Наша маленькая любимая ворона

      — Хорошо, все! Слушайте сюда! — Даичи авторитетно хлопнул в ладоши. Перед ним сидели Ойкава, Ушиджима, Куроо и Бокуто, они же капитаны всех команд, которые должны были посетить тренировочный лагерь, который состоится менее чем через неделю. Редко случалось, чтобы все пять капитанов собирались вместе в одно время и в одном месте, но Даичи вызвал каждого из них лично, сказав, что дело срочное и его нельзя игнорировать. — До моего сведения дошло, что некоторые из вас беспокоили нас в течение определенного первого года. — Даичи многозначительно посмотрел на Куроо и Ушиджиму, которые оба обменялись взглядами и беззастенчиво кивнули.       Ойкава поднял руку.       — О ком именно мы здесь говорим? — он взглянул на капитанов Некомы и Шираторизавы, мысленно отметив их самодовольные ухмылки и широкие, гордые улыбки. — Вы двое выглядите ужасно подозрительно.       Дайчи шикнул на Ойкаву взмахом руки и продолжил говорить.       — Для тех из вас, кто еще не знает, — он снова посмотрел на Куроо и Ушиджиму. Бокуто и Ойкава на мгновение встретились взглядами, последний послал своему товарищу — капитану удивленный взгляд, на который капитан с совиной шерстью ответил пожатием плеч. Они понятия не имели, что происходит. Дайчи прочистил горло и обратил свое внимание на двух растерянных волейболистов, чувствуя, что они не обращают внимания на ситуацию.       — Если ты еще не знаешь, тогда не обращай внимания. — заявил он, качая головой и проводя рукой по волосам. — Просто держись подальше от Хинаты Шоё.       — Тот коротышка? — Бокуто прервал его. — Но я люблю этого парня! Он мой любимый маленький ученик!       Глаза Куроо сверкнули.       — У тебя тоже были с ним забавные приключения! Это здорово! — он повернулся к Ушиджиме. — Нам нужно добавить его в наш групповой чат, — серьезно сказал он, тыча большим пальцем через плечо туда, где сидел Бокуто.       — Что? Я… что? — Бокуто протестующе замахал руками. — Я просто немного помог ему попрактиковаться в волейболе, вот и все.       — О. — Куроо покачал головой Ушиджиме, прежде чем повернуться к своему другу, чтобы похлопать его по плечу. — Всему свое время, Бокуто. Всему свое время.       Даичи вздохнул, приложив пальцы к кончику носа. Он даже не хотел думать о групповом чате, который был у Куроо и Ушиджимы с участием его меньшего товарища по команде.       — Смотрите. Просто не подходите к нему близко вне матчей, хорошо? — он упер руки в бока. — С Хинатой все время будет по крайней мере один человек, так что даже не пытайтесь увезти его в сумасшедшее приключение или просто ради того, чтобы провести с ним время. Это тренировочный лагерь, а не светский час.       Ойкава закатил глаза.       — Расслабься, Дайчи. Меня совершенно не интересует твой надоедливый центральный блокирующий, и…эй, почему ты так на меня смотришь? — эта последняя часть была направлена на Ушиджиму, который так пристально смотрел на Ойкаву, что ему потребовалось все силы, чтобы физически не задрожать под его напряженным взглядом. — Что… я что-то не то сказал?       — Я ударю тебя, — мрачно ответил Ушиджима.       Ойкава закрыл лицо руками в слабой попытке защититься.       — Что?! — он взвизгнул. — Почему?!       Даичи потер виски.       — Не обращай на это внимания. Просто…не пытайся ничего с ним сделать, хорошо? Нам нужно оставаться сосредоточенными во время этого тренировочного лагеря, и я не хочу, чтобы Хинату бомбардировали людьми каждую минуту бодрствования. Передайте это сообщение и своей команде. — Дайчи слабо взглянул на четырех капитанов, его терпение иссякло. — Единственный член другой команды, которого я подпущу к нему, — это Козуме. Вот и ВСЕ. — он выпустил струю воздуха. — Вопросы?       — А что, если я с Кенмой?       — Нет, Куроо.       — Но…       — Нет, Куроо.       — Как насчет того, чтобы я был с Кенмой?       — Ушиджима, ты даже не знаешь Кенму!       — Стоит попробовать.       — Может кто-нибудь, пожалуйста, сказать мне, что происходит? Почему ты хочешь, чтобы мы держались подальше от Коротышки? Не похоже, что мы собираемся завербовать его или что-то в этом роде. — Ойкава глубоко вздохнул.       — Правильно. — Дайчи хмуро посмотрел на Ушиджиму, который, в свою очередь, невинно пожал плечами. — Потому что это было бы глупо. — он вздохнул. — Смотри. Просто держись подальше от Хинаты, если не хочешь умереть на следующей неделе, хорошо?       — Как скажете, капитан. Но не приходи ко мне плакаться, когда маленький рыжик будет умолять тебя научить его некоторым новым трюкам, потому что его очень любимый учитель избегает его. — Бокуто усмехнулся.       Даичи слегка улыбнулся. Даже если они не следовали правилам, у него было наготове десять более чем готовых товарищей по команде, готовых вмешаться и вмешаться, если они попытаются что-нибудь сделать. Дружба Хинаты была заразительной, и, исходя из своего предыдущего опыта, он решил, что лучше никому не позволять слишком привязываться к Хинате. В прошлом тренировочном лагере пять отдельных игроков подарили Хинате на прощание подарочные корзины, наполненные булочками с мясом, конфетами и другими вкусностями, что побудило мальчика разрыдаться и отказаться уходить, пока он не отдаст им надлежащий подарок. Конечно, они точно не могли уйти без всей своей команды, а если бы и ушли, Даичи был уверен, что какая-нибудь другая команда схватит его и заберет. В тот день для Карасуно это были очень долгие три часа. Даичи мысленно застонал. К настоящему времени у Хинаты, вероятно, было больше контактов в его телефоне, чем у всех учеников Карасуно вместе взятых.       — Вы, ребята, можете идти, если это еще не было ясно. — сказал Дайчи, отмахиваясь от капитанов. — Просто помните, что я сказал. Уделите ему на этой неделе столько времени, сколько захотите, потому что на следующей неделе он полностью недоступен. — с этими словами Дайчи спокойно вышел за дверь, угрожающая аура все еще окружала его, когда он завернул за угол и исчез из поля зрения четырех капитанов.       Через мгновение Куроо отдал честь в том месте, где стоял Дайчи, прежде чем схватил Бокуто за запястье, поднял его с деревянного пола и потащил к двери.       — Иди сюда, парень! Я собираюсь изменить твою жизнь. — он ухмыльнулся. — Я собираюсь показать тебе настоящего Хинату Шоё!       Бокуто моргнул.       — Эм, если ты еще не заметил, я любимый учитель Хинаты. — он гордо ткнул себя большим пальцем в грудь. — Я думаю, что хорошо знаю коротышку, если я сам так скажу.       Куроо быстро покачал головой, все еще таща Бокуто за руку.       — Нет, чувак, это волейбольный Хината! Я собираюсь показать тебе улыбающегося-искрящегося-щенячью собачку-смеющегося-игристого Хинату!       Ушиджима кивнул и тоже поднялся со своего перекрещенного положения на полу.       — Я тоже пойду с тобой, если ты не возражаешь. Я не видел Хинату с прошлого воскресенья. — Куроо энергично кивнул, одним плавным движением запястья выдернув Бокуто через толстые двери на солнечный свет и бесконечно рассуждая о том, как это изменит его жизнь. Ушиджима последовал за ним, оставив очень озадаченного Ойкаву одного в спортзале Карасуно.       — Черт возьми… — пробормотал он себе под нос, медленно поднимаясь и отряхивая шорты сзади. Чуть меньше месяца назад Мацукава приступил к тренировке с историей о том, что он видел Хинату с Тендо, Ушиджимой и Ширабу в кафе-мороженом вниз по улице. Затем он заявил, что видел, как Ушиджима СМЕЯЛСЯ вместе с Хинатой и другими. Все немедленно назвали это чушью, потому что не было никакой возможности, чтобы три члена Шираторидзавы случайно общались с членом Карасуно, команды, которая опередила их на национальных, особенно Хината Шоё из всех людей. Ушиджима никогда не смеялся. Когда-либо. Никто даже не мог представить себе мысленный образ огромного туза, улыбающегося, забыть о полномасштабном смехе. Ойкава нахмурился. Он ни на секунду не поверил рассказу Мацукавы, когда впервые услышал его, но после того, как увидел, как Ушиджима оживился при возможности увидеть крошечного каратышки, он не мог не удивиться.       Он вздохнул. Нет смысла думать об этом сейчас. К тому же, что может быть такого замечательного в таком среднем человеке, как Карасуно номер десять в любом случае?

