Один плащ на двоих

      Ибо не мог вспомнить, в какой именно момент этот красавчик стал для него всем: солнцем, воздухом, самой жизнью. Теперь это был его личный наркотик! Если они не виделись пару часов, настроение падало до нуля. Он становился рассеянным, замыкался в себе, словно впадал в кому: все слышал и видел, но ни на что практически не реагировал. А если разлука длилась несколько дней, как у заправского наркомана, начиналась ломка. Он уже не ел толком, не спал, все делал «на автомате».       Вот и сейчас режиссер раздраженно окликнул его (кстати, уже не первый раз): «Ибо, включайтесь! Ваша сцена». С большим трудом парень отодвинул образ Сяо Чжаня на задний план и отыграл сцену так, как от него ждала вся съемочная группа. Но, только выключилась камера, и он устало прикрыл глаза, все его сознание заполнил все тот же Чжань-гэ. «Черт! Ну почему же ты так долго не возвращаешься?» И, хотя он знал, что друг появится на съемочной площадке уже завтра утром, ждать просто не было сил.       Желудок недовольным урчанием напомнил о том, что он ничего сегодня с утра не ел и Ибо нехотя поплелся в столовую, даже не сняв, надоевший за день, парик. В столовой почти никого не было: актеры уже поужинали, а стафф еще не закончил свою работу. Ибо занял место за центральным столом, где обычно обедала их дружная компания: Сяо Чжань, Сюань Лу, Ван Чжочэн, Цзи Ли. Иногда к ним подсаживались другие ребята из каста, но сейчас за столом было пусто. Парень неторопливо жевал свой ужин, как всегда, залипнув в телефоне, когда в столовую вихрем влетел второй помощник режиссера и сразу направился к нему: - Господин Ван! Как хорошо, что вы еще не разгримировались! Босс просит Вас отыграть еще одну сцену. На крыше.       Ибо открыл рот. Он хотел было сказать, что в этой сцене они должны быть с Сяо Чжанем, но помощник, счастливо улыбаясь, опередил его: - Господин Сяо только что приехал, так что здесь проблем нет. А вот Вас завтра не будет. Так сказал Ваш менеджер.       Своего менеджера Ибо, конечно, уважал (тот умел быстро и четко разрулить любую, казалось бы безвыходную, ситуацию), практически безоговорочно слушался его, но сейчас, буквально, вскипел: «Надо же! Так сказал Ваш менеджер! А мне он почему ничего не сказал? С какого и куда надо завтра уезжать?» Он взялся за телефон. Так и есть! Четыре пропущенных от Лю Чана и SMS «Ибо, фотосессию для BASSIC перенесли на завтра. С режиссером я договорился. За тобой заеду вечером, около восьми». Ибо беспомощно взглянул на часы, что висели в столовой. Половина восьмого. «Неееет! Я никуда не поеду! По крайней мере, сегодня! У меня уважительная причина: мы снимаем сцену на крыше… Да и… Чжань-гэ приехал!» По дороге в гримерку он позвонил Лю Чану: - Чан-гэ… - Я задерживаюсь, Ибо, но скоро буду. - Не приезжай сегодня. У меня еще одна сцена. Ибо старался говорить ровно, чтобы не выдать своего волнения. - Дьявол! – выругался менеджер, - мне сказали, что ты сегодня вечером свободен. - Переиграли! Вернулся Сяо Чжань и мы снимаем сцену на крыше. - Так может, я приеду и подожду тебя? - Не стоит! Сцена то ночная. А потом, кто знает, сколько дублей мы запорем… Лучше забери меня завтра утром пораньше. - Ты не хочешь, наконец-то, переночевать дома? - Я не хочу полночи спать в машине. - Ладно… Приеду к шести утра. Все равно придется досыпать в машине, - устало сказал менеджер и отключился. «Подумаешь, - фыркнул про себя Ибо, - мне не привыкать!» Он толкнул дверь гримерки и сердце пропустило удар – у окна сидел Сяо Чжань. - Привет! Давно приехал? Ибо пытался говорить ровно, даже равнодушно, но щёки порозовели от волнения. Хорошо хоть под слоем грима этого не было заметно. - Привет! Да только что! И сразу загоняют на крышу. Ты уже в курсе? Ибо кивнул. Он сидел за Сяо Чжанем, пока того гримировали, смотрел на его отражение в зеркале, болтал о всякой ерунде и ловил себя на мысли, что ему хорошо. Хорошо вот просто так сидеть рядом, смотреть на этого парня, говорить ни о чем… Просто хорошо!       