрикс сжалось от нехорошего предчувствия.       — У Эггси и Гарри небольшие непредвиденные трудности, поэтому они задержатся.       В переводе с британского это означало, что произошла непоправимая катастрофа монументального масштаба. А значит, агентов в ближайшем обозримом будущем ждать не стоит.       Праздник был испорчен окончательно.       — Ну всё, — Беатрикс решительно встала. — Знаешь, хватит тут сидеть. Это как-то совсем не по-рождественски. Раз они не вернутся, предлагаю куда-нибудь сходить. Как ты на это смотришь? — она вопросительно поглядела на Тильду.       — Я абсолютно точно за. Но куда? У тебя есть мысли?       — Я как раз знаю одно место… Мне надо только переодеться, — девушка посмотрела на зловещее кровавое пятно на груди и поморщилась. Неприятно.       — А что нам делать с этим? — принцесса кивнула в сторону пленника. — Не брать же его с собой…       «Санта» встрепенулся. Ну да, только убийцы для полного счастья им не хватало.       А это хороший вопрос. Оставить его без присмотра они не могли. Избавленный от чужого внимания, он вполне мог найти способ освободиться. Запереть где-нибудь? А если он начнёт кричать и докричится? Соседи вызовут полицию, он им наврёт с три короба, выставит себя несчастной жертвой, счастливо сбежит, гаденько хихикая украдкой, а им с Гарри потом объясняться. Выкрутятся, а как иначе, но головная боль обеспечена.       Беатрикс подошла к аптечке, порылась в ней и достала баночку снотворного. Наполнив чистый шприц прозрачной жидкостью, она приблизилась к пленному и, не слушая возмущённых воплей о нарушении прав и свобод честного гражданина, с очаровательной улыбкой вогнала иглу ему в шею. «Гражданин» зашипел от неприятных ощущений, выдал длинную гневную тираду про суд и адвоката, а затем закатил глаза и обмяк.       Раньше утра он не очнётся, а после пробуждения некоторое время будет чувствовать вялость и сонливость. То, что надо.       Девушки оттащили наёмника вместе со стулом в кладовку и заперли, повесив на двери табличку «Санта здесь!» на случай, если Гарри и Эггси вернутся в квартиру первыми. Беатрикс сменила испорченное платье на брюки с рубашкой. Тильда, придирчиво оглядев её наряд, пробормотала: «Чего-то не хватает», — задумчиво постояла несколько секунд, потом, просияв, сняла свою красивую заколку и украсила ею волосы Беаты.       — Тебе она подходит больше, — безапелляционно заявила она, когда девушка попыталась вернуть подарок обратно.       Беатрикс посмотрелась в остатки зеркала в прихожей. Синее украшение действительно выгодно смотрелось на медно-русых волосах. Она не стала спорить: принцесса не выглядела человеком, которого можно легко переубедить, — и они отправились на поиски развлечений.