Незваный гость в Чайнике

Люмин нежилась в постели до первых лучей солнца, что с лёгкостью прокрались сквозь плотные шторы из-за какого-то пригорка. Девушка не знала, сколько она проспала, но точно знала, что уснула не в своей комнате. Медовые глаза рассматривали потолок, пока дева пыталась вспомнить, в какой момент сон захватил ее тело, когда Чайлд мог унести ее наверх. Также она пыталась вспомнить сон, но вспоминала лишь тьму и пустоту. Сегодня ей ничего не приснилось, либо она уже забыла, вспоминая синие глаза, тихий полушепот и теплые прикосновения, что заставляют сердце трепетать. Щеки краснеют, и девушка решается встать, дабы принять ванную. Теплая вода, множество средств для ухода за кожей, волосами и различные ароматические настойки для пены, вот, что ей сейчас нужно, а не какие-то сложные спросонья думы. Но погрузившись в воду по плечи, рассматривая свои коленки с едва заметными пятнами синяков, она вновь вспоминала рыжую копну волос. Словно в данную минуту он обнимал ее, а не вода нежно и осторожно касалась кожи. Сейчас она приоткроет глаза, поднимет голову, и на нее посмотрят бездонные синие очи. Губы Чайлда растянутся в теплой и нежной, возможно, кокетливой улыбке. Юноша над чем-то пошутить, заставив ее рассмеяться, либо покраснеть еще сильнее. Но Люмин не хочет этого знать и представлять дальше, щипает себя за щеки. - Не думай, не думай об этом! Он просто тебе почитал и посидел с тобой, пока ты спала! Ничего более! Не думай! Не думай.... Девушка вновь хотела ущипнуть себя за щеку, как услышала урчание собственного живота. Она не ела ничего со вчерашнего утра, в обед и вечером лишь пила чай, но это такая себе пища. Тяжело выдохнув, Люмин соскользнула в ванную, скрыв губы в водной глади, прежде чем вылезти и закутаться в повседневную одежду. Чайлд точно спал в своей комнате, по крайней мере его не было внизу и в такой ранний час не могло быть на кухне у плиты. Так что, возможно, впервые с “переезда” Чайлда в ее Обитель, не считая одного утра, именно девушка стояла у плиты. За ней сейчас стоит выбор блюд на завтрак, и ей их сейчас готовить. И Люмин не против, ведь ей это нравится. Готовка не раз отвлекала ее от различных дум, в том числе от воспоминаний. Раньше девушка не раз готовила со старшим братом, точнее Итэр учил ее готовить. Он даже хватал сестру за руку и подводил к плите или ее аналогу, убеждая, что ей это пригодится. И как некстати он оказался прав. Очнувшись, девушка не только оказалась одна, так через месяц ей навязалась Паймон, желающая вкусно кушать каждые несколько часов, а то и минут. Готовка долгое время навеивала неприятные воспоминания до встречи с Паймон. В те дни Люмин могла спокойно ронять слезы в посуду, но после ей пришлось научиться гнать эти мысли прочь. В первый день знакомства девушка научилась делать безразличное и каменное лицо, дабы подруга ничего не заподозрила, чаще всего они ели в «Хорошем Охотнике», а девушке, если и приходилось готовить, то спиной к Паймон. Только сейчас все спят и, если ее одолеет тоска по родному человеку и воспоминаниям, она сможет спокойно уронит беззвучные слезы в миску с субстанцией, что может вскоре встать вкусной пищей, но на ее лице в тот момент не дрогнет ни один мускул. Люмин осторожно встала на носки, тянясь до посуды и прочей кухонной утвари, которую юноша специально убрал на верхние полки. Видимо, Предвестник хотел убедить девушку на совместную готовку или поймать ее за этим занятием, но она отмахивается от этих мыслей, поставив стеклянную утварь. Путешественница решила перебить себе аппетит мятным салатом, а уже после готовить что-то похожее на завтрак другим. Белокурая уверенно нарезала терпкие листья, вдыхая пряный аромат, что щекотал ее ноздри, оставался отпечатками на пальцах. Лишь после она посмотрела на заоблачный перчик, стараясь понять хочет она острый салат или нет, когда решилась отложить нож в сторону. Она сжала губы в тонкую полоску, чувствуя приближающиеся слезы. Во многих мирах встречалось растение похожие на здешнюю мяту, только она могла называться по-другому или иметь другой привкус. Но ее старший брат любил добавлять это растение в различные блюда, девушка заметила это после разлуки с ним, только не отказывалась от этой пряности. Да и, сделать вид, что этого растения не существует было бы трудно, его можно встретить во всех уголках Тейвата, как и цветок сахарок. И словно назло всем, этим растением пах постоянный гость ее обители. Люмин осторожно взяла в руки новый пучок мяты, смотря как по зеленым листьям сбегает соленая капля, поднесла его к губам, мягко коснувшись лепестков. - Я скучаю по тебе Итэр - прошептала она, решив вплести стебель в локоны, а после продолжила готовку. Нож уверенно нарезал перчик на мелкие кусочки. Она выбрала самый небольшой, осознав, что ей хватило на сегодня горечи. Мысли хаотично кружились в голове, сменялись с одной на другую, не давая зацепиться за что-то одно. Девушка думала то о брате, то о Тейвате, то о Чайлде, то о Инадзуме, понимая, что нужно двигаться дальше, но и не бросать все на самотёк. Люмин знала, что оказание помощи всем и каждому ее тормозит, что нужно перестать доверять всем незнакомца, к этой мысли пришла из-за воспоминаний о Золотой Палате. Ей нужно сосредоточиться на своем путешествии. Девушка вздрогнула, можно сказать дернулась, чуть не порезав себе руку. Янтарные глаза устремились за ее плечо, удивлённо посмотрев на сонного. Чайлд медленно моргал, немного щурил голубые глаза, смотря чуть выше ее глаз. Он напоминал чертёнка. Рыжие волосы растрепались в разные стороны, рубашка цвета вина мятая, верхние пуговицы расстегнуты, обнажая острую ключицу и немного плечо. Предвестник словно прибывал во сне, когда его рука потянулась к ее волосам. Пальцы, освобожденные от плена шершавой и черной ткани, сжимают ее плечико и едва касаются светлых локонов. Сколько времени он находился в пределах кухни? Долго ли он был у нее за спиной? Говорил ли он что-то? Путешественница не знала. Дева замерла с ножом в руке, с испугом в глазах