Полтора часа на крыше. Дубль за дублем одно и то же. Казалось бы долго и занудно, но для Ибо это время пролетело, как одна минута. - Все, господа, на сегодня вы свободны. Вас, господин Ван, ждем через два дня, а с Вами, господин Сяо, завтра снимаем сцены на горе Дафань. - Уезжаешь? – Чжань искренне огорчился. - Да. Перенесли фотосессию… - Тогда пойдем, попьем чаю. Расскажешь, что тут без меня творилось. Столовая в это время уже не работала, но чайный павильон был открыт круглосуточно. Иногда съемочная группа работала допоздна, иногда поднималась чуть свет, а чай для китайца – первое дело. Парни налили себе по чашке и сели за ближайший столик. Пили чай, смотрели друг на друга, молчали. Пауза затянулась. Сяо Чжань смутился и первым не выдержал: - Чего молчишь? «Боги! Я столько хочу тебе сказать! Но не могу… не смею… не должен…», - подумал Ибо, а вслух сказал: - Скучно без тебя было. Не с кем подраться. Сам знаешь, какие у нас все серьезные. Сяо Чжань хмыкнул. В чем, в чем, а в серьезности обвинить их команду было нельзя. Какая там серьезность, когда снимается одна молодежь?! Даже девчонки любили всякие шуточки и приколы, а уж парни и подавно! «Скучал без меня», - затеплело на душе у Чжаня. Вроде и посидели они недолго, но, когда Сяо Чжань взглянул на часы, то удивился: - Вау! Уже второй час ночи! Пошли, брат спать, а то завтра будем, как тушеные баклажаны. Ни мне, ни тебе это не нужно.       Они пошли к трейлерам. В этих довольно комфортабельных вагончиках актеры частенько оставались на ночь, чтобы не ездить в гостиницу, особенно, когда были поздние или ранние съемки. Их вагончики были по соседству. Ибо делил свой с Чжочэном. Он открыл дверь, вошел и, не включая свет, плюхнулся на свою кровать, откуда, секундой спустя, с воплем скатился на пол. На его кровати кто-то спал. Этот кто-то тоже вскочил и зажег лампу. - Ибо! Какого черта? - Юй Бинь? Ты что здесь делаешь? - Я-то сплю, а вот тебе что здесь надо? Я, конечно, осознаю, что я - секси, но не думал, что ты вот так на меня набросишься… Парень откровенно потешался над сложившейся ситуацией. На соседней кровати заворочался Чжочэн. - Что такое? Утро? - Спи-спи… Это Ибо. Он тут пытался лишить меня невинности. - Дурак! Ибо понимал всю комичность ситуации, но ему было не смешно. - А ты разве не уехал? – Чжочэн старательно моргал, пытаясь хоть что-то рассмотреть после сна. - Как видишь! - А нам администратор сказал, что тебя сегодня не будет, и твое место отдали Бинь-Биню. У него завтра утренняя съемка. - Черт! Ибо развернулся и направился к выходу. - Эй, Ибо, оставайся! Я подвинусь! Нам будет хорошо вместе, - донеслись вслед веселые вопли Юй Биня.       