Ты дура, смерть...

      Зимние каникулы неизбежно подошли к концу, и ученики, которые покидали школу, возвращались обратно, заполняя ее шумом, радостью и смехом. Гермиона, у которой душа была наполнена счастьем и влюбленностью, бежала в башню Гриффиндора, чтобы поделиться с друзьями впечатлениями о поездке в Австралию с родителями. Оказавшись возле портрета Полной Дамы, она проговорила пароль и вошла в гостиную. Гарри и Рон сидели за шахматным столом и играли в партию. Увидев подругу, оба прервали игру и встали, чтобы радостно встретить ее. Гарри подбежал к девушке и крепко ее обнял, Рон же сначала раскинул объятия, потом, замявшись, опустил руки. После того, что случилось, они хоть и разговаривали, но отношения все равно были напряженными. — Привет, — улыбнувшись, сказала Гермиона, — я очень скучала по вам. Как провели каникулы? — Привет, — радостно закивал Гарри, — мы все каникулы провели с Роном в Норе. Там были собрания Ордена, правда нас на них не пускали. А ты как отдохнула? — Собрания? — заинтересованно спросила гриффиндорка, и, закусив губу, продолжила, — были все члены Ордена? — Это были закрытые собрания, но твой любимчик Снейп там был, — буркнул обиженно Рон, — и мы даже кое-что о нем узнали. В этот момент Гарри пихнул друга в плечо, чтобы друг замолчал, и Гермиона, нахмурив брови, спросила: — Что узнали? Гарри, я же не отстану. — Да какое тебе до него дело? — вспылил Рон, грустно смотря на девушку. — Рон, прости, — ответила гриффиндорка, опустив глаза, — но он мне правда очень нравится. Я же не виновата в этом. Сердце не спрашивает кого полюбить. — Но он тебя не любит! — Рон, заткнись! — повысив голос, сказал Гарри, потом посмотрел на удивленную подругу и глубоко вздохнул, — Снейп действительно несколько раз появлялся в Норе. Они собирались на кухне и накладывали заклинания, чтобы мы не смогли подслушать, о чем они там говорят. В последний раз, когда было собрание, Снейп ушел, а Дамблдор, мистер Уизли и Люпин перешли в гостиную. Уже было достаточно поздно, и они думали, что мы спим. Мистер Уизли начал говорить директору, что доверять Снейпу опасно, так как он Пожиратель смерти. Гарри замолчал, осторожно посмотрев на подругу, но Гермиона напряженно сглотнула и кивнула, чтобы тот продолжал. — Дамблдор стал отнекиваться, мол доверяет Снейпу и что Пожиратель он в прошлом, а сейчас помогает исключительно Ордену. Он все годы любил Лили — мою маму, вероятнее всего. После ее смерти он перешел на нашу сторону. — Но не факт, что остался на нашей стороне! — снова начал говорить Рон, — Пожиратели бывшими не бывают! — Я верю ему, — тихо прошептала Гермиона, в глазах которой стали собираться слезы, — Дамблдор тоже верит. — Он с тобой играет, дурочка! Даже если он на нашей стороне, то только ради любви к другой женщине, — выпалил Рон и вышел из гостиной, громко хлопнув портретом, от чего Полная Дама возмутительно закричала. — Будь осторожна, — выдохнув, тихо сказал Гарри и обнял плачущую подругу. Рон со всей злостью стукнул каменную кладку коридора Хогвартса и решительно направился в подземелья к кабинету профессора Снейпа. Подойдя к двери, он стал что есть силы барабанить в нее. Дверь открылась и в проеме показался Снейп собственной персоной, который сложил руки на груди и поднял в удивлении бровь. — Я пришел поговорить как мужчина с мужчиной! — задрав подбородок, сказал Рон. — Как мужчина? — взглянув за спину Рона, поинтересовался профессор, — я его здесь не вижу. Как приведете, я с удовольствием с ним поговорю. После этих слов Снейп захлопнул дверь, но, когда в нее снова стали сильно барабанить, закатил глаза и открыл