и легким румянцем на щеках, пока ее сердце хаотично билось о грудную клетку. Она бы простояла так еще долго, пытаясь прийти в себя, если бы не вопрос, что “уничтожил” неловкое молчание: - Что это? - спросил юноша, осторожно касаясь листьев. - Мята – коротко ответила девушка, отстраняя его ладонь от листьев – я не нашла заколку вот и… - Она осталась в зале – зевнул Чайлд, склоняясь над девушкой, рассматривая ее занятие – я снял ее, чтобы ты не помяла лепестки и тебе было удобно спать. - Спасибо – кивнула она головой, немного покраснев. От его глаз румянец не ускользнул. Красные щеки вынудили нахмурить брови и отстраниться от Люмин, увеличить расстояние между ними. Предвестник прочистил горло, словно оно запершило спросонья, взял парочку измельчённых листьев и положил в рот, замечая взгляд карих глаз. - Что готовишь? – спросил он, пережевывая листья – и давно ты встала? - Я слишком рано легла, так что можешь идти дальше спать, если помешала. - Ты не мешала – вновь зевнул юноша – я долго возился с бумагами. Ложь. Он пытался выведать у Чжун Ли причину отказа, но не услышав ответа, проводил древнее существо и вновь задумался о своем решении. Думал он очень долго, время тогда уже перешагнуло за полночь. Оджо-чан что-то где-то скребла, словно пыталась открыть дверь или вырыть проход в какую-то тайную комнату. Только, когда Чайлд поднимал рыжую макушку от подушки, то тут же осознавал, что котенок просто загнала какую-то побрякушку в угол или щель, и обратно падал макушкой на мягкую подушку. Ему все же нужно время или решение нужно принять сейчас? Чайлд нагло смотрел на девушку с ножом в руке, снова возвращаясь к ужасной ночи, полной раздумий. Он считал, что сейчас, смотря прямо на нее, ответ придет ему в голову. Люмин сама ему скажет: «Закройся в себе, сохрани свои чувства в тайне» или «Скажи, что тебя беспокоит, дай знать, я все пойму», но путешественница не может знать, о чем Предвестник думает, какое решение на самом деле верное. Может сейчас ее терзают те же вопросы. Юноша тяжело вздохнул, наклонившись над столом, поставил локоть на столешницу и положил на руку подбородок. Кажется, его дыхание напугало Люмин, она вздрогнула, немного напряглась, а после расслабилась. Повернула голову белокурая на его действия уже после этих милых жестов, взглядом спрашивая о его самочувствие. - Ты мило морщишь нос – улыбнулся Чайлд один уголком губ – челка в глаза лезет? - Ты давно ножом в глаз не получал? – приходя в себя, поинтересовалась девушка, но было видно, что агрессия здесь ради защиты. - В глаза не получал, никто ещё не пробил маску, так что лучше бей этим ножичком в ребра. - Я... не смогу написать Тевкру письмо. - М? Чайлд удивлённо посмотрел на девушку. Она опустила взгляд, словно смотрела сквозь разделочную доску. Рука неуверенно сжимала нож, немного дрожала, грозясь уронить металлический предмет. Хоть, путешественница и стояла к нему спиной, юноша точно знал, она закусила губу. - Ты в порядке? - Я не смогу написать твоему брату, что… тебя больше нет – тяжело выдохнула Люмин, повторив громче – это неправильно… этого не должно… - Эй, я же пошутил! Даже если мы сцепимся в захватывающем поединке, я не умру из-за пустяка или глупости, у тебя будет веская причина – рыжеволосый быстро осознал, что неправильно подбирает слова утешения. Юноша немедленно вскочил со стула и сократил расстояние между ними, накрыв тонкую ладошку своей, дабы избежать несчастных случаев с лезвие. Он не собирался забирать нож из ее рук, оттаскивать от стола, просто коснуться ее и успокоить, игнорируя биение сердца, дрожащих бабочек и прочую чепуху, которую приписывают к влюбленности. – Я хочу сказать, что, если наша схватка будет не на жизнь, а на смерть, то только когда мне придет приказ, не иначе. Этого не произойдет по моей прихоти, должна быть веская причина, от которой мне не отвертеться. И если ты не хочешь лишать меня жизни, то этого не произойдет до того момента. Он осторожно убрал пряди волос за маленькое ушко, мягко и грустно улыбнувшись. - От твоей руки я не умру – Чайлд внимательно посмотрел на нее, следя за бегающим янтарным взглядом. - А если не от моей? – спросила она, нервно сглотнув, вынуждая Предвестника гадать, как сильно она к нему привязалась или это просто мысль вслух, но Люмин боялась услышать ответ. - Эй, пока я здесь, на меня может покуситься только твой Дилюк – пошутил тот, дабы убедиться, что у девушки не покраснеют от смущения щеки, или она не станет оправдываться так, словно скрывает свою симпатию – а если я выберусь из этой обители, то… я все ещё Одиннадцатый Предвестник. Не думаю, что ты в ближайшее время возьмёшься за бумагу. - Может быть и возьмусь… - Милая, только не говори, что… - Завтра я сообщу Бэй Доу, что готова плыть в Инадзуму. Если я не смогу попасть в Чайник, то буду слать тебе письма, торговля с другими странами и почта вроде ещё ведётся – тяжело выдохнула девушка, пытаясь успокоиться и скрыть смущение, а может панику, только белокурая вздрогнула, когда теплая ладонь коснулась ее лба – что ты…? - Жара у тебя нет, но ты всё равно спешишь. Вчера ты неважно себя чувствовала, а сейчас… - рыжеволосый тяжело выдохнул – может ещё денёк перестрахуешься и тогда…? - Нет, я слишком долго торчу здесь, бегая между Мондом и Ли Юэ – помотала она головой, отстраняясь. - Я знаю – фыркнул Чайлд, намекая на ее недельную беготню и недосып – но Инадзума… там тебе нет Ордо Фавониус и Миллелинтов, что могут патрулировать дороги. Я не прошу тебя дождаться моего возвращения в Тейват, а прошу восстановить свое здоровье и тогда уже туда плыть. Из Паймон очень плохой платочек, как я заметил за мое пребывание в твоём доме! - А из тебя хороший? – спросила девушка, не зная, злиться ей или согласиться с ним. - Ну, о меня ты знатно вытерла сопли, так что… я заслужил этот титул. Он пошутил, мысленно обрадовавшись дрогнувшему уголку тонких губ. Но этого недостаточно, возможно, это не то, что она хотела услышать, либо девушка задумалась об его словах. - Люми, я не хочу узнать, что там с