Наша маленькая любимая ворона

— Дерьмо. — Хината перевел взгляд с дороги на часы. — Дайчи собирается убить меня. Впервые с тех пор, как он был совсем маленьким, Хината проспал. Обычно это не было бы проблемой, так как его будильник всегда был установлен на всякий случай, но он одолжил его Нацу, чтобы она отправилась в поездку за границу с их мамой, что оставило Хинату совсем одного в их крошечном горном доме, и он не могла сказать, который час, кроме маленьких часов над их плитой. Он проснулся примерно на тридцать минут позже, чем обычно, что было отстойно, так как он знал, что у него не будет времени приготовить что-нибудь на завтрак, но он все равно мог бы без проблем потренироваться, если бы просто взял протеиновый батончик на дорогу. Он уже собирался выйти за дверь, когда, конечно же, мельком увидел на столе два листа с математикой. Он чуть не упал и не умер прямо там. Это было бы милосердием по сравнению с поспешным выполнением домашнего задания на прошлой неделе, когда он уже был на грани опоздания на тренировку по волейболу, что почти наверняка привело бы к лекции Дайчи и многочисленным нетворческим ударам Цукишимы и Кагеямы. Хината прикусил губу, взвешивая свои варианты, прежде чем вздохнуть, послушно отставил сумки в сторону и бросился решать двадцать примеров, разложенных перед ним. У него уже была паршивая оценка по математике, и учитель в классе всегда был так мил с ним. Он никоим образом не собирался усложнять жизнь этому человеку, не выполнив задание, на которое у него была целая неделя. Кроме того, Хината гордился своей выносливостью и скоростью. Не было никакой причины, по которой он не мог закончить эти проблемы и все равно успеть на тренировку вовремя, верно? Очевидно, нет, потому что теперь Хината крутил педали по улице, как будто от этого зависела его жизнь, в трех милях от школы и уже на пять минут опоздал. — Глупая математика. — пробормотал он, приближаясь к очередному холму. Он переключил передачу и сильнее нажал на педали. — Почему я вообще должен этому учиться? Волейболистам не нужно знать математику. — он был почти уверен, что тоже неправильно понял большинство примеров, что только усилило его плохое настроение. — У меня даже нет оправдания! Я проспал допоздна и должен был закончить свои задания по математике, которые мне предстояло сделать за неделю! Да, Дайчи будет очень рад этому. — он нахмурился, глядя на свой руль, выражение, чуждое его мягким чертам. — Это тоже ставит Кагеяму впереди. Это так несправедливо… О, СВЯТОЕ ФУ… Это было последнее, что он смог сказать, прежде чем машина выехала из-за угла, пропустив лобовое столкновение, но менее чем на дюйм, благодаря тому, что Хината свернул в последнюю секунду, благодаря его молниеносным рефлексам. Водитель посигналил, в чем не было необходимости, так как это была буквально его вина за то, что он срезал углы и выехал на велосипедную полосу, но, кроме этого, он ушел без каких-либо повреждений или последствий. К сожалению, то же самое нельзя было сказать о крошечном старшекласснике на жалком велосипеде. Отвратительный звук мелодии звонка Кагеямы был последним, что услышал Хината, прежде чем врезаться головой в кирпичную стену.

***

Кагеяма застонал и сунул телефон в карман. «Он не отвечает». — Это…странно. — Суга наморщил нос. Явный недостаток энергии в спортзале был на грани беспокойства, не говоря уже о том, что он был просто странным. Хината всегда приходил на тренировку одним из первых, вплоть до того момента, когда Такеда сдался и сделал ему копию ключа от спортзала. Центральный блокирующий приходил в спортзал в назначенное время редко, но опаздывал на десять минут это было неслыханно. Танака мгновенно взбесился, когда его встретили, увидев Кагеяму, сидящего на полу, вооруженного только телефоном и бутылкой воды, бездумно прокручивающего, вместо того, чтобы спорить с местным солнечным ребенком, и начал писать в групповой чат Карасуно всевозможные заговоры и болезненные ситуации без контекста, которые сильно напугали всех, прежде чем понять, что Хината просто опоздал, а не был похищен здоровенным мужчиной с лицом, которое выглядело «подозрительно похожим на Ойкаву». Ямагучи беспокойно прикусил нижнюю губу. Он всегда думал, что энергия в спортзале была немного слишком напряженной, когда Хинаты не было рядом, и это совершенно не действовало на его нервы. «Ты думаешь, нам следует беспокоиться?» Дайчи немедленно покачал головой. «нет.» — Да. — ТАНАКА. — названный тут же отступил назад, бросив в сторону капитана застенчивую ухмылку. Дайчи бросил на него предупреждающий взгляд, прежде чем снова переключить внимание на Ямагучи. — Я так не думаю. Он, наверное, просто опаздывает. Асахи скривил рот