дверь, впуская Рона внутрь. Профессор вернулся за свой стол, откинулся на спинку стула и, сцепив ладони в замок, вальяжно проговорил: — Я Вас слушаю, мистер Уизли. — Оставьте Гермиону в покое! — эмоционально крикнул Рон, — прекратите пудрить ей мозги и показывать какой Вы хороший! — Задето раздутое ЭГО? — ухмыльнувшись, спросил мужчина. — Я думаю в первую очередь о ней, а не о себе. Я хочу, как лучше! Я… — Я — признак эгоизма, мистер Уизли, а говорите, что думаете только о ней. — Не утрируйте! Вы сами все прекрасно понимаете. Молодая девушка, которая придумала себе влюбленность, и старый мужик, который захотел поразвлечься с молоденькой, чтобы поднять себе самооценку! Она любит не Вас, а идеализированный образ, который Вы ей притворно показывали, но я знаю кто Вы — Пожиратель! Посмотрите на себя… Разве в Вас могла влюбиться такая девушка, как она? Гермиона просто привыкла за время Ваших встреч и, как только она увидит Ваше истинное лицо, она поймет, что ошибалась в своей наивной влюбленности. Поймет, что просто привыкла проводить с Вами время, и, что у вас нет никакого будущего. Да Вы ей в отцы годитесь, старый извращенец!!! — Закончил? — подняв бровь, спокойно спросил Снейп, когда парень замолчал, тяжело дыша, — Как много интересного ты сказал. Как жаль, что меня это мало интересует. — Я не буду ничего предпринимать, чтобы не причинять ей боль, потому что я люблю ее и хочу, чтобы она была счастлива. И пока у меня есть возможность, я буду бороться за нее. Когда она разочаруется в Вас, я буду рядом. Когда она поймет, что Вы лишь злой Пожиратель, который все эти годы унижал ее, я буду рядом, — уже тихо продолжил Рон, — и уже тогда я подарю ей счастливое будущее и мы будем красивой парой, а не как дедушка с внучкой! Ублюдок! Снейп задумчиво потер нижнюю губу, потом встал и стал надвигаться в сторону парня, от чего тот слегка дернулся. — Боитесь, мистер Уизли? — притворно улыбнувшись, спросил профессор и схватил гриффиндорца за шкирку, — правильно, бойтесь. Ведь не будь я так занят, то размазал бы тебя по стенке в эту же минуту. Я все же надеюсь, что когда-нибудь ты научишься пропускать слова не только через свой поганый рот, но и через мозг. Хотя я не уверен, что ты правильно истолковал инструкцию, которая прилагалась к этому органу. Теперь пошел вон. Мужчина отпустил Рона, демонстративно вытирая руку своим платком. Юноша ненавистно взглянул на Снейпа и покинул кабинет. Выйдя в коридор, он отдышался, чтобы немного успокоиться и пошел в сторону гостиной. — Гермиона, — крикнул Рон, увидев девушку, идущую в библиотеку. Гермиона обернулась и сразу же смахнула слезы с лица, — прости меня пожалуйста. Я не хотел, чтобы ты все узнала вот так… Я не хотел причинять тебе боль. Если ты хочешь остаться друзьями, чтобы все было как раньше, то я готов. Я не хочу тебя терять. Девушка улыбнулась и крепко обняла парня, который обнял ее в ответ, и легонько поцеловал в щеку. Именно эту картину застал Снейп, который на секунду застыл, потом презрительно фыркнул и двинулся дальше по коридору. — Спасибо за понимание, Рон, — прошептала девушка, — мне тоже очень больно терять тебя. И я правда влюбилась в него, несмотря на то, что он любит… В общем, я пойду в библиотеку, мне нужно написать доклад по трансфигурации. Гермиона еще раз обняла друга и ушла, зажмурив сильно глаза, пытаясь затолкнуть непрошенные слезы обратно. Поздоровавшись с мадам Пинс, девушка прошла к самым дальним стеллажам, села за стол и тихо заплакала. — Не нужно разводить здесь сырость, мисс Грейнджер, — раздался сзади бархатный голос Снейпа, — книги испортите, а для Вас это будет