Незваный гость в Чайнике

Солнечные лучи с трудом, но нагло, прорывались сквозь бордовые шторы, падая на подушки и лицо, где и ютилась голова. Они светили прямо в глаза, особенно ярко, когда в комнату проскальзывал теплый ветерок. В чайнике не стоит беспокоиться о непогоде, здесь всегда тепло и уютно. Нет, ни снега, ни дождя, о котором вскоре можно будет заскучать. Люмин мило зевает, садясь на кровать и потирая глаза. Вчерашний день ей кажется сном. Тело ноет, прося еще поспать, а в голова немного гудит, все говорит об небольшом недосыпе. Но нужно вставать. Хочешь или нет, поручения Гильдии никто не отменял, как и лишнюю мору в кармане. Да, и взглянув на настольные часы, что чудом не подстроились под время Чайника, понимает, что время медленно близится к 10 часам. Вновь зевнув и с неохотой выбравшись из теплой постели, она топает по прохладному полу к ширме, где на стуле аккуратно сложена ее одежда. Только вот, сегодня ее там нет, что вызывает в светлой головушке кучу вопросов. Она не могла ее снять по дороге к спальне, не в ее духе, либо бросить где-то еще. Сама вбила себе в этом доме привычку переодеваться за ширмой, укладывая одежду на стульчик, если не убирала в шкаф. Но и открыв дверцы она его там не обнаружила, лишь запасное. На внешний вид оно похоже на то, что девушка носит каждый день, но оно отличается, чуть сильнее уходит в голубизну. Девушка случайно выстирала его в синей краске, но вовремя опомнилась. Так что краска лишь выделила голубые орнаменты, уведя их в синеву, а белая ткань почти не пострадала. Но если два платья висели в шкафу, то девушке казалось, что бело-голубое, ее привычное платье, выглядит скучнее и неинтереснее бело-синего. Поэтому, она решила его одевать в крайних случаях (Я пыталась найти фанатские версии платья, но я провалилась). Тяжело выдохнув, Люмин поправила лямки своего черного платья, что служило ей также пижамой, лишь затем стянула его со своей кожи, избегая своего отражения в зеркале. Лишь в его глади она могла заметить какие-то заживающие синяки или белые полоски от чьих-то ногтей. Вспомнить о ранах. Но всегда, там на нее смотрела незнакомая ей путешественница. С мокрыми и припухшими глазами, покусанными губами, уставшая и очень слабая. Девушка, что может развалиться на тысячу осколок, как только к ней прикоснешься. Та, что просыпается в слезах или с криками от кошмара. Это не та Путешественница, что твердо и уверенно держит меч, поднимается на ноги после падения. Улыбается и смеется, смотря прямо в глаза родных и близких. Не боится неудач и проигрыша. Не та, кого все знают. Это не Люмин. Но каждый раз смотря в зеркало, девушка боится, что такой она скоро станет. Слишком долго идут поиски и слишком часто в груди появляется чувство боль, что долгожданного воссоединения не произойдет. Иногда, кончиками пальцев, смотря в сторону Инадзумы, куда ее кто-то да отвезет, она ощущает покалывание. Что-то нелегкое принесет ей визит в страну вечности. Что-то недоброе. Помотав головой, она прогоняет эти мысли, когда застегивает корсет платья. Пальцы расчесывают волосы, а затем осторожно касаются заколок в виде цветка. Они неуверенно берут украшение в руки и закрепляют его в волосах. Затем тоже самое, но, с другой стороны, проделывают с заколкой в виде перьев. Лишь после этого на хрупкие плечи спадает шарф и Люмин покидает свою комнату. Взгляд невольно падает на гостевую комнату. Хоть она и верит, что все произошедшее это сон, но все же направляется к двери. Ладошка осторожно касается дверной ручки, сжимает холодный, почти ледяной, металл, а затем уверенно опускает ручку вниз. В комнату также попадает солнце, обнажая примерно такой же интерьер, как у хозяйки в комнате. Высокий крепкий шкаф, ширма, табуретка с ковром под ногами с правой стороны, а с левой письменный стол и стул, если нужно что-то написать, а вниз спускаться лень. Парочка цветов, прикроватная тумбочка со свечами и кровать, на которую девушка пыталась не смотреть. Но все же ей пришлось. На ней, не укрытый одеялом, уткнувшись носом в подушку, и спал