и приподнял бровь. «Дайчи, прошло десять минут. Я имею в виду, что мы говорим о Хинате.» Он почесал подбородок. «Его определением позднего времени было бы приступить к практике, когда это действительно начнется». Окружающие волейболисты пробормотали в знак согласия. Если бы не хватало кого-то еще, остальная часть команды просто продолжала бы тренироваться, как обычно, и верила, что они просто заболели, или опаздывают, или что-то в этом роде. Это случалось достаточно часто с Нишиноей и Танакой, что никто больше и глазом не моргнул, когда они ворвались в разгар тренировки, выкрикивая извинения и засовывая ведра с едой и сладостями, чтобы компенсировать это, но Хината была другой. Он не только был ребенком команды, но и, казалось, был одержим игрой в волейбол, независимо от ситуации или обстоятельств. Все знали, что он никогда бы не пропустил нарочно, точно так же, как они знали, что он все равно пришел бы на тренировку, если бы был буквально болен и умирал. Фиаско в тренировочном лагере было более чем достаточным доказательством этого. Хината уже выслушал более чем достаточно лекций о том, как поддерживать свое здоровье и не перенапрягаться, как от своих семпаев, так и от товарищей-первогодок, главным образом потому, что каждый хотел бы избежать еще одного сердечного приступа. Однако, когда дело дошло до этого, они знали, что центральный блокирующий почти наверняка все равно придет на тренировку, независимо от того, простужен он или болен раком. Реальность ситуации заключалась в том, что для Хинаты не было типичной причины так опаздывать, не сообщив никому о своем местонахождении или обстоятельствах. Если, конечно, он по какой-то причине не сможет этого сделать. — Я уверен, что с ним все в порядке. — на этот раз это был Цукишима, слегка ухмыляющийся своим товарищам по команде. — Вы же знаете, какой он. Он, наверное, просто с одной из других команд или что-то в этом роде. — Это… — Кагеяма сделал паузу, будучи полностью готовым отмахнуться от предложения. — …на самом деле очень возможно. — он сморщил лицо, глядя на Цукишиму. — Я должен был подумать об этом. — О, как то, что случилось однажды с Козуме и Куроо. — подсказал Нишиноя, широко ухмыляясь. — Так держать, Цукишима! Это на удивление имеет большой смысл. Дайчи слегка улыбнулся; огромная тяжесть спала с его плеч теперь, когда его товарищи по команде дали разумное объяснение отсутствию Хинаты. «Видишь? Не нужно беспокоиться.» Он едва заметно кивнул Ямагучи, который, в свою очередь, застенчиво улыбнулся ему. «Хината, вероятно, устроил еще одну ночевку или что-то в этом роде в чьем-то доме и засиделся слишком поздно. Ничего страшного.» Цукишима фыркнул, явно довольный своим замечанием, но стараясь не показывать этого. «Хорошо, но он все равно нужен нам здесь в любом случае». Суга просто пожал плечами, будучи нехарактерно спокойным по поводу всего этого испытания, учитывая, что его ребенок «пропал» целых десять минут. «Он не отвечает на звонки. Мы не сможем точно потащить его на тренировку, если не будем знать, где он находится». — У меня есть номер Кенмы. — предложил Кагеяма, снова поднимая трубку телефона. — Он, вероятно, с наибольшей вероятностью будет с Хинатой. Кагеяма и Кенма не были совсем друзьями, учитывая, что Кагеяма чуть не напугал маленького сеттера до полусмерти во время их первой встречи, но они оба так или иначе обожали Хинату, делали ли они это открыто или нет. Когда все трое были вместе, два сеттера часто соперничали за внимание Хинаты, то ли просто для того, чтобы превзойти друг друга, то ли потому, что хотели провести с ним время. Кенма часто обнимал Хинату за плечи или небрежно обнимал его, пока они втроем разговаривали, что никогда не переставало заставлять Кагеяму кипеть. Тем не менее, младший всегда получал удовольствие от выражения лица Кенмы, в то время как два товарища по команде непринужденно подшучивали друг над другом. Это было какое-то сочетание ревности и собственничества, и Кагеяма всегда чувствовал, что выиграл какое — то соревнование, когда бы он его ни видел. Кагеяма получил его номер исключительно из группового чата, который Хината сделал некоторое время назад. Он никогда не писал сеттеру с длинными волосами, но, по крайней мере, тот факт, что он у него был, был для чего-то хорош. Казалось, его товарищи по команде согласились, учитывая, что они кивали в подтверждение его слов и убеждали его продолжать. Кагеяма нажал на контакт, включил громкую связь и поместил телефон в середину маленького круга, который Карасуно сделал посреди спортзала. Кенма не ответил ни на первый звонок, что никого не удивило, ни на второй, третий, четвертый или пятый. Это было рискованно, учитывая, что Карасуно