Ибо захлопнул дверь и сел на ступеньки трейлера. В сущности, спать уже не хотелось. Он прислонился к перилам и прикрыл глаза. Перед ним опять появился образ Сяо Чжаня, такого милого, смущенного… «Чего молчишь?» Парень улыбнулся своим мыслям. - А ты чего здесь? Дверь соседнего трейлера приоткрылась, и оттуда выглянул Чжань уже переодевшийся в футболку и шорты. - Да, глупость, - Ибо подавил смешок, - Я же должен был сегодня уехать, вот администратор меня и выселил, а мое место отдал Юй Биню. Представляешь, я в темноте падаю на свою кровать, а там чья-то тушка лежит? Сяо Чжань негромко рассмеялся. - А потом этот наглец еще и предложил с ним остаться. - Действительно, наглец! Ну, и куда ты сейчас? - В чайном павильоне есть диван. Там подремлю. Скоро уже Лю Чан приедет. Мне не привыкать спать, где придется. - Там шумно. Давай ко мне. Я пока один. - У тебя кровать одна. Ибо покраснел. Хорошо, что в темноте этого не было видно. - У меня еще есть диванчик. Между прочим, ничем не хуже того, что в чайном павильоне. Ибо потоптался на месте, но во всем существе друга было столько заботы, что он шагнул за ним. Сяо Чжань бросил на диван запасной комплект постельного белья. - Располагайся. Если я выключу свет? Нормально? Он знал, что Ибо боится темноты. Напротив трейлера висел фонарь, но внутри света было недостаточно. - Конечно, - Ибо улыбнулся уголком рта, - я же не один.       Он, не раздеваясь, плюхнулся на диван и блаженно вытянулся на прохладных простынях. Помолчали. Сон не шел. В комнате было так тихо, что, казалось, будто даже воздух сгустился. Что-то словно сковало обоих. Те чувства, которые они испытывали друг к другу… Потому что одно дело дурачиться «на людях», другое – остаться наедине, чувствуя, что вот тут, рядом, на расстоянии вытянутой руки лежит человек, по которому ты сходишь с ума и не сметь даже шевельнуться в его сторону. Ибо потянулся за телефоном. Этот предмет, когда он был у парня в руках, придавал ему уверенность. Сяо Чжань поднял голову: - Ты что? - Да будильник поставлю. Надо встать пораньше, а то (не допустите Боги!) Юй Бинь увидит, что я ночевал у тебя, со свету своими подколами сживет… - Да уж. Прочно приклеились к нам наши роли. - Думаешь только в этом дело? Ибо спросил и мысленно дал себе подзатыльник: «Куда тебя несет, дурак?!» Сяо Чжань промолчал и парень уже решил, что друг не обратил внимания на его последнюю реплику, как тот вдруг спросил подозрительно глухим голосом: - А что? Так заметно? - Что заметно? - Что ты мне нравишься...       Ибо замер от такого признания. Он боялся даже дышать. Моментально опалило жаром и в то же время толпы мурашек побежали по спине, вдоль позвоночника. Он, как спасательный круг, завертел в руках телефон, глядя в потолок, боясь даже голову повернуть в сторону Сяо Чжаня. «Боги! Чжань-гэ! Ну что ты сказал? Что я должен ответить? Что я тоже без ума от тебя? Что вот уже какой месяц все мои мысли заняты только тобой? Что я просто не живу, когда тебя нет рядом, и жутко ревную ко всему миру? Что я должен ответить?» Молчание затянулось, и Сяо Чжань первым его нарушил: - А я тебе нравлюсь?       Можно было (ох, можно было!) перевести все в шутку! Но Ибо не захотел. Он глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду, и прошептал на выдохе: «Да…» Он даже не был уверен, что Чжань его расслышал, но тот почти сразу откликнулся: - Это хорошо… Что?!! Хорошо? И все? Ибо был разочарован. Он так давно рисовал в воображении картины их объяснения в своих чувствах, столько слов собирался сказать и услышать в ответ, что это «хорошо» совершенно ни во что не вписывалось. Ибо вдруг ясно понял, что, если они сейчас не поговорят, не расставят все точки, другого разговора уже не будет. И, словно еще раз ныряя в омут с головой, он произнес: - Я тебя люблю. Получилось как-то тускло, устало, без особых эмоций. Вот только сердце бешено колотилось в груди.       