Предвестник. Он уснул, сняв с себя только пиджак, что повесил на стул, сапоги и перчатки, спал в штанах и красной рубахе. Его лица не было видно, загородил собственным плечом, обнимая подушку, в которую и утыкался. Спал он, к удивлению девушки, на животе, будто не боялся, что кто-то может к нему подкрасться и нанести удар между лопаток. Притом его же оружием, что он любезно поставил у рабочего стола. Люмин хотелось выругаться, проклясть весь свет и разбудить юношу. Она даже направилась к нему, но заметив, что Тарталья спит крепко, но кажется уставшим больше, чем она сама, передумала. Замерла, позволив ее ладони нависнуть над его сильным плечом, что поднималось и опускалось. Его дыхание было немного тяжелым, но умиротворённым. Нос немного сморщился, брови недовольно изгибались, на лицо неприятно спадали рыжие прядки. Они как-то выбрались из-под его маски. Видимо юноша не снимал ее и во сне, что девушку смутило. Люмин вновь вспомнила, как эта маска скрывала его лицо во время боя, когда осознала, что осторожно убирает пряди с его лица. Она быстро отдернула руку, поправила шторы, пытаясь убедить себя, что ничего не было, и выскочила из комнаты. - Идиотка - обозвала она себя, спускаясь по лестнице вниз, где на диване продолжала спать Паймон, не вернувшись к разгрому кухни - как ты могла поверить, что это был сон? Она начала корить себя за эту глупость, а не за прикосновение к мягким волосам и немного грубоватой коже кончиками пальцев. - Он мог убить тебя или придушить подушкой, пока ты спала - рычала она себе под нос - если не наслаждаться твоим лицо во время кошмаров! Боже, это бред! Он ведь сейчас спит, а не улыбается или не пытается тебя убить. Пока он ничего плохого не сделал! Верно? - Верно, он вел себя вчера спокойно - Люмин преодолела первый лестничный пролет и двинулась к выходу, решив потом разбудить компаньона - не стал крушить дом, немного помог прибраться. Что ты сейчас на него злишься?! Подумаешь чуть не разгромил Ли Юэ и вломился в твой дом. - Архонты, мне стоит его бояться или нет? - спросила она саму себя, выходя на свежий воздух, где ее и встретил Пухляш с множеством мебели. - Доброе утро, Путешественница - в голосе необычного существа, как всегда, звучала приветственная улыбка, отдающая медом и прочими сладостями, такая чистая и искренняя. Пухляш рад всем, кто приходит к ним в Чайник. Всех встречает с этой улыбкой и добрым голос, спрашивает о самочувствии и настроении. Существо всем улыбнется, даже хмурому Дилюку или серьезному адепту Сяо. - Как вам спалось сегодня? - спрашивает он, единственный, кто в данный час не скажет об синяках под глазами. - Как всегда - грустно улыбнулась Люмин, осмотрев мебель, что стоит перед самым домом. - Ваша мебель готова, мне расставить ее самому или вы займетесь этим после? - Пусть пока постоит здесь, я займусь расстановкой чуть позже. Меня сейчас волнует кое-какой вопрос. - Можете задать его, если он вас так сильно беспокоит, постараюсь на него ответить - Пухляш улыбнулся. - В Чайник же мои гости могут попасть только с помощью пропуска? - поинтересовалась девушка. - Да, пропуск вам могу выдавать только я, сразу же после того, как его изготовлю - кивнуло существо головой. - И никак иначе? - В Чайник могут попасть только те, кому вы выдали пропуск. - И нет исключений? - Гости могут зайти с помощью пропуска, выйти они могут также с помощью него. - Пухляш, видишь ли, в Чайнике сейчас гость без пропуска - начала девушка издалека. - Такого не может быть, попасть в Чайник гостям можно только через пропуск - ответил он. - И никакие “цветы” не могут..., понятно - выдохнула Люмин, поняв, что это бесполезный разговор - я уйду через час, сможешь присмотреть за ним? - Конечно, Путешественница - кивнул он, а затем скрылся, опустив голову в свой дом, также напоминающий на вид Чайник. Люмин вернулась в дом, толкнула Паймон, решив, что уборку на кухне нужно закончить. И именно феечка должна будет отмыть пол и стены. Только к ее удивлению, на кухне был полный порядок, а на столе был завтрак, что можно было употреблять в