тобой что-то случилось, что ты пострадала или… но я не могу взять с тебя слово. Ты путешественница, без ссадин и ран ни одно путешествие ещё не обошлось – Чайлд внимательно посмотрел ей в глаза – не знаю, застряну я тут навечно или нет, но я не хочу, чтобы сегодня была наша последняя встреча или твое приключение закончилось там. - Я тоже не хочу – согласно кивнула головой беловолосая – но я должна, я должна продолжить свой путь, чтобы встретиться с Итэром, возможно, в тот же день раз и навсегда покинуть Тейват. Будь ты и Тевкр на моем месте, как бы ты поступил? Ты бы ждал или…? - Ты права, я бы не ждал, уже давно был там – согласился Предвестник, не цепляясь за “день прощания с Тейватом”, поджав нижнюю губу – но… я бы взял тебя с собой. Кто-то же должен быть в моем отряде голосом разума. - Этот «голос» не раз шел в лоб, из него плохой рассудок – рассмеялась девушка, наполняя мужскую грудь теплом. - Да, ну? Будто ты сначала думаешь, а потом идёшь в битву. Заметь, тут я машина для убийств, и я говорил о том, что я – путешественница, а ты – ужасный Одиннадцатый Предвестник. - Ты назвал меня «ужасным»? Чайлд осекся, он видел, точнее ощущал тот задор, которым девушка могла отвечать на его флирт, колкости и прочее до битвы в Золотой Палате, при первом дне в собственном доме, но сейчас он не знал, она также дразнится или ее это ранило? - К-конечно, внешне ты милая и… добрая, но…. Предвестники же зло, они ужасные… - П-хм… - Люмин вовремя сомкнула губы, пытаясь подавить смешок. - Ты смеёшься? – растерялся юноша. - Ты не видел свое лицо в этот момент! – краснея оправдалась дева, заливаясь тихим смехом, вынуждая сердце друга трепетать и биться в груди так быстро, словно оно вот-вот выпрыгнет. - Хорошо-хорошо, раз я злой и ужасный Предвестник, то… сегодня вы останетесь без завтрака – улыбаясь, поставила она руки в бока. - Эй! Я же не настолько кровожадный! Но я говорил серьезно, поменяйся мы местами, ты бы искала со мной Тевкра по Инадзуме, и мне плевать на твои темные делишки! - Хорошо, милая Путешественница, только не нужно помогать всем и вся! - Что решила пойти против собственного «Я»? – спросил юноша, понимая, что их игра продлиться ещё долго. - Просто не хочу, чтобы это меня тормозило – она вернулась к готовке, переместив все нарезанное в миску – мне не то чтобы надоело всем помогать, но… это не поможет мне найти брата. - Эй, давай сегодня проведем день так, словно завтра тебя не ждёт долгая дорога и опасное приключение! – Чайлд выхватил миску с салатом, улыбнувшись как кот – у тебя сегодня выходной, милая леди. - Верни тарелку, я голодная! – возмутилась Люмин, резко обернувшись. Завтрак прошел более спокойно, путешественница смогла отбить свой салат, но ей пришлось делиться. Чайлд просто не смог устоять перед мятными листьями и компанией за столом, а не у плитки, возле которой он после крутился, пытаясь состряпать яичницу с пряностями, колбасой и томатами. Юноша глупо шутил, получая в ответ угрозы об избиении, которых все равно не последует, никто не хочет заниматься ремонтом обители или какой-то мебели. Вдвоем молча согласились на этот счёт, но проблема заключалась в другом, что им все же делать. Идея пришла сама по себе, когда Паймон влетела на кухню, зевая и тут же краснея от злости, без нее устроили пикник, оставив лишь пустые тарелки. Точнее она сказала про пир без ее участия, но голубые глаза так ярко загорелись, представляя корзинку с едой, клетчатый плед. Предвестник даже знал, куда можно пойти. Он давно засматривался на гору на последнем островке, где каждый день мог заставлять свои мышцы ныть, хотел ее покорить и полюбоваться открывшимся видом. (Да, да, не признались, не поняли, что делать дальше - молчать или говорить, но идем на свидание, при том в очень быстром темпе!) Чайлд даже возражений не хотел слышать, хотя, он просто промолчал с маниакальной улыбкой вскочив из-за стола, начал рыскать по полкам в поисках вкусностей и лёгкой пищи. - Что ты делаешь? Решил уже в наглую ограбить Паймон?! – заверещала фея, топая ножкой. - Нет, я решил, что мы будем делать, но ты останешься тут! – улыбаясь ответил Предвестник, выкладывая на стол еду. - С чего это Я! должна сидеть на жопе смирно, пока ты крадешь мои запасы?! – Паймон решила не сдерживать поток лёгкой брани, поэтому не церемонилась о нормах диалога, заставляя Люмин удивлённо хлопать глазами. - Ты попрешься разве в горы? – тут же спросил Чайлд, заметив недовольное мотание головой – ну, вот, а Люмин пойдет! Так что, раз это ее последний день перед дорогой в Инадзуму, то мы идём на пикник… - Раз вы идете, то и Паймон! - Ты взвоешь, не дойдя до вершины – заметила беловолосая, вспоминая все предыдущие покорение гор – так что, тебе мы оставим целое мясо с морковкой в меду и что-нибудь сладкое. Три мяса с морковкой. - Пять и не морковкой меньше - заявила феечка. - Значит, решено! – хлопнул юноша в ладоши – дайте мне корзинку! - Я все равно слежу за тобой – прорычал та, демонстративно двумя пальцами указав на свои темно-синие бездонные очи и его без бликов от источников света. Тот рассмеялся, продолжая свое дело, предлагая Люмин, что она может приготовить, когда девушка протянула ему корзинку. На секунду теплая ладонь коснулась ее тонких пальчиков, взгляд уловил растерянность и непонимания, а губы растянулись в милой улыбке. Блондинка быстро отвернула голову, направляясь к плите, думая, что все же ей готовить, прося Паймон принести все ингредиенты для мяса с морковкой и всего того, что ей приходило в голову. Но девушка во всем чувствовала подвох, слишком уж странное желание у Предвестника подняться на гору, да им делать нечего, но юноша ни разу не говорил о вершине данного островка. К тому же, хоть Чайлд и недолюбливает Паймон, он не так яро стремиться ее прогнать. Девушка слишком долго над этим думала, не зная, что юноша уже ударял себя по лбу за опрометчивость и гадал, как использовать ситуацию в свою пользу - намекнуть или рассказать, если получится Люмин о возможных чувствах или смолчать до ее возвращения.

