В аду лишь двое

Мелкие ссадины заживут быстро, а вот шрам на сердце будет терзать всю оставшуюся жизнь. Шан Хуа уже не помнил, как его вынесли на руках из разрушенной деревни. Тощий сброд из шести человек сновал туда-сюда, безучастно осматривая обездвиженные тела. Если бы не поднятый шум, они бы и не пришли, да лучше бы вообще не приходили, раз помощи от их копошения никакой. Все уже были мертвы и Шан Хуа мог бы, если бы не Шан Ю. Чувство потери пришло не сразу. Сначала его допросил пришедший на подмогу отряд заклинателей впереди которых шествовал седой старик с козьей бородкой — глава школы, которая не доживёт до настоящих дней. Все прибывшие заклинатели выглядели бедно: прозрачная кожа, тяжелые круги под глазами, худощавое тело, неопрятная одежда, а их учитель — мелочный, жалкий старик, который безучастно допросил единственного выжившего и удалился, сбросив всю работу на неотесанных юношей. Шан Хуа отвечал не сразу, его тянуло в дом, проверить все лично, вот только у него не получилось сдвинуться с места. Сердце уже не колотилось так быстро, словно пыталось выпрыгнуть, руки и колени не дрожали, но что-то внутри так заныло, так болезненно сжалось и потянулось в низ живота, что все силы будто бы покинули его маленькое тельце. Он смотрел на этих заклинателей, которых ненавидела вся деревня, и не мог разозлиться на них, хоть и пытался найти виноватых. По одному взгляду было ясно, что никакой помощи они не несли. Шан Хуа бежал от них спустя почти полгода, ведь изначально глава школы забрал его с собой в качестве извинений перед остальным заклинательским миром. Впрочем, их школа не смогла получить уважения от других, а Шан Хуа, смотря на заклинателей других школ, видел все тот же ничтожный образ. Шан Хуа засыпал на холодной земле, на свежевыкошенном сене, с месяц ночевал в заброшенном полуразвалившемся сарае, пока его не заметили и не выгнали. В этом мире не было места для неотесанного ребенка, потому никто и не замечал его даже в упор. Он был вымазан в грязи с ног до головы и до жути худым, прохожих отталкивали его впалые щеки и выпирающие ребра. Какой-нибудь купец мог бросить пару монет из жалости, но остальные обычно проходили мимо. Однажды Шан Хуа забрел в крупный город. Здесь были более оживленные улицы, а значит и милостыню было у кого просить. В один день тут было так много людей, что сквозь толпу едва мог протолкнуться даже такой худощавый мальчишка, как А-Хуа. Он затесался в группе ребят примерно его возраста, подслушивая по какому поводу собралось так много народу. Уже больше суток Шан Хуа ничего не ел и желудок рычал словно огромный зверь. «Думай, — твердил он себе. — Думай, что сделала бы она». Мимо проходили и дети постарше: мальчишки и девчонки, с родителями и без, но все они говорили об одном — о вступительном испытании в одну из главенствующих школ. Шан Хуа услышал «лидирующая» и что не каждый мог туда попасть, потому и направил свой путь туда — в сытое будущее.

