Ульрика Прекрасная

Разошлись гости Кая Бездушного по своим местам. Сам царь сел рядом со своей супругой, дочерью и сыном. Пил Кай Бездушный мало, наблюдая за поведением женихов своей дочери. Хотелось увидеть царю истинное лицо представителей прославленных кланов. Сама Ульрика совершенно отказалась от хмельных напитков. Слишком взволнована была царевна, чтобы пить и есть за одним столом с отцом и женихами. Поэтому поела Ульрика немного мяса кабана и сидела перед пустой тарелкой, наблюдая с улыбкой на лице за воцарившимся весельем. Когда женихи уже изрядно захмелели, встал из-за стола Велль- менестрель с арфой, пошатываясь, вышел в центр пиршественного зала. Все разговоры в сей же час прекратились, ибо все люди знали, что услышать царевича клана Огня было великой честью, потому что песни его пело всё Двенадцатиградье. Молодой человек наморщил лоб, вспоминая, что за балладу он хотел исполнить, а потом начал медленно перебирать струны. Божественная мелодия небесного огня разлилась по пиршественному залу. Даже Ульрика, позабыв о собственном горе, со вниманием слушала его песню. Баллада о воинах медведях Было предание древнее: В давние-давние дни, Жили могучие воины, Смелыми были они. Если в чащообу дремучую Ближе к болоту пойти. Можно медведей задумчивых В светлой пещере найти. Молятся богу медвежьему, Пляшут они у огня. Общею клятвою связаны, Общую вашу - до дна. Если кто в эти обители С мыслью недоброй придёт: Встанут медвежьи воины, Встанет медвежий народ. Яростным криком наполнится Весь зачарованный лес. Кровью их кубки наполнятся, Тех, кто к ним в битву полез. Было предание древнее... Но, говорят, по сей час Эти медведи воины Где-то живут среди нас. Заметила Ульрика, что Велль- менестрель во время этой песни не сводил глаз с царевича клана Воды Хольгера. Показалось это очень странным царевне. Но потом вспомнила она, что Хольгер и Велль-менестрель - двоюродные братья. Слышала Ульрика о том, что у них обоих очень тёплые отношения между собой. Поэтому больше не удивлялась она, когда увидела ответную улыбку на лице Хольгера, взгляд которого тоже был обращён к Веллю-менестрелю. Мрачный младший брат царевича клана Воды Ротмир угрюмо наблюдал за этими взглядами и улыбками. После песни Велля-менестреля из-за стола встал Иван царевич клана Воздуха. Он предложил всем собравшимся в пиршественном зале посостязаться с ним в стрельбе из лука, но взгляд его был обращён только к Ульрике. Многие из воинов Кая Бездушного приняли его вызов. На стену повесили деревянную корзину, которая должна была служить мишенью. Пьян был Ивар из клана Воздуха, но никто из лучников Кая Бездушного не смог сравниться с ним в меткости. Нахмурился царь Морозной долины, понимая, что следует лучше обучать своих воинов. А Ивар снова стал похваляться тем, что может попасть в яблоко, на голове того человека, который не побоится выйти к нему. Но не нашлось среди пьяных воинов Кая Бездушного ни одного храбреца. Тогда выступил вперёд Хольгер из клана Воды. Он смело встал перед Иваром, положив яблоко себе на голову. С мрачным спокойствием наблюдал Ротмир за братом. Но Велль-менестрель вскочил со своего места с криком: - Не нужно, Холли! Никто не сомневается в твоей храбрости. Ты слишком пьян! Но Хольгер лишь ободряюще улыбнулся Веллю-менестрелю и дал знак Ивару, что готов. Царевич из клана Воздуха опрокинул в себя очередную чарку вина и вышел, шатаясь из-за стола. Недолго прицеливплся Ивар. Сразу же отпустил тетиву и стрела попала ровно в середину яблока и пробила но насквозь. Ахнули в восхищении те, кто сидел за пиршественный столом и принялись поздравлять Ивара. А он оборачивался и смотрел только на Ульрику, ожидая её одобрения. Но не могла царевна одобрить