Сяо Чжань бесшумно поднялся с кровати. Сел. Ибо тоже сел, прижавшись к спинке дивана и обхватив колени руками. Сейчас они не просто смотрели друг на друга, они пытались прочитать мысли, разглядеть чувства. Губы Сяо Чжаня дрогнули и он улыбнулся Ибо. «Какой же он красивый!» - в тысячный раз подумал парень. Он постоянно любовался приятелем. И даже на публичных встречах, зная, что их снимают с разных ракурсов, не мог отказать себе в том, чтобы не бросить на него взгляд. Иногда, точнее довольно часто, их взгляды встречались и тогда накатывала тёплая сладкая волна, потому что в глазах Сяо Чжаня он видел ответное чувство. А может просто хотел видеть?       Ибо первым опустил взгляд, ткнулся лбом в колени. «Почему он молчит? Врать не хочет, а сказать правду - меня жалеет…" - пронеслось в голове. Но Сяо Чжань вдруг обнял его за плечи, притянул к себе и прошептал где-то близко-близко: «Я тоже тебя люблю, мой ди-ди!»       Сяо Чжаню эти слова дались без труда. Он уже давно понял, что неравнодушен к этому парню, хотя всеми правдами и неправдами пытался подавить возникшее чувство. «Это неправильно! Так не должно быть!» - повторял он себе как мантру по нескольку раз на дню в ответ на горячую волну, накрывающую его каждый раз с головой от улыбки Ибо. Его менеджер, приехав однажды на съёмочную площадку, буквально не узнал своего подопечного. Скромный, серьёзный, до безобразия стеснительный Сяо Чжань дурачился, смеялся, носился между декорациями с каким-то пацаном. А взгляд? Ладно бы он смотрел так на этого парня во время съёмок или репетиций, было бы понятно: профессионал. Вжился в роль! Но смотрел на Ибо откровенно влюблёнными глазами и после того, как камера прекращала снимать. А это было бы уже непрофессионально (в чём, собственно, обвинить Сяо Чжаня нельзя). - Ты и этот парень… - начал было менеджер. - Нет-нет! Ничего такого! – вспыхнул Сяо Чжань, - Просто он весёлый и совсем молодой. - Да уж… - проворчал менеджер, - Смотри, Чжань...       А он и смотрел! Смотрел постоянно и не мог наглядеться. Если бы можно было узнать, что у человека в душе, эти двое давно бы были вместе, но в каждом жил страх: «А вдруг я ошибся? Вдруг, это просто игра и он скажет «нет»? Что тогда?» Потерять друга сейчас ни один из них не был готов. Поэтому, Сяо Чжань методично давил в себе все чувства. Он рассчитывал на такого лекаря, как время, считая, что после съёмок их пути просто разойдутся и это болезненная страсть утихнет в душе.       А вот Ван Ибо не собирался сдаваться и постоянно искал возможности приблизиться к Чжаню. Он не отходил от любимого Чжань-гэ ни на шаг и, если тот обращал внимание на кого-то ещё, своими выходками переключал его внимание на себя. Как-то в перерыве к Сяо Чжаню подошёл Ван Чжочэн. Они оживлённо болтали, смеялись. Вспышка ревности пронзила Ибо. Он только что налил себе стакан горячего чая и неожиданно, даже для себя, (ничего другого он не успел придумать) сжал в руках бумажный стаканчик так, что не только облился, но и обжёгся. Конечно, все вокруг тут же кинулись к нему. А Сяо Чжань - в первых рядах! Глупо? Но в этом был весь Ибо. Сначала подумать, а потом сделать - это не про него.       Вот и сейчас, после ответного признания Сяо Чжаня, он сделал то, что сам от себя не ожидал. Ибо поднял голову, буквально, ожог взглядом друга и вдруг, впился в его губы горячим поцелуем. А потом вскочил и, как был босиком, (хорошо хоть не без штанов) выскочил из трейлера и умчался в неизвестном направлении. - Ибо! Куда??? – только и успел взвыть вдогонку Сяо Чжань, но того уже и след простыл. «Пацан! Вот – пацан! И чего он сбежал? Детский сад какой-то…» - досадовал Чжань.       