Древний том. История Афины - Повелительницы драконов.

Обойдя несколько магазинов в округе и приобретя необходимые для путешествия вещи, такие как запасы еды и воды, перочинный нож, фонарик, теплую одежду, книги по магии, скотч, коробки спичек и многое другое, я зашла в последнее место своего маршрута. За прилавком стоял пожилой жеребец в очках и внимательно разглядывал какие-то бумажки. Похоже, составлял отчет. Я вежливо кашлянула, напоминая о своём присутствии. Тот и ухом не повёл. — Извините, — решила я нарушить тишину. — Мне нужно средство передвижения, какой-нибудь фургон на колесах или кемпинг. Снова тишина. Я хлопнула копытом по прилавку, заставив пони подпрыгнуть. — Я не глухой, — пробурчал он. — Идите за мной, я покажу вам то, что есть в ассортименте. Я кивнула и последовала за продавцом. — Выбирайте любой, — жеребец обвел копытом все предметы в комнате. Чего тут только не было: и телеги, и трейлеры, и кемперы, и фургоны. Я остановила свой взгляд на последних и стала внимательно их изучать. В зале по меньшей мере было около трех-четырёх фургонов. Рассудив, что у первого неподходящие цвета, а второй жутко большой, я решила оставить свой выбор на третьем, среднего размера фургоне нежного синего цвета с фиолетовыми полосками, украшенного замысловатыми узорами. Расплатившись с продавцом одним из своих драгоценных камней, я покинула магазин. Дело оставалось за малым: обустроить своё новое жилище и окончательно распрощаться с этим местом. Двинувшись туда, куда укажет карта. «Точно, карта! Я совсем про неё забыла». Вытащив из седельной сумки сложенную пополам бумагу, я положила её на траву и приблизила к ней свой рог, заставив засветиться. Минуту ничего не происходило, но я не сдавалась. Мой рог засветился ещё ярче, и спустя секунду меня ослепило яркой вспышкой. Вместо потрепанного клочка бумаги передо мной лежала карта с уже отмеченным маршрутом. Отправной точкой был особняк Кейлы, а конечной — неизвестный мне дом, который был подписан, как жилище Эрики. «Наверное, это и есть место, где живет моя бабушка, – подумала я. — «Интересно, будет ли она мне рада?»

***

Пробираться со своей ношей через лес оказалось задачей не из легких. Фургон то и дело подскакивал на кочках, цепляясь за корни деревьев, и то и дело грозил меня задавить, если я хоть секунду сбавлю темп. Я как можно тише старалась проходить мимо огромных деревьев, ломая ветки, чтобы пробраться сквозь них. Добраться до другого конца леса стоило огромных усилий, но ведь мой отец прошел через ещё большие трудности, он очень выносливый, а значит, и у меня всё получится! Подбадривая себя, шаг за шагом я двигалась вперёд. По темному осеннему плыла над моей головой мелкая звёздная пыль, отличающая серебром, наблюдая за тем, что происходит внизу. Слышался непрекращающийся шелест листьев и почти бесшумное шуршание лесных обитателей. Где-то пролетела падающая звезда. Наверное, свидетели этого события уже успели загадать желание. Вроде бы такая тишь… Брр. Холодно… Идеальную тишину нарушили резкие звуки. Издалека послышались хруст веток и тихий топот. Услышать это было очень жутко, ведь ночью в лесу, в котором почти никого нет, обычно никто ниоткуда не бежит. Но не сегодня. Я сорвалась на галоп и побежала через лес, смотря только прямо, боясь увидеть что-то не то. Прибыв на опушку, я остановилась и огляделась. Такая тишина часто бывает перед чем-то страшным. Как говорят: «затишье перед бурей». Сняв себя халат, я села на ближайший пенёк и затаила дыхание, пытаясь расслышать хотя бы мельчайший шорох. Резким рывком я повернула голову в сторону хруста веток, медленно встала и тихими шагами начала приближаться к источнику доносящегося звука. Сунув мордочку прямо в кусты, я почувствовала горячее прерывистое дыхание. А подняв голову, наконец сообразила, что, а точнее, кто там находится. Прямо на меня из кустов смотрел бурый медведь. Я сразу определила, что зверь невиданных размеров, достаточно стар, возможно, слеповат, но ветер был очень сильным, да и к тому же, дул в его сторону, поэтому он без труда мог учуять меня. До медведя было чуть меньше метра, но я быстро разорвала между нами дистанцию, бросившись наутек. Я с сожалением отметила, что уже не успею добежать до своего фургона, да и бежать вместе с ним было бы намного тяжелее. Острые ветки хлестали меня по шкуре, оставляя раны, некоторые из них кровоточили, но мне было не до этого. Я бежала без оглядки так, как раньше не бегала никогда. Мне чудилось, что я слышу дыхание совсем рядом, и старалась прибавить темп. Скоро я почувствовала, что мне не хватает воздуха в лёгких, и я начинаю задыхаться. Передо мной раскинулся шаткий мост, перекинутый через чертовски быструю реку. Я оглянулась назад. Судя по звукам, медведь был уже близко. Выхода не было. Я ступила копытом на первую доску и, убедившись, что мост меня выдержит, поскакала вперед. Как же я ошибалась! Не дойдя даже до середины, я почувствовала, как теряю под собой ощущение досок и начинаю падать вниз. Когда я впервые коснулась копытом воды, холод прошиб моё тело насквозь. Я намокну и утону…Я ведь даже не умею плавать! Я забила копытом по воде, пытаясь удержаться на плаву. Ледяное течение быстро отнимало силы, а намокшая шкура тянула камнем вниз. Воздуха не хватало, я то и дело хлебала воду ртом и носом. Пытаясь призвать на помощь магию, я лишь больше убедилась в своей беспомощности. — Помогите! — закричала я и снова погрузилась в воду почти до кончиков ушей. Надо мной быстро «сомкнулся» водяной потолок, не давая шанса всплыть. «Это конец», — подумала я, прежде чем потеряла сознание.

