Там, где мечты разнятся с реальностью

Питер не находит в Канаде ничего такого, что могло бы подорвать его доверие к Уэйду. Более того, не находит даже крошечных признаков его присутствия. Шикла и Дракула спокойно правят чудовищным государством, которое решило выползти наружу на родину почитателей кленового сиропа: выжившие уже эвакуированы, но монстры пытаются расширить свои территории. Питер оказывается на самой настоящей войне и пишет Уэйду, что не знает, когда вернется. Тот даже ничего не отвечает. Уэйду плевать, как обычно. Питер уже привык к такому отношению, но все равно не может совершенно по-свински молча пропасть. После того, как Уэйд его игнорирует, Питер пишет еще: «Не устрой, пожалуйста, в квартире без меня мусорный армагеддон». А потом еще: «Уже скучаю». И еще: «Люблю тебя, Уэйд». Тот отвечает только через несколько часов: «Хватит мне написывать, Питти, пока тебе голову не прострелили прямо посреди боя. А то для кого мне тогда пытаться блюсти чистоту в доме?» «Ты все равно не будешь ее блюсти». «Неправда, все будет в идеальном порядке». «Ты что, тоже не дома, да?» «Ты меня недооцениваешь». Выходит так, что Питер возвращается домой раньше Уэйда. И дома так тихо, так спокойно и комфортно, что Питер впервые понимает, как ему нравится быть одному. Раньше, даже несмотря на их проблемы в отношениях, он все же предпочитал, чтобы мрачный странный Уэйд был дома. Так Питер знал, что с ним все в порядке. Теперь Питер совсем не хочет знать, где Уэйд пропадает, что связывает его с Шиклой и какой процент речей Локи — ложь. Когда Уэйд возвращается, Питер собирается поговорить, но Уэйд просто уходит в душ, ничего не слыша, а потом выбирается оттуда, наступает на Питера и толкает его в стену облезлой прихожей. — Мстители подозревают тебя в работе со злодеями, — говорит Питер, пока Уэйд задирает его футболку и грубо сжимает бедро. Питеру достаточно синяков от полчища драк, не хватало теперь набраться их от собственного парня. — Мстители всегда во всем меня подозревают, — бросает Уэйд, стаскивая с Питера футболку и окидывая его грудь довольным взглядом. Раньше Питеру этот взгляд бы польстил, однако теперь он чувствует себя чуть ли не куском мяса, а что самое гадкое — этим куском мяса Питер привык уже быть. В их узкой темной прихожей Уэйд кажется еще более непривлекательным, чем обычно, хотя раньше Питер совсем не обращал на это внимания. — Они давно ничего такого не делали, но в Канаде объявилась Шикла, вы были женаты, ты когда-то любил ее… — Поверь, сейчас меня намного больше интересует милый, вечно возмущающийся мальчик в моих руках, — усмехается Уэйд. Он прижимает руки Питера к стене, и это могло бы быть очень горячо, если бы появилось хоть крошечное желание. Никакого желания у Питера нет. — Уэйд, я не хочу, — Питер впервые произносит это. — Питти, ты такой сексуальный. — Уэйд, я не хочу, — громче повторяет Питер. Уэйд только вскидывает брови, удивленно улыбается, отпускает руки Питера. И начинает, черт бы его побрал, расстегивать на Питере штаны. — Какая же ты вредина, — шепчет Уэйд. Питер не слабак, Питер может оттолкнуть его, но если он это сделает, то уже никогда не узнает, на что действительно способен Уэйд. Он посмеет? — Пусти, — просит Питер, но Уэйд только резко разворачивает его лицом к стене, стаскивает штаны, мнет задницу, смеется. — Питти… Питер может оттолкнуть его. Питер чертов Человек-паук, а не беспомощный ребенок, но ему становится так страшно и больно, что он цепенеет. Неужели Уэйд способен причинить ему вред? До Питера слишком поздно доходит, что да, Уэйд способен. — Прекрати, — едва издает Питер. В голове множество речей о том, что Уэйд не может брать его, когда хочет, но язык не поворачивается сказать ничего толкового. И только через несколько секунд, когда Уэйд просовывает руку ему в трусы, Питер начинает вырываться. Уэйд заламывает ему руку. Почему он сильнее? — Мы так долго не виделись. Я соскучился, Питти. Питер молчит, Питер чувствует, как паника подкатывает к горлу. Он может сделать что угодно. Он Человек-паук, он не сдастся так просто. Когда первый палец проникает в Питера, он закусывает губу, скулит, отчаянно пытается лягнуть Уэйда, двинуть ему локтем в живот, но ничего не выходит. Питер понимает, что все это время позволял Уэйду насиловать себя. Питер даже не задумывался о том, что такого в отношениях вообще не должно быть. — Уэйд… — это все, на что хватает Питера. Он чувствует, как слезы застилают глаза. Ему плохо, ему больно, и даже не только физически (к грубости Уэйда он привык). В какой-то момент Питеру кажется, что ему хочется умереть. Именно поэтому Питер не сопротивляется. Он больше не видит в этом смысла. Вдруг Уэйд затрахает его до смерти?