И пока он ломал голову над неадекватным поступкам своего ди-ди, тот сидел на другом конце съемочного городка в «курилке» и не мог унять бешено стучащие сердце. Как он здесь оказался, и почему именно здесь ему и самому было неясно. Это место вся съемочная группа окрестила «курилкой», потому что именно здесь, вдали от всех, собирались приверженцы нездорового образа жизни. А поскольку таковых в группе было немного, курилка по большей части пустовала. Ибо посмотрел на свои босые ноги и его пробил истерический смех. «Дурак! Вот дурак! – ругал он себя, - Чего убежал?! Меня любят, а я...» Но страх переборол страсть. Чего он боялся? Прежде всего, своей неопытности. Ибо, конечно, в теории знал про тонкости секса между мужчинами, но такой практики в его личном опыте не было. Это и рождало неуверенность в себе. Ему даже в голову не приходило, что как раз такая неопытность кому-то может понравиться, показаться милой и даже пикантной. Нет! Ибо был уверен, что с Чжань-гэ всё должно быть просто идеально. Он не мог здесь оплошать. Вот только о том, что подобный опыт мог быть у его любимого, Ван Ибо не задумывался, вернее, даже думать об этом не хотел.       Первый секс у самого Ибо был в 16 лет с сестрой одного из приятелей. Если быть более точным то не секс, а первая попытка. Всё было стандартно: вечеринка, вино, девушки. Это девчонка была чуть старше его. Откровенно сексуальная, она весь вечер соблазняла Ибо. В какой-то момент они незаметно уединились, и всё шло как по маслу, если бы не одна деталь – серьги. Ибо тогда носил длинную серьгу в левом ухе. У девчонки в ушах тоже были какие-то висюльки. В один момент их серьги сцепились, и когда в порыве страсти Ибо резко дернулся, то от боли неудачные любовники чуть не лишились чувств. Кровь, проклятия, вопли разом уничтожили все желания. Печальный итог первого секса: два разорванных уха и повод для бесконечных подколов друзей из UNIQ. Было еще несколько эпизодов, в основном с партнершами по фильмам, но мужчин в этом, сравнительно коротком, списке не было.       Ибо просидел в «курилке» достаточно долго и решил, что Сяо Чжань, скорее всего, будет ждать его у трейлеров, а он туда не пойдёт. По крайней мере, сегодня… Но, как только он вышел из-за фанерного щита, что огораживал «курилку», нос к носу столкнулся с Чжанем.       После внезапного исчезновения Ибо, Сяо Чжань схватив его кроссовки, выбежал следом. Но парня уже и след простыл. «Чёрт! Что не так? - ломал он голову, - Он же сам меня поцеловал…» Еще ни один поцелуй в его жизни не заканчивался так феерично!       Парни замерли напротив друг друга: один босой, другой с кроссовками в руках. Оба растрёпанные, бледные. Картина маслом. Первым не выдержал и захихикал Ибо, потом засмеялся и Сяо Чжань. Смех снял напряжение. Проходящие мимо, работники съёмочной площадки посматривали на хохочущих парней и улыбались: молодость! Все уже давно привыкли к тому, что эти двое везде вместе, привыкли к их выходкам. Поэтому и не удивлялись. Удивился Лю Чан, который заезжал в это время на парковку и узрел своего подопечного в очень странном виде. - Ибо! - окликнул он парня, - Здравствуйте, господин Сяо. Что случилось? - Ничего, Лю Чан-гэ. Всё в порядке. Уже едем? Я готов. Ибо посмотрел в глаза любимого единственного и такого желанного Чжань-гэ. - Мне пора. - Возвращайся скорее… я буду ждать. Эти простые слова подняли в душе парня очередную бурю и, есть бы его воля, он не поехал бы никуда. Но Лю Чан ждал, ждала работа. Ибо забрал у Сяо Чжаня свои кроссовки и как был босиком, протопал к