****

      Неделю спустя       — Суга. — Дайчи оторвал своего товарища-третьекурсника от остальной команды. — Все готово?       Суга утвердительно кивнул.       — Да. Кагеяма дежурит первым во время первого раунда тренировок. Ноя и Танака будут рядом с ним во время обеда и в свободное время, так как именно в это время на него, скорее всего, нападут. — Суга бросил взгляд через плечо, чтобы убедиться, что его никто не подслушивает. — Я наблюдаю во время второго раунда тренировок. Ямагучи предложил последовать за Хинатой после окончания тренировочного лагеря в течение дня, чтобы отвлечь его от других игроков.       Даичи поднял бровь, довольный списком, но все же сбитый с толку.       — Почему Ямагучи? Я имею в виду, что он практически наименее опасный человек в нашей команде.       Суга кивнул.       — Да. Но с Ямагути приходит Цукишима, и все знают, что не стоит становиться на его плохую сторону.       Даичи улыбнулся.       — И я наблюдаю на расстоянии. Ты уверен, что все согласны заниматься всем этим в течение семи дней?       Суга снова кивнул.       — Кагеяма попросил меня заплатить за десять коробок молока за его услуги, но я подозреваю, что он просто не хотел, чтобы я думал, что он действительно заботится о безопасности Хинаты.       Даичи легко рассмеялся.       — Да. Похоже на него.       — Эй, Даичи! Суга!       Парни, о которых шла речь, посмотрели вниз и обнаружили, что центральный блокирующий, о котором они только что говорили, с готовностью подпрыгивает на пятках.       — Могу я сделать небольшой перерыв в туалет? — он быстро заморгал, скорость его отскоков увеличилась. — Я буду быстр, обещаю!       Суга незаметно подал знак Кагеяме, который фыркнул и поплелся в сторону Хинаты. Седовласый позволил призраку улыбки украсить его губы, прежде чем мягко кивнуть гиперактивному рыжему.       — Спасибо, Суга! — Хината просияла. — Я вернусь до первого тренировочного матча, обещаю!       — Я пойду с тобой, придурок, — мягко сказал Кагеяма, положив руки на плечо Хинаты, чтобы грубо вытолкнуть его из спортзала. — Мне тоже пора идти, так что, знаешь. Удобство. — Хината приподнял бровь, явно ни на секунду не купившись на откровенно паршивую игру Кагеямы, но позволил подтолкнуть себя к дверям.       Суга задумчиво напевал, когда два первокурсника вышли из спортзала.       — Я думаю, что куплю ему двадцать штук молока. Просто за то, что каждый день приходится иметь дело с утренними перерывами Хинаты в туалет.       Даичи закатил глаза.       — Меня это устраивает, но это выходит из твоего бумажника.       — Злюка.       — Ты действительно думал, что я буду платить за тебя?       — …       — О Боже, Суга, нет.

