маленькая вечность

времени у херобрина — хоть отбавляй. и возможности почти безграничны. он умеет телепортироваться, он не нуждается во сне, в пище, в воде. порой бывает чертовски скучно — всё надоедает: и пугать невинных животных, и бродить по пещерам, и оставлять на земле странные послания будущим героям. и даже проводить время со стивом. казалось, целая вечность прошла с момента, как они начали отношения, если это можно вообще так назвать. — эй, герой, — спросил однажды белоглазый, созерцая то, как шахтёр вспахивает землю под грядки, — а какая у тебя мечта? — чтоб ты не отвлекал меня от работы пустой болтовнёй, — стив вытер пот с лица грязной рукой. — ну а если серьёзно? — хм, дай-ка подумать, — шахтёр даже не смотрит в его сторону, продолжая упрямо работать мотыгой, — чтоб ты хоть раз помог мне с работой. — ну не злись ты так, герой! я же тебе пару дней назад целую гору алмазов принёс, забыл? стив на секунду остановился. замер, будто статуя. затем сердито свёл густые брови к переносице. — ага, принести-то принёс, но какой ценой я их получил? — я не виноват, что просто хотел твоего внимания! в тот день херобрин сказал, что если стив его догонит, то получит все алмазы. и стив, вздохнув, погнался за белоглазым, как малое дитё. вернее, этим дитём был сам херобрин, начавший глупую игру. — ага, — шахтёр фыркнул, обошёл незаконченный огород и стал вспахивать нетронутую землю чуть поодаль. много грядок хочет. — и вообще, знаешь… если бы ты не хотел поиграть со мной, то не стал бы догонять. добыл бы сам кучу алмазов, ты же шахтёр, а? — на лице херобрина появилась хитрая ухмылка. — да ты бы не отвязался, — бурчит стив, — придумал бы другую идиотскую игру. это правда, херобрину даже добавить нечего. но покорно замолкать он не будет. — герой, ну правда… о чём ты мечтаешь? — белоглазый вдруг достал невесть откуда взявшуюся вторую мотыгу и стал помогать вспахивать землю. — да не знаю я. а ты сам-то? — я… — херобрин приостановил свою работу, хотя, надо сказать, вскопал он в двадцать раз меньше стива, — герой, свет очей моих, будучи призраком-наблюдателем, я долгое время мечтал обрести тело и найти любовь. — мечта сбылась? — уголок губ стива чуть приподнялся. — получается, что так. но херобрин почему-то не мог оставить свой вопрос без ответа. ему очень хотелось исполнить мечту шахтёра, пусть даже самую маленькую. и он стал наблюдать за ним внимательнее. но стив каждый день делал одни и те же дела — рылся в шахте, сражался с монстрами, собирал яблоки, доил корову. пару раз ходил на речку рыбачить да пытался в лесу кого-то искать (диких волков? какие-то деревья? растения? херобрин даже спрашивал, но не получил ответа.) одним вечером херобрин пришёл к шахтёру домой — обычно он делал это даже без предупреждения, как и сегодня. стив лежал на кровати и по всей видимости отдыхал от долгой работы. херобрин нагло лёг к нему рядом. — это одноместная кровать, — сухо напомнил мужчина, двигаясь и освобождая место будто бы в противовес своим словам. белоглазый уютно устроился, закинув ногу на шахтёра и примостив голову ему на грудь. они никогда не говорят «я люблю тебя». но позволяют друг другу то, что для других было бы запретно. — достань мне яблочко, пожалуйста, — попросил стив, — вон, из сундука, специально рядом с кроватью поставил. — герой, мне так лень тянуться. — но ты прижал меня собой, я тем более не могу. херобрин поцеловал партнёра в шею, уколов шершавой щетиной, и всё-таки одной рукой открыл сундук. начал нащупывать яблоко. но в пальцы попадались лишь какие-то палки, бумага, кусочки коровьей кожи, даже ведро… внезапно херобрин нащупал какую-то книжку. — о, а это чё? — он вытащил эту самую книжку и хотел её