***

В сторону последнего острова они движутся ближе к обеду, где вокруг тренировочного поля расположились горы, что тянутся к самой вершине, словно защищая обитель. Корзина полна разными вкусностями от спелых яблок и ягод до бутербродов, печенья и лапши, которую было решено убрать в картонные коробочки. Для надёжности корзину обвязали синей лентой и не пожалели, подъем оказался крутой. Чайлд любезно протянул девушке руку, когда взобрался на первый холм, нахмурил брови от лёгкого румянца на девичьих щеках. Но он быстро пришел в себя, улыбнулся, как ни в чем не бывало и пошел дальше. Но каждый раз, когда юноша вновь протягивал руку - одаривал ее хмурым взглядом, словно над чем-то раздумывал. Это очень сильно смущало путешественницу, сжимая его ладонь в ответ, она боялась. Вдруг Предвестник раздумывал отпустить ее руку или нет. Как и сейчас. Они преодолели половину пути, когда крепкая мужская ладонь появилась прямо перед ее лицом. Янтарные глаза удивленно посмотрели на Чайлда, пытаясь понять, что от нее хотят. Люмин не замечала румянца на своих щеках, как приоткрывала губы в немом вопросе, когда его лицо вновь озаряет улыбка. Рыжеволосый умиляется этому растерянному личику, прося себя в очередной раз сильно не раздумывать над словами. До вершины еще далеко, у него есть время все взвесить и даже передумать с длинным монологом, мол: “Твой друг рассказал мне, что за это время ты сильно... нет, это был не Дилюк”. Чайлд думал даже начать так: “Знаешь, иногда между друзьями могут зарождаться странные чувства...”. Но как бы он не придумывал начало, тут же осознавал, что оно нелепо, проще сказать в лоб “Кажется, я влюбился, а может это и так, но я не хочу...” - Ты в порядке? - Чайлд не успевает закончить монолог с самим с собой, ему даже кажется, что он подобрал идеальное начало, но осознанием становится растерянный голосок путешественницы. - Да, просто думаю, как нам подняться, чтобы корзинка не выпала из твоих милых ручек... - ответил тот, натянув улыбку и отведя взгляд в сторону. - Мне кажется, что сейчас этот флирт был очень... неловким? - она сравнялась с ним, крепче прижав к себе ношу. - Тебе точно показалось - усмехнулся юноша, взбираясь на очередную возвышенность и протягивая руку - я здоров, как бык, и бодр, как никогда! - Верю на слово, но если ты строишь план, как удержать меня в Ли Юэ или в Чайнике, то я..., даже не знаю - девушка пыталась пошутить, но обозначила причину своего беспокойства, сжав протянутую ладонь, что один рывком “подняла” ее - ты очень странно на меня смотришь, когда протягиваешь руку. - Милая, ты просто выглядишь бледной и твои щеки красные... прости, я просто не хочу, чтобы ты свалилась от следующего подъема, вдруг ты наврала мне о своем самочувствие, чтобы сбежать от моей... заботы? - Я правда себя чувствую лучше, спасибо за беспокойство. Люмин светло улыбнулась, потянув юношу за рукав серого пиджака. Он накинул его на свои плечи перед выходом, не объяснив зачем, так что различные шевроны и побрякушки блестели на солнце и негромко звенели от дуновения теплого ветерка. Чайлд удивленно поднял брови, следя за трепетом длинных и пушистых ресниц, бликами в янтарных очах, понимая, что его щеки сейчас предательски краснеют, а сердце бьется еще быстрее. Она так близко и так осторожно тянет за ткань, словно он рассыплется, что ему хочется и умилиться, и пошутить об этом. - Не за что - улыбается юноша уже в ответ, смотря на вершину - я могу дальше понести корзину, тебе будет легче идти в гору. - Чайлд, я не хрустальная - Люмин хмурит брови, но передает корзинку - если тебе будет спокойнее, то неси. - Ты не представляешь, насколько мне стало легче - Предвестник отшутился, поудобнее перехватывая корзинку, оббегая девушку и взбираясь на очередной небольшой пригорок. - Мне кажется или ты скоро предложишь мне взобраться тебе на спину или на ручки. - Это было бы очень по-геройски, но я же злодей, хотя..., сегодня я - путешественница, так что, господин Предвестник, не хотите ли вы оказаться на моих сильных и крепких руках, пока мы не взберемся на вершину? - Думаю, мои фатуйские ноги смогут сами взобраться на верх. - Подумай хорошенько, мое предложение одноразовые. - Впереди крутой подъем, мы же не хотим, чтобы путешественница упала с высоты перенося тяжести и сломала ноги перед долгим и опасным путем в Инадзуму. Уж лучше ей нести только корзину - хмыкает белокурая, обгоняя юношу, запрыгивая на уступ и протягивая ладошку - но Предвестник Фатуи, возможно, успеет вас подхватить, я ведь права? Чайлд? - Да, возможно, вы и правы, Предвестница - быстро мотает он головой, словно смахивая сон, а после протягивая ей ладонь - но думаю, я умею пользоваться планером. - Ага, но у тебя уши покраснели. Не уверена, что твое красное лицо - хороший знак. Девушка пожала плечами, отпустив его руку, когда он уверенно встал на пригорок. Ветерок игрался с ее локонами, скрывая легкий румянец, пока тонкая ладошка не убрала мешающие пряди за ухо. Янтарные глаза внимательно осмотрели лицо Тартальи, а после скользнули на самую вершину. Улыбка