трагедия вселенского масштаба. Девушка резко подскочила, отвернулась к стеллажу и потянулась за первой попавшейся книгой, но достать ее не получилось. — Жизнь Вас ничему не учит. Вы же волшебница, — сказал мужчина, подойдя вплотную к Гермионе, от чего у нее бешено забилось сердце, а в нос ударил терпкий запах трав и одеколона. Снейп достал книгу, за которой тянулась гриффиндорка и хмыкнул, — Вас интересуют любовные зелья и способы их применения? — Просто захотелось почитать, — шмыгнув носом, соврала Гермиона, потом, закусив губу, спросила, — а Вы любите кого-то профессор? — Люблю, — честно признался Снейп, рассматривая книгу, — но мы не сможем быть вместе. — Потому что она умерла, — подумала Гермиона и сильно прикусила губу, чтобы не заплакать снова. — И я люблю, — прошептала гриффиндорка, посмотрев мужчине в глаза, — Вас. Снейп слегка рассмеялся, но в глазах промелькнула грусть. — Вы ошибаетесь, мисс Грейнджер. Вы просто придумали эту любовь, — вздохнув, ответил профессор, — юные девушки часто романтизируют отношения между учеником и учителем. Это пройдет, как прошло с Локонсом. — Откуда Вы знаете про Локанса? — удивленно и обиженно спросила Гермиона. — Я знаю больше, чем Вы можете себе представить. — Я была ребенком, это другое. Сейчас я чувствую, что полюбила по-настоящему. — Ты и сейчас ребенок, Грейнджер, — грустно сказал мужчина и положил книгу на стол, — наивный ребенок. — Лили была другой? — смахивая слезы, прошептала девушка, на что мужчина резко поднял на нее глаза и удивленно поднял брови, — я знаю, что Вы любите ее, простите. И то, что Вы — Пожиратель смерти. — Она была другой, вы слишком разные, — проговорил тихо Снейп и, развернувшись, напоследок сказал, — и Вы правы, я действительно Пожиратель. — Бывший, — упрямо сказала Гермиона, — и я все равно Вас люблю, и не верю в то, что Вы убийца. Я знаю, что в душе Вы очень хороший человек. Снейп повернул голову на девушку, хмыкнул и быстрым шагом покинул библиотеку.

ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ

      Яркое жаркое солнце освещало окрестности Хогвартса, но обитатели замка все еще крепко спали. Гарри поморщился от ярких лучей, пробивающихся через окно спальни, и надел очки. Время было очень раннее, но гриффиндорец чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. Наспех одевшись, он спустился в гостиную и увидел одиноко сидящую у камина Гермиону. — Ты что не спишь? — спросил Гарри, садясь рядом с подругой. — Скоро экзамены, — фальшиво улыбнувшись, ответила девушка, — готовлюсь. На самом деле Гермиона давно потеряла сон. Гриффиндорка заметно похудела и осунулась за несколько месяцев. Профессор Снейп после разговора в библиотеке не звал ее к себе в кабинет, вернулся к прежней манере общения или вовсе полностью игнорировал ее существование. Он спокойно жил, ел, вел уроки, старательно делая вид, что Гермионы никогда не существовало и не будет существовать в его жизни. Девушка настойчиво сидела у дверей его кабинета, когда он не открывал. Пыталась поймать его взгляд, дерзила на уроках, но он, казалось, не слышал и не видел ее, будто она призрак. Когда силы иссякли, Гермиона просто продолжила существовать своей жизнью, погружаться в учебу, готовиться к экзаменам и безответно любить взрослого мужчину, которому до ее любви не было никакого дела. — Ты и сама прекрасно знаешь, что сдашь все экзамены лучше всех, — сказал Гарри, доставая из кармана Карту Мародеров. — Продолжаешь за ним следить? — спросила девушка, заметив, как Гарри ищет точку с именем «Драко Малфой». — Каждый день, — вздохнув, ответил Гарри, — может это правда паранойя? Он все