Ньютоунс

Выпускной вечер

             Тогда их забрали в больницу для сдачи анализов. Места впереди у водителя были с высокой перегородкой. Ехали в масках. Окна приоткрыты, но ехать душно. Или так казалось Алистеру. Тогда он вообще чувствовал себя ядерно опасным существом, которого отделяли от обычных людей. Прекрасно понимал, что такие правила на случай падения метеорита. У Алистера начинала бушевать тревога, он задумался, что теперь будет с ними. Даже если он не заражён и можно жить дальше, то как быть с его планами, учёбой, работой. Неужто метеорит не только положил начало чему-то страшному, но и помешал его целям. По дороге они слышали много сирен: других машин скорой помощи и полицейских. Он смотрел на своих друзей: те тоже переживают. Наверное, тоже думали, что их поджидает впереди.              Доехали до больницы молча. Прежде Алистер считал это место закрытым: высокое белоснежное здание со множеством окон с тёмными, тонированными стёклами. Каждого из ребят вывели из машины поочереди в быстром порядке, так как «скорой» нужно снова отлучиться. Их завели в помещение. Коридор входа был узким, пахло хлоркой и медикаментами. Зато здесь очень стерильно и чисто, не считая натоптанного пола. Откуда-то доносились крики и грохоты. Видимо успели отловить людей, которые начали мутировать.              До Алистера дотронулась рука в синей перчатке. По комплекции это была невысокая женщина, полностью облачённая в белую медицинскую униформу, белый комбинезон. Волосы закрывала плотная шапочка.              — За мной, пойдём сдавать кровь, — сказала она. Затем крепко схватила руки, сковала их наручниками.              Алистер нахмурился.              — Вы бы хоть предупредили, — огрызнулся он. Меры безопасности одно, но когда ты хочешь одеть наручники, стоит сказать.              — Держи себя в руках, — губы женщины сомкнулись в тонкую линию. Она грубо повела его за собой. Алистер чувствовал себя совсем униженным. Он всё же считает, что должна присутствовать какая-то этика. Тем более не факт, что он заражён.              Кабинет сдачи крови небольшой и светлый. За одним столом уже сидела медсестра в синим брючном костюме и стирильной шапочке. Она повернула голову, когда грубоватая женщина завела сюда Алистера. Медсестра вздохнула, опустив взгляд на наручники.              — Снимите это, — попросила она. Встала.              Медсестра пристально наблюдала за тем, как освобождают руки Алистера.              — О тревожной кнопке я знаю, — прервала коллегу медсестра прежде, чем та раскрыла рот.              Алистер сел в кресло у стены напротив. Оно мягкое.              — Левую руку на ручку, — велела медсестра. Из-за ширмы вышла лаборантка.              Лаборантка подала несколько ёмкостей и парочку листков бумаги. Медсестра отложила их на стол, надела перчатки, взяла необходимые инструменты и подошла к Алистеру.              — Результаты будут готовы в течении двух-трёх суток. Терапевт объяснят, какие надо сдать анализы после, — заговорила медсестра. Вколола в вену иглу. Алистер наблюдал за тем, как его кровь стекает в трубке. — Ты всегда смотришь, как проходит забор?              — Да, — ответил Алистер, подняв на неё взгляд.              — Ясно.              Как только она закончила и приложила Алистеру смоченную спиртом вату, то он сел возле рабочего стола. Медсестра попросила паспорт, чтобы заполнить документы.              Алистер нервничал. Когда медсестра отошла за ширму, то он немного оттянул маску, чтобы глубоко вздохнуть. Так сильно переживает, что в его крови что-то найдут.              После этого зашла та медработница, которая вернула на запястья наручники. Медсестра, заметив это, подошла к ним.              — Думаю, он в норме. Наручники ни к чему, — заявила она.              — Правила есть правила, — упрямо и раздражённо ответила медработница.              Алистер поразился. Эта женщина грубит даже коллеге. И почему она такая вредная? Повела его в другой кабинет, который находился на втором этаже. Там спускались врачи. Некоторые пропускали вперёд, с опаской посмотрев на Алистера. Ему стало ещё более неуютно. Картина маслом: укротительница дикого животного, ведёт зверя в клетку. Однако Алистер шёл с каменным лицом. Никто не должен понять, что он чувствует. Наверное, поэтому на втором этаже, когда какой-то парень выходил из кабинета, что ближе к лестничной клетке, удивился.              — Простите, а почему этот молодой человек в наручниках? — с осторожностью спросил он.              Женщина остановилась и закатила карие глаза. Она посмотрела на этого парня таким взглядом, будто он задал глупый вопрос.              — Я не обязана перед вами отчитываться, — медработница презрительно опустила взгляд с головы до обуви.              — Вы правы. Просто я не думаю, что этот парень прямо сейчас вспылит и наброситься, — спокойно произнёс парень. Он сунул руки в карманы халата, посмотрев на Алистера. — Почему вы здесь?              — Я был на улице, когда упал метеорит, — ответил Алистер.              — Так вы сдаёте анализы? — кивнул парень. — Хорошо.              Прежде чем уйти, парень покосился на медработницу. Женщина закатила глаза и пошла дальше. Она зашла в кабинет. Он был небольшим, два стола смотрели друг на друга. За одним сидел мужчина лет сорока, с короткой стрижкой и в очках. У него было весёлое выражение лица. За другим медсестра, что-то быстро записав. Она выглядела хмурой.              Медработница слегка подтолкнула его к стулу, возле стола терапевта. Тот как-то странно взглянул на неё. Медсестра прочистила горло, Алистер взглянул, а она сразу поджала губы и сделалась сердитой.              Терапевт задавал вопросы, как на любой медкомиссии: про здоровье, наследственные заболевания и прочее. Также он сказал, что в течение недели Алистеру нужно сдать несколько анализов, а после готовности результатов снова прийти на беседу. При этом соблюдать две недели карантин.              К сожалению, у Алистера не было возможности поговорить с друзьями. Когда он вернулся в холл, то никого из них не было, а его ждали родители. Отец вскинул брови, когда увидел, что его сын в наручниках.              — А это что такое? — опустив брови, спросил Сэмюэль Хармон.              — Не разговаривайте со мной в таком тоне, — резко отозвалась медработница. — Почитайте правила приёма пациентов с возможным заражением.              — Знаете ли, я человек военный, и знаю, что наручники одевают в случае буйства, — заспорил мистер Хармон. К нему подошла миссис Хармон, и провела рукой с плеча до локтя.              До выхода отец обернулся на медработницу, которая зашла в регистратуру. Он что-то ворчал про несправедливость.              — Папа, чёрт с ней, — устало сказал Алистер. Хотя был рад, что мистер Хармон готов постоять за него.              — Мы имеем право злиться, но лучше обсудить это дома, — сказала миссис Хармон.              Знал бы Алистер, что его будут ругать. Мать уверена, что если бы он остался в школе до конца выпускного, то ему бы не пришлось ехать в эту дурацкую больницу. На сей раз отец не встревал, и даже местами поддакивал жене. В итоге Алистер, разозлившись, ушёл в комнату, начав медленно снимать с себя одежду.              На пол упал пиджак. Он торопливо снял галстук и расстегнул рубашку. Внезапно повеяло холодом, хотя на улице вечерний воздух теплее будет. Кожа покрылась мурашки как от озноба, да и ногти потемнели. Алистер вдруг захотел закрыть окно, выпить что-то горячее. «Может проголодался?» — его напрягло состояние.              В комнату поднялась мать.              — Алистер, мы закажем ужин. Ты пока сходи в душ, после больницы всё-таки, — сказала она.              Алистер молча кивнул. В тот момент он суетливо искал футболку.              — С тобой всё хорошо? — забеспокоилась миссис Хармон.              Алистер никак не отреагировал на вопрос. Был занят поиском одежды. В голове лишь лихорадочно повторял: «я же оставил её где-то здесь». Миссис Хармон приблизилась к нему, заметив свисающую со стула возле кровати футболку.              — Алистер, ты не это ищешь? — пальцем указала мать.              — А, — парень замер.              Алистер взволнованно смотрел на то, что несколько минут искал. Он почувствовал прилив стыда и тревоги. Боялся представить, какие мысли по поводу происходящего закрались в голову мамы.              — Спасибо, — не сразу сказал Алистер, подойдя к стулу.              Спешно натянул футболку.              — Может, тебе выпить успокоительное, — задумчиво проговорила мать.              Алистер пожал плечами и повернулся к ней лицом.              — Да, думаю стоит, — ответил он. В глубине души подумал о бесполезности предложенного средства.              