хорошо знали расписание Некомы и знали о том, что они также практиковались, но Кенма практически жил на своем телефоне. Если бы он услышал, как он звонит, был приличный шанс, что он бросит все, что делал, и ответит просто ради ответа. — Алло? — и действительно, из динамика донесся монотонный голос Кенмы. — Кто это? — Это Кагеяма. — сеттер взглянул на своих товарищей по команде. Почти все были сосредоточены исключительно на телефоне. — О. — на конце Кенмы последовала довольно долгая пауза. — Хорошо. Могу я поговорить с тобой? Кагеяма сделал двойной дубль, рискнув взглянуть на остальных своих товарищей по команде. Море лиц, уставившихся на него, было смесью замешательства, удивления и подозрения. «О…ну…мы на самом деле звонили, чтобы спросить, знаете ли вы, где он был». Последовала долгая пауза, единственным слышимым звуком был слегка приглушенный голос Куроо, когда он и Кенма обменялись коротким разговором. Примерно через минуту голос второкурсника снова заполнил динамик. «Разве он не на тренировке?» — Нет. — Танака нажал «п» так громко, как только мог, заставив Асахи слегка подпрыгнуть. — Мы пытались дозвониться до него, но он не брал трубку. Мы подумали, что наши маленькие Коротышки могут тусоваться с маленькими коротышками Некомы, если вы понимаете, к чему я клоню. Кагеяма практически почувствовал, как Кенма закатил глаза. «Я не знаю». Танака с легкостью отмахнулся от невозмутимости, слишком привыкнув к обычному нахальству Цукишимы, чтобы его беспокоил Кенма. «Союз коротышек, понимаешь? В любом случае, ты уверен, что не видел Хинату?» — Да, я уверен. — Кенма теперь говорил намного мягче. — Значит, он опаздывает, и никто из вас не знает, где он? — Правильно. — И вы позвонили мне, думая, что я, скорее всего, знаю его местонахождение? — Тоже верно. В конце Кенмы последовала еще одна долгая пауза. Члены Карасуно могли слабо слышать то, что звучало как голоса Льва и Яку, утверждающих, что они тоже не видели Хинату в последнее время. Волейболисты сидели молча, все пристально смотрели на телефон, словно желая, чтобы он дал им ответы, о которых они размышляли последние пятнадцать минут. — Мы все обязательно будем держать ухо востро. — наконец сказал Кенма, по-видимому, вернувшись после допроса своих товарищей по команде. — Позвони мне, когда найдешь его, хорошо? Это не похоже на то, что ты опаздываешь или не отвечаешь на его звонки. — Мы знаем. Суга наклонился ближе к середине круга. — Вот почему мы беспокоимся. — Да. — послышался слабый шуршащий звук, когда Кенма изменил свое положение. — Позвони Ойкаве и Аоне. Хината обожает их обоих. Если он с кем-то, то, вероятно, с одним из них. Карасуно переглянулся. Они знали об Ойкаве, но Аоне? Теперь это была пара. Да, он был тем, кто успокоил Хинату после его срыва по поводу смерти отца, но они не зашли бы так далеко, чтобы сказать, что Хината обожал стоического пожилого мужчину. Насколько они знали, их личности были практически противоположны. Черт, когда они физически проверили Хинату на наличие синяков после того, как провели ночь в его доме, потому что они были так обеспокоены тем, что кто-то такой большой и страшный, как блокировщик Датеко, может сделать с кем-то таким доверчивым и маленьким, как Хината. — Мы просто собирались пойти дальше и обзвонили всех. — Нишиноя вскинулся, дергая себя за крашеные волосы, как он обычно делал, когда испытывал стресс. — Ты был просто нашим первым выбором, так как Хината, кажется, любит тебя больше всех. Кагеяма пристально посмотрел в сторону либеро, прежде чем снова переключить внимание на телефон. Боже, Кенма собирался держать это над его головой вечно. «Мы имеем в виду только тех, кто работает в других командах». — Ха-ха. — Кагеяма практически почувствовал, как на лице Кенмы появилась маленькая самодовольная ухмылка. — Позвонить всем — хорошая идея. — самодовольный тон почти мгновенно пропал. — Хотя на самом деле. Когда найдешь его, дай мне или Куроо знать, все ли с ним в порядке. — Будет сделано. — Суга слегка улыбнулся словам Кенмы. — В любом случае, мы, вероятно, слишком много думаем. Возвращайтесь к практике, и мы сообщим вам, когда сможем. — Хорошо. Удушающая тишина заполнила спортзал после того, как Кенма повесила трубку. Тот факт, что сеттер понятия не имел о местонахождении Хинаты, немного беспокоил, тем более что все они знали, что Хината религиозно писал Кенме обо всем. Танака откашлялся и хлопнул в ладоши, в очередной раз напугав ничего не подозревающего Асахи. «Ну, это абсолютно ничего не дало. Насколько нам известно, Хината может умереть в канаве, пока мы бездумно обзваниваем всю нашу чертову лигу.» Все проигнорировали его. Дошло до того, что, по общему признанию, болезненные