***

Цинхуа мерил комнату шагами, сидеть на месте было выше его сил. Что это только что было? Как посмел этот мальчишка ворваться сюда и требовать какую-то информацию, при этом делая вид, будто бы ничего не случилось? Заклинателя трясло от злости весь оставшийся день, а на утро он, наконец, все понял. Причина интереса наследника севера к лорду клана Ся состояла в назначенной аудиенции Мобэй-цзюня с последним. Новость об этом событии сначала насторожила заклинателя, (все-таки не каждый день два когда-то враждующих клана встречаются для обмена любезностями), но затем мысли Цинхуа прояснились, его охватила воодушевляющая надежда. Его спаситель, лорд Ся собственной персоной, скоро явится в замок и вызволит его из заточения! Шан Цинхуа пришлось долго томиться в ожидании, пока лорд Ся не показался на пороге его темницы. Как же он соскучился по этой мучительной улыбке! Заклинатель едва сам не бросился в объятия лорда Ся, пока тот не отказался вытаскивать его из заключения. — Исключено, — продолжал улыбаться демон. — Этому лорду и без того было сложно попасть сюда, чтобы это не вызвало подозрений. Цинхуа совсем поник, а потом вдруг ехидно добавил: — Зачем же вы тогда сюда пожаловали, лорд Ся? Неужто потеря информатора была для вас большим ударом? Он сказал это даже с неким упреком. — Значит, господин Шан обо всем догадался, — хмыкнул демон. — Не совсем, мне не до конца понятно зачем лорд Ся здесь. — Если бы я знал, но, как господин заклинатель уже заметил, я потерял одного информатора, а другой сидит на цепи, спешу заметить, довольно-таки в неплохих условиях для пленника. Цинхуа на миг призадумался о истиной цели визита лорда Ся. Неужто Мобэй-цзюнь был инициатором встречи? Что происходит снаружи давно его не касалось, а про приезд лорда демонов заклинатель узнал совершенно случайно — через болтовню слуг, готовящихся к приезду. Все-таки он находился в служебном крыле. — Смею предположить, что сражение идет в вашу пользу, — беспристрастно начал Цинхуа. Он надеялся выпытать хоть какие-то подробности, однако демон не изменял самому себе и оставался немногословен. — В пользу Мобэй-цзюня, — поправил Ся Цзяньпин. — Линьгуан-цзюнь лично явился на поле боя, однако ему пришлось отступить на восток. В каком же он отчаянии! — Вы не боитесь, что он найдет себе союзников на востоке? — О, господин заклинатель слишком его переоценивает, — протянул демон. — Да и что он им может предложить? Правда, доходили до меня кое-какие слухи… впрочем, неважно. Вскоре вы и сами узнаете или же война завершится и необходимость в этом знании угаснет. Он говорил так пренебрежительно, словно речь шла об неотесанном слуге, а не о царственном брате Мобэй-цзюня. Пугающая улыбка слезла с его лица и оно приняло спокойное и невозмутимое выражение, когда демон поспешил откланяться: — Прощайте, господин, постарайтесь поскорее разобраться с вашей проблемой, а я так и быть подтолкну вас ближе к цели. Сказал он это так, словно переступая через себя и как будто не было между ними никакого кровного контракта. Шан Цинхуа смерил демона скучающим взглядом и остался ждать своей участи. Как долго ему пришлось ждать одним небесам известно. Он все переваривал произошедшее, пытался понять кто и зачем убрал Жу Вэн, и как ему выйти из этого положения. Вновь упасть перед Его Величеством на колени? Да кто вообще оправдывается в том, что не делал? Может, ему вызваться на поиски убийцы? Или вновь напомнить о своей важности королю? Шан Цинхуа вдруг задумался о связи Жу Вэн с Ся Цзяньпином и пришел к выводу, что все сказанное лекарше было незамедлительно передано лорду Ся, благо он стороной обходил свое прошлое и не разбрасывал слов о дальнейших намерениях. Каким же глупцом он был, раз попал в такую ситуацию, а единственный союзник ничем не мог ему помочь! И каким образом лорд Ся хотел «подтолкнуть» его к цели? «Думай, — твердил он сам себе. — Думай, как выбраться отсюда». Пока он продолжал нервно вышагивать вдоль и поперек комнаты, а лорд Ся вел светскую беседу со своим злейшим врагом, произошло кое-что странное. Сначала явился представитель совета старейшин и потребовал записи о яде, которые собрал Шан Цинхуа, затем, не дожидаясь следующего дня, его самого представили перед Его Величеством, правда уже без вервия бессмертных. В зале совета было тихо, только хлопнули массивные двери за его спиной, да зашелестел пергамент в руках короля. Ся