Как Рождество встретишь...

      — И как мы только могли забыть про Рождество? — сокрушалась Беатрикс, пока чёрный кэб мчал их с Гарри по улочкам сумрачного вечернего Лондона, перемигивающегося весёлыми праздничными огнями.       Гарри и Беатрикс очень хотели встретить Рождество как обычные, нормальные люди: нарядить ёлку, украсить квартиру, пригласить самых близких друзей и тихо душевно посидеть за бокалом шампанского, лёгкими закусками и приятным разговором. Ни ему, ни ей ещё ни разу не приходилось устраивать праздник самостоятельно, но они быстро загорелись этой идеей, посчитали её превосходной и, воодушевлённые, тут же занялись подготовкой.       Ещё в начале декабря они выбрали праздничное меню, составили список гостей, а как только в магазинах началась продажа ёлочных игрушек и праздничных украшений, провели три часа среди блестящей мишуры, ярких шаров и сверкающих гирлянд и вышли, довольные и загруженные пакетами, которые с трудом вместились в рабочий кэб.       — Надеюсь, — сказал тогда Гарри, — это Рождество будет лучше прошлогоднего.       — Определённо, — нейтрально ответила Беатрикс, стыдливо прячась среди покупок. В прошлом году она сбежала в другую страну и заставила Гарри думать, что умерла. Очень по-рождественски. Очень празднично.       Разобравшись с украшениями и даже развесив некоторые из них по квартире, они начали обзванивать друзей. Эггси и Тильда согласились сразу, а вот дальше начались проблемы. Элен и Джеймс собирались справлять Рождество с его матерью, совместив праздник со знакомством будущих невестки и свекрови. Беатрикс выразила свои соболезнования и повесила трубку до того, как Элен успела придумать ответ. Джонни работал в рождественскую ночь в собственном стрип-баре — пристанище для одиноких в эту ночь. Честер в последний раз выходил на связь месяц назад: прислал им открытку из Китая. Отчаявшись, Гарри и Беатрикс решили попытать счастья, позвонив Санни в Италию, но Корелли собирались проводить традиционный рождественский бал — обязательный для поддержания имиджа семьи и завязывая новых полезных знакомств. Дон Корелли из вежливости пригласил их тоже, они так же из вежливости отказались.       «Только Эггси и Тильда — это тоже очень хорошо, — подбадривал Гарри девушку. — Может, это даже к лучшему. Мы ведь ещё ни разу не приглашали никого. Для начала испытаем наше гостеприимство на небольшой компании». Беата соглашалась с таким аргументом, но энтузиазма у обоих заметно поубавилось.       Остальное — ёлку и рождественский стол — отложили на попозже. До лучших времён. Ближе к празднику. И благополучно обо всём забыли. О Рождестве в том числе.       — У нас было много работы… — попытался оправдать их склероз Гарри. Вышло слабо, но всё же лучше, чем сидеть в тишине и думать, как они облажались.       За полгода восстановления агентства количество проблем не только не уменьшалось, но и продолжало расти в геометрической прогрессии. Гарри, Эггси и Беатрикс работали без отпусков, пропускали праздники, а выходные можно было по пальцам пересчитать. Дни недели перестали иметь значение: всё слилось, спуталось и смешалось. Обучение, испытание и оценивание кандидатов приходилось совмещать с раскрытием заговоров, спасением мира и устранением последствий этого самого спасения.       Часто случалось так, что Гарри и Беатрикс не виделись целыми сутками, а потом, когда он возвращался, начиналась обычная рабочая суета. Поэтому они ценили те короткие моменты затишья, когда они могли просто видеть друг друга, быть рядом и заниматься совершенно обыденными вещами.       