Thirty three letters to fall in love

— Уизли! Гермиона влетела в гостиную, пылая от ярости. Столкнувшись возле портрета со скрючившимся от боли второкурсником Найджелом Уолпертом, она практически сразу поняла, в чём дело, несмотря на то, что после её вопросов он молча прятал взгляд. — Ты что, боггарта увидела, Грейнджер? — Фред вскинул на неё глаза, делая непринуждённый вид. — Такими темпами его скоро увидишь ты, — прошипела Гермиона, приближаясь к сидящей на диване троице. — Знаешь, что это будет? — И что же? — насмешливо протянул он. — Явишься ко мне во сне и будешь предлагать вступить в своё гавнэ? — Не смешно, — отрезала она, складывая руки на груди. — Фре-е-ед, я жду только тебя, — поиграв бровями, Фред подвинулся ближе к Ли и продолжил спектакль: — Вступи же в гавнэ, и мы будем творить великие дела! Ошалевший Ли с ужасом глядел на друга, в то время как Джордж едва сдерживал смех, а Гермиона, краснея, презрительно косилась на них, стоя в той же позе. — Пощади, староста, — шутливо взмолился Фред, возвращаясь к нормальному голосу. — Боюсь, такие кошмары я не переживу. Ты, да ещё с гавнэ… Показав глазами на старосту, Джордж пихнул брата. Последняя фраза заставила Гермиону сначала покраснеть, а потом побледнеть. — Так, значит? — звенящим от гнева голосом вопросила она. — Под твоим — точнее, вашим общим — боггартом я подразумевала письмо миссис Уизли. Как думаете, сильно она обрадуется новости о том, что её сыновья продолжают заниматься своими дурацкими изобретениями вместо учёбы и испытывают их на младшекурсниках? — Вот уж не думал, что ты в доносчицы подалась, — язвительно заметил Фред, мгновенно вспыхивая. — Может, ещё в Инспекционную дружину запишешься? — Ну знаешь, — Гермиона прищурилась и возмущённо запыхтела. — Это уже переходит всякие границы! Взмахнув волосами, она вылетела из гостиной, перед этим окатив всех троих своим фирменным взглядом. — Кажется, кто-то нарвался, — поглядев ей вслед, прокомментировал Джордж. — И мы заодно. — Про Амбридж был перебор, — скривившись, добавил Ли. — Какой бы Грейнджер ни была занудой, на такое она точно не способна. — Да знаю я, — махнул рукой Фред. — Тем более в свете того, что она недавно придумала. — Это ты о чём? — Да мы на днях столкнулись, когда я возвращался с отработки. Видели бы вы её лицо, когда она заметила мою руку. Разве что пламенем не полыхнула, аки дракон, — тут Фред хохотнул, вспоминая выражение лица старосты. — Так вот, мало того, что она предложила свою помощь, подсунув настойку растопырника, — отличная вещь, кстати, нужно будет использовать её в одной из наших новых разработок, Дред, — так ещё и выяснилось, что наша примерная мисс староста жаждет организовать кружок по защите! — Да иди ты! — недоверчиво протянул Ли. — Знаешь, я не так уж удивлён, — пожал плечами Джордж и пояснил на недоумённый взгляд Джордана: — Учитывая все приключения нашей троицы, было бы странно полагать, что Гермиона не способна на неожиданные поступки и нарушение правил. А уж если вспомнить её любовь к справедливости, так и вовсе. — Согласен, — кивнул Фред. — Но пойти так открыто против преподавателя — всё равно почти подвиг для Грейнджер. — Только зачем она рассказала об этом тебе? — Хороший вопрос, между прочим, — нахмурился Джордж и хмыкнул. — Ты уверен, что она не перепутала тебя с Роном? — Ваши предположения оскорбительны, сэр, — сделал вид, что обиделся, Фред. — Ронни, конечно, наш брат, но я, по-моему, куда симпатичнее и обаятельнее! А если серьёзно, то мисс просила узнать, будет ли это кому интересно среди наших… гхм, контактов. — Контактов? — прыснул Ли. — Это она так выразилась? — Именно, — усмехнулся Фред. — Уж больно ей не хотелось говорить про покупателей нашего великолепного товара, видать. — И что ты ей ответил? — Что я попробую, — пожал плечами Фред. — Идея-то хорошая, почему бы не помочь? — После того, что она пообещала написать вашей матери? — удивился Джордан. — Мне казалось, что она говорила всерьёз, особенно после того, как ты пошутил про дружину. — Да брось, малышка Грейнджер совсем не похожа на ябеду, — отмахнулся тот. — К тому же, думаю, в ответ на услугу она просто не сможет ответить подобной гадостью. — На твоём месте я бы не был столь оптимистичен, — предупредил брата Джордж, но Фред был настолько уверен в своей правоте, что даже не придал этому значения.