****

      — Бакаяма, мы ходим по кругу уже около миллиарда лет. — Хината застонал. — Признай это. Мы заблудились. — Кагеяма бросил раздраженный взгляд через плечо на своего товарища по команде позади него.       — Заткнись. Нет, это не так.       Хината закатил глаза.       — Кагеяма. Мы полностью заблудились.       Сеттер уставился в пол.       — Нет, это не так. Это правильный путь, я уверен.       — Лучше бы так и было, — фыркнул Хината, — Потому что, если я не окажусь в ванной через две минуты, я буквально обмочусь по всему полу.       Кагеяма невозмутимо кашлянул.       — Без колебаний или чего-нибудь в этом роде?       — Без колебаний. Мне действительно действительно нужно идти.       — Отвратительно.       — Ты отвратителен.       — Заткнись, ты, глупый апельсин.       — Это что-то новенькое, — проворчал Хината. Он помолчал мгновение, прежде чем заметил силуэт, стоящий в конце коридора, в котором они находились. Его глаза расширились. — Эй, разве это не Великий король?       — Что? — Кагеяма посмотрел в направлении пальца Хинаты. — О черт.       — КАГЕЯМА! — Хината ахнула с притворным недоверием. Сеттер закатил глаза и грубо схватил Хинату за запястье, таща его обратно по коридору, из которого они вышли.       — Неважно. По-моему, я видел туалет вон там, дальше.       Хината ущипнула Кагеяму за предплечье, заставив его взвизгнуть, и отпустила руку Хинаты.       — Ты ужасный лжец, Бакаяма. Я просто хочу посмотреть, что он делает так далеко от спортзала один. — он многозначительно посмотрел на своего напарника, прежде чем побежать по коридору, выкрикивая имя Ойкавы.       — Что-ТУПИЦА, НЕТ, НЕ НАДО… — после минутного колебания Кагеяма побежал за своим гиперактивным товарищем по команде. Дайчи бы точно убил его, если бы услышал об этом. — ВЕРНИСЬ, ИДИОТ, Я ДУМАЛ, ТЕБЕ НУЖНО ПОПИСАТЬ!       Хината высунул язык через плечо и подскочил к Ойкаве, который немного отшатнулся при виде головы с оранжевыми волосами, подлетевшей к нему.       — Чиби-чан!       — Великий король! — глаза Хинаты заискрились обожанием.       Ойкава уставился на него. Ему не понравилось ощущение в груди, когда он посмотрел на маленького рыжего блокирующего. Это было похоже на то, как будто его сердце сжималось само по себе. Сеттер моргнул один раз, прежде чем стряхнуть его. Наверное, какой-нибудь плохой завтрак или что-то в этом роде.       — Креветка? — н снова ответил, приподняв бровь, глядя на маленького игрока, подпрыгивающего перед ним. — Что ты делаешь так далеко от спортзала?       Хината открыл рот, чтобы ответить, прежде чем Кагеяма буквально сбил его с ног, заставив Оикаву отскочить на несколько шагов от удивления.       — Тобио? Что ты делаешь?       Кагеяма безмолвно посмотрел на Ойкаву, прежде чем снова переключить внимание на Хинату, которая в данный момент растянулась под ним, и ударил его по голове.       — Тупица! — он зашипел. Последнее, что ему было нужно, это чтобы Хината выпустил одну из своих солнечных улыбок прямо в лицо его бывшего наставника и осыпал его комплиментами и похвалами, что, несомненно, заманило бы одержимого сеттера прямо в неизбежную ловушку, известную как дружба Хинаты.       Ойкава подавил смех при виде открывшегося перед ним зрелища.       — Что это было, Тобио? Так приставать к бедному коротышке? — он приложил палец к подбородку в насмешливой задумчивой позе. -Должен сказать, я никогда по-настоящему не считал тебя жестоким типом.       Кагеяма раздраженно закатил глаза.       — Заткнись, Ойкава. — он фыркнул, поворачиваясь так, чтобы мог достойно поговорить со своим бывшим товарищем по команде. — Я думал, Дайчи сказал тебе держаться подальше от Хинаты.       Ойкава медленно кивнул, все еще почесывая пальцем подбородок.       — Он сделал это. — он наморщил нос. — Хотя я не знаю, почему. Что такого особенного в имбире, который все так любят?       Кагеяма издал громкий вздох облегчения. По крайней мере, Карасуно не придется иметь с ним дела, пока они будут здесь.       — Ничего. Это не твое дело. Только не приближайся к нему больше. — он отвернулся, чтобы поговорить со все еще стонущим Хинатой.       — Технически, однако, я выполнил свою часть сделки. Коротышка пришел ко мне. — он вскинул руки, когда Кагеяма злобно нахмурился через плечо, прежде чем грубо схватить своего товарища по команде за плечи и оттащить его от капитана. Ойкава фыркнул и скрестил руки на груди. Если и было что-то, что он ненавидел больше, чем вундеркиндов, так это то, что его оставляли в неведении относительно того, что, казалось, знали все остальные. Он проворчал, нахмурив брови. Он докопается до сути тайны с номером Карасуно десять. Он поклялся в этом.