В один из таких дней они сидели в необычно пустой столовой: всех кандидатов в агенты решено отпустили по домам на время Рождества. Вообще-то это было против правил, но мысль о том, что придётся предоставить молодых людей самим себе, приводила в ужас — прибавлять к существующим проблемам ещё и разрушенную штаб-квартиру не хотелось. Коллективную совесть успокоили совмещением «каникул» с тайной проверкой на прочность: каждому кандидату подбросили прослушку и настроили системы агентства на автоматическое распознавание болтунов.       Выдворив всех новобранцев прочь, Гарри и Беатрикс отдавали дань древней британской традиции и, пока работа не навалилась на них, проводили свободную минутку за чашкой чая и кусочком ягодного пирога. Он рассказывал ей о деталях последнего раскрытого дела, а она слушала, покачивая ногой под столом. Это безмятежное свидание злостно прервал Эггси, разрушив их уединение как ледокол вспарывает замёрзшую поверхность океана.       — Привет, — Галахад ослепительно улыбнулся, но Беатрикс, увы, знала, что за этим неминуемо последует что-то вроде: «Гарри, у нас труп, возможно, криминал. По коням!» — и агент не подкачал: — Сегодня вечером всё в силе?       Новость о вторжении на Землю пришельцев не вызвала бы такой реакции, как этот безобидный вопрос. Беатрикс замерла, не донеся кусочек пирога до рта. Гарри поставил чашку на блюдце с излишне громким стуком. Они сначала дружно покосились на Эггси, невинно ожидавшего ответа, а потом растерянно переглянулись. «О господи, Рождество что, сегодня?» — явно читалось в их глазах.       — Всё в порядке? — молодой человек капитулирующе приподнял руки. — Если что-то не так, мы с Тильдой можем…       — Нет, нет, всё… хорошо, — Гарри посмотрел на Беатрикс, ища у неё поддержки, словно сомневался, что всё действительно хорошо. Таким обескураженным ей ещё не приходилось его видеть. — Всё будет, как и договаривались…       — Да-да, именно, — кивнула Беатрикс, вскакивая. — Я только что вспомнила, что забыла выключить утюг. Гарри, пойдём, мне нужна твоя помощь.       — В выключении утюга? — Если Эггси и понял причину спешки, то успешно прикидывался идиотом.       — Очень сложные современные технологии, — доверительно, как будто бы по секрету, сообщила девушка. — Ты ведь справишься здесь один?       — Когда здесь никого нет? — Галахад изобразил глубокую задумчивость на лице и после вынес свой вердикт: — Вполне.       — Замечательно! — Она схватила Гарри за руку, и они быстро ретировались из столовой, пока у Эггси не возникли ещё вопросы о высокотехнологичных бытовых приборах...       Кэб остановился возле дверей садового центра — практически единственного в городе, который работал после семи. Дождавшись, пока Гарри и Беатрикс выберутся наружу, водитель отъехал на парковку. Агент и девушка поспешили внутрь. За порогом их сразу же встретили щетинившийся иголками отряд ёлок вперемежку с армией кактусов и невысокий мужчина с грустно поникшими усами и одетый в зелёное такого оттенка, что сразу отличить, где заканчивался он, а где начинался его товар, было затруднительно.       — Мы закрыты, — неласково буркнул он, исподлобья глядя на припозднившихся покупателей.       — Но на вывеске сказано… — растерянно начала Беатрикс, показывая за спину, где осталась табличка с часами работы.       Продавец перебил её:       — Сегодня Рождество. Я имею право закрыться пораньше.       — Мы не отнимем у вас много времени, — дипломатично вмешался Гарри, видя, что Беата сейчас то ли накинется на мужчину, то ли разрыдается — и кто знает, что хуже! — Нам просто нужно купить ёлку. Мы даже готовы доплатить за нерабочее время, которое мы у вас отнимем.       — Ладно, — подозрительно легко согласился продавец, и Беатрикс поняла, что любой захудалый кустик обойдётся им по цене ели для королевского дворца. — Выбирайте.       