теории заговора Танаки не пугали их почти так же сильно, как раньше, и это было хорошо, так как он много говорил о них. — У меня есть номер Ойкавы и Иваизуми. — Кагеяма выхватил свой телефон из середины круга и ущипнул себя за лицо. — Хотя я почти уверен, что Ойкава заблокировал меня. Я не знаю насчет Иваизуми. — Очень неловко в обществе? — ОТВАЛИ ОТ ЦУКИШИМЫ. — ЯЗЫК! — Дайчи бросил на двух первокурсников предупреждающий взгляд, прежде чем вытащить свой собственный телефон из сумки. — Я в групповом чате капитанов с Куроо, Бокуто, Терушимой, Ушиджимой и Ойкавой. Если мы пройдемся по этому списку, все будет в порядке. — он наморщил нос. — Но на всякий случай, у кого-нибудь есть номер кого-нибудь из Датеко? Суга поднял руку. «У меня есть номер Аоне». Он проигнорировал насмешливые взгляды своих товарищей по команде. «Я взял его на случай, если у Хинаты снова случится нервный срыв, как это было несколько недель назад, и никто из нас не знает, как с этим справиться». Дайчи нахмурился. «Это… умно. Не могу поверить, что я об этом не подумал.» Он несколько раз постучал по своему телефону, прежде чем положить его вместо телефона Кагеямы. «Оикава первый?» — Да, пожалуйста. — Кагеяма уставился в никуда. — Я хочу покончить с этим как можно быстрее. Энношита только закатил глаза. «Э-э, извините, что прерываю, но мы можем поторопиться с этим? Это как бы тянется целую вечность». Это вызвало ворчание Кагеямы и ропот согласия со стороны всех остальных, но кроме этого, в спортзале воцарилась тишина, за исключением повторяющегося звонка, исходящего от телефона Дайчи. — Алло? — неприятно веселый голос Ойкавы донесся из динамика. Танака поперхнулся. Кагеяма последовал его примеру. — Даичи? Чего ты хочешь? — Привет, Ойкава. — Даичи попытался и не смог соответствовать его тону. — Хината опаздывает на тренировку на двадцать минут, и никто ничего от него не видел и не слышал. — О! — все практически чувствовали самодовольство по телефону. — И я предполагаю, что ты предполагал, что он будет со своим любимым наставником, верно? Нишиноя закатил глаза и пробормотал что-то подозрительно вульгарное себе под нос. «Э-э, нет, мы просто хотели узнать, видел ли его кто-нибудь из вашей команды». — Ой. Я проверю. — наступила короткая тишина, а затем послышался шорох положенного телефона, скорее всего, на трибуне или между спортивными сумками. — КТО-НИБУДЬ ВИДЕЛ ШОЁ В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ? — Карасуно вздрогнул от внезапного увеличения громкости, вздохнув, когда хор «нет» слабо просочился через динамик. Это был рискованный вариант, тем более что теперь они заставляли Хинату сообщать им всякий раз, когда он отправлялся в Аобаджосай на тренировку после фиаско в кафе, но это все еще оставалось значительной возможностью. — Прости, Дайчи. -голос Ойкавы вернулся к нормальной громкости, хотя, судя по непонятному бормотанию, это звучало так, как будто остальная часть Сейджо решила подслушать разговор. — Бешеный Пес говорит, что помог ему починить велосипед в пятницу, но это последний раз, когда кто-либо из нас видел его. — Что не так с его велосипедом? — Асахи наклонился, чтобы его голос был лучше слышен. — С ним что-то не так? На другом конце провода послышалось шарканье. «Его перерывы были немного испорчены». Серьезный голос Бешеного Пса заставил всех подпрыгнуть. «У меня есть опыт работы с этим типом, поэтому он написал мне, чтобы я помог ему». — Э-э, его перерывы? — Суга и Танака обменялись взглядами. Теории заговора спайкера внезапно показались немного менее надуманными, чем минуту назад. — Это довольно серьезно, учитывая, что он каждый день ездит в школу на велосипеде. — Ого, на самом деле? — Карасуно услышал протестующее рычание Бешеного Пса, когда Мацукава схватил телефон. — Неудивительно, что у этого парня такая выносливость. Его дом примерно в восьми милях от твоей школы или что-то в этом роде. — Да, э-э, сейчас это не важно. — проворчал Нишиноя, отводя глаза, чтобы посмотреть на двери спортзала. Он даже не хотел спрашивать, почему Аобаджосай знал, где находится дом его сокомандника. — Но ты все-таки исправил его переломы? — Положительно. — голос Бешеного Пса стал громче. Мацукава, вероятно, вернул ему телефон. — Ты сомневаешься в моих механических навыках? — Э-э, да. — Танака схватил телефон из центра круга, прежде чем кто-либо смог его остановить. — Потому что, хорошо ли ты справился с работой или нет, буквально может быть вопросом жизни и смерти для нашего кохая. — Нишиноя кивнул в знак согласия, зная, что они его не видят, но в любом случае ему было все равно. — Я Исправил. Его. Перерывы. — по тому, как скрипели его зубы, было очевидно, что Бешеный Пес пытался (и терпел