***

Просыпаюсь от странного звука, который неприятно разносится в ушах, с белым шумом. Глаза еле разлипаются, и я смотрю на всё сквозь серую пелену размытости, что пропадает с каждым неловким хлопком век. Мой взгляд попадает на потолок. Белый, как облако на небе. Да что, блин, происходит? Я пытаюсь пошевелить копытами, но те не слушаются. Каждый вдох дается тяжело и больно, а ещё этот непроходящий озноб. Я вдруг осознаю, что лежу под теплым одеялом. Черные, как две бездны, глаза быстро хлопнули. Уже окончательно фокусируя взгляд на потолке, я заметила легкое движение, что привлекло моё внимание, и устремила взор в бок, замечая странный высокий силуэт. Это была нежно-розового цвета кобылка, с насыщенно розово-фиолетовой гривой. На её боках находились седельные сумки, из которых торчали какие-то странные на вид травы. А когда она наклонились над моей кроватью, я пискнула от ужаса. Прямо на её шее сидела самая настоящая змея. — О, ты наконец-то очнулась! — в голосе незнакомки было столько тепла и заботы, что я нашла в себе силы ответить ей улыбкой. — Что со мной произошло? Где я? — с трудом шевеля губами, произнесла я. — Ты упала в реку и едва не утонула, но тебя учуяла моя ручная волчица и позвала меня на помощь. От кого ты спасалась, девочка, за тобой кто-то гнался? — Я не… Нет, то есть да, — Я подняла копыто ко лбу. — У-у-у, моя голова. Пони сразу засуетилась и куда-то убежала. Я услышала грохот чашек и какое-то шипение. — Вот, возьми, — она поставила на стол рядом со мной чашку с непонятного цвета бурдой. — Выпей, и тебе сразу станет легче. Я недоверчиво посмотрела сначала на неё, потом на питьё. Она ободряюще кивнула. Я притянула чашку магией, но из-за ощутимой слабости не смогла её удержать. С громким звоном посуда разбилась, и я в ужасе смотрела на осколки. — М-мне так жаль, я… — Ерунда, сейчас вернусь. Когда осколки были убраны с пола, я взяла ещё одну принесенную кобылой чашку и сделала аккуратный глоток. — Ну и гадость! — почувствовав, что меня сейчас вырвет, я начала крутить головой в поисках чего-то куда можно стошнить, и, не найдя ничего подходящего, я проглотила то, что было во рту. – Ну как? — с улыбкой поинтересовалась пони. — Отвратительно! Вместо того, чтобы нахмуриться или отругать, она залилась звонким смехом. — Я знаю. Это ведь настойка из полыни, — она ехидно улыбнулась. — Настойка… Чего? — Полыни. Лекарственное растение. Зажми нос и пей. – Она вонючая. – Запомни на будущее: чем более гадко на вкус растение, тем оно полезнее. Поняв, что другого выхода у меня нет, я взяла кружку и сделала большой глоток. Поморщилась, но проглотила. — Умница. А теперь скажи, как ты оказалась в реке? Я постаралась сосредоточиться на своих воспоминаниях, но они были слишком размыты. С трудом представляя в голове картины прошлого, я начала: — За мной гнался медведь. Единственным способом спастись от него было перебраться по мосту на другую сторону через реку. Я помню, как встала на одну из досок и провалилась вниз, а из-за того, что я не умею плавать, стала тонуть. Я поежилась. Проговаривая всё это вслух, я будто вновь оказалась в воде и захлебывалась без шанса на спасение. — Больше ты ничего не помнишь? — ласково спросила она. — Я… Я оставила свои вещи, там, в лесу. — Где именно? — На опушке, около большого раскидистого дуба. Ты знаешь, где это место? — Примерно представляю. Думаю, с твоими вещами всё будет в порядке. Туда мало кто захаживает. Поэтому не стоит беспокоиться. – Надеюсь, что так, — я не разделяла уверенности этой странной пони. — Есть хочешь? Я отрицательно помотала головой. После того как она дала мне эту так называемую полынь, я вообще не хочу брать в рот ничего в этом доме. – Как тебя зовут? Она продолжала заваливать меня вопросами. — Афина. — Весьма необычное имя, а меня — Минерва. Я внимательно посмотрела в её карие глаза. — А как ты вообще оказалась в лесу, девочка? — Это очень долгая история. Не думаю, что… — Погоди. Я только чайник поставлю и сразу вернусь. Кажется, она не понимает намеков. Я тяжело вздохнула и принялась ждать возвращение Минервы, чтобы начать свой рассказ.

