Платина, переливающаяся в лучах солнца

      В поместье семьи Клементи́ кроме оранжереи старшего сына также был разведен прекрасный сад. Он был достаточно большим и красивым, чтобы в хорошую погоду проводить там чаепития.       Сама герцогиня Клементи́ заботилась о цветах, что растут там, так что попасть на чаепитие во внутренний сад герцогской семьи было большой честью.       И Элизабет, как единственная близкая подруга Делии, имела особое положение, ведь в теплую погоду Делия всегда приглашала ее на чаепитие и совместное чтение в этот сад.       Пусть уже и наступила середина осени, но погода стояла хорошая и вполне приемлемая для проведения приятного времени в саду.       Несколько служанок юной герцогини Клементи́ стояли поодаль, ожидая, когда их подзовут, пока две аристократки расслабленно общались за чашкой чая.       В какой-то момент краем глаза Делия заметила, как зевнул личный стражник Элизабет, сопровождающий ее сегодня, и позвала служанку.       - Пожалуйста, налейте чая и господину Томасу.       - Делия, ты очень добра к нему. Томас привык, что на него не обращают внимания. – улыбнулась Элизабет.       Стражник, который все слышал, неодобрительно посмотрел на свою госпожу, отчего она невольно усмехнулась.       Естественно, она решила над ним подшутить. На деле Томас был самым общительным из троицы ее друзей детства. Он был неугомонным и постоянно ищущим внимания юношей, довольно популярным у молоденьких служанок в поместье.       - Кажется, леди Элизабет не щадит своих стражников. – Делия быстро смекнула, что к чему, и шутливо улыбнулась.       - Моя госпожа любит испытывать нас. – не удержался от комментария стражник.       - И правильно делаю, иначе вы совсем забудетесь. – прикрыв глаза, ответила его хозяйка.       И все же Томасу подали чай и закуски, и он благодарно поклонился Делии.       - У леди Элизабет очень близкие отношения с ее стражниками. – заметила девушка.       - Томас, Сэм и Лео всегда были рядом со мной с раннего детства, так что это не удивительно. – ответила герцогиня с улыбкой. – Может, у них и есть свои тараканы в голове, но я всегда могу положиться на них.       Невольно Элизабет вспомнила обрывки воспоминаний, когда отец только привел троих сирот в их дом.       Элизабет тогда едва исполнилось 5 лет. Матушка целыми днями находилась около двухгодовалого Александра, оставив дочь на попечение гувернантки.       Хоть юная герцогиня и была очень мала, но уже в таком возрасте начала учить этикет и правила светского общества.       И, естественно, в большом поместье, где родители всегда были заняты, а слуги не смели лезть к девочке, так как были ниже ее по статусу, ей было невероятно одиноко.       Пока в один день не появилась эта троица.       До этого они были семилетними мальчуганами-сиротами, которые выживали в трущобах как могли – воровство было их главным источником еды. А в тот день стали самыми юными воспитанниками семьи Кантария, получив дом, фамилию, еду и цель.       Поначалу они боялись подходить к юной госпоже поместья, но, не без помощи вечно улыбающегося Томаса, вскоре эти четверо стали ближе друг к другу чем кто-либо еще.       Совсем недавно все трое стали выпускниками полигона семьи Кантария, но добровольно решили остаться, как личные стражники старшей дочери.       И она была благодарна, что они остались ради нее, хотя с их навыками вполне могли стать членами королевской стражи.       - Я слышала от брата, что в вашем загородном поместье живет много мальчишек-простолюдин. Должно быть, вы часто их видите? – спросила Делия.       - Конечно. Все, кто живет с нами, наша семья, и все эти юнцы не исключение. – кивнула Элизабет, вспоминая горящие глаза каждого юноши.       - Это удивительно, леди Элизабет. Ваш дом – герцогский, но при этом вы считаетесь семьей, наиболее близкой к простым людям. Вы считаете себя равными с ними.       - Все люди по сути равны, но увы в нашем мире существует такая система, как классовая. – тяжело вздохнула герцогиня, отпивая чая. – Люди придумали, что одни должны подчиняться, а другие подчинять, и их все устраивает. Но, как бы мне не хотелось это признавать, без такой системы нет и государства, а значит и общества.       Неравенство людей было основой общественного порядка всех ныне существующих стран. Даже Милитриция – единственная не монархическая страна на материке, имела совет сенаторов, который управлял своим народом.       Делия была права. Семья Кантария всегда имела особое мнение насчет простолюдинов, так как они были неразрывно связаны с армией. Дети герцога росли вместе с выходцами улиц, сиротами и беспризорниками. Одни учились понимать мир лучше, а другие учились приобретать моральные ценности, в которые не входили понятия «господство», «дискриминация» и «тоталитарная власть».       Естественно, политика, которую вел род Кантария, была известна повсеместно. Не было ни одной крестьянской семьи, которая не мечтала, чтобы когда-нибудь их ребенок попал на обучение в эту семью. А потому авторитет герцогского рода среди простых жителей действительно был огромен.       