Спустя пару часов после тёплого душа, плотного ужина из ресторана Алистер надеялся, что его странные ощущение холода и нервозности сойдут на нет. Увы, он мысленно возвращался к тому, что было в больницы. Все смотрели на него, как на дикого зверя. Он видел, как успели устать от этого друзья, и что они нервничали не меньше. В кровати лежал на спине, держа руки вдоль туловища. Кулаками сжимал одеяло. На запястьях словно оставались наручники. Он возненавидел эти ощущения.              Утром первым делом Алистер начал проверять телефон. Ночью плохо спалось, каждый час открывал глаза и надеялся увидеть сообщение хоть от кого-нибудь. Сам отчего-то не хотел писать. Боялся рассказать о том, что с ним происходит. Единственным плюсом оказалось то, что вечернее лихорадочное состояние прошло.              «Ни одной смс’ки», — тяжело вздохнул Алистер, заблокировав экран телефона.              Встав с кровати, пальцы на ногах начали замерзать. Снова стало прохладно. Захотелось обратно под одеяло. Спустившись, Алистер почуял запах яичницы и тостов. Он взглянул в коридор, который было видно с лестницы. Обувь родителей стояла на полке. «Мама, папа, почему вы остались дома?» — поразился Алистер.              — О, Алистер, ты проснулся как раз к завтраку, — заметила в дверном проёме миссис Хармон.              Алистер почесал голову. Сначала он сходил в ванную. Он посмотрел на своё отражение. Кожа бледнее обычного. Под глазами заметнее круги и мимические морщинки.              — Алистер, мы с мамой обеспокоены, — заговорил мистер Хармон за завтраком. — Ты сам не свой.              Алистер медленно ел порцию яичницы, но почти залпом поглотил чай. Он заметил, как пальцы подрагивают, кажется, с каждым разом сильнее.              — Ты побледнел, — присмотрелась мать. — Алистер, с тобой точно всё в порядке?              Алистер сглотнул, и поднял нерешительный взгляд на родителей. Он облизнул губу.              — Меня знобит, — признался Алистер.              — Знобит, — брови отца приподнялись.              — Угу, — кивнул Алистер. — Мне все время хочется укрыться, согреться.              — И ты молчал? — возмутилась мать. — Надо срочно смерить температуру.              — Аппетита, судя по всему, нет, — тяжело вздохнув, пробубнил мистер Хармон.              Алистер вернулся в комнату, лёг и поставил градусник. Мать села на кровать, успокаивающе гладя ноги.              — Нам надо будет тоже сдать анализы, так как и у нас карантин, — сказала она. — Но придётся сообщить о твоём состоянии.              Алистер осознал, что точно заражён. Пускай он не чувствует бешенство и желание наброситься на других, озноб и отсутствие аппетита на что-то намекают.              — Так, — произнесла мать, когда Алистер отдал ей градусник. Её глаза наполнились удивлением. — Тридцать шесть и четыре.              Она потрогала лоб.              — Это странно, — пробормотала она.              Прошло около часа. В комнату Алистера вошло двое людей в белых комбинезонах, как на той женщине из медучреждения. На этот раз было двое мужчин. Один подал градусник. И тот показал тот же результат.              — Вставай, — попросил второй. Он снял капюшон плаща и надел стетоскоп. — Приподними майку.              После этого Алистеру стали задавать вопросы, не хочет ли он мяса и в том же духе. К счастью, фельдшеры обращались вежливо, не смотрели как на бешенного пса.              — Остаётся дождаться результатов анализов, — проговорил первый мужчина, который ранее дал градусник. — Вполне вероятно в организме вырабатываются антитела.              — Антитела? — удивилась мать. Алистер нахмурился, но внимательно смотрел на медработников.              — Грубо говоря, ваш сын подвержен заражению, потому что находился относительно недалеко от падающего метеорита, но благородя вовремя сделанным прививкам организм выработал иммунитет. Значит сейчас у него идёт борьба с заражением. Если всё действительно так, то тогда ему снова вколют прививку, чтобы закрепить результат, — объяснил мужчина.              — Боже, — мать прикрыла рот ладонью.              — Нам придётся забрать Алистера, чтобы он побыл под наблюдением, — сказал второй работник.              Миссис Хармон ахнула и к её глазам подступили слёзы.              — Мэм, если организм победит заражение, то ваш сын вернётся и всё будет хорошо, — спокойно сказал первый. — Уверяю вас, у вашего сына далеко не уникальный случай.              Алистер быстро переоделся, отец помог собрать вещи. Алистеру пришлось прикрыть лицо маской, но на этот раз обошлось без наручников. По дороге в больницу его знобило не так сильно. Его отвезли туда, где он побывал вчера. И осматривал тот молодой парень, который в коридоре хотел выяснить, почему руки Алистера были в наручниках.              — Значит, ты не хочешь есть, пьёшь горячее и тебе холодно, — спокойно говорил терапевт. — Результаты анализов готовы. В крови обнаружили антитела. Но они пограничные, поэтому тебя всё это мучает. Организм борется, но так как ты находился на улице, непросто.              — То есть я стану монстром? — спросил Алистер.              — Не факт, — ответил терапевт. — Завтра сдашь анализ мочи, флюорографию, а также ещё раз кровь. Мы посмотрим, и тебе введут вакцину. Если завтра озноб и прочее спадёт, то шанс на спасение повысится.              Терапевт говорил уверено, поэтому Алистер немного успокоился.              Пока что не существует средства, которое полностью обезопасит от заражения. Учёные до сих пор не выявили недостающие данные уравнения. Всё что удалось создать, так это прививки вырабатывания антител, который делают каждый год. Вводят с годовалого возраста. Алистера отвели в палату, из которой ему нельзя выходить всё время кроме проветривания помещения. Тогда он задумался, ему постоянно говорили, что иммунитет сильный, антитела отлично приспосабливаются и в положительном количестве. Тогда что же с ними случилось после падения метеорита?              — «А может этот метеорит такой сильный, что прививки оказались слабы перед ним? Получается, у таких, как я, всё равно есть маленький шанс выжить», — поддался размышлениям Алистер.              Неделя, проведённая под наблюдением в больнице, проходила более или менее спокойно. Прогноз терапевта сбылся. Озноб действительно спал, но аппетит оставался слабым. Алистер сдал оставшиеся анализы. Отклонение от нормы не нашли. От этого Алистер совсем немного приободрился. Вот только спалось не так уж хорошо. Трудно делать это не в своей кровати. К тому же днём и ночью доносились вопли заражённых.              Это не давало покоя Алистеру. Он не переставал проверять телефон, никто из друзей не выходил на связь. Алистер писал им сам, оставшись без ответов. Услышав крики очередного заражённого, невольно задумался, а что если среди них Лукиан, Рэй, Кеита или Шерри. А ведь они нормально не попрощались. Отчего-то Алистера не покидала навязчивая мысль, что кого-то заражение обязательно приведёт к гибели.              — «Этого не будет», — пытался убедить себя Алистер. — «Не будет».              

Окончание карантина.

      

      Алистер положил руки под подушку, смотря в потолок. На тумбе возле кровати горела настольная лампа. Было около трёх часов ночи, а сон всё не шёл. Алистер уже и в телефоне тыркался, и ворочался, даже думал почитать что-нибудь. Однако всё никак не мог заснуть. Закрыв глаза, он как будто вновь оказывался с друзьями в вечер выпускного, когда упал метеорит. А потом перемещался в больницу.              Те две недели прошли относительно и нормально, и тревожно. Он всё также думал, что кто-то из его друзей наверняка заразился. На душе стало легче, когда неделю назад он получил ответ на одно из сообщений.              Кеита: Хай, Алистер. Прости, не могла долго выходить на связь. Подавленное настроение, в основном валялась и занималась своими растениями.              Сердце Алистер затрепетало от радости. Хоть с кем-то из его друзей всё в порядке.              Кеита: Может, встретимся как-нибудь?              И он с удовольствием согласился.              Только сегодня Алистер вернулся домой. Его состояние стало, таким как раньше. Благодаря вакцине, его организм смог одолеть заражение. Однако ему, как и другим, необходимо остерегаться встречи с кем-то мутантов, чтобы не пораниться. Даже маленькая царапина может привести к ужасным последствиям, и худшее из таких далеко не смерть.              На следующий день Алистер собирался на прогулку. Мать, узнав об этом, нахмурилась и сердито резала помидор.              — Алистер, тебя только выписали, а ты смеешь хотеть выйти на улицу. Там же полно заражённых, — чуть ли не кричала миссис Хармон.              — Мама, мы живём в подчищенном районе, — спокойно возразил Алистер. Он опёрся на спинку стула руками.              — Это не исключает всех опасностей, — парировала миссис Хармон. Она яростно спихнула с доски помидор в тарелку, чуть не промахнувшись.              Алистер и мать сверлили друг друга испепеляющим взглядом. У них двоих тёмно-зелёные глаза, а также одинаково искрились, ведь каждый считал своё виденье верным.              Пока сохранялось нагнетающие молчание и гляделки, тихо вошёл мистер Хармон. Он приподнял брови, когда увидел настрой сына и жены. Даже отступил на шаг, словно хотел покинуть поле надвигающейся битвы. Вместо этого сдержанно заговорил:              — Знать не знаю, что здесь происходит, но...              Его резко прервала миссис Хармон, нахмурившись.              — А вот и ты! — воскликнула она, громко положив нож на стол. Алистер с отцом вздрогнули. — Где ты был, а? Хочешь наших переживаний? Подумай о сыне, какой пример ты ему подаёшь?              Мистер Хармон терпеливо вздохнул. Алистер бросил взгляд на отца. «Действительно куда это он слинял?» — задался он вопросом.              — Хватит, Марджери, — не повысив голос, осадил мистер Хармон. Он смотрел на жену серьёзным, пронзительным взглядом. — Есть новость. Меня восстанавливают в армии.              Когда Алистер учился в младшей школе, его отца сократили. До этого ему предлагали должность выше, тогда бы им пришлось переехать. Родители посчитали, что они не готовы сменить город, поэтому мистер Хармон отказался. А через полгода попал под сокращение. Он даже получил дополнительное образование, чтобы устроиться инженером. Однако он скучал по службе, исхудал. Алистер помнил отца в форме: гордый, уверенный мужчина с короткими тёмными волосами. Ходил с прямо спиной. Даже было, как не сказала бы бабушка Нэнси, лёгкое пузо.              Если несколько лет назад восстановление послужило бы поводом для радости, то сейчас новость произвела плохое впечатление. У матери опустились руки, а Алистер шокировано смотрел на отца.              — Меня отправят на базу, где я буду руководить новобранцами. Готовить их к столкновению с угрозами, с заражёнными, — объяснил отец. — Не волнуйтесь за меня.              — Ты вообще новости смотрел? Заражение распространяется всё больше и больше, — осведомилась миссис Хармон. В глазах у неё застыли слёзы.              — Среди людей со слабым иммунитетом, — строго уточнил мистер Хармон.              Алистеру трудно было подобрать слова. Он ушам своим верил. Отца восстановили, при этом ему придётся иметь дело с заражёнными. Учитывая падения метеорита в другой, в этот раз последствия катастрофы могут быть гораздо ужаснее.              — Папа, мы просто волнуемся за тебя. Я бы тоже хотел, чтобы ты был здесь с нами, — решился заговорить Алистер. Отец вдруг смерил его разочарованным взглядом.              — Алистер, ты, кажется, собирался стать агентом ФБР, должен спокойнее к этому отнестись, — заявил мистер Хармон.              Алистер не назвал бы отца требовательным или строгим человеком. Однако когда дело касалось службы и сопутствующих опасностей, то мистер Хармон был непоколебим в своей стойкости и уверенности, что каждый служащий должен быть точно таким же. Узнав о планах Алистера, воспринял это с радостью, и поддерживал сына. Только стал больше внимания уделять его успеваемости и поведению.              — Пока я только окончил школу, поэтому можно не прятать чувства, — в конце концов настырно выдал Алистер, с вызовом смотря на отца.              — А чего вы хотите от меня? — мистер Хармон выпрямил спину. — Теперь мне нужно готовиться к отъезду.              — Этого нам не хватало, — покачала головой миссис Хармон, и помассировала виски. — Голова аж разболелась.       Алистер подошёл к ней, погладил по спине. Мистер Хармон, понаблюдав за ними, вздохнул и опустил голову.              — Я погорячился, — признал он.              Алистер фыркнул.              — Ещё бы, — отозвался тот.              — Алистер, — сразу повысил голос отец.              — Алистер, дай папе высказаться, — на лице миссис Хармон появилась слабая улыбка. Она вытерла заслезившиеся глаза платочком.              — Так вот, — продолжил отец, — через три дня я уеду. Вам выделили место в городке Ньютоунс, поселение построенное несколько лет назад на случай апокалипсиса. В целом там всё развито, правда говорят есть мародёрство.              — Как скоро мы съезжаем? — спросил Алистер.              — В течении следующей недели вы должны привести все дела в порядок, — вздохнув, ответил отец.              Мать немного всплакнула.              — Мальчики мои, — пролепетала она. — Почему нас разделяют?              — Не переживай, как только я подготовлю новобранцев, это, конечно, может занять год, присоединюсь к вам, — сказал мистер Хармон. — И продолжу службу уже там.              — Всё равно не пойми когда будешь с нами, — отозвалась миссис Хармон.              Отец пытался успокоить супругу. Алистер налил ей воды. Спустя несколько минут миссис Хармон продолжила делать салат, пока мистер Хармон перечислял, что ему надо купить. Также отец сказал, что хочет сделать доверенность на Алистера и супругу.              — Я отдам тебе ключи от машины, её перевезут к вам, в Ньютоунс, — разъяснял мистер Хармон. — На вас с мамой также будет мой счёт в банке.              — Папа, но у меня нет водительских прав, — напомнил Алистер.              — Значит получишь.              Алистер угодил в круговорот событий. Отца резко восстановили, поэтому он с матерью переедет без него.              Вдруг раздались несколько сильных стуков дверь. Этот кто-то ещё и настойчиво звонил. Алистер опомнился — он ведь собирался увидеться с Кеитой.              — Если это кто-то из твоих друзей, — начала возмущаться миссис Хармон.              — Пусть идёт, — остановил её мистер Хармон. — Им многое нужно обсудить.              Алистер бросился в коридор и открыл дверь. Это и вправду оказалась Кеита. Она стояла на пороге, сложив руки на груди. Нахмурилась.              — Я всё гадала, куда ты провалился, а ты даже не выходил. Чёрт тебя побрал бы. Чуть с ума не сошла, думала, сожрали тебя, — рассердилась Кеита.              — Пожалуйста, прости меня, — простонав, попросил Алистер. — Давай выйдем.              — Я уже, это ты всё еще там, — сделав шаг назад, фыркнула Кеита.              Алистер похлопал карманы. Телефон с ключами при нём.              — Пройдёмся что ли? — спросила Кеита. Алистер кивнул.              Когда они отошли от участка дома, то Алистер набрал воздух. Несмотря на падение метеорита, гарь вся выветрилась. Однако на улице было слишком спокойно. Во всяком случае в районе Алистера, потому что здесь сплошь жилые дома. Многие соседи успели съехать.              — Раз ты бесстыдно позабыл о назначенной встрече, то начну рассказывать я, — с кривой усмешкой заговорила Кеита. — У меня тоже было недомогание. Я много пила воды, у меня пересыхало в горле, а ещё я едва не сгубила цветы и растения в доме. Не покидал страх, что им тоже жарко.              — Бывает же такое, — удивился Алистер. — А мне наоборот было холодно, аппетит был плохой. Всё что лезло в рот: горячий чай или кофе.              — Температуры не было? — поинтересовалась Кеита.              — Неа.              — И у меня тоже.              Они прошли до торговой улицы. Работает один единственный круглосуточный магазин. Очередь огромная. Внезапно Кеита вытащила из грудного кармана на зелёной лёгкой кофточке пачку сигарет и зажигалку.              — Ну даёшь, — поразился Алистер. — Ты же врач, как ты можешь курить?              — Иди ты. И да, я — будущий врач.              Кеита взяла в рот сигарету и зажгла её. Она протянула пачку ему.              — Сними белое пальто, я же помню, как вы с Рэем пару лет назад угостились у старшеклассников, — хитро улыбнувшись, сказала Кеита.              Алистер задумался, и решил снова попробовать. Они остановились возле урны-пепельницы. Алистер осторожно затянулся. Во рту образовался привкус ментола.              — Мать увидит — съест, — пробурчал он, опрокинув голову. Но ему понравилось.              — Сейчас с такими выражениями надо быть осторожнее.              Алистер промолчал. Ничего не говоря, простояли минут пять и докурили.              — Про остальных что-нибудь знаешь? — спросил Алистер.              — Нет, — её глаза наполнились печалью. — Но думаю, всё будет в порядке. Шерри точно должна быть занята переездом.              — Переездом?              — Вроде, — кивнув, Кеита почесала затылок. — Она ещё несколько месяцев назад упоминала, что кафе родителей участвует в какой-то программе. Суть в том, что на случай катастрофы они будут прокармливать нуждающихся, кого-то вроде бездомных.              — Мне она ничего не говорила, — буркнул Алистер.              — Я случайно подслушала разговор о программе. Мистер Патси разговаривал с мужчиной и обсуждал это. Мы с Шерри как раз уходили, вот на улице и спросила.              — Понятно.              Кеита как-то странно взглянула на него. Заметив, Алистер приподнял одну бровь. Кеита прыснула, потому что её всегда смешит, когда Алистер умудряется вскинуть одну бровь.              — Ты здорова? — с недовольной гримасой поинтересовался Алистер.              — Вполне, — ответила Кеита. — Мне показалось, будто ты обижен, что Шерри могла о чём-то тебе не сказать.              Алистер в очередной раз закатил глаза.              — Кстати, до кафе Патси недалеко, может, дойдём? — предложила Кеита.              Алистер с сомнением огляделся. На улице, кроме нечастого пения птиц, было тихо. Даже из магазина, рядом с которыми они стояли, едва уловимы голоса. В городке есть заражённые, которых не успели отловить. По радио и телевизору даже упоминали нападения.              — Боишься? — сощурила глаза Кеита.              — Я погляжу, инстинкт самосохранения тебе не знаком, — язвительно и уверенно сказал Алистер.              — Эту улицу зачистили раньше других, потому что люди отовариваются, — фыркнув, сообщила Кеита.              Алистер пожал плечами.              — Ну ладно, пойдём к кафе, — согласился он.              Отсюда кафе находилось приблизительно в десяти минутах ходьбы. Алистер всё равно был осторожен, и оборачивался на любой шорох. Вокруг было полно заброшенных ларьков. Около светофора на перекрёстке располагался маленький газетный киоск. Там постоянно работала пожилая женщина. Ребёнком Алистер покупал детские журналы. Когда он стал подростком, то любил проходить мимо киоска, ему нравилось рассматривать витрину, а ещё он всегда здоровался с дружелюбной владелицей киоска. И вот он невольно взглянул в его сторону, а вместо той улыбчивой женщины был высокий мужчина с щетиной, густыми бровями и волосами по плечи. Вместо журналов и газет были пакеты с закусками к пенному, баночки газировки и пива. Алистер забеспокоился, куда подевалась та владелица.              — Эй, Алистер, нам в другую сторону.              Алистер на мгновение замер, быстро отведя взгляд от киоска.              — А да, — кивнул он.              В кафе никого не было. Во всяком случае дверь заперта. Алистер вздохнул и заглянул в телефон.              — Может, стоит написать Шерри, — сказал он.              — У неё телефон отключён, — сказала Кеита. — Надеялась застать её.              Алистер и Кеита решились пройти дальше, заодно заглянуть к Шерри. Они шли мимо высоток, украшенных граффити. Обычно здесь обитают бездомные, алкоголики и подобные люди. Также по новостям передавали, что здесь истребили большое количество заражённых. На этой улице было тихо, из ближайшей к ним подворотни доносилось хрипение и бормотание. Телефон Кеиты вдруг зазвонил.              — Да, папа, — ответила на вызов. — Хм, ну ладно.              Алистер увидел, как лицо Кеиты приняло сожалеющий вид. Она поджала губы и слабо улыбнулась.              — Прости, мне надо возвращаться.              — Я так и подумал. Мы ведь ещё спишемся?              — Не вижу никаких препятствий. До скорого, Алистер.              — Угу. Береги себя.              — Да, ты тоже.              На этом разошлись. Когда Алистер прошёл несколько шагов, то замер и тяжело вздохнул. Он развернулся, беспомощно рассматривая высотки. «Как я мог не проводить её? Блять. Догнать вряд ли успею», — Алистеру стало стыдно. Он спрятал руки в карманы, продолжал свой путь домой. Укоряя себя, оказался возле того киоска. Он заметил, как парочка парней из его школы покупают сигареты. Алистеру тоже захотелось.              — Тебе чего? — грубовато спросил мужик, когда Алистер встал перед киоском.              — Пачку сигарет, — попросил Алистер. — И зажигалку.              Мужик присмотрелся к нему.              — Надеюсь, ты совершеннолетний, — буркнул он. — Какие предпочитаешь?              — Желательно неплохие и с ментолом, — ответил Алистер.              Мужик хмыкнул.              — Мажор что ли? — усмехнулся продавец. — Ладно, минутку.              