машине. По дороге он оглянулся, отсалютовал другу кроссовкой, зажатой в руке, и плюхнулся на заднее сиденье машины. - И??? Что это было? - спросил Лю Чан у парня, когда они отъезжали от съемочного городка. - Долгая история, Чан-гэ. Можно я расскажу потом, а сейчас немного посплю. Я сегодня, практически, не спал. - Только не говори, что вы всю ночь снимали. - А я и не говорю. Кстати, Чан-гэ, а ты можешь привезти меня обратно не через 2 дня, а завтра вечером. - Зачем? У тебя же законный выходной. Отдохни, отоспись, наконец. - Нет-нет, Чан-гэ, мне обязательно надо быть здесь завтра. - Постараюсь, - вздохнул менеджер.       Ибо благодарно улыбнулся, укрылся пледом, который заботливый менеджер всегда возил с собой на заднем сидении, и практически сразу уснул. Следующий день Ибо, буквально, разрывался между фотосессией и перепиской с любимым. Он практически не выпускал телефон из рук. Хотя, сама переписка была ни о чём (Как дела? Что нового? Что снимаете?), подтекстом в каждой SMS шло «Я скучаю. Ты меня ждёшь? Люблю тебя» Чжань, видимо, тоже не расставался с телефоном, так как ответы в виде смайликов или забавных мемов приходили сразу же. Они не писали друг другу о чувствах. Наверное, просто хотели сказать это, глядя любимому человеку в глаза. На последней фотосессии Ибо был словно «на иголках», но он очень старался и всё прошло великолепно - без долгих перерывов и бесконечных повторов. Ибо торопился. И когда в шесть вечера он наконец-то сел в машину Лю Чана, послал Сяо Чжаню короткую SMS: «Я еду к тебе».       Уже в сумерках они подъезжали к съемочному городку, который был теперь по-особому дорог Ван Ибо. Ведь здесь его ждал любимый человек. И действительно, ждал… Лю Чан даже присвистнул: - Ибо, а тебя встречают! На ограждении перед въездом на парковку сидел Сяо Чжань. - Ну что, господин Сяо. Вверяю Ибо Вашим заботам. - Да, господин Лю. Я позабочусь о нём, - улыбнулся парень. - Это ещё кто о ком! Если не я, ты совсем с голоду помрёшь. Кто тебя будет в столовую водить? - Ладно, парни, я вас оставлю. И… будьте осторожны. Ребята смутились, а Лю Чан махнув рукой, сел в машину. - Он знает о нас? – спросил Чжань. - Наверное, догадывается, - беспечно пожал плечами Ван Ибо. - И, скорее всего, не только он. - Это плохо. - Это пофиг! - Ну да… После того, как ты мне столько раз публично признавался в любви, трудно ни о чём не догадываться. Но твой менеджер прав: нам надо быть осторожнее. Особенно, учитывая, что с сегодняшнего дня мы живём вместе. - Как? Вместе? – просиял парень. - Ага. Сейчас снимается много народа. Массовые сцены. Мы отстаём от графика. Режиссёр сказал, что работать будем день и ночь. Все трейлеры заняты. Я подумал, что ты будешь не против пожить со мной. Сяо Чжань лукаво улыбнулся. - Конечно, Сяо лаоши! Я буду день и ночь рядом с Вами постигать актерское мастерство! - Я так и сказал администратору, - Чжань дал Ибо легкий подзатыльник, - Он откровенно обрадовался, так как мест не хватает кое-кто живёт уже втроем в комнате. Пойдём домой? Домой…! Кто-то мудрый сказал: «Дом - это не четыре стены с мебелью. Дом - это место, где тебя ждут». А Ибо здесь ждали.       Они вошли в трейлер и, как только закрылась дверь, прямо у порога, Сяо Чжань обнял Ибо. Он прижался к его щеке и прошептал: - Всё… Поймал. Теперь я тебя никуда не отпущу. Больше не сбежишь... - А я и не буду, - Ибо обнял парня за шею и поцеловал. Первый настоящий поцелуй… долгий и жаркий… страстный и нежный… такой сладкий и безумно откровенный. Чжань потянул Ибо в комнату. - Может я сначала в душ? - Вот уж нет! Там есть форточка. Не хочу, чтобы ты опять исчез. Ибо улыбнулся той улыбкой, которую дарил только своему Чжань-гэ. - Я же обещал больше не убегать, но как скажет мой господин!       