Наверняка поэтому нынешний король выбрал дочь герцога Кантария в качестве будущей жены второго принца.       Чтобы укрепить власть королевской семьи даже в самых отдаленных землях.       - Кстати, я тут услышала, что вам начала составлять компанию в Академии какая-то простолюдинка… - неожиданно начала с любопытством говорить Делия. Элизабет тут же подавилась чаем и закашлялась. – Леди Элизабет?!       Испуганная девушка тут же подскочила и придержала подругу за плечо, положив вторую руку ей на спину.       - Кхе-кхе…Неужели уже это у всех на слуху…? – она недовольно нахмурилась и быстро привела себя в порядок.       Реакция герцогини оказалась для Делии неожиданной. Девушка несколько неловко села обратно на свое место и уставилась на мрачное лицо подруги.       - Леди Элизабет…у вас что-то случилось с ней?       Элизабет внимательно посмотрела на свою подругу, затем отвернулась, а в итоге просто закрыла глаза, поднося чашку чая ко рту.       - Эта девушка…мисс Анна…довольно специфичная особа.       - Специфичная? – переспросила Делия.       - Среди простых людей таких называют… «прилипчивыми». С тех пор, как я помогла ей в саду, она постоянно приходит ко мне и пытается со мной болтать. Приносит домашнее печенье и называет подругой…и еще у нее нет такого понятия, как личное пространство…       Да, Элизабет нравилось общаться с простолюдинами. Но везде есть свой предел, особенно когда дело касается элементарной вежливости.       Поначалу мисс Анна казалась Элизабет довольно миленькой и доброй, но со временем девушка начала вести себя довольно фривольно с герцогиней: постоянные попытки взять за руку или обнять, сидела на скамье очень близко, постоянно спрашивала слишком личные вопросы, о которых Элизабет не говорила даже с Делией, да и вообще все те вещи, которые нарушали правила арманского этикета.       Герцогиня Кантария знала, что Анна Лиллит приехала в столицу лишь недавно – до этого она обучалась лишь письму и чтению у священника их деревенского прихода. Потому она и не знает элементарных знаний о правилах хорошего тона.       Элизабет отличалась хорошим терпением, потому спокойно объясняла те самые правила девушке.       Но кажется, та даже не понимала, к чему герцогиня так распыляется словами.       Совершенно тугодумная!       Потому Элизабет избрала другую тактику: просто начала реже приходить в дальний сад и больше времени проводить в библиотеке за учебой.       - Кажется, даже нашу Элизабет можно вывести из себя. – послышался смешок со стороны входа в поместье.       - Братик! – удивленно крикнула Делия, увидев Николаса, приближающегося к ним. Элизабет тоже не ожидала увидеть друга в такой час, но не могла сказать, что сюрприз был неприятным.       - Ты уже закончил со своей работой на сегодня? – улыбнулась герцогиня, пока юноша целовал ее руку. Его мягкий голос и добрая улыбка наполнили сердца девушек теплом.       - Да, сегодня было не так много дел, а по дороге домой я услышал, что к нам приехал самый желанный гость, так что я решил поспешить. И все же, неужели та девушка действительно столь невежественна и напориста, что вызывает у нашей Элизабет такие смешанные чувства?       Элизабет снова нахмурилась и отвела от него взгляд.       - Я прекрасно знаю, что деревенские жители особо не заботятся о личном пространстве друг друга. Им свойственно близкое общение, постоянный тактильный контакт. Но жители столицы, и тем более аристократы – это не те же деревенские, у них существуют свои порядки и правила. Мне…сложно понять, как ее урезонить. К тому же…       Лицо Элизабет помрачнело еще больше, а во взгляде проступила серьезность, отчего Николас тоже нахмурился.       - Что случилось?       - Я…я не знаю. В ней есть что-то странное, но я не могу объяснить, что конкретно. Она, конечно, ведет себя не соответствующе, но…такое ощущение, что она делает это специально. Я…не знаю, как это объяснить. Но интуиция мне говорит, что в душе этой девушки что-то не чисто.       Молодой герцог нахмурился. За год общения он уже успел убедиться, что чутье Элизабет действительно никогда не обманывает ее – наверняка ей оно передалось от ее отца – невероятно прозорливого дипломата и ленника .       - Не переживай на этот счет. Если хочешь, я могу расследовать ее прошлое, если тебя это тревожит. – мягко улыбнулся он ей.       - Я не смею загружать тебя еще больше. – напряженно ответила девушка. – Ты и так очень занят в канцелярии.       - Не нужно, Элизабет, я прекрасно справляюсь со своей работой, и со мной ничего не случится, если я просто решу взять еще одно дело в свои руки. – поспешил юноша успокоить ее. – Просто продолжай вести себя с ней так, как считаешь нужным, а уж я-то раскопаю, что в ней не так. Будь уверена.       - Леди Элизабет, если захотите пойти в дальний сад, зовите меня! Она вряд ли подойдет, если я буду рядом! – улыбнулась Делия.       Элизабет слабо улыбнулась им. Как ей повезло, что у нее такие друзья.