холодном виде и записка. Чайлд решил убраться, и чтобы Паймон вновь не разгромила кухню, приготовил блинчики к чаю из остатков муки и яиц. Когда он приготовил, сразу после ее ухода или чуть после, девушка не знала. Но его нужно было поблагодарить за завтрак и уборку, ощущая на своих губах улыбку. - Богатый мешок тут все убрал - улыбнулась Паймон. - Но это должна была делать ты - девушка положила записку на стол и пронзила подругу недовольным взглядом. - Хэхэ - скривилась феечка, думая уже раствориться в воздухе, но нельзя же ей оставлять блины без внимания. - В следующий раз, будешь убирать здесь все от и до - выдохнула Люмин, сразу взяв несколько блинчиков себе и поставив чайник. - Хорошо, что богатый мешок уже ушел. - Он не ушел. - ЧТО?! Ты позволила ему здесь остаться?! Люмин прикрыла ладошкой ухо, ведь Паймон закричала именно сбоку, решив ее оглушить. Девушка поморщилась, думая, что сегодня левым ухом будет слышать плохо. Но смотря на упавшую куда-то вниз челюсть проводника, не смогла сдержать улыбки. - Что он уже не такой хороший? - спросила Люмин. - Я НЕ ГОВОРИЛА, ЧТО ОН ХОРОШИЙ! - вновь закричала она, топнув в воздухе ножкой. - Но почти сказала, смотря на эти блины. - Паймон неподкупная! - Да-да, никакая мора, никакая еда ни разу не подкупила Паймон - девушка откусила блин, наслаждаясь этим сладковатым вкусом, кажется в тесто была вмешена какая-то специя - завтракай, нас ждет Гильдия приключений. - А Чайлд?! - Паймон посмотрела на путешественницу, как на идиотку. - За Чайлдом присмотрит Пухляш, нам же нужна мора и припасы. По дороге домой заглянем к мадам Пин, может она что скажет полезного. - Пухляш не помог? - Ты же знаешь Пухляша, он мало что скажет полезного. Закончив с завтраком, путешественница и Паймон покинули Чайник, а Тарталья до сих пор спал и даже не думал просыпаться, поэтому девушке вновь стало немного стыдно. Вчерашний разговор закончился не очень хорошо, что он видимо захотел так исправить, а она ушла, не сказав даже "Спасибо". Также не оставив ему чего-нибудь на завтрак и записку. Блины все съела Паймон, а до записки она додумалась, когда они уже вышли и Люмин смотрела на Катерину с привычной даже иногда пугающей улыбкой.

***

Чайлд проснулся уже ближе к обеду по времени Тейвата, как и в Чайнике, только он не знал, что девушка и компаньон уже ушли. Парень с трудом оторвал голову от подушки, понимая, что всю ночь проспал на животе, перевернулся на спину и посмотрел на потолок, медленно понимая, где он. Факт, что он не в своем номере, оставался фактом, как и то, что он в каком-то Чайнике, из которого не может уйти. И то, что ему здесь не рады. Предвестник понимал это, ведь именно об этом думал перед сном, как и над кое-чем другим. Он думал об шансе, что промелькнул в его голове несколько раз и несколько раз был прогнан, ведь сердце больно стучало, а голова говорила: “Это невозможно”. Невозможно исправить сложившуюся ситуацию между Фатуи и путешественницей. Они враги, ему нет прощения и доверия. Но то, как они наводили порядок на кухне и готовили, заставляло сомневаться. Девушка была рада его присутствию не гнала, не обижала и не оскорбляла его. Да, она ударила в самое сердце, сказав кто ее друзья, кому она верит. Но что, если и он может стать ей другом? И он даже предположил, как это сделать. Оставалась лишь одна проблема. Это сбросить с себя все оковы и маски, что он сам согласился нацепить, когда вступил в ряды Фатуи. Она должна узнать кто он, кто прячется за маской, выглядывая чтобы пошутит или подурачиться, ну подраться тоже, но не до потери пульса и крови. Больше в шутку. Тарталья должен отказаться от титула и прочего, стать человеком, которым его знает его собственный брат и семья, когда он приезжает домой. И Царица со своими Фатуями не давит на него долгом и прочем. Когда руки не чешутся. Стать тем, чье имя он не может сорвать с собственных губ и уже почти не принимает его, как свое собственное. Что уже подметили мать с отцом. Но он не может все выдать ей здесь и сейчас. Все о его семье, о нем самом. От его слабых точек