неудачу) держать себя в руках. — Я не шучу. — Мне лучше не быть. — Танака, не теряя времени, закончил разговор нажатием пальца, пробормотав что-то о «Аоба-долбанный-джосай», прежде чем небрежно швырнуть телефон Дайчи обратно в середину круга. — Э-э…тогда ладно. — Даичи настороженно посмотрел на Танку, когда тот поднял свой телефон с земли. К счастью, она совсем не треснула, но он бы не удивился, если бы это было так, благодаря тому, как сильно ее бросил колун. — Давайте постараемся быть вежливыми с другими командами, когда мы просим их об одолжении, хорошо? — Что, я не прав? — Танака просто скрестил руки на груди и уставился в пол. Он не часто отвечал Дайчи, но и такое случалось не раз в жизни. — Сегодня понедельник, а это значит, что Хината впервые проехал на своем велосипеде миллион миль от своего дома до школы со своими новыми перерывами. Даичи застонал и ущипнул себя за нос. «Танака, мы не собираемся рассматривать возможность того, что Хината попала в аварию». Танака вскинул руки в знак капитуляции. «Эй, я хочу, чтобы Коротышка был в целости и сохранности так же, как и любой другой парень, но тебе не кажется немного подозрительным, что Хината опаздывает на тренировку всего через несколько дней после того, как этот подражатель с проблемами гнева из Аобаджосая исправил поломки на своем велосипеде?» Он дико замахал руками, чуть не ударив Нишиною по лицу. «Просто говорю». Кагеяма застонал. Обычно он был довольно тихим, когда речь заходила о командных разговорах, но он так устал от сумасшедших теорий заговора Танаки о его друге, и так устал от всего этого испытания. Единственное, чего он хотел, это как можно быстрее найти Хинату, чтобы он мог сжать эту рыжую шевелюру и накричать на него за то, что он напугал их до полусмерти. Излишне говорить, что абсолютно никто не помогал. — Мы позвонили только двум командам, и я не знаю, как вы, но я хотел бы найти этого придурка, прежде чем он сделает что-нибудь глупое и сожжет город дотла. — Кагеяма протянул руку через круг и выхватил телефон из рук Дайчи, введя код доступа, который они все знали наизусть, и прокрутил его контакты, прежде чем нажать один из них. — Бокуто? — Ямагучи заглянул через плечо Кагеямы. — Я думаю, в этом есть смысл. Кагеяма просто пожал плечами и нажал на номер. «Наверное. В любом случае, его личность довольно близка к личности тупицы». — ДАЙЧИ?! — в отличие от остальных людей, которым они звонили, Бокуто ответил почти сразу, его голос поразил всех только после половины первого гудка. — ТЫ НАШЕЛ ХИНАТУ? Первогодки обменялись насмешливыми взглядами. Цукишима потянулся через Ямагучи и выхватил телефон из рук Кагеямы, на что сеттер не стал возражать. Все они знали, что, кроме Хинаты, Цукисима лучше всех умел справляться с громким характером Бокуто и его манерой общения. — Значит, вы не знаете, где он сейчас? — голос Цукишимы был нехарактерно спокоен, хотя их шансы найти Хинату становились все меньше и меньше с каждым телефонным звонком. — Прошло больше двадцати минут, и никто ничего о нем не слышал. — ВОВСЕ НЕТ! — крики Бокуто, казалось, не утихнут в ближайшее время. Цукишима мог догадаться, что капитан собирался сказать что-то еще, но сдавленный визг и звук раздраженного Акааши заняли его место. — Что происходит? — голос Акааши был очень похож на голос Кенмы, звучал скучно и монотонно, но в его словах чувствовалась легкая паника. Очевидно, Акааши не был проинформирован о ситуации, как каким-то образом Бокуто (Цукишима заподозрил Куроо и молча поблагодарил его за то, что он сообщил перевозбужденному капитану заранее, чтобы ему не пришлось сообщать ему новости), и крик Бокуто был его единственным намеком на разворачивающуюся ситуацию. — С Хинатой все в порядке? — Мы не знаем. — Цукишима никогда не был тем, кто приукрашивает вещи, но было откровенно тревожно слышать эти слова вслух. Да, они были правдой, но в идеальном мире каждого человека Хината просто решил сбежать по какой-то неизвестной причине и был цел и невредим с ним. Слова Цукишимы послужили лишь напоминанием о том, что, учитывая ситуацию, такое рассуждение было очень маловероятным. В спортзале внезапно стало очень тихо. Бокуто замолчал, что было немного удивительно, но не совсем неожиданно, и Акааши пришлось сделать паузу и потратить мгновение, чтобы переварить все, что ему только что сказали. Его чувства к очаровательной приманке Карасуно были похожи на чувства Суги. Поначалу он находил энтузиазм и стремление Хинаты несколько милыми, но та ночь в Токийской башне полностью изменила его точку зрения. Он точно не стремился защитить Хинату от всего и вся, как это делал Суга, но его слабость в первый год была очевидна любому, кто наблюдал за их