время ходит один, весь погружен в себя. Ты знаешь, мне все больше и больше становилось жалко его. Он с детства, как и я, был лишен выбора. Ведь за всей маской хладнокровия и жестокости скрывается одинокий человек, который просто очень любит своих родителей. — Когда я сделала почти такой же вывод о профессоре Снейпе, то поняла, что полюбила его, — хмыкнув, сказала Гермиона, потом удивленно посмотрела на друга, — Гарри, ты же не… Гриффиндорец отвел глаза и покраснел. — Хочешь сказать, что я влюбился в него? — А это не так? — осторожно спросила девушка, — весь этот год ты пресекал попытки Джинни сблизиться, а сам ходил по пятам за Драко. — Я не знаю, правда. У меня такого даже в мыслях раньше не было. Просто мне кажется, что он не такой уж и плохой. Мне бы очень хотелось узнать его ближе, — Гарри взглянул на точку с именем «Драко Малфой», которая двинулась к туалету Плаксы Миртл, и убрал карту обратно в карман, — пойду прогуляюсь. Гриффиндорец вышел из гостиной и медленно направился в сторону туалета. Когда Гарри аккуратно заглянул внутрь комнаты, то первым, что он увидел, было разбитое зеркало, а на полу лежал истекающий кровью Малфой. Гарри быстро подбежал к слизеринцу, увидев, что он осколком вскрыл себе вены, и судорожно вздохнув, трясущимися руками, достал палочку и прокричал заживляющее заклинание. В этот момент в туалет забежал профессор Снейп и оттолкнул шокированного Гарри от своего ученика. Проведя несколько диагностирующих заклинаний, мужчина убийственным взглядом посмотрел на гриффиндорца и со всей злобой, что в нем была, прошипел: — Что здесь произошло? — Мы подрались, — соврал Гарри, чувствуя, что за попытку самоубийства Малфоя не погладят по головке, — я не хотел его ранить. — Идиоты, — выплюнул Снейп и взял Драко на руки, чтобы отнести его в Больничное крыло, — отработка у Филча после занятий. Я немедленно доложу Вашему декану о случившемся. Снейп вылетел из туалета, а гриффиндорец тяжело выдохнул, пытаясь унять дрожь во всем теле. Немного успокоившись, он все же отправился на уроки.       С наступлением вечера, Гарри стоял в каморке Филча и отчаянно пытался оттереть прогнивший пол. У завхоза отработки всегда были не самыми приятными. Юноша снял очки и устало потер глаза, как за спиной кто-то едва слышно прокашлялся. Гарри обернулся и увидел Малфоя, который мялся в дверном проеме. — Я пришел сказать спасибо, Поттер, — быстро и недовольно проговорил слизеринец, — если бы я сдох, мне было бы уже все равно, но раз уж ты приперся и спас меня, то спасибо хоть, что не сдал меня. — Разве ты не должен быть сейчас в Больничном крыле? — спросил Гарри, снова приступив к работе. — Меня отпустили. Мадам Помфри сказала, что я в порядке. — Зачем ты это сделал? — взглянув на блондина, поинтересовался гриффиндорец. — Я не могу тебе сказать, — опустив голову, ответил Малфой, — но и сделать то, что нужно, не могу. — Ты должен кого-то убить? — Да, — честно признался слизеринец, и взял еще одну тряпку, чтобы помочь Гарри отмыть пол, ведь на отработку он попал не по своей вине, — прости меня, Поттер. — За что? — удивленно спросил Гарри. — За то, что был невыносимой задницей все эти годы, — грустно ответил Малфой, — когда находишься на грани смерти, переосмысливаешь всю свою жизнь, и мне правда жаль. Ты был бы замечательным человеком, если бы не был такой слишком правильной занозой. Гарри засмеялся, потом вдруг стал серьезным и, печально взглянув на слизеринца, спросил: — Кого ты должен убить? — Я не могу тебе сказать, но от этого зависит жизнь моего отца. Не спрашивай меня больше ни о чем. — Ты ведь не убийца, Драко, — тихо прошептал