и радость исчезла с ее лица, вынудив девушку нахмурить брови. - До вершины мы доберемся только после обеда - заметила Люмин, вновь посмотрев на юношу - ты ведь покормил Оджо-чан перед уходом? - Я думал, это сделала ты, Предвестница, ведь, она все время трется у твоих ног. - Чайлд, это уже не смешно - девушка стала серьезнее на глазах, видно, что к котенку она быстро привязалась, хоть тот и вправду проводил больше времени с Чайлдом. - Я оставил ей огромную рыбешку, так что если Паймон ест сырую рыбу, то нам тогда стоит начать беспокоиться - заключил рыжеволосый, также посмотрев на вершину - но если ты так о ней забеспокоилась, то можно я поинтересуюсь о твоем самочувствие? - Я в порядке, Чайлд, поэтому не волнуйся, нести тебе меня на вершину не придется. Надеюсь, там просто есть место, где мы сможем разместиться. - С учетом того, что ты живешь возле водопада, то вода откуда-то стекает, а не берется из воздуха. Да, и вон там я вижу дерево! Оно точно растет не из камней, так что можем расположиться меж его корней. Я слышал, что некоторые кролики строят свои норки под корнями. - Ты меня интригуешь, но, если все же на вершине нет такого места, что будем делать? - Тогда, во-первых, я понесу тебя на руках до самой тренировочной площадки, во-вторых, а я не знаю, где мы тогда будем обедать или на тот момент ужинать. - Хорошо, надеюсь, на шикарный вид и место, где просто можно сесть и перекусить какими-нибудь бутербродами. Юноша улыбнулся, направляясь дальше, не задумываясь уже о будущем разговоре, дабы не беспокоить Люмин. Он пытался отшучиваться и развлекать девушку, с улыбкой рассматривая ее силуэт, следя за ее движениями и мимикой, желая запомнить. Чайлду хотелось запомнить ее, словно видит ее в последний раз, словно путешественница растает в лучах уходящего солнца, исчезнет раз и навсегда, а не отправится в Инадзуму. Предвестник быстро мотает головой, отводит взгляд от белокурой, что отряхивает коленки и вновь смотрит на вершину. Его лицо озаряется улыбкой, глаза кажется загораются, когда приходит осознание, что до вершины осталось совсем чуть-чуть. Он ускоряет темп, запрыгивает на уступы, подбадривая растерянную Люмин, что только и успевает восстановить равновесие, как вновь сжимает ладонь Чайлда и взбирается на новый уступ. Ее лицо уже краснеет не от смущения, но юноше это не мешает наслаждаться открывшимся “видом”. Он взбирается на следующий уступ, быстро смотрит за спину и улыбается, как кот, протягивая ладошку. - Кажется, нужно было пообещать поносить тебя на руках, если тут будет поляна. Путешественница удивленно поднимает брови, пытаясь понять, почему он это сказал. Но вопрос исчезает тут же, как Чайлд сделал шаг в сторону, позволяя увидеть небольшую поляну у озера с водопадом. Увидеть молодую и мягкую траву, что дотянулась до ее колен, что сгибалась под дуновения ветра к земле, высокие и тонкие кедры скрывающие легкие облака и дающие желанную тень, идеально ровная водная гладь, чудом не потревоженная бурным поток с вершины, где растет один огромный кедр, который даже он не сможет обнять, так и манила искупнуться. Возможно, Люмин застыла в изумлении, раз рыжеволосый тихонько рассмеялся, подталкивая ее ближе к воде, предлагая расположиться вблизи одного из кедров. Девушка ловким движением расплавила клетчатый плед красного цвета, на который не страшно пролить вино или соус, встала коленями на приятную на ощупь ткань, дабы расправить края. Солнце светило в белокурый затылок, когда пальцы потянулись к плетёной корзине, дабы помочь достать посуду и какие-нибудь блюда, не замечая доброго взгляда Чайлда. Юноша лишь ярче улыбнулся, понимая, какое у нее сосредоточенное лицо, раз она так хмурит брови, когда тянется за хрупкой утварью, не обращая внимания на мешающие пряди, которые нагло лезли в золотые очи, не зная, что теплый свет заставляет ее немного светится. Кажется, что она часть пейзажа, что она всегда тут была и будет, когда по голубому небу плывут облака, когда зеленая трава блестит на солнце, а деревья в унисон с водопадом поют им колыбельную. - Отсюда чудесный вид – говорит он, понимая, что слишком долго смотрит, застыв с каким-то блюдом в руках. Путешественница вновь удивлённо смотрит на Предвестника, не понимая, что он смотрит прямо на нее, а не на открывшиеся взору простор. Она поворачивает голову, неосознанно почти касается плечом его груди и расплывается в улыбке, рассматривая траву, небо и иллюзию гор вдалеке. - Да, ты прав – кивает она, откладывая свое занятие и полностью погружаясь в изучение обители с птичьего полета – жаль, сюда нельзя поставить телепорт или что-то вроде лифта на постоялом дворе. - Ага – улыбнулся Чайлд, следя за солнечными бликами в янтаре или все же в золоте – но тогда ощущение будут другими. - Хочешь один раз навернуться с горы? – поинтересовалась белокурая, наконец-то посмотрев в его бездонные лазурные глаза – я не буду бинтовать тебе ногу и кормить с ложечки. - Эх, какая жалость, я бы с радостью в обратном случае выполнял бы ваш любой каприз и не важно, сколько бы вы за это