***

— Грейнджер! Библиотечные полки возвышались с двух сторон от него, вызывая невольное желание пригнуться, но он упорно заглядывал в каждый пролёт, надеясь застать там гриффиндорскую старосту. Каким бы раздолбаем Фред ни был, он совсем не хотел обидеть Гермиону, пусть даже порой она бывала чересчур занудной и категоричной. — Грейнджер, ты здесь? — Ты ещё громче поори, чтобы мадам Пинс прибежала и выгнала нас обоих, — раздалось сбоку от него приглушённое бормотание. — Я не виноват, что тут такие катакомбы, — пожал плечами Фред. — Было бы обидно погибнуть в лабиринте библиотеки, только потому что найти отсюда выход — столь сложновыполнимая задача. Представь, проходит пара сотен лет и мой хладный труп находят где-нибудь возле секции о прорицаниях. — И подумают, что при жизни ты был прилежным учеником, любимым предметом которого была наука о предсказаниях, — с сарказмом подхватила Гермиона. — Какой удар по вашей репутации! — И никто не расскажет о реальных подвигах мастеров шуток Уизли, — картинно погрустнел он. — Вообрази, сколько людей будет обмануто ввиду подобного казуса? — Какое упущение, Уизли, — она фыркнула и снова уткнулась в лежащий перед ней пергамент. — Потомки будут считать тебя образованным человеком, вот ужас-то! — Эй, а я что, по-твоему, совсем… А что ты пишешь? Присмотревшись, Фред увидел вверху пергамента «Миссис Уизли». — Ты что… Ты что, действительно решила написать нашей матери? — поразился он, неверяще глядя на подругу. — Ну, я же, по-вашему, та ещё ябеда, — съязвила та, прищуриваясь. — Чтобы соответствовать, знаешь ли, вашим представлениям обо мне. Только к Амбридж я записываться не собираюсь — какая жалость, правда? — Перестань, — пожалуй, впервые за их общение смутился Фред. — Я знаю, что переборщил. Оправдание, конечно, хреновое, но я просто ляпнул это на эмоциях, хотя совершенно так не думаю. Обидеть тебя и вовсе в мои планы не входило. — Но тем не менее получилось, — хмуро заметила Гермиона, отворачиваясь и закусывая губу. — Грейнджер… — Что? — она вскинула на него глаза, в глубине которых плескалась обида. — Я же кошмар! Которому только и остаётся, что бегать за домовиками и потакать старой жабе. — Прости, — он попытался заглянуть ей в лицо, но она не дала ему такого шанса. — Для нас с Джорджем розыгрыши значат куда больше, чем ты думаешь. Это не просто дурацкие приколы, чтобы рассмешить всех вокруг. Именно поэтому я так разозлился и наговорил ерунды. Правда, прости, Грейнджер. Пусть наши взгляды во многом расходятся, я знаю, что ты отличный друг с обострённым чувством справедливости, который к тому же неплохо умеет шутить. Секунд тридцать её глаза сканировали его лицо, будто в попытках найти хоть один признак неискренности, но Фред и не был тем человеком, который склонен изворачиваться в угоду себе. Он в принципе был довольно прямолинейным и хитрить мог разве что тогда, когда ма заставала их с Джорджем за очередным экспериментом или МакГонагалл ловила после розыгрыша. Но даже там его вряд ли можно было назвать лицемером. И сейчас, изучая золотистые крапинки на радужках напротив, Фред надеялся, что Гермиона примет его откровенность и извинения. — Ты же понимаешь, что в следующий раз это не будет так просто? Ему оставалось только улыбнуться в ответ. Так широко и тепло, что, казалось, эта улыбка может объять всех вокруг. — Между прочим, у меня для тебя классные новости, — Фред поиграл бровями, как бы намекая на нечто волнующее. — Ты о чём? — непонимающе нахмурилась Гермиона, покрываясь румянцем от его загадочного выражения лица, которое определённо должно было наводить на мысль о чём-то непристойном. — Вообще-то, это была ваша идея, мисс, — он видел, что её терпение подходит к концу, но никак не мог отказаться от возможности смутить и немного помучить старосту. — И я полностью поддерживаю ваш энтузиазм и ваше желание. — Да о чём, Мерлин тебя дери, ты говоришь? — вспыхнула Гермиона, которой было явно неуютно под его пристальным наблюдением. — О, а это уже лишнее, — Фред картинно поморщился. — Я предпочитаю женский пол, знаете ли. — Фредерик Уизли! — Гермиона уже горела закатом, когда он наконец не выдержал и расхохотался. — Людей набирается куда больше, чем мы могли бы рассчитывать, — он задумался и пояснил: — И помещение нужно, очевидно, немаленькое. Увидев понимание на лице Гермионы, Фред сделал шаг в сторону выхода и, лишь на секунду повернувшись, подмигнул ей, не слушая её недовольное фырканье в ответ. — Ты такая милая, когда краснеешь.