Цзяньпин тоже был там и выглядел он не менее удивленно и сконфуженно, чем Шан Цинхуа, словно стал свидетелем истории, которую не хотел бы знать. Заклинатель склонился в поклоне, но Мобэй-цзюнь словно не замечал его, так что он просто продолжал стоять там, где его оставила стража. — Приведите его, — раздался леденящий кровь голос короля. Шан Цинхуа проследил взглядом туда, где только что исчезли стражники. Что-то было не так, не нравился ему этот тон, а атмосфера в зале сдавливала со всех сторон без возможности вздохнуть. Не прошло и пяти минут, как эти стражники вернулись, а впереди них, гордо вздернув подбородок, вышагивал советник Янь. От его надменного вида Шан Цинхуа едва удержал порыв закатить глаза, все-таки ситуация не подобает. А вот советник Янь не побоялся одарить заклинателя пепелящим взглядом и брезгливо хмыкнуть, отворачиваясь в сторону. «Вот и все! — подумал заклинатель. — Пожинай плоды своей неудавшейся дружбы!» Говорила ему Жу Вэн терпеть все выпады и подольщаться, но нет! Стоило ему впервые увидеть недовольное лицо советника Яня и как тот выставил его на смех, упрекая в бесполезности и прибавив пару слов о происхождении, то мысль о терпении отпала моментально и даже приветственный поклон давался Цинхуа с трудом. Похоже, все уже было решено, осталось склонить голову и обнажить шею для точного попадания. Какая глупая смерть! Он пережил несколько суток в ледяной тюрьме без духовных сил, добился скромного положения при дворе и даже заключил контракт с одним из сильнейших демонов, но так и умрет, не достигнув цели. Это ничто иное, как кара богов за его предательство! Уголки его губ приподнялись в грустной улыбке. Что ж, пускай так! Все это время его темперамент колебался между духовной борьбой и личной выгодой. В любой ситуации первой мыслью была та, которую ему вдолбили за годы обучения, и только затем его накрывало осознание. Бумажный домик из правил рушился, разум его затуманился и он стоял один на разветвлении из двух дорог не в силах сделать шаг — так тяжко давался ему этот выбор. Если смерть прекратит его душевную агонию, то пускай будет так. Он встретится с сестрой и она обязательно поймет и простит, прижмет тонкими ручками к груди и теплые солоноватые капли окропят его лицо, пока она будет бережно поглаживать по голове своего А-Хуа. Внезапный писк справа от заклинателя заставил его зажмуриться и прекратить мечтания о встрече с призраком сестры. — Ваше Величество, это какое-то недоразумение! — возмущенно воскликнул советник, нервно заламывая руки за спиной. — Правда? — с наигранным удивлением хмыкнул Мобэй-цзюнь. — Этот король так не считает. Как себя чувствует лекарь, за которым я послал? Тебе известно, как он добрался? О, конечно же известно! Шан Цинхуа и Ся Цзяньпин нервно переглянулись. На их памяти это был первый раз, когда обычно сдержанный Мобэй-цзюнь не просто был зол, он был в ярости! И злился он ни на кого иного, как на советника Яня, на того, чье брюзжание терпел ежедневно. Заклинателя вдруг прошиб озноб. Неужто это из-за его записей весь переполох?! — Ваше Величество! Поверьте этому слуге, его наглым образом подставили! Услышав это, Шан Цинхуа не смог удержать удивленного вздоха. Подставили? Советника Яня? — Хочешь сказать, что этот король глух и слеп? — прорычал Мобэй-цзюнь. — Наемники, напавшие на повозку лекаря, назвали твое имя! В твоих покоях нашли переписку с заклинателем… Шан Цинхуа снова оцепенел. Что произошло за то время, пока он был оторван от мира? Он вновь вопросительно посмотрел на Ся Цзяньпина, но тот лишь медленно покачал головой как бы отвечая «я тут не причём». Мобэй-цзюнь же резко подскочил со своего места и оказался лицом к лицу с советником. Цинхуа, стоящий слишком близко, боялся даже дышать громко — в любой момент гнев короля мог перенаправиться на него. — Это ты опоил моего сына ядом, — прошипел король в лицо советника. Заклинатель невольно склонил голову вправо. Он смотрел на безупречное лицо Мобэй-цзюня, до сих пор не тронутое морщинами. Теперь оно было искажено гневной гримасой: брови съехались, образовывая между собой складку; рот был слегка приоткрыт, обнажая заостренные клыки; едва заметно подергивалась челюсть… Вокруг демона будто бы витала зловещая аура. В воздухе потрескивал мороз, щипал заклинателя за открытые участки кожи. А Шан Цинхуа не мог отвести взгляд. Он дрожал то ли от холода, то ли от испуга вперемешку с