заплатили, Предвестница Фатуи. - Прекращай уже! Люмин легонько толкнула его в бок, покраснев от злости, а потом вновь пробежалась взглядом по округе. Ее взгляд замер на водопаде и озеру, что где-то превращалось в огромный водопад, что спадал вниз, создавая ручей для последних двух островов обители. - Хочешь искупаться? – спрашивает Чайлд, улыбаясь. - Не очень, но ты видимо да – кивает она. - Плавать не умеешь что ли? – поинтересовался тут же рыжеволосый, легонько ущипнув ее за плечо – могу научить! - Я умею, но не хочу потом сидеть в мокром платье! – фыркнула дева, оттолкнув Предвестника Фатуи – но если ты хочешь намочить свой костюм, то пожалуйста… перестань щипаться! - Я разденусь, не до гола, но хотя бы до трусов, никто же тут купальные плавки не выдает, как и рабочую одежду для сада – пошутил он. - Ну, простите, что тут не ателье, где вам сошьют нижнее белье на каждый вторник месяца…. Люмин тут же покраснела, спрятав свое лицо в ладонях – осознала какую глупость сказала, либо подумала о чем-то ещё. Но так или иначе, юноша не смог не сдержать улыбки и лёгкого смешка, сжимая тонкие ладони, дабы увидеть покрасневшие щеки. - Заверяю, что даже в Фатуи не шьют трусы для каждого вторника месяца, ограничиваются лишь бельем на праздники, будни и выходные. И то такие комплекты выдают на три месяца вперёд, вроде в прошлый раз это было перед похоронами Моракса - Боже – Люмин рассмеялась с настолько глупой шутки, согнувшись по полам – ты ничего глупее придумать не мог? - Нет, но хотя бы я могу с уверенностью сказать, что у меня в отеле нет таких комплектов, так что, на мне тоже, что было вчера, наверное… Надо попросить Чжун Ли принести больше одежды из моего номера. Ибо, я не помню, сколько хожу в этой рубашке. - Ты ее вообще снимал? – поинтересовалась девушка, смахивая каплю у длинных и пушистых ресниц. - Да, Пухляш ее кажется за ночь успел постирать, ибо она пахнет… не знаю, астрами, что так несколько дней игнорируешь в собственном саду? - Они расцвели? - Угу, красно-рыжие, и, кажется, даже те, что я посадил позже. Они похожи на одну из игрушек Тевкра, на обратном пути тогда покажу, там вроде даже какие-то белые проклюнулись, Пухляш на прошлой неделе принес семена. - Ясно, не будь Предвестником, то был бы садовником… - Не будь я Путешественницей, я бы собирал букеты и ловил по выходным рыбу на Паймон вместо наживки. Люмин вновь рассмеялась, схватившись за живот и ударив легонько юношу в плечо: - Ну, хватит! Мне скоро смеяться будет больно! - Ага, согласен, из Паймон плохая наживка – пошутил Тарталья, улыбнувшись – так что, идём плавать? - Нет – ответила сквозь смех девушка, почти успокаиваясь. - Ты же понимаешь, что я тогда могу тебя просто кинуть в воду? – спросил тот, задумавшись и с азартом сверкнув глазами, словно сейчас они устроят очередную дуэль. - Сделаешь это и будешь спать на улице! – заявляет Люмин, хмуря брови. - Да ладно тебе! Словно в Инадзуме у тебя будет время на плаванье, особенно, когда там каждый день может идти дождь и бить молния! Нет, ну если ты хочешь стать поджаренной рыбешкой, то я с радостью обработаю твои ожоги, но все же, когда у тебя выпадет… - Я не буду ходить перед тобой в нижнем белье! - Ты им сверкала в Золотой Палате, а сейчас боишься?! Чайлд захотел провалиться сквозь землю и парочку раз удариться головой о ближайшее дерево, ведь девушка покраснела, как заоблачный перчик, замерев. - Ты совсем что ли?! - резко сорвалось с ее губ, а следом в грудную клетку врезались небольшие кулачки – я там чуть не умерла, а ты наслаждался не битвой, а… - Я честно не смотрел тебе под юбку! Я ляпнул, не подумав! – выставил Предвестник руку, дабы удары шли на нее – можешь меня сейчас кинуть за это с обрыва! - С радостью, только сначала утоплю! - Напоминаю, у меня Гидро глаз бога, утопить меня будет не просто. - А я попробую! - Тогда ты намочишь платье, принцесса! - Вот же! Люмин перестала его бить, грозно посмотрев на юношу. В ее взгляде сверкали молнии, что постепенно успокаивались, позволяя юноше лишь изучать ее щеки, вздёрнутый брови и маленький аккуратный носик. Девушка же следила за голубизной глаз, понимая, что он правда не хотел зла. Ветер легонько игрался с его рыжими волосами, солнце возвращало в омут блики света. Он сейчас больше напоминал мальчишку, чем грозного Предвестника, что должен держать ухо востро. Его грудь быстро поднимается, а сердце бешено бьётся, Люмин чувствует это ладонью, что преодолела его «барьер» - он напуган или что-то другое, раз так неотрывно смотрит. Его уголок губ дёргается в кривоватой улыбке, возможно, чтобы позлить ее, но она лишь размыкает тонкие губы, прикрывает очи и наконец-то тяжело вздыхает. - Ты же не отстанешь, пока я не залезу в воду? Чайлд удивлённо поднимает брови, а затем, осознав, улыбается шире, согласно кивая. Он резко встаёт, протягивая ей руку, дабы она не передумала в ту же секунду. - Обещаю, смотреть не буду – серьезно заявил он с лёгкой улыбкой, помогая ей встать и уже после растегивая свой пиджак – если что прикроешь им до захода в воду. - Я его швырну в