и кошмарах до тайн, что знают единицы или только он. Ведь. В этом случае Тарталья покажет, что он ей доверяет, готов ей раскрыться. Но! У него не будет гарантии, что она ответит ему чем-то таким же. Не воспользуется его слабостью, чтобы нанести удар, выбив воздух из легких, превратив мир в черное пятно, заставив ощутить адскую боль во всем теле и металлический вкус на собственных губах. Она лишь оставит в его голове мысль - он сам виноват. Чайлд сам позволит ей себя убить, доверившись, из-за него пострадает его семья. Доверие без доверия не строится. Хоть наивные об этом не знают, почему их часто и обводят вокруг пальца и оставляют ни с чем, либо просто выбив на время почву под ногами. Что он и сделал. Он использовал ее наивность, и теперь Люмин ему не доверяет. О чем и смело говорит, а он хочет это исправить. Нет, он не будет просить ее рассказать все о себе, а потом говорить про себя. Нет, это неправильно, да и есть большой шанс, что даже так, все им сказанное может стать ложью, либо солжет она. - Арх! - прорычал Предвестник, закрыв лицо руками и сев на кровати - Люмин не станет мне ничего говорить о себе! Снова пришел он к этой мысли. Вроде вместе с ней он и уснул, но точно до сна, когда он еще сидел на кухне, она уже посещала его. В его голову ударило желание отвлечься - убрать оставшийся беспорядок, вымыть стены и полы, хоть это не его любимое занятие. Оставить что-то, чтобы хоть как-то сгладить осадок после разговора. И, когда он коснулся первого предмета хаоса, который мог и любил устраивать сам, Тарталья догадался, как он может заполучить доверие. Небольшой жест доброты, небольшая помощь, как несколько минут назад до разговора о недоверии, небольшой шажок к доверию. Совсем незначительный, возможно, даже ничего незначащий, лишь показывающий, что он не такой плохой, каким она его считает. Может, стоит начать с этого, перед тем как идти к доверию? Но сейчас, этот шажок такой ужасный, глупый и идиотский, что хочется кричать. Он помог убраться и ничего более, приготовил завтрак и больше ничего. Это ни о чем не говорит. Ни о его желание помочь, ни о желание стать другом! Жаль, он не знает, что этот жест вызвал улыбку, что она хочет дать ему шанс. Шанс стать лучше и поверить ему. Тарталья не знает ничего из этого. Вновь прорычав себе под нос, что он "Кретин", парень поднялся с постели. Поправил простыни, молясь, чтобы у Чжун Ли сюда был пропуск, либо его отпустили обратно в Тейват. Все, чтобы поговорить с мудрым не по годам Архонтом. Словно он скажет все шаги от А до Я к доверию путешественницы. Расскажет все тонкости этого пути, обнажит выступы, углы и пропасти, что Предвестник не должен упускать из виду. Но нет, Моракс на такое не способен, он лишь будет долго раздумывать над этим моментом, может, что-то да и предложит. Но Чайлд это осознает не сейчас. Юноша не стал брать свои вещи, вышел из комнаты и направился вниз в мятой рубашке и мятых брюках. Его ладонь перебирала и так взъерошенные волосы, поэтому о каком-либо важном визите или диалоге с каким-нибудь Чжун Ли даже и речи быть не могло. Он выглядит как мальчишка, если не пришедший с какой-то гулянки юноша. Но Предвестнику все равно. Взглядом он пытается найти Люмин или следы ее присутствию. Заглядывает на кухню, где стоит пустая тарелка и не тронутая записка. Он не знает, что путешественница ее прочла, также аккуратно сложила и положила обратно на стол. Поэтому голову посещает мысль, что она ее не видела или ей было наплевать на нее. Возможно, до кухни быстрее добралась Паймон, ни оставив ничего. Лишь крошки. На полках почти ничего нет, он ведь сам выкинул оставшейся испорченные продукты, оставив лишь специи, какие-то травы, шишки. Вроде где-то был миндаль и рис. Юноша понимал, чтобы вновь не мучить себя голодом, ему придется готовить. Но сейчас не до этого, поэтому он выходит из кухни и идет искать девушку. Хоть он мог осмотреть дом и вчера после того, как Паймон уснула. Он этого не сделал, предпочтя компанию девушки, а потом и разрывающую на части тишину, и собственные мысли. Хотя, он