этого безрассудного поступка, ведь царевич клана Воздуха подвергал опасности жизнь другого человека. Молча сидела она, поджав губы. Седой Калле на середине пира вдруг упал головой на руки и громко захрапел. Видимо, не привык он так долго засиживаться за столом среди молодёжи. Ульрика с отвращением посмотрела на старика. Такой муж будет только позорить её клан и её род. Она сразу решила, что скорее сбежит в лес и будет питаться ягодами и кореньями, чем выйдет за него замуж. Пока Ульрика с отвращением разглядывала пьяных воинов, которые пили, горланили песни, расплёскивали вино по столу и обнимались друг с другом, к ней незаметно подсел её родственник Адальштейн. - Я вполне понимаю вас, царевна, - начал он, с презрением смотря на своих пьяных сотрапезников. - Женщинам не место среди пьяных мужчин. Ульрика обернулась к нему. - Да, вы правы, сидеть и смотреть на это у меня совершенно нет сил. Но, - возразила царевна. - Воины моео отца Кая Бездушного - это мой народ. Они поймут меня не так, если я не стану делить с ними трапезу и праздновать их победы. - Вы правы, царевна, простите меня, - произнёс Адальштейн, склоняя голову перед Ульрикой. - Мне нужно было начать с вами разговор, но выбрал я весьма неуместный повод. Адальштейн немного помолчал, ожидая реакции Ульрики, а затем продолжил: - Мне кажется, что среди ваших женихов у меня весьма мало шансов. Я не так прекрасен как юный Велль-менестрель, да и голоса у меня совершенно нет. Не так храбр как Хольгер или его брат Ротмир из клана Воды. Но их храбрость неудивительна. Испокон веков клан Воды знаменит своим воинским искусством. Ивар из клана Воздуха метко стреляет, Каю Бездушному, я уверен, хотелось бы заполучит такого зятя. Ульрика слушала внимательно. Ей было интересно, что дальше скажет её родственник. И почему из всех женихов к ней подошёл только он один? Почему остальные ведут себя так, словно она им безразлична? Такое отношение очень задело Ульрика, поэтому она гораздо милостевее улыбнулась Адальштейну. Ободрённый её улыбкой, он продолжил: - Единственный, с кем я могу сравниться это Калле. Но он уже глубокий старик. Я думаю, у него нет ни единого шанса завладеть вашим сердцем. Впрочем, его нет ни у кого из сидящих в пиршественном зале. Ваше сердце навсегда отдано тому, чьего ребёнка вы носите. Улыбка исчезла с лица Ульрики. Она холодно и зло посмотрела на Адальштейну, лихорадочно соображая, откуда он мог узнать её тайну, но родственник решил объясниться сам: - Дело в том, царевна, что у меня есть некий дар. Но я не считаю его подарком судьбы или богов. Скорее, это - проклятие на мою голову. В отблесках свечей, в огне, в блеске украшений, в солнечных лучах и прекрасных ликах двух лун, я могу узнать прошлое любого человека, который оказывается рядом со мной. Не бойтесь меня, прекрасная Ульрика, я сохраню вашу тайну. Мне знаком Тёмный Хозяин, которому вы служите, я не передам ни вас, ни его. С этими словами отошёл Адальштейн от Ульрики Прекрасной и скрылся из виду, покинув пиршественный зал. Холодно стало царевне, несмотря на жаркий огонь, который пылал в нескольких каминах. Но никого не было рядом, чтобы укрыть её плечи шалью. Хотела попросить она у отца своего разрешения покинуть пиршественный зал. Но, оглянувшись, не увидела ни Кая Бездушного, ни свою мать, ни своего брата. Подозвала тогда Ульрика одного из слуг, которые переставляли блюда и подливали хмельные напитки в кружки перепившимся гостям и попросила сопроводить её в собственные покои. Слуга, побоявшись возразить царевне, выполнил её просьбу. Ульрика сама зажгла свечу и растопила камин, оказавшись в холодной комнате. Царевна ещё долго сидела в своём лёгком платье возле окна, обхватив плечи руками.