открыть, но стив вдруг напрягся и выхватил её из чужих рук. — точно не яблоко. положи обратно. — как скажешь. «обязательно посмотрю потом», — подумал белоглазый. в итоге он всё же нашёл желанный фрукт и вручил его шахтёру. вскоре стив заснул, а херобрин просто прикрыл глаза. он мог «спать», как и все люди, по несколько часов, но по факту лишь лежал почти неподвижно, сохраняя рассудок бодрствующим. порой погружаясь в подобие глубокого сна, когда сознание бродит где-то далеко-далеко, а всё происходящее ускользает. *** на следующее утро херобрин открыл глаза и понял, что стив ушёл ещё до рассвета. опять в шахту? в лес? на речку? в любом случае, белоглазому хотелось лишь одного — полистать эту самую книжку, которую стив — невозмутимый, всегда такой спокойный стив! — вчера с волнением попросил убрать в сундук. херобрин стал нагло рыться в чужих вещах и вскоре нашёл то, что искал. — приручить парочку диких волков, добыть уголь, сделать новую дверь, — вполголоса прочитал белоглазый гласившие на первой странице записи, — это что, список дел?.. следующие несколько страниц были пустыми. — тьфу ты, нашёл тоже, что прятать… ещё один список, больше похожий на отчёт. отчёт по добытым в шахте ресурсам. херобрин принялся лихорадочно листать страницы. интуиция подсказывала, что здесь обязательно будет что-то интересное. но половина страниц была вырвана, ещё часть пустовала, а на оставшихся были расписаны дела, списки и планы на ближайшее будущее. — да что такое, — херобрин швырнул книжку обратно и скрестил руки на груди, будто ребёнок, не получивший любимую игрушку. но внезапно взгляд белых глаз зацепился за ещё одну книгу, что была спрятана на самом дне сундука. их было две, две книги. если в первой не обнаружилось ничего интересного, то во второй обязательно будет. — читать личные дневники нехорошо, — вслух напомнил себе херобрин, открывая книгу, — но кто сказал, что я хороший? а вот здесь действительно было интересно. — меня зовут стив, и я надеюсь, что эти записи найдут мои потомки, — вслух прочитал белоглазый, — я живу в странном мире. здесь есть буквально всё, в чём я могу нуждаться. херобрин щёлкнул пальцами, поморщился. — скукотища. начал листать страницы. прошло ещё какое-то время, за которое он прочитал кучу мыслей стива. да, даже их шахтёр излагал сухо и чересчур даже кратко, но это было гораздо интереснее, чем банальные списки дел и планы. херобрин сел на пол и опёрся спиной о сундук. чтение дневника стива затянуло его. — да было бы что скрывать, ну, — усмехнулся белоглазый, — будто я не знаю, что ты по ночам мёрзнешь, герой. действительно, многие «секреты» шахтёра были настолько очевидными, что и секретами их назвать было бы сложно. но херобрину льстила мысль о том, он не понаслышке знает о тех вещах, которые стив скрывает ото всех. вдруг прочитанное заставило херобрина вскинуть брови — он нашёл ответ на свой вопрос. — я много думаю о легенде о драконе края, — прочитал белоглазый, — он огромный и он летает. честно говоря, я даже мечтаю о том, чтобы тоже уметь летать, но прекрасно понимаю, что это невозможно. я даже однажды в путешествие отправился, чтобы найти горы повыше, но так и не нашёл. ладно, у дракона есть крылья, вот если бы я мог летать, как гаст из ада… дальше было длинное описание гаста. стив такой зануда. — будто кому-то через тысячу лет будет до тебя дело, ну, — хмыкнул херобрин, но прекратить улыбаться он не мог. у него появился план. *** — эй, герой, ты сейчас свободен? — ты сам как думаешь? — думаю, что отвечать вопросом на вопрос крайне невежливо. — кто бы говорил о вежливости! — стив (вроде как в шутку) замахнулся на партнёра лопатой. он зачем-то копал землю. — я подожду, как ты