Ёлок в центре было мало, и все они выглядели довольно чахлыми, куцыми и с явно выраженной северной стороной. Гарри и Беатрикс придирчиво осмотрели каждую из них и пришли к выводу, что, возможно, придётся покупать кактус. Ну а что: такой же кривой, зелёный и колючий, только стоит дешевле. А если нет разницы, зачем платить больше?..       — А это всё, что у вас есть? — разочаровано уточнила Беатрикс со слабой надеждой, что продавец прячет хорошие ёлки где-нибудь в подвале.       — Остальное разобрали. Раньше надо было приходить, — буркнул мужчина. — Ну так что, будете брать?       — Будем, — решительно сказал Гарри, обходя деревья ещё раз. Они с Беатрикс немного посоветовались и всё-таки выбрали самую перспективную ёлочку, у которой как минимум был потенциал пережить рождественскую ночь.       Продавец оперативно связал и упаковал дерево в специальную сеть. Гарри расплатился, и вдвоём с Беатой они потащили ёлку к машине, проигнорировав сухое пожелание счастливого Рождества от продавца. Водитель помог закрепить покупку на крыше кэба, и через сорок минут ёлка уже стояла в квартире. После поспешно сорванной упаковки она выглядела ещё более мятой и жалкой.       — Ничего, — оптимистично заявил Гарри. — Сейчас мы её украсим, никто и не заметит, что с ней что-то не так.       Беатрикс не разделяла его уверенности, но оставила скептицизм при себе. Пока Гарри пытался найти выгодный ракурс для дерева, девушка отправилась на поиски новых ёлочных украшений, которые она убрала куда-то, чтобы, когда придёт время, быстро их достать, но сходу вспомнить их местоположение не смогла. По прошествии получаса Гарри плюнул на ёлку (фигурально, разумеется) и присоединился к поисковой операции.       На украшения в итоге наткнулись случайно, когда, отчаявшись, Гарри присел на диван и кинул усталый взгляд на шкаф. Беатрикс могла поклясться, что десять минут назад, когда они обшаривали квартиру сверху донизу по третьему кругу, никаких коробок там не было. Девушка вручила Гарри гирлянду, чтобы он её распутал и повесил: для этого требовалось терпение, которого у Беаты не было. Сама она занялась селекцией: игрушек было больше, чем места на ёлке, поэтому следовало отобрать самые красивые. Например, длинные стеклянные сосульки, переливающиеся на свету, обязательно надо повесить, как и прозрачные хрустальные снежинки, а вот большой зелёный шар будет теряться, его лучше отложить…       — Как там дела с гирляндой?       — Ну…       Беатрикс оторвалась от своего занятия и подняла глаза на Гарри. Пытаясь размотать гирлянду, он непостижимым образом запутался в ней сам и теперь стремился выбраться из её плена, но пока не преуспевал. Девушка смерила его насмешливым взглядом.       — Может, поставим тебя вместо ёлки? — пошутила она. — Всё равно будет лучше, чем… — она перевела взгляд в угол, где стояло несчастное дерево, и, не сдержавшись, присвистнула: — Ого!       Пока они были заняты, с ёлкой произошли разительные перемены: она взбодрилась, расправила ветки и иголки и как будто бы стала зеленее. Даже северная сторона не так бросалась в глаза, но её всё равно отвернули к стенке. Беата спасла Гарри от коварной гирлянды, и вдвоём они набросили её на колючие ветки и воткнули в розетку. Ёлка замерцала яркими цветными огоньками и сразу приобрела уютный праздничный вид. Гарри и Беатрикс, забывшись, заворожённо наблюдали за игрой света среди распушившихся еловых лап.       — Может, — почему-то шёпотом спросил Гарри, — так и оставим?       — По-моему, она и так красивая, — согласилась Беатрикс.       Она посмотрела на размеренно отсчитывающие время часы на каминной полке и похолодела: уже десятый час, гости должны прибыть к одиннадцати, а из запланированного рождественского стола у них была готова одна лишь рождественская скатерть…