Он запустил горячие ладони Сяо Чжаню под футболку… От этих прикосновений перехватывало дыхание, а сердце готово было выскочить из груди. Нежные, и в тоже время страстные, поцелуи обжигали разгоряченные тела. Волны возбуждения крупной дрожью прокатывались по упругой коже. Они практически ничего не говорили, повторяя в порыве страсти только имена друг друга. Всё, что они запомнили из этой ночи - руки и губы, которые, казалось, были везде и мощный, как огненная лавина, оргазм накрывший их почти одновременно. Когда более-менее восстановилось сбитое страстью дыхание, Ибо спросил хриплым шёпотом: - Чжань-гэ, что это было? - Бо, я не знаю. Раньше я такого не испытывал никогда. - Правда? Ты же не хочешь сказать, что ты - девственник? Чжань тихо рассмеялся: - Нет, конечно, но с тобой всё по-другому… Совсем не так, как это было раньше. В миллион раз круче. - Раньше? С кем?... - Не ревнуй! – Чжань легко чмокнул Ибо в нос, - Кроме тебя у меня никого нет. - Знаешь, а я так боялся, что ничего не смогу. Что тебе будет плохо со мной, что… У меня ведь с мужчиной впервые. - Поэтому и сбежал? Малыш, ну что ты такое говоришь! Даже, если бы ты ничего не делал, ласкать тебя безумное наслаждение. Но ты в постели – огонь! Ибо расплылся в довольной улыбке, а Сяо Чжань потянулся к нему губам. - Чжань-гэ, пощади! Дай передохнуть…! - Неееет! Отдыхать будем завтра, на съёмках. - Если встанем, - последнее, что произнёс Ибо до того, как его тело накрыла новая волна возбуждения.       Утром они чуть было не проспали. Юй Бинь и Чжочэн, проходя мимо их трейлера, постучали в окно. - Сони! Вставайте, а то останетесь без завтрака. Сяо Чжань выглянул в окно. Растрёпанный вид и откровенно заспанная физиономия вызвали взрыв смеха у Биня и улыбку у Чжочэна. - Парни, вам хоть немного удалось поспать? Сяо Чжань запустил в друзей кроссовками, на что Ибо с кровати взвыл: - Почему опять моими? Юй Бинь, ловко поймав ни в чём не повинную обувь, поставил ее на ступеньки трейлера. - Собираетесь! Мы вам место в столовой займём.       Казалось бы ничего не изменилось за короткое время отсутствия Ван Ибо в съемочном городке, но сегодня всё вокруг он воспринимал по-другому. И люди вокруг были приветливее, и столовая казалась светлее и завтрак вкуснее (хотя, по-правде говоря, меню здесь не менялась целый месяц). Ему хотелось улыбаться всему миру. Он просто был счастлив! И даже подколы друзей из-за невыспавшейся физиономии и распухших губ не злили, а воспринимались, как милые шутки. Ему 21 год. Он здоров и молод. Есть любимое дело и рядом тот единственный человек, о котором мечтаешь всю жизнь. Что ещё нужно для счастья?       Сяо Чжань чувствовал себя иначе. Да! Он тоже был счастлив. Это ночь подарила ему любовь, о которой можно только мечтать. Он смотрел на своего ди-ди и не верил, что это чудо случилось с ним. Но его счастье было таким хрупким! В отличие от своего любимого Сяо Чжань смотрел в будущее и отчаянно боялся. Зная, как в их стране относятся к подобной любви, он понимал что всё может рухнуть в один миг. Это страх противный занозой сидел в глубине души, отпуская только тогда, когда они оставались наедине. «Надо быть осторожнее!» - твердил себе Сяо Чжань, но не мог не улыбнуться в ответ на улыбку Ибо.       