взаимодействием, включая Бокуто, который немного ревновал, но не мог винить своего сеттера, так как они говорили о Хинате. Короче говоря, как и объятия Кенмы, мягкие улыбки и нежные глаза Акааши были зрелищем, предназначенным только для Хинаты. Да, Бокуто также получал их всякий раз, когда делал особенно хороший всплеск или в случайные моменты в течение недели, но Хината видел их независимо от того, где они были или что они делали в данный момент. Это было почти комично, и почти все обратили на это внимание. Хината мог заниматься чем-то столь же тривиальным, как обед, и Акааши смотрел бы на него так, словно он был самой драгоценной вещью на планете. Так что, оглядываясь назад, можно сказать, что характер Акааши был, вероятно, тем, чего Караусно следовало ожидать. — Прошу прощения? — голос Акааши был холоден. — Что ты имеешь в виду, говоря, что ты не знаешь? К счастью, Бокуто вмешался до того, как кто-либо из членов Карасуно должен был подвергнуться гневу Акааши. — Куроо написал мне раньше. Хината не явился на тренировку, и он не отвечает на звонки. Они обзванивают все команды, чтобы попытаться найти его. — Я понимаю. — Акааши старался говорить коротко и сдерживать гнев. — Вы все знаете, что родители и сестра Хинаты уехали из города, верно? Карасуно обменялся взглядами, потому что они этого не знали, и это открыло совершенно новую дверь возможностей, которые, несомненно, уже проносились в голове Танаки. Цукишима пришел в себя первым. «Нет, мы этого не знали». Акааши глубоко вздохнул. «Итак, позвольте мне прояснить это. Хината Шоё, обожаемый, милый, щенок ребенка, сделаный из улыбок и солнца, что будет доверять всем, не пришел на тренировки по волейболу, не берет трубку, и не связывался с кем о том, где он может быть, и вы, ребята, просто сидеть и надеясь, что никто из других команд ему? Даичи моргнул. Когда он так выразился, они звучали как ужасные товарищи по команде и друзья. «Э-э…» Акааши еще не закончил. «Действительно? Вы, ребята? Те, кто угрожают любому, кто хотя бы прикоснется к Хинате неправильно? Вы, ребята, буквально забываете о нем, и в тот единственный раз, когда ему действительно может понадобиться ваша помощь, вы просто сидите в спортзале, как кучка идиотов, изо всех сил пытающихся игнорировать ситуацию?» Нишиноя скрестил руки на груди. «Я не знаю, кем ты себя возомнил, но мы не игнорируем ситуацию». — Да, Ты. Являются. — Акааши стиснул зубы. — Вы не хотите столкнуться с возможностью того, что самый невинный человек, которого мы знаем, может пострадать или попасть в беду, поэтому вы, идиоты, подсознательно решили вообще не рассматривать этот вариант и вместо этого решили звонить людям в надежде, что Хината может быть с ними. Вы понимаете, как это глупо? Кагеяма уставился в никуда. В словах Акааши было много смысла, и он ненавидел это. «Хорошо, хорошо. Мы это понимаем». Акааши вздохнул. На заднем плане слышалось слабое бормотание Бокуто, приказывающего ему дышать. «Послушайте, я знаю, что вы ничего такого не имели в виду. Вы все, наверное, были в шоке или что-то в этом роде, и эта глупая идея была первым, что вам пришло в голову.» Молчание на конце Карасуно сказало сеттеру все, что ему нужно было знать. Он застонал. «Послушайте, хорошо? Все знают, что вы, ребята, довольно сплоченная команда. Я знаю, что вы все любите Хинату и не хотите, чтобы ему причинили боль, но в подобной ситуации лучше действовать по-настоящему, а не просто сидеть и надеяться, что кто-нибудь знает, где он.» Все слегка отпрянули от его слов, включая Цукишиму. Лекции Даичи обычно содержали много криков и выговоров, что было совсем не приятно, но лекции Акааши были собраны, и он спокойно объяснял вещи таким разочарованным тоном, что пассивное объяснение казалось руганью. — Действительно. — похоже, Акааши еще не закончил. — Позвонить другим командам было хорошей идеей, но для этого вам не нужен каждый член вашей команды. Один из вас мог бы остаться, чтобы сделать это, пока остальные обыскивают окрестности в поисках Хинаты. Тебе не кажется, что это был бы лучший план? — Э-э…да. — Дайчи почувствовал странное волнение. Неудивительно, что Акааши был единственным человеком, способным большую часть времени держать Бокуто в узде. — Мы… эм… это. — Вам лучше, тупицы. — последовала пауза, прежде чем тон Акааши сменился на что-то гораздо более осторожное. — Хотя на самом деле. Позвони Бокуто или мне, когда найдешь его. Единственная причина, по которой он не кричал, как обычно, все это время, потому что он беспокоится. — Я понял. — Даичи взял телефон из рук Цукишимы. — Спасибо, Акааши. — Не делай это обычным делом. — Мы не будем. С этими словами Даичи закончил разговор и засунул телефон обратно в карман куртки.