****

Если не считать инцидента с Оикавой (хотя Кагеяма взял с Хинаты обещание никому об этом не рассказывать), тренировочный лагерь для Карасуно прошел относительно гладко. Ни один член команды противника, за исключением Кенмы, за последние пять дней даже не разговаривал с Хинатой, хотя это не было без последствий. Все в Карасуно были положительно измотаны необходимостью присматривать за Хинатой с утра до вечера. Они знали, что у их маленького рыжика есть энергия, но никогда не предполагали, насколько именно. Центральный блокирующий буквально мчался повсюду, перемещаясь из комнаты в комнату и с волейбольной площадки на волейбольную площадку, чтобы посмотреть другие матчи. Конечно, это не было проблемой для Кагеямы, который был единственным в команде, кто мог не отставать от скорости Хинаты. Однако все остальное было совсем другой историей.       Куроо, Ушиджима и Бокуто просто наблюдали за Карасуно изо дня в день со стороны, не приближаясь к ним, потому что, вы знаете, они хотели на самом деле пережить тренировочный лагерь, и наблюдали, как они гонялись за Хинатой из коридора в коридор, пока больше не могли этого выносить. Все по плану.       Неделей ранее, после того, как Ушиджима и Куроо затянули знакомство Бокуто с «настоящим» Хинатой Шоё, они втроем, включая Хинату, составили план. Куроо проинструктировал своего меньшего друга быть как можно более гиперактивным, велев ему бегать повсюду и доставлять своим товарищам по команде как можно больше неприятностей, когда они пытались присматривать за ним. Хината посмотрел на них в замешательстве, но согласился, когда Бокуто пообещал, что будет вознагражден сюрпризом.       Три капитана ухмыльнулись друг другу. Теперь это не займет много времени. Карасуно был практически мертв, все участники боролись за то, чтобы не заснуть, когда они вступили в шестой день тренировочного лагеря, за исключением одного джинджера, у которого еще оставались силы в течение нескольких дней, несмотря на то, что он бегал больше всех. Им просто нужно было подождать до поздней ночи, когда охрана Карасуно спадет, и тогда они сделают свой ход.

