Похождения Йеггера из Стрейтдорфа

В лагере кипела жизнь: кто-то в спешке доедал завтрак из котелка, кто-то в десятый раз перепроверял надежность брони, кто-то бесцельно бродил взад и вперед, в напряжении перебирая в голове возможные исходы. Меж палатками расхаживал дворянин. Мужчина не был одет как представитель знатного рода, но осанка и спокойствие выдавали его. То и дело он окидывал воинов холодным, хищным взглядом. Каждый, кто встречался глазами с дворянином тут же невольно выпрямлялся и будто становился сдержаннее. Наконец, мужчина запрыгнул на лагерный помост. Ни мускулом он не выдал напряжения, хотя в его возрасте такие прыжки не могли даваться легко. – Братья!, – начал он, – О да, все мы, солдаты его величества, все мы братья. Сегодня, в этой самой битве решится судьба королевства, судьба всего Истланда! Эта поганая крыса, Вацлав, воистину он воплощение зла! Под его знаменами собрался отборнейший сброд: отребье, что он зовет рыцарями, чернь, что зовется солдатами… Но хуже того, Вацлав прибег к помощи дикарей с востока! Кочевники встали под его ряды. Дадим ли мы, верные истландцы топтать нашу землю им, иноверцам, безбожникам? Позволим ли ходить по этой славной земле? – Нет! Нет! Нет!, – раздались крики среди солдат, но дворянин не прекращал. Будто хищная птица в прыжке, он возвышался над солдатами и продолжал вопрошать. – Дадим ли отобрать наши дома? Насиловать наших жен? Поработить наши семьи? – Нет! Нет! Нет!, – всё увереннее кричали солдаты. – Тогда вперед! Вперед, друзья мои! Покажем им, кто истинный правитель этой земли! За Истланд! За дом Райндт! За короля Волдхара! Радостные, воодушевленные крики были ему ответом. Среди многочисленных талантов архимагистра Риббентропа самым выдающимся, без сомнения, был его талант к красноречию. Георг ловко парировал удар оппонента и тут же, перехватив инициативу, нанес стремительный удар. Амалия вскрикнула, схватилась за висок. Георг опустил оружие, всего на мгновение. Но этого было достаточно. Девушка воспользовалась замешательством противника и тут же ловко ткнула его деревянным мечом в грудь. – Браво, браво Амалия!, – Риббентроп обходил своих учеников, – Твоя хитрость воистину достойна Крыльев! В армии Волдхара помимо всевозможных рыцарей, оруженосцев, крестьян и наемников, были и уникальные войска. Лорд Риббентроп, по совместительству архимагистр ордена Орла создал этот особый отряд. Сироты, забранные с улиц в раннем детстве, дети проходили сложнейшее, всестороннее обучение. В ходе занятий лорд выявлял способности учеников. Сильнейшие бойцы становились Когтями Орла, элитным боевым отрядом. Хитрейшие и умнейшие из учеников становились частью Крыльев. Крылья отвечали за снабжение, дипломатию и шпионаж. Наконец сам Риббентроп носил звание Орлиного Глаза, «ибо глазу надлежит определять, куда орел должен лететь и кого разить когтями». Риббентроп плавно и незаметно впорхнул в палату ордена. Все двадцать бойцов Когтей были на месте, чуть поодаль на стрельбище тренировались в стрельбе Крылья. – Король хочет решить судьбу Вацлава сегодня. Обычно я не одобряю таких решений, но сейчас его величество посчитал, что Когти и Крылья должны участвовать в битве, чтобы устрашить врага и укрепить дух своих соратников. Когти вместе с рыцарями поскачут на врага, сметая всё на своем пути. А Крылья, вместе с лучниками останутся прикрывать тылы. Георг, самый младший из Когтей, поежился. Ему приходилось участвовать в схватках и не раз его жизни угрожала опасность, но никогда еще юноша не участвовал в битвах. Риббентроп продолжал объяснять диспозицию, но его слова звучали для Георга будто где-то вдалеке. Когда лорд ушел и Когти разбрелись по палатке, Георг продолжил бродить по кругу, не находя покоя. Тогда-то его и выхватила Амалия. Девушка легонько толкнула парня в плечо. – Спокойно, малой. Страх перед таким делом еще никому подспорьем не был. А вот добрый щит тебе и правда сослужит. Дуй давай к кузнецу, пусть лямки на щите тебе поправит. А в бою мой лук прикроет, будь спок. Голос Амалии успокоил Георга, а поручение дало собраться с мыслями. Юноша резво выхватил щит и рванулся к кузнецу. – И откуда в тебе это, м? Амалия обернулась. Это был Лотар, командир Когтей. – Откуда во мне что? – Уверенность эта. Тебе впору солдатами командовать, не хуже Риббентропа выйдет. А ведь оно в тебе было и до обучения, я ж ведь помню, как лорд тебя принимал на службу. – Черт его знает, Лотар. Пожалуй, если передо мной выбор отступить или сражаться, я просто предпочту сражаться. Разве у тебя не так? Лотар ухмыльнулся. – Пожалуй, ты права. Лучники выстроились за укрепления, с флангов. В авангарде строилась тяжелая конница его величества. А арьергард был надежно закрыт пехотой, выстроенной аккурат между укреплениями, чтобы к лучникам не было возможности пробиться. Среди цветных котт и гербовых накидок особенно выделялся один отряд. Всего двадцать бойцов в черных коттах с белым орлом. Отряд Когтей давно стал легендарным и одним своим присутствием воодушевлял союзников. – Георг, – обратился к юноше Лотар, – держись меня. Вместе прорвемся. – Лотар положил руку на булаву. Из-за горизонта