Алистер шёл той же дорогой, какой гулял с Кеитой. Он остановился у круглосуточного магазина, чтобы покурить. Разорвав плёнку, вытащил одну и зажёг. Алистер затянулся глубже. По вкусу она была похожа на ту, которой угостила Кеита.              На дороге недалеко от пешеходного перехода остановилась полицейская машина. Алистер тут же напрягся. Он курит в положенном месте, но если офицеры начнут задавать вопросы... Этого бы ему не хотелось.              Полицейские заехали в магазин. Всё же обратили внимание на Алистера. Только к его удивлению слабо посмеялись, и скрылись из виду. Алистеру полегчало.              Дома родители сидели на кухне. Отец сложил руки на столе, опустив голову. Мать беспокойно взглянула на Алистера, когда он вошёл, затем на мужа. Мистер Хармон сжал губы, почти сразу разомкнул.              — Алистер, у меня есть один человек, который имеет кое-какие ниточки в той треклятой больнице, — начал отец.              — Что-то случилось?              Родители обменялись друг с другом тяжёлыми взглядами. Когда мистер Хармон раскрыл рот, мать громко вздохнула, спрятав лицо руками.              — Лукиан заражён, — наконец, ответил отец.              — Что? — внутри Алистера органы скрутились, нижняя часть живота была готова отвалиться. Сердце бешено билось. А он не мог ничего не сказать.              Алистер много думал о том, что кто-то из них обязательно окажется заражённым. Он пытался к этому подготовиться. Услышав новость от отца, надежда на что-то светлое пропала.              — Он сейчас под наблюдением, — продолжил мистер Хармон. — Говорят, он заражён необычным образом.              — Бред же, — тихо отозвался Алистер.              — Я тоже так подумал, но, как оказалось, это не первый случай. В общем, у Лукиана появились необычные способности. У него вырастают уши, когти, зубы. Он словно оборотень, но не совсем. И точно не каннибал, какими обычно являются заражённые, — попытался объяснить отец.              Алистер раскрыл рот. Такого он ещё не слышал. Однако иной вид заражения нисколько не утешал. Алистер боялся, что больше никогда не увидит Лукиана.              — Неизвестно что будет с ним, но меня заверили, что он не повторит судьбу обычных заражённых, — добавил мистер Хармон. — Алистер, я понимаю, каково тебе сейчас. Однако я не мог умолчать об этом.              — Жаль не дали попрощаться, — к глазам Алистера предательским подступили слёзы. Он перестал смотреть на родителей. — Над ним поставят всякие эксперименты и всё. Лукиана... — не в силах сказать «не станет».              — Алистер, надо верить, — подала голос миссис Хармон. — Надо верить.              Алистер не выдержал и отправился в свою комнату. Его не остановили. В кармане завибрировал телефон. Это написала Кеита, она тоже в курсе о заражении Лукиана.              Кеита: Господи... Я в таком шоке, не могу в это поверить.              

Алистер: Мы все понимали, что кто-то из нас будет заражён.

             Кеита: Да уж. Морально настроить себя не получилось.              Алистер пытался утешить себя хотя бы тем, что отец ни слова не сказал о Шерри и Рэе. Быть может, у них всё хорошо. Просто если они действительно в порядке, тогда почему не выходят на связь.              Как по заказу Алистеру пришло сообщение:              — «Я в порядке, прости, что отключила телефон и не отвечала. Дело в том, что кафе моих родителей пригодится в одном поселении, в которое мы завтра срочно переедем. Я буду скучать по вам, и, надеюсь, будет возможность хотя бы списываться. Алистер, тогда на выпускном ты услышал от меня много глупостей. В общем-то был прав, не стоило ничего говорить, когда не смогла сказать до конца. Не хотела, чтобы перед отъездом между нами осталось недопонимание. Уезжаю в пол двенадцатого, если сможешь, забеги».              Алистер плюхнулся на кровать. В нём был какой-то прилив энергии, что был готов отправиться к ней хоть сейчас.              Кеита: Алистер, Алистер, Шерри объявилась! Кажется, я была права, что её семья занята переездом. Уезжает до двенадцати завтра. Может, стоит зайти к ней?              Алистер рад, что Шерри жива и не заражена. Однако ему не хочется, чтобы они разъехались. Он с мамой уедет в Ньютоунс, а вот куда отправляется Шерри с родителями неизвестно. «Если мы с Шерри окажемся в одном поселении, будет славно», — рассудил Алистер. И мрачно добавил: — «Было бы ещё лучше, будь мы все вместе как до всего этого».