и сейчас был во власти тишины, ему хотелось ее нарушить еще быстрее, чем когда-либо. Ведь обычно в тишине и с собственными мыслями он оставался в своем номере, думая о семье, о правильности собственных действий. Но сейчас к этой тишине прибавлялись и мысли о недоверии, о чем он не хотел думать, заглянув в библиотеку, где также на столе лежали книги про Чайник и карта. Затем он заглянул в последнюю комнату на первом этаже - это была столовая. Достаточно просторная и роскошная. Длинный стол из красного дерева, стулья с голубой обивкой по центру комнаты. На столешнице чайный сервиз из фарфора, который более вероятно ей кто-то подарил, к примеру Чжун Ли, букет из цветов в голубой вазе, золотые подсвечники. В одном конце полки с разными винами в основном из Мондштадта и чайными наборами из Ли Юэ, два стула возле небольшого столика, видимо для распития алкоголя кому-то в сторонке. В другом два дивана и декоративный цветок в большом горшке. Видимо здесь девушка и встречала гостей, когда приглашала на ужин или обед. Возможно, они что-то здесь отмечали, раз тут находятся различный алкогольные напитки. Но она его не приглашала на эти вечера и встречи, да и навряд ли пригласит, даже выпить чаю в хорошей компании. Поболтать о разном им не светит, о чем-то пустом и незначащем или важном. Так что ему только стоит наслаждаться окружающей обстановкой и мягким ковром под ногами, который он ощущает пальцами. Обувь осталась наверху, поэтому, возможно, он первый кто ощутил его мягкость. Тарталья покинул столовую, не рискнув подниматься на верх. Будь кто-то дома, его бы уже пожурили за любопытство, если не налетели с кулаками. Но возможно хозяева на улице, куда он и вышел. Решив осмотреть все там, а уже потом искать чем себя занять. У входа его встретила мебель: книжная полка, какой-то шкаф, пара стульев и дерево в горшке, заставивших его поднять удивленно брови. Предвестник ступил голыми ногами на каменную лестницу, немного вздрогнув, когда зеленая трава коснулась пят. Осторожно направился к изделиям, будто те дикие звери или опасные существа. Его ладонь коснулась дерева, покрытого лаком, заставив того задуматься, как девушка все это занесет внутрь. Со стульями вопросов не было, а вот с полкой и шкафом, не говоря уже об цветке. - Неужели Паймон поможет ей все это перенести? - спросил сам себя юноша. - Добрый день - Чайлд подскочил, когда к нему обратились за его спиной - как ваше самочувствие? - А... прекрасно - произнес он, обернувшись и посмотрев на странное существо похожее на птицу. - Как вам спалось? - поинтересовалась птица - Путешественница попросила вас не беспокоить до вашего пробуждения. - А кто... - Я, Пухляш, хранитель обители Путешественницы - представилась птица, не протянув руку или кивнув клювом. - Тарталья - кивнул он головой, внимательно осматривая птицу. - Приятно с вами познакомиться, Тарталья - птица улыбнулась, смотря на юношу, искренне и чисто, не боясь его. - И чем ты занимаешься, Пухляш? - В данный момент присматриваю за вами, как попросила Путешественница. - Понятно, а где она...? - Путешественница отправилась выполнять задания Гильдии Искателей приключений вместе с Паймон, проведать мадам Пин, возможно выполнить парочку поручений жителей или заказов на монстров. - И когда она вернется? - Каждый раз по-разному, может заглядывать после каждого поручения, а может и через несколько дней - честно ответила птица с такой же улыбкой. - Понятно - вновь протянул Тарталья, смотря на мебель. - Вы хотели с ней поговорить? - Нет, просто хотел узнать, когда смогу вернуться к своим поручениям. Птица продолжала улыбаться, словно они говорили о чем-то хорошем или вкусном. Что не могло Предвестника ни восхищать, ни заставить его не боятся Пухляша. - Пухляш, а ты можешь мне показать округу? - Конечно, Тарталья - кивнул он, “приподнимаясь” чуть выше, чтобы “спуститься” со ступеней - мы находимся на Весеннем пике, тут Путешественница разместила свой дом, несколько скалистых местностей. Каменные изваяния очень мило сочетаются с зелеными насаждениями. В тени