нее сразу, как до нее дойду - фыркает Люмин, но принимает “ткань”, после мило улыбаясь и благодаря про себя за милый жест. Она скрывается за стволом одного из деревьев. Аккуратно уложив пиджак на корни, чтобы даже рукава не касались земли, тонкими пальчиками Люмин дотянулась до корсета, ловко подцепила шнурок и развязала узел, позволяя белоснежной ткань спасть на зеленую траву. Будь она сейчас перед зеркалом краем глаза уловила бы синяки и царапины, что обнажает солнцу и природе, снимая ткань перчаток и обувь. Утешало одно - Чайлд их уже видел, он не будет задавать новых вопросов, возможно, лишь подшутить над ее нижним бельем или чем-то на него похожим. Но, она должна закрыть на это глаза, ведь это просто белые шорты с поясом выше талии и черный топ, что заканчивается чуть ниже груди. Предвестник не увидит ничего кроме ее ключицы и небольшой линии живота и ребер, как только она снимет его пиджак. Немного грубоватая ткань коснулась ее кожи, словно одеяло поделилось теплом своего владельца. Аромат одеколона ударил в нос, желая, чтобы она зарылась в ткань носом, утонула в мятном поле у моря, что застыло в зоре Предвестника, что насвистывал какую-то мелодию под нос. Он любезно ждал ее у пледа, опираясь о кедр плечом и смотря в противоположную сторону, пока не услышал какой-то шорох за спиной. Чайлд хотел обернуться, но вовремя передумал, смешно дернув головой. - Я не смотрю - тут же заявил он. - Ты мог меня не ждать - заметила Люмин. - Не хотел намокнуть, а потом узнать, что грозный Предвестник передумал купаться - хихикнул он, наконец-то оглянувшись и чуть не уронив челюсть. Девушка лишь накинула его мундир на плечи, даже не стала его застегивать, так что нелепые вопросы закрутились в его голове. Только не долго они сменялись друг на друга, рыжеволосый забыл о них, когда “Она очень милая” прозвучало после очередного “Зачем?”, а от пристального взгляда ее щеки и плечи покрылись пунцом. - Кхм... Думаю, Одиннадцатая вы могли не набрасывать эту тряпку на свои сильные плечи - пошутил юноша, вспоминая все нецензурные выражения для своего румянца. - Не оставлять же ее под корнями - фыркнула девушка, направляясь прямо к озеру, не смотря в его синие глаза - она стоит гораздо больше, чем вы с Паймон зарабатываете за неделю. - Обещаю, что найду тех, кто вручает тебе награду за поручения и попрошу повысить гонорар. Чайлд запрыгал на одной ноге, пытаясь избавиться от обуви и штанов, ведь девушка уже подошла к воде, собираясь в нее войти. Так что, когда на нем осталось только нижнее белье, а она зашла в воду по грудь, он с разбегу прыгнул в водную гладь. Прохладная вода поглотила его, заглушив девичий вскрик, и он не успел вынырнуть, как какие-то брызги полетели в его сторону. Люмин решила таким способом ему отомстить за водный поток, что обжог горло. Тонкие ладони били по воде, помогая ей как можно дальше отплыть от Предвестника. Он пытался не только дать “сдачи”, но и заключить ее в свои объятия, утащив на несколько секунд на дно, как какой-то русал свой клад. Может так она остынет, а может пожелает его утопить еще сильнее. Но так или иначе ее звонкий смех отражается от гор, стволов кедров, путается в листве и танцует с травой, сливаясь с его голосом в унисон. Люмин смеется чисто и искренне, уже выставляя ладони вперед, когда юноша без брызг загоняет ее в угол, позволяя водному потоку щекотать плечи. - Попалась! - восклицает он, наваливаясь на нее, так что теперь вода стучит по его рыжей макушке, а сам Предвестник перегораживает путь отступления. - Нет-нет! - верещит девушка, когда мужские ладони уверенно обвивают талию и тянут к центру озера - пусти! - Ага! За попытки утопления наказание - Смерть”! - хохотал наигранно юноша, сжимая ее кисти - ты первая начала! - Пусти! Больше не буду! Девушка отстранилась от него на расстояние вытянутой руки, вжимала голову в плечи, тихо хихикая. Пока Чайлд мог коснуться ступнями воды, Люмин просто могла болтать ногами, цепляясь за его руки, а его сердце уже не могло остановиться. Оно билось так сильно, что девушка могла услышать его в другом конце обители. Даже казалось, что сосуд взорвется, как какая-то бомба, если девушка приблизиться к нему ближе. - Точно не будешь? - слыша собственную хрипотцу, поинтересовался юноша, смотря прямо в карие очи. - Точно, если обещаешь, что не утопишь - в последний раз хихикнула дева. - Посмотрим на твое поведение - хмыкнул Тарталья, опуская ее руки и ударяя ладошкой по воде - это считай предупреждение! Девушка вновь взвизгнула, ударив ладонью в ответ, но морской бой не продолжила, отплыв на приличное расстояние от юноши. Она смеялась с другого конца, подставляя руки под бурный поток водопада, чтобы ополоснуть лицо. И Чайлд, рассматривая хрупкие плечи, лопатки и спину, на которой почти не осталось и следа от шрамов и синяков, пытался вспомнить, когда она в последний раз при нем так звонко смеялась. Он осторожно подплыл ближе, обвил руками ее талию, развернул вокруг своей оси и кинул в воду, прекрасно зная, что сейчас ему устроят трепку, как только девушка вынырнет.