****

      — Хината!       Хината развернулся, как раз выйдя из ванной, чтобы вернуться в общежитие, которое он делил со своими товарищами по команде.       — Да? — осторожно спросил он, лихорадочно ища глазами таинственный голос.       — Где твоя команда? — Бокуто высунул голову из-за угла, заставив рыжего подпрыгнуть от неожиданности.       — Эм… — Хината посмотрел на часы на стене. — Сейчас 10:17 вечера. Я думаю, они все спят. Почему? — Хината снова подпрыгнул, когда из-за угла показались головы Куроо и Ушиджимы. Куроо ухмыльнулся Бокуто, в то время как глаза Ушиджимы просто озорно блеснули. Это было за гранью совершенства.       — Ты уверен? — Бокуто снова прошептал. — Они все спят? Все до единого?       Хината почесал его подбородок.       — Да. Я имею в виду, они были там, когда я ушел чистить зубы несколько минут назад. Я думаю, что они изрядно устали от того, что наблюдали за мной шесть дней подряд. ЖДАТЬ?! — Хината повернулся к своим трем друзьям, его палец обвиняюще указал на их лбы. — Это был ваш план с самого начала, не так ли? Заставить меня измотать свою команду, чтобы они не играли так хорошо в тренировочных матчах против вас, ребята! — он сверкнул глазами, хотя за ними не было настоящего жара. — Держу пари, там вообще нет никакого сюрприза!       Куроо яростно замотал головой, выходя из-за своего укрытия, чтобы Хината мог видеть больше, чем просто его голову.       — Нет, нет, нет! Дело совсем не в этом! — увидев, как мальчик подозрительно приподнял бровь, Куроо бросил беспомощный взгляд через плечо, подавая знак остальным поддержать его.       Ушиджима и Бокуто тоже встали со своих мест за углом, чтобы встать рядом с Куруо.       — Куроо говорит правду, Хината. — медленно произнес Ушиджима. Бокуто с энтузиазмом кивнул.       — Да! На случай, если ты не заметил, ты ни разу не был один во время этого тренировочного лагеря. — растерянное выражение лица Хинаты быстро сменилось скептическим. Приняв это за подтверждение, чтобы продолжать, Бокуто продолжил. — Мы трое планировали что-то сделать с тобой на этой неделе, но Даичи запретил нам даже смотреть на тебя во время тренировочного лагеря.       — Почему? — спросил Хината, заинтересовавшись.       — Не важно. Когда мы сказали тебе, чтобы ты утомил свою команду, то, что мы действительно пытались сделать, — это оставить тебя наедине, чтобы мы могли преподнести тебе наш сюрприз! — Бокуто дико ухмыльнулся. На самом деле, они не были уверены, что их план сработает, когда они впервые его придумали, но, увидев, насколько измотан Карасуно всего на третий день тренировочного лагеря, они пришли к выводу, что их генеральный план на самом деле будет успешным.       — О. — Хината помолчал мгновение, прежде чем его лицо расплылось в ослепительной улыбке, заставив Ушиджиму согнуться пополам, заикаясь, Бокуто улыбнулся еще шире и обнял Хинату за плечи, а Куроо просто уставился. Глаза Хинаты блеснули. — Итак, сегодня вечером я получу свой сюрприз!       Куроо кивнул, слегка ошеломленный. Улыбки Хинаты никогда не старели, кто бы на них ни смотрел.       — Да.       — Пока все в твоей команде еще спят. — вмешался Бокуто, бросив взгляд в сторону общежития Карасуно. — Мы точно не хотим, чтобы тебя убили твои товарищи по команде, если один из них все еще не спит и они заметят твою пропажу.       — Я могу пойти проверить, если хочешь! — прощебетал Хината, высвобождаясь из огромной руки Бокуто. Ушиджима тупо кивнул, не в силах сделать ничего, кроме как пробормотать несколько бессвязных слов.       Куроо хихикнул Ушиджиме, прежде чем повернуться к среднему блокиратору.       — Да, это, наверное, было бы к лучшему. Мы приведём всех остальных.       Глаза Хинаты расширились от волнения.       — А кто все остальные?       Бокуто отмахнулся от него.       — Не беспокойся об этом. Встретимся у входа в спортзал, если все в твоей команде спят. Если тебя не будет там через десять минут, мы будем считать, что наш план сорван. — драматично изогнув бровь, Бокуто схватил Ушиджиму за подол рубашки и потащил его по коридору, ведущему в общежитие Шираторизавы. В то же время Куроо направился по отдельному коридору в сторону помещений своей команды.       — Надеюсь увидеть тебя там, коротышка! — крикнул через плечо капитан с петушиной шерстью.       После того, как все три капитана скрылись из виду, Хината не терял времени даром. Он быстро развернулся и побежал в комнату, которую в настоящее время занимала его команда, и его носки, и покрытый ковром коридор, заглушали его шаги. Он немного притормозил, когда подошел ближе. Нишиноя, как это ни удивительно, спал на удивление чутко, и самый легкий из известных звуков разбудил его. Хината был вполне уверен, что раскладушка либеро стояла дальше всего от двери, чтобы шум открывающейся и закрывающейся двери не нарушил его сон, но он не был на 100% уверен. Ему придется быть осторожным.       Бег Хинаты замедлился до носков, когда в поле зрения появилась комната. Он медленно приблизился к ней, держа уши открытыми для любых звуков, доносящихся из комнаты. Ничего не услышав, он осторожно потянулся к дверной ручке перед собой и так слегка приоткрыл дверь, впустив луч света в непроглядную тьму комнаты. Хината на мгновение задержал дыхание, но, ничего не услышав, медленно выдохнул и как можно осторожнее закрыл дверь.       Это было точно.       Карасуно были мертвы для всего мира.       Головокружительное чувство наполнило желудок Хинаты, когда улыбка тронула уголки его губ. Он был вне себя от возбуждения. Если бы ему пришлось выбрать то, что он любил больше всего, кроме волейбола, его ответ, без сомнения, был бы неожиданным. Он тихо зашаркал прочь из комнаты, практически треща по швам в предвкушении. Решив, что он преодолел достаточное расстояние между собой и своими спящими товарищами по команде, он быстро перешел на бег, петляя по многочисленным коридорам, прежде чем полностью покинуть здание.       Хината прибыл на стоянку чуть меньше чем через семь минут. Его приветствовала относительно большая группа людей, все одетые в повседневные футболки и шорты, как и он.       — Хината! — воскликнул Бокуто, широко улыбаясь. — Мы почти не думали, что ты справишься!       Хината огляделся, игнорируя комментарий Бокуто.       — Что происходит? Почему здесь так много людей?       Куруо шагнул вперед, ухмыляясь из-под волос.       — Это часть сюрприза. — воскликнул он, указывая на двух человек позади себя. — Я привел с собой Льва и Кенму. — капитан отступил в сторону, чтобы рыжий мог полностью видеть двух своих товарищей по команде позади него. Лев ласково приподнял бровь и приветственно поднял руку. Кенма, с другой стороны, еще не заметил, как прибыл Хината. Его наушники были глубоко воткнуты в уши, и он был слишком поглощен телефоном, чтобы замечать какие-либо новые дополнения к группе.       — Эй, Кенма! — Хината восторженно замахала руками. Кенма слегка оживился, оторвав взгляд от своего устройства, чтобы встретиться глазами с Хинатой. Он мягко улыбнулся.       — Привет, Шоё. — ответил он, засовывая телефон в карман и осторожно вынимая наушники. — Рад тебя видеть. — Куроо подавил желание закатить глаза. Это было несправедливо, действительно, теперь быстро Хината смог заставить Кенму улыбнуться. Если бы это был кто-то другой, Куроо был бы раздражён или завидовал, но это был Хината. Честно говоря, Куруо не мог винить своего друга детства за то, что тот улыбался всякий раз, когда был рядом.       Бокуто откашлялся, пытаясь привлечь внимание Хинаты.       — Я привел Акааши! — гордо объявил он, с силой толкая своего друга за плечо, чтобы встать перед Хинатой. Хината нетерпеливо кивнул.       — О да! Ты ведь сеттер Фукуродани, верно? — он просиял. — Ты просто потрясающий! Я видел, как вы с Бокуто играли вместе!       По всей группе прокатилось несколько смешков, когда спокойная и пассивная внешность Акааши мгновенно исчезла, глаза удивленно опустились на все еще улыбающегося мальчика, рот открывался и закрывался, когда легкий румянец покрывал его щеки.       Ушиджима настороженно посмотрел на Акааши.       — В первый раз? — спросил он смертельно серьезно. Бокуто кивнул.       — Да. Я решил, что подвергнуть его обаянию Хинаты сейчас — самое подходящее время, как никогда.       Хината оторвал взгляд от покрасневшего сеттера, чтобы посмотреть на Бокуто, открыв рот, чтобы задать вопрос, но был быстро прерван громким голосом Ушиджимы.       — Я привел постоянных. — он отступил в сторону, чтобы показать Тенду, Ширабу и Эйту, все они улыбались и махали рыжику. Хината усмехнулся.       — Давно не виделись, Хината! — воскликнул Семи, подходя к своему другу, чтобы взъерошить его непослушные кудри. — Я слышал, что вы, ребята, ходили за мороженым без меня несколько недель назад. — он поднял бровь в притворном раздражении. — Что все это значит?       Хината надул губы и скрестил руки на груди, игнорируя слегка растерянные взгляды окружающих.       — Ты нянчился со своими кузенами! Что мы должны были делать? Подождать? — он усмехнулся, как будто это была самая нелепая вещь, которую он когда-либо делал. Он нахмурил брови.       — Эм, ДА! ОЧЕВИДНО!       Хината добродушно улыбнулся Эйте, прежде чем повернуться к группе вокруг него.       — Итак, что именно здесь происходит?       — Мы везем тебя в Токийскую башню! — заявил Лев, никогда не любивший неизвестности. Глаза Хинаты расширились до размеров блюдец, а щеки надулись.       — СЕРЬЕЗНО!       Куроо пристально посмотрел на Льва, прежде чем кивнуть в подтверждение.       — Да. Это была идея Кенмы. Он сказал, что помнит, как ты говорил о том, что всегда хотел увидеть это когда-нибудь во время одной из твоих ночевок. — Кенма покраснел и отмахнулся от сияющих глаз Хинаты.       — Это ничего не значило. — он нервно заломил руки. — Я просто подумал, что, раз уж мы здесь, знаешь, у тебя будет хороший шанс наконец-то увидеть это.       — СПАСИБО ТЕБЕ, КЕНМА! — Хината обнял своего приятеля с пудинговыми волосами, отчего румянец на его щеках потемнел и стал красным.       — Не за что, Шоё. — сеттер тихо ответил, используя левую руку, чтобы дотянуться до спины Хинаты и слегка сжать его плечо. Куроо подавил вздох. Конечно. Кенма, король интровертов и ненавистник всего обидчивого, обнимал десятого Карасуно. Он мысленно застонал. С другой стороны, список вещей, которые Хината не мог заставить людей сделать для него, был очень невелик.       — Мы планировали этот маленький трюк некоторое время. — продолжил Куроо, — Но все стало немного сложнее, когда Дайчи сказал нам, что нам не разрешалось приближаться к вам в тренировочном лагере. Я попросил у Ушиджимы и Бокуто совета о том, что с этим делать, и, предложив план, как утомить твою команду, они спросили, могут ли они прийти вместе с парой членов своей команды, которые также были близки к тебе.       — Все в нашей команде любят Хинату. — вставил Ширабу, прежде чем указать на Тендо, Семи и на себя. — Остальная часть команды чуть не подралась с нами троими, узнав, что мы были единственными, у кого была возможность увидеть его сегодня вечером.       Лев кивнул.       — Я, Куроо и Кенма-единственные, кто до сих пор подвергался воздействию магнетизма дружбы Хинаты на Некоме, так что на самом деле у нас не было такой проблемы.       Все взгляды выжидающе обратились к Бокуто. Он пожал плечами.       — Я просто не хотел оставаться один. — он указал на Акааши, который пришел в себя от изумления, но не сводил глаз с Хинаты. — Я взял его с собой для разоблачения. Знаешь, чтобы он не совсем растаял, если коротышка улыбнется ему в коридоре или что-то в этом роде. — ропот понимания разнесся по небольшой толпе людей. Хината, все еще прижимавшийся к Кенме, повернулся лицом к своему другу.       — Что они говорят о «разоблачении»?       Кенма ласково ухмыльнулся рыжему, прежде чем слегка оттолкнуть его, заставив упасть на землю на задницу с ворчанием. Он не мог понять, как кто-то мог быть настолько наивен в отношении такой уникальной способности.       — Если ты не знаешь, тогда не обращай внимания. — пробормотал он, бессознательно крутя один из локонов Хинаты между кончиками пальцев, когда тот уставился на него с выражением замешательства и волнения.       — Итак, мы можем идти прямо сейчас?       Кенма кивнул и махнул свободной рукой в направлении Куроо. Получив сообщение, темноволосый капитан громко хлопнул в ладоши.       — Давайте двигаться, все! Мы стоим здесь уже достаточно долго! — его слова были встречены резкими кивками, и группа быстро направилась к Токийской башне.