***

Когда я закончила свою долгую историю, Минерва тяжело вздохнула. — Тебе многое пришлось пережить, но стоит отпустить прошлое и начать новую жизнь, — она заключает меня в объятия, и я чувствую, как на меня падает слеза. Соленая капля прочерчивает кривую дорожку на моей шкуре и падает вниз.  — Моя жизнь тоже далеко не безоблачная, я много натерпелась от судьбы. Она посылала мне слишком много трудностей и испытаний. Я держалась из последних сил, чтобы не сломаться… Чтобы меня не смогли сломать, — она тяжело вздохнула и внимательно посмотрела на меня. — Я и мой брат ничего не знаем о своих настоящих родителях. Сколько нас помню, мы росли в религиозном детском доме. Между нами всегда существовала особая связь, пока его не забрали у меня. Моего брата взяли в приёмную семью, и я навсегда потеряла его… – несмотря на всю жизнерадостность Минервы, сейчас, при воспоминаниях о дорогом её пони, она была слаба и скинула маску, явив настоящую себя. Я не выдержала и, подавшись вперед, заключаю её в крепкие объятия. Она не сопротивлялась, и с минуту мы сидели в полной тишине. — Что было дальше? — осторожно спросила я, опасаясь надавить на больное. Она смахнула слезы с глаз и продолжила: — Потом меня отправили в школу, где я училась целительству. Даже не обладая потенциалом к магии, я всё равно была одной из лучших учениц. Всё шло своим чередом, пока я не пристрастилась к алхимии. Эти запретные знания манили меня и будто просили, чтобы я её изучила. Поддавшись искушению, я стала все глубже вникать в её суть. Первое, что я усвоила, принявшись за теоритическую базу — это то, что познание алхимии невозможно без изменения мышления. Второе — это очень длительный и кропотливый процесс. И третье, самое важное, алхимию надо разгадать, как загадку, а не прочитать, как ответ в книге. Я была уже почти близка к разгадке, как вдруг меня отчислили. Религиозный культ посчитал это ремесло грязным и неподобающем кобылке. Кстати говоря, именно там я и получила кьютимарку. В тот день я собирала под храмом растения и впервые сотворила колбочку с зельем. Всё это время я не переставала страшно скучать по брату и надеялась на то, что когда-нибудь смогу увидеть его вновь, — она снова замолчала, а задумалась. По Минерве и не скажешь, что она пережила такое. В её глазах всегда плещется огонёк счастья и веселья. С мордочки не сходит теплая улыбка. А в итоге — это просто притворство. Она пытается скрыть свою боль за весельем. Ей это и вправду неплохо удаётся. — После отчисления, — продолжила Минерва, сделав глоточек воды, — я отправилась странствовать по землям, изучая травы, растения и обмениваясь знаниями с местными алхимиками. Так я добралась до места, где живу сейчас. — Ты сама собственнокопытно построила этот дом? — удивилась я. — Нет, конечно. В городе я познакомилась с одним жеребцом…– её щеки порозовели, и она опустила уши, грустно вздохнув. — Оказалось, что его город был охвачен лихорадкой. Тот пони был почти при смерти, но благодаря моим знаниям в алхимии, умении в регенерации и исцелении, я помогла ему встать на копыта и излечила других местных жителей. В благодарность за помощь они помогли мне построить этот самый дом. Минерва замолчала, давая разговору возможность умереть в тишине, прежде чем начать новый. — Как только ты окрепнешь и полностью придешь в себя, мы вернемся за твоими вещами. Заметив смущение на моей мордашке, она быстро добавила: — Ты можешь оставаться здесь столько, сколько пожелаешь. Мне очень приятна твоя компания. И знаешь что… – Что? — Переезжай ко мне насовсем. Мне очень грустно тут одной. Я кивнула. — Хорошо. — Ну вот и чуд… — Минерва не успела договорить, потому что я снова заключила её в объятия. — Спасибо тебе за всё, подруга. Она ответила мне тем же дружеским жестом, и впервые за все восемнадцать лет я почувствовала себя по-настоящему счастливой.