***

В воде они пробыли час, может чуть дольше, но вылезать они не хотели, даже когда у Люмин посинели губы, белесые подрагивающие руки обвивали шею Предвестника, наваливаясь со спины, мстя ему за какую-то шутку или новую попытку утопления, а может просто так. Тогда он любезно склонялся к воде, а после, обняв ее со спины, направился к берегу, “чухнувшись”, что время близиться к ужину. Девушка крепко прижималась к его груди и подрагивала, пока Чайлд нес ее к пледу, на краешке которого обнаружил полотенца. Он тут же пошутил насчёт птенца, опуская ношу на землю и накидывая на ее голову полотенце, ероша сквозь ткань волосы. Ее щеки вновь очаровательно краснеют, Люмин мило шмыгает носом, смеется, когда хрупкие плечи нежно сжимают, придерживая полотенце. Предвестник не уверен, знает ли путешественница, догадывается, что его сердце сейчас делает кульбиты, но он уверен, его идиотскую улыбку она видит. Юноша тяжело вздыхает и толкает ее в сторону дерева, вынуждая идти переодеваться – Пухляш также принес сухое белье, а сам остаётся у корзины, идёт за штанами и рубахой, что раскидал, когда бежал за девой в воду. Переодеваться он пошел, когда Люмин вышла из-за дерева, обматывая вокруг шеи шарф. Юноша попросил ее разложить еду по тарелкам и проверить лапшу, хоть и прекрасно услышал тихое урчание живота. Он с улыбкой проматывал прошедший день, раздумывая над своими чувствами. Ответ уже был прямо перед его носом, хоть Чайлд и хотел, чтобы это оказалось ложью, но сердцу не прикажешь. Предвестник лишь намекнет ей на свои чувства, но не станет настаивать на скором ответе, даст понять, что будет ждать, когда она поймет его “влюбленность” или будет готова дать ответ. Скажет сегодня, после ужина и обычной беседы: про погоду, семью, увлеченья. Разговор о мелочах, что позволит узнать друг о друге чуточку лучше, хотя... нужно ли им это сейчас? Чайлд хмыкает, понимая, что он, возможно, знает достаточно о ней. Ему это хватило, чтобы влюбиться, хватит, и чтобы полюбить. Да, сейчас он не думает об отказе, не боится услышать что-то холодное или невзрачное в ответ. Предвестник верит, как сумасшедший в лучшее, вспоминая ее улыбку, которой она одарит его буквально через пару секунд, тепло ее тела, сонный полушепот, трепет ресниц и... - Чайлд, ты там уснул? Еда и так едва теплая - окликает его девушка, немного ерзая на месте, возможно, желая его проведать. - Иду! - смеется тот, вытирая волосы полотенцем. Он приземляется слишком близко к девушке, что вздрагивает, отскакивая в немного в сторону и краснея. А юноша? Чайлд улыбается, как идиот, невинно хлопает глазами, начиная свой рассказ о детстве, семье, хобби. Предвестник убеждает ее даже рассказать о каких-то неважных мелочах, что она узнала, путешествуя по Тейвату. Разные мелочи из историй, какие нелепые побрякушки она находила, какой слайм ей нравиться, когда не пытается ее убить. Юноша намеренно не спрашивал о ее брате и прошлом, уже давно подметив, что ей больно говорить. Так что темы до самого заката выбирал Чайлд, позволяя путешественницы вставить слово или несколько - сменить тему на другую. Оранжевое солнце приятно светило в лицо, розовые облака выделялись на красно-фиолетовом небе. Они стали гуще, так что пики иллюзорных гор почти скрылись за клубами. Трава окрасилась в золотистый цвет, почти сливаясь с кромкой неба на одном уровне с глазами. Вероятно, закат окрасил волосы юноши в огненно-рыжий, пока он рассказывал о всех мечтах сестры про принца из сказок - так решил перейти к главной теме разговора. Чайлд, а возможно уже Аякс, смеялся с собственных рассказов, смешков путешественницы с его историй про принца-мышонка или диадемы правды. Предвестник смеялся с наивности сестры, когда она поцеловала какого-то лягушонка, ожидая, что тот не то, чтобы станет принцем, а просто начнет говорить и поведает ей о каком-то проклятии, что разрушит “истинная любовь” или что-то в этом роде. Сейчас Тоня уже мало в “это” верит: в любовь с первого взгляда, поцелуй истинной любви, только продолжает искать своего принца, величая брата своим “верным рыцарем”, что в случае чего поставить фальшивых на место. Он улыбается сам себе, смотря вдаль. Тарелки уже пусты и сложены в корзину, что стоит на приличном расстоянии от пледа, сам же юноша сидит чуть поодаль от девушки, на самом краю обрыва. Спокойно свисает ноги и может увидеть всю обитель, не только ближайший к ним остров, но и тот, где находится жилое помещение. - Знаешь, иногда это даже мило - смеется он, улыбаясь одним уголком губ и заканчивая тем самым рассказ о своей сестре - но, я думаю, что перед тем, как ты поедешь в Инадзуму, нам нужно кое о чем поговорить. - Угу - соглашается Люмин, возможно понимая, почему его голос стал чуть робее, или догадываясь о чем пойдет разговор. - Люми, за эти пару недель, что я нахожусь в пределах Чайника, мне кажется, что я... Юноша замолчал на полуслове, желая увидеть реакцию путешественницы на его дальнейшие слова, но видимо ему придется подождать. Он усмехается в нос, осознавая, что девушка настолько сильно ему доверяет, что вновь засыпает под его рассказ. Хоть это невежливо, но она настолько мила и невинна в такие моменты, так что он простит ее, если она обслюнявит его рубашку. Чайлд поднимается со своего места, осторожно, почти бесшумно, преодолевает расстояние и опускается рядом. Теплой ладонью убирает мешающие ее сну пряди, удивляясь, как она может так спокойно спать. Ее щека и плечо прижимаются к коре дерева, на лице милая улыбка - небось видит прекрасных принцев, и он не станет ей мешать, лишь сменить ее положение головы. Боится, что поднимет ее на руки, дабы спуститься с крутой горы, и тут же разбудит, поэтому осторожно, огладив щеку, переносит ее голову себе на плечо. Люмин мычит и тут же зарывается носом в мужскую ключицу, прижимаясь ближе. Юноша тихонько усмехается, дотягиваясь рукой до своего пиджака, желая накинуть его на ее хрупкое тельце. Шевроны тихонько бренчат, ветерок целует щеки, солнце уходит окончательно за горизонт, а Чайлд думает, как признаться ей после приключений в Инадзуме. Когда морской бриз, гром и тучи сопроводят ее туда и обратно в Ли Юэ, возможно, дадут ответы на ее вопрос, он будет сидеть так же на этом склоне, либо встречать ее в гостиной. Любезно выслушает ее о всех приключениях, а после расскажет о скуке в четырех стенах, где не хватает какого-то солнца или ее улыбки. Предвестник уверен, что к тому моменту придумает какую-нибудь милую или более нелепую глупость.