***

В конце концов, после многих протестов, было решено, что Дайчи останется на случай, если появится Хината, и позвонит остальным командам, так как большинство из них уже были у него в контактах. Суга дал ему номер Аоне для верности, прежде чем остальная часть группы отправилась на поиски своего потерянного среднего блокатора. У них было два часа до начала занятий, и они собирались извлечь из этого максимум пользы. Остальные участники разделились на пять групп: Кагеяма и Суга, Танака и Цукишима, Асахи и Ямагучи, Нишиноя и Энношита, Нарита и Киношита. Первогодок разделили и поместили со старшими, как негласное правило. Хаос, который они могли создать, когда были вместе и без присмотра, был легендарным, да, но это было последнее, в чем они нуждались прямо сейчас. Каждая группа пошла в своем направлении. Кагеяма и Суга решили следовать по маршруту Хинаты домой, что Кагеяма знал довольно хорошо. Танака и Цукишима уже отправились обыскивать улицы, окружающие круглосуточный магазин Укая. Асахи и Ямагучи выбрали большой парк в нескольких кварталах от школы. Нарита и Киношита утверждали, что они просто собирались побродить по случайным улицам и посмотреть, не найдут ли они что-нибудь. Нишиное сразу понравилась эта идея, поэтому они с Энношитой решили сесть на утренний автобус до подножия горы, на которой жил Хината, чтобы поискать там улицы и добраться до дома Хинаты. Прежде чем они отправились, все в последний раз попробовали телефон Хинаты, просто чтобы убедиться. Ответа не последовало. Это было все, что потребовалось соответствующим группам, чтобы попрощаться друг с другом и начать поиски.

***

— Это отстой. Велосипед Хинаты был в развалинах, но благодаря его недавно исправленным поломкам столкновение было не таким сильным, как могло бы быть. Его руль поглотил большую часть удара, но этого все равно было достаточно, чтобы швырнуть его лицом вперед в (очень неудобно расположенную, по его мнению) кирпичную стену. Хината был оптимистом в самые мрачные времена, но он полностью признавал тот факт, что ему посчастливилось уйти таким невредимым, как он. У него была шишка на голове, кровоточащее и поцарапанное колено и небольшой порез на лбу от того места, где он зацепился за выступающий кусок кирпича. В целом, это было не так уж плохо, но его голова кровоточила, как сука. — Черт, — пробормотал Хината, вытирая окровавленный лоб, наверное, в сотый раз за этот день. — Я знал, что травмы головы должны были сильно кровоточить, но это смешно. Он не знал, как долго просидел так. Тренировка могла бы уже закончиться, и он бы ничего не узнал. Его велосипед был уничтожен, телефон разорван на куски, а волейбольная куртка пропиталась кровью с его колена и лица. Его колено перестало кровоточить несколько минут назад, но Хината время от времени вытирал его краем шорт, просто чтобы убедиться. В любом случае, его голова была главной проблемой. Он чувствовал, как кровь бежит по его лицу, не говоря уже о пульсирующей головной боли от удара о стену. Он не думал, что это сотрясение мозга, но его не удивило бы, если бы это оказалось так. Дорога, на которой он сидел, была пуста, и это было хорошо. Хината был уверен, что он выглядел абсолютно болезненно с кровью, покрывающей всю левую половину его лица, как высохшей, так и новой, и гротескной, мясистой раной, которая тянулась от верхней части его правого колена до середины икры, не говоря уже о его разрушенном велосипеде в нескольких футах от него и окровавленной одежде, разбросанной вокруг. Хината знал, что он не мог просто встать и пройти остаток пути до школы, выглядя как жертва убийства и истекая кровью, поэтому он сидел там, один, раненый и расстроенный. — Этот глупый водитель. — сказал он вслух, сильнее прижимая ткань к голове, что немного замедлило кровотечение, но только усилило его раскалывающийся череп. — Я был на велосипедной дорожке. Держу пари, Кагеяма заплатил ему, чтобы он убил меня или что-то в этом роде. — он нахмурился. — Кстати, о Кагеяме… Он не был на сто процентов уверен, учитывая, насколько туманной была его голова в данный момент, но он был почти уверен, что слышал мелодию звонка своего сеттера всего за несколько секунд до того, как его телефон разлетелся на куски. Ему было интересно, где он находится? Может быть. Он что, сошел с ума? Возможно, зная его. Стал бы он волноваться? Вряд ли. Хината вздохнул и ударился головой о кирпичи, слегка поморщившись от прикосновения, но ему было все равно. «Интересно, повлияет ли это на волейбол?» Он