Гарри, смотря в серые глаза, — не делай этого. — Не высовывайся сегодня из башни, Поттер, — сказал Малфой и быстрым шагом вышел из каморки, оставив Гарри в смешанных чувствах. В этом состоянии он отправился к директору, чтобы рассказать ему правду и предотвратить убийство одного из обитателей замка. В это время Снейп сидел в своем кабинете и задумчиво перекатывал в стакане Огневиски. Когда раздался стук в дверь, он вздрогнул, будто вернувшись из своих мыслей, и взмахом палочки открыл дверь. — Профессор, — дрожащим голосом проговорила Гермиона, — извините, за беспокойство, но меня послал директор, он хочет Вас видеть. Мужчина закрыл глаза, потом пустым взглядом посмотрел на девушку. — Отправляйтесь в свою комнату, мисс Грейнджер, — строго сказал Снейп, — здесь Вы больше не нужны. — Не пытайтесь снова казаться бездушной сволочью, — вдруг проговорила Гермиона, медленно выходя из кабинета, — я уже узнала Вас настоящим. Девушка вышла из кабинета и побрела по коридорам в сторону выхода из замка. Она уже никогда не признается, что считала каждый шаг, уходя из кабинета любимого мужчины, надеясь, что ее остановят. Выйдя на улицу, она глотнула свежий летний воздух и прошла к скамейке, за которой сидел Рон. — Тоже решила прогуляться? — спросил рыжеволосый парень, двигаясь на скамейке, чтобы подруга села рядом, — сегодня такая прекрасная погода. Гермиона слабо улыбнулась и молча кивнула. Сил на разговоры совсем не было. — Я все еще люблю тебя, — вдруг сказал Рон, после долгого молчания, — и мечтаю, чтобы ты стала моей женой. Девушка открыла рот, чтобы ответить, что она думает по этому поводу, но удивленно перевела взгляд на Астрономическую башню и ее лицо застыло в ужасе. Последним, что она увидела, был Снейп, который стоял у перил высокой башни. Его мантия развевалась словно крылья огромного черного коршуна.

***

      Гарри везде искал директора, но его нигде не было. Оставалось лишь одно место в замке, где его можно было найти — Астрономическая башня. Юноша быстро поднимался на самую высокую башню Хогвартса по крутой витиеватой лестнице и, сделав последний шаг, его остановила крепкая мужская хватка. Гарри повернул голову и увидел Снейпа, который толкнул парня в темную нишу и приложил указательный палец к губам, заставив молчать. Сам мужчина медленно прошел вглубь. — Я удивлен, что тебе удалось провести в школу своих друзей, Драко, — послышался голос Дамблдора, — но ты же не убийца, опусти палочку. — Я должен Вас убить! — отчаянно крикнул Малфой, — Вы не понимаете! — Понимаю, — печально отозвался директор, — понимаю, что ты не убийца. Слизеринец трясущимися руками медленно опустил палочку и, опустив голову, замотал ей в разные стороны. — Мы тебя заждались, Северус, — раздался голос Беллатрисы Лестрейндж, — мальчишка трус, он не сможет. Покончи уже с этим. В это время в ухе Снейпа был вставлен наушник, который передавал все, что творилось рядом с Гермионой. «Тоже решила прогуляться?» Мужчина сделал шаг ближе к Дамблдору. «Сегодня такая прекрасная погода.» Палочка Снейпа взметнулась вверх и направилась на директора школы. — Северус, пожалуйста, — умоляющим голосом, тихо сказал Дамблдор. «Я все еще люблю тебя» Черные глаза блеснули ненавистью, и пустым, безжизненным взглядом посмотрели в небесно-голубые глаза. «И все еще мечтаю, чтобы ты стала моей женой» — Авада Кедавра! — уверенно проговорил Снейп и увидел, как зрачки небесно-голубых глаз расширились, изо рта начала струиться алая кровь, а сам Дамблдор, словно тряпичная кукла, перевалился через перила Астрономической башни. Гарри застыл в ужасе и страхе, на его глазах директор, наставник