освободишься. у меня для тебя кое-что есть. стив вздохнул, но принялся работать быстрее. херобрин предложил свою помощь, но ему (вежливо) отказали. — ну, что там? — спустя целую вечность спросил шахтёр. — закрой глаза, — белоглазый осторожно обнял его со спины, — обещаешь не подглядывать? — смотря что будет… — ничего такого, клянусь. я просто хочу телепортироваться кое-куда, заодно вот и тебя прихвачу. — а мы можем прийти туда пешком? — за кучу километров отсюда? — херобрин чуть не расхохотался, — герой, ты, конечно, отчаянный, но пожалей себя хоть немного. — ладно-ладно. это не опасно? — разве ты не борешься с опасностями каждый день? — да, пожалуй, — стив хмыкнул, — да, даже сейчас эта опасность сжимает меня в своих когтях. херобрин заулыбался и обнял шахтёра крепче. — готов? только не подсматривай! получив молчаливый кивок, белоглазый сконцентрировался на определённом месте и через пару секунд они оказались именно там. а именно — на блоке, находящимся высоко-высоко над землёй. отсюда всё казалось крошечным. под ними простиралась ковром зелёная долина. пуговки-деревья, тонкие голубые нити рек, вкрапления лавы, будто рыжие кляксы. выше херобрина со стивом были только облака, но и до них, казалось, легко дотянуться. ближе всего к этому загадочному небесному блоку была зубчатая гора с заснеженной вершиной. она находилась буквально в паре метров, на неё можно было спрыгнуть. — херобрин, мне холодно. куда ты меня… стив открыл глаза. открыл их и молча замер, будто каменная статуя. открывшийся вид захватывал дух настолько, что было трудно что-то сказать. на одном блоке было тесно для двоих, одно неловкое движение — и ты уже летишь вниз, готовясь превратиться в лепёшку. но стив стоял неподвижно, покачиваясь на негнущихся ногах, напрочь забыв про инстинкт самосохранения. херобрину пришлось обнять его ещё крепче, и он почувствовал, что шахтёр почти не дышит. — герой, всё хорошо? — я мечтал когда-нибудь подняться так высоко… — прошептал стив, едва шевеля пересохшими губами, — но как… как такое вообще возможно? где ты нашёл это место? я же столько путешествовал… — ну, — если бы белоглазый не держал стива, то обязательно почесал бы в затылке, — кто ищет, тот найдёт… — это потрясающе. это так красиво, так удивительно… я просто не могу поверить. херобрин широко улыбнулся, пряча лицо в затылке шахтёра. хорошо, что стив этого не видит. — ты что, прочитал мои мысли? — нет-нет, что ты. просто мне показалось, что это может тебя удивить и порадовать. неизвестно, сколько они так стояли. неизвестно, сколько радости испытал стив, но херобрин чувствовал, что каждая клеточка тела шахтёра буквально светится от восторга. — герой, ты такой милашка. — ага, — прошептал стив, даже не давая себе отчёта в том, с чем соглашается. — я тебя обожаю. — ага… закатное солнце полило долину, гору и всё-всё живое и неживое жидким золотом. где-то вдалеке бегают дикие волки, в нижнем мире плачут гасты, в краю рычит, летая вокруг обсидиановых столбов, эндер дракон. а стив и херобрин стоят здесь и преисполняются счастьем, ведь у одного сбылась мечта, а другой эту мечту и исполнил. это их мир. это их горы, леса, реки. возможности херобрина почти безграничны. так почему бы не использовать их для того, чтобы осчастливить самого близкого человека? *** — кстати, херобрин, — стив лёг в кровать и устало растянулся на ней после долгого дня — он бы стоял на том блоке и дальше, но быстро стемнело и похолодало, — а откуда ты всё-таки узнал, что я всегда хотел подняться на большую высоту? — да так, догадался, — проурчал белоглазый, устраиваясь рядом с шахтёром. он очень надеялся, что стив не поймёт, из-за чего в прикроватном сундуке такой дикий бардак.