***

      С того разговора прошло три месяца. Очередная весна постучала в окно, даруя долгожданное тепло после морозов.       Герцогская семья Кантария была приглашена на обед в семью маркиза Оурена, потому Густав, взяв с собой двух старших детей, отправился в столицу.       Сегодня они решили отпраздновать недавнее событие, ставшее хорошим предзнаменованием для всей Армании – министр Кантария после долгих месяцев переговоров смог заключить дипломатический и торговый договор с герцогством Истрия.       После 200 лет политической изоляции страны, где ее единственным союзником была Луцантрия, министр международных отношений смог сделать первый шаг на пути к преодолению кризиса дипломатических отношений.       Бала по такому случаю не организовали, но все же министры решили, что это достижение стоит отметить.       Естественно, на обед были приглашены семьи всех министров, включая герцогскую семью Клементи́.       Элизабет и Александр были очень воодушевлены. Во время зимних каникул они не видели своих друзей, да и вообще мало что слышали о происходящем в столице, так что для них сегодня цель была проста – узнать все последние события.       - Герцогская семья Кантария прибыла! – объявил дворецкий в главном зале поместья.       Естественно, все присутствующие с улыбкой тут же обернулись в сторону господина Густава, ведь он был главным виновником торжества. Сохраняя свое обычное серьезное выражение, герцог прошел в зал, приветствуя собравшихся.       Его дети, скромно, но с достоинством следующие за ним, также приветствовали всех, попутно благодаря за приглашение.       Улыбка Элизабет стала радостнее, когда она наконец-то подошла к Николасу и Делии.       - Кажется, прошло две недели или даже больше. – улыбнулась герцогиня.       - Как и всегда, вы осчастливили нас своим присутствием. – галантно поклонился Николас.       - Леди Элизабет, как жаль, что вы не присутствовали на Новогоднем балу в этот раз! Без вас прием был не столь интересным. – немного грустно сказала Делия.       Новогодний бал являлся главным мероприятием года в Армании. Он проводился в канун Нового года и отмечался с особым размахом. Это был единственный королевский бал, на который приглашались даже самые бедные аристократы – бароны и виконты, которых обычно не допускали в королевский дворец.       А еще именно на этом балу проходила церемония дебютантов. Это церемония, на которой дети знати, достигшие 11 лет, впервые представали перед лицом светского общества. С этих самых пор они должны были обязаны присутствовать на всех приемах и представлять честь своей семьи.       В канун этого Нового года герцог Кантария уехал в герцогство Истрия, чтобы заключить договор. Его дети не могут явиться на королевский прием без главы семьи, а потому им пришлось пропустить это торжество и провести его в компании родственников, приехавших из герцогства.       - Похоже, наа балу было что-то интересное? – с любопытством спросила Элизабет. – Неужели первый принц наконец-то осчастливил дворян тем, что вылез из-под кучи бумаг?       - Первый принц действительно был на приеме. – улыбнулся Николас, отчего Элизабет удивленно вскинула брови. – Но это не самое интересное…       На этих словах его улыбка исчезла, и герцогиня почувствовала, что следующее, что он скажет, станет для нее шоком.       - Что произошло? – не удержалась она от вопроса.       - Давай…отойдем. Об этом не стоит говорить здесь. – шепнул ей Николас, и они быстро вышли в сад, пока на них не обратили лишнего внимания.       Когда молодой герцог огляделся и убедился, что никого рядом нет, он глубоко вздохнул и сказал:       - Среди дебютантов оказалась дочь барона Идития.       - Барона Идития? – в неверии переспросила Элизабет. – Разве кроме его покойного сына у него еще есть дети?       У барона и баронессы Идития был лишь один законный сын-наследник, но год назад он умер от ран, полученных во время драки в одном из столичных трактиров.       - В этом то и новость. Барон Идития нашел свою внебрачную дочь. Она твоя ровесница.       - Ровесница? То есть ей 16? И вообще, как могла у барона быть внебрачная дочь? – удивленно спросила Элизабет.       - Похоже, она родилась от служанки. Естественно, барон выгнал служанку с младенцем, и та нашла приют в северных землях на границе с Луцантрией. Кажется, служанка умерла, когда ее дочери и пяти лет не было. Ребенка взял на попечение священник, а потом и вовсе отправил ее в столичную Академию. Уже после смерти сына барон Идития увидел девушку и сразу признал в ней ту самую дочь служанки, потому заявил во всеуслышание, что она его дочь, и сделал ее официальным членом семьи. Я удивлен, что баронесса просто так позволила этому случиться и даже на закатила ему скандал за измену.       Элизабет задумалась. Обучал священник…Академия…девушка ее возраста…       Чем больше она совмещала фактов, тем бледнее становилось ее лицо.       - Подожди-ка, эта потерянная дочь барона Идития – это…?!       Николас печально посмотрел на нее и тяжело вздохнул.       - Да, Элизабет. Его дочь – та самая Анна Лиллит. Теперь она Анна Идития.