этих могучих деревьев путешественница разместила несколько палаток, небольшой столик для чаепития на свежем воздухе. Здесь Путешественница с Беннетом и Рейзором ведут различные беседы у костра о путешествиях, а Чжун Ли может распивать различные чаи во время заката. - А что насчет домов? - Чайлд взглянул на строения - в них можно жить? - Данные дома, как и все окружающее вас пространство лишь иллюзия. Не более того, так что... продолжим? - Конечно. Экскурсия прошла успешно и закончилась быстрее, чем Тарталья рассчитывал. Все дело в том, что он нашел небольшой садик или огород, что девушка разбила на предпоследнем островке. Девушка окружила его забором, чуть выше рыжей головы. И как она и говорила, тут почти ничего не росло. Растения страдали от засухи, хоть рядом и был колодец…, но в нем не было воды. Так что юноша думал взять ведро, набрать воды из ручья, что был поблизости и полить их. Когда ему в голову пришла мысль, попробовать полить растения гидрострелами. Но он вспомнил, что лук остался в гостевой, поэтому передумал. В Снежной хоть и был круглый год снег да лед, но все же было несколько теплых месяцев, когда снег расчищали с земли. Черное поле взрыхляли граблями, делали борозды, в которые и высаживали семена различных культур. Над грядами строили конструкции, чтобы защитить растения от сильного снегопада, если вдруг нагрянут морозы, такие конструкции были из стекла, пропуская солнечный свет. Строили небольшой заборчик от ветра и различных слаймов. Не у многих хватало денег или навыков на постройку теплиц, но у Тартальи была теплица дома. Ее построил его отец, где мама пропадала, когда не была занята делами по дому и воспитанием собственных детей. В теплице она и приручила его к труду, как и всех своих детей. Большой дом, большая семья, больше домашних дел, что в будущем помогают отвлечься и привести мысли в порядок. И это, как всегда, помогало ему отвлечься, хоть сейчас он и пачкал серые штаны, закатав рукава красной рубахи. Тарталья перестал думать о недоверие, думал о семье, своих делах и о том, что через сколько дней растения реабилитируются, окрепнут и расцветут. Одни ростки он точно опознал, хоть они еще не проклюнулись, появились лишь первые листки, не лже. Те самые первые два зеленых листа, что появляются самыми первыми из земли после ложных, позволяя растения спокойно пересаживать в другую емкость, если это не трава. Люмин пыталась взрастить Ветряные астры, что росли в Мондштадте недалеко от статуй Барбатоса. Возможно, это первые цветки, что она увидела, посетив Тейват. Он вырвал сорняки, лишь затем полил растения, осознав, что каждый сорняк, это его ошибки. Ошибки, что он когда-либо совершил, как и любой человек. И если их не вырвет кто-то еще, то должен вырвать он сам. Сам их исправить. Оставался лишь один вопрос: “Как?”. С ним то парень и осмотрел свои труды. Все грядки выглядели замечательно, словно тут работала целая группа садовников и сад не напоминал недавно брошенный участок земли. Тарталья улыбнулся своему труду, направившись к зданию. Наслаждаясь теплым воздухом, уходящими лучами солнца и мягкой травой под ногами. Что несколько раз сменилась на песок и деревянные доски веревочных мостов. Так что босые ноги изучили всю землю, позволив ей прилипнуть, как щит, к коже и к ткани брюк. До работы садовником он, итак, выглядел неуклюже и растрёпано, а теперь еще сильнее напоминал мальчишку, что сбежал поиграть во дворе с детьми. Его руки не чесались, а на лице была улыбка, которую встретил улыбающийся Пухляш. Какое-то время он наблюдал за его работой, а уже после ушел на свое прежнее место. - Как прошла работа в саду? - Неплохо, но нужно провести воду в колодец, а то Путешественница устанет бегать с ведрами - произнес он, немного шутя и ставя одно пустое ведро возле Пухляша, взглянув на мебель. - Путешественница займется расстановкой, когда вернется - догадался он о следующем вопросе. - Думаю, ей будет не до этого - хмыкнул парень - так что, она не говорила куда поставит часть этих вещей? - Путешественница принимает много спонтанных