показалась легкая конница врага. Одетые в основном в кольчуги и тканевые стеганки кочевники с криками съехали с холма на поле. Риббентроп протрубил в боевой рог. Тяжелая конница рванулась в бой. Будто тупой нож в броню клин кавалеристов врезался во врага. Копья бились о щиты с грохотом ломая их, а мечи прокалывали кольчугу. Легкая кавалерия Вацлава отступала, осыпаемая стрелами, раздавленная копытами. Вдруг один из кочевников с саблей подобрался к Георгу, юноша едва успел защититься от удара, как саблист атаковал снова. Восьмеркой он выбил Георга из равновесия. Юноша почти свалился с седла, когда Лотар подхватил его и рывком посадил на место. Кочевник отступил, но Георг догнал его и со всей силы рубанул по спине, прорубая кольчугу. Лотар, лишь секунду назад спасший Георга тут же рванулся к другому флангу боя. Быстрыми ударами булавы он осадил троих всадников, почти зажавших какого-то рыцаря. С яростным криком Лотар убил двоих из троицы, третьего же добил рыцарь. Когда к Лотару за спину подобрался кто-то из кочевников, щит Георга защитил мужчину. Когти держались вместе и прикрывали друг друга, то тут, то там приходя на помощь рыцарям. Легкая кавалерия дрогнула и раздался звук боевого рога. Сначала Георгу показалось, что это был сигнал к отступлению. Лишь несколько секунд спустя он понял, что рог легкой кавалерии звучит иначе. С правого фланга, на холме показались тяжелые кавалеристы Вацлава. Рыцари и кочевники, огромной ордой устремились в атаку. В палатке было тепло и уютно, огонь освещал лица всех присутствовавших на военном совете. Лорд Стенек, командир войсками Вацлава, Хан Батор с сыном и еще с десяток другой лордов и слуг хана. Батор стоял над картой, указывая своим людям, где расположится засадный полк. – Но как мы спрячемся здесь отец? Люди Истланда обязательно выставят часовых, – Кийар, сын хана выразил вопрос, которым задавались многие на совете. Батор хитро улыбнулся. – Кто-то из древних королей сказал: Даже в самом защищённом городе найдется калитка, через которую пройдет осёл груженный золотом… Кавалеристы Истланда попытались отступить, но и путь к отступлению тут же был перекрыт кочевниками. Фортуна отвернулась от рыцарей и вот уже их крушили и резали. Лотара окружили четверо солдат, беспрерывно осыпая того ударами. Воин держался храбро, но едва ли мог остановить всех четверых. Он пропустил удар, затем еще и наконец взмах шашки кочевника выбил его из седла, рассекая левую щеку. Лотар потерял сознание. Георг яростно рубил своих врагов, пробиваясь к командиру. Пятеро рыцарей пали от его руки, когда он увидел, как Лотара выбили из седла. Георг рванулся вперед и схватился за руку Лотара, подцепил ее, но тут же пал, сраженный ударом в спину. Напуганная лошадь с вскриком выскочила из боя, оттаскивая привязанное к седлу тело Лотара и Георга. Конники истланда были зажаты в кольце. Как бы храбро они ни бились, шансов на выживание становилось всё меньше. Из двадцати когтей в строю было только четверо, когда Риббентроп вновь протрубил в рог. В этот раз лорд отдавал приказ лучникам. «Прости, Георг», – пробормотала Амалия, натягивая тетиву. Град стрел полетел во врага, осыпая как своих, так и чужих. Не разбираясь, смерть косила истландцев, нортландцев и кочевников. Сама земля становилась красной от крови. Звуки боя слились в один протяжный, отвратительный грохот. Цвет рыцарства истланда был уничтожен, легендарные Когти были растоптаны, когда боевые рога Вацлава протрубили отход. Королю не было смысла бросаться на укрепления, он знал, что боевой дух врага и без того был подорван, а исход битвы был за ним. Лотар очнулся посреди поля битвы. Вороны клевали глаза погибших, а мародеры рыскали среди тел в поисках добычи. Схаркивая кровью мужчина полз. Сам не зная куда, он полз расталкивая тела погибших товарищей, пока глаза его снова не застила красная пелена. Потом он снова очнулся и снова пополз, снова теряя сознание спустя десяток метров. Его мучения продолжались, пока Лотар не добрался до ручья. Там, у воды, его нашли егеря нортланда и оттащили в лагерь. *** – Господин!, – Амалия стояла на одном колене перед Риббентропом. Лорд сдержанно кивнул, давая возможность говорить. – Крылья сообщают, что нашли последнего из Когтей. Человека похожего на Лотара видели в Нортланде. Говорят, он присоединился к королевским охотникам за головами. – Лотар? Спустя столько лет? Крылья уверены в этом, Амалия? – Уверенности быть не может и всё же, человек очень похож на описание Лотара, если прибавить ему несколько лет жизни. – Оч-чень интересно. Я разрешаю тебе найти этого человека и допросить. Возьми с собой тех из Крыльев, кто выжил при Йольдсбурге. Если это и вправду он, то приведите его ко мне. – Слушаюсь, господин. Йеггер очнулся. Он лежал на койке в лазарете. Раны его были обработаны и перевязаны. Люди Генриха нашли его и девочку на дороге, без сознания и притащили в город. А часть патрульных нашла и лагерь чернокнижника. Без лидера сектанты были ослаблены и неорганизованны, стража легко справилась с остатками. С трудом Йеггер поднялся с кровати. Более всего, как и после любой схватки болел шрам на левой щеке.