и защитник замертво летел вниз с самой высокой башни Хогвартса. Раздался громкий смех Беллатрисы, а Снейп невозмутимо развернулся и спустился вниз по лестнице. Гриффиндорец, который словно очнулся, побежал за мужчиной. Он отчаянно бежал и кричал, падал, снова вставал и бежал. Жизнь школы будто остановилась. Гермиона стояла возле трупа Дамблдора, все еще не понимая, что произошло. Директор лежал со сломанными конечностями, словно поломанная кукла, в луже собственной крови. Взор открытых голубых глаз был направлен на Астрономическую башню. Шок девушки был настолько сильным, что она не могла проглотить ком, стоящий в горле, который не давал возможности полноценно сделать вдох. Услышав крик друга, девушка медленно обернулась и увидела, как Гарри бежит за Снейпом, а сам профессор уже оказался рядом с Гермионой. — Сектусемпра! — отчаянным, полным боли, голосом прокричал Гарри, почти догнав Снейпа. Мужчина резко обернулся, палочкой отбил заклинание и сбил парня с ног, потом медленно к нему приблизился и ненавидящим голосом сказал: — Как ты смеешь использовать мои же заклинания против меня, Поттер? Глаза Гарри расширились в удивлении, а Гермиона шокировано поднесла руку ко рту. — Да, — ухмыльнувшись, сказал Снейп, — я Принц-Полукровка! — Профессор, — тихо позвала мужчину гриффиндорка, но он на нее даже не взглянул. Его глаза были пустыми, холодными и безжизненными — глаза убийцы. — Она верила Вам, — с болью и ненавистью крикнул Гарри, — она полюбила Вас, а Вы… Дамблдор доверял Вам, а Вы предали всех!!! — Грязнокровка влюбилась в Снейпа, — громко засмеявшись, сказала Беллатриса и ее смех был подхвачен остальными Пожирателями смерти. Гермиона, по лицу которой безостановочно текли слезы, стояла, окруженная прислужниками Темного лорда, и смотрела в глаза мужчине, которого всем сердцем и душой полюбила. Рон стоял неподалеку с видом «Я же говорил» и, наверное, хорошо, что Гермиона на него не смотрела. — Даже жаль говорить тебе правду, милая грязнокровка, — оскалив свои зубы, продолжила Беллатриса, — твоему любимому Северусу год назад дал задание Темный лорд, чтобы Снейп сделал тебя своим помощником. Ему нужно было втереться к тебе в доверие, стать кем-то вроде твоего любовника, чтобы слышать от тебя все тайны Поттера и Дамблдора, а потом докладывать все Темному лорду. Вокруг тебя так и витали подслушивающие чары. На что только не способна влюбленная дуреха, верно? Снейп прекрасно выполнил свою работу. Прости, пупсик, но тебя использовали, как игрушку, для своей выгоды. Беллатриса засмеялась еще громче и побежала сжигать окрестности Хогвартса. Снейп ледяным взглядом посмотрел на Гермиону, которая вся задрожала и упала на колени. Несмотря на летнюю погоду, тело девушки затрясло от холода, а к горлу подступил приступ тошноты. Рвотные позывы начались стремительно, но она всеми усилиями их сдерживала. — Сукин ты сын, — закричал Рон, накинувшись на профессора, но стальная хватка мужчины молниеносно схватила парня за горло.  — Я сделал то, что должен был, — тихим голосом, лишенным жизни, сказал Снейп, не сводя глаз с девушки. После чего швырнул Рона на землю, взял за шкирку Малфоя и стремительно покинул, охваченные огнем, окрестности Хогвартса. Обитатели школы доставали свои волшебные палочки, из которых исходил тусклый огонек, в память о погибшем Дамблдоре. Гарри склонился над телом наставника и громко закричал. Гермиона не могла остановить слезы горечи и боли, лежа на траве. На небе образовался огромный череп, с выползающей изо рта змеей. Это означало лишь одно — война началась.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