размышлял вслух, покачивая головой из стороны в сторону, удерживая ткань на месте. «Я действительно надеюсь, что нет. Это, типа, наихудший сценарий, кроме смерти.» Он хихикнул. «Я думаю, смерть-это небольшая вероятность или что-то в этом роде, учитывая, как сильно кровоточит порез.» Он снял свою запасную рубашку с пореза, сморгнув кровь, которая почти сразу же попала ему в глаз, прежде чем вернуть ее на место. Он вздохнул, позволяя своим мыслям блуждать. «Это было глупо». Он посидел так еще несколько минут. Кровотечение замедлилось, но не настолько сильно. Это был небольшой порез, может быть, чуть больше дюйма, но он кровоточил, как глубокая рана. Это выглядело хуже, чем было на самом деле, но он знал, что ему нужно придумать более постоянное решение проблемы, чтобы избежать инфекции. — Я не знаю. Хината вздрогнул, услышав голоса и шаги за углом, его глаза слегка расширились. Была ли это просто его голова, или они звучали как-то знакомо? — Да. Я ме-О БОЖЕ ХИНАТА! — Суга бросился к своему ученику, когда в поле зрения появился Кагеяма, глаза которого были полны паники при звуке голоса Суги. Хината показал им обоим знак мира. «Привет, Суга. Привет, Бакаяма.» Он изобразил дрожащую улыбку. «Приятно видеть тебя здесь». Два его товарища по команде, не теряя времени, подняли мальчика и заключили его в самые нежные и облегченные объятия, которые он когда-либо получал, по одному с каждой стороны, что смутило Хинату, так как Кагеяма редко инициировал физический контакт. И все же он растворился в этом контакте. Объятия Кагеямы всегда были лучшими, не говоря уже о вечно успокаивающем присутствии Суги. — Детка, ты в порядке? — пробормотал Суга, рыжие пряди щекотали его подбородок. — Ты нас всех здорово напугал. — О, эм. — Хината робко отступил назад, позволяя своим товарищам по команде полностью рассмотреть его травмы, которые они были слишком заняты, чтобы заметить раньше. Он нервно рассмеялся, глядя на их испуганные лица. — Я знаю, это выглядит плохо, но мне действительно повезло. — он практически чувствовал недоверчивое выражение лица Кагеямы. — Честное слово! На несколько секунд воцарилась тишина, пока они вдвоем рассматривали ногу Хинаты и окровавленную рубашку, которую он прижимал к голове. Было ясно, что они не поверили ни единому его слову, но они не собирались давить на него по этому поводу. По крайней мере, не сейчас. — Черт возьми. — первым нарушил молчание Кагеяма, его глаза были такими мягкими и полными тепла, что у Хинаты защемило сердце. — Только ты бы как-нибудь поранился, если бы ехал в школу. — он обратил внимание на разрушенный велосипед, но подумал, что пока лучше не комментировать это. Они узнают всю историю после того, как Хината будет в безопасности и все будет залатано, а не когда его нога будет разорвана и голова будет кровоточить, как река. Хината наградил его зубастой ухмылкой, ничего не сказав. Кагеяма просто закатил глаза и притянул своего партнера обратно к груди, если не для удобства рыжего, то для своего собственного, просто чтобы убедиться, что Хината здесь, в его объятиях, и не пропадет снова. — Я дам знать всем остальным. — голос Суги был странно сдавленным. Его ребенок буквально истекал кровью из головы на обочине дороги, где не было видно людей и не было возможности ни с кем связаться, если разбросанные осколки стекла и пластика были каким-либо признаком состояния его телефона. Хинате лучше быть готовой к нянькам на всю жизнь, потому что Суга ни за что не собирался выпускать его из виду в ближайшее время. — Хината, нам нужно отвезти тебя в больницу. — он шагнул вперед и нежно провел рукой по кудрям. — Тебя это устраивает? Хината просто кивнул, зная, что, несмотря на его настойчивость, он был в порядке, профессиональная медицинская помощь была бы хорошей идеей. «Да. Это логичный поступок». Суга тепло улыбнулся и жестом попросил Кагеяму отпустить Хинату, на что тот неохотно согласился. — Спасибо, что пришли меня искать. — сказал Хината после минутного раздумья. — Вы двое замечательные. Я не знал, что бы я делал, если бы ты меня не нашел. — он мягко улыбнулся. — Я польщен, что вы были достаточно обеспокоены, чтобы обыскать Мияги для меня. Суга легонько поцеловал Хинату в макушку, стараясь избегать любых возможных болезненных мест. «Конечно, мы были. Ты наш ребенок». Он выжидающе повернулся к Кагеяме. Он просто нахмурился, внезапно заинтересовавшись своими ботинками. «Заткнись, придурок. Чем скорее мы приведем твою голову в порядок, тем скорее я смогу ее выжать.»