решений с расстановкой, часть мебели мне приходится прятать от людского взора. (Не думаю, что у Пухляша есть бездонный чердак, куда уходит вся ненужная нам мебель) - Тогда цветок будет стоять у входа, а все остальное.... - Путешественница настояла на самостоятельной расстановке мебели. - Пухляш, ты же знаешь, что она устанет, и будет эта мебель тут стоять - тяжело выдохнул юноша - а мне все равно заняться нечем. - Вам нужна помощь с переносом мебели? - поинтересовалась птица. - Не, я справлюсь - отмахнулся юноша, решив отнести для начала стулья. Поставить он решил их в столовой, видимо там стульев не хватало для полноценной картины. Возможно, цветок-дерево нужно было также поставить туда или в библиотеку. Но когда Чайлд поднял горшок, он понял - будет чудо, если он его не уронить себе на ногу. Поднять его нужно было по лестнице, но обзор ему и загораживало само дерево. Он чудом преодолел первые ступени, когда цветок начал покачиваться, грозясь упасть. Предвестник выругался в зубы, когда ноша стала чуть легче. - Дай помочь - услышал он чей-то голос с каким-то рычанием. - Ась? - юноша удивленно вскинул брови, пытаясь понять, кто с ним говорит. - Это Рейзор - услышал он голос Беннета чуть поодаль. - Помощь - фыркнул незнакомец в нос. - Привет, Рейзор - хмыкнул Предвестник, попытавшись как-то кивнуть в примеченное им место для растения - его нужно в тот угол. - Угрх - ответили ему в нос, помогая ставить цветок. Цветок опустился на пол, позволив юноше взглянуть на мальчишку с серебряными локонами. Они были в более ужасном состоянии, чем у Тартальи, торчали во все стороны, местами доходили почти до пят, выглядывая из-под капюшона безрукавки. Его алые глаза с недоверием грозно смотрели на юношу, губы были поджаты, а когда Предвестник протянул ладонь для рукопожатия, то он обнажил зубы рыча. - Чужак.... - Он друг Люмин из Ли Юэ - соврал Беннет, подойдя к ним, отведя взгляд от мебели. - Запах... странный... земляной... - рычал Рейзор. - Я помогал Люмин в саду - хмыкнул тот, убирая выпавшую землю из горшка. - Рейзор... охота... мясо.... - Он всегда такой? Чайлд посмотрел на Беннета, что поставил сумку с припасами, а затем принялся быстро переводить взгляд со знакомого на друга. Он с большой вероятностью не знал, что сказать или как разбавить обстановку. Но все же искатель приключений, улыбнулся, почесав затылок. - Рейзор вырос в окружении волков. - Луппикал... - Верно - кивнул Беннет головой, улыбнувшись - он помог мне добыть припасов. - Спасибо, Рейзор - Чайлд выпрямился, улыбнувшись - а то тут ничего из еды не осталось после уборки. - Все настолько плохо? - поинтересовался юноша. - Паймон, если не съела, то покусала все, что можно - фыркнул тот - так, что я бы умер от голода, не загляни вы сейчас. - Рейзор.... помощь - улыбнулся мальчишка. - Верно! - воскликнул белокурый, вернувшись носом в сумку - мы принесли мясо, закатники, ягоды и много чего еще! - Замечательно - хмыкнул юноша, повернув голову в сторону открытых дверей на улицу, смотря на книжную полку и шкаф. - Что-то не так? - Думаю куда это поставить. - Где... Путешественница? - спросил Рейзор, принюхиваясь. - Куда-то ушла - пожал тот плечами, упираясь о дверной косяк - Пухляш сказал, что выполнять поручения Гильдии. Не знаю куда точно, я тут уже как... несколько часов пытаюсь найти, чем себя отвлечь. - Помощь... мебель? - мальчик смешно нахмурил бровки. - Угу, все лишь бы не сидеть без дела. - Мда.... веселое занятие - снова почесал затылок Беннет. - Скучнее охоты. - Рейзор... помочь? - Книжную полку нужно точно в библиотеку - догадался юноша, что волчонок имел в виду - куда шкаф, даже представить не могу. Возможно, в ее комнату, а может куда-то еще. - Значит, разбираемся с книжной полкой. Беннет улыбнулся, подойдя к мебели с одной стороны, дожидаясь, когда кто-то из парней поможет ее поднять. Он не боялся, что его удача снова напомнит о себе, что полка развалится или упадет ему на ногу. Мальчишка хотел помочь, как и Рейзор, что больше крутился под ногами, пока дело не дошло до переноса шкафа.