А Ибо любил открыто и безоглядно. Впрочем, как и все, что он делал в жизни. Однажды, в перерыве они играли в простую детскую игру. Проигравший должен был выполнить любое задание ведущего. Юй Бинь в этой роли с его бескрайней фантазией давал самые сумасбродные задания. Но, когда очередь дошла до Ибо, он хитро прищурился и произнёс: - А Ибо должен поцеловать любого из нашей компании. В губы! Любого, кроме ведущего. Ибо замешкался только на секунду, а потом подошёл к Сяо Чжаню, взял его за плечи, поднял на ноги и поцеловал в губы. - Вау!!!       Возгласы восхищения и шквал аплодисментов накрыли парней. Сяо Чжань скрыл смущение за своей милой улыбкой, а Ибо картинно поклонился всем. На обсуждение случившегося времени не было, так как перерыв закончился, но Чжань прекрасно понимал, что этот эпизод сегодня не останется без внимания. Хорошо хоть людей с камерами, как обычно, рядом не было. По дороге на площадку он незаметно оттеснил Ибо в сторону: - Бо, что ты творишь?!! - А что такого, Чжань-гэ? – беззаботно откликнулся парень. Он, похоже, был собой доволен. – Они и так всё знают. А потом, кого мне было целовать? Хайкуаня или твою шицзе? - Хотя бы! - И ты не стал бы ревновать? Чжань только глазами сверкнул: - Потом поговорим!       Поговорить удалось только поздним вечером, когда усталая компания «Неукротимого» после жаркого дня разбрелась по трейлерам и гостиничным номерам. Чжань-гэ сидел за столом и молча пил свой кофе, купленный по дороге в автомате. Ибо подошёл сзади, обнял любимого за шею и прошептал на ухо: - Не дуйся, Чжань-гэ. Я, правда, не подумал. Сяо Чжань хмыкнул. Для него это было не ново. Он уже и не злился на своего ди-ди, но пробормотал ворчливо: - Да уж чего теперь… не вернёшь… надо думать было. - Ну, Сяо лаоши, не будь занудой. Ди-ди еще маленький, глупый. Ему простительно. Ибо нежно прикусил ухо любимого и прошёлся горячими губами по шее. От такой ласки Сяо Чжань сразу обмяк. - Что ты делаешь, Бо? - Ничего. Я просто безумно тебя люблю. Чжань судорожно сглотнул и тут его, буквально, прорвало: - Бо, я жутко боюсь тебя потерять! Я каждый день умираю от мысли, что мы не сможем быть вместе. Каждая секунда с тобой - подарок судьбы, но это не может длиться вечно… не может!!! - Ну почему? - Потому, что закончатся съёмки, мы разъедемся по разным квартирам, начнём сниматься в разных фильмах, передачах, участвовать в разных проектах и всё! Редкие встречи раз в месяц - вот что нам останется. А я не хочу, не могу без тебя! - Чжань-гэ, всё зависит только от нас. Захотим - будем вместе. - Не всё. Ты знаешь это… Прознают репортёры и нас просто сживут со света. Тогда и твоей, и моей карьере конец. Ибо сидел рядом и облизывал губы. Он всегда так делал, когда нервничал. А Сяо Чжань в очередной раз залюбовался парнем, какой же он всё-таки красивый! И сердце опять сжалось от предчувствия разлуки. - Ещё месяц с небольшим и мы закончим «Неукротимого»… Он уронил голову на руки и закрыл глаза. - Чжань-гэ, - Ибо коснулся макушки любимого мягким поцелуем, - мы всегда будем вместе. По крайней мере, до тех пор, пока тебе это будет нужно. Но, даже если ТЫ оставишь меня, Я буду с тобой. Как нам дальше жить, мы подумаем завтра, а сейчас у нас впереди целая ночь… Наша ночь! Он взял Чжаня за руку. - Всё будет хорошо. Обещаю.       Очередная безумно сладкая ночь пролетела, как один миг, а наступившее утро унесло все заботы и тревоги прошедшего дня. Парни погрузились в работу: репетиции, тренировки, съёмки, короткие перерывы, опять съёмки… и любимый человек, который рядом каждую минуту. А что ещё нужно для счастья? «За всю жизнь встретить одну родственную душу. Этого вполне достаточно...»