восхищением. Сердце гулко стучало о ребра, пыталось согреть, а дышать стало так невыносимо тяжело. Заклинатель едва не взревел от обиды. Он невольно позавидовал этому мальчишке, Мо Вэймину, за то, что у него был такой отец, готовый, если понадобится, зубами рвать за своего сына. Шан Цинхуа завороженно следил, как когтистая ладонь ложится на голову советника, как сжимаются тонкие фаланги пальцев. Раздался характерный хруст и череп советника раскололся, бегающие от дикого ужаса зрачки остепенились, трясущиеся руки безвольно повисли и все его тело обмякло и упало ниц. Кровь начала разбегаться по кристально чистому ледяному полу, какая-то ее часть забрызгала лицо короля, а какие-то брызги попали на скулу и одежду Цинхуа. — Шан Цинхуа, — громко, как гром, воззвал Мобэй-цзюнь. — Да, Ваше Величество, — машинально ответил заклинатель. Ему пришлось до боли сдавить кожу на запястье, чтобы прийти в себя. — Ссылка Дуань Дэя была ошибкой, отправишься к нему с дальнейшими указаниями. Новому лекарю твоя помощь не нужна, возьмёшь отряд под командование и отправишься на рассвете. — Как прикажете, Ваше Величество, — поклонился Цинхуа. — А вы, лорд Ся, — Мобэй-цзюнь обернулся, приблизившись к сидящему за столом демону. — Возвращайтесь к своим воинам вместе с Мо Вэймином — теперь они его забота. Брови демона вскинулись вверх, а глаза расширились в немом изумлении, но перечить после увиденной сцены он не стал — только встал из-за стола и поклонился. — Да, Ваше Величество, — ответил он. Шан Цинхуа и Ся Цзяньпин покинули зал совета вместе. И, если заклинатель молча переваривал произошедшее, то демон более не сдерживал своего недовольства — со всей силы ударил кулаком по стене, прошипел что-то под нос и удалился. Шан Цинхуа мог его понять. Еще бы! Потомок клана Мо будет управлять армией, которая его на дух не выносит, хотел бы он посмотреть, как этот мальчишка справится! Вот только заклинателя отправили в противоположную сторону, да еще и на подмогу к Дуань Дэю. Шан Цинхуа бы тоже рвал и метал, вот только перед глазами все еще лежало мертвое тело советника Яня. Заклинатель не верил, что демон был виновен, более того, он был убежден, что слова про подставу были не простыми оправданиями. Но кто мог такое провернуть? У лорда Ся не было такой власти в замке, да и выглядел он не менее удивленным, чем сам Цинхуа. Гонимый этими мыслями, заклинатель прошелся вдоль стены и придерживался за нее рукой, чтобы не позволить ватным ногам уронить себя. Он шел, не разбирая пути, мысли тянули вниз. Хотелось вернуться в ту злополучную комнату, где его держали, запереть дверь и не вылезать оттуда пока все не закончится. Вот только неведомая сила подсказывала, что это только начало. Он завернул за угол, исследуя ветвистый коридор, да едва успел остановиться, чтобы не врезаться в кого-то. И этим кто-то обязательно должен быть Мо Вэймин! Шан Цинхуа сжал ладони дабы унять дрожь. Демон остановился напротив, внимательно изучая забрызганного кровью заклинателя. Долю минуты они не сводили друг с друга глаз. Цинхуа хотел выместить гнев за случившееся ранее, но не мог. Он даже с опозданием вспомнил про правила приличия и неуклюже склонился в приветственном поклоне. Шан Цинхуа почему-то показалось, что он заметил тень сомнения во взгляде демона и… страх? Мо Вэймин действительно чего-то боялся и лишь заклинатель мог заметить спрятанную тревогу на его лице. «Это из-за предстоящего отъезда?» — предположил Цинхуа. Эта мысль улыбнула его, сам он наверняка выглядел не лучше. Еще бы! Им обоим поручили по отряду неуправляемых демонов, как тут не волноваться? Они — внимательные наблюдатели, которые получали огромное удовольствие от изучения своего окружения. Хотелось бы надеяться, что этот навык пригодится им в предстоящем испытании, ведь решительность не была их основной чертой. — Ваше Высочество, — внезапно позвал Цинхуа, когда демон уже собрался уходить. Почему-то он подумал, что обязан это сказать. — Этот слуга слышал о вашем назначении и будет ждать хороших новостей о ваших успехах. — Не лебези, — скривился демон. И все же Цинхуа показалось, что он не зря сказал это. Когда они расходились в разные стороны, то заклинателю почудилось, будто они едва заметно соприкоснулись кончиками пальцев, от чего по телу пробежало долгожданное тепло. Цинхуа обернулся, но коридор был уже пуст. Как много времени пройдет прежде чем они вновь встретятся?