****

      — Эй, эй, эй-эй-эй! Хината! — Бокуто подскочил к рыжему и оторвал его от разговора со Львом, просто отмахнувшись от пристального взгляда седовласого мальчика. — Ты можешь кое-что для меня сделать?       Хината с любопытством кивнул.       — Конечно. В чем дело?       Бокуто наклонился к Хинате, чтобы как следует прошептать ему на ухо. Хината слушал, слегка растерянное выражение украсило его лицо, прежде чем прошептать что-то своему старшекласснику. Бокуто кивнул и торжествующе наблюдал, как Хината подпрыгнул к Акааши. Это должно было быть весело.       — эй! Ты ведь Акааши, верно? — мальчик, о котором шла речь, осторожно повернул голову, чтобы встретить восхищенный взгляд Хинаты, почти идеальная имитация щенка, желающего быть домашним животным.       — Да. — он тупо бормотал, пытаясь и безуспешно оторвать взгляд от веселого лица Хинаты. — Это верно.       — Круто! Я надеялся, что все правильно запомнил! — он вяло улыбнулся, снова практически отправив бедного сеттера в сердечный приступ. — Я уже несколько раз видел, как ты играешь! Ты выдающийся! Как ты думаешь, мы с тобой могли бы как-нибудь попрактиковаться вместе? — он слегка надулся. — Кагеяма слишком подлый, чтобы научить меня чему-либо в отношении обстановки, и Суга сказал, что было бы лучше, если бы я учился сам. Но с таким хорошим наставником, как ты, я уверен, что справлюсь с этим в кратчайшие сроки!       Хината возбужденно засиял, превратив и без того разваливающегося сеттера в неуклюжую, заикающуюся путаницу, которая едва могла заставить себя двигаться, чтобы не отставать от группы.       — Я надеюсь, что ты подумаешь об этом, Акааши! — сказал Хината, полностью игнорируя его явно глупое состояние. Он на секунду порылся в карманах своих шорт, прежде чем вытащить старый тренировочный блокнот и карандаш, оставшийся после финала. Маленький центральный блокирующий быстро набросал что-то на обратной стороне бумаги, прежде чем плавно сунуть ее в карман Акааши.       — Это мой номер. Напиши мне, когда решишь, хорошо! — Акааши потребовалось огромное усилие, чтобы даже кивнуть Хинате, который, в свою очередь, одарил его еще одной ослепительной улыбкой, прежде чем вернуться к все еще раздраженному Льву.       — Ну? — Бокуто подошел к своему товарищу по команде, обнял его за плечи и игриво ткнул в щеку. — Что я тебе говорил? А ты даже сначала мне не поверил.       — Заткнись. — пробормотал Акааши, делая слабую попытку оттолкнуть руку Бокуто. — Когда ты сказал а волейбольной площадке, что он симпатичный, я подумал, что ты имел в виду обычно симпатичного. Не… — Он слабо указал на покачивающуюся голову с оранжевыми волосами перед ними. — Это.       Бокуто фыркнул.       — Я знаю, верно? У этого парня практически вся харизма сочится из его тела. Хочешь знать самое худшее? — он продолжил, не дожидаясь ответа Акааши. — Он даже не знает, что делает это.       — Действительно? — Акааши все еще едва мог стоять прямо, и ему приходилось полагаться на капитана своей команды, который вел его по тротуарам вместе с остальными.       Бокуто серьезно кивнул.       — Да. Все, что ему нужно было сделать, это одарить кого-нибудь улыбкой, сказать несколько слов, и БАЦ! — он щелкнул пальцами, чтобы подчеркнуть это замечание. — Мгновенная преданность и дружеские отношения.       — Неужели он действительно не знает, что делает это? Я имею в виду, что когда-нибудь он обязательно заметит закономерность, верно? — Бокуто в ответ взъерошил волосы Акааши.       — Да, совершенно и совершенно забывчив. — он подавил смех, впервые хорошенько разглядев внешность своего сеттера. — Посмотри на себя! Ты полностью подпала под его чары. — Акааши слабо нахмурился. — Держу пари, ты бы убил меня без раздумий, если бы Хината попросил тебя тоже, не так ли?       — Я все равно был бы готов убить тебя без раздумий, Бокуто. — он проворчал, скрестив руки в знак протеста. Улыбка Бокуто стала еще шире, когда он снова ткнул Акааши в щеку.       — Ты не сказал нееееет! — насмехался он, растягивая букву — О — так сильно, как только мог. Акааши ничего не мог на это ответить. Он сомневался, что сможет устоять перед чем-либо, о чем попросит его маленький рыжик в его нынешнем ошеломленном состоянии, будь то убийство или что-то еще.       — Мы здесь! — естественно, насмешливый голос Тендо окликнул остальных членов группы, сигнализируя, что они прибыли к месту назначения.       — ДЕЙСТВИТЕЛЬНО! — Хината снова отскочил от своего разговора со Львом, вызвав еще одно раздраженное раздражение у седовласого мальчика, и вскарабкался к Ушиджиме, чтобы повиснуть у него на плече в стиле коалы, отчаянно желая получше рассмотреть памятник, который он так долго ждал увидеть.       — ОГО! — у него отвисла челюсть, когда он увидел огромную красно-белую башню, ярко светящуюся на фоне черного неба. Если бы Радость можно было превратить в человека, этим человеком был бы Хината прямо в этот самый момент. Его глаза излучали благоговейный трепет и трепет, когда он уставился на памятник, безнадежно ошеломленный тем, что наконец увидел то, что так отчаянно хотел увидеть так долго. Он обмяк, единственное, что удерживало его от удара о бетон внизу, были руки Ушиджимы.       — ЭТО ПОТРЯСАЮЩЕ! — он вскрикнул после мгновения ошеломленной тишины, заставив всех вокруг подпрыгнуть от внезапного шума.       — СПАСИБО ВАМ ВСЕМ ТАК, ТАК МНОГО! — его сразу же встретили теплые, любящие улыбки и обожающие глаза. Это было фантастическое чувство-заставить человека, который заставлял всех остальных улыбаться, улыбаться для разнообразия из-за своих действий.

****

      После этого ночь прошла довольно быстро. Хината сделал все возможное, чтобы показать всем, насколько он благодарен за эту возможность, убедившись, что крепко обнимает каждого человека в группе, против чего, конечно, никто ни в малейшей степени не возражал. Получив больше, чем несколько прядей его волос и поглаживаний по голове, Хината бросилась вперед, отчаянно желая получше рассмотреть.       Территория, окружающая башню, была пуста глубокой ночью, за исключением охранника, которого группа видела патрулирующим неподалеку от места, где они находились. После краткого разговора между членами указанной группы и небольшого подталкивания Ширабу Хината отделился от остальных волейболистов, чтобы «поболтать» со стариком, и, конечно же, без особых усилий подружился с ним в процессе после особенно полезного разговора о младшей сестре Хинаты и внучке охранника в возрасте. Это был результат, на который надеялась остальная часть группы, но они не признались в этом Хинате. Они решили, что лучше всего просто сидеть сложа руки и наблюдать, как их друг бессознательно творит свою магию.       После того, как остальная часть группы вышла из своего укрытия и упомянула, как их маленький друг был взволнован тем, что впервые увидел башню, старый охранник принял решение за долю секунды позволить подросткам подняться на смотровую площадку, заработав ослепительную улыбку Хинаты и обещание устроить свидание между Нацу и внучкой этого человека.       Несколько насыщенных событиями часов и бесплатная еда (что еще раз было любезно предоставлено неотразимым очарованием Хинаты и обещаниями прийти в ресторан в следующую среду, чтобы привести клиентов) позже, группа волейболистов решила, что пришло время вернуться в их заведение. В этот момент было почти 3 часа ночи, и все, включая гиперактивного джинджера, были измотаны.       Однако, хотя почти все пришли сюда в первую очередь только для того, чтобы увидеть Хинату, безумие ночи и приключения, которые они все пережили за эти часы, сблизили всех из всех команд, даже Кенму, ближе друг к другу. Ранее неловкое молчание между членами команды противника быстро сменилось приятной болтовней и смехом. Где-то в середине их приключения был создан групповой чат с номерами всех участников, и были составлены планы собраться вместе на следующей неделе, чтобы посмотреть, какие еще проблемы они могут создать вместе.       То, что ранее начиналось как группа из девяти человек, которые дружили с Хинатой, закончилось десятью людьми, которые дружили друг с другом. Все были безмерно благодарны, что они отправились на эту небольшую экскурсию, независимо от того, насколько болели или отяжелели их веки. И подумать только, что бесчисленные прекрасные дружеские отношения не завязались бы в ту ночь, если бы не один крошечный рыжеволосый средний блокер.       Группа прибыла в тренировочный центр черепашьим шагом, всем приходилось опираться друг на друга, чтобы удержаться в вертикальном положении. Придя в спортзал, Ширабу просто объявил, как он устал, о том факте, что ему было насрать, и распахнул двери спортзала, чтобы затащиться внутрь и свернуться калачиком на полу, его тело мгновенно погрузилось в сон. Остальные волейболисты пробормотали что-то в знак согласия, все последовали примеру Ширабу и рухнули друг на друга и на пол так же, как и он.       И там они пробыли до утра.

****

      — Эм. Какого черта?       Все волейбольные команды, за исключением Аобаджосай, проснулись с пропажей по крайней мере одного из своих игроков, и каждый из них сразу же впал в состояние паники. Это включало в себя Ширазторизаву, которая была единственной командой, которая примерно знала о событиях, произошедших прошлой ночью, и все еще была близка к истерике, когда они проснулись, обнаружив, что их четверо игроков все еще пропали без вести.       Лихорадочные поиски начались по всему общежитию, и, поскольку больше искать было некуда, все четыре команды собрались вместе, чтобы войти в спортзал, где они обнаружили спящие тела всех своих пропавших товарищей по команде.       Ширабу находился прямо в середине круга сна, переместившись из позы эмбриона и раскинув конечности над своими товарищами по волейболу. Семи перекинул ногу Ширабу через свое тело, а его голова была прижата к боку Бокуто, положение, которое выглядело совсем не удобным, но каким-то образом, казалось, работало. Бокуто привалился к Акааши, в то время как последний поддерживал голову мягкими седыми волосами своего товарища по команде. Ушиджима лежал в обмороке рядом с Акааши, прислонившись спиной к стене и слегка склонив голову набок, в то время как Тендо спал рядом с ним, снова на земле, грудью к потолку, сложив руки на животе. Он выглядел жутко, но в то же время умиротворенно.       Куроо был по другую сторону от Ширабу, используя свою руку в качестве импровизированной подушки, когда ленивая улыбка украсила губы спящего игрока. Ноги Кенмы мягко лежали на животе его друга детства, в то время как его голова была спрятана в изгибе шеи Хинаты, его разноцветные волосы полностью покрывали его мягкие, пассивные черты лица. Голова Льва была аккуратно положена на одну из лодыжек Куроо в качестве подушки, в то время как Хината свернулся калачиком на боку Льва, голова мирно покоилась поверх Кенмы.       Никто не знал толком, что делать с открывшимся перед ними зрелищем. Все команды обменялись недоверчивыми взглядами, прежде чем прийти к одному и тому же безмолвному выводу. Они молча осторожно закрыли двери в спортзал, стараясь не разбудить своих десять спящих товарищей по команде. В конце концов, это был последний день тренировочного лагеря. Они могли позволить себе расслабиться. Кроме того, у всех, кто участвовал в этой куче объятий, были темные мешки под глазами и бледные лица. Им нужен был отдых, это было ясно, будь то в спортзале или нет.       Кроме того. Никто